Скачать fb2
Некромант. Рабочие будни

Некромант. Рабочие будни

Аннотация

    Знакомьтесь, перед вами Таши Арсайн. По рождению — темный, по профессии — некромант, по характеру… А кем можно быть с такими данными? Правильно. Добрым, белым и пушистым молодым человеком. Не верите? Тогда надо расспросить его друзей, знакомых… У некромантов не бывает друзей? Вам виднее… Только Таши не говорите. А то он очень рассердится.


Галина Гончарова Некромант. Рабочие будни


Глава 1
К нам приехал, к нам приехал
наш любимый... некромант

    Самой лучшей подружке Катюшке с любовью и уважением.
Автор
    Таши Арсайн, симпатичный молодой книжник, между прочим, парень при деньгах, при деле, но уж больно неуклюжий и совершенно не понимающий девичьих намеков, осторожно разворачивал свиток, когда в окно что-то заскреблось. Пришлось свиток прижать, чтобы не закручивался, встать и открыть створку.
    В окошко плавно влетела летучая мышь.
    Хотя не так.
    Мышью она была при жизни. Теперь же… Взяли недавно умершую летучку, слепили простенького зомби — и отправили к определенному человеку. К нему.
    Зачем?
    А вот и письмецо на лапке. Совсем маленький клочок бумаги, ну да, и зачем свитки наворачивать? Шифр… нет, просто лаарси. А на нем Таши читал, как на родном интарском. Свободно и не напрягаясь.
    «Сын!
    Я в Тиварасе. Нашел тут такое, что написать страшно.
    Если будет возможность, приезжай».
    И все. Ни подписи, ничего. Но Таши больше и не надо. Отец объявился… уж лет пять не виделись, если не больше.
    Ехать или нет?
    С одной стороны, если отец нашел что-то интересное, надо бы съездить. По мелочам отец никогда не работал. С другой… здесь тишина, покой, уют, дом Таши снял на год вперед, дело наладил… не так уж часто некроманту удается пожить спокойно. То он бежит, то за ним бегут… Работа такая.
    Так съездить или нет?
    Как большинство людей, Таши плюнул и… вернулся к свитку. Сначала доделать начатое, потом выспаться, а после подумать. Следующей ночью он напишет ответ и отошлет зомби обратно.
    Увы…
    Когда Таши вечером открыл подвал, куда спрятал от дневного света некромышку, он нашел там только ее трупик. Вполне себе дохлый и без малейших признаков некромантии. Несколько минут он смотрел на него прищуренными глазами, а потом развернулся и отправился в свою комнату.
    Писать смысла нет. Да и некому уже. Надо собирать вещи.
    Тиварас, говорите? Съездим, посмотрим… кто там настолько обнаглел.
    Как известно из магических трактатов, после смерти некроманта погибают все его некротворения. А Таши, несмотря на самую безобидную внешность, прощать смерть близкого человека не собирался. Отец как-никак.
    Съездим, посмотрим…
    Через три дня из ворот дома выехал небольшой крытый фургончик. Таши сердечно попрощался с хозяевами, намекнул, что может вернуться, но если что — письмецо пришлет, — дружески помахал всем и тронул коня.
    В дорогу… некромант.

    Тишина.
    Чернота и безнадежность.
    Луна светит в окно бледным безразличным глазом. Такой холодный свет. Такой пустой.
    Волки воют в такие ночи. И Каирис тоже хотелось завыть.
    Одна.
    Совсем одна.
    Никого.
    Конечно, есть тетушки и дядюшки. Только свистни.
    Прибегут, начнут плакать, сочувствовать, причитать, предложат помощь… лучше бы сразу яду предложили!
    Знает она ту помощь!
    Ой, деточка, да где ж тебе одной справиться с таким хозяйством…
    Да давай мы тебе поможем, вот у меня тут племянник, такой хороший мальчик…
    Лучше уж сразу в костер.
    Наверное, больше всего жалеют, что она не умерла вместе с мамой. Поделили бы наследство между своими хорошими мальчиками и девочками — и успокоились бы.
    Как же… кривая ветка почтенной семьи.
    Зато с деньгами и наследством.
    "Белая птица". Папина таверна.
    Папа всю жизнь мечтал, пока наемничал. А потом так получилось, сорвал где-то крупный куш — и осел в Тиварасе. Ушел из отряда, выкупил таверну у прежнего хозяина, стал вести дела, женился…
    Женился на девушке на двадцать пять лет его моложе, из почтенной ремесленной семьи, уже сговоренной за сына соседа-ремесленника…
    Чего родные и не смогли простить до конца.
    Впрочем, молодым на все было наплевать.
    Они были абсолютно беззаботно счастливы. Несмотря на разницу в возрасте, кучу шрамов у счастливого мужа и шипение родных невесты. Дедушка даже ругаться приходил… папа рассказывал.
    Только им было все равно.
    Через год после свадьбы родилась Каирис. Папа был счастлив. И имя дал красивое.
    Каирис.
    На одном из древних языков — Чайка.
    Родные смирились и внешне успокоились.
    А еще через три года у Каирис появился младший братик. Кай.
    Лекарь, правда, сказал, что больше детей у мамы не будет. Травы посоветовал. Но это никого не огорчило. Отец все равно маму любил без меры и памяти. Да и Кайри брата обожала.
    Любила.
    Как странно это звучит.
    Любила…
    Отец, мама, брат…
    Все, все, все за один год!
    И катятся по щекам слезы, и рвется из груди тоскливый то ли крик, то ли вой…
    ЗА ЧТО!?
    Почему так?! Так жестоко, так несправедливо?!
    Первым не стало отца. Такого большого, сильного, веселого… пьяная драка.
    Кто достал нож?
    Даже стража это выяснить не смогла.
    Никто не понял, как это могло произойти. Отцу вышибалы не требовались. Он всегда сам разнимал пьяных. И в этот раз тоже… что? Как?
    Никто ничего не видел. А если кто и видел — не признался. Даже на допросе.
    Хватило одного удара. Лекарь сказал — слева. В почку.
    И папы больше нет.
    Вообще нету. И никогда не будет. Папы, который подхватывал ее сильными руками и подбрасывал вверх, гладил по волосам, дарил смешные безделушки, мечтал о хорошем женихе…
    Его нету.
    Самого лучшего в мире папы.
    Так больно…
    Так неправильно…
    Мама тогда словно постарела на двадцать лет. Сгорбилась, поседела, словно на темные волосы лег пепел отцовского костра…
    Потому и не убереглась.
    Каирис и Кай поддерживали друг друга как могли. Кай в одночасье стал взрослым мужчиной…
    А мама…
    Она все время плакала. Словно огонь жизни залила слезами.
    Болезнь пришла в город, как удар молнии.
    Зеленая горячка. Так она называется по зеленоватой пене, выступающей на губах больного.
    Она лечится. Но если человек сам не хочет жить — он смерть всегда найдет.
    Мама сгорела в три дня. И улыбалась, умирая. Ее ждал отец.
    А следом за ней ушел Кай. Ее любимый младший братик.
    Зеленая лихорадка может выкашивать города. Она коварна. Очень коварна.
    Иногда она как обычная болезнь — заканчивается за пятинку. А иногда…
    Она проходит за пару дней, все успокаиваются — и тут следует вторая волна. Как взрыв. И спасти человека не удается.
    Так случилось и с Каем.
    Он шутил и смеялся, валял дурака до последнего, а смерть выжидала за его плечом, раскинув липкие тенета…
    Каирис умоляла Четырехликого на коленях. Не забирать последнего родного человека. Но боги не услышали.
    Кай умер на руках у безутешной сестры.
    И Каирис осталась одна. Совсем одна.
    Их — нету.
    Никого больше у нее нету.
    Есть дядюшки, тетушки, племянники и племянницы, имянареченные*, но близких — нету.
    Никого…
    * имянареченные — аналог наших крестников, прим. авт.
    Скулит во дворе старый пес Булай, ощущая тоску своей хозяйки.
    Каирис вздохнула.
    Вышла во двор, свистнула…
    Не место в доме сторожевой собаке, не место…
    Но…
    Девушка зарылась лицом в густую жесткую шерсть.
    — одни мы с тобой остались, Лай… совсем одни…
    И катятся, катятся по щекам беззвучные слезы, пропитывая жесткую собачью шерсть.
***
    Таши насвистывал веселую песенку. Лошадь мерно цокала копытами. До города было еще часа два пути. Погожий летний денек, солнышко, тепло, уют… мужчина был готов замурлыкать.
    Ему было хорошо и уютно.
    Смешно, но темные обожали тепло, солнышко, огонь…
    Что бы там ни говорили жрецы Четырехликого — темные чем-то были похожи на змей. А где вы видели змею, которая обожает морозы?
    Конь мерно цокал копытами по дороге…
    Все было так хорошо и уютно, что Таши даже замурлыкал. И сильно расстроился, когда перед ним на дорогу вышли трое мужиков.
    Вид их не оставлял сомнения в профессии. Лесные братья. Они же шакалы дороги, они же, если по-простому, грабители и разбойники.
    Ну вот… такой хороший день испортят…
    — А ну стой, — приказал самый старший, демонстрируя довольно ржавую секиру так, словно это был какой-то веский аргумент.
    Таши послушно натянул поводья. Конек по кличке Буряк всхрапнул и остановился.
    — Ребята, чего вам надо?
    — Слезай с телеги, умник… — мрачно протянул второй. — Слышал, небось, что делиться надоть?
    — Слушал — слышал, — заверил Таши. — А вы тут при чем?
    — А при том. Значитца, у тебя фургон и лошадь… вот нам их и оставишь. А сам можешь идти.
    — А больше вам ничего не надо?
    — Слезай, давай. А то сейчас…
    — Ребята, шли бы вы отсюда, а? Неохота вас убивать… Такой день хороший…
    В землю перед мордой конька ударила стрела. Хорошо хоть Буряк был абсолютно флегматичным конем. Но Таши определенно разозлился.
    — Шейсс!
    Всего одно слово-команда.
    Некроманту не надо приказывать громко. Его и так услышат…
    Таши подошла бы и телега. Но телега не могла скрыть…
    Из фургона, через голову Таши выпрыгнули две костяные гончие. И бросились на ошалевших разбойников. Таши знал, что третья в этот миг выпрыгнула с другой стороны фургона и занялась стрелками. Но и сам некромант не собирался оставаться без защиты.
    Костяной жезл словно сам скользнул в руку — и перед ним замерцал полог.
    Темный щит. Простенькое заклинание.
    Но очень эффективное.
    Через него не пролетит ни одна стрела. А сам Таши мог беспрепятственно разглядывать происходящее.
    Гончие почти мгновенно справились с разбойниками и метнулись в кусты, оставив на дороге три хрипящих тела. Таши ухмыльнулся — и направил жезл в их сторону.
    Вот так… в момент смерти высвобождается большое количество энергии. Имеет смысл собрать хотя бы часть.
    Сила лишней не бывает.
    Потом скинет в накопитель.
    Не прошло и трех минут, как гончие вернулись к хозяину.
    — Оттащите эту падаль с дороги, — приказал Таши.
    Вид костяных собак был страшен. Не слишком большие, не больше метра в холке — они были похожи на собачьи скелеты, перевитые чем-то черным и красным. Таши взял для их изготовления качественные высушенные жилы и мышцы.
    Можно слепить гончую и на скорую руку. Но она не будет так эффективна. А Таши терпеть не мог небрежности.
    А теперь…
    Слезть на землю. Направить жезл на трупы на дороге. И вбросить капельку силы.
    Ночью можно и без жезла. Но днем с ним удобнее. Сила не рассеивается, никто ничего не почувствует…
    Трупы шевельнулись.
    — Идите в лес на три перестрела* на юг, закопайте трупы своих товарищей и закопайтесь сами.
    *Перестрел — примерно 100 м, прим. авт.
    И отвернулся от зомби. Вот еще не хватало о них думать. Таких тварей десятками лепить можно, главное — осторожно. А вот с гончими работы больше. Так что…
    — Место.
    Одна за другой гончие осторожно запрыгивали в фургон. Таши дождался последней — и заглянул внутрь.
    Осторожно опустил крышки на сундуках. Замки, конечно, закрывать не надо. Гончие должны прийти на помощь хозяину в любой момент. А на подъезде к городу надо будет поставить сверху пару сундуков полегче.
    Таши вздохнул.
    Сложно в этой жизни приходится некроманту.
    Жечь, конечно, их не принято… последние лет пятьдесят. Раньше и жгли (в Торадоре), и топили (в Равхе), и камнями забивали (в Интаре). И это еще не весь список.
    Сейчас просто побьют (может, даже и не до смерти) и выгонят из города. Поэтому лучше никому не знать о такой полезной профессии.
    Так что в Тиварас приедет не некромант.
    Сундуков с Гончими всего два. Под полом фургончика прячутся разные полезные в работе вещи. А в остальных сундуках — книги. Свитки. Пергаменты. Рукописи и летописи.
    Таши привычно отбросил назад светлую прядь.
    В Тиварас приедет самый обычный книжник. Торговец книгами, переводчик, писец, историк и даже немного звездочет. Несколько звездных карт у Таши в фургоне тоже есть. Никаких некромантов. Ничего запретного.
    Вот доедет — найдет себе лавку, развернет торговлю, чуть-чуть обоснуется, а потом появится и некромант. Не бросать же работу?
    Таши улыбнулся, ловко запрыгнул на передок фургона, подоткнул шалотту, чтобы не запачкалась.
    А хороший все-таки сегодня денек… теплый….
    Некроманта.
    Повелителя ночи, говоря высоким языком.
    Хотя на это Таши было чихать, что ни говорите. Его могут хвалить, могут проклинать, но изначально он — темный.
    Некромант.
    Сын Раш.
    Восьмилапой. Плетущей сети.
    Темный.
    Старая, очень старая раса.
    Дети листэрр. Прямые потоки. Хотя и не змеехвостые.
    Наследство родителей не миновало темных — ядовитые клыки, полоска чешуи вдоль позвоночника, немалые способности к ментальной магии, петлеобразные мочки ушей.
    Хотя уши у него нормальные. Отец сам обрезал вскоре после рождения. Таши этого не помнит. Мог бы вызвать воспоминания вплоть до рождения — но зачем? Хватит и того, что способности у некромантии у него проявились с самого рождения.
    Забавно выглядит, когда младенец заставляет ля развлечения летать вокруг себя мертвых мух?
    Еще как.
    Только люди почему-то пугаются.
    Вылупившийся кобреныш — уже кобра. И ядовит.
    Родившийся темный — уже потомок листэрр. Изначально некромант.
    Единственное, что Таши помнил из своего младенчества — лицо матери. Хотя видел его только один раз. Когда мать приложила его к груди.
    Темные не слишком популярны. И найти женщину, которая не побежит сдавать отродье Раш ближайшему крихоши — сложно. А уж найти жену…
    Поэтому отец Таши поступил просто. Когда он решил размножаться, он выкупил в борделе рабыню и предложил ей выбор.
    Либо она рожает ему ребенка и получает вольную и неплохую сумму денег.
    Либо… сделать зомби — несложно. Тем более из живого человека.
    Беда темных — им очень сложно размножаться. Сложно найти подходящую женщину. Тем более — девственницу. И очень часто матери темных погибают при родах.
    Впрочем, мать Тааши не погибла.
    Она получила деньги и вольную, уехала в Къянти и навсегда забыла про сына.
    Таши не горевал. Некроманты не слишком привязаны к родственникам.
    Сложная работа, вредный характер, ну и наоборот тоже.
    Мерно поскрипывает фургончик, пригревает солнышко, близится Тиварас.
    Интересно, что принесет ему новый город?
***
    — Кайри, что ты теперь собираешься делать?
    Каирис решительно сунула мамину нижнюю юбку в корзину. Надо будет выстирать и раздать бедным. Им пригодится.
    А она видеть мамины вещи без слез не может…
    Или продать старьевщику?
    Нет. Лучше просто раздать. Она бедствовать не будет. Хотя бы пару лет — так точно. Чтобы у бывшего наемника, да не нашлось своей запрятанной кубышки?
    Смешно.
    Денег, скопленных отцом, при скромной и спокойной жизни ей хватит лет на пять. Или даже десять. А там замужество, дети, своя семья — и пусть муж работает.
    — Не знаю, Лейри.
    Лейра Адалан, стройная брюнетка с огромными карими глазищами, серьезно смотрела на подругу.
    — Собираешься жить одна?
    — Надо подумать… улица у нас тихая…
    — Зато место у тебя громкое. Таверна не молитвенный дом. И девушке нельзя жить одной. Городок у нас не самый тихий…
    Что верно, то верно.
    От Тивараса до Разлома было буквально три дня пути. И это был последний привал наемников и разломщиков. Здесь они закупались перед походом, сюда возвращались с добычей, здесь гуляли — таверна, кстати, пользовалась спросом.
    Вот что сейчас с ней делать?
    Закрывать?
    Или попробовать вести дело самой?
    — Ага, попробуй. Поразноси бокалы средь пьяниц, — ехидно прищурилась Лейри.
    Кай вздохнула. Ну да. Этот номер лучше повторять с отцом и братом за спиной.
    — Попробую все-таки пожить одна.
    — Рехнулась? Без защиты?
    — У меня Лай есть. И… разве есть другой выход?
    — Поможет тебе твой кобель против десяти двуногих кобелей, да с ножами?
    Кайри тряхнула русыми волосами.
    — Лей, я ведь тоже не маргаритка луговая. Меня отец кое-чему учил…
    Это верно. Старый наемник знал, что в прямом бою женщине с мужиком не справиться. И натаскивал дочь на другое. Вывернуться из захвата, ударить, удрать, пока противник не пришел в себя.
    Ударить — даже и насмерть.
    Каирис не зря носила на поясе коротенький острый нож. Слева, так, чтобы выхватывать было удобнее. Хотя нож ей еще ни разу не пригодился.
    Каирис даже сомневалась, может ли она пустить его в ход. Страшно это… это же живой человек.
    — Тем более ты девочка красивая, тебя всяко не пропустят.
    Каирис пожала плечами. Вот лично она себя красивой не считала.
    Лейри — другое дело.
    Высокая, тонкая, гибкая, с густой гривой черных волос до пояса и громадными карими глазами. И золотисто-смуглой кожей.
    Вот уж действительно красота.
    Безусловная.
    А Каирис…
    Разве она красивая?
    Может быть, это из-за крови отца-торадорца, наградившего девушку темно-русой гривой волос и мраморно-белой кожей, под которой просвечивали тонкие ниточки синих жилок.
    Громадные серые глаза были неплохи, но пухлые щечки приводили девушку в отчаяние. Да и полноватая фигурка — тоже.
    И родственники, которые вечно называли девочку пышечкой.
    Губы были неплохими, но слишком бледными. А полная шея в вырезе туники… так, лучше об этом не думать.
    — Кай, прекрати!
    — Что прекратить?
    — Да у тебя все на лице написано! Убить твоих теток мало! Всю голову тебе заморочили!
    — Я и правда не красавица…
    — Ты — бестолочь! И вообще — о чем ты думаешь!? Нельзя ли попросить кого-нибудь из твоих племянников…
    — Двоюродных…
    — Да хоть имянареченных — пожить у тебя?
    — Нельзя, — огрызнулась Каирис. — Где они были, когда все мои болели? По домам сидели?
    — Они тоже боялись.
    — Ну ты-то здесь была!
    — Я-то в детстве переболела.
    Лейри опустила глаза. Она действительно помогала Каирис ухаживать за матерью и братом. Ну и?
    Ей было несложно.
    Лейра Адалан отлично осознавала, что ей сейчас намного легче, чем Каирис. У нее уютная семья, отец-торговец держит несколько лавок, два старших брата, оба женаты, оба счастливы, она сама — поздний и любимый ребенок. Мать ее балует, дом — полная чаша, есть — все, что пожелаешь.
    А вот Каирис сейчас намного хуже.
    Отца нету, матери нету… из родных — мамины сестрички, та еще компания. Если чем и помогут, то потом за свою помощь семь шкур сдерут.
    — Тебя прямо хоть замуж выдавай.
    — Ты смерти моей хочешь? За кого?
    — Например, Тарни.
    — Да я лучше в Разлом прыгну!
    Тарни она отлично помнила. Милый юноша двадцати пяти лет от роду и такая же милая мамочка, которая сразу же, с порога, заявила Каирис:
    — Рожать сможешь?
    И пока Кай в шоке хлопала глазами, обошла ее со всех сторон, оглядывая, как породистую кобылу на ярмарке.
    — Тоща ты слишком. Ну да ладно. Для женщины главное — послушание.
    Тарни был незамедлительно и решительно послан Восьмилапой в сети. Мамаша попробовала скандалить, но против бывшего наемника не потянула. Вылетела из таверны вперед своего визга.
    Лейри фыркнула, обрывая воспоминания.
    — Кай, ты подумай сама. Жить одна ты не можешь. Таверну держать тоже. Замуж не хочешь.
    — Еще и не за кого.
    — Да тебе пальцами щелкнуть — слетятся…
    — На "Птицу". Я ведь невеста с приданным.
    — Ладно тебе дурью маяться! Можно подумать, ты сама по себе никому не нравишься…
    — Лей, отвяжись…
    — Может, тебе таверну продать?
    — Папину мечту? Никогда!
    — А что тогда?
    — Лей! Оставь меня в покое, а? Может, пристройку кому сдам! И доход, и спокойнее будет, может, семье какой?
    Лейри пожала плечами. Идея казалась откровенно странной. Но…
    — Я поговорю с папой.
    — И что он скажет?
    — Что тебе замуж надо.
    — Лей, давай я одна побуду?
    Каирис вздохнула. Лейри поцеловала подругу в щеку, попрощалась и вышла.
    Каирис смотрела в окно. По стеклу ползала муха. Жить было грустно и тоскливо.
    Что делать?
    Неясно.
    Замуж точно не хотелось.
***
    Таши въехал в город вскоре после открытия ворот.
    Стражники осмотрели его без особого внимания. Чего на такого смотреть? Ученый, однозначно.
    Скромный, рассеянный, немного чудаковатый къянти. Тем более внешность вполне подходящая. Светлые длинные волосы собраны в растрепанный хвост, брови и глаза — черные, правда черты лица не слишком типичны для къянти, лоб высоковат, да и в целом лицо длинновато.
    Но разве это недостаток?
    Особенно если выпустить на лоб вот этот непослушный вихор… тогда получается вид чудака-ученого, вечного книжника… что и надо. Чем и пользоваться будем.
    Сейчас Таши выглядел сущим мальчишкой. Кто бы сказал, что ему уже за сотню перевалило?
    Стражники точно не сказали бы. И не подумали.
    Да и одежда солидности Таши не прибавляла.
    Светлая шалотта небрежно закинута на плечо, простые брюки и рубашка — в пыли… Фургон — обшарпан, лошадь — далеко не самая лучшая, не то, что до интарских — до мерлорских и то не дотягивает, обычная полукровка…
    Таким путником не заинтересуются стражники.
    Мало кто поймет, что у фургона есть двойное дно. Что половина сундуков сделаны на заказ в Равхе — и скрывают и двойное дно и двойные стены, что под яркой, но безнадежно облупившейся росписью фургона скрыты руны, за которые щедро уплачено рунному магу. Сам Таши в этом разделе магии был не силен. У него другая специализация.
    Два стражника в воротах даже не соизволили оторвать задницы от земли. Ну да мы не гордые, сами с облучка слезем и подойдем…
    — Кто такой? Откуда идешь, куда путь держишь?
    — Ташир Арсайн. Книжник. Из Къянти, сар десятник.
    Более толстый стражник бегло оглядел его с головы до ног. Тот, что помоложе, был занят изучением глубин собственного носа — и ковырял там так усердно, словно надеялся новый Разлом открыть.
    — По тебе и видно, что къянти, — согласился толстяк. — А у нас чего забыл?
    — А пока ничего. Может, потом, когда поселюсь, лавку свою открою…
    — Так ты торговец?
    — Нет, сар. Я — книжник.
    — А лавка?
    — Так книгами торговать и буду…
    Стражники переглянулись, теряя последний интерес.
    — Вряд ли ты чего тут заработаешь, — пожал плечами толстый. — У нас народ больше оружие покупает… Разлом рядом.
    — Ну так живете ведь, — парировал Таши. — Не страшно?
    — Обвыклись…
    Да, люди свыкаются с чем угодно. В том числе и с разломом.
    Листэрр.
    Древняя загадочная раса змеелюдей. Говорят, они жили в поднебесье, в ллетающих дворцах.
    Говорят, им была доступна невероятно мощная магия.
    Говорят…
    Только этим и занимаются, что говорят. Правды никто не знает.
    Достоверно известны две вещи.
    Листэрр исчезли.
    Перед исчезновением, они применили невероятно мощную магию, в результате чего возник Разлом. Что это такое?
    Никому не известно. Но говорят, что разлом — это нечто вроде ворот между мирами. Гигантский провал, вдоль которого можно ехать месяц — и не увидеть его конца. Ты можешь спуститься туда — и попасть… куда?
    Неизвестно.
    От дна океана до жерла вулкана.
    И можешь выйти обратно. Ровно через сутки, час в час, в том же месте.
    А вот что ты там найдешь… и вернешься ли… и каким вернешься — бывает всякое.
    На находки из Разлома большой спрос. Оттуда приходят ценные амулеты, артефакты, ингредиенты для снадобий. Но возвращаются оттуда немногие. А легкая нажива манит, а азарт пьянит и туманит голову. Повезло ведь один раз?
    Повезет и второй?
    И третий!
    И прибавляется еще один разломщик. Чтобы рано или поздно сгинуть в пропасти, затянутой туманом.
    Есть и утешение. Из Разлома ничего не появляется. Но он обладает своей странной магией. И меняет людей, вещи, животных…
    Если пробыть там больше трех суток…
    Иногда получается что-то полезное.
    Но чаще…
    Монстры, чудовища, плотоядные растения… да что угодно. Выбор — велик.
    — А тебе чего в Къянти не жилось? — отвлекся от исследований носа молодой стражник.
    — да бывает такое, — Таши развел руками с видом полной невинности. — Когда у градоправителя супруга хочет приобщиться к книжной мудрости.
    А потом и к мудрости скромного книжника…
    — А потом и к самому книжнику? — поддел молодой.
    Таши улыбался — воплощенная невинность. Глаза широко распахнуты, только что ресницы глупо не хлопают. Хорошо хоть клыки втягивать можно.
    — Вы же понимаете, сары, что в жизни все бывает. В том числе и это. Хуже, когда знатной таше не меньше шестидесяти лет. И весит она втрое больше меня. И пахнет…
    Таши вполне достоверно сморщился. Кажется, собеседники поверили. Потому что младший стражник сочувственно вздохнул. Или это он просто осмотрел свой палец и вздохнул?
    — да, со знатными дамами сложно…
    — Сами понимаете, мне бы знатный тайш не поверил. Зато супруге — в любой момент. Вот и пришлось погрузить все самое ценное в фургон — и уехать…
    — Самое ценное?
    Таши смотрел невинно.
    — книги. Пергаменты. Рукописи… у меня есть весьма интересные. Не хотите ли посмотреть?
    Таши проворно забрался в фургон, достал из сундука небольшой свиток и вернулся.
    — Вот. История Розалинды Светловолосой, куртизанки при дворе Реона Второго.
    Молодой стражник нехотя протянул руку, взял свиток, развернул…
    — Оооо….
    Свиток в красках изображал историю куртизанки. С иллюстрациями. Красивыми, яркими… на них и смотрел стражник.
    — Это у тебя все книги такие? — поинтересовался старший.
    — Не все. Но для доблестной стражи что-нибудь интересное всегда найдется, — Таши улыбнулся.
    Первым делом надо наладить общение со стражей. Дело житейское, если у кого и есть все сведения о жизни города, так это у стражников. Там словечко, здесь сплетня… некроманту всегда надо знать о жизни города.
    — Тогда захаживать к тебе будем, как откроешься, — кивнул младший. — С тебя за проезд в город два серебряных трайша.
    Таши присвистнул.
    — Нескромно…
    Стражники скривились, словно по команде.
    — Ага, ты думаешь, нам хоть медяшка достанется?
    Перед Таши возникла опечатанная коробка со щелью на крышке.
    — Бросай сюда. В конце смены старший градоправителю сам отнесет. И в книге крестик поставь.
    Два серебряных у Таши были. Еще и побольше было. Но не обнародовать же всем свои доходы. Так что мужчина наскреб два серебряных медяками по всем карманам, долго пропихивал их в щель, пару раз рассыпал, собирал… стражникам уже надоело на него любоваться и они рассматривали картинки в рукописи. С большим интересом.
    — Где?
    — Здесь — за человека, здесь — за лошадь с фургоном.
    Таши расписался, дружески попрощался со стражей, оставил им рукопись и тронул лошадь.
    Теперь надо найти место для жилья. Осмотреться, потолкаться…
    Что нужно для жилья молодому некроманту?
    Лучше бы отдельную территорию. Пристройку или флигель. Лучше, чтобы хозяева были рядом. Чтобы и не мешали сильно и кормили регулярно. Готовить некромант не умел.
    Даже не так.
    Пищей его приготовления можно было отравить даже легендарных листэрр.
    Скрупулезный и педантичный там, где дело касалось работы, в быту некромант становился поразительно рассеянным. Видимо, обратная сторона профессии.
    В суп вместо соли отправлялись сахар или перец, овощи благополучно резались неочищенными, а любая крупа намертво приваривалась к стенкам горшков и котелков.
    Яды некромант готовил в разы лучше…. Раш!!!
    Задумавшись о своем, некромант не успел придержать лошадь. Хорошо хоть умный конек встал сам — и не сшиб девушку.
    Но все равно та сверкнула глазами.
    — Смотреть надо куда правишь!
    Шай Раш!
    Вслух некромант, понятно, этого не сказал. При девушках задницу Раш вслух не упоминают.
    Тем более… при таких симпатичных.
    Таши птицей слетел к девушке, подхватил ее под локоток и рассыпался в извинениях.
    — Прошу простить мне мою задумчивость великодушно, милая ташри…
    Девушка действительно была премиленькая. Точеная фигурка, большие глаза, водопад черных волос…
    — Кана.
    — Никогда бы не подумал! Такая грация и изящество, такое очарование, умоляю вас не держать зла на неуклюжего книжника…
    Девушка чуть смягчилась.
    — Что ж, сатро…
    — Арсайн. Ташир Арсайн, для вас просто Таши.
    — Сатро Арсайн, — Лейри, а это была именно она, улыбалась. — Я не держу на вас зла.
    — Я же вижу, что вы меня не простили….
    Таши вовсе не собирался быстро отпускать девушку. Во-первых, она была как раз в его вкусе. Во-вторых, это источник информации о городе.
    — Разрешите мне загладить свою вину чашечкой ланти?
    Девушка покачала головой.
    — У нас не варят ланти.
    — Как? И нет ни одной леанти? Это ужасно! Куда же можно пригласить такую очаровательную девушку? Неужели нет ни одного места, где юная кана может рассказать несчастному, измученному дорогой книжнику о местных обычаях? О, прошу вас, милая кана, не подумайте дурного. Просто я из Къянти — и мне сложно в вашем городе. Мне пока даже голову преклонить негде…
    Что-то сверкнуло в карих глазах.
    — Вы — книжник?
    — Да, милая кана.
    — И вам негде жить?
    — Я надеялся снять отдельный флигель. Или пристройку. И со временем открыть в вашем городе свою книжную лавочку. Скромную, конечно.
    — Так… а какие у вас требования к жилью?
    — Как и у всякого книжника, милая кана — тишина.
    — И все?
    — Вы разрешите мне мечтать?
    — Разумеется, сатро.
    — Мне бы хотелось тихое место. Книги не терпят шума…
    — И?
    — Хотелось бы столоваться с хозяевами. Увы, я совершенно не умею готовить…
    Таши видел, что его слова чем-то заинтересовали девушку. И шел напролом. Почему бы и нет?
    Он же ее не в постель тянет?
    Ему действительно нужно жилье. Питание. А работа…
    Безработных некромантов не бывает.
    Бывают некроманты, съеденные избытком работы. Иногда — в буквальном смысле.
    Несколько минут девушка размышляла. А потом кивнула.
    — Если Кайри согласится…
    — Кайри?
    — Скажите, а вы оружием владеть умеете?
    Таши едва не рассмеялся. Оружие и некромант?
    Милая девушка, когда некроманту нужно было оружие? Любой, кто некроманта обидит — долго не проживет. И после смерти грустить будет.
    — Я за убеждение добрым словом…
    Например — Шейсс! Всего одно слово, доброе, ласковое, а какое убедительное?
    — М-да… саблей бы лучше… ладно. Может быть, это еще и лучший вариант… Идем?
    — Куда?
    — Да уж не в разбойничье логово…
    Ровно через десять минут фургончик остановился на тихой, заросшей каштанами улочке перед маленькой таверной.
    На фасаде была облупившаяся вывеска.
    "Белая птица".
***
    Таши Арсайн наслаждался жизнью.
    Пирожные с орехами таяли во рту, ланти был восхитительным, горячим и сладким, как некроманту и нравилось. А спектакль — вообще выше всяких похвал.
    Правда, девушки не предполагали, что их спор кто-то услышит, так что не стеснялись в выражениях. Но некромант — это же профессия. Небольшая мертвая мошка, зависшая под потолком соседней комнаты, позволяла некроманты слушать все.
    Видеть бы тоже позволила, но муха видит мир иначе — так, что человеку просто неудобно.
    — Лей, ты с ума сошла!
    — Кай, а что ты теряешь? Тебе нужен постоялец — или нет?
    — Так не первый же встречный?
    — А кто? Тетка Тира с соседней улицы? Ты вообще на кого рассчитывала? На Тарни?
    Каирис замолчала.
    Почесала нос.
    А ведь Лейри права.
    Кто может снять у нее флигель?
    Да только приезжие. Местным-то жилье не нужно.
    А кто — приезжие?
    Разломщики?
    Наемники?
    Купцы?
    Другие как-то в Тиварас не заезжали.
    Лучше бы, конечно, купцы. Но…
    Если купец богатый — так ему не флигель, а дом нужен.
    А еще место для коней, для людей… слуги, рабы… у нее всего один флигель. Три комнатки, подвал, чердак. Теплый, уютный, но…
    Мало.
    Это для одного-двух, максимум трех человек.
    Наемники?
    Эти ходит поодиночке. Но…
    Пьянки, гулянки, девки, драки… а то еще и к ней приставать начнет — увольте!
    Она сейчас одна, заступиться некому…
    Разломщики?
    Та же песня…
    — Так-то…
    Лейри наблюдала за сменой выражений на лице подруги — и была полностью в курсе ее мыслей.
    — Я не подумала…
    — Кайри, лапа, а почему бы нет? Деньги у него есть, человек, вроде, неплохой…
    Таши ухмыльнулся. Конечно, не плохой. Может быть и не хороший, но уж точно не плохой.
    Некромант отправил в рот ложечку прозрачного ягодного варенья.
    Да, вот именно такое. Чтобы без косточек и таяло во рту. Блаженство…
    Почему бы и не снять угол у этой девушки? Особенно если все остальное она готовит не хуже?
    Зла он ей точно не причинит. А другие…
    Если приходит василиск — гадюки уползают прочь.
    Девушка может пострадать, только если раскроется его секрет. А все остальное — пустяки. Не любят почему-то некромантов. И темных тоже не любят.
    С другой стороны — Таши еще ни разу не раскрывали. Таши был осторожен — и уходил, чувствуя опасность.
    За ним никто никогда не гнался, его не искали, не преследовали…
    А пара смертей слишком подозрительных стражников или лойри… это вовсе после его отъезда. Его с этими смертями никак не свяжут — значит, он невиновен.
    Нечего лезть было, куда не просят.
    Таши сделал еще глоток ланти — и даже зажмурился от удовольствия.
    Мррр….. вкусно.
    А серебряный чайничек, накрытый красиво вышитым чехлом, намекал, что счастья хватит еще на две чашки… может быть даже на три?
    Не-ет, отсюда он никуда не уедет.
    Интересно, до чего там договорились девушки?
    Словно подслушав его мысли, дверь скрипнула.
    — Сатро Арсайн…
    Заговорила Каирис. Таши тут же глуповато (отработано) улыбнулся и развел руками.
    — Милый каны, прошу вас, Таши. После такого восхитительного ланти — я весь ваш…
    Девушки не смогли сдержать улыбок. И Каирис кивнула.
    — Хорошо, Таши.
    Девушка уселась напротив него за стол и впилась глазами в глаза. Таши едва сдерожал ехидную усмешечку. Смотри-смотри, девочка, люди, поопытнее тебя ничего увидеть не смогли, а уж как старались…
    — Вы хотите снять жилье.
    — Да, очень хочу. Поверьте, постоялец я очень тихий (трупы вообще не сильно шумят), аккуратный (а то все кругом трупным запахом провоняет), платить буду вовремя и постараюсь не доставлять лишних хлопот. Два короля в месяц вас устроят?
    Девушки переглянулись. Сумма была очень значительной.
    — За такие деньги вы и что получше снять можете. А не мой флигель…
    Упомянутый флигель Таши уже обследовал с помощью той же мертвой мухи — и был откровенно доволен.
    Три комнатки, подвал — глубокий и весьма удобный, чердак, где можно стоять в полный рост, крепкие двери с засовами, толстые стены, тяжелые ставни, запирающиеся изнутри — маленькая крепость.
    Пока он кого не впустит — и отряд стражников не проломится.
    Уж точно не сразу.
    Что еще надо для счастья?
    Чтобы никто внутрь не лез без его разрешения. Но Каирис не похожа на наглую и навязчивую бабу.
    — Мог бы. Но у меня есть несколько условий
    — Какие?
    — Во-первых, я хочу столоваться у вас. Вы восхитительно готовите. А такого ланти я вообще сто лет не пил.
    — Вы выглядите моложе. — пошутила ЛЕйри, стремясь разрядить обстановку.
    Таши весело подмигнул ей.
    — Что вы, милая кана…
    — Лейри…
    — Милая Лейри, мне уже глубоко за сотню!
    И не соврал.
    Темные живут втрое дольше людей. Ему недавно перевалило за полторы сотни лет, так что…
    Еще лет сто-сто двадцать он даже внешне не изменится.
    Если проживет, конечно.
    Некромант — опасная профессия. А быть темным — вдвое опаснее.
    — Заметно, — темные глаза искрились смехом.
    Таши подмигнул девушке.
    — В нашей семье все выглядят моложе. Книжная пыль, милые каны, обладает чудодейственными свойствами при длительном вдыхании.
    Каирис кивнула.
    — Хорошо. Живете, плата за месяц вперед, столоваться вместе со мной…
    — Разумеется.
    — Я встаю с третьими петухами. Приходите, когда пожелаете. Накормлю. Что с уборкой? Я могу приходить раз в три дня, менять белье, если что-то нужно — отдавать в стирку…
    — Замечательно. Каирис, вы разрешите вас так называть?
    Некромант дождался утвердительного кивка головой — и продолжил:
    — Мы подходим ко второму условию.
    — Какому? Кстати, на людях…
    — На людях — вы для меня кана Каллан. И я — сам почтение. Обещаю, — понятливо кивнул Таши. — Каирис, вы не могли бы согласовать со мной время уборки? Я просто не выношу, когда кто-то трогает и перекладывает мои вещи без меня.
    Каирис гневно сверкнула глазами, но Таши тут же вытянул перед собой руку.
    — Согласитесь, чтобы вытереть пыль, надо передвинуть книгу. А я этого не выношу.
    — И что вы мне предлагаете?
    — Вы ведь можете проводить уборку в моем присутствии?
    Каирис подумала — и кивнула. Как говорил отец, каждый имеет право на свои странности. Почему нет? Особенно если щедро платит.
    А два золотых — это очень щедро.
    — Таши, а почему вам не купить свой дом?
    — А уборка? Готовка?
    — Неужели вы не сможете купить еще и раба?
    Каирис спрашивала не просто так. Фургончик она оценила. Неказистый, но такой не одну дорогу проедет. И конька — вроде бы не красавца, но явно умницу и выносливого. И одежду Таши. Не слишком броскую. Вроде бы недорогую. Шалотта — она из любой ткани шьется. И достоинством именно этой был скорее ее крой, позволяющий в мгновение ока сдернуть ее с плеча — и завернуться заново, так, что вместо светлой одежды на человеке оказывалась темная.
    Штаны тоже… добротные, холщовые, удобные и практичные в дороге.
    А вот сапоги…. Каирис отлично знала, сколько стоит рыбья кожа работы интарцев. Папе двухмесячный заработок пришлось бы отдать за такие сапожки.
    — Смогу.
    — Так что же тогда?
    Хороший раб стоил не меньше шести полновесных королей. Дорого, но те же сапожки стоили в три раза дороже.
    — Каирис, я же не знаю, что придет в голову очередному вельможе. Если какому-нибудь знатному трайшу или лойри не понравятся рукописи — возможно все.
    Каирис кивнула. Тоже верно.
    Рукописи и свитки — дело такое. И запретная магия там может встречаться, и что-нибудь крамольное, например, что дедушка нынешнего короля не законный, а прижит от служанки и признан женой короля, как свой, и…
    За такое можно было и на виселицу угодить.
    Каирис кивнула.
    — Хорошо. Не буду скрывать — я рада вашему предложению. Недавно я потеряла родных — и мне нужны деньги.
    Таши кивнул. Честная девочка.
    — Ваш отец держал трактир…
    — Да. Я и мама готовили, убирали, братец помогал накрывать на столы…
    — Семейное дело?
    — Еще нанимали несколько человек — подавать, мыть…
    — А сейчас вы не собираетесь продолжать содержать трактир?
    Некромант спрашивал не просто так. Его бы это устроило со всех сторон.
    И у Каирис меньше времени и желания следить за постояльцем, и шум-гам кругом, и люди постоянно меняются — удобно.
    — Отец был наемником. Он легко справлялся с любым беспорядком. Я же… Увы.
    — Это, конечно, проблема, — Таши прищурился. Кажется, у него появлялась идея… — С другой стороны — у вас хорошее место. Вы отлично готовите. Вы явно чистоплотны. У вас ведь нет ни слуг, ни рабов?
    — Нет…
    — А таверна блестит.
    Каирис чуть покраснела. Вообще-то она не слишком любила уборку. Но это занятие отлично помогает от тоски и горя.
    — Каирис…. Почему бы вам не открыть леанти?
    — Леанти?
    — Ну да. будете подавать ланти разных сортов и сладости к нему. Для дам. И что-нибудь чуть посущественнее, вроде пирожков с мясом для мужчин. Мне уже сказали, что у вас в городе нет леанти…
    — Ну да… — Каирис была откровенно ошарашена.
    — Кстати, а почему?
    Девушки переглянулись, что-то обдумали и дружно пожали плечами.
    — Для этого надо быть человеком иного склада, недели те, что приезжают сюда, — Лейри улыбнулась. — Недалеко разлом. И несколько спусков. Местные таверны предназначены для наемников, разломщиков, купцов, перекупщиков… а им нужен вовсе не ланти.
    — А их дамам очень даже нужен. Да и обычные люди здесь живут. Не в харчевню же приглашать девушку?
    Девушки переглянулись. Вообще, неприличных девушек туда и приглашали. А приличных… их обычно приглашали погулять по главной улице. Или по саду градоправителя, который традиционно был открыт для всех желающих.
    — Хм-м…, - протянула Каирис.
    Вообще, это могло сработать. Тиварас — не самый большой город, но люди и здесь живут. И неплохо.
    — Кай, — подала голос Лейри, — тебе ведь всегда удавались закуски и сладости.
    — Ну да…
    — А я собираю рецепты ланти.
    — Да уж, ты у нас любительница…
    — Лейри, это вы варили? — Таши воззрился на чайничек. — Позвольте припасть к вашим ногам с благодарностью. Ничего более вкусного я уже год не пил. Если не больше.
    — Вот, Кай, если ты возьмешь на себя закуски, я могу приходить и варить ланти. Таши, вы нам расскажете, как должна выглядеть леанти?
    — Не спешите, — возмутилась Каирис. — Вы с ума сошли?
    Таши и Лейри переглянулись.
    — Да вроде как нет, — протянул Таши.
    — Кай, а почему нет? — удивилась Лейри.
    — Потому что если леанти разорится — мне придется продать таверну.
    — Ты и так не сможешь содержать ее одна. Заставят продать. Или запалят…
    — Болячку тебе на язык!
    — Как ни ругайся, а реальность жизни….
    Каирис вздохнула.
    Ну да.
    Местный градоправитель носил прозвище "Где моя доля?". И вполне заслужено. А еще у него была большая семья — и очень жадные руки.
    Таверна в таком городе — хороший источник дохода.
    — А вот если ты откроешь леанти…
    — Разорить меня он сможет в любом случае.
    — И ты сразу сдашься? Даже не попытаешься что-нибудь сделать?
    Каирис вздохнула.
    — Таши, лошадь можно поставить в конюшню. А фургон отлично разместится на заднем дворе. Во флигеле чисто. Вы можете располагаться. Я сейчас принесу вам белье. И наверное, что-нибудь перекусить с дороги?
    — Кай, а леанти?
    Лейри смотрела внимательно.
    — Дай мне подумать. Дня три. Я все обдумаю — и мы поговорим.
***
    Таши удобно устроился на кровати. Пока он еще не распаковывал вещи. И сильно не волновался. Ему казалось, что Каирис, подумав, примет его предложение.
    Но пока…
    Ему не хотелось разбирать сундуки.
    А за фургон он не беспокоился. Там Шейсс. А еще — Шайсс и Шойсс. Троица костяных гончих может сделать фарш из кого угодно. И пусть.
    Таши не был кровожаден, но костяных гончих надо подпитывать. Кровью и страхом жертвы. А то рассыплются.
    Недавно они это получили. Пусть пока полежат в сундуках.
    А он обживется, освоится, отдохнет…
    И только тогда начнет опять работать по специальности.
    Таши Арсайн, некромант, появится примерно через месяц.
    А пока…
    Есть скромный книжник Ташир Арсайн, он собирается помочь милой девушке выжить… почему бы нет?
    Таши откровенно нравились и Каирис, и ее подруга — а когда живешь долго, начинаешь потакать своим маленьким прихотям. Помощь девушкам не должна подставить его под удар.
    В любом случае, он будет осторожен… но так интересно поиграть!
    Азарт — одно из обязательных качеств любого темного. А как иначе жить на острие ножа? Только азартно и весело!
***
    Два дня спустя.
    — Каирис!
    Кай, закупавшая на утреннем рынке свежее мясо, обернулась.
    — Шарт? Рада тебя видеть.
    — Каирис, давай помогу?
    Шарт, не спрашивая, взялся за ручку корзинки.
    — Тебе еще много покупать?
    — Нет. Сейчас вырезку куплю — и домой. Готовить надо…
    Шарт Каирис не то, чтобы нравился… тут было другое.
    Одно время он даже ухаживал за девушкой, дарил цветы… а потом все окончилось очень печально.
    Тиварас, естественно, не обходился без "цветников". И Каирис узнала, что Шарт ходит к одной из бордельных девушек.
    На это обижаться не стоило. К таким не ревнуют. После таких мужчин посылают к лекарю или магу — и принимают в семью. Ну, захотелось человеку грязи. Бывает.
    Только вот Шарт пошел дальше.
    Не обращая внимания на недовольство отца и матери, он выкупил девчонку из борделя и поселил у себя. И продолжил ухаживать за Кай.
    Каирис ничего не знала. Просветила вездесущая Лейри. И поинтересовалась — у тебя, подруга, с ним серьезно? Али как?
    Девушка естественно, спросила у Шарта, в чем дело?
    И услышала: Кай, она такая хрупкая, она такая несчастная, у нее трудная судьба… я не смогу ее бросить. Она поживет со мной? Ты только не обижайся…
    Надо отдать Каирис должное — она не обиделась. Она просто взбеленилась.
    Ну надо же!
    Бордельная шлюха — несчастный человек!
    Да весь город знает, что мать ее была шлюхой, и дочь такая же… промотала деньги на гулянки с мужиками, привыкла к роскошной жизни, а в цветочнике Шимерты она весьма неплоха. Лекарь, охрана…
    Не знает только Шарт — и то потому, что слушать не хочет. Промотался наемником чуть не десять лет, пропустил эту историю мимо ушей — и защищает свою Лелиин, словно та из стекла сделана.
    Кай не прекратила общение с Шартом. Тем более, что его мать была известной на весь город портнихой. Они с бабкой и содержали всю семью, пока мужики стояли вышибалами в кабаках.
    Но о близких отношениях и речи быть не могло.
    Вот еще!
    После дешевой проститутки?
    У меня тоже гордость есть!
    Как ни странно, Шарт принял это спокойно. Остался другом, приятелем, с которым хоорошо поболтать, но попыток сблизиться не делал.
    Почему так? Это Каирис разъяснила та же Лейри.
    Простите, для плоти у него была та же Лелиин. А вот пообщаться — о чем можно говорить с человеком, подобным ей?
    Обсуждать количество мужиков, пропущенных через себя?
    Или качество?
    Проводить сравнение?
    Поэтому Каирис оставалась для общения. И Шарт был доволен.
    — Как у тебя дела?
    — Замечательно. Вот, постояльца пустила.
    — Кто такой? Чем занимается?
    — Книжник. Читает день и ночь напролет. Хороший человек.
    — Давай я зайду с ним познакомиться?
    — Зачем?
    — Твой отец… Кай, прости, но ты ведь совсем одна. Вдруг тебя обидят?
    С губ Каирис едва не сорвалось "Да уж не больнее, чем ты". Но — смолчала. Гордость, уважаемые сатро и каны. Гордость.
    — Заходи, если пожелаешь.
    — Могу даже сейчас. Посижу, поговорим, пока ты завтрак готовишь.
    Каирис не сдержала усмешки. Шарт откровенно напрашивался на завтрак — и неудивительно. Его мать, не пожелав терпеть в своем доме дешевую шлюху, влезла в долги и выкупила для сыночка домик на окраине. Маленький, всего в две комнатки. И отселила туда чадушко. Пока не поумнеет.
    Готовить Лелиин не умела. Шить и убирать — тоже. У нее был только один талант, но не подлежащий сомнению.
    В результате Шарт был потрепан, голоден и имел вид откровенно мартовского кота.
    Почему на это пошла Лелиин с ее привычкой к роскоши?
    Так век проститутки короток. А дурачков, которые способны подобрать девицу из борделя — немного. Один Шарт на весь Тиварас пока нашелся.
    Лелиин подумала, и решила, что проще не выйти из "цветочника", а перейти от одного мужчины к другому.
    Шарт этого пока не замечал, но Каирис ожидала того момента, когда Лелиин его бросит с интересом, а Лейри и со злорадством. Предпочесть ее подруге какое-то фи?
    Этого девушка спускать не собиралась.
    — Ладно, пойдем. Заодно корзину отнесешь.
    Каирис выбрала кусок мяса, расплатилась — и отправилась домой.
    Шарт нес корзину — и всю дорогу рассказывал, как они гоняли разбойников в Интаре всем отрядом. Кай слушала, поддакивала… и думала, что может быть стоит открыть леанти?
    Не для того, чтобы что-то доказать, нет. Кто Шарт такой, чтобы ему что-то доказывать?
    Но… для себя.
    Чтобы доказать себе, что она — не просто очередная Лелиин.
    Вроде бы смешно сравнивать. Но… а чем жена отличается от шлюхи?
    Жена готовит, стирает, убирает, спит с мужем, рожает детей, а иногда и работает, как мама Шарта.
    Шлюха же…
    Лелиин сейчас делает то же самое. Только что не работает. Но тут уж они вдвоем с Шартом сидят на шее у его матери. И детей пока нет. Но зачем они Лелиин? Они могут помешать устроиться в жизни.
    Каирис механически поддакивала — и думала, что нужно для открытия леанти.
***
    Дом встретил ее шумом. Ее постоялец на заднем дворе ополаскивался из ведра. Таши вообще поражал ее своей чистоплотностью, купаясь по три-четыре раза в день. Сначала Каирис боялась, что его цапнет пес, но куда там…
    Булай, обычно облаивающий всех посетителей, присмирел и вел себя, как мохнатый ангел. А когда Таши выходил на задний двор — вообще прятался в конуру.
    К фургону пес вообще не подходил. Каирис удивилась, но промолчала. Если человек платит — он имеет право на странности.
    Да, пес не любит подходить к фургону. А лучше, если он пометит все колеса — и Каирис придется объясняться с хозяином?
    Вот тоже радости…
    Шарта Лай приветствовал без особой радости. Приподнял голову, Глянул на пришедшего — и опустил назад. Все знаю, видел. Ничего нового и интересного, обидишь хозяйку — покалечу.
    А попусту брехать не привык.
    На кухне Каирис разобрала покупки и принялась разогревать сковороду.
    Пирожки уже поднялись, каша была запарена с вечера, но Каирис собиралась пожарить еще и мясо.
    — Кана Каллан, у вас гости?
    Таши вошел на кухню неслышно, как призрак. Кроме мокрых на кончиках волос ничто не говорило о его недавнем купании. Шалотта расправлена просто идеально, из-под нее видны светлые брюки и рубашка, глаза доверчиво смотрят на посетителя…
    — Да, сатро Арсайн. Это сатро Сиртрин. Мой старый знакомый.
    Шарт встал из-за стола и протянул Таши руку.
    — Я друг каны Каллан.
    Таши пожал руку Шарта с абсолютно спокойным лицом.
    — Да, разумеется. А давно вы друзья?
    — Простите, сатро?
    — Давно ли вы друзья и насколько близка ваша дружба?
    — Сатро Арсайн! — возмутилась Каирис.
    Таши был настолько спокоен и бестактен, что девушка заподозрила подвох — и не напрасно.
    — Простите, кана Каллан. Мне просто интересно, давно ли ваш друг страдает болезнью Лейвера — и знает ли он, что ему необходимо лечение?
    — Болезнью Лейвера? — удивился мужчина.
    — Ну да. Основные признаки — синеватые лунки ногтей, характерные высыпания на коже и — Таши придвинулся вплотную к Шарту и прошептал несколько слов на ухо. Каирис расслышала нечто вроде "выделения"…
    Шарт побледнел, побагровел, а Таши добил его невинным:
    — Если вы не в курсе, по-другому это называется болезнью гулящих женщин. Поэтому я бы на правах постояльца попросил вас сначала посетить лекаря, а потом уже приходить к кане Каллан. Конечно, через корзину эта болячка не передастся, но неприятно ведь.
    Шарт побледнел.
    Побагровел.
    И вылетел из дома.
    Каирис посмотрела на некроманта.
    — Таши, откуда вы знаете…
    — Про болезнь? Так я ведь книжник. И читаю много… это не самая распространенная болезнь. Но она встречается.
    Каирис только покачала головой. Почему-то она была уверена — Таши не солгал.
    И только потом, поздно вечером, выплыла мысль — откуда Таши знал, что Шарт только нес корзину?
    Каирис подумала минуту — и кивнула.
    Мог и увидеть, когда они в калитку входили. Они же не прятались. И корзина стояла рядом с Шартом… бывает.
    Реальная причина ей в голову даже не пришла.
    А Таши не особенно спешил просвещать девушку.
    Цветочная порча имеет все сходные признаки. Накладывается — за минуту. Держится, если не закреплять — примерно сутки.
    Потом все пройдет, но для хорошего семейного скандала времени хватит.
***
    Ровно через два дня в таверне собралась та же компания.
    Таши был рассеян и неуклюж (не выспался, читал книгу по зельеварению), Лейри бодра и весела, Каирис серьезна и задумчива.
    Первой слово взяла Лейри.
    — А вы слушали, что Шарт своей девке синяков наставил?
    — Нет, — пожал плечами Таши. — а наставил?
    — Орал на всю улицу, мол, он ее из борделя взял, а она ему изменяет…
    — Ну если она после такого ему изменять не начнет — очень удивлюсь, — Каирис пожала плечами.
    — Вот! А ты, глупая, еще по нему страдала!
    Каирис досадливо сверкнула глазами.
    Ну, страдала. Было дело. Все-таки не каждый день тебя меняют на девку из публичного дома. Так что неясно, что тут больше свербело. Самолюбие — или любовь.
    — Ладно, давайте поговорим о другом.
    — О чем же?
    — Леанти.
    Слово упало веско и серьезно. Лейри взвизгнула. Таши вскинул брови. И Каирис продолжила.
    — Я прикинула. Деньги есть. Если я открою леанти — пару лет я протяну. Даже если придется с хлеба на воду перебиваться. А там будь, что будет.
    Таши улыбнулся про себя.
    Смешная девочка. Но решительная. Это хорошо.
    — Итак. Мне всегда удавались закуски и сладости. Лейри — мастер леанти. Лей, ты поработаешь у меня? Правда, много платить я пока не смогу…
    Лейри шарахнула рукой по столу.
    — Кай, еще раз ты скажешь про деньги…. и я тебя стукну! Не смей, слышишь!
    Таши даже залюбовался. Красавица. Спина напряглась, глаза горят, была бы кошкой — еще бы и хвост трубой был.
    — Лейри!
    Кай не уступала подруге.
    Несколько секунд девушки испепеляли друг друга глазами. Таши уже подумал, что придется вмешиваться, но тут словно струна лопнула.
    — Если за полгода выйдем в прибыль — тогда заплатишь, — коротко сказала Лейри.
    — Два золотых в месяц, — просто сказала Кай.
    Для мастера ланти это было достаточно мало. Но для обычного человека…
    Но Лейри кивнула.
    — Ладно. На это я согласна.
    Девушки еще раз переглянулись — и посмотрели на Таши.
    — Лейри, а вы только один рецепт знаете? — осторожно спросил он.
    И подружки рассмеялись.
    — Да что вы! Таши, у нас была рабыня-къянти. Она уже старенькая была, ничего делать толком не могла, за мной присматривала, за Кай… Но леанти она варила — талант. И меня научила. Я две сотни рецептов знаю.
    Таши только присвистнул.
    Мастера ланти знали до ста рецептов. И это считалось очень неплохо.
    Ланти — вообще невероятно капризный напиток. Темные зерна впитывают все оттенки запаха и вкуса. Добавишь чуточку больше специй — получится слишком остро. Меньше — невкусно.
    Переложишь сахара — в рот не возьмешь.
    Не доложишь — язык узлом завяжется.
    Так что настоящие мастера в Къянти на вес золота. Потому что правильно сваренный ланти веселит душу не хуже вина, проясняет разум и укрепляет здоровье. Ходят слухи, что кустарник этот принесли из другого мира листэрр и питались его зернами. Но тут уж неизвестно…
    — Лейри, позвольте вам поклониться… вы действительно мастер.
    Лейри смутилась.
    — Мне просто было интересно…
    Таши только головой покачал.
    За такое мастерство два золотых — это очень по-божески.
    — Итак, — слово опять взяла Каирис. — Первое. Обстановка. Таши, мы не знаем как должна выглядеть леанти.
    Таши на миг задумался. Огляделся вокруг.
    М-да.
    Таверна красивая, никто не спорит. Этакий милый простонародный стиль. Стены выбелены, на них висят связки лука и чеснока, какие-то простенькие картинки из тех, что малюют прямо на улице… тяжелые дубовые столы, лавки, потемневшие балки потолка…
    Только вот на изощренную изысканность леанти это походит так же, как кухарка на высокородную ташри.
    А вот что бы…
    — Драпировки, — озвучил Таши то, что пришло в голову. — Полагаю, что-нибудь в кремовых и розоватых тонах. Можно добавить немного золота. Тяжелые шторы. Скатерти на столы… хотя… — Таши тронул пальцем темный дуб. — Скатерти не надо. Они и так хороши. Но надо будет как следует отшлифовать поверхность и покрыть лаком. Кроме того, закажем пару-тройку столов поменьше. И стулья вместо лавок. Последнее — обязательно. Лучше бы кресла, но это дорого.
    — Даже и без кресел — дорого.
    — Я могу поговорить с отцом, он поможет с деньгами, — начала было Лейри. И была остановлена единодушным "Нет!".
    Каирис удивленно посмотрела на Таши, но говорить начала первой.
    — Лей, прости, но я против. Денег у меня не так много, но даже кусочек птичьего крыла в чужие руки не попадет.
    Лейри надулась.
    — Он же не войдет в долю, просто даст ссуду…
    Кай фыркнула.
    — Лейри, милая, твой отец — торговец. Деньги он мне даст только под обеспечение. И процент попросит, что я — не знаю?
    — Я попрошу…
    — Нет, Лейри. Я против.
    Сказано было — с твердостью алмаза. Таши только головой покачал. М-да. Девушка — ослик. Маленькие такие, но если упрутся — с места не сдвинешь.
    Лейри фыркнула. И Таши решил взять слово.
    — Лейри, полагаю, что мы справимся.
    — Мы? — удивилась Каирис.
    Таши улыбнулся. Мягко.
    — Ну да. Каирис, если вы не возражаете выделить уголок скромному книжнику.
    — То есть?
    Таши показал на один из углов "Птицы". Загороженный балкой, он выглядел отделенным от остального зала. Каирис знала, что отец хотел отгородить местечко для благородной публики, но не успел.
    — Я могу расположиться там со своими книжками. Если кто-то пожелает у меня что-то купить…
    Каирис подумала…
    — Почему бы нет? Много места вы не займете?
    Таши покачал головой. Много — нет. Да и вообще торговля книгами только прикрытие. Сами подумайте, есть трактаты, за которые можно угодить на виселицу. Или на костер к хоши. Но что делать, если они необходимы скромному некроманту?
    Да только одно.
    Прятать лист в лесу. А книгу среди книг.
    И срабатывало. Уж сколько лет, стражники выдыхались раньше, чем дело доходило до его тайников.
    — На вывеске укажем…
    Таши поднял руку.
    — Нет, Каирис. Первое — вам придется поменять вывеску и название.
    — Почему?
    — Потому что леанти не называют подобным образом.
    Каирис подняла брови.
    — А как же?
    — Леанти. Второе слово выберете сами. Обычно это бывает что-то, что важно для владельца. Я видел леанти розы, леанти лунного вечера, леанти изумрудной зимы…
    — Пусть будет леанти белой птицы, — Каирис сдвинула брови. И Таши понял, что тут ее не свернуть.
    А, ладно. Название не так важно, как содержимое. Алмаз одинаково спокойно лежит и в шкатулке — и в сапоге.
    — Итак, драпировки, вывеска…
    — Запасы. У вас есть ланти?
    — Мало. Надо закупить…
    — предлагаю дать Лейри лист бумаги — и пусть пишет все необходимое ей для ланти.
    — Я завтра сама схожу и куплю, — отмахнулась Лейри.
    — Нет, — Таши чуть надавил голосом. — Лейри, вы можете написать список. А на рынок завтра схожу я.
    — Я достану деньги, — Каирис поднялась из-за стола.
    — Нет. Каирис, считайте, что это будет моя плата за аренду.
    Каирис нахмурилась. Что-то посчитала в уме и кивнула.
    — За два месяца.
    — За месяц. А там посмотрим, как пойдут дела.
    — За два месяца. Кай, я знаю, что вы не хотите долгов. Но это и не долг. И не благотворительность. Я примерно представляю, что нужно Лейри.
    Кай нехотя кивнула.
    — Вы знаете больше меня.
    — В этом — да. Что надо еще? Сладости? Вино?
    — Месяца два мы продержимся на старых запасах. Разве что муки прикупить, но это я сама у знакомого мельника…
    — Как скажете, Каирис.
    Девушка прикусила губу.
    Глаза ее сияли, тонкая русая прядка выбилась из косы, сверкнула золотом в солнечном свете… и таши невольно залюбовался девушкой. Лейри настоящая красотка. Но сколько внутреннего огня в душе Каирис…
    Так, осторожно, темный.
    Не обожги хвост.
    Каирис положила перед собой лист бумаги.
    Драпировки.
    Столы.
    Мягкие стулья. Переделка стойки.
    Запас ланти в зернах.
    Охранник. Пара рабов.
    — Что?
    Вот от этого предложения Таши вскинулись обе девушки. Мужчина только покачал глоовой.
    — А как вы думали?
    Каирис помотала головой.
    — У меня не хватит денег. Проще нанять помощников.
    — Нет!
    Теперь Таши говорил дуэтом с Лейри. Видимо, для разнообразия.
    — Кай, первое время я буду помогать. Отец не будет против.
    — Лейри!
    — Не спорь. Или поругаемся.
    — И вам все равно нужна и охрана, и рабы. Проще уплатить один раз, а не каждый раз. одна вы не справитесь, Каирис. И даже вместе с Лейри.
    — Раньше справлялась.
    — Раньше это было семейное дело. Сейчас же — вы одна. Этого мало. Я могу постоять за себя и за вас, но вечно рядом я не буду. Лейри вас тоже не защитить.
    — Я не безоружна.
    — Но с мужчиной вам не справиться. Каирис вздохнула.
    — Таши, я не могу…
    — Просто поблагодарить? Тогда не благодарите. Переживу. Я куплю вам рабов. И буду также ими пользоваться. Деньги отдадите постепенно, в течение года, с прибыли. Без процентов. Или если хотите — они останутся моими рабами. Хотя бы формально.
    Каирис сверкала глазами. Лейри выглядела, как довольная черная кошка. Таши улыбался.
    Глупые девочки. Их ждет еще много проблем. Но… у некромантов тоже бывают острые приступы альтруизма. Когда они желают сделать добро. Ради разнообразия.
    Ну и… ему это выгодно.
    Если вокруг будут шум и гам — Каирис некогда будет следить за постояльцем.
    Хотя она и так не будет этого делать. Но девушка она наблюдательная.
    А если он будет постояльцем у такой милой девушки, как Каирис — кто заподозрит его?
    Каирис вздохнула.
    — Ладно. Сняв голову — по волосам не плачут.
    — Ты можешь потерять все, — Лейри была безжалостна. — Но можешь многое и приобрести.
    — Завтра я иду на рынок, — подвел итог Таши. — А пока — давайте прикинем во ссколько это обойдется по деньгам.

Глава 2
Покупки

    Рабский рынок Тивараса не произвел на Таши сильного впечатления. Так себе. Средненько.
    Здесь вообще не лучшее место для торговли. Спрос на рабов в больших городах, в порту… а кому закупать рабов здесь?
    Разломщикам?
    Наемникам?
    Не те люди.
    Так что на рынке, который по закону вынесли за территорию города, было малолюдно. Три больших загона были полупусты. Их обитатели мрачно смотрели в землю.
    Таши приглядывался. Он никуда не спешил и твердо знал, что ему нужно.
    Пара достаточно крепких женщин на подхвате у Кайри и Лейри. И один крепкий раб в охрану.
    Вопрос — сколько за это возьмут. Таши и двадцать рабов купил бы, не обеднев. Но зачем светить деньги?
    Свист бича заставил некроманта невольно сделать шаг в ту сторону.
    Не любил он этого…
    Ритуальные пытки входили в курс обучения. Но там — необходимость. Есть существа, которых просто так не создашь.
    Те же костяные драконы, шамельти, дольфи…
    Ради некросов Таши мог извести и десяток людей. А тут что?
    Просто так — или?
    Некромушка, поднятая одним движением брови Таши, отправилась в полет.
    Избиваемый раб крыл своего мучителя последними словами. Хотя на безумца, который ищет смерти, не походил.
    Мушка парила наверху. Так-так…
    — … Хоть до смерти убей…! Только лекаря им позови…!!!
    — Пасть закрой!..!!! Лекаря…!!! Да пусть… и…!!!
    Мушка плавно скользнула к рабскому загону, рядом с которым происходила экзекуция.
    Некромант шагнул в сторону с дороги, чтобы не наступили на ногу или не толкнули — и сосредоточился. Видеть глазами мертвого насекомого можно. Но утомительно. И надо понять, что видишь.
    Где тут бараки?
    Один, другой, люди в ошейниках, на цепях, в загонах, лежащие… оно?
    Кажется, поиски увенчались успехом.
    В самом маленьком бараке. Наглухо закрытом на засов.
    Таши пригляделся, опуская муху как можно ниже.
    Та-ак…
    А вот за это можно и без шкуры остаться.
    Если узнают.
    Таши довольно улыбнулся.
    Есть несколько видов лихорадки. Красная, зеленая, белая, черная…
    Все — заразны. Но лечатся далеко не все. Точнее лечатся не всеми.
    Самая опасная — черная лихорадка.
    Черный мор. Названный так за то, что способен в несколько дней оставить кладбище на месте большого города.
    Как он появляется?
    Загадка для всех. Кроме некромантов.
    Есть такая вещь — старые могильники. Вот на них и растет черень-ягода. Сама по себе она не опасна. И если ее сорвать и съесть — ничего не случится.
    А вот если это сделать в полнолуние…
    Обычно это бывает по случайности. Но те, кто заболел, не успевают об этом рассказать. А некроманты не делятся знаниями.
    Вы нас травите?
    Вот мы и не скажем, что второе название вашей неизлечимой черной лихорадки — некросмерть.
    Зачем?
    Тем более, что это действительно смерть. Три дня горячки, бред, жара, язвы по всему телу — и готовьте саван. Зараза распространяется быстро. Дыхание, прикосновение — и этого достаточно.
    Заболевают не все. А тут кто?
    Некромант усмехнулся.
    Мужчина, две женщины, девочка лет десяти… отлично. То, что надо.
    Интересно, за кого переживает этот раб?
    Сейчас выясним.
    Муха упала на землю. А Таши бодрым шагом направился к месту порки.
    — Доброго дня, сар.
    Толстяк, в богато расшитом кафтане (Равха?) обернулся. Надсмотрщик занес плеть.
    — Может, пока прекратите экзекуцию?
    — А вам что за дело, сатро?
    Таши знал, что видит купец. Простые сапоги, покрытые пылью, светлая шалотта, рука без брачного браслета, серьезное лицо, скованные движения… Одним словом — случайный мимохожий. С которого большой прибыли не получишь.
    Таши невинно улыбнулся.
    — Я слышал, нужен лекарь?
    Был бы купец собакой — у него бы шерсть на загривке дыбом встала.
    — Вы, сатро, лекарь?
    Таши улыбнулся.
    — И лекарь тоже. Вам нужна моя помощь?
    — Нет!
    — Да! Помоги…
    Выкрик раба заглушил свист плети. Крик оборвался хрипом.
    — Молчать, тварь! — рявкнул надсмотрщик.
    — А вы идите отсюда, сатро, если проблем не хотите, — улыбнулся купец. Мягко так, липко… — не нужен нам лекарь…
    — Вам — не нужен. А тем больным в маленьком бараке? — Таши смотрел невинно.
    — Нет там никаких больных! — рявкнул купец.
    Таши прищурился.
    — А если проверить?
    Купец задохнулся от гнева. Но прежде, чем он успел вымолвить хоть слово — Таши шагнул чуть вперед и влево.
    — Если ваш слуга еще раз поднимет кнут — я крикну стражу. Взгляд купца метнулся по загону — и Таши покачал головой.
    — А рот вы мне заткнуть не успеете. Не надо оглядываться. Ваши люди далеко. И уберите руку от пояса. Кинжалом в меня еще попасть надо. Да и свидетелей тут хватает. А с трупом вы что делать будете?
    Судя по лицу надсмотрщика — он бы это обдумал уже над трупом.
    Купец явно был умнее.
    Рука его опустилась вниз.
    — Договоримся, сатро?
    — Так чем больны ваши рабы?
    Вопрос прошелестел змеей.
    Ответ Таши знал, но… игра диктует правила. Еще один маленький шажок.
    — Почему вы так боитесь лекаря?
    — Чернуха!
    Выкрик раба не остался бы безнаказанным. Но конец кнута прочно упокоился под сапогом Таши. Поэтому надсмотрщик грязно выругался, но сделать ничего не посмел. И правильно.
    Некроманты — добрые и пушистые. Но злопамятные…
    Таши не любил делать людям больно, но на этого конкретного надсмотрщика он с удовольствием наслал бы костяную гниль. Для начала…
    — Там твои близкие, — вопрос был уже к рабу.
    — Жена. И дочь.
    — Давно заразились? День? Два? Когда началось?
    Началось полтора дня назад. На подходе к городу. Слегла дочка одной из рабынь. Сегодня с утра умерла. Но заболели еще пятеро. А среди них мать умершей девочки, жена и дочь раба. Он почему-то не заболел, стал просить лекаря, получил плетей, попробовал кричать, его скрутили…
    И тут принесло Таши.
    Выслушав рассказ, мужчина кивнул.
    — Так, сатро. Рабов я у вас забираю.
    — Что!?
    — Всего их сколько?
    — Четверо больных.
    — И этот здоровый. Значит так, за пятерых я вам даю шесть королей.
    — Сколько?!
    Рев раненного в самый кошелек торговца, разнесся по загону.
    — И вы меня только поблагодарите.
    — За что же?!
    — Я заберу у вас людей, за которых на вас наложат штраф, а то и вовсе пинком из гильдии погонят. Кроме того, я заберу раба, которого вы бы иначе запороли, потеряв на этом прибыль. А я вам еще и денег заплачу.
    — Да это же грабеж! Стоимость двух рабов — за пятерых!
    — А если подумать? Это хоть что-то вместо проблем. А так вы останетесь без рабов, денег, места в гильдии — да еще и на веревке можете повиснуть. Черный мор — не шутки.
    — Сар Тармо…, - надсмотрщик, кажется, впечатлился.
    Купец вскинул руку. Блеснул золотой обручальный браслет. Толстый, свидетельствующий о богатстве его хозяина.
    — Помолчи, Рант.
    В загоне воцарилась тишина. Все ждали. Надсмотрщик — тупо, Таши — насмешливо, раб — с безумной надеждой.
    Да, известно, что черный мор неизлечим. Но зачем иначе лекарю выкупать безнадежных рабов? А вдруг?!
    И такая отчаянная надежда читалась в его глазах…
    Таши вздохнул про себя.
    Ну да. Черный мор не лечится. Никем кроме некромантов.
    Потому что не болезнь это вовсе даже. А могильное проклятие. Порча. Разновидность астральных паразитов.
    Их можно изгнать — если успеешь. Но не лекарю ж этим заниматься. А обычные маги тоже не потянут. Чтобы видеть такие вещи, надо быть змееглазым. И не иначе.
    Изгнать эту дрянь, кстати, тоже нее так сложно.
    Нужно кладбище, живой голубь или крыса, пентаграмма и капелька силы. А при отсутствии жертвенных животных можно обойтись и своей кровью. Не проблема.
    Так что…
    — Парень прав, — наконец изрек купец. — Этот — кивок на раба — и так в убытках. Те тоже сдохнут. И вылечить их никто не сможет. Могут и других заразить.
    Могут, — усмехнулся про себя Таши. — Паразиты помирают примерно через трое суток после смерти носителя. Как раз доедают душу. На тебя, скотина, с лихвой достанет.
    — Зачем они тебе?
    — А на опыты, — улыбнулся Таши.
    Раб взревел, пытаясь броситься на Таши, но точный удар кнута надсмотрщика поверг его в беспамятство. Оно и к лучшему.
    Пусть пока поваляется. Мы еще и сон на него нашлем, чтобы не мешался…
    Купец ухмыльнулся.
    — Ладно. На опыты — так на опыты. Как тащить их будешь?
    М-да. Фургончик оставался во дворе у Каирис. Он как-то не рассчитывал на больных. Но и уходить — не дело.
    — А вы мне продадите. Телегу с лошадью.
    — Ну ты и наглец, парень.
    — Что вы, сатро, куда мне до купцов…
    — За телегу с лошадью с тебя еще шесть золотых.
    — Вы никак мне карету градоправителя продать собрались, сатро? Золотой — и то много.
    — Обнаглел? Пять золотом.
    — Два короля — и ни монеткой больше.
    Купец вздохнул. Но было видно, что цены Таши знает.
    — Ладно. Три монеты.
    — По рукам. И я сам их погружу.
    — Еще бы кто тебе помог… найди дурака.
    — Так где моя телега?
    Пока искали телегу, пока запрягали, пока заключали сделку — Таши потребовал все записи при свидетелях — время подошло к полудню. Но все заканчивается — и наконец мужчина смог заняться своим новым имуществом.
    Телега была старая, лошадь тоже, но рассыпаться ни та, ни другая не торопились. Таши не стал требовать больше. Погрузил в телегу обоих мужчин (больного и бессознательного), женщин, ребенка — и посмотрел на купца.
    — Чтобы наши дороги пересекались только к выгоде, сатро.
    — И тебе того же, лекарь.
    Таши тронул поводья.
    М-да. Неудачно. Время — обед. До вечера надо найти кладбище. А еще — предупредить Каирис. А то девочка волноваться будет. И тащить эту заразу в город нельзя. Чернуху самый тупой стражник распознает. Еще бы.
    Потому так и названа, что при ней чернеют зрачки глаз, ногти и язык.
    Так — что? Едем на кладбище?
    Таши отъехал от рабского рынка и покачал головой.
    Положил руку на лоб выпоротого раба, приводя его в чувство.
    Тот застонал и медленно открыл глаза.
    Сначала они были мутными. А потом в них появилась ненависть.
    — Опыты!?
    — Если бы я сказал тому хорьку, что это не чернуха — он бы мне вас в жизнь не продал, — Таши был спокоен.
    — Н…е чер…нуха?
    Мужчину словно по голове мешком приложили.
    — Ну да. И у меня есть знакомый целитель, который их мигом на ноги поставит. К утру здоровы будут.
    Раб явно не верил. Таши только головой покачал.
    — Я не настолько богат, чтобы зря выбрасывать деньги на трупы. Как тебя зовут?
    — Динар.
    — Равха?
    — Да.
    — За что тебя так?
    — Отец служил в охране дворца. На султана покушались. Это посчитали изменой, ну и отца, и меня с семьей… всех продали в рабство.
    Таши кивнул.
    — Воин? Это хорошо.
    — Зачем ты нас купил?
    — А твои жена и дочь болеют.
    — Да.
    — А второй кто? Больной?
    — Это Смарт. Нас вместе продавали.
    — Тоже воин? Очень удачно.
    — Зачем тебе воины?
    — Не поверишь. Охранять трактир и книжную лавку, — совершенно серьезно сказал Таши.
    Раб бросил взгляд исподлобья.
    — Не веришь? А зря. Я книжник, а у моей хозяйки — леанти. И там должно быть тихо и спокойно. работа не тяжелая, человек она не злой. Со временем еще и на волю откупитесь…
    — Хозяйки?
    — Не жены. Я сам не местный.
    — Къянти?
    — Да.
    — А чего сюда занесло?
    — Тут же Разлом рядом. Может, чего интересного прикуплю… из книг.
    Раб понимающе кивнул.
    — Вот. Снял угол, хозяйка моя собирается открывать леанти, я книгами торговать — к чему в таком деле пьяные буяны?
    — Вовсе даже ни к чему. — согласился воин.
    — А потому я сейчас повезу всех к лекарю.
    — А я?
    — А ты отправишься в город. Найдешь там таверну "Белая птица". Там тебя встретит русоволосая такая девушка, Каирис Каллан. Скажешь ей, что я купил рабов, привезу еще четверых утром. Понял?
    — А может, я с тобой?
    Таши серьезно покачал головой.
    — Девочка волноваться будет. Да и ты сам… я ведь их привезу — они будут слабые, как котята. Куда их положить? Там прибраться надо будет, комнаты подготовить… сам понимаешь.
    Уговаривать Динара пришлось долго. Таши аж взмок. Но результата добился. Мужчина кивнул.
    — Хорошо. Я пойду. Но если ты мне соврал — убью.
    — Да хоть зажарь и съешь, — Таши пожал плечами. — Значит, второй — Смарт… как полностью?
    — Смарт Расайн. Женщина — Вилера Тарс. Моя жена — Римира Лансо и дочь Миара.
    — Ага. Ясно. Вот это Каирис и расскажешь.
    — А мне точно с тобой нельзя?
    — Можно. Но потом мне придется тебя убить.
    Динар фыркнул. Рабом он был никаким. И Таши подумал, что мужчине сильно повезло. Если бы его купил кто-то другой — долго бы прожил этот гордец?
    Дня два?
    Три?
    Вряд ли больше.
    — Ладно. Будем ждать вас к утру.
    — Как ворота откроют… хоть и у ворот жди.
    — Каких?
    — М-да… я сам тут… лучше жди в таверне. Еще на своего купца напорешься…
    Довод был признан верным. Динар долго разглядывал жену и дочь, поцеловал обеих — и кое-как перевалился через край телеги.
    — Ждем тебя завтра.
    — Нас.
    Таши тронул поводья — и лошадка пошла неспешным шагом.
    По округа Таши прокружил еще два часа, прежде чем обнаружил небольшое заброшенное кладбище. Это место некромант ни с чем не спутает.
    Знакомый могильный ветерок, шепот мертвых, покой, разлитый между старых холмиков, на которых уже и камушки не лежат…
    Теперь надо дождаться заката.
    Вообще Таши мог провести ритуал и прямо сейчас. Но — зачем? Пока еще никто не умирает. Даже девочка еще сутки протянет. А вот сам Таши сил потратит в три раза больше, чем ночью.
    И кому от этого будет лучше?
    Он не соврал, больные действительно будут слабы, как котята. Если еще и он свалится…
    Нет уж. Потерпят до ночи. Лошадь пока попасется.
    А он место подготовит, пентаграмму нарисует…
    Это невежды считают, что ее чертить легко. А ты попробуй! На могильной земле, где сплошные неровности, да главным лучом на север… Не-ет, не все так просто и приятно.
    Но Таши справился. Стащил всех с телеги, мужчину сразу уложил в пентаграмму и принялся ждать вечера. А попутно прощупывал кладбище.
    А ведь интересное место. Вот если тот холмик поливать кровью, да с нужными словами, да с жертвой… тут можно и вампира вырастить. Добрый, видать, человек похоронен был.
    А тут почти готовый скелет.
    Подправить, что ли? И забрать, как случай представится?
    Это он удачно заехал. Но перекусить надо было с собой взять.
***
    Закат Таши встретил уже во всеоружии. С ритуальным кинжалом, который всегда носил в складках шалотты, с готовой пентаграммой…
    Солнце вспыхнуло прощальными искрами — и быстро опустилась тьма.
    Таши глубоко вздохнул.
    Сосредоточенность. Полное спокойствие и контроль над собой.
    Мертвенная неподвижность силы некроманта.
    Это — черный ледяной огонь. Он внутри каждого некроманта, он стелется языками по его душе. обвивает, обжигает и вымораживает все человеческое. Только позволь.
    Таши чуть царапнул кинжалом запястье. Одной капли крови хватит.
    Вброс силы — и линии пентаграммы вспыхивают черным.
    — Я, некромант, властью мертвых, изгоняю тебя, дух, из тела Смарта Расайна. Слово мое верно, воля моя сильна, кровь моя скрепляет приказ…
    Капля крови на лезвии казалась черной.
    — Тхе араасс шшине ввейсссс….
    Заклинание совсем коротенькое.
    Но дело не в нем. В силе.
    Силе, которая растекается по венам, выплескивается огнем в пентаграмму, охватывает тело лежащего мужчины — и заставляет его выгнуться дугой.
    Внешне все выглядит страшно. Человек хрипит, изо рта у него течет пена, тело сотрясают судороги…
    И только Таши своими змеиными глазами видит ту тень, которая ускользает в другие грани мира. Снимать могильную порчу надо именно на кладбище.
    Даже могильных паразитов надо возвращать домой.
***
    Каирис как раз готовила обед. И явление Динара стало неожиданностью. А уж его заявление…
    Пять рабов!
    Девушка схватилась за голову.
    Куда их селить?
    Как лечить?
    Чем кормить?
    Ладно, последнюю проблему отставляем. Но две первых…
    "Птица" не предназначалась для постоя.
    Зал на первом этаже — и четыре комнаты на втором — вот и все. Ну и флигель.
    Маловато на шесть человек.
    Наконец Каирис придумала.
    Родительскую спальню она отдавала Динару с семьей. Без удобств — ну уж, простите.
    Гостевая комната шла купленной женщине, спальня брата — воину. Каирис оставалась в своей комнате. А сейчас…
    Хорошо, что она убиралась. И не допускала беспорядка. Но надо протереть пол, застелить постели… Динар пытался помочь, но толку-то с него!
    Каирис в приказном порядке осмотрела его спину, промыла раны, смазала целебной мазью, перебинтовала — и приказала лежать.
    И не дергаться.
    А сама задумалась.
    Интересно, что это пришло в голову Таши? Он ведь не лекарь. Ладно… посмотрим. А комнаты все равно надо приготовить.
    Вечером забежала Лейри. Поцеловала подругу в щеку, присвистнула, услышав про пятерых рабов — и тоже задумалась.
    — Ладно. Вот явится — расспросишь.
    Каирис и сама так думала. И Лейри удрала. Она встречалась вечером с сатро Ремайном. Молодой купец давно пал жертвой карих глаз. Но Лейри пока "вываживала добычу". Да и… девушки мечтали о любви. А вот любви у Лейри и не наблюдалось.
    Девушка пока развлекалась. Хотя Ремайн Флоэль был вполне приличной партией.
***
    Таши явился с утра. Как он объяснил — приехал бы и раньше, но лечение заняло время, а ворота закрыли. Проводить ночь под стеной ему не хотелось, поэтому он переждал у целителя — и вернулся утром.
    Четверо человек в телеге выглядели вполне здоровыми. Только очень слабыми.
    Таши цыкнул на Динара, который рвался помочь жене и дочери — и сам перетаскал всех на второй этаж. Позавтракал — и пошел отсыпаться.
    Расспросить его Каирис так и не удалось.
    Бывших больных — тоже. По их словам — сначала было очень плохо. А потом, когда стало получше — все уснули. Побочный эффект лечения?
    Да нет.
    Астральный паразит выматывает и тело и душу. И легче всего восстанавливаться именно во сне. Что и произошло. Девочку до сих пор было не разбудить. Но это уже был обычный здоровый сон.
    До полного выздоровления рабам нужно было еще дня три-четыре. И Каирис решила временно отложить переделку таверны.
    Для начала — заказы.
    И…
    Надо вступить в гильдию трактирщиков. Там был записан отец. А теперь вот…
    А кто у нас глава гильдии? Сар Хейно?
    Каирис знала его уже очень давно. И надеялась, что ей не откажут.
***
    Сар Хейно принял девушку ласково.
    — Как дела, Каирис? Прими мои соболезнования…
    Каирис опустила голову.
    — Я ценю ваше участие, сар.
    — Это мой долг, как друга твоего отца, как человека, близкого твоей семье…
    Каирис кивала в ответ на вежливые фразы и сама отвечала что-то такое же пафосное. Хотя другом сар Хейно не был. Главой Гильдии — да. И только.
    — Что привело тебя ко мне?
    Ну наконец-то, к делу…
    — Сар Хейно…
    — Можно просто дядя Лизмус, — поправил ее толстяк, масляно улыбаясь.
    — Сар Лизмус, я хочу вступить в гильдию трактирщиков.
    — Что?!
    Этого мужчина определенно не ожидал.
    — Каирис, зачем тебе…
    — Надо же мне зарабатывать на жизнь, сар. "Птица" — мой единственный источник дохода.
    Мужчина несколько секунд размышлял. Потом кивнул.
    — Твой отец состоял в гильдии. Я могу переписать его взносы на тебя. Он как раз уплатил за год вперед.
    Каирис одарила толстяка улыбкой.
    — Прошу вас, сар!
    — Разумеется, девочка моя. Сейчас я найду пергамент… когда будешь открываться?
    — Дней через десять. Как только разберусь с хозяйством.
    Тема оказалась неожиданно благодатной. Сар Хейно повернулся к Каирис, отчего его весьма объемистое чрево взволновалось.
    — Да! Тебе наверняка очень сложно одной!
    — Да, сар Хейно.
    — Может быть, тебе нужна помощь? Ты говори, если что понадобится…
    — Я справлюсь, — Каирис пожала плечами.
    — Одна… может, тебе помощь по хозяйству нужна?
    — Я подумаю…
    — Подумай, девочка. Да и опасно одной, вот у меня сейчас Юджи ничем не занят… Может быть, он зайдет, приглядит, чтобы никто не буянил?
    Каирис чуть не взвыла.
    Юджи Хейно?
    Да уж лучше красная лихорадка!
    Юджи был четвертым из сыновей и откровенно неудачным. Не внешне, нет. Но по городу шутили, что у сара Хейно детям все досталось не вровень. Старшему — ум, второму — хватка, третьему — доброта, а четвертому — красота. Поэтому двое старших сыновей помогали сару Хейно, третий стал хоши и вовсю утешал прихожан в храме, а четвертый…
    Юджин видел свое призвание в том, чтобы перебрать как можно больше девушек. Он был неутомим и всеяден. Сама Каирис во времена оны дала ему пощечину, а Лейри в свой черед наябедничала братьям, после чего парень был бит ногами и зарекся подходить к подругам.
    — Благодарю, сар Хейно, я справлюсь. К тому же у меня теперь есть постоялец…
    — Что?! Что за постоялец, девочка моя? Я же волнуюсь!
    — Очень милый человек, книжник, собирается торговать у нас…
    — Он в гильдии торговцев?
    — Не знаю. Мне он сказал, что книжник, — Каирис не собиралась распространяться о делах Таши. Пусть толстяк сам спрашивает… если духа хватит.
    Даже за те три дня, которые Каирис знала своего нового постояльца, она успела понять, что Таши весьма непрост.
    Нет, на вид-то это сущий простачок, неловкий, неуклюжий… но вот если упрется!
    Конями не стащишь.
    — Посмотрим мы, что это за книжник, — проворчал толстяк.
    Каирис закивала. Мол, посмотрите.
    — А Юджина я все равно пришлю.
    Кай вздохнула. Неизбежность. Ладно, ничего он ей не сделает. А если что… девушка уже успела оценить купленных рабов. И Динара и Смарта. Эти смогут выкинуть Юджина, не причиняя ему серьезного вреда. Определенно.
    Сар Хейно написал грамоту, вручил свиток Каирис — и девушка отправилась домой.
    В "леанти Белой птицы".
    Почему бы нет?
***
    В леанти было шумно и весело.
    Смарт уже пытался вставать. Динар тоже. Но выглядело это…
    Два инвалида, не иначе. Ведро от колодца тащили полчаса.
    Это увидела Лейри — и потребовала бросить домашнее хозяйство. Мужчины вяло (на большее сил не хватало) огрызались.
    — Лей, привет!
    Подруга расцеловала Каирис — и возмущенно посмотрела на мужчин.
    — Кай, ты представляешь — не слушаются! Вот куда этой сдыхоти еще и ведра таскать? Сами бы ноги носили?
    — Действительно, — Каирис нахмурилась. — Смарт, Динар, я вам приказываю. Вы обязаны отдыхать еще два дня.
    — А нас сатро Арсайн купил, — нагло сообщил Динар. — а он ничего не…
    — Неужели?
    Таши появился словно из-под земли. В руке у него была плетеная корзинка с ягодами.
    — Каирис, это вам. Лейри, простите, что без подарка, я не знал, что вы зайдете. Надеюсь, меня не покарают, если я замечу, что вы сегодня прекрасны?
    — Если угостят клубничкой, то кары не будет. — Лейри протянула руки к корзинке. — Кай, делись!
    Каирис сунула в рот особо крупную ягоду и протянула корзинку подруге, которая тоже вытащила ягоду, сунула ее в рот — и зажмурилась от удовольствия….
    Мрррр….
    Таши даже на миг отвлекся на мысли определенного свойства… интересно, если ее поцеловать — она так же мурчать будет?
    — А я тут ходила к сару Хейно.
    — И что сказал этот боров?
    — Перевел на меня отцовские взносы.
    — Без испытания?
    — Так он меня и без того знает, — удивилась Кай.
    — Э, нет. — Лейри замотала головой так, что черная грива перепуталась с русыми прядями Каирис. — Кай, ты не понимаешь. Этот гад от денег никогда не откажется, а всякое испытание проплачивается в казну Гильдии.
    Каирис хмыкнула.
    Ну, не без того. Многое в Тиварасе делалось за взятку. Даже у градоправителя было прозвище "Где моя доля"? А каков хоши, таков и храм…
    — Тогда что ему может быть… Ш-шесс!!!
    Таши поднял брови.
    — Так что же?
    — Хейно намекал, что его сын может зайти в гости, помочь мне с хозяйством…
    — Который?
    — Юджин.
    — Шесс!
    В этот раз выругалась Лейри.
    — Девушки, мне что-то надо знать? — воззвал Таши.
    Каирис переглянулась с Лейри — и кивнула.
    — Пойдемте в дом. Поговорим.
    Услышанное Таши не обрадовало. Но и огорчаться он не спешил.
    Расстроенный некромант?
    Это очень, очень плохо.
    Вот и не будем нервничать раньше времени. И посылать пару зомби к сару Хейно тоже пока не будем. Пока…
***
    Визит Юджина состоялся в тот же день. Только ближе к вечеру.
    Каирис справедливо предположила, что парень проспался после очередной дамы, выслушал приказание отца — и явился.
    Выглядел он, как и всегда, ослепительно.
    Высокий, светловолосый и голубоглазый, с мускулистой фигурой и потрясающей белозубой улыбкой — Юджин и так укладывал бы девушек штабелями.
    Но наличие богатого папы делало его неотразимым в принципе. Каирис по пальцам одной руки могла пересчитать девушек и женщин, которые не поддавались на его обаяние.
    И два пальца уже были заняты.
    Ей самой — и Лейри.
    Стуком Юджин себя утруждать не стал. Просто открыл дверь и вошел. Точнее застыл на пороге, картинно облокотившись на косяк. Надо же дать возможность себя оценить?
    Раскланялся.
    — Девушки, разрешите мне выразить свое восхищение… ой…
    Ой вырвалось непроизвольно.
    Таши появился не просто так. Мертвая мушка над дверью предупредила его о визите гостя.
    Юджин стоял в дверном проеме, небрежно перенеся свой вес на одну ногу. А это, увы, неустойчивое положение…
    Вот Таши и подтолкнул его под опорное колено.
    Чуть-чуть, самую малость. Но большего и не потребовалось. Юджин ойкнул — и повис на двери.
    Таши охнул — и принялся поддерживать его под руку, громогласно заверяя всех в своей неловкости и искренне сожалея…
    Легко ли восстановить равновесие?
    О, да. Если тебе постоянно не мешают это сделать…
    Лейри и Каирис упорно сжимали расползающиеся в улыбки губы.
    Юджин пытался вывернуться, но Таши очень удачно приложил его лбом об косяк и наступил на плащ.
    И продолжил извиняться.
    А то как же!
    Наконец Таши прекратил развлекаться в дверях — и чуть ли не под ручку с поклонами и стонами о своей неуклюжести проводил Юджина внутрь.
    И нахал тут же вознамерился поцеловать в щечку сначала Каирис, а потом и Лейри. Устроить ему, что ли, визит дружественного умертвия?
    Девушки справились сами.
    Каирис увернулась и удрала за угощением, а Лейри "неудачно" передвинула стул, проехав Юджину по пострадавшей ноге. Таши подумал, что дурной пример заразителен.
    Или…
    Судя по взгляду Юджина — там и раньше духовной близости не было.
    Каирис вернулась с кухни с большим подносом — и Таши поспешил перехватить его.
    — Кана Каллан, вы разрешите вам помочь…
    — Да, разумеется, — Каирис доверилась Таши. И мужчина принялся разливать по стаканам красную жидкость. Юджин сделал глоток и сморщил нос.
    — Морс? Каирис, неужели в таверне нет и бутылки вина?
    — Нету, — отрезала Каирис. — Юджин, ты убедился, что у меня все в порядке?
    — Каирис, не ругайся! — Юджин поднял руки вверх. — Меня отец послал посмотреть на твоего постояльца, не обидит ли. Ну и если помощь нужна…
    — Помощь — не нужна. Сатро Арсайн, вы меня не обидите?
    Таши тут же рассыпался в уверениях, что никогда, и ни за что, и вообще…
    — Вот.
    — Каирис, — Юджин развалился на стуле и уходить явно не собирался. — ты же понимаешь, что не потянешь таверну — одна.
    — А я и не одна.
    — А с кем? С этим недотепой?
    Таши записал к умертвию еще и призрака.
    — Еще и я помогу. А тебя сюда вообще не приглашали, — Лейри была прямолинейна. — Пришел? Посмотрел? И пошел отсюда к Раш!
    — Не твоя таверна — не тебе и выгонять — парировал Юджин.
    Лейри сжала кулачки.
    — А если я тебя…
    — Тоже не советую. А то папаша твоей подружке пакость устроит. Большую.
    Лейри зашипела.
    Таши еще раз прощупал парня.
    М-да. Это вам не простяга Шарт. На этом амулетов — шесть штук. И все рабочие. Незаметно порчу не нашлешь. Видимо, многим насолил. Ничего, некроманту не обязательно действовать напрямую.
    Таши положил руку на ладонь Лейри. Девушка так удивилась, что даже не зашипела. Просто вскинула брови.
    — Кана Адалан, не надо ругаться. Давайте угостим молодого человека вашим замечательным ланти, если ему не по вкусу морс. Заодно и проверите рецепт?
    Лейри фыркнула и ушла на кухню.
    — Я помогу, — вызвался Таши.
    Юджин проводил его взглядом. И обернулся к Каирис.
    — А он не такой дурак… догадался, что нас надо наедине оставить.
    Таши на кухне только усмехнулся.
    Конечно, не дурак. И слышать вас буду идеально. Через паучка в углу комнаты.
    — Он вообще не дурак, — зло ответила Каирис. — так что тебе надо? Только про свои тревоги не рассказывай, ладно?
    — Да мне тут папаша предложил… Каирис, выходи за меня замуж?
    Каирис порадовалась, что сидит. А то так и упасть можно.
    — За…муж? За т-тебя?
    Зато Таши едва не просыпал специи, которые подавал Лейри. Ну и наглость!
    Юджин ухмыльнулся.
    — А чем я плох? Не дурак, не урод…
    Тут Каирис поспорила бы. Но от возмущения не хватало воздуха — и мужчина продолжил распускать хвост.
    — Все при мне, денег папаша отстегнет…. я даже сильно мешать тебе не буду. Будешь своей таверной заниматься — дело-то прибыльное.
    — А ты будешь гулять по бабам, делая меня посмешищем всего города.
    Юджин ухмыльнулся.
    — Ну, не сразу. Ты девка тоже ничего… Да и рабынь можно менять…А гулять обещаю осторожно.
    Было бы под рукой что тяжелое… Каирис невольно потянулась к ножу.
    Скотина, сволочь, мразь такая!
    И ведь уверен, что делает щедрое предложение!
    — А с чего это ты так расщедрился, — прозвенел над ухом голос Лейри.
    — Меня отец решил женить, — без всякого смущения поведал Юджин. — Его мои бабы замучили. А тут и приятное — и полезное. "Птица" — дело доходное, еще и моим детям хватит, и внукам останется… Так что скажешь, Каирис?
    — Для вас — кана Каллан, — ледяным голосом сообщила Каирис. — И извольте тут больше не появляться. Заведение пока закрыто. На ремонт.
    Юджин прищурился.
    — Ты подумай, подумай…
    — А я уже подумала.
    — А ты передумай. Ты девушка одна, беззащитная…
    — Пошел вон.
    Юджин рассмеялся. Подхватил принесенную Лейри чашку с ланти, залихватски выплеснул себе в рот…
    И взвыв дурным голосом — рванулся отплевываться на улицу.
    — Лей?
    — Да ничего там особо страшного.
    — Сочетание острого перца, семян кошачьей травки и полынника придает ланти неповторимый вкус кошачьей мочи, — усмехнулся Таши. — Да вы не волнуйтесь, это часа на два. Потом отплюется.
    — А откуда у нас… — спохватилась Каирис.
    — Так я и закупил сегодня. Их по отдельности ведь добавляют, это они с ланти дают такое сочетание.
    — А вы откуда…
    — Так я в книге прочитал. Каирис, ты в порядке?
    Таши взял девушку за руки, заглянул в глаза… серьезные такие, и вовсе даже не серые.
    Трехцветные, яркие, искристые…
    — Как бы не вздумали поджечь, или еще чего, — сбила настроение Лейри.
    Таши тут же передумал утешать девушек и кивнул.
    — Могут.
    — А что делать будем?
    — Караулить. По очереди. Я, Динар, Смарт.
    — Они же еще не оправились…
    — В окно посмотреть сумеют. Не страшно.
    На самом деле Таши собирался бодрствовать сам. И всю ночь. Юджина и его отца ждал нехороший сюрприз.
    Вы полагаете, что нацепили кучу амулетов — и защищены?
    Так это от лобовой атаки и неосторожных слов. А любой некромант знает массу обходных путей. И я ими воспользуюсь.
    Обещаю…
***
    Неприятность случилась в ту же ночь.
    Оскорбленный Юджин не стал долго ждать. Собрал еще троих приятелей — и в стену "Птицы" полетели камни. Пока не обмотанные горящими тряпками, но…
    Ударились в ставни.
    Каирис вскочила, как подброшенная катапультой… стража?!
    Где они, когда нужны!?
    Впрочем, это было неважно. Уже неважно.
    Потому что в игру вступил Таши.
    Проклятие ночных кошмаров тем и хорошо.
    Накладывается ночью. Снимается… утром само снимется, с рассветом. Если он не решит закрепить его. Ну, это мы потом посмотрим.
    Таши так и так собирался наведаться этой ночью к дому сара Хейно. И именно с этим проклятием.
    Чтобы все, кто живет в доме, уснули. И увидели во сне самое страшное, что только можно представить. Кто-то увидит смерть, кто-то боль, кто-то нищету… Раш изобретательна.
    Поэтому все было готово заранее. Чашка со снадобьем курилась легким дымком. Прочесть заклинание — и активировать.
    И тут уж не помогут никакие амулеты и никакая защита. Почему?
    Это тоже проклятие.
    Но — не вред.
    Если человек силен духом — он порвет паутину кошмаров, как… как паутину. Но если есть хоть малейшая щель…
    Еще большой плюс, что никто и следа заклятия не обнаружит. Только если какой-нибудь маг окажется в доме — или рядом с ним и начнет специально прощупывать.
    Но у магов тоже есть свои кошмары…
    Увидев же на улице четырех мерзавцев, Таши слегка обиделся.
    Хессе д" Раш рашшайне сашшш решшайн…
    Заклинание сорвалось само собой. Он перевернул чашу — и дымок пополз по улице.
    Он растекался по земле, цеплялся за ноги людей, выбранных некромантом, взбирался выше, словно ядовитый плющ… один вдох — и молодые подонки начали опускаться на землю.
    Выбежавшая на улицу Каирис глазам своим не поверила.
    — Что это?!
    — Полагаю, — Таши мог выйти спокойно, была как раз его очередь караулить. Он обговорил себе первую вахту, чтобы потом спокойно наведаться к Хейно, но раз уж тот сам пришел… — Они чего-то хотели. Могли и камнями закидать… и наверное или крепленного вина нажрались, или вовсе травки курнули перед тем, как сюда явиться. Вот и….
    Каирис задумалась.
    Могли?
    Более чем!
    — Что же с ними делать?
    — Сдать страже.
    — Полагаю, стража тут до утра не появится, — улыбка Каирис была кривой. — Если им проплатят, а Юджин мог…
    Таши сдвинул брови.
    — Тогда мы сделаем проще.
    Он подошел к первому из парней, уперся ногой — и кое-как допинал тяжелое тело до придорожной канавы. Потом второе.
    Можно бы и отнести, но… еще не хватало! Пинка им за глаза.
    — Идите в дом, Каирис. Полагаю, сегодня мы можем спать спокойно.
    А кое-кто беспокойно…
    — Вы справитесь?
    — Разумеется, — Таши спихнул третьего. Юджин был оставлен напоследок. — Или вы желаете их еще попинать?
    Каирис помотала головой — и захлопнула дверь.
    Таши спихнул последнего в канаву, спрыгнул следом, проверил парней — живы.
    И — не удержался.
    Из складок шалотты были извлечены маленький ритуальный кинжал — и чаша.
    Минута — и у Юджина сцежено несколько ложек крови. А больше и не надо. Все, парень. И ты, и все, кто с тобой связаны кровью — в моей власти. И будешь надоедать — я вам такое устрою…
    Кошмары Раш тебе игрушками покажутся.
    Раскрыть себя Таши не боялся. Не такими мелочами. Они и силы-то почти не требуют, все на сопутствующих… такое хоши не засекут. А другие маги…
    Некромантия — запретное искусство. И это палка о двух концах.
    Таких мастеров как он становится во стократ труднее распознать. А их работу — исправить.
    Таши бросил последний взгляд на Юджина и выпрыгнул из канавы.
    Ладно.
    Наговорной отвар истрачен. Придется наведаться к Хейно в следующий раз.
    А эти пусть полежат. Помучаются до утра. Твари.
    Жалости Таши не испытывал. Вчетвером, на беззащитную девчонку и парня, который в своих ногах путается?
    Что заслужили — то и получите. С лихвой!
***
    В дверь "Птицы" начали ломиться с раннего утра. Часов в семь. И первыми гостей встретил Булай, которого Каирис запускала спать в дом по ночам. Да таким лаем и рыком, что страшно стало.
    А на лай подтянулся и Таши.
    Ну хорошо.
    Не на лай.
    На следилку, которую сам и поставил вокруг дома.
    Охранное кольцо некроманта — штука такая. Грамотно его не поставишь без хорошей жертвы. А вот самое простенькое, которое и силы почти не требует… для него всего лишь надо положить под порогом чью-нибудь косточку и перечислить всех, кто имеет право переступить порог.
    И тогда как только порог дома (окно, крыша, труба — входят в список) переступит чужая нога — некромант об этом узнает.
    Дальше?
    Все зависит от богатства фантазии и чувства юмора самого некроманта. Лично Таши себя считал очень добрым. Он никого сразу не убивал. Всегда давал шанс раскаяться.
    Хотя когда тебя будят в такую рань…
    Дверь открыла Каирис — и в нее тут же влетело трое стражников, невежливо отпихнув девушку в сторону.
    — Где он?!
    Каирис только глазами хлопнула. На большее у нее сил не хватило. Приходилось удерживать Булая, который рвался свести близкое знакомство с лодыжками стражников.
    — Где?! Он здесь ночь провел?
    — Да кто — он?
    — Юджин Хейно!
    — Не было здесь такого! — искренне возмутилась Каирис. — Вот еще не хватало! Чего вы тут его искать взялись?
    Десятник замялся. Выдавать источник информации ему не хотелось. Но тут уже подоспел и Таши.
    Стражники, стоящие у двери, скрестили перед ним копья. Но удержать некроманта?
    Ну-ну…
    Таши даже колдовать не стал. Просто бросился вперед, прямо на скрещенные древки.
    — Пропустите!!!
    — Нельзя!
    Таши даже не раздумывал.
    — Караул!!! Стража!!! Пожар!!! Горим!!!
    Что-что, а орать некромант умел. Но не любил. У него получался омерзительно визгливый и пронзительный голос. Всю улицу словно встряхнуло.
    — Пропустить!!! — рявкнуло из трактира. И Таши ринулся внутрь, мстительно так зацепив ногой древко копья, что стражник едва с крыльца не рухнул.
    Погодите у меня… я на вас не цветочную порчу нашлю…
    Впрочем, внутри Таши чуть успокоился. Каирис была жива и здорова. Его покупки — тоже. Пес сидел у ног девушки и настороженно следил за окружающими. Но стражники не проявляли агрессии. Действовал на нервы девушке только один — зато самый мордастый и с серебряной бляхой десятника.
    — Его не было дома…
    — И что? Мало ли у него девок по Тиварасу?
    — А отцу он сказал. Что хочет остепениться и жениться…
    — Что? А черепица ему на голову не падала?
    — Кому — громко поинтересовался Таши.
    — Юджину Хейно.
    — Это такой мордатый дурак? Каирис, так он ночью явился — и пьяный в канаву упал, — невинно поведал Таши.
    — Как? — едва не подскочил десятник.
    Таши развел руками.
    — Я тут зачитался допоздна, слышу — на улице песни орут. Выглянул — идут трое, нажрались, шатаются и винищем разит так, что даже через улицу чуется. Я уж думал выйти, вразумить, или стражу позвать. А тут одного из них повело, шатнуло — и он в канаву завалился. Ну и остальные двое с ним. Шли-то в обнимку.
    — И?
    — И мне показалось, что один из них как раз этот… Хайло?
    — Хейно, — поправил десятник, едва сдержав смешок. — а что ж вы не помогли господам. Раз его узнали?
    Таши только захлопал ресницами.
    — Так как тут поможешь, сар? Я человек книжный… мне не под силу троих пьянчужек из канавы вытащить да в дом заволочь. А уж хозяюшку будить из-за такого? Я человек порядочный! Да и негоже девице на такое похабство смотреть!
    — Похабство?
    Таши чуть понизил голос.
    — Нехорошо об этом говорить, но шли они в обнимку не просто так. а еще друг друга оглаживали, Ну так, как девушку бы гладили…
    У десятника глаза на лоб вылезли.
    — Хейно? Да быть того не может…
    — А вы бы сами поглядели, чего может быть, а чего не может, — прищурился Таши. — ежели это они в канаве…
    — Сарт, Марк, Шант — живой ногой, — отдал приказ десятник. Стражники ринулись к дверям.
    Каирис перевела дух.
    Она не понимала, зачем Таши врет. Но если уж врать — так всем.
    — Я крепко сплю, сар десятник.
    — И не слышали ничего?
    — Так ведь место такое… я думала, пьяные забрели за добавкой, по старой памяти…
    Десятник кивнул.
    Ну да. Девчонка, у которой отец таверну держал, по такому пустяку не проснется. Но где же Хейно? Он вчера должен был домой явиться, ан нет!
    Отец его испугался, стал разыскивать…
    Каирис слушала и думала, что все обосновано. Хейно не ждал, что Юджина пошлют куда подальше. Скорее, он ждал согласия. А Юджин должен был не упустить своего — и потребовать ночь безумной страсти, ну или просто отчитаться перед отцом о выполненной работе — и помчаться по шлюхам. Ан нет.
    Оскорбленный парень не ушел дальше трактира, там встретил друзей, поделился обидой, ну а дальше все просто. Кружка, потом еще три, потом кувшин или два — и вот оскорбленное достоинство вопиет о мести во весь голос. И мужчины идут мстить.
    Каирис подумала, что могла бы быть и одна — и девушку аж затрясло.
    М-да…
    А ведь не он последний…
    Если она откроет леанти и та начнет приносить доход…
    Тут все возможно.
    Богатая, беззащитная… и рабы тут не в счет. Если раб убьет свободного человека — его казнят. А с его хозяина такой штраф возьмут…
    К счастью, небо послало ей Таши Арсайна.
    Каирис послала спасителю благодарный взгляд. И Таши тут же подошел к девушке.
    — Кана Каллан, милая, не переживайте вы так… ну что с этими пьяницами станется? Авось не помрут с ночи в канаве-то…
    — Сар Трайм!
    Сттражники втащили в комнату троих парней. Юджина и двоих его приятелей, который Каирис не знала по именам. Так, пару раз видела…
    — Вот они, живы-здоровы…
    — А почему в таком виде?
    — Ну, как нашли, так и доставили…
    Таши ухмыльнулся про себя. Явно у одного из стражников, а то и у всех сразу были свои счеты с прожигателями жизни. А то ж…
    Он ведь не только кровь сцеживал. Но еще и разрезал всем троим пояса и завязки на штанах, ну и руки положил на интересные места…. И поделом!
    Пакостники!
    Надо, надо наведаться к Хейно!
    Или…
    Юджин поднял голову.
    Увидел Каирис.
    И заорал. Громко, искренне, от всей души. От страха.
    По полуспущенным штанам стало расплываться мокрое пятно.
    Девушка шарахнулась, пес залился лаем, Таши довольно улыбнулся краешком губ.
    Кошмары Раш. Ночная паутина ужаса. Она берет самое последнее воспоминание — ну а дальше…
    Таши знал и таких, кто умирал от страха. И их души уходили Раш. Эта троица оказалась покрепче. Хотя алкоголь снижает остроту восприятия. Но Каирис явно напугала парней до истерики. Юджин орал, двое других тоже пятились назад… что-то подсказывало Таши, что матримониальные планы Хейно померли страшной смертью.
    Кошмарной.
    — Что происходит?! — рявкнул десятник.
    — У…уберите!!! — заорал Юджин — она чудовище!!! Она страшная!!! Она — Раш!!!
    Некромант про себя пообещал Юджину что-нибудь приятное. Скотина. Только хоши здесь не хватало…
    Вопли прервала затрещина одного из стражников. Таши нарочито громко вздохнул.
    — Допились, ребята. До розовых пауков*.
    * аналог — белая горячка, белочка, прим. авт.
    Кажется, десятник тоже так думал. И смотрел на троицу с состраданием.
    — Шант, доставьте их по домам.
    — Может, лучше в лечебницу? — поинтересовался Таши.
    — Нет уж. Пусть родные с ними возятся, — огрызнулся десятник. — Кана Каллан, сатро…
    — Арсайн.
    — Сатро Арсайн, приношу свои извинения за беспокойство. Надеюсь, этого больше не повторится.
    Таши тоже надеялся.
    И чтобы такое не повторялось — надо налаживать контакты с городским "дном". Чтобы было на кого свалить — или кому поручить черную работу.
    Но это подождет дней десять. Пока еще рано.
***
    Время шло — и жизнь шла своим чередом.
    Десять дней промелькнули, как один.
    Каирис вместе с оправившимися от болезни рабами налаживала быт и переделывала леанти.
    Оказалось, что женщины — обе — неплохо шьют. И драпировки были поручены им. А мужчины возились по хозяйству. Каирис уговорили заказать один стул, а остальные Динар со Смартом решили попробовать сделать самостоятельно. А почему нет? Тут главное понять принцип…
    Таши пожал плечами. Но — почему бы нет?
    Получалось у них пока неплохо. Главное — крепко. А все огрехи можно замаскировать чехлами.
    Сам он вел почти растительную жизнь. Ел, спал, читал, гулял по городу, разговаривал с девушками… Лейри каждый день забегала к подруге. Именно она принесла новость, что Юджин… остепенился. И не бегает больше за девушками. Увы…
    После ночи в канаве и кошмаров… наверное, что-то у него стронулось. И он получил импотенцию на нервной почве. Девушки теперь нужны ему были только для о