Скачать fb2
Истина Дао. Даосизм для Запада

Истина Дао. Даосизм для Запада



   

    The Truth of Tao
   
    Alex Anatole
   

    Center ot Tmilmo па] Тимм Srudici
    Истина Дао
   
    Алекс Анатоль
   

   
    «сосрия* § 2 0 0 8
   
    299.513
    86.39
    А64
    Анатоль Алекс
   
    Истина Дао: Даосизм для Запада / Перев. с англ. —
    M.: ООО Издательство «София», 2008. — 432 с., ил.
    ISBN 978-5-91250-619-2
    Даосское учение, явленное миру великим мудрецом Дао- цзы, веками было окутано завесой таинственности и поро- дило множество различных толкований. Книга «Истина Дао» наконец-то объясняет все секреты этой мошной религиозно- философской системы на языке, понятном современному за- падному человеку. Ее автор — основатель первого даосского храма в США, официально признанного китайскими рели- гиозными властями. Грандмастер Алекс Анатоль беседует с читателем о просветлении, раскрывает суть заблуждений западного и восточного ума, восстанавливает изначальный смысл принципов даосизма и показывает, как их можно при- менять в повседневной жизни для достижения физического, ментального и духовного благополучия.
   
    УДК 299.513 ББК 86.39
    THE TRUTH OF TAO
    Copyright © 2005 by Alex Anatole.

    All Rights Reserved
    УДК
    ББК
   
    A64
   
    © «София», 2008
   
    © ООО Издательство «София», 2008
    ISBN 978-5-912502Ш619Ч
   
    Оглавление
    Предисловие к русскому изданию
    6
    Об авторе
    9
    Предисловие
    11
    Глава 1
    Просветление
    21
    Глава 2
    Заблуждения западного ума
    55
    Глава 3
    Заблуждения восточного ума
    121
    Глава 4
    Принципы Дао
    159
    Глава 5
    Практические применения Дао
    247
    Глава 6
    Даосский образ жизни
    371
    429
    Послесловие
    Предисловие к русскому изданию
    Мои дорогие русские читатели!
    Так получилось, что Я, ваш соотечественник, поселился в США, где и написал эту книгу. Написал я ее по-английски и адресовал первоначально моим новым соотечественникам — американцам. Когда российско-украинское издательство «Со- фия» проявило к «Истине Лао» интерес, мне было недосуг писать эту книгу еще раз· я уже работал над следующими книгами и должен был к тому же заниматься своим даосским храмом. Поэтому «Софии» пришлось переводить мою книгу с английского на русский. Подозреваю, что это была не са- мая легкая задача, но должен признать, что переводчица из Новосибирска Ольга Савельева и редактор из Киева Андрей Костенко очень неплохо справились с этой работой. Скорее всего, именно такой текст и вышел бы сейчас из-под моего пера, если бы я сам заново писал его по-русски.
    Как я уже сказал, я давно живу в Америке и писал эту книгу для американцев· Но я бываю время от времени в Рос- сии и не потерял ни духовной, ни информационной связи с моей исторической родиной. На мой взгляд, США и Россию можно считать двумя полюсами более широкого понятия — «Западного мира», к которому относятся и Европа, и Кана- да, и Австралия. Россия — это восточный край «Запада», а США — западный. Америка — это бесспорный лидер Запад- ного мира; это образец, которому стремятся подражать все другие страны Запада (в том числе и Россия — хотя, пожа- луй, в наименьшей степени), а также правяшие элиты боль
    шинства незападных стран. Поэтому то, что я писал в своО ей книге об американских ценностях и образе мышления, в большей или меньшей степени применимо к людям, живуО щим в самых разных точках Земли. При работе над русским переводом мы учли это обстоятельство. Мне бы очень не хотелось, чтобы мои уважаемые русские читатели, соглаша- ясь с моей критикой так называемой Американской Мечты или протестантской религиозности (а критиковать Америку в России сегодня очень модно), полагали, что к ним самим мои доводы никак не относятся. Пока вы внутренне прини- маете американские ценности — они относятся и к вам!
    C другой стороны, в «Истине Дао» я показываю, что под- линный, неискаженный даосизм — идеология, свободная от заблуждений как «западного», так и «восточного» мыш- ления, — во многом близок воззрениям отцов-основателей американской нации. И в этом смысле принадлежность к За- падному миру для русских и европейцев — не приговор, а преимущество! В общем, в русском переводе моя книга ста- ла мостом не между даосизмом и Америкой или Россией, а между даосизмом и Западом в целом. И мой русский чита- тель много раз будет вынужден признать, что мои доводы за- девают его за живое.
    Так я подошел к последнему, о чем хотел сказать в своем предисловии к русскому изданию «Истины Дао». Это кни- га о классическом даосизме — многовековой живой тради- ции, инициированным и признанным носителем которой я являюсь. Она очень отличается как от заумного «даосизма» востоковедов, изучавших Дао по пыльным старым книгам и музейным экспонатам, так и от сладкого «даосизма» эзоте- рических гуру. Даосизм, которому учу я, — это идеология воинов, многие положения которой могут поначалу пока
    заться вам «жестокими», «безнравственными» и т. п. Я про- шу уважаемого читателя не делать поспешных суждений и выводов и постараться понять, о чем на самом деле идет речь. Впрочем, я честно заявляю с самого начала: возможно, эта книга — не для вас. Но если она хотя бы заставит вас задуматься о ценностях и приоритетах человеческой жизни, значит, я старался не зря.
   
    Алекс Анатолъ, 8 апреля 2008 года
   

    Алекс Анатоль родился в Москве. В возрасте восьми лет он познакомился с китайским доктором по имени Лю Янтай — даосским мастером из очень древней линии преемственно- сти. В течение двадцати лет этот великий учитель наставлял молодого Алекса (своего единственного ученика) во всех аспектах Дао. В частности, Алекс изучал даосскую филосо- фию, боевые искусства, цигун, целительские и шаманские техники, медитацию. По завершении обучения Лю Янтай посвятил Алекса в степень мастера, рукоположил в сан да- осского священника и благословил на распространение Ис- тины Дао на Западе.
    В 1976 году, после долгих приключений, заслуживающих отдельной книги, мастер Анатоль иммигрировал в США и обосновался недалеко от Бостона (штат Массачусетс) и по- строил там настоящий, традиционный даосский храм — Храм Изначальной Истины. Это один из немногих даосских храмов за пределами Китая, которые официально признаны патриархами даосской религии. Так осуществилась судьба Алекса, предсказанная его даосским именем, полученным при
    посвящении: «Прокладывающий Путь Дао на Западе», или
   
    ва.
    Мастер Алекс Анатоль поддерживает активные связи с древними даосскими храмами в Китае, а также с синтоист- ским храмом Фусими Инари в Японии. Он преподает своим ученикам различные традиционные даосские дисциплины и очень заботится о сохранении чистоты философии Дао. Воз- мушение Мастера вызывают некоторые современные толко- ватели даосизма, извращающие это древнее учение. В книге «Истина Aao» Алекс Анатоль очень четко и недвусмысленно объясняет основные принципы даосизма как он есть, а не каким видится некоторым востоковедам и «эзотерическим» гуру.
   
    О иитатах
    Все цитаты из даосских учителей в этой книге приводятся по классическому труду Аинъ Ютана «Мудрость Лао-цзы» (Lin Yutang, eel, The Wisdom of LMotse1 1948) с указанием страниц английского оригинала. Хотя существует множество англий- ских и русских переводов «Аао дэ цзина» и «Чжуан-цзы», Алекс Анатоль считает большинство из них безнадежно ис- каженными, поскольку их авторы не принадлежали к клас- сической даосской традиции. В настоящее время Алекс Ана- толь работает над собственным переводом «Аао дэ цзина», а пока этот труд не завершен, предпочитает в своей учитель- ской деятельности использовать книгу «Мудрость Лао-цзы». В ней Аинъ Ютан (1895 - 1976) представил свою англий- скую версию «Аао дэ цзина», сопроводив ее комментариями и переводами обширных фрагментов из «Чжуан-цзы».
    Предисловие
   

   
    Если этого нет в тебе, ты не воспримешь Дао.
   
    Мудрость Лао-цзы, 317
   
    Просветление и вы
    Возможно, эта книга — не для вас. Она была написана для тех редких личностей, которые ищут ответы на главные во- просы жизни и имеют мужество смотреть прямо в лило ре- альности. В ней затрагивается очень широкий круг тем — от страха смерти до мистической связи между человеком и богами. Она раскрывает практические основы физического противоборства и самоиспеления. Можно сказать, что это руководство по достижению благополучнойШ' жизни. *
   
    * Как объяснил нам автор, пол «благополучием» (англ, contentment) он понимает полное физическое и психическое здоровье, ясность и спо- койствие духа и не в последнюю очередь — материальное благосостоя- ние. — Здесь и далее прим ред.
    В этой книге, написанной для немногих избранных, объ- ясняется очень простая и мощная философская система, ко- торая потребует от вас отбросить кое-какие убеждения, впи- тайные с молоком матери. Она разрушает многие мифы об «универсальной любви», общественном положении и день- гах. Эта книга — не для трусов; она ставит читателя лицом к лицу с грубой реальностью. А поскольку система является цельной, она не оставляет вам лазеек. Не выйдет взять из нее только то, что не нарушает вашего спокойствия. Всё — или ничего! Компромисса быть не может.
    Несколько тысяч лет назад в Китае жил мудрец по имени Лао-цзы. Ему принадлежит одна из самых таинственных, но вместе с тем практических философских систем в истории человечества. Читая эту книгу, вы делаете попытку приоб- шиться к Дао, то есть к Пути — к духовной «столбовой до- роге» вашей жизни. Ваша жизнь может быть тем запутанным маршрутом, которым вы следовали с самого рождения; она может быть тропой, предписанной общественным соглаше- нием. Но вы также можете двигаться по жизни в согласии с природной сущностью человека. За вашу душу идет самая настоящая война — война между обществом и природой, за- блуждением и истиной. Эта книга — план сражения, в кото- ром вы отстоите свою душу. Она описывает путь воина, ко- торый может оказаться для вас весьма нелегким.
    Зачем же вам искать таких приключений? Зачем подвер- гать сомнению убеждения, сформированные вашими роди- телями, учителями и церковью? Зачем задумываться о безоб- разии смерти и инстинкте, побуждающем человека убивать? Мало того: если вы решитесь на это странствие и станете истинным «человеком Дао», то в конце концов сделаетесь чужаком в своей собственной стране. Так зачем вкладывать
    интеллектуальную и эмоциональную энергию в столь риско- ванное предприятие? Что можно в нем выиграть?
    Испокон веков все богословские системы, независимо от их устройства, описывали процесс просветления, предназна- ченный для облегчения страданий их последователей. На- пример, Будда объяснял наличие страданий в этом мире на- шими материальными и духовными желаниями. Поэтому он предписал своим последователям избавляться от желаний. Итак, Будда, как и все другие духовные наставники, призна- вал, что путь к просветлению требует, чтобы человек сначала осознал свое страдание, а затем начал с ним что-то делать. Попросту говоря, если нет страдания, то в чем тогда смысл просветления?
    Как и многие представители западной цивилизации*, вы, возможно, не склонны признавать страдание частью вашей повседневной жизни. Если вы — успешный бизнесмен, ме- неджер или госслужащий, который доволен своей жизнью и работой, удовлетворен прекрасными отношениями с люби- мыми людьми и тверд в своем убеждении, что этот мир — прекрасное место, тогда путь просветления — не для вас. Без ежедневного признания того факта, что вы страдаете, ис- кать просветления бессмысленно.
    Лао-цзы предупреждал, что полностью удовлетворенным гражданам общества не стоит показывать грубую реальность Дао — для них это может оказаться медвежьей услугой.
   
    * Эта книга изначально создавалась для американцев. При подготовке русского издания автор указал нам, что на самом деле все, что он гово- рит об американцах, применимо, хотя и в меньшей (и разной) степени, к жителям всех экономически развитых стран, в которых доминирует белая раса и христианская религия (включая и Россию). Поэтому при переводе с согласия автора мы употребляем несколько условный тер- мин «западная цивилизация».
    Мудрец говорил, что его идеи могут вызвать недовольство в народных массах, не желающих и неспособных понять их. При всей его простоте Дао можно сравнить с высшей мате- матикой; это наука не для широкой публики. Лао-цзы назы- вал массы «стадом». И он действительно рассматривал чело- веческое общество как пасущееся стадо, которое радостно пережевывает свою жвачку и не видит бойни, расположен- ной рядом с пастбищем. Мудрый Лао-цзы знал, что просвет- ление общества, находящегося на скотском уровне, — на- прасный и даже потенциально опасный труд. Он понимал, что большинству людей необходимо оставаться в блаженном неведении.
    Однако существует малая часть человечества (возможно, к ней относитесь и вы), которая чувствует, что вокруг что-то не так. Такие люди замечают противоречия между общепри- нятыми убеждениями и той информацией к размышлению, которую регулярно предлагает реальность. Они слышат по- учения религиозных лидеров о том, что человек по натуре добр, когда террористы направляют захваченные самолеты на здания. Они видят лицемерие государственных лидеров, которые в молодости уклонились от военной службы, а те- перь посылают солдат сражаться в дальних краях. Они знают стариков, которые все отдали детям, а теперь не получают от тех даже открытки ко дню рождения. Они качают головой, глядя, как вновь и вновь переизбираются лживые, продаж- ные политиканы. Они вынуждены работать все больше, ра- ботать на износ, чтобы погашать кредиты за дом и машину, оплачивать медицинские страховки и обучение детей, делать взносы в пенсионные фонды и т. д.
    А священники в пышных облачениях, которые поучают бедняков, как надо жить? А браки без любви? А убийцы, ко
    торых отпускают на свободу? А так называемые друзья, бес- следно исчезающие, едва приходят тяжелые времена? А не- излечимый рак, который обнаруживается у добрейшего человека в самом расцвете сил? А убийство невинных детей? Воистину, смерть — это единственное, в чем можно быть аб- солютно уверенным.
    Сомнения закрадываются в ум тех немногих людей, кото- рые замечают, что происходит вокруг них. Они задаются во- просом, не сбился ли мир с пути истинного. Может, отнюдь не разумные люди правят миром? Может, хорошие парни не всегда побеждают? Может, сосед улыбается вам не от души? Может, пенсия вовсе не гарантирована? Может, «подставив другую щеку», по ней же и получишь? Может, мировоззре- ние, поддерживаемое всем обществом, — обман? Уж не прав ли был Бертон Уотсон, переводчик даосского мудреца Чжуан- цзы, заявляя, что в жизни «царят хаос, страдание и абсурд»?
    Если вы каждый день отмечаете симптомы болезни чело- веческого общества и у вас возникают такие вопросы, тогда эта книга — для вас. Лаже если вы, может быть, и не стра- даете на материальном уровне, ваша душа пребывает в смя- тении. Если вы достаточно чувствительны, чтобы ощутить на себе воздействие «хаоса, страдания и абсурда», творящих- ся вокруг, значит, ваша жизнь заражена недовольством и эта книга будет вам медицинским рецептом. Если вы достаточно сильны, чтобы принять дозу горькой реальности, и способны мыслить вне рамок общественных условностей, тогда Дао — ваш путь. Если вы человек, ищущий недвусмысленных отве- тов на вопросы жизни, тогда Лао-цзы — ваш учитель. В этой книге содержится инструмент, который позволит вам преоб- разиться в истинно духовного человека и обрести благопо- лучие в нашем бурном мире.
    У вас, чувствительных к «хаосу, страданию и абсурду», есть чудесный дар, он же и ваше проклятие на всю жизнь. У вас нет защитной толстой шкуры, которая обеспечивает члену человеческого стада блаженство неведения. Вы сведу- щи, а значит — уязвимы.
    Для мыслящего человека просветление — это не «эзоте- рическая» игрушка. Это важнейшее путешествие, цель кото- рого — обрести благополучие. Эта книга написана для того, чтобы помочь тем редким индивидуумам, которые наделены интеллектом, чувствительностью и упорством, отвоевать свои души у общества и жить более счастливо.
    На текстах Лао-цзы основывается и даосизм как филосо- фия, и даосизм как религия. Философия Лао-цзы поначалу кажется пессимистичной и суровой, поскольку ее основной постулат — «природа не добра». Но на самом деле эта фило- софская система оптимистична и прагматична. Хотя Aao- цзы и предупреждает, что на природу необходимо смотреть трезво и человек всегда будет одним из звеньев в пищевой цепочке, он описывает способ принять такую реальность и вести благополучную жизнь.
    Лао-цзы предлагает нам увидеть природу такой, како- ва она есть. Не навешивая ни на что ярлыков «добро» и «зло», он учит, что мы можем постичь наше неизменное окружение. Искомая же ясность ума служит противоядием от заблуждений общепринятых ценностей. Когда появляет- ся более четкая картина мира, будущий даос может начи- нать прокладывать себе путь к покою посреди моря хаоса и суеты.
    Учение Лао-цзы весьма романтично. Зайдите в любой классический даосский храм — и вы окажетесь в окружении изваяний божеств, облаченных в доспехи и вооруженных до
    зубов*. «Жизнь есть война; природа не добра» — эта идея может быть неприятна, но на ней основывается даосизм.
    Большинство философских и религиозных систем при- знают, что существование смертных исполнено боли, и пред- лагают различные способы попытаться изменить то, чего из- менить нельзя.
    Даосизм же, в отличие от них, дает индивидууму инстру- менты, позволяющие сосуществовать с законами природы и обрести благополучие в недружественной окружающей среде.
    Оптимизм даосизма заключается в романтической уве- ренности в том, что индивидуум, подобно героям великих мифологий, способен успешно побеждать своих врагов — безликое общество и его обольстительные заблуждения — и прокладывать себе путь за пределы общественного невеже- ства, в обетованное царство ясности.
    Философию не зря называют «матерью всех наук». Даос- ская философия дает четкую картину реальности, а ее прин- ципы нашли практическое применение во многих науках Древнего Китая. Именно даосы изобрели бумагу, порох, фар- фор, компас» спички, корабельный руль... Именно они разра- ботали множество стратегических методов, применявшихся во всех сферах жизни — от астрономии и строительства до военного дела и холистической медицины. Настоящий даос — неутомимый исследователь природы, и всему, чему его учит наблюдаемая реальность, он ищет практическое применение.
    Самая романтическая идея даосизма, пожалуй, восходит к его мистическим, шаманским корням. Если философия Дао проясняет человеку его смертное существование, то религия Дао очищает его развращенную душу. Суетная ци
   
    * См. цветную вклейку.
    вилизация не только уничтожает естественные инстинкты человека, но и разрушает нашу человеческую сущность. Можете дать этой сущности любое название — напри- мер, «душа». Так вот, если душа заключена внутри сует- ной смертной твари, она и сама отражает это погрязшее в противоречиях вместилище. Это мучение, которое влечет за собой и тяжелые метафизические последствия для души после смерти тела. Таким образом, грех суетных метаний души приводит к несчастливому смертному существованию и обреченности в посмертии.
    Даосы рассматривают физическую реальность как про- явление небесных принципов. Потому просьба к богам наставлять нас в нашем смертном существовании одновре- менно является и молитвой об очищении наших душ. Хотя Лао-цзы довольно резок в своем описании реальности, он раскрывает такие секреты жизни, которые позволяют ин- дивидууму пробиться сквозь силы суеты и заблуждения и войти в царство благополучия, где спасение воистину осе
    Перед вами не историческое исследование, не философский труд и не новые переводы классиков даосизма. Задача этой книги — простым, общепонятным языком рассказать о древ- ней, загадочной и весьма практичной жизненной философии, которая называется Дао. В отличие от писаний Лао-цзы и Чжуан-изы, созданных исключительно для древнекитайских
    няет его душу.
   
    Дао сегодня: иные времена,
    культуры, языки
    правителей, наша книга задумана и написана в расчете на мен- тальность «среднего» современного западного человека.
    Этот человек мало что знает об истории Китая, его ве- ликих династиях и важных исторических событиях. Ла и трудно запоминать китайские имена, географические назва- ния и философские термины, если не владеешь китайским языком. Еще труднее — понимать идеи, сформулированные на чужом языке, читая их в переводе. В языке представлена культура — и наоборот. При плохом переводе часто теряется что-то одно, а то и оба — и культура, и язык. У переводчи- ка могут быть прекрасные лингвистические способности, но при этом полное незнание материала. Хороший переводчик поэзии должен не только безукоризненно знать лексику и грамматику, но еще и сам быть поэтом. Так же и с филосо- фией. Человек, переводящий философские тексты с китай- ского на европейский язык, должен быть сведущ не только в обоих языках, но и разбираться в истории и философиях обеих культур. Если учесть все эти требования, то стано- вится понятно, почему существует столько противоречивых и искаженных толкований «Аао дэ цзина». Лао-цзы словно предчувствовал это, говоря:
   
    Мое учение легко понять и легко практиковать. Но никто не может понять его и никто не может прак- тиковать его.
   
    Мудрость Лао-цзы, 297
    Итак, объясняя труды великих китайских мудрецов, мы должны и переложить тексты с одного языка на другой, и до- нести до читателя некое знание. В этой книге оба вида пере- вода — языковой и культурный — сведены в единое целое,
    чтобы читатель мог по достоинству оценить мощь материа- ла. Мы избавили читателя от необходимости запоминать ки- тайские термины, подыскав для большинства из них всем по- нятные эквиваленты.
    Даосизм, как мы уже говорили, — это и философия, и религия. Стихотворный текст «Аао дэ цзина», записанный пятью тысячами иероглифов, доносит до нас уникальную философскую систему. Но это еще и «библия» одной из древнейших в мире религий.
    Наша книга, которую мы назвали «Истина Асю», в основ- ном посвящена философским аспектам учения Лао-цзы и лишь вкратце касается его теологии. В идеале эти две сторо- ны даосизма нужно изучать вместе, но это практически не- возможно без индивидуального руководства авторитетного мастера: слишком велик риск запутаться.
    Книга «Истина Аао» построена так, чтобы вести читателя ко все более глубоким уровням понимания. В главе 1 опре- деляется цель просветления и устанавливаются коренные причины неблагополучия человека. В главе 2 развенчивают- ся распространенные убеждения, являющиеся источником страдания для всех западных обществ. В главе 3 рассматрива- ются аналогичные восточные заблуждения, проистекающие от смешения буддийских и конфуцианских верований с на- родным даосизмом на протяжении последних двух тысяче- летий. В главе 4 объясняются основные принципы учения Лао-цзы, а в главе 5 рассказывается о том, как их применять. И, наконец, глава 6 посвящена правильному образу жизни.
    Итак, говоря в целом, «Истина Аао» просто и доходчи- во объясняет, как пользоваться этой глубокой мистической философией в повседневной жизни, чтобы достичь макси- мального благополучия и покоя.
    ГЛАВА I
    Просветление
   

   
    Среди смертных, обладающих счастьем, такие люди редки.
   
    Мудрость Лао-цзы, 96-97
   
    Что такое просветление?
    Люди всегда стремились к труднодостижимой цели — про- светлению. В мифологиях это стремление отразилось как великие странствия героев в поисках священных сокровищ. Такие странствия требуют самопожертвования: зачастую их необходимым условием являются тяжелые физические испы- тания и душевные страдания. Мифологическое странствие неизменно завершается обретением искомой святыни, у ко- торой можно найти ответы на важнейшие вопросы жизни, либо встречей с мудрецом-отшельником где-то в дальних краях. Увенчивается же все, как правило, разочарованием и печалью: герой обнаруживает, что знание всех ответов не
    дает истинного просветления, а путь был проделан хоть и трудный, но в неверном направлении.
    Один из важнейших уроков этих мифов заключается в том, что цель любого пути должна быть четко определе- на, иначе шансы на успех минимальны. Прежде чем веО ста корабль, надо выбрать точное направление. Точно так же необходимо и четкое определение цели просветления. Большинство философов и пророков описывают состоя- ние просветления весьма расплывчато — это некая пестрая смесь разных мистических, религиозных и философских идей. Интересно, что вокруг таких неопределенных понятий строятся целые мировоззренческие системы — религиозные и политические. Человеческая изобретательность не знает пределов, придумывая и организовывая нелепые общества, основанные исключительно на полете фантазии. А тех лю- дей, которые вскрывают логические противоречия (неизбежО ные следствия неясных целей таких систем), принято объО являть еретиками и преследовать. Когда порочные системы убеждений не проходят проверки логикой, вожди велят своО им последователям «веровать» и отключить логическое мыш- ление. Слепая вера прекрасно подходит для иррационального мышления и неопределенных целей. Чжуан-цзы так сказал о подобном поведении:
   
    Умники запутываются в собственных хитростях,
    превосходный же человек следует прямо к истине.
   
    Мудрость Лао-цзы, 308
    Поэтому практическая сущность даосизма требует, что- бы цель была определена. Если у нас есть четкое понимание цели, мы можем объяснить все принципы, не полагаясь на
    веру. Это означает также, что не остается места для индиви- дуальных толкований. В даосизме, как и, скажем, в моею- строении, которое базируется на строгих законах физики, не может быть приблизительных ответов. Высказывание мо- жет быть либо верным, либо неверным. Как неправильные инженерные расчеты приводят к обрушению мостов, так и ложное понимание того, что есть просветление, обрекает философскую систему на провал. Итак, четкое определение цели — это тот фундамент, на котором зиждется все учение даосизма. Точное определение всех философских понятий должно стать главным, священным принципом для изучаю- щих Дао. Не зря сказано: «Кто ясно мыслит, тот ясно изла- тает».
    В пользу основательности и ясности даосизма свидетель- ствует тот факт, что на протяжении тысячелетий его прин- ципы, помимо философии и религии, применялись для раз- вития холистического целительства, боевых искусств и наук, связанных с физикой. У даосизма есть масса конкретных практических применений; соответственно, нет разрыва между неосязаемым миром религии и миром физическим. Это выдающееся достижение не повторилось за три тысячи лет ни в одной философской системе; для многих это как раз и является доказательством мистического происхождения даосизма. И все же, имея в распоряжении столь мощную си- стему, построенную на строгих определениях, давайте убе- димся, что мы понимаем нашу цель — просветление.
    Просветление — это высшая степень духовности. Дости- жение духовного состояния позволяет вам жить в благополу- чии и находить счастье в мире, исполненном хаоса, страда- ний и абсурда. Становясь человеком духовным, вы выходите за пределы боли, от которой страдают людские массы, и до
    стигаете подлинного «состояния благодати». Вы избавлявО тесь от своих физических, душевных и духовных страданий. Поиск духовности — вот истинная цель просветления. Но и этот термин нужно тщательно определить, прежде чем об- суждать идеи Лао-цзы. Вы должны хорошо понимать, что значит стать духовным человеком.
    Мы очень часто употребляем слова, не задумываясь об их точном значении. Спросите; «Кто такой человек духов- ный?» — и мало кто сможет дать вам ясный ответ. Кто-то скажет, что человек духовный — это тот, кто общается с Во- гом. Но разве не все мы общаемся с Богом? Мы общаемся с Богом в наших храмах и церквах. Но мы также можем об- щаться с Богом, шагая по улице или сидя дома. Любой может общаться с Богом, когда захочет. Так что беседы с Богом еще не означают духовности.
    Еще говорят, что духовность приходит, когда человек раз- мышляет о душе или о духе. Но что такое душа и дух, что мы знаем о них? Они невидимы по определению. Как можно совместить невидимое и неосязаемое с нашим материальным миром? И как вообще мы можем убедиться в реальности того, что невозможно потрогать руками и измерить? Пыта- ясь взять какие-то силы из неосязаемого мира и применить их в мире физическом, мы лишь создаем беспорядок и за- блуждение.
   
    Если мир, порядок и счастье — вещи незримые, очеО
    видно, что их нельзя достичь зримыми средствами.
   
    Мудрость Лао-цзы, 157
    Как вы определяете духовность на практике? Например, если вы говорите, что ваш знакомый А более духовен, чем Б,
    а некто В — самый высокодуховный человек в мире, то ка- кой лакмусовой бумажкой вы измеряли степень духовности? Как вы судите о том, кто духовен, а кто нет?
    Определение человека духовного в даосизме исходит из его основного понятия — Aao, что переводится как «стезя», «путь» или «дорога». В даосизме, как и в жизни, следует от- четливо видеть путь перед собой. Нельзя идти по дороге с завязанными глазами. Невозможно вести машину с грязным лобовым стеклом. Если вы не видите дороги, травмы и ава- рии неизбежны. Водитель моет стекла машины, чтобы улуч- шить видимость и обеспечить себе возможность безопасного путешествия. То же верно и в отношении духовности — нам нужно отчетливо видеть наш «путь». Надо видеть, куда мы движемся и что делается вокруг нас. Заблуждение за- туманивает нам взгляд и делает опасной дорогу жизни. За- блуждение — это грязное лобовое стекло. Избавиться от заблуждения, понять пределы своих возможностей и иметь правильные ожидания — таков путь к духовности.
    И тогда можно видеть, почему человек А духовнее, чем Б. Если А следует по своей жизненной стезе и ясно ее различаО ет, он не заблудится. Он не станет делать шаг вперед и два на- зад. Он медленно продвигается вперед с открытыми глазами, глядя на дорогу и на все, что его окружает. А знает пределы своих возможностей, благодаря чему обладает душевным по- коем. Он понимает, что он может делать, а чего не может, и на этом основывается его ощущение благополучия. Он знает, чего ему можно ожидать. Он знает, что его машина не может развивать скорость 300 километров в час, разворачивать- ся на двух квадратных метрах и ехать бесконечно на одном баке бензина. Зная это, А правильно реагирует на свое окру- жение; его реакции основаны на реальности, а не на фанта
    зиях или желаниях. Итак, человек духовный — это тот, кто отчетливо видит окружающий его мир, знает пределы своих возможностей и понимает, как действовать в этих пределах.
    При таком ясном определении духовности можно понять важность поиска и добывания духовности. Просветление — это не просто приятное состояние; это важнейшее условие самой жизни. Обретение состояния просветления, или бла- гополучия, — это цель, на которую ориентировано букваль- но всё в вашей жизни. И это никак не связано с общением с богами и духами (как у медиумов или ченнелеров); это про- сто состояние практического осознания, помогающее вам идти по жизни.
    Определив человека духовного и просветленного как лич- ность с отчетливым видением мира, мы можем теперь о пре- делить и величайший грех с точки зрения классического даосизма — заблуждение, или неупорядоченность*. Подобно грязи на любовом стекле, заблуждение (неупорядоченность) препятствует отчетливости видения и в конечном счете — просветлению. Немало резких высказываний о людях за- блуждаюшихся и неупорядоченных можно найти у отцов- основателей даосизма — Лао-цзы и Чжуан-цзы.
    Например, Чжуан-цзы пишет о князе, жившем во времена императора Яо. Князь объясняет, что он отказался от титула, так как император издал столько законов, что люди запута- лись в них и «утратили свою природную человечность». Это, продолжает он, есть «начало всемирного хаоса». Невзирая
   
    * Англ, confusion. Это один из ключевых терминов книги, который, к сожалению, не имеет однозначного русского эквивалента. C согласия автора, при переводе мы в некоторых случаях употребляем слово «за- блуждение», а в других — «неупорядоченность», «смута», «суета». Но в любом случае исходной причиной нежелательного состояния является заблуждение как отсутствие правильного понимания.
    на протесты императора и его придворных, князь, раздоса- дованный неупорядоченностью, которой он был свидетелем, просит их «удалиться и оставить его в покое» (Мудрость Лао- цзы, 116). Лля великих даосских мастеров заблуждение — противоположность просветления, а неупорядоченность — противоположность духовности.
    Источники заблуждения
   
    Когда тебя беспокоят, тревожат, смущают внешние чувства, следует успокоить свой ум и поискать спо- койствия внутри.
   
    Мудрость Лао-цзы, 85
    Лля того чтобы просветление стало действенным, изучающие Лао должны понять источник болезни, называемой заблужде- нием. Откуда она берется? Выяснив источник этой болезни, даос может затем воспользоваться инструментарием своих философских принципов, чтобы избавиться от заблуждения и избежать последующего заражения.
    Чтобы открыть источник своего заблуждения, обратите внимание прежде всего на то, что животным заблуждаться не свойственно. Вы когда-нибудь видели заблуждающуюся птицу или белку? Заблуждение, оно же неупорядоченность, или смятение, — это состояние ума, которое существует тог- да, когда мы не понимаем, что вокруг нас происходит, и не можем правильно оценивать поступающую информацию. Почему же из всех видов земной жизни лишь Homo sapiens подвержен заблуждению? Какая особенность человеческой натуры позволяет неупорядоченности низвести нас до уров
    ня слепцов в незнакомом лесу? Лао-цзы лает недвусмысленО ный ответ:
   
    Когда устранили великое Лао, появились «человеч- ность» и «справедливость».
   
    Мудрость Лао-цзы, 119
    Эти слова Лао-цзы можно объяснить так, что искусствен- ные ценности социума (человечность и справедливость) привели человечество к потере изначальной животной ясно- сти, или состояния неиспорченного человека. Ценности, пре- возносимые обществом, — это и есть источник заблуждения и неупорядоченности в современном человеке. По существу, общественные ценности вытесняют природные желания и потребности индивидуума, результатом чего является иска- женная картина мира. Общество прибегает К благотворным, на первый взгляд, ценностям, таким, как любовь, патриотизм и материальный успех (см. главу 2), чтобы ввести вас в за- блуждение, а затем управлять вашим поведением. Чжуан-цзы так раскрывает эту идею:
   
    И тогда перепутались радость и гнев, простое сме- шалось с хитроумным, добродетель стала соперни- чать со злом.
   
    Мудрость Лао-цзы, 126
    C точки зрения даоса, ценности социума порождают столько заблуждений, что они могут заставить индивидуу- ма действовать против его собственных интересов. Эти общественные ценности кажутся благими лишь на поверх- ностный взгляд, но на самом деле они — источник неупо
    рядоченности. Как объяснить с точки зрения христианства, почему тысячи лет спустя после объявления Десяти Запо- ведей мы все еше живем в мире насилия, где христиане убивают собратьев с тем же рвением, что и в дохристиан- ские времена? Как может добрый христианин подставлять другую щеку под удар нападающего только для того, чтобы снова и снова получать по другой щеке? Однако разве эта идея «подставления другой щеки» не является центральной в Новом Завете? Как возможно такое: солдат честно служил своей стране, в бою лишился обеих ног, а затем вернулся в равнодушное общество с его бедными государственны- ми госпиталями? Неупорядоченность вызывается именно отсутствием связи между ценностями общества и грубой реальностью. Продвижение по жизни резко тормозится из- за ожиданий, основанных на ценностях, которые не под- тверждаются в реальном мире. Мы утратили наше ясное видение реальности.
    Уникальность философии Лао-цзы в том, что она опреде- ляет общество как источник заблуждения и неупорядочен- ности. Все прочие философские и религиозные системы пытаются изменить человеческую природу. Они описывают прекрасные выдуманные миры, исполненные универсальной любви, где изобилие материальных благ позволяет избавить- ся от страданий. Согласно таким учениям, мир становится лучше с каждым новообращенным, принимающим их ис- кусственные ценности. Перемены происходят по одному человеку за раз, и так до тех пор, пока не будет изжито все страдание мира. Какой прекрасный, логичный, неотразимый подход: фундаментально изменить человеческую природу — начиная с вас. К сожалению, это уникальное требование таит в себе ловушку! Чжуан-цзы заметил: «Со времен Трех Дина
    стий каждый человек в мире променял свою природу на что- то иное» (Мудрость Лао-цзы, 91).
    Общество — это структура, построенная на иерархии классов, которые признают определенный набор этиче- ских ценностей, поддерживающихся, в сущности, насильно. Такое-то устройство общества и служит источником неупо- рядоченности, хотя целью иерархической структуры всегда объявляется как раз порядок. Разные общества создают раз- ные варианты неупорядоченности, но ее суть от этого не меняется. Древний мудрец Лао-цзы понял это и разработал такую систему мышления и поведения, которая помогает из- бавиться от неупорядоченности и заблуждения каждому че- ловеку, имеющему дело с больным обществом. Лао-цзы пер- вым из философов понял, что большую часть народа следует так и оставить в его неупорядоченном состоянии, а просвет- ления достичь способны лишь немногие истинные даосы.
   
    Процесс просветления
   
    «Исправляй то, что может быть исправлено». Когда сердце человека не понимает этого, врата к его 60О жественному разуму для него закрыты.
   
    Мудрость Лао-цзы, 318
    Процесс просветления непрост. Тут не поможет никакая волшебная пилюля. Исцеление от болезни заблуждения, по- разившей ваше природное существо (вашу душу), требует огромной сосредоточенности и самоотдачи. Было бы нелепо думать, что столь глубокие перемены в вашем мировоззрении могут быть достигнуты меньшей ценой, чем полная предан
    ность поставленной цели. В Древнем Китае соискатель, же- лавший учиться у истинного мастера, должен был сначала в течение многих лет выполнять у него в доме черную работу. И только после этого его могли признать достойным канди- датом в ученики. Такое испытание потенциального ученика позволяло убедиться, насколько он тверд в своем решении, прежде чем мастер начинал тратить на него свое драгоцен- ное время и энергию.
   
    Кто легко обещает, тому трудно держать свое слово.
   
    Мудрость Лао-цзы, 282
    На Дальнем Востоке процесс просветления не считается завершенным до тех пор, пока ученик не впитает в себя уче- ние, сделав его естественной сутью своего бытия. Это состо- яние — называемое в Китае чань, а в Японии дзэн — дости- гается тогда, когда учение перестает быть гимнастикой для ума и становится для человека законом, работающим авто- матически, на уровне инстинкта. Например, когда вы толь- ко начинаете водить машину, вам приходится думать о пере- ключении передач, о том, как надо жать на тормоз и крутить руль. Но со временем весь этот процесс становится вашей «второй натурой», или чань, и не требует специальных раз- думий. Если вы хотите стать человеком духовным, принципы Дао должны стать для вас чань, частью вашей природы, иначе все ваши усилия так и останутся гимнастикой для ума.
    В результате появления чань мы получаем не просто уме- ние действовать не раздумывая. Чань формирует один из важнейших принципов — жить в настоящем моменте. При- знав, что реагирование на текущий момент — это всё, мы сможем действовать мгновенно. Прошлое — это история, а
    будущее — неизвестно. Вы ведете машину, реагируя на до- рожную обстановку — то есть на те машины, которые не- посредственно впереди вас, а не на те, которые вы обогнали десять минут назад. Так и в жизни. Вы должны жить днем се- годняшним и реагировать на него, а не застревать в прошлом или беспокоиться о будущем. Бусидо, кодекс чести японских самураев, требует: «Живи каждый день так, как будто он у тебя последний». Вследствие такого отношения человек на- чинает ценить жизнь и изо всех сил старается наслаждаться каждой минутой. Это — залог достижения благополучия.
    В Китае считается, что просветление происходит одним из двух способов. Согласно одной школе, состояние чанъ проявляется внезапно, после долгих лет подготовки, как яр- кая вспышка осознания. Согласно другому учению, дости- жение состояния чанъ происходит постепенно, по мере того как изучаются и усваиваются принципы Дао. Но обе школы сходятся в одном важном пункте: просветление происходит только после многих лет работы и верности выбранному пути.
    Посвятить годы упорного труда достижению цели — за- тея, чуждая современному западному мышлению. Западный человек привык к «быстрому питанию», скоростному Интер- нету, кредитам за пять минут, похудению за пять дней, три- дцатисекундным сюжетам в новостях, пересказам классиков литературы на десяти страницах и заочному образованию. Если китайская медицина делает упор на профилактику за- болеваний, проводимую в течение многих лет, то западный человек хочет «быстро вылечиться» с помощью чудесной та- блетки или какой-нибудь суперлазерной хирургии. Глубокая преданность чему-либо столь же чужда среднему западнику, как и иероглифическая письменность. Как ни печально, но
    единственное занятие, которому западные люди, особен- но американцы, могут быть преданы абсолютно и беззавет- но, — это зарабатывание денег.
   
    ЧувствителЬностЬ
   
    Легко приспосабливаться к событиям и окруже нию — вот путь Дао.
   
    Мудрость Лао-цзы, 78
    Чтобы стать преданным учеником Дао, вы должны очень сильно желать понять учение Лао-цзы. Многие классические философы объясняли жажду просветления страданиями ин- дивидуума. Действительно, в отсутствие страдания в качестве мотивации поиски просветления сводятся к развлечению. Важно также понять, что ваше личное страдание есть резуль- тат двух факторов: 1) вашего повседневного окружения и 2) вашей чувствительности к его физическим и ментальным воздействиям.
    Величайшие из духовных учителей создали свои философ- ские системы во времена хаоса, когда физические страдания были неотъемлемой частью повседневной жизни. В древ- ности, во времена Лао-цзы и Христа, средний человек жил лет тридцать, свирепствовали эпидемии и голод, война была обычным делом. Женщины часто умирали от родов, а боль- шинство детей не доживали до пятилетнего возраста. Смерть была перед глазами каждый день. Физические недомогания и боль порождали душевные расстройства, которым и обязаны своим возникновением все главные мировые религии. В 60- лее поздние времена цивилизация производила на свет «ве
    ликих архитекторов» общества, боровшихся за уменьшение страданий. К несчастью, среди таких вождей-строителей не редки были и тираны, подобные Гитлеру и Сталину.
    В наше время в странах Запада физическое страдание уже не является больше неотъемлемой частью повседневной жизни; среднестатистический американец, австралиец или европеец не так уж часто непосредственно сталкивается с насилием, голодом или бедствиями войны. Для большинства из нас страдания — это абстракция. Об этом незнании окру- жаюшей реальности, которому лишь способствует комфорт материального изобилия, и говорил Чжуан-цзы:
   
    Сколь многие люди наделены головой и ногами, но
    обделены слухом и разумом!
   
    Мудрость Лао-цзы, 322
    Без реальной мотивации физическими муками, которые пробуждают желание просветления, подтолкнуть человека на поиски духовности может разве что душевная боль. Xopo- шая зарплата, ипотека на тридцать лет, несколько детей, две машины и пять телевизоров в доме — вот «рай на земле» в понимании большинства западных людей. Типичный запад- ник не нуждается в духовности, поскольку его жизненный путь предписывается телевизионной пропагандой.
    Однако некоторые личности таким предопределенным устройством жизни недовольны. У них, у этих редких индиви- дуумов, которые способны замечать, что происходит вокруг, в душу закрадывается сомнение: в красивой телевизионной кар- танке что-то не так. Если западный человек, несмотря на до- статок и безопасность, все же может быть задет абсурдностью жизни, значит, он достаточно чувствителен, чтобы воспри-
    пять то, что недоступно массам обычных людей. У типичного западника толстая шкура, нечувствительная к лицемерию со- временной жизни. Без реальных опасностей и лишений невоз- можно вытолкнуть его обратно в реальность, так как толстая шкура позволяет бултыхаться в выдуманном мире поддельных жизненных принципов. По существу, толстая шкура служит щитом, и недостаток чувствительности к окружению обуслов- ливает блаженство неведения.
    Но чувствительность — необходимое условие просветле- ния. Нечувствительный человек не может стать человеком духовным — таким, который для обретения благополучия нуждается в учении Лао-цзы. Толстокожий обыватель жи- вет в крепости, столь же непроницаемой для сил Дао, как каменный замок — для дождя и ветра. Образно говоря, че- ловек чувствительный живет в холодной лачуге с протекаю- щей крышей. Погода одинакова и для нечувствительных, и для чувствительных, но лишь последние страдают от нее. Так вот, только чувствительный человек может быть кандидатом в просветленные, потому что он ищет убежище от непогоды и путь к теплу.
    Нечувствительный же житель замка пребывает в блажен- ном неведении до тех пор, пока его цитадель не начинают штурмовать враги или пока с ним не приключается иная беда. Только тяжелая болезнь, разорение, преступление с тяжелыми последствиями или разрушения, которые несет война, могут пробудить толстокожего человека. Посмотри- те, какой хаос возникает в супермаркетах, когда надвигает- ся стихийное бедствие! Заметьте, как стремительно растет число преступлений в крупных городах, когда случается дли- тельное отключение электроэнергии! Вспомните, как «циви- лизованные люди» дерутся в очередях за бензином во время
    нефтяных кризисов! Когда типичный западный человек те- ряет привычное ощущение комфорта и безопасности, налет цивилизации с него как ветром сдувает!
    Да, все ценности социума не стоят ни гроша, когда про- являются силы Дао и нечувствительные люди улавливают проблески реальности. И эти люди всегда оказываются плохо подготовлены к такому моменту. Чжуан-цзы совершенно оче- видно презирает этих представителей человечества, называя их «приспособленцами» и сравнивая с вшами, обитающими до поры до времени в укромных складках тела свиньи:
   
    Приспособленцы — это вши на свином теле. Они выбирают себе местечко среди длинной щетины и думают, что живут в роскошном дворце с большим садом. Они прячутся в складках кожи, в паху и на груди свиньи и полагают себя в полной безопас- ности. Вшам невдомек, что однажды придет мяс- ник, закатает рукава, зарежет свинью, подожжет хворост и начнет опаливать тушу — тут-то им и конец!
    Мудрость Лао-цзы, 79 - 80
    Это высказывание — красочное резюме истинных чувств Чжуан-цзы по отношению к нечувствительным. Оно должно стать призывом к пробуждению для нас всех. Но, как ни пе- чально, для пробуждения нам на наши головы нужна какая- нибудь катастрофа (даже еше более травмирующая, чем со- бытия 11 сентября 2001 года). Только сильной встряской можно вывести нас из нашего самонаведенного ступора.
    Чувствительность — это ключ к просветлению. Чувстви- тельность порождает неподдельное стремление к просветле
    нию, и ее необходимо культивировать для достижения духов- ности. Чувствительность нужна, чтобы увидеть мир таким, каков он есть. Из-за чувствительности вы подвержены ду- шевным страданиям, но в ней же — ваше спасение. Чувстви- тельность — залог выживания как в мире бизнеса, так и в сражении. Чувствительность по отношению к своему телу и к близким людям жизненно важна для счастья. Чувствитель- ность к силам Aao — это именно то, что даос взращивает в себе всю жизнь. Высочайшая чувствительность — отличи- тельный знак великого учителя-даоса.
    Распознаем источники смуты
   
    А когда появились [общественные] мудрецы* со своей тяжеловесной человечностью и хромой спра- ведливостью, в умах людей воцарились сомнение и смута.
   
    Мудрость Лао-цзы, 120
    Смута, неупорядоченность, заблуждение — разрушают чув- ствительность. Они парализуют ваше восприятие реаль- ности. Распознавая источники заблуждения, даосы учатся избавляться от него как от препятствия на пути к просветле- нию. Заблуждение проистекает от тех нереалистичных ожи- даний и желаний, которые оторваны от повседневной реаль- ности. Неупорядоченные люди вокруг нас подобны опасному вирусу. Всего лишь один человек способен заразить тысячи. А заболевшие заразят еше тысячи людей, вызывая нескончае
   
    * Объяснение см. в главе 2 (заблуждение Nq 3).
    мую эскалацию смуты. Гёте верно заметил: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Если ваши друзья, родственни- ки и коллеги — все поголовно неупорядоченные люди, легко самому впасть в смятение.
    Нынче даже модно стало быть неупорядоченным. Кино, книги и наша массовая культура воспевают «человека смятен- ного». Все власть имущие ходят к психоаналитикам. Нам всем известны люди, которые знают о своей неупорядоченности и с гордостью объявляют об этом: «Да, запутался и тем горжусь!» Если же такого человека спросить: «Почему вы так гордитесь тем, что вы запутались? Вам не кажется, что неправильно гор- литься такими чувствами?» — он ответит, что запутались все, а он всего лишь нить в ткани мироздания. Это все равно что говорить: раз в мире так много полных людей, то я тоже могу быть толстым и радоваться этому. Даже если весь мир болен и погряз в неупорядоченности, это не значит, что даос должен присоединиться к этой вакханалии безумия.
   
    Человек воистину заблудившийся уже не может вы-
    браться из своих заблуждений.
   
    Мудрость Лао-цзы, 130
    Помимо окружающих, которые являются важным источни- ком неупорядоченности, есть и другие, более организованные источники этой болезни. В их число входят семья и другие об- шественные институты, создававшиеся веками с целью навя- зать ценности социума населению. Это церкви, общественные и политические организации, школы и университеты. Все они распространяют заразу ложных «ценностей».
    Во времена не столь отдаленные, когда семья была струк- турой, необходимой для выживания, дети, независимо от
    того, где они росли — на ферме или в городе, — помогали родителям в их нелегком труде. Сыновья учились ремеслу у отцов и принимали участие в охоте, чтобы обеспечить се- мью мясом. Дочери участвовали в многочасовых священно- действиях у плиты, присматривали за младшими детьми и вместе с матерями стирали и мыли посуду. Все дети помогали родителям делать запасы.
    Семьи вели физически нелегкое существование, которое подтверждало ценности, основанные на реальности. Есте- ственная смерть была обычной частью семейной жизни, по- скольку дедушки и бабушки жили в одном доме с детьми и внуками. Когда старшие в семье уходили в мир иной, для их потомков это был урок круговращения жизни.
    Для жизни в современных западных странах особой фи- зической необходимости в существовании семьи уже нет. Родителям не обязательно брать на себя ответственность за обучение детей выживанию в реальном мире. Результат — неупорядоченные семейные отношения и дети, которые вырастают с ценностями, идущими вразрез с реальностью. Американские семейные ценности больше не основываются на выживании. Они выводятся из грез общественных инсти- тутов и туманной болтовни манипуляторов из числа священ- ников, политиков и учителей.
    На протяжении всей истории общественные институты создавались для блага правящих классов; их целью было га- рантироватъ отлаженную работу общества и такое поведение его членов, которое делало бы их похожими на качественных роботов. Зачастую эти институты поддерживают свои люби- мые искусственные ценности тем, что грозят ослушникам тюремным заключением или смертью. Бывают и такие вре- мена, когда общественные институты, особенно религиоз
    ные, для достижения своих целей обращаются к заманчивым ценностям вроде «универсальной любви». Ho7 как бы там ни было, эти ценности игнорируют реальность, ибо обществен- ным институтам желательно, чтобы индивидуум действовал вразрез с его собственными интересами. «Вера» прикрывает алогичные идеи и убивает сомнения.
    В индустриальном обществе его институты нуждаются в том, чтобы осуществлять каждодневный контроль над на- родными массами. Махина общества прибегает к изощрен- ным средствам передачи информации: к телевидению, кино, радио, журналам и газетам — и даже к Интернету. В своих крайних проявлениях средства массовой информации от- крыто управляют населением, нередко с поистине порази- тельными результатами. Это называется «пропаганда».
    Телевидение, наше самое сильное и всепроникающее средство массовой информации, продвигает ценности со- циума, идущие вразрез с реальностью — пусть и не столь явно, как пропаганда тоталитарных режимов, известных нам из истории.
    Пока к телевидению в западном мире относятся как к приятному развлечению, оно действует исподволь, и воз- действие это далеко не невинно. Типичный западный чело- век смотрит телевизор более пяти часов в день, воспринимая выдуманные телевидением ценности как точное отражение действительности.
    Пусть даже телезрители понимают, что телевидение — это не реальность, все равно они усваивают ценности, лежа- щие в основе программ.
    Скажем, большинство американских кинодетективов не имеют ничего общего с реальной работой полиции. Кино- звезды резво носятся на автомобилях, пристреливают плохих
    парней, знакомятся с красивыми женщинами и не оставляют ни одного преступления нераскрытым. Эти выдуманные те- рои всегда демонстрируют прекрасные американские ценно- сти. Они покрыты загаром и мускулисты, у них безупречные зубы. Они живут в домах стоимостью в миллион долларов и в большинстве случаев действуют так, как будто просто за- бавляются. И не имеет значения, во что влип герой, — конец всегда будет счастливый. Действо кончается тем, что наши кинозвезды остаются богатыми, влюбленными и уверенными в блистательном будущем.
    Смотреть все эти передачи — все равно что принимать наркотики. У зрителей наступает интоксикация от голово- кружительного образа жизни прекрасных людей. Пока мы думаем, что телевидение — это развлечение, оно медлен- но отравляет нас своими скрытыми сигналами: победители должны быть агрессивными и наглыми; чтобы снискать лю- бовь и уважение, надо иметь много денег; никому не нужен неудачник, который не умеет делать деньги; герои молоды, красивы и атлетичны; героини молоды, стройны и прекрас- ны. Одним словом, собственная ценность неразрывно связа- на с хорошей внешностью, богатством и властью.
    Но что делать тому, кто не выглядит, как звезда Голливуда? Или не умеет зарабатывать так же много денег? Как обыч- ному человеку прожить без этих эталонов успеха? Как срав- няться с образцами для подражания из фильмов и телепро- грамм?
    Вот так рождается страдание. Чем больше человек пы- тается не отставать от этих придуманных идеальных людей, тем трудней ему соответствовать их недосягаемым образам. Так получается еще более глубокий провал между кино- или телегероем и реальной жизненной ситуацией человека.
    И чем дольше все это длится, тем ситуация становится хуже. Между тем все существующие в обществе каналы передачи массовой информации — не только телевидение, но и иллю- стрированные журналы, газеты, кино и интернет-сайты — обрушивают на простого человека ценности, которые про- двигают этот идеальный образ жизни, не имеющий никакой опоры в реальности.
   
    Преодолеваем
   
    неупорядоченностЬ действием
   
    Действие есть человеческая природа в движении. Когда человек действует неправильно, говорят, что он «теряет Путь».
   
    Мудрость Лао-цзы, 120
    Хотя общество и выбивает из граждан их естественные же- лания, а представляющие общество учителя, духовенство и масс-медиа продолжают свою лицемерную болтовню о лож- ных ценностях, даосу некого винить за свою неупорядочен- ность, кроме себя. Даосизм — это философия личной от- ветственности. Над входом во все даосские храмы начертаны слова: «Каждый сам отвечает за свои деяния». В классическом даосизме нет места слабым. Коль скоро неупорядоченность обнаружена, в ваших силах применить даосские принципы, чтобы занять духовную позицию в жизни. Просветление не поднесут вам на блюдечке.
    Эта книга знакомит вас с идеями, простыми в примене- нии, благодаря которым можно разобрать неупорядочен
    ность жизни и улучшить ваше каждодневное благополучие. Однако тем, кого тянет к духовности, начинать приходится с поисков хорошего учителя.
    Мы уже описали духовность как способность отчетли- во видеть реальность. А теперь мы понимаем, что неупоря- доченность сродни езде на автомобиле с грязным лобовым стеклом. Таким образом, роль учителя, или мастера, заклю- чается в том, чтобы помочь ученику очистить стекло. По прошествии времени ученик узнает, как использовать прин- пипы даосизма, чтобы выработать у себя ясное видение мира и навыки, помогающие в этом мире действовать. В конце концов, эти принципы становятся чанъ и ученик может сам очищать свое лобовое стекло.
    Это действенный процесс у хорошего наставника. У пло- хого учителя процесс обречен, еще не начавшись. Выбор хорошего учителя жизненно важен. Как ни странно, но это улица с двусторонним движением. В то время как вы ищете хорошего учителя, учитель ищет нескольких хороших уче- ников. Этот поиск хорошего наставника может быть нелег- ким, но решающим. Он является первым и важнейшим ша- гом на пути обретения духовности.
    Как же определить хорошего наставника? Как ученику различить, где признанный мастер, а где шарлатан, когда повсюду развелось великое множество самозваных «гуру» и «учителей»? Подлинного мастера найти трудно, но, когда найдете, вам будет легко распознать в нем или в ней учителя, обучающего великому искусству движения по жизни.
    Начнем с того, что у признанного учителя классического даосизма ученики не исчисляются сотнями. Представление о том, что можно обучать Aao в массовом порядке, абсурдно. Массово обучать классическому даосизму — это все равно
    что идти в «Макдональдс» в надежде отведать изысканную кухню. Мастер должен работать индивидуально с немноги- ми учениками, медленно преподавая им глубокую систему, которая избавляет от неупорядоченности. Между мастером и учеником должен происходить обмен ци (жизненной энер- гией). Совершенно очевидно, что учитель не может делить- ся ограниченной энергией ци с сотнями учеников и ожидать при этом сколько-нибудь значительного эффекта. Вы слыша- ли что-нибудь о концертирующем пианисте, который учил- ся у маэстро, обучавшего в классе пятьдесят человек сразу? Передача принципов Лао-цзы происходит исключительно в индивидуальном порядке и поглощает немало времени: в классическом варианте — двадцать один год. Если вы ише- те настоящего мастера, избегайте учителей-«массовиков».
    Следующий критерий, определяющий признанного учите- ля Лао, — это способность показать свое мастерство. Прежде всего, его образ жизни должен согласовываться с принципа- ми Лао-цзы. Он должен жить так, как проповедует. Он дол- жен быть смиренным и остерегаться славы, и в то же время построить себе удобную жизнь. Он может быть богат или бе- ден, но поскольку целью просветления является покой и бла- гополучие, жизнь мастера должна служить отражением его ментального и физического влияния на то, что его окружает.
    Далее, в систему обучения ученика-даоса входят менталь- ная и физическая подготовка. Так как слова без действия не значат ничего, будущим ученикам следует своими глазами посмотреть, как мастер (или его ученик) показывает свое владение даосскими принципами в их физическом проявле- нии, включая боевые искусства и цигун. Такое подчеркнутое внимание к физическим аспектам даосизма важно потому, что подлинный мастер должен уметь владеть своим телом
    при помощи ума. Это значит, что, когда ум отдает команды, тело повинуется этим командам. Как может ученик поверить в способность мастера преподать ему весьма нематериальный предмет — философию, если мастер лишен дисциплины ума и тела? Мастер должен продемонстрировать, что он гармо- нично сочетает физическое начало с интеллектуальным и духовным. Без интеграции этих трех начал мы получим не учителя, а всего лишь тень подлинного мастера.
    И, наконец, ученику следует убедиться в том, что учитель способен ясно излагать свои мысли. Спросите учителя (или его ученика) о медитации, ее цели и о том, как ее практике- вать. Какими бы глубокими познаниями ни обладал мастер, они бесполезны, если он не может передать свою премуд- рость вразумительно.
    Очень хорошо, что философские принципы Дао могут быть проверены применением в боевых искусствах и целительстве. C течением времени постоянное подтверждение принципов подобными способами сформирует доверие между учеником и учителем. Но это не будет слепая вера: ученик будет постоян- но наблюдать на конкретных примерах умения своего учителя. Так же и ученик будет демонстрировать свою лояльность учи- телю вполне осязаемым образом: деньги, время и уважение.
    Делая следующий шаг в распознавании мастера, мы долж- ны убедиться, что его интегрированная система обучения строится на последовательных и ясных принципах. Большая часть великих учителей сначала определяет источник стра- Дания, а затем — процесс избавления от этого страдания. Скажем, Будда считал источником страдания людей желания тела и души. Поэтому путь к просветлению, предлагаемый Буддой, заключается в том, что ученик должен раздать все свое имущество, заточить себя в монастыре, удалившись от
    общества, и лишить свое тело пищи и секса. Даосизм Дао- цзы основывается на выяснении того, какие силы реально- ста облегчают страдания. Эта программа обучения исполь- зует ментальную и физическую подготовку прежде всего для того, чтобы повысить чувствительность ученика к силам Дао, а после научить его обращаться с этими силами.
    Чувствительность увеличивается по мере раскрытия у вас «третьего глаза». В азиатских культурах ценится это немате- риальное проявление способности видеть то, что вас окру- жает, и адекватно на него реагировать. Обратите внимание на точку посередине лба у индуистских, буддийских и даос- ских божеств. Часто эта точка изображается как еще один, «третий» глаз. Это изображение служит напоминанием о том, что каждое божество обладает развитым третьим гла- 30м, который видит и постигает те силы, которыми движется Вселенная. Стало быть, целью всякого серьезного даосского обучения является развитие третьего глаза ученика с помо- щью физических и ментальных упражнений. Первоначаль- но подготовка сосредоточивается вокруг развития тела с по- мощью боевых искусств и цигун. Психологическое развитие учеников происходит через медитации и наставления. Когда ученики открывают свой третий глаз, перед ними в ходе ре- лигиозных и «магических» церемоний разворачиваются ми- стические аспекты даосизма. Хороший наставник-даос даст своим ученикам такие уроки, зримые плоды которых явят- ся почти сразу. Любой учитель, заявляющий, что результаты будут только после многих лет обучения, — вероятнее все- го, мошенник. Поскольку истинное просветление требует многолетней преданности, ученику необходимо убеждаться на собственном опыте в совершенствовании шаг за шагом за короткий промежуток времени.
    Благополучную ЖизнЬ
    Строим
   
    Совершенное благополучие описывается как успех. Но когда древние говорили об успехе, они не имели в виду символы высокого ранга и почета; под успе- хом они понимали покой и благополучие.
   
    Мудрость Лао-цзы, 94
    Просветление ничего не значит без действия. Даосизм ра- ботает в реальном мире, оставляя фантазии Голливуду и официальной религии. Центральной для этой доктрины является убежденность в том, что просветление, не прояв- ляющееся в повседневной жизни, наполняемой все большим благополучием, — это даром потраченное время. В этом случае простая задача поможет определить цель духовности: четко сформулировать, что такое «идеальный день», а затем создать его для себя.
    Попросите кого-нибудь дать определение идеального дня — чтобы человек хотел так жить всю оставшуюся жизнь, причем чтобы работа исключалась, — и вряд ли вы услыши- те что-то вразумительное. Типичный западный человек, го- товый бесконечно обсуждать идеальный отпуск, понятия не имеет, что делать с собою, если ему будут дарованы двадцать четыре часа свободного времени каждый день на всю остав- шуюся жизнь.
    Этот простой тест демонстрирует поверхностность че- ловеческой натуры. Он также объясняет, почему люди так быстро деградируют после выхода на пенсию: они настолько духовно пусты, что не знают, куда себя девать. Страдание в западном мире во многом существует оттого, что люди без- думно позволяют обществу определять их личные цели. Цели
    социума становятся их собственными. Разве не смешно, что двигателем нашей короткой жизни являются неупорядоченО ные идеалы, сформированные средствами массовой инфор- мании, — пуританская трудовая этика и непрерывный рост благосостояния! ЧжуанОцзы свидетельствует о сходном поло- жении дел в Древнем Китае:
   
    Когда привязанности человека глубоки, его боже-
    ственные способности мелки.
   
    Мудрость Лао-цзы, 107
    Преданность американцев и подражающих им людей других стран работе — наилучший пример того, как цели общества преобладают над целями индивидуума. Ведущая свое происхождение от протестантских отцов-основателей США, широко исповедуемая любовь к работе проявляется в «трудовой этике». Значение слова «работа» было вывер- нуто наизнанку: вместо определенного количества труда, необходимого для того, чтобы зарабатывать деньги и опла- чивать счета, оно стало означать усилия, от которых следует получать удовольствие. Произнося то и дело «я обожаю мою работу!», люди демонстрируют люяльносгь обществу, на- граждаюшему усердного работника ярлыком «хорошего че- ловека». Границы между трудом и его противоположностью, досугом, размылись. Досуг — это то драгоценное время, ког- да, как предполагается, вы наслаждаетесь жизнью. Это не ра- бота, это удовольствие. Однако каким-то образом неким эр- зацем веселого времяпрепровождения стала работа. Это все, что знает работник, и, пока все в порядке с его профессио- нальной гордостью, вся его самооценка целиком привязана к профессии. Новое определение работы превратило ее в игру
    с деньгами и властью, которые рассматриваются как очки в протоколе результатов жизни. Для современного западного человека эмоциональное удовлетворение от этой игры свя- зано с получением большего количества денег и завоеванием все большего престижа — всего, что вызывает восхищенные аплодисменты общества. К сожалению, группа поддержки от социума вынуждает слепого участника соревнований дей- ствовать против его собственных интересов. Подобно про- фессиональному футболисту, покидающему спорт через пять лет, чтобы жить дальше с разбитым телом, американец, при- шедший в негодность, проводит остаток дней своих в гневе, понимая, что его обманом заставили тратить столь короткую жизнь на пополнение счета в банке.
    Поскольку даос учится взаимодействовать с миром, он развивает также и понимание своих собственных сокровен- ньис желаний. Он вырабатывает умение отбрасывать ложные ценности общества и следовать своим естественным желани- ям. Под руководством хорошего наставника он усваивает фи- лософские основы, необходимые для благополучной жизни. Заключительный шаг в просветлении — прожить идеальный день (или день, максимально приближенный к идеальному при данном уровне материального достатка).
    Вот одно из открытий, совершаемых при планировании идеального дня: многие из тех вещей, которые доставляют вам удовольствие, стоят совсем недорого. Если вы любите читать, то пользоваться библиотеками можно бесплатно. Если вы любите ходить пешком, то прогулка в парке не сто- ит ничего. Если вы увлекаетесь рыбалкой, наживка стоит недорого. Если вы любите рисовать, вполне по средствам купить себе краски. Долгие застолья с друзьями обходятся всего лишь по цене бутылки хорошего вина. Дышать свежим
    воздухом, ходить в картинные галереи, копаться в саду — все это не требует больших расходов.
    Проблема в том, чтобы «купить» свободное время. Pe- альная цена идеального дня — это стоимость вашего вре- мени. Время — деньги, деньги — время. Это означает, что в наши дни традиционный жизненный путь, совершаемый с целью обзавестись более просторным домом, более доро- гостояшей машиной и булыиим количеством детей, выли- вается в отдачу времени и денег и крадет досуг. Столь вож- деленные продвижения по службе подразумевают больше денег, но также и больше ответственности, больше стресса и меньше свободы.
    По мере того как вы становитесь старше, традиционный западный жизненный путь отдаляет ваш идеальный день. Приобретите новый дом, взяв ипотечный кредит на три- дцать лет. Купите «порше» в кредит на пять лет. Родите еще парочку детей и начните откладывать деньги на их образо- вание... Один из самых грубых западных обманов: идеаль- ный день якобы настанет для вас после выхода на пенсию. Современное пенсионное планирование требует вложить значительную часть ваших текущих заработков в пенсион- ные сбережения. В результате вы вынуждены работать еще больше, чтобы покрыть этот дефицит, и оттого имеете еще меньше свободного времени сейчас. Эта порочная стратегия предполагает, что, когда вы доживете до пенсии, у вас будет еше достаточно сил, чтобы радоваться ей.
    Но даже если предположить, что вы достигнете пеней- онного возраста достаточно здоровым и богатым, чтобы на- слаждаться, вы уже будете настолько запрограммированы на жизнь, наполненную работой, что свободная жизнь на пенсии окажется чуждой территорией, где вы будете забро
    шены и несчастны. Просветление обеспечивает вам ясность ума, благодаря которой вы можете определить, что такое идеальный день для вас, а затем неуклонно продвигаться к нему по мере того, как движется вперед ваша жизнь. Мыс- ленно поставив перед собою цель, вы будете принимать жиз- ненно важные решения, постепенно изменяющие ваши по- вседневные занятия, которые станут более созвучны вашим естественным желаниям. Результатом такой жизни станет идеальный день, — день, когда страдание будет изжито. Та- ков дар Лао-цзы нашему миру. Но принять его готовы лишь немногие избранные.
   
    Ok0HЧателЬная настройка
   
    Ведь та вещь, которая сохраняет свою сущность, но теряет магическое прикосновение жизни, становит- ся лишь призраком (реальности).
   
    Мудрость Лао-цзы, 18
    Чтобы сфокусироваться на процессе просветления, давай- те воспользуемся аналогией и представим маленький маг- нит, который вращается вокруг большего. Большой маг- нит — это абсолютная реальность Дао, маленький — это животное, называемое человеком, с его надеждами, жела- ниями и ограничениями. Если маленький магнит вращает- ся на более близком расстоянии к большему, он испытывает влияние более сильного магнитного поля и, следовательно, придерживается более устойчивой орбиты. Эта сужающая- ся орбита аналогична человеку, изучающему основопола- тающие принципы даосизма (движение по направлению к
    Дао); результатом изучения являются реалистические жела- ния и ожидания, сообщающие большую устойчивость жиз- ни человека. И наоборот, чем дальше от большего магнита вращается меньший, тем слабее притяжение и тем менее постоянна орбита. В какой-то момент центробежная сила маленького магнита столкнет его прочь с орбиты и он ка- нет в забвение. Подобным же образом и мы, вбирая фан- тазии общества и нереалистические ожидания, все быстрее увеличиваем неустойчивость в нашей собственной жизни, пока не потеряем всякую надежду.
    Эту аналогию можно развивать и далее. Мы должны при- знать, что маленький магнит никогда не сможет сдвинуть большой. Большой магнит неподвижен, безразличен по от- ношению к малому. Так же обстоит дело и с реальностью и человеком. Мы не можем ни творить реальность, ни даже поколебать ее — мы можем лишь приблизиться к ней или отдалиться от нее. Реальность неподвижна и неизменна. Лю- бая попытка извратить реальность лишь неизбежно будет отодвигать вашу орбиту все дальше от Дао, пока притяжение не перестанет действовать совсем и ваша душа не погибнет.
    Просветление — это странствие с целью максимально приблизиться к большому магниту Великого Предела. На до- роге, проложенной по жизни, можно выбрать лишь одно из двух: подойти ближе к реальности или двинуться в сторону выдуманного мира. Выбрать нелегко, так как все общество будет подталкивать вас прочь от Дао. Это будет борьба между силами общества, оттаскивающего вас от большого магнита реальности, и силой вашей воли, влекущей вас к нему. Обще- ство прибегнет к неупорядоченности, чтобы оттолкнуть вас от ваших природных инстинктов. Слепя вам глаза и лишая вас чувствительности к притяжению Великого Предела, об
    щество дестабилизирует вашу орбиту до тех пор, пока ваше вращение не станет неуправляемым.
    Наше тело формируется в течение девяти месяцев, ког- да мы находимся в утробе матери. В какой-то момент душа, или духовная сила, вливается в физическую форму, и эмбри- он становится чувствующим созданием. Эта душа или дух представляет собой невидимую энергию, ведущую свое про- исхождение от Великого Предела (который мы представили здесь как большой магнит). В момент смерти человека душа возвращается к своим истокам. А поскольку просветленный даос при жизни вырабатывает баланс между умом и телом, душа его лучше подготовлена к тому, чтобы функциониро- вать, когда сброшено тело. Если же пребывание человека на земле посвящено только удовлетворению физических нужд (еде, питью, работе), тогда душа теряется без своей физиче- ской оболочки. C другой стороны, когда жизнь посвящена только умственным занятиям, тогда не происходит уточне- ния знаний о реальности через физическое взаимодействие, и у такого человека также устанавливается неупорядоченное мировоззрение. В обоих случаях без равновесия между умом и телом возможно возникновение неупорядоченности и на земле, и в загробном странствии.
    Далее, если человек относится небрежно или игнорирует тот факт, что он смертен, он разрывает узы, связующие его с Aao. Согласие даоса со смертью придает ценность жизни сегодня. Отчетливо видя реальность повседневной жизни и принимая неизбежность смерти, мы настраиваем свою душу в лад с живым космосом. Наш маленький магнит придвига- ется все ближе к большому, тем самым уменьшая расстоя- ние, которое душа должна преодолеть последним прыжком. Даосизм дает нам инструментарий, с помощью которого мы
    можем прожить благополучную жизнь в физическом теле, и одновременно готовит нас к последнему странствию. Как сказал Чжуан-цзы,
   
    Кто ясно понимает порядок бытия, тот не радуется жизни и не горюют о смерти, ибо знает, что внеш- ние пределы не окончательны.
   
    Мудрость Лао-цзы, 52
    ГЛАВА 2
    Заблуждения западного ума
   

   
    А когда появились [общественные] мудре- цы со своей тяжеловесной человечностью и хромой справедливостью, в умах людей воцарились сомнение и смута.
   
    Мудрость Лао-цзы, 120
    Заблуждение вездесуще. Став общественным животным, соз- дающим правила поведения, благодаря которым поддержи- ваются ценности социума, человек впустил в свою жизнь за- блуждение и страдание.
    Из истории мы знаем, что взлеты и падения великих ци- вилизаций напрямую зависят от распространения ценно- стей, входящих в противоречие с реальностью. Первоначаль- ные человеческие общества, утверждавшие себя посредством
    меча, поневоле должны были обладать ценностями, основан- ными на реальности. Реальность еойны делала такие обще- ства насквозь прагматичными. Но по мере того, как реально- стыо жизни становились успех и безопасность, ценности все более размывались. Вследствие этого цивилизация слабела и в конце концов приходила в полный упадок.
    Каждое общество разрабатывает свой собственный, уни- кальный набор ценностей и заблуждений; в этом человече- ская изобретательность не знает пределов. Сейчас Америка находится на пике своего развития. Американская культура прошлых времен, грубо сработанная целеустремленными иммигрантами, теперь преобразилась в культуру неженок, ценящих удобство и безопасность. Как только нашей изна- чальной твердости пришел конец, на свет явилась культура слабости и фантазий.
    Эта глава посвящена американским заблуждениям, кото- рые типичны для западного мышления в целом. Поскольку западный мир сформирован ценностями Ватикана, Вашинг- тона и Голливуда, Америка, при всем своем величии, возвела заблуждения в ранг закона. Осознанием вредоносности этих ценностей вы можете сделать себе прививку против них, особенно против того тумана, который препятствует ясному видению мира. Эти ценности — ваш враг. Понимать своего врага — первое правило боя.
    Американские заблуждения сформировали полосу пре- пятствий, которую вам надлежит преодолеть на пути к ду- ховности. Они станут испытанием для вашего характера и определят то, что получит ваша душа в итоге.
    Итак, давайте сформулируем десять основных заблужде- ний западного ума и решим, как с ними справляться.
   
    Заблуждение 1. Ум превыше тела
   
    Поэтому мудрец заботится о пище для живота, а не о красоте для глаз.
   
    Мудрость Лао-цзы, 90
    Даосская философия использует природу как образец для подражания. Основой естественного существования челове- ка является его тело. Хотя мы считаем, что наше тело жест- ко прикреплено к нам (потому что оно всегда на месте, ког- да мы просыпаемся утром), на самом деле оно не слишком сильно и, бесспорно, бренно.
    Представьте себе физическое тело как двигатель в авто- мобиле. Пока автомобиль еще новый, его мотор работает прекрасно. После сотни тысяч километров пробега мотор будет часто нуждаться в ремонте и замене масла. Чем больше пробег, тем больше мотор изнашивается и в конце концов ломается. Внимательный уход продлит мотору жизнь, но по- требует от автовладельца немало времени и хлопот.
    Поддержание человеческого тела в хорошем состоянии тоже требует колоссальных затрат энергии. Нужно делать за- рядку, соблюдать диету и остерегаться болезней, атакующих нашу иммунную систему. Но, как бы усердно мы ни стара- лись защитить свое тело от травм или болезней, оно все равно со временем разрушится. Самое здоровое тело очень быстро может быть уничтожено невидимым вирусом. Тело — это всего лишь бренный сосуд, требующий пищи, тренировки и непрерывной заботы. Чтобы продлить себе жизнь, мы долж- ны ухаживать за телом, как за мотором автомобиля.
    Чтобы лучше понять идею бренности тела, представь- те себе, что тело — это воздушный пузырек, плывущий по реке жизни. Любой острый предмет может проткнуть этот пузырек — и он лопнет, исчезнет навсегда. В жизни есть несметное число объектов, которые могут проколоть наш пузырек. Лаже малейшая дырочка приведет к гибели. Тяже- ло обладать телом непрочным, как воздушный пузырь: мы должны совершать наше плавание по реке жизни осторож- но и внимательно.
    Однако физическое тело не делает нас отличными от дру- гих живых существ. Одни лишь особенности формы тела еще не характеризуют человека. Животные сталкиваются с теми же препятствиями и опасностями в потоке жизни; как и мы, они должны спасать свои пузырьки от смерти и раз- рушения.
    Что же тогда отделяет человека от животных? И живот- ные, и люди нуждаются в пище, сражаются за жизненную территорию и стараются ухаживать за своими телами. Чаще всего на этот вопрос отвечают так: в отличие от животных, у людей есть «душа». Но, к сожалению, такой ответ порождает лишь новые вопросы. А что это такое — душа? И откуда нам известно, что у животных ее нет?
    Тысячелетиями эти вопросы обсуждали великие филосо- фы, но ответа так и не дали. Хотя большинство людей верят в существование некой души (или духа), мало кто способен внятно охарактеризовать сущность этого явления. Мы все сходимся лишь на том, что в мире материальном проявлени- ем нашей души (духа) является тело, поскольку оно выража- ет через речь или письмо наши мысли. Наше тело приходит в этот мир в процессе рождения и служит сосудом, вмещаю- щим душу.
    Homo sapiens — это высший вид жизни. Мы властвуем над другими животными, создаем сложнейшие общественные формации, занимаемся искусством и литературой и разви- ваем современные технологии для господства над окружаю- шей средой. C одной стороны, мы принадлежим к животно- му царству и поэтому обладаем телом, каковое нуждается в пище, крове и постоянной заботе. C другой стороны, мы — существа духовные, которые пишут стихи, философствуют и создают технологии для своего удобства. Так сколько же в человеке животного начала, а сколько — духовного, или интеллектуального?
    Давайте считать, что духовная, или интеллектуальная, со- ставляюшая человека — это «частица Бога» в нас. Именно эта частица Бога и выделяет нас из мира животных. Хотя ко- личественное определение этой частицы невозможно, она, как нам представляется, занимает менее десяти процентов нашего существа (возможно, намного менее).
    Поскольку человек в основном есть животное (скажем, на девяносто процентов), глупо считать его сверхдуховным и невероятно чистым созданием. Упомянутые десять про- центов не отделяют нас от царства животных. И все же мы не живем, как животные, и не ведем себя, как они. Похо- же, эта маленькая частица Бога, с одной стороны, служит нашим отличительным признаком, а с другой — затруд- няет нам понимание нашего места в мире. В жизни жи- BOTHbLx нет таких трудностей, как у нас. Инстинкты и по- ведение животных предсказуемы и стандартны, их жизнь проста и понятна. Наша же жизнь, несмотря на девяносто процентов животного начала, отличается разнообразием, непредсказуемостью и усложненностью. Таким образом, получается, что десятая доля божественного в нас служит
    также источником многих наших заблуждений и суетных метаний.
    Для человека невозможно быть только животным. Бла- годаря нашему интеллекту, нашей способности общаться и умению давать рациональные объяснения мы понимаем, что существует нечто, выходящее за пределы тела. Однако как только мы осознаем, что частица Бога составляет менее де- сяти процентов нашего существа, что мы уязвимы для болез- ней тела и для фантазий ума, наша суть становится для нас яснее. Только в мечтах мы можем воображать духов или ан- гелов, не привязанных к физической сфере бытия. Именно жизнь в теле укореняет нас в материальном мире.
    Результатом осознания нашего места в мире должны быть философские идеи и каждодневные поступки, кото- рые уравновешивают ум и тело. К сожалению, такое осо- знание встречается нечасто. Повсюду в мире, во многих университетах и высокотехнологичных компаниях вы най- дете профессоров и иных интеллектуалов, которые прене- брежительно относятся к своему телу. Эти люди считают, что ум — это всё, а тело — лишь приставка к нему. Обычно они отличаются избыточным весом или, наоборот, чрезмер- ной худобой. Они беспечно относятся к своей пище или диете, их мало заботит, как они выглядят. Если заговорить с ними о физических упражнениях, они с гордостью заявят, что они «не помешаны на здоровье», будучи «людьми ин- теллекта».
    Такое возвышение разума над телом противоречит реаль- ности. Представьте, что всех этих интеллектуалов лишили пищи и воды на двое суток. Представьте, что они целую не- делю страдают от свирепого поноса или мучительной зубной боли. «Люди интеллекта» будут рыдать, как дети, совершен
    но позабыв о философии Гегеля, компьютерном программи- ровании и астрофизике.
    Представление о том, что «ум превыше тела», в конечном счете ставит под сомнение саму необходимость иметь тело. Это, безусловно, заблуждение и извращение реальности, по- скольку наш ум мало что значит без правильно функпио- нирующего тела. Каков прок от мозга в стеклянной банке? Совершенно очевидно, что мозг без тела — ничто. Ум нуж- дается в теле, а тело нуждается в уме. Вот что означает необ- ходимость равновесия между умом и телом.
    Тело называют «храмом души». Тело — вместилище на- шего мозга. Жить в загаженном доме с разбитыми окнами и дырявой крышей невозможно. Так же невозможно, чтобы дом стоял на рассыпающемся фундаменте. Мы следим за до- мом, в котором живем, починяя крышу, когда она начинает протекать, укрепляя фундамент и заменяя разбитые стекла в окнах. Такой же подход верен и для нашего тела. Нельзя рас- сматривать тело как приложение к нашему уму. Оно являет- ся одной из важнейших частей нашего существования!
    Просветление требует сооружения крепкого моста между телом и умом. Это один из самых важных и практичных спо- собов избавиться от заблуждений и страданий. Здоровое тело отражает здоровье ума, и наоборот. К сожалению, больший- ство западных людей не понимают этого, о чем свидетель- ствует тот факт, что многие из них страдают ожирением.
    Во власти того же заблуждения находятся и люди, впадаю- шие в противоположную крайность — считающие, что их тело и есть единственная суть бытия. «Культуристы» и фа- натики «здорового образа жизни», тратящие все свое время и энергию на улучшение своей физической формы, тоже пребывают в неуравновешенном состоянии. Они сосредо
    точивают свои усилия исключительно на телесности, а из-за недостаточной тренировки ума получают тело красивое, но пустоголовое.
    Давайте вернемся к нашему сравнению тела с домом: дом у таких людей в прекрасном состоянии, окна целы, крыша не течет, фундамент прочен. Но вот, к несчастью, в доме никого нет. Только сквозняк гуляет по чердаку. У таких людей равно- весие между умом и телом нарушено так же сильно, как и у интеллектуалов. И точно так же смешение физической ре- альности и реальности ума порождает мучения и боль.
    Во многих даосских храмах можно найти изваяние Бога Долголетия. Он символизирует важность телесного благо- получия; даосы молятся ему о здоровье своего тела. Это 60- жество занимает в храме очень почетное место, что ясно и недвусмысленно напоминает собравшимся: «Берегите свое тело, чтобы здоровому уму было где помещаться».
    Интересно отметить, что даосизм — одно из самых ми- стических религиозных учений — уделяет такое присталь- ное внимание бренному телу. В этом вопросе заблуждения непозволительны. Приступая к практике даосизма, вы начи- наете с совершенствования своего тела при помоши боевых искусств и цигун. Затем это сочетается с совершенствовани- ем ума посредством медитаций и изучения философии Дао. Но физические упражнения всегда служат отправной точкой для классического обучения начинающего ученика-даоса.
    Заблуждение 2.
    Ценность семЬи и детей
   
    Тигр любит свое дитя.
   
    Мудрость Лао-цзы, 67
    Рождаясь на свет, мы зависим от тех, кто нас окружает, осо- бенно от членов нашей семьи, которые должны научить нас, как вести себя в реальности и выживать в ней. К сожалению, современное западное общество практически уничтожило традиции и ценности классической семьи. Традиции про- шлого предусматривали передачу от отца к сыну семейных ценностей и способов поддержания существования. Напри- мер, человека, родившегося в крестьянской семье, уже в ран- нем возрасте обучали сельскому хозяйству и привлекали к работам в поле или на скотном дворе. Ребенок учился жить на ферме, уважать землю, ценить ручной труд как эквива- лент благосостояния. Когда ребенок становился взрослым, он продолжал вести такой же образ жизни, какой был при- нят в его семье. По сути, реальность повседневной жизни на ферме связывала членов семьи в единое целое.
    Сегодняшние же дети обычно не имеют никакого отно- шения к профессиональным занятиям родителей. Во многих случаях дети даже не разделяют основные ценности роди- телей. Они предпочитают поступать в институты подальше от родного дома. Зачастую они преследуют такие профес- сиональные и личные цели, которые полностью противо- положны родительским. Если у врача сын становится рок- музыкантом, то что у этих людей обшего? А пресловутый «конфликт поколений», когда отцы лет на двадцать-сорок
    старше детей, лишь усугубляет различие их философий и ожиданий от жизни. В лучшем случае дети и родители соби- раются вместе на какие-то важные праздники. Со временем различия становятся все значительней, проявляясь в антаго- низме и вражде. А причина враждебности — в том, что у каждого нового поколения свое восприятие реальности.
    Разрушение образа жизни трудящейся семьи влечет зна- чительные последствия для построения системы ценностей у детей. В типичной семье до наступления индустриальной эпохи старшие члены семьи жили со своими детьми и игра- ли значительную роль в воспитании внуков. Когда старики умирали, молодые люди получали один из важнейших уро- ков жизни — узнавали о ее круговороте. Видя смерть люби- мого дедушки или дорогой бабушки, они получали реальный и эмоционально окрашенный опыт конечности бьггия че- ловека. Круговорот жизни и смерти являл себя не как рас- судочное осознание смерти родственника где-то за тридевять земель, но как подлинная и прочувствованная потеря. Совре- менная семья, где родственники общаются преимущественно по телефону, не связана эмоциональными узами, необходи- мыми для того, чтобы прочно укоренить идею круговорота жизни — одну из самых главных жизненных основ бьггия.
    Поскольку семья перестала быть для ребенка источником знаний о том, как поддержать свое существование и преуспеть в жизни, функция обучения и воспитания, по идее, должна переходить к учебным заведениям, учрежденным современ- ным обществом. В древние времена, когда аграрное общество в Китае перешло к более сложным формам хозяйствования, родители могли посылать своих детей к духовным учителям — например, в даосские монастыри. Монахи учили детишек пра- вильно воспринимать реальность и выживать в ней.
    В современном западном мире нет подобных учреждений. Детей определяют в местную школу, затем в колледж или ин- статут. Цель учебы — усвоение определенной учебной про- граммы, которая, как правило, неспособна (и даже не ставит целью) помогать молодежи понимать реальность, учить ее жить в сложных условиях современного общества. Многое из того, чему учат в школах и вузах (вроде тонкостей высшей математики), никогда не пригодится в дальнейшей жизни.
    C другой стороны, образовательные учреждения в запад- ном мире сделались настолько неэффективны, что у многих молодых людей отсутствуют базовые навыки, которыми вла- дели их родители. Сегодня у многих выпускников школ нет практических знаний географии, математики, всемирной истории или даже основ грамматики. Уменьшение роли се- мьи вылилось в перекладывание родительской ответствен- носта за обучение своих отпрысков на чужие плечи. Теперь этот труд возложен на учителей, которые сами плохо обуче- ны, и на систему образования, лишенную какой-либо мота- вации.
    В дикой природе животные учат свое потомство основам выживания. Птицы учат птенцов летать. Хищники учат сво- их детенышей охотиться. Все животные учат молодняк вы- живать и жить. Эта обучающая функция родителей запро- граммирована самой Природой.
    Какое же обучение проходит нынешняя западная моло- дежь? Образ жизни современных американцев и европейцев не позволяет родителям уделять необходимое время, чтобы обучать своих детей тому, что им потребуется для жизни в этом мире. В среднестатистической семье имеется два кор- мильца: и мать, и отец вынуждены проводить на работе мно- го времени. Они возвращаются домой после долгого рабоче
    го дня, и у них нет ни сил, ни времени, чтобы заниматься с детьми. В такой обстановке родители не имеют возможности передавать свои знания детям.
    Да и детям, которые захотят изучать ремесло родителей, нелегко придется. Одно из принципиальных различий меж- ду современным обществом и обществом традиционным со- стоит в том, что профессиональные навыки родителей ста- новятся все более «высокотехнологичными». Еще несколько поколений назад фермеру было в принципе не так уж труд- но передать детям свои познания и навыки. C самого свое- го рождения ребенок становился частью той повседневной работы, которую семья проделывала, чтобы поддерживать существование. Но подобное ученичество невозможно, ког- да родитель делает карьеру в области передовых технологий! Даже самый развитой ребенок не сможет сидеть рядом с отцом и помогать ему писать сложные компьютерные про- граммы.
    «Высокотехнологичность» жизни западного общества и, как ее следствие, нехватка у родителей времени для выпол- нения родительских обязанностей приводят к отчуждению между взрослыми и детьми. Ребенок ходит в школу и живет своей жизнью. Родители заняты в своей сфере деятельности, и жизнь у них тоже своя. В нынешнем обществе родители не в состоянии брать на себя обязаность, которая в животном мире каждым родителем исполняется автоматически!
    Тот факт, что большинство супругов проводят много вре- мени раздельно, каждый в своем профессиональном кругу, отделяет не только родителей от детей, но и родителей друг от друга. Это помогает понять, почему большая часть браков в наши дни кончается разводом. Общий опыт приводит к общности интересов и ценностей. К несчастью, современное
    общество вынуждает детей проводить основную часть време- ни в школе, тогда как день их родителей протекает на работе, причем у каждого на своей. Дом превратился в обычный по- стоялый двор, где часть жильцов называется «родителями», а остальные — «детьми».
    При невозможности, нежелании или неспособности родителей обучать своих чад эта жизненно важная функ- ция должна возлагаться на образовательные общественные учреждения — школы и церкви. Но если им еще худо-бедно удается научить детей читать, писать и считать, то научить ясно видеть мир и взаимодействовать с реальностью они не могут. В идеале первому (чтению, письму, счету) должны учить школы, а второму (видению мира) — церкви. Отча- сти это и было стимулом отделения церкви от государства в США, как указано в американской конституции отцами- основателями нации. Школы (государство) преподавали чте- ние, письмо и счет, а церковь (религия) учила, как надо смо- треть на мир.
    Хотя ухудшающиеся результаты школьных тестов в США показывают, что школы не справляются со своей задачей, все же наибольший вред приносит именно неспособность рели- гиозных учреждений научить ясному видению мира. Как это ни смешно, плохие результаты тестов пугают американское общество, но тот факт, что мы отправляем в большой мир детей, не умеющих справляться со сложными жизненными проблемами, не вызывает подобной озабоченности. Религи- озные учреждения проповедуют «веру» и ценности универ- сальной любви, но молчат о суровой природе реальности и необходимости выживания в ней.
    Это то же самое, что не дать юному новобранцу основ боевой подготовки. Если бросить такого солдата в окопы и
    приказать ему учиться на своих ошибках, то каков будет его шанс выжить?
    В жизни — как на войне. Как же мы можем позволить нашим детям учиться в заведениях, которые не учат их вы- живать? Ошибки, совершаемые в повседневной жизни по причине недостаточного обучения, могут быть так же убий- ственны, как и ошибки на поле боя. Если мы понимаем, что жизнь — это сражение, мы осознаем, что учиться на ошиб- ках — самоубийственная глупость. Если родители и школы не решают возложенных на них задач, это значит, что обще- ство посылает на войну детей, не знающих, с какого конца браться за автомат.
    Заблуждения западного ума относительно образования и воспитания детей порождены неверным пониманием обяза- тельств между родителем и ребенком. Отсюда все ошибки и страдания.
    В большей части обществ от детей ожидают, что они бу- дут уважать и любить своих родителей и воздавать им сгори- цей за время и силы, потраченные на воспитание детей. Но надо понимать, что в любом случае рано или поздно настанет день, когда наши дети больше не будут нуждаться в нас. Они практически исчезнут из жизни родителей. Родители часто ожидают, что дети будут чтить их на склоне лет, оказывать денежную и иную материальную поддержку. Однако такое происходит не всегда.
    Насколько обоснованы эти желания и ожидания по отно- шению к нашим детям? Начнем с того, что дети никогда не просили, чтобы их родили на свет. Ответственность за рож- дение ребенка всецело ложится на родителей. Становясь ро- дителями, мы приводим детей в этот мир неизвестно откуда; многие годы спустя они, умерев, уйдут из него неизвестно
    куда. Детей никогда не спрашивают, хотят ли они прийти в этот мир, так же как впоследствии не спрашивают, готовы ли они его покинуть. Одни лишь родители отвечают за рожде- ние своих детей, и потому исключительно они несут ответ- ственность за то, чтобы их вырастить.
    У людей могут быть разные доводы в пользу того, чтобы завести детей. А у некоторых, к сожалению, нет вообще ни- каких доводов. Во многих случаях родители заводят детей' только ради того, чтобы их завести, или потому, что так по- ступают их сверстники. Для доброго католика даже желание иметь детей значения не имеет: это его долг как католика, не- зависимо от того, во сколько это ему обойдется.
    Увы, слишком часто семьи испытывают чрезмерное фи- нансовое и эмоциональное давление, вызванное необходи- мостью вырастить детей. В современном обществе «поднять» даже одного ребенка означает колоссальную финансовую и моральную ответственность. Воспитание ребенка отнимает значительное количество времени, а подобающее образова- ние требует немалых денег.
    Тем парам, у которых есть желание, денежные средства и время, можно сказать: пожалуйста, заводите себе по четверо- пятеро детей! Однако такие семьи являются скорее исклю- чением. У большинства людей не хватает денег и времени, а также умения как следует научить своих детей навыкам вы- живания, которые необходимы, чтобы преуспевать в нашем обществе, построенном на соперничестве.
    Ответственные родители обычно затрачивают много вре- мени, сил и средств, чтобы вырастить детей. Поэтому вполне естественно, что они ждут чего-то взамен затраченных уси- лий. В действительности же, однако, воспитание детей — это неэффективное вложение средств.
    C каждым годом отчуждение между родителем и ребен- ком будет усугубляться — по мере того как ребенок будет проводить все меньше времени дома. Родители, которые по- жертвовали лучшими годами своей сознательной жизни ради детей, противятся тому, чтобы смириться с этой постоянно расширяющейся полосой отчуждения. Их ожидания идут вразрез с процессом естественного взросления детей. Резуль- татом являются заблуждения и страдания.
    Родители, воспитанные в духе Дао, принимают тот факт, что их дети вырастут и вылетят из гнезда. То, что было вло- жено в детей, не будет возвращено родителям. Смирившись с неизбежностью и отказавшись от необоснованных ожила- ний, родители могут избавиться от этого источника заблуж- дений и страданий. C другой стороны, детям следует пони- мать, что в какой-то момент им уже будет не нужна связь с родителями. Им больше не захочется оставаться под властью родителей. Также не будет у них долгов и обязательств перед родителями — им полагается в жизни свой путь. Это пони- мание позволит избавиться от чувства вины, которое отрав- ляет наших детей и калечит им жизнь, когда они предпри- нимают бесцельные попытки угодить родителям. Чжуан-цэы прямо сказал:
   
    Твои дети и внуки — не твое имущество, они по- добны сброшенной коже (как у змеи или куколки цикады), данной тебе взаймы Вселенной.
   
    Мудрость Лао-цзы, 95
    Образцом для даосов всегда служит природа. Глядя на природу, мы видим ошибки нашего общества. Связь между родителями и детьми служит прекрасным примером. Живот
    ные приносят свое потомство, воспитывают его, учат выжи- вать, а затем отпускают на волю. Впоследствии молодняк не возвращается, чтобы сесть на шею родителям, когда наступа- ют тяжелые времена. А родители не гоняются за детьми, ища себе помощи на склоне лет.
    Естественный путь детей — это рождение, обучение, а за- тем уход. Наше общество утратило этот четкий порядок. Мы рожаем детей, а затем перекладываем их обучение на пред- приятия массового образования (школы и церкви), которые даже не пытаются говорить с детьми о реальности и выжи- вании. Впоследствии связь между родителями и детьми вы- ливается в бесплодные попытки продлить ее искусственно, а результатом таких нереалистических ожиданий оказываются тоска и душевная боль.
    Хотя даосское понимание проблемы — горькая пилюля (ибо оно показывает родителям, что их «вложения» в детей неэффективны), оно также служит толчком к пересмотру моральных обязательств. Родители втягивают новую душу в этот мир без ее согласия. Поступая так, они берут на себя обязательство научить этого ребенка жизни и после этого отпустить. Дети, которых родители не обучили подобаю- щим образом, будут так же неспособны совладать с грубой реальностью, как молодые птицы, которых не научили ле- тать.
    Похожая трудная задача стоит перед всеми членами се- мьи. Если вам повезет, вас с вашей семьей будут связывать естественные узы, отличающиеся открытостью общения. Если общение между родителем и ребенком или мужем и женой не складывается естественным образом, но навязано социумом и обусловлено искусственными ценностями, ре- зультатом будут натянутые и напряженные отношения. Когда
    мы вынуждены делать что-то — из чувства вины, или исходя из ценностей социума, или просто по необходимости, — все
    То, что мы должны делать, и то, чего нам хочется, суще- ствуют раздельно и обособленно. Мы успешно добиваемся того, чего мы хотим, и наша душа принимает участие в этом, даже если осуществление наших стремлений требует много времени и денег. Но мы лишь через силу совершаем то, что нам навязывается, и результаты бывают в целом незавидные.
    У каждого из нас свой путь. Если этот путь уводит нас от семьи по причине несовместимости, тогда надо уходить от любых навязанных «семейных ценностей» и жить самостоя- тельно. Может оказаться, что человек связан финансовыми обязательствами, особенно если он является главой семьи, однако, если решить проблему продуманно, такой поступок оправдан, если он совершается, чтобы избежать заблуждений
   
    Мудрость Лао-цзы, 312
    В мире есть лишь два типа мудрецов. Первый — это «клас- сический мудрец», поселившийся где-то в горах, куда тянутся люди, чтобы с его помощью достичь просветления. Такие муд- рецы не заботятся о том, чтобы распространить свое знание
    наши старания, как правило, не достигают цели.
    и страдания.
    Заблуждение 3. Неизбежность лицемерия
   
    Ученый не обязательно мудр, хороший оратор не обязательно умен.
    в массах. Им не интересны манипуляции и власть. Они всего лишь хотят совершенствоваться в духовности сами и, может быть, помочь в совершенствовании нескольким избранным ученикам. Существует и иной, гораздо более распространен- ный тип мудреца: «общественный», противоположный пер- вому типу. Таким мудрецам не нужна духовность; они хотят донести свои идеи до масс ради достижения личной выгоды, славы, власти и богатства.
    На протяжении всей истории, во всех цивилизациях об- щественные мудрецы создавали свои «орудия лицемерия». Лицемерие институтов власти, возглавляемых общественны- ми мудрецами, манипулирует народными массами и контро- лирует их. Очищая наше видение мира, мы должны осмыс- лить лицемерие, царящее на Западе, и понять, как с ним бороться. Лицемерие заключается во лжи, к которой прибе- гают (осознанно или неосознанно), чтобы склонить людей к совершению неосмотрительных поступков. Лицемерие воз- никает также из-за того, что люди мыслят ошибочно сами или используют чужие ошибочные мысли, чтобы убедить са- мих себя совершить что-нибудь неразумное.
    У лицемерия могут быть три причины. Во-первых, оно может проистекать от чистого незнания. Когда человеку из- вестно, что он не знает фактов, но при этом он продолжает бороться за какую-то идею или принцип, — он лицемерит.
    Во-вторых, лицемерие проявляется, когда люди делают за- ведомо ложные утверждения ради собственной выгоды, — например, раздают обещания, которые они и не собирают- ся выполнять. Такой способ манипулирования был широко распространен на протяжении всей человеческой истории. Отдельные личности и группы прибегали к лицемерию для удовлетворения своих амбиций, дурача своей ложью и при
    творными посулами самые разные слои населения. Самые на- глядные примеры такого поведения — политики и диктаторы.
    Третья причина лицемерия — идеализм. Некоторые фи- лософы и политики пытаются произвести в обществе такие перемены, которые основываются не на реальности, но лишь на полюбившихся им (этим людям) идеалах. Когда эти идеа- лы, базирующиеся на ожиданиях и фантазиях ума, входят в конфликт с реальными ценностями природы, последствия зачастую бывают катастрофичны. Идеалисты пытаются по- строить мир фантазий в мире реальном, а рождается хаос. В качестве примера можно привести правление Гитлера, чей идеал «сверхрасы» вылился в смерть и разрушение по всему миру. Или же можно вспомнить Ленина и Сталина, поста- вивших марксистский эксперимент. Этот эксперимент сулил утопический идеал, а вместо этого обошелся в сорок мил- лионов загубленных жизней, привел к сооружению неуправ- ляемой экономической системы и ее последующему краху.
    В современном западном мире существует три орудия ли- цемерия: религия, образование и политика. Их учреждения распространяют заблуждения посредством пропаганды цен- ностей, которые являются противоположными просветлению. Горькая ирония, которую может оценить только истинный даос, состоит в том, что общественные институты, которые, по мнению людей, формируют ценности и принципы выжи- вания, на самом деле поят нас совсем иным лекарством. Эти институты, которые, как предполагают, несут просветление, на самом деле служат источниками заблуждения.
    Давайте вернемся к нашему сравнению просветления с очисткой лобового стекла автомобиля, позволяющей отчет- ливо видеть реальность. Люди полагаются на религию, обра- зование и политику в вопросах обретения большей ясности
    точно так же, как они пользуются автошампунем для мытья своих машин. Если следовать этой аналогии, то получается, что они, вместо того чтобы уехать с автомойки на чистой машине, возвращаются на шоссе на автомобиле со стеклами, все еще слишком грязными для хорошего обзора. Такое про- исходит каждый день, когда люди выходят из храмов, школ и мест политических форумов, не видя в своей слепоте реалъ- ности мира.
   
    Лицемерие в религии
   
    Представителю людей легко быть двуличным, пред- ставителю высших сил — трудно.
   
    Мудрость Лао-цзы, 121
    В большинстве стран западного мира преобладают иудео- христианские религиозные конфессии. Они основаны, как утверждают их приверженцы, на «слове Божьем», передан- ном через специальных посланников — Моисея, Христа и других. Роль священников, пасторов и раввинов заключается в том, чтобы учить мирян важнейшим правилам жизни, вы- текаюшим из упомянутого «слова Божия».
    Будучи даосами-скептиками, мы должны применить к иудео-христианским учениям тот же критерий, которым мы пользовались для определения хорошего учителя. Так мы сможем проверить эти доктрины на наличие лицемерия. Мы ведь не хотим, чтобы наше ясное видение реальности было замутнено болтовней шарлатанов! Поэтому нам следует при- менять к любой другой религиозной системе тот же метод проверки истинности, что и к даосизм.
    Важнейший критерий оценки любого общественного ин- статута — возможность продемонстрировать его принципы в реальной жизни. Даосам нужна вера «заслуженная», а не «слепая». Слепая вера не предлагает нам никакого способа подтвердить то, что говорят нам наши священнослужители. Религиозные организации опровергают этот аргумент, заяв- ляя, что они несут слово Божье — а слово Божье нельзя ста- вить под сомнение.
    Однако сам Бог ни разу не появлялся перед собранием ве- руюших, чтобы огласить свое учение. И на самом деле «слово Божье» полностью зависит от своих источников — Библии, Корана, Торы. Как бы мы ни относились к этим «святым кни- гам», все они были созданы смертными людьми. Хотя Мои- сей явился перед народом Израильским и передал им запове- ди Божьи, сам народ никогда непосредственно не наблюдал Бога воочию и не слышал его. В христианстве Господь послал своего единственного сына на землю, однако слова Нового Завета все же были записаны смертными. И в Ветхом, и в Новом Завете приводятся превосходные обоснования, позво- ляющие объявить содержащиеся в них религиозные основы богоданными — без появления Бога собственной персоной. Нам следует скептически относиться к смертным, которые подразумевают, что они доносят до нас слова или мысли Бога. Моисей сошел с горы Синай и объявил, что принес на- роду слово Божье. Четверо апостолов написали Евангелия и стали утверждать, что их слова на самом деле были словами Иисуса. Разумеется, доказательств нет — есть лишь слепая вера, что эта писания излагают нам слова Бога.
    Итак, источники иудео-христианских доктрин невоз- можно проверить. На следующем этапе даос посмотрит, воз- можно ли последовательно объяснить философские системы
    этих религий. Последовательность — очень важный Крите- рий того, является ли некая система истинной или это про- сто сборная солянка из не связанных друг с другом (и зача- стую лицемерных) идей.
    В те дни, когда еще не было книгопечатания, смертные переписывали Библию от руки. C каждой копии делались следующие рукописные копии. Каждый переписчик вносил в исполнение задания свое понимание и свои эмоции, а также свое представление о мироустройстве и значении слова Бо- жьего. И у каждого возникало искушение внести собствен- ное толкование в перевод Библии.
    Отчасти это объясняет, почему все великие ученые- богословы и проповедники иудео-христианства непрерывно воюют между собой за верную интерпретацию слова Божье- го. В каждой религии имеются многочисленные тома правил, предписаний и объяснений. У враждующих направлений (сект) есть свои собственные толкования Торы и Библии. Эти толкования разнообразны и пышно цветут противоречиями. Последователи каждой секты, с их слепой, безоговорочной верой, ратуют за то, чтобы провозгласить свои верования ис- тинными.
    Совершенно очевидно, что идеям иудео-христианской веры недостает последовательности, которая служит опозна- вательным знаком цельной системы. Вполне возможно, что подлинные слова Бога, дошедшие до нас через две тысячи лет, несли с собой знания, которые затем были утрачены из-за неаккуратной работы людей с текстом. Но убедиться в этом никак невозможно. Противоречий слишком много. Попытки пробраться сквозь все эти противоречия окажутся напрасны.
    Итак, основные религии западного мира оказываются несостоятельны по двум пунктам: их источники невозмож
    но проверить и им катастрофически недостает последова- тельности. Однако остается еще один критерий. Хороший даосский наставник показывает, как проявляются даосские принципы, если их применить на практике. Он готов еде- лать это открыто и при свидетелях. Работают ли подобным же образом в реальном мире иудео-христианские принципы? Давайте поиграем в еретиков и проверим некоторые иудео- христианские доктрины в повседневной жизни.
    Поскольку любая философская система должна быть целостной, несостоятельность двух-трех ключевых идей означает несостоятельность системы в целом. Большинство иудео-христанских конфессий любят проповедовать силу любви. К сожалению, правила, выводимые из этих пропове- дей, не работают в реальном мире.
    Если вас будут избивать хулиганы и вы «подставите другую щеку», то просто-напросто по другой щеке и получите. Если вы решите полагаться на людское милосердие в надежде под- держать свое существование, то будете голодать. Принципы, провозглашаемые Десятью Заповедями, действенны только в выдуманном мире гармонии, любви и изобилия. Разве не украли бы вы у богатого, чтобы накормить своих голодных детей? Разве не попытался бы муж отомстить тому, кто совер- шил насилие над его женой? А ведь эти поступки, оправдан- ные в глазах многих людей, противоречат Десяти Заповедям. Как может поведение, которое кажется естественным, входить в противоречие с предполагаемыми законами Божьими?
    Очевидно, что эта религиозная догма не в ладу с реаль- ностью. Законы природы, дарованные Богом, безусловно, применимы к человеку, поскольку человек по большей части является животным и тем самым от природы не отделяется. И эти внутренние природные законы говорят нам, что рели
    гии Запада несут нереалистические идеалы. По сути своей, они не действенны.
    Итак, иудео-христианские учения несостоятельны по трем пунктам: 1) их источники невозможно проверить, 2) они логически непоследовательны и 3) их принципы нереали- стичны и недейственны.
    Какие же цели преследуют религии Запада, если исходить из того, что они, откровенно вразрез с интересами своих ве- рующих, несут ценности и принципы, которые не основаны на реальности? А вы примите во внимание тот факт, что ре- лигиозные институты — это крупные организации, соперни- чающие с правительствами в масштабах, богатстве и власти. Разве могут они быть чем-то иным, кроме еще одного орудия власти, принадлежащего правящей элите?
    Если изучить появлявшиеся на протяжении всей истории различные интерпретации Торы и Нового Завета, станет оче- видно, что нередко они менялись так, чтобы соответствовать интересам правящего класса. Логично было бы ожидать, что слово Божье не меняется с течением времени. Убедительно объяснить такое изменение догматов можно тем, что они были извращены для обслуживания нужд существующего общественно-политического строя. Действительно, религи- озные и политические институты уже долгое время развива- ются в полном согласии, к обоюдной выгоде. Политические вожди то и дело заключают альянсы со священниками и раввинами, поддерживая свое благосостояние за счет изби- рателей. Если обратиться к истории, можно найти занятные примеры и в средневековой Европе, и во времена не столь отдаленные — в годы «сухого закона» в Америке.
    Самая приметная черта лицемерия, свойственного религи- ям Запада, — его неприкрытость. Посмотрите на религиозных
    вождей, облаченных в раззолоченные ризы и проповедующих бедным, как надо жить, из своих разукрашенных дворцов. «Рожайте детей еще и еще, — учат они, — и во что бы то ни стало продолжайте жертвовать на нужды своего прихода». По- смотрите на священников, собирающих по воскресеньям по- жертвования у прихожан, бьющихся в тисках нужды, в обмен на невнятные проповеди. Жизнь католических священнослу- жителей, дающих обет безбрачия, настолько неестественна, что они дают выход своим сексуальным позывам, приставая к детям. Главы всех этих религиозных организаций учат, что тело есть храм души, однако сами они — практически все! — элементарно нездоровы физически.
    Западный мир получает духовное водительство от учите- лей, у которых отсутствует страсть к жизни. Некоторые из них, быть может, сами по себе и «неплохие ребята», но все как один погрязли в заблуждениях и лицемерны до глубины души.
    Большинство западных религиозных лидеров — в сущ- ности, просто ловкие политиканы. Такова печальная реаль- ность лицемерия официальной религии. Мысли об этом не- приятны и нерадостны. Но это реальность. Не становитесь жертвами заблуждений и прямого обмана духовенства.
   
    Лицемерие в школах
   
    Поверхностные знания вредят характеру мелочное поведение вредит Дао.
   
    Мудрость Лао-цзы, 94
    Западная школьная система, как и религиозные учрежде- ния, явно не оправдывает возлагавшегося на нее доверия.
    Система, предназначавшаяся для того, чтобы научить нашу молодежь выживать в этом мире, была извращена и теперь используется для того, чтобы навязывать нашим детям нера- ботающие, бессмысленные ценности.
    Из всего многолетнего школьного курса лишь малая часть изучаемого материала действительно полезна для взрослой жизни. Эти основы — чтение, письмо и арифметика, — ко- нечно же, важны, но разве на овладение ими требуется це- лых десять-двенадцать лет? Многое ли вы помните из того, что изучали в школе? Многое ли реально помогло вам в по- вседневной жизни? В отличие от животных, люди получают невероятное количество ненужной информации.
    А крайняя степень лицемерия заключается в том, что школьная система, которая, как предполагается, готовит нашу молодежь к жизни, на самом деле делает нечто совер- шенно противоположное. Искусственный мир современного образования превратился в организацию, все усилия кото- рой направлены на программирование коллективных ценноО стей — то есть заблуждений.
    Делается это двумя способами. Явное программирование состоит в том, что дети систематически сталкиваются с кол- лективными ценностями, а непреднамеренное программи- рование происходит вследствие того, что заблуждающиеся учителя обучают заблуждающихся учеников. Явное програм- мирование включает воспитание патриотизма и укрепление иудео-христианских ценностей. Непреднамеренное же про- граммирование — это, например, выборы «мисс школы» (укрепление власти физической красоты, недостижимой для большинства девочек) или чествование лучших игроков в футбол (укрепление идеала физической ловкости, недости- жимого для большинства мальчиков). Современные школы
    все больше превращаются в фабрики по производству цен- ностей.
    Поскольку школа учит детей, как им надлежит думать и поступать в соответствии с существующими ценностями об- щества, постольку школа учит и ценности лицемерия. Когда ребенок узнает, что успех связан с принятием неработающих представлений социума, он получает от школы подсознатель- ную установку на лицемерие как образ жизни. Школы учат нашу молодежь лицемерному поведению и взгляду на жизнь. «Новая школьная программа», принятая в США, делает ак- цент на положительной самооценке, допуская неумение си- стематически работать, грамматические ошибки и непра- вильное решение задач, — лишь бы только ученики жили в ладу с самими собой. Результат такой программы — целое поколение детей, не приученных к дисциплине. В рамках этой программы признаются различные «расстройства», гра- ницы которых понимаются очень широко. «Расстройства» нужны, чтобы оправдать недостаток внимания у детей и не- желание учиться. Какой урок реально получают ученики? Задания выполнять не обязательно; плохое поведение при- емлемо; общество освободит их от ответственности. Стоит ли удивляться, что в конце концов из таких учеников вырас- тают неудачники, преступники и лица, принципиально жи- вущие на пособия? Мы лицемерно утверждаем, что готовим наших учеников к жизни в мире, а на самом деле — к пара- зитизму. В действительности в школьные основы входят не только чтение, письмо и арифметика — к ним надо добавить еще и такой предмет, как «лицемерие».
    Плохо, что нашу молодежь портят лицемерием. То, что им не дают оружия, необходимого в жизненной борьбе, — убийственно. Родители также должны выслушать обвинение
    в лицемерии, потому что они сознательно посылают своих детей в школы обучаться ценностям, которые диаметрально противоположны ценностям, действительно необходимым для того, чтобы выжить и преуспеть.
   
    Лицемерие в политике
   
    Я считаю, понятия человечности и справедливости и пути правые и неправые так перепутались, что невозможно понять их противоречий.
   
    Мудрость Лао-цзы, 260
    Задача политики — создавать и укреплять ценности, исполь- зуемые для власти над массами. Эти ценности поддерживают общественный строй (его институты и традиции), который, как ожидается, будет принят народом. Правда ли, что аме- риканская политическая система (претендующая быть об- разцом для всего западного мира) распространяет разумные ценности и идеи? Давайте проведем уже знакомый нам трех- шаговый тест на лицемерие: 1) проверим, поступают ли сами политики в соответствии со своими проповедями, 2) посмо- трим, последовательна ли с точки зрения логики их система ценностей, и 3) определим, действенны ли их политические принципы в реальном мире.
    Политики славятся тем, что говорят одно, а делают со- всем другое. Даже наивные американские граждане стано- вятся скептиками, когда речь заходит о политиках. Это по- литическое лицемерие лучше всего заметно в том, как живут президенты США. Отчасти роль президента в американской демократии состоит в том, чтобы увлекать собственным при
    мером — поступать иначе было бы лицемерием. Поскольку президент, проводя в жизнь законы, отвечает за ценности, укрепляющие общество, постольку предполагается, что он сам должен придерживаться этих ценностей и законов.
    Однако реальность не соответствует нашим ожиданиям. Немало президентов прожили жизнь, щедро наполненную лицемерием. Некоторые президенты уклонились от призыва на военную службу, но зато потом, на посту главнокомандую- щего вооруженными силами, посылали солдат воевать. Они говорили об опасности наркотизации и развернули широко- масштабную программу «Война с наркотиками», а сами раз- решали курить марихуану в колледжах. Они проповедовали ценность крепкой семьи, а сами пускались в сексуальные приключения со своими сотрудницами, моделями и кино- звездами. Они превозносили достоинства хорошей физиче- ской формы, а сами были дряблыми и жирными.
    Не лучше обстоят дела и с законодателями. Дело не толь- ко в том, что их собственные злоупотребления соперничают с теми, что мы видим у президентов, — эти представители простых людей имеют мало общего со своими избирателя- ми. Почти половина американских сенаторов — миллионе- ры. У них не болит голова каждый день о том, как накор- митъ семью или оплатить счета. Лимузины отвозят их из одного просторного офиса в другой. Нередко они владеют двумя большими домами: один находится в родном штате, другой — в Вашингтоне. Они летают первым классом, и у них немало средств на представительские расходы. У них есть личные адвокаты, секретари, бухгалтеры и советники, и все они работают на то, чтобы сделать жизнь сенатора легче. А когда законодатели покидают свою государственную долж- ность, их обычно ожидает непыльная и престижная работа.
    Когда-то законодатели США были работающими бизнес- менами. Из чувства гражданского долга они отдавали часть своего времени этой службе, после чего возвращались к де- лам и семье. Когда они рассуждали, каким образом прави- тельство могло помочь (или помешать) гражданам, их слова основывались на опыте. Когда же нынешние законодатели, рожденные в богатстве и роскоши, утверждают, что они по- нимают жизнь простых людей, — это верх лицемерия.
    Итак, политические лидеры США не проходят первого теста на лицемерие — они, конечно же, не делают того, к чему призывают.
    Самая значительная причина неупорядоченности и смуты в умах для американцев — отсутствие последовательности в общественных ценностях нашей страны. Когда у руля стоят лицемерные политики, всеобщие ценности то и дело меня- ются в угоду политической повестке дня.
    В 1919 году Конгресс США под давлением одного религи- озного движения, отличавшегося своим лицемерным пылом, принял поправку к конституции, запрещавшую продажу и употребление спиртного. Постановлением предписывалось считать, что принимать алкоголь — вредно для здоровья, грешно и преступно. После десяти лет применения этого закона, по которому арестовывали и осуждали всякого, кто был связан с алкоголем, политическая система дала задний ход и легализировала спиртное в 1933 году. То, что было за- конным, стало незаконным, а затем опять приобрело закон- ный статус.
    Такое лицемерие сбивает людей с толку. Когда ценности общества сменяются, подобно приливу и отливу, народу при- ходится слепо следовать за переменами и мириться с лииеме- рием. Простой человек — раб системы, которой управляют
    действующие политики; он целиком отдан им на милость. Как сказал Чжуан-цзы,
   
    Укравшего поясную пряжку тащат на плаху; украв-
    ший царство восседает на троне.
   
    Мудрость Лао-цзы, 124
    Америка — вовсе не уникальный пример непоследователь- ных колебаний ценностей общества. Куда более яркий пример того, как целый народ был захвачен лицемерием, — история революции 1917 года в России. Провозглашая коммунизм, революция разрушила общественные и религиозные ценно- ста царской России. Более семидесяти лет новое руководство подавляло и стирало с лица земли любого, кто становился на пути победивших социальных представлений (особенно тех, кто принадлежал к какой-либо религиозной организации).
    В 1991 году Советский Союз развалился под тяжестью не- реалистических социальных теорий и в результате пагубной экономической политики. В сегодняшней России религия возрождена и капитализм правит бал. Руководство страны объявило прежние коммунистические ценности лицемерны- ми и ввело новые ценности, похожие на те, что были в цар- ской России.
    Как можно, будучи реалистом, ожидать, что человеческий ум адаптируется так быстро? В конечном счете граждане приходят к выводу, что проще принять дежурное лицемерие без раздумий — чем меньше задаешь вопросов, тем лучше. Политики с их вечно меняющимися ценностями стирают наше ясное видение реальности.
    Самый значительный пример такой быстрой перемены ценностей в цивилизации Запада — Германия между Первой
    и Второй мировыми войнами. Д0 Первой мировой войны Германия была в высшей степени цивилизованной и куль- турной страной. Славясь своими гуманитарными науками, литературой, музыкой и философией, она отличалась терпи- мостыо и давала убежище изгнанникам из других стран. Од- нако после Первой мировой войны к власти пришел Адольф Гитлер и образовался Третий рейх. Прежние ценности обще- ства, основанные на культуре, были заменены новыми цен- ностями, которые соответствовали целям нацистских лиде- ров. Результатом оказалась самая масштабная мировая война в истории, а также истребление и уничтожение тех, кто не подпадал под арийский идеал Гитлера. Однако гитлеровские ценности, порожденные психотическим сознанием вождя и не имевшие опоры в реальности, исчезли вскоре после по- ражения нацистской Германии. Ожидалось, что немцы снова примут ценности и моральные устои своего прошлого, как будто нацистского эксперимента и не было вовсе.
    Когда основатели американской нации — образованные люди, которые должны были сражаться за независимость против тирании английского короля, — собрались, чтобы сформировать правительство, они приняли мудрое и дально- видное решение. Помня об отмеченной в истории тенденции извращать государственную власть ради личной выгоды, они создали конституционную систему «сдержек и противове- сов»: три раздельные ветви власти, каждая из которых имеет возможность ограничить две другие.
    Такое распределение минимизировало злоупотребления властью, неизбежно таящиеся в любой политической систе- ме. По сути, соперничающие ветви власти имеют различные и нередко конкурирующие цели, что помогает не допустить ни тирании, ни коррупции. К сожалению, у них нет так на
    зываемой «защиты от дурака», то есть от неправильного использования. Лояльные американцы японского проис- хождения были незаконно интернированы во время Второй мировой войны. Когда в начале XX века появился федераль- ный подоходный налог, от него были освобождены девяносто процентов населения и он не превышал семи процентов от дохода, а теперь налог платит большинство американцев, и ставка достигает более сорока процентов. США тратят мил- лиарды долларов на войну с наркотиками, одновременно предоставляя миллиардную помощь зарубежным странам, правительство которых поддерживает наркотрафик. Назой- ливая, бесцеремонная законодательная власть лишает аме- риканцев личных свобод. Политики отстаивают затратный бюджет, дефицит которого доходит до миллиардов долларов, и отнимают у страны ее будущее благополучие. Список поч- ти бесконечен, но одна тема преобладает: лицемерие тор- жествует в американской политике, пусть и в более мягкой форме, чем это было в Советской России или нацистской Германии. Итак, политическая система США (негласный об- разец для многих стран западного мира) не проходит нашего второго теста из трех — в ней отсутствует логическая после- довательностъ.
   
    Кто знает, как управлять империей, тот не должен делать этого.
    Мудрость Лао-цзы, 162
    Остановимся последний раз на политическом лицеме- рии в Америке, чтобы проверить, действенны ли для рядо- вого гражданина в реальном мире все эти господствующие представления и ценности. Теоретически американские по
    литики находятся на своих постах на одном-единственном основании: служить народу, делать его жизнь безопасней и богаче. По сути дела, они отвечают за то, чтобы «американ- ская мечта» была достижима для всех граждан. Чтобы оце- нить успешность их работы, нужно установить, выполняют ли они свою миссию. Иными словами, способствуют ли по- литики тому, чтобы каждый гражданин США достиг амери- канской мечты?
    Что лучше всего олицетворяет американскую мечту? Вла- дение собственной землей и домом. Это вершина американ- ских социальных — и политических — ценностей: облада- ние домом издавна является в Америке лучшим показателем успеха.
    Нам стоит только заглянуть в налоговое законодательство, чтобы понять, какую важную роль американское правитель- ство отводит собственности на дом. Для среднего американца владение домом уже долгое время служит постоянным и на- дежным источником налоговых льгот. Понятно, что хотят этим сказать наши политики: нет ничего важнее, чем приобретение и содержание дома, причем чем он больше, тем лучше.
    Американец начинает с маленького домика и очень не- большой ипотеки, гордый своим достижением. Однако по мере того, как растет его успешность и увеличивается бла- госостояние, он покупает другой дом, побольше, а потом, бывает, и еще... C каждым последующим домом берется все больший кредит. Работать приходится уже обоим супругам, но семья никак не может насладиться зримыми плодами процветания. В погоне за американской мечтой жизнь ста- новится труднее. Аом побольше, кредит побольше, свобод- ного времени поменьше, да еще как бы не оказаться хуже соседей, — порочный круг!
    Для чего же нужны эти всё более просторные лома, всё более «крутые» машины и одежда всё более причудливых фасонов? Так ли уж нужно семье из четырех человек жить в ломе с шестью спальнями и бассейном и иметь «Мерсе- дес»? Почему бы не жить в ломе, с какого начинают боль- шинство семей: с двумя-тремя спальнями, зато без ипотеки и долгов?
    В американском общественном устройстве скромный образ жизни считается непопулярным. Америка показыва- ет себя, владея дорогими вещами. Чтобы поддержать такой имидж, семья должна работать дольше и напряженней, жерт- вуя своим свободным временем. Жизнь становится тяжелее, наполняется большим числом стрессов и разочарований. Ирония в том, что обладание большим домом, модными ав- томобилями и изысканными костюмами создает желанный имидж успеха и легкой жизни, а в реальности такая жизнь, как правило, тяжелей и больше наполнена стрессами. Лице- мерие налицо.
    О чем еще, помимо большого дома, трубят американские политики и что поддерживают? Если вспомнить любую из- бирательную кампанию за последние десять лет, то одной из популярнейших тем является американская семья. Действи- тельно, американские политики в своих речах, политиче- ских дебатах и в законодательстве подчеркивают мысль, что добропорядочный американец является частью семьи, где много детей.
    Но существуют ли конкретные проявления убеждений, декларируемых политиками? Повторимся: совершенно
    ясно, какие ценности общества пользуются их поддержкой. Американское налоговое законодательство создает благо- приятные условия для многодетных семей. Чем больше де
    тей, тем больше снижаются налоги. Смысл ясен: иметь де- тей — это хорошо.
    Хотя дети сами по себе не являются злом, все же мож- но было бы задать вопрос: почему мы так сильно нуждаемся в детях? Почему семья не может состоять из мужа и жены, живущих в любви и согласии? C тех самых пор, как сформи- ровались цивилизации, общество побуждало своих граждан плодиться. C какой целью? Чтобы получить больше солдат и налогоплательщиков! Вы воспитаете детей, а за это общество вознаградит вас, — таков был скрытый смысл призывов к деторождению.
    Но нет ничего более далекого от истины. Лети требуют колоссального расхода энергии и средств. Им нужны пища, кров, обучение, одежда, принятая в среде их сверстников, компьютеры и развлечения. Кроме того, детям нужно, чтобы в них вкладывали душу; у них полно стрессов, с которыми они сталкиваются, пытаясь удовлетворить свои потребно- сти. Родителям приходится работать больше и больше; и они приносят в жертву то время, которое нужно им, чтобы жить своей собственной жизнью.
    Нередко родители говорят, что им одиноко и жизнь теряет смысл, когда дети покидают дом. Они не знают, как распоря- диться своей жизнью, если от них уже постоянно не требуется воспитывать детей в системе координат, заданной социумом. К сожалению, они настолько ограничены, что не знают, куда потратить свое свободное время. Как и многих других членов американского общества, их пугает сама мысль о том, что в свободное время можно принадлежать самим себе; долгое вре- мя воспитание детей было единственным средоточием их ин- тересов или целью их жизни, средством избежать подобного кризиса, обусловленного появлением свободного времени.
    Если истинная причина для того, чтобы растить детей, была именно такой, значит, родители создали для себя пу- стую и примитивную жизнь, лишенную духовности. Они занимаются всякими бессмысленными делами, чтобы убить время. Они всегда нуждаются для развлечения в ком-то или в чем-то, что находится за пределами их тела и души. Ис- полнение родителями желаний и просьб детей напоминает гонку по движущейся дорожке, и множество американцев принимают участие в этом бесконечном забеге. Лишь для того, чтобы на склоне лет обнаружить, что потраченное ими время и драгоценная молодость не очень-то вознаграждают- ся. И все это из-за давления лицемерных ценностей социума и его представлений.
    Вопреки принятым в обществе представлениям, не всем нужны хоромы или целый выводок детей. Не каждому нужен «мерседес» или золотые часы «ролекс». У каждого человека свой путь, и ему не надо следовать стереотипам, навязывае- мым общественным строем. Спросите себя честно: действи- тельно ли вы нуждаетесь во всех этих вещах, стремиться к которым вас заставляют общепринятые ценности?
    Хотя приобретение дома и рождение потомства — два са- мых важных решения в жизни, их обычно принимают, поч- ти не задумываясь. В американском обществе не полагается даже спрашивать, хочет ли человек иметь дом или завести детей.
    Разумеется, и дом, и дети могут стать полезным опытом, но только для людей с достаточными средствами и подходя- щим темпераментом.
    Один греческий философ когда-то говорил своим учени- кам, проходя с ними через богатый товарами рынок: «Вили- те теперь, сколько прекрасных вещей мне не нужно для сча-
    ;
    стья!» В Древней Греции приобретение всяческих предметов под нажимом общества заслоняло потребность жить счаст- ливо. Точно так же обстоят дела и в США сегодня. Это по- могает нам понять, почему Чжуан-цзы предостерегал о том, что за каждым общественным мудрецом скрывается вор. Он хотел сказать, что политики (а это и есть «общественные мудрецы») — всего лишь большие грабители. Он предупре- ждает нас, чтобы мы были настороже, опасаясь лицемерных политиков, которые манипулируют ценностями социума для своей собственной выгоды. В конечном счете в проигрыше всегда народ, так как система политических представлений не выдерживает последнего испытания: она не работает в ре-
    Заблуждение 4 Деньги и трудовая этика
   
    Я слышал, что бедным называют того, у кого нет денег, а больным — того, кто, зная истину, неспособен следовать ей. Я беден, но не болен.
   
    Мудрость Лао-цзы, 177
    Работа всегда была необходима для выживания. В старину это была рутина повседневного существования, которая вы- таскивала человека по утрам из постели, принуждала попо- теть и, как следствие, способствовала наращиванию муску- лов. Люди ясно отличали работу от игры: работа — грязная, нездоровая и унизительная — была уделом низших классов. Только сливки общества наслаждались танцами и роскош
    альнои жизни.
    ными нарядами; низшие классы стирали ноги до волдырей и вынимали занозы из натруженных ладоней,
    А затем наступила Промышленная Революция. Старые феодальные порядки ушли в прошлое. На смену им явилось новое племя работников: способных менеджеров, которые управляли фабриками и предприятиями торговли. Слово ра- бота перестало ассоциироваться с неграмотными, низкорож- денными людьми и сделалось высокой добродетелью людей образованных и способных. Способности вытеснили силу мускулов. И общественные институты отреагировали на это.
    Путем смены ценностей, пропагандируемых правитель- ством и официальной религией, работа стала атрибутом, же- лательным в обществе. Появилась «трудовая этика». Имидж работы изменился — под ударами ли коммунистического молота или под воздействием «скромного обаяния буржуа- зии». Она стала восприниматься как тест на добропорядоч- ностъ. Бывшая когда-то ярмом невольника, она сделалась те- перь знаком отличия. Труд и вознаграждение за него стали целью жизни. Хороший человек работал за двоих, великий человек — за троих.
    Взывая к неутолимому человеческому тщеславию, обще- ство создало символы успеха. Целью каждого состоятельного человека сделалась демонстрация вещественных знаков соб- ственной состоятельности: изысканные одежды, простор- ные дома, большая семья и все прочие атрибуты богатства. Смыслом жизни стала работа ради этих символов, приобре- тение знаков успеха стало мерилом ценности человека. Tpe- тье сословие, бывшее когда-то в рабстве у феодалов, попало в рабство к деньгам. Общественные институты стимулировали население, промывая ему мозги: церковь поддерживала про- тестантскую трудовую этику, правительство создавало нало-
   
    *
   
    \
    говые льготы для инвестиций, а Голливуд отождествил мате- риальное процветание и собственное достоинство человека. Так народ превратился в толпу добровольных рабов.
    В современном западном мире чарующая власть денег еще усилилась, причем их культ вызвал к жизни такое явле- ние, как семьи с двумя кормильцами. Когда женщина тоже служит рабочей силой, погоня за такими вещами, как более просторный дом и модное авто, производится за счет семей- ных отношений. Рабочий день, длящийся якобы с девяти до пяти, как правило, оказывается намного дольше. Соблазн получить очередное повышение перевешивает ценность сво- бодного времени. Финансовые организации связывают своих клиентов обязательствами, которые притягивают сладост- ным, как пение Сирен, зовом денег: ипотека на тридцать лет, машина в кредит на пять лет, да еще пополнение пен- сионного счета. Трудовая этика и ее сестра-близнец, погоня за деньгами, приносят в жертву свободное время ради того, чтобы приобрести побольше материальных благ. Вместо того чтобы жить по средствам (и благодаря этому проводить хоть сколько-то свободного времени, радуясь жизни), обыкновен- ный человек бежит вдогонку за стадом. Он покупает втридо- рога более просторный дом или новое авто, платя за них не только своими деньгами, но и своей жизнью.
    У этой искренней сосредоточенности на деньгах и со- путствующих им символах есть и скрытые последствия, усу- губляющие добровольное рабство среднестатистического американца. Постоянно находящийся в трудах и денежных заботах, обычный человек не имеет времени подумать. Pa- бота не может сосуществовать с размышлениями о жизнен- ных приоритетах. Среднестатистический западный человек возвращается домой каждый день, едва живой от усталости,
    уповая лишь на те пять часов, которые в среднем проводятся в бездумном сидении перед телевизором. Жизнь проносит- ся мимо — где уж тут философствовать о месте человека во Вселенной!
    Общество горячо приветствует такой образ жизни, ког- да во главу угла ставится работа. Супружеская пара, которая тяжко трудится, — это герои; пара, которая берет отгулы, радуется вкусной еде и хорошему вину и предпочитает мень- ше работать, — это «захребетники» общества. В Америке клеймят бездельником всякого, кто посвящает свою жизнь чему-то, что работой не является. Еще пару столетий назад ничегонеделание было идеалом аристократической жизни. Теперь это осуждается.
    Даос стремится радоваться повседневной жизни. Он рас- сматривает трудовую этику как еще один инструмент социу- ма, предназначенный для управления стадом. Современный западный мир предоставляет даосу прекрасные возможно- сти. В богатых странах целеустремленный профессионал мо- жет заработать на достойную жизнь, а заработанные деньги пустить на «покупку» свободного времени. Время ценнее де- нег. оно слишком драгоценно, чтобы его терять. Осознавая это. вы отвоевываете свою душу у роботизированного мира, у сборища рабов, каждое утро с затуманенным взором ща- гающих в свои офисы.
    Заблуждение
    СудЬба и тщетностЬ планирования
   
    Не превращай свой ум в расчетную палату, где хра-
    нятся планы и стратегии.
   
    Мудрость Лао-цзы, 110
    Ребенок как физическое существо рождается от соединения мужчины и женщины, Ян и Инь. Духовная же сущность ре- бенка рождается от Великого Предела, или Бога. Эту духовную сущность можно рассматривать как обособленную душу со сво- ей собственной судьбой на земле. По мере того как ваше тело и душа совершают свое течение по жизни, ваш путь пересекает- ся с другими. Когда пути пересекаются естественным образом, они движутся рядом легко и беспрепятственно. Когда же мы пытаемся насильственно создать союз, не сообразуясь с есте- ственным течением нашего пути, но используя силу убеждения и ценностей социума, — мы создаем заблуждения и страдания.
    Судьба каждого человека уникальна сама по себе. Душа, которую мы получаем, принадлежит нам и нисколько не ме- няется, никогда. Душа может быть потревожена образовани- ем, семейным воспитанием и окружением, но она никогда не утратит свою глубинную суть. Изучая Дао, мы работаем над тем, чтобы понять свое физическое тело и нематериальную душу. Так мы можем более эффективно отзываться на воз- действие нашей судьбы, оставаясь чувствительными к окру- жающему миру. Так мы успешней плывем по житейскому морю, осторожно направляя течение своей судьбы в единый поток со Вселенной.
    Давайте рассмотрим понятие судьбы, или кармы, как называют ее в индуизме и буддизме. Вокруг этого понятия много заблуждений и мало ясности. Некоторые считают, что судьбу изменить невозможно, что мы рождаемся с индиви- дуальной душой, на которой запечатлено предопределенное будущее. Однако если мы верим в предопределенную судь- бу, то тем самым снимаем с себя всякую ответственность за свой жизненный путь. Получается, что нужно просто сесть и ждать, когда совершится начертанное судьбой. Жизненные наблюдения показывают противоположное: хотя бы неболь- шая власть над роком у нас все-таки есть. Если бы мы реши- ли отказаться от пиши, то умерли бы от голода; прыгнув с моста, погибли бы. Стало быть, при ближайшем рассмотре- нии предопределение уже кажется чем-то довольно сомни- тельным.
    В других учениях о судьбе считается, что ничего предо- пределенного нет и что все в нашей, людской власти. Они полагают, что мы сами определяем направление своего пути. К сожалению, и такая логика тоже не подходит, поскольку человек «не только смертен — он еще и внезапно смертен». Нельзя строить великие планы на будущее, так как мы ниче- го не знаем о завтрашнем дне. Нас может сбить машина, мы можем упасть с лестницы или обнаружить у себя смертель- ную болезнь. Какова же наша власть над судьбой, если наша жизнь может прерваться в любой момент?
    Правильное даосское понимание судьбы подразумевает равновесие между этими двумя подходами. Мы не властны над своим приходом в этот мир, не властны и над уходом. Но, с другой стороны, любой созданный Великим Пределом путь не настолько примитивен, чтобы каждый шаг на нем был предопределен.
    Даосские мудрецы толкуют судьбу как прохождение че- ловеком своего пути, на котором его ждет ряд сложных ис- пытаний, или экзаменов. Каждый экзамен может содержать один или более вопросов, а на каждый вопрос может быть дано несколько ответов. Найти правильный ответ — вот задача, стоящая перед человеком. Если он ошибется, то не сможет двигаться вперед, остановится в своем развитии. Это в лучшем случае. В худшем же случае неверный ответ может привести и к поистине роковым последствиям.
    Поскольку все мы отвечаем за свои поступки, мы в ответе также и за свои индивидуальные судьбы. Если наши действия протекают в согласии с течениями Вселенной, нас ждет удача. Не только наши души будут развиваться, но и жить мы будем счастливее. Последствия реальны и осязаемы, это не просто эзотерическое упражнение. Как же, спросите вы, можно по- чувствовать направление своего предначертанного пути? Пре- жде всего вы должны понять пределы своих возможностей, свое окружение и тот общественный строй, в рамках которого разворачивается ваша жизнь. Если вы пользуетесь своими зна- ниями и опытом, осознаете свои слабости и ограничения, тогда ваши ожидания верны и вы успешно продвигаетесь по жизни. Вы «сдадите экзамены», которые предлагает вам судьба.
    Если же вы превышаете свои возможности и взращиваете нереалистические ожидания, то будете совершать одну ошибку за другой, терпя неудачи в своих испытаниях. Ошибки будут накапливаться, пока не обрушатся на вас лавиной. Ваша судьба будет выведена из равновесия, тело и душа — обречены.
    Вот почему вы должны быть осторожны, принимая ре- шения. Прошлое — это пролог к будущему. Каждый экзамен судьбы имеет решающее значение, и решения не должны приниматься легкомысленно. Возможно, некоторые из них
    будет нелегко принять, они потребуют чрезвычайных усилий и повлекут за собой мучительные последствия. Вы должны встречать реальность, как подобает воину, и не провалить
    Просветленное видение реальности необходимо для того, чтобы следовать своему пути. Вам надо избавиться от за- блуждений и избегать путей, предписываемых обществом. Вы должны понять, что несете в себе маленькую «частицу Бога»; по сути своей, вы часть животного царства, и все же отделены от него. Вам нужно понять, как следует истолковы- вать свои желания и поддерживать в форме свое тело — храм души. Вам необходимо увидеть незамутненным взглядом свои отношения с родителями и детьми. И наконец, когда по- требуется, вы должны предпринять нужные действия. Если ваше обучение не отражает реальность и не готовит вас к та- ким действиям, вы обязательно потерпите неудачу. Но если вы все это понимаете, то можете избегнуть заблуждений и
   
    Наша жизнь имеет предел, а знанию предела нет. Имея предел, гнаться за беспредельным гибельно.
   
    Мудрость Лао-цзы, 174
    Согласно даосским представлениям о судьбе, жизнь испы- тывает вас в ходе множества экзаменов на разных ее этапах. Делая много неверных выборов, вы уходите все дальше от
    свой личный экзамен на просветление.
    неупорядоченности и жить в согласии с Дао.
    Заблуждение 6
    Никогда не поздно
    * %
    своего пути — ив какой-то точке возврат может стать не- возможен. К жизненно важным решениям нужно относиться серьезно. Некоторые из них кажутся вполне приземленны- ми, но последствия Их катастрофичны. Судьба — дама с кру- тым характером, шуток она не понимает.
    Ваши поступки влекут определенные последствия, как и ваши мысли и слова. Но самые серьезные последствия вы- зывает время: когда оно ушло, его нельзя ни возвратить, ни изменить. Нет никакой возможности еше раз прожить про- шедший час.
    В фантастическом мире, придуманном западными людь- ми, ход времени представляется чем-то не столь важным — «никогда не поздно» сделать что-то. Начать новую карьеру в сорок пять лет, родить первого ребенка в пятьдесят, за- няться боевыми искусствами в пятьдесят пять, а затяжны- ми прыжками с парашютом — в шестьдесят, эмигриро- вать в шестьдесят пять, в одиночку переплыть Атлантику в семьдесят. Согласно этой философии (распространяемой средствами массовой информации, особенно телевидени- ем), сколько бы ошибок вы ни наделали в своей жизни, поздно не бывает никогда. Время не имеет значения. Ни- где, никогда.
    Однако мы знаем, что есть время рождаться и время уми- рать. Наблюдая природу, мы видим, что четыре времени года сменяют друг друга в неизменной последовательности. C каждым оборотом Земли день переходит в ночь, а ночь — снова в день. Всему есть свое надлежащее время. А посколь- ку мы — часть природы, постольку она — часть нас самих. В каждой точке нашего жизненного пути есть место, где нам надлежит находиться, но не стоит рассчитывать на защиту, если мы проходим мимо него. Если человек в возрасте два
    дцати пяти лет ведет себя как пятилетний, то палата в пси- хиатрической клинике — к его услугам.
    Классический западный образчик подобной неупорядо- ченности — сорокалетний человек, который, проходя через «кризис середины жизни», решает полностью изменить свою жизнь и карьеру. Предположим, наш герой — биржевой ма- клер, внезапно возжелавший стать зубным врачом. Хотя его желание выполнимо, пусть и не сразу, однако возникает це- лый ряд проблем. Как бы он смог содержать семью в тече- ние шести-восьми лет обучения? А когда он окончит учеб- ное заведение, как он организует себе практику? Кому бы вы доверили свои зубы: пятидесятилетнему дантисту с два- дцатилетним опытом или пятидесятилетнему маклеру, све- жеиспеченному выпускнику зубоврачебной школы? Как ни печально, пятидесятилетний выпускник никогда не сможет конкурировать с профессионалами с многолетним опытом за плечами. Скорее всего, выбор будет не в пользу новичка; его наполеоновские планы обречены на провал. И страдание вскоре придет на смену его надеждам, взлелеянным себе же на беду
    За редкими исключениями, важно оказаться в нужное время в нужном месте. Мнение народное постарается убе- дить вас, что упущенные возможности не имеют никаких дурных последствий. Нет ничего дальше от истины. Если вы хотите стать человеком Дао, то должны научиться опреде- лять время физических и ментальных этапов вашего разви- тия, а затем согласовывать свои действия с силами общества. Эта идея — основополагающая в вашем духовном развитии. Воистину, правильно выбрать время — это всё!
    Заблуждение 7 Нереалистические оЖидания
   
    Знание предела позволяет избавиться от опасности.
   
    Мудрость Лао-цзы, 112
    Нынешняя западная молодежь, выросшая в экономически благополучной среде, лелеет один опасный миф, который в популярной советской песне формулировался так: «Нам нет преград ни в море, ни на суше». (Не менее популярный американский фильм тех же времен назывался «Предел — в небесах»*.) Этот миф, который внушают в школе и под- крепляют телепрограммами, учит нас, что любая мечта воз- можна: мыслите позитивно, и вы станете всем, чем захотите; нет пределов вашим мечтам и вашим целям. Такие мифы созданы для того, чтобы плодить неудачников, нытиков и страдальцев.
    Природные ограничения проявляются вполне конкрет- ным образом, зачастую с разрушительными последствиями. Легче всего понять пределы физических возможностей. Возь- мем для примера начинающего штангиста, который пыта- ется сделать жим лежа с двухсоткилограммовой штангой, а оказывается в ловушке, прижатый стальным грифом за шею. Лаже если штангист был достаточно психологически подго- товлен и уверен в себе, чтобы выжимать вес, у силы тяже- сти — свои резоны.
    Можно привести бесчисленное количество примеров, ил- люстрирующих эту мысль. Альпинист средних лет превыша-
   
    The Sky’s the Limit.
    ет свои возможности и «застревает» на Эвересте, погибая с восемью товарищами. Пилот-любитель переоценивает свои навыки пилотирования и вылетает в плохую погоду, при- ближая тем самым катастрофу Тридцатилетний марафонец пробегает 80-100 километров в неделю, получая в результа- те боли в спине, травмированные колени и разбитые своды стоп. Во всех этих случаях выход за пределы физических воз- можностей приводит к драматичным и дорогостоящим по- следствиям.
    Это одна из причин, по которым практикующие даосы занимаются боевыми искусствами. Работа с физическим контактом напоминает нам, что существуют личные преде- лы, заданные телесной реальностью.
    Ударьте без необходимой подготовки ребром ладони по кирпичу, и вы сломаете себе руку. Атакуйте более сильно- го и крупного ученика, не владея должной техникой, и вам обязательно будет больно. Постоянная боль и унижение, со- путствующие обучению настоящим боевым искусствам, до- казывают вам, что преграды и пределы есть — не в море, не на суше и не в небесах, а в вашем собственном теле.
    Рассматриваемое здесь заблуждение западного ума вы- ходит за рамки физических возможностей и вторгается в сферу интеллектуальных. Немало людей занимаются делом, для успеха в котором у них не хватает способностей или та- ланта: голодающий художник, весьма скромно одаренный; актер, работающий официантом в ожидании «счастливого случая»; бесталанный программист, теряющий годы на бес- полезное обучение; предприниматель-идеалист, лишенный даже капли делового чутья; бестолковый менеджер, которо- го не приведи Господь назначить завотделом... Этот список бесконечен. Повсюду беспредельная сила человеческого ума,
    позволяющая объять ^необъятные горизонты, толкает людей делать больше того, на что они способны.
    Понимание идеи пределов, или ограничений, жизненно важно для того, чтобы стать человеком просветленным и ду- ховным. Как же даос определяет свои личные пределы, осо- бенно если некоторые способности развиваются в процессе правильного обучения и набираемого опыта?
    Ответ заключается в признании того факта, что для нас естественно переоценивать наши способности. Наша чело- веческая природа обманом заставляет нас поверить, что мы красивы, остроумны, талантливы и мудры, даже если мы безобразны, скучны, лишены талантов и тупы. Признавая, что наше представление о самих себе ошибочно, мы можем придумать для себя процесс решения усложняющихся задач, чтобы проверить, каковы же наши реальные пределы. Этот процесс подразумевает, что мы не полагаемся на те преде- лы, которые установили для себя сами, но проверяем их по- шагово, увеличивая нагрузку и приняв меры безопасности. Например, опытный штангист увеличивает вес по нескольку килограммов (и всегда в присутствии наблюдателя, готово- го прийти на помощь). Девушка, правильно готовящаяся к пляжному сезону, сбрасывает только полкилограмма веса в неделю в течение трех месяцев, а не три килограмма за вы- ходные. Пилот-любитель постепенно увеличивает расстоя- ние, которое он пролетает, в соответствии со своим опытом. Увлекающийся компьютерами и подающий надежды моло- дой человек посещает вечерние курсы программистов, пре- жде чем сменить профессиональную стезю.
    Ограничения окружают нас буквально повсюду. Место рождения, материальное благосостояние, а также физиче- ские и интеллектуальные способности — все это служит
    ограничением наших поползновений. Счастье возможно лишь тогда, когда мы признаем свои ограничения и действу- ем в их пределах. Некоторые монахи в Азии ходят, склонив головы, в шляпах, которые сделаны так, чтобы сузить поле зрения до одного метра. Это служит напоминанием о том, что страдание изживается, если наш взгляд (символ наших ожиданий) устремлен прямо вперед и только на один шаг. Практический совет состоит в том, что предел — не небо, не море и не суша; скорее, предел — это расстояние нашей вытянутой руки. Метр, а не пять километров. Чрезмерные ожидания — основная причина заблуждений и страданий. Мы можем избежать их, если будем реалистически оцени- вать пределы, положенные нам природой.
    Заблуждение 8.
   
    Сила позитивного мышления
   
    Земля велика и обширна, но использовать человек может лишь ту землю, в которую упирается ногами.
   
    Мудрость Лао-цзы, 88
    Сила позитивного мышления — еще один активно внедряе- мый в сознание западного человека принцип, не имеющий опоры в реальности. Вы можете встать перед двухсоткило- граммовой штангой и позитивно мыслить, что вы сможете ее поднять. Но, несмотря на все свои мысленные убеждения, вы скорее наживете себе грыжу, чем сдвинете с места эту штангу. Штангист с отсутствующим чувством реальности — жертва современной западной культуры, которая внушает,
    что с позитивным мышлением все возможно и все будет хо- рошо. Тем самым предполагается, что не нужно слишком усердствовать — позитивное мышление само по себе вопло- тит ваши мечты в жизнь.
    Позитивное мышление, не подкрепленное действием, — это упражнение в фантазиях, и его лучше оставить мечтате- лям. Однако, если вы мыслите позитивно и позитивно дей- ствуете (видя осязаемые плоды своей деятельности), такое сочетание мысли и действия и работать будет позитивно. Та- кая система позволяет достичь успешных результатов. Пози- тивное мышление без действия не стоит ничего и попросту мешает вам отчетливо видеть Дао.
    Заблуждение 9 УниверсалЬная любовь
   
    А когда появились [общественные] мудрецы со сво- ей тяжеловесной человечностью и хромой спра- ведливостыо, в умах людей воцарились сомнение и
   
    Мудрость Лао-цзы, 120
   
    смута.
    Организации и учреждения западного общества непрерыв- но обрушивают на человека напоминания о силе любви. Любовь — это слово, которым пользуются священники, ду- ховные учителя, политики и демагоги. Целые религиозные и философские системы, политические движения, общины и даже популярные рок-группы строятся под знаменем уни- нереальной (всеобщей, вселенской) любви. Однако что такое
    любовь? Кто-нибудь дал ей определение? Практикующему даосу нужно четкое определение для такого базового поня- тия. В противном случае мы опять получим вместо просвет- ления блуждание в потемках.
    Хотя даосы в жизни — воины, которые скептически от- носятся ко всему, что нельзя потрогать, даосизм содержит романтическое зерно, несущее идею любви, однако опреде- ляет любовь совершенно отчетливо. Даосы считают, что лю- бовь — это красивое слово, обозначающее приятие, предан- ность и сострадание; когда мы действительно любим кого-то, у нас возникает естественное желание заботиться об этом человеке. К сожалению, это прекрасное понятие «заболтали» и исказили разные общественные манипуляторы — церков- ники, политики и эзотерические гуру, — чтобы эффектив- нее управлять своими последователями. Все они учат, что любовь — это ответ на многие жизненные проблемы. Они объясняют, что благодаря любви мы станем просветленными и обретем счастье в этом мире. Средства массовой инфор- мации во главе с телевидением распространяют веру в это. Однако нет ничего более далекого от истины!
    Даосы рассматривают любовь как одно из самых есте- ственных и простых чувств. Это неотъемлемая часть чело- веческой личности, эмоция, которую мы испытываем с мо- мента рождения и первого вдоха. Мать, которая смотрит на младенца, сосущего ее грудь, понимает эту связь.
    Естественная любовь сродни дыханию. Никто не учит нас дышать: это действие обусловлено инстинктом. Такова и естественная любовь — это эмоция, к которой не принуж- дают. Любовь живет в сокровенных глубинах человеческой сущности. Ей не нужны никакие рациональные доводы. Лю- бовь непостижима, потому что в основе ее лежит непосред
    ственность души. Это чувство бесхитростное, простое, иду- шее от сердца. ^ у
    Такое даосское понятие инстинктивной любви противо- положно любви, которой учат в церквах. Если любовь — та- кая же естественная функция, как дыхание, зачем нужно по- сешать какие-то общественные учреждения вроде церквей, чтобы научиться любить? Что за абсурд! Разве мы ходим в дыхательную школу? Зачем нам нужен кто-то, чтобы научить нас тому, что мы и сами знаем, что для нас абсолютно есте- ственно? Стоит ли какой-нибудь скрытый мотив за учением церкви об универсальной любви?
    Даосы становятся очень осторожными, когда какая-либо организация начинает болтать о принципах там, где речь идет об эмоциях, которые должны определяться инстинк- том. Даосы сразу начинают подозревать, что эта организа- ция (политическая или религиозная) готовится манипули- ровать нами — как правило, в ущерб нам. Наблюдая, как кто-то проповедует любовь, ученик Дао тут же видит знак «ОСТОРОЖНО!». Уроки, которые имеют целью обучить нас идеям, которые должны быть врожденными, вместо этого несут нам нечто искусственное. Общественные ин- ституты, особенно церковь, учат нас искусственной любви. А искусственная любовь отдаляет нас от изначальной ре- альности истинной любви, которую можно испытывать на уровне повседневности.
    Универсальная любовь — самое абсурдное понятие в кол- лекции идей искусственной любви; это причудливая догма, лежащая в основе многих значительных вероучений. В этой системе измерений Земля станет намного лучше, превратит- ся в мир без войн и конфликтов, если только все человече- ство возьмет и воспримет идею универсальной любви.
    Все это замечательно в теории, но, к сожалению, не име- ет ничего общего с реальностью. Разве возможно любить целый мир, населенный миллиардами чужих людей? На- сколько естественно любить людей, совершенно незнако- мых вам? Любовь основывается на субъективных личных чувствах, выражаемых по отношению к небольшой группе избранных людей. Любовь — это личное и частное. Лю- бовь — это чувство, которое невозможно распространить на весь мир.
    Таким образом, универсальная, вселенская или всеобщая любовь — это абстрактное понятие, удобная ширма, скры- ваюшая подлинные эмоции. Такую искусственную любовь легко скрывать, ибо это ложная эмоция, не затрагивающая сердца. Это же самоочевидно: чем больше кто-то защиша- ет универсальную любовь, тем ненадежней его дружба. Ис- кусственная любовь и любовь естественная не могут сосу- шествовать — между поборником универсальной любви и другом, способным на подлость, или ненадежным партне- ром можно поставить знак равенства. Проповедники уни- версальной любви ищут способы распространить на других свою неспособность выражать естественную любовь. Или, хуже того, их шарада универсальной любви скорей явля- ется преднамеренной, предназначенной для манипуляции другими людьми для личной мгновенной выгоды манипу- ляторов.
    Будучи даосами, мы знаем, как дешево стоят слова. Сло- ва без действия — это всего лишь колебания воздуха между голосовыми связками. Слова, подкрепленные поступками, позволяют ученику оценить истинность урока. Слова без действия нередко влекут заблуждения и манипуляции. Это означает, что истинная любовь должна включать реальные
    поступки. Следовательно, те, кто учит силе универсальной любви, должны показать на деле свои идеалы; в противном случае они оказывают содействие еще одной пустой и раз- рушительной «ценнЛсти» общества.
    Например, многие благотворительные организации полу- чают гранты, чтобы построить приюты для тысяч бездомных в больших городах Запада. Люди, делающие взносы на это благородное предприятие, довольны собой: они дали денег на такое стоящее дело! Благодаря пожертвованию, которое освобождается от налогов, они испытывают гордость и само- довольство, воображая себя великими защитниками бедных. Но, будь они настоящими защитниками бедных и носителя- ми универсальной любви к чужакам, они могли бы принять каждый по одному бездомному под свой кров и тем самым раз и навсегда решить проблему бездомности. Однако мало кто из филантропических семейств, где превозносят универ- сальную любовь, снисходит до того, чтобы приютить даже одного-единственного бездомного. Словам грош цена, а цена реальных поступков слишком высока для тех, кто профес- сионально занимается универсальной любовью. Куда проще говорить о любви и сострадании, чем претворить чувства в действие. Универсальной любви не хватает реального дей- ствия, подкрепляющего ее теоретические основы, — этого теста она не проходит.
    Почему же универсальная любовь — идея столь неотра- зимая и желанная — неосуществима в реальном мире? Что препятствует миру во всем мире и процветанию любви на земле?
    Пределы наших возможностей не позволяют нам любить Целый мир с той же силой, с какой мы любим отдельных личностей. Чжуан-цзы сказал:
   
    Не странно ли слушать о любви ко всему человече- ству сразу? Беспристрастность подразумевает при- знание пристрастности (к отдельным личностям).
   
    Мудрость Лао-цзы, 316
    Нельзя, неестественно любить неопределенную, аб- страктную группу чужих людей, коль скоро следствием естественной любви является реальная связь с конкретными личностями. Мы можем любить либо целый мир, либо от- дельных индивидуумов. И то, и другое мы любить не можем. Или, если перефразировать Чжуан-цзы, будучи пристрастны к миру, мы поневоле должны быть беспристрастны (в смыс- ле — безразличны) к близким людям. Избирая универсаль- ную любовь, мы жертвуем способностью любить отдельных личностей.
    Читая о бастующих шахтерах в какой-то далекой стране, которым не платили зарплату уже больше восьми месяцев, мы сочувствуем этим людям. Но это — сочувствие предель- но абстрактное. Разве можно сравнивать наши чувства по отношению к иностранным шахтерам и чувства, которые мы испытываем к собственным детям? Эмоции, обращенные к детям, естественны. А то абстрактное чувство сострада- ния, которые мы, может быть, питаем ко всему остальному миру, — по большому счету, бессмысленно.
    Итак, даосу должна быть понятна идея «здорового эгоиз- ма». Это нормально — любить себя и избранных людей, ко- торых вы считаете своими любимыми. Эта небольшая груп- па образует своего рода «внешний кокон» личности. К этому кокону даос чувствует естественную любовь, подкрепленную действием. А поскольку мы все ограничены во времени и си- лах, кокон неизбежно будет довольно малым.
    Это означает, что у даоса двойственный подход к внеш- нему миру. Человек Дао соблюдает мирный договор с теми, кто находится вне его кокона, до тех пор, пока против него не будет развязана война. Точно так*же и остальному миру в действительностиWt до нас дела. Мы понимаем и принима- ем это.
    Здоровый эгоизм — это способ избежать лицемерных и неестественных проявлений любви, сохраняя нашу есте- ственную любовь для немногих избранных и предоставляя всему остальному миру иметь дело с лицемерами и их искус- ственной любовью.
   
    Заблуждение 10.
    Избежать конфликта любой ценой
   
    Он может сидеть недвижно, как труп, и моменталь- но приходить в движение, подобно дракону.
   
    Мудрость Лао-цзы, 61
    Поскольку теперь мы понимаем основы любви, нам важно понять и ее противоположность — конфликт. Любовь — это сострадание, преданность, инстинкт защиты по отно- тению к объекту привязанности. Цель конфликта бесхи- тростна — уничтожить объект, на который направлен гнев. Любовь и конфликт не могут сосуществовать, они взаимо- исключающи.
    Если двое действительно любят друг друга, между ними не может быть вражды, гнева или ненависти. Воспетая запад- ной литературой «любовь-ненависть» — это фарс. Для дао
    са любовь и конфликт сродни белому и черному — серого цвета тут нет. Это диаметрально противоположные понятия. Конечно, существует и иной взгляд на эти веши, но именно он и объясняет такое количество браков без любви в западО ном мире.
    Даос внимателен к симптомам охлаждения между ним и его друзьями и возлюбленными. Его чувствительность обоО стрена, обращена к предвестникам конфликта. Точно так же даос ищет положительные признаки, укрепляющие его со- страдание к тем, кого он любит.
    Эти положительные и отрицательные признаки нередко появляются в трудные моменты. Например, посмотрите, как поведет себя ваш старинный друг, когда вы потеряете рабоО ту или испытаете финансовые затруднения. Одолжит ли он вам деньги, предложит ли какую-то иную конкретную реаль- ную помощь? Когда вы болеете, поддерживает ли вас в ела- бости ваша супруга, своей заботой смягчая ваши страдания? У жизни для нас большой запас нелегких задач, трудностей и конфликтов. Когда наступают такие времена, вы можете оценить истинные чувства окружающих вас людей на осноО вании их поступков.
    Западный способ существования ослабляет страсть к жиз- ни. Люди, с одной стороны, отказываются признавать цен- ность подлинной любви, а с другой — недооценивают роль конфликта в своей жизни. Жизнь — это война. Чье-то втор- жение на ваш жизненный путь может повлечь страдания и даже смерть.
    Такое вторжение может быть как прямым и осязаемым (когда, например, на вас нападают с ножом), так и растяну- тым во времени (как, например, в том случае, когда сослужи- вец пытается потихоньку выжить вас с должности). В обоих
    случаях ваша реакция, как и действия окружающих, отража- ется на вашем благополучии.
    Избегать конфликтов любой ценой — вот что стало ха- рактерной чертой западного челочка. Мы скрываем свою антипатию под маркой принятых в обществе хороших ма- нер или объявляем, что открытое столкновение ниже нашего достоинства, но в действительности мы быстрыми темпами становимся, если прибегнуть к молодежному сленгу, поро- дой «ботаников».
    Столкновений любого рода действительно надлежит избе- гать; когда же столкновения избежать невозможно, его нуж- но принять со страстью. Нападающего невозможно сдержать вежливо. Вам приходится отвечать агрессией, стараясь нане- сти ему максимальные повреждения. Вежливое ведение войны вылилось для США в затяжные, бессмысленные бои во Вьетна- ме. Бизнес, для которого нормально пассивное сосушествова- ние с конкурентами, находится в одном шаге от банкротства. Конфликт требует несдержанной, жесткой реакции. Такую реакцию необходимо искусственно взращивать; ваша задача состоит в том, чтобы поразить врага с тем же воодушевлени- ем, какое вы выказываете, заботясь о своих близких.
    Избегать конфликта любой ценой — это удел трусов. Не- достаток или отсутствие страсти к битве идет рука об руку с недостатком любовного пыла. Искусный воин — человек чувствитель ный.
    Выбор пути труса имеет интересное следствие: желающие причинить вам вред чувствуют ваш страх. Это доказанная теория виктимологии* — позиция уклонения от конфликтов
   
    * Виктимология (от лат. victima, «жертва») — особый раздел криминоло- гии, учение о жертве преступления:.
    на самом деле притягивает беду. На пожилую даму с гордой осанкой и пылающим взором, идущую по улице широким, твердым шагом, вряд ли нападут. А вот запуганный, сутулый «ботаник» с бегающими глазками, нагруженный компьютер- ными справочниками, имеет все шансы стать жертвой гра- бителей или хулиганов. Как лев на охоте отбивает от стада антилоп слабых или больных особей, так и двуногие хищни- ки нападают на слабых или трусливых.
    Уклоняться от конфликтов — это не по-даосски. Про- светление подразумевает, что вы должны научиться лобо- вому столкновению с конфликтами. Парадокс Дао состоит в том, что чем больше вы учитесь и готовитесь (ментально и физически) к конфликту, тем меньше вероятность, что он возникнет. Об этом же говорили и древние римляне: «Хо- чешь мира — готовься к войне».
    Заключение
   
    Без ясности и Небо было б зыбко.
    Мудрость Лао-тзы, 204
    C исторической точки зрения, западная цивилизация пере- живает в настоящее время свой звездный час. Экономи- ческое процветание развитых западных стран и мощные службы безопасности гарантируют большинству граждан от- носительно сытую и спокойную жизнь. Политический строй позволяет каждой личности вести практически любой образ жизни (до тех пор, впрочем, пока личность не привлекает к себе всеобщего внимания). К сожалению, многие западные люди оказались дезориентированы неработающими ценно
    стями общества и фактически превратились в роботов. В со- временном относительно спокойном западном мире жесткие силы реальности несколько смягчены и уже не могут хоро- шей встряской вывести жертв общества из их транса.
    Когда западный даос пытается выбраться из паутины воздействий общества, он сталкивается с необходимостью тщательно разобраться со своими заблуждениями и приве- сти свое мышление в порядок. Это требует отказа от представлены й, взлелеянных с детства, посредством болезненного процесса самопожертвования и настойчивости. Это путь для особенной личности, сочетающей в себе чувствительность и смелость. И этой необыкновенной личности нужен необык- новенный наставник. Иначе говоря, требуется такое совпа- дение обстоятельств времени и места, которое могут обеспе- чить одни лишь боги.
    Лао-цзы совершил впечатляющий подвиг. Две с полови- ной тысячи лет назад он разработал философское учение, которое сейчас объясняет нам, как следует действовать в мире «хаоса, страданий и абсурда». Каким-то образом этот древний ученый исполнил неисполнимое: объединяя осязае- мое с неосязаемым, материальное с нематериальным, при- роду с обществом, старый мудрец через века заклинает нас вернуть себе души, данные нам от рождения. Он напоминает нам: жизнь так коротка, что нашу страсть к ней необходи- мо отвоевать у духовенства и политиков, которые незамет- но ослабляют нашу сущность и превращают нас в зомби. Он призывает нас прямо смотреть жизни в лицо и действовать.
    Истина Лао-цзы подобна ключу от тюремной камеры. Она дает нам возможность выйти из темницы ложных цен- ностей. Восемьдесят одна строфа «Аао дэ цзина» открывает секреты счастья. Эти тексты сегодня не менее актуальны,
    чем в 600 году до нашей эры. Стихи, которые можно рассма- тривать как рабочий инструментарий, становятся понятны в рамках стройной философской системы, которая проходит проверку на простоту, последовательность и практичность. Важнее всего то, что Старый Учитель пророчествовал без какой-либо корысти. Он написал свои пять тысяч иерогли- фов «Дао дэ цзина» — и исчез.
    Если вы решитесь прибегнуть к основным идеям Дао для обретения благополучия, то тем самым вверите себя глубоко индивидуальному процессу просветления. Под руководством мастера различные заблуждения ученика снимаются слой за слоем, по мере того как тело и дух развивают в себе чувстви- тельность к силам Дао. Эта способность — видеть вещи та- кими, какие они есть на самом деле, — является необходи- мым условием для прохождения испытаний, которые будет вам щедро предлагать сама жизнь. Ясное видение влечет за собой правильное действие.
    Заблуждения западного ума приобретают все более ши- рокие масштабы, но в них нет ничего исключительного. На протяжении веков истории у каждого человеческого обще- ства были свои «фирменные» заблуждения, которые в конце концов трансформировались в структуры, приводившие эти общества в упадок.
    Современное западное общество можно считать злом, но это необходимое зло. Это основание нашей устойчивой политико-экономической системы, Сила этого общества по- зволяет нам строить скоростные автомагистрали, возводить здания до самых облаков, заменять вышедшие из строя сер- дечные клапаны, летать на Луну, ежедневно завозить в супер- маркеты свежие продукты и обеспечивать все прочие внеш- ние атрибуты современной жизни.
    Чтобы совершать такие подвиги, мы создали законы и правила, опирающиеся на культурные нормы. Средства мае- совой информации (телевидение в особенности) намерен- но и непреднамеренно вступают в сговор с духовенством, системой образования и политиками с целью множить за- блуждения, дополнительную опору системы. Большинство западных людей слепо, не задавая лишних вопросов, прини- мают установленное в обществе лицемерие, даже если после разоблачения оно предстает абсолютно неприкрытым. Про- мывание мозгов, которым занимаются церкви, государства и Голливуд, идет вполне успешно. Подготовленный даос науча- ется распознавать этих пропагандистов ложных ценностей и вырабатывать у себя иммунитет против их вредоносных воздействий. У него хватает ума маскировать свое презрение к окружению, чтобы, скрывая его, избежать ярости раздра- женного людского стада, не приученного думать.
    Лао-цзы избрал для объяснения своей совершенной си- стемы поэтическую форму. Кроме того, он хотел, чтобы его наставления были понятны только под руководством маете- ра. И это неизбежно привело к появлению искаженных вер- сий его философии. Типичная западная трактовка Дао — это смесь всякой эзотерической чепухи, лишенная какой-либо последовательности и не имеющая ничего общего с подлин- ным учением.
    Не понимая практической сущности даосизма, западные толкователи считают его чем-то древним и экзотическим. Нет ничего более далекого от истины! Как это ни странно на первый взгляд, даосизм, пожалуй, самая «западная» и даже самая «американская» из всех религий мира. Даосизм, например, приемлет капитализм, поскольку эта экономи- ческая система абсолютно последовательно согласуется с
    даосским представлением о естественном своекорыстии. Отцы-основатели Америки, как и даосы, питали недоверие к централизованной государственной власти. Гарантирован- ное американцам конституцией право свободного ношения оружия отражает даосское убеждение, что личная безопас- ность — это забота в первую очередь самой личности и эту ответственность нельзя перекладывать на чужие плечи. Даже практическая направленность даосских наук (проявившая- ся в древних традициях фитотерапии, в изобретении поро- ха, в построении точных астрономических таблиц) была бы по достоинству оценена Томасом Джефферсоном, Томасом Эдисоном, Генри Фордом и другими великими американски- ми изобретателями.
    Эта древняя китайская философия призывает американ- цев и всех людей западной цивилизации заново открыть глу- бинную суть того, что сделало их страны великими. Пусть даже окончательная судьба Запада, возможно, уже предре- шена (как это случилось со всеми великими цивилизациями в истории) — остается надежда для тех немногих людей, ко- торые смогут постичь идеи Лао-цзы. Такие люди смогут до- биться по-настоящему благополучной жизни и жить в мире.
    Тем немногочисленным западным людям, которые хотят рискнуть и выбраться из душного кокона современной циви- лизации, предлагается философия, основные идеи которой когда-то были близки Западу: самопознание, самосохранение и самодостаточность. Мистическим образом сформулиро- ванная тысячи лет назад, эта философия вполне может стать родной для вас.
    ГЛАВА 3
    Заблуждения восточного ума
   
    Заботиться о своей человечности, точно о лиш- нем отростке на руке, — значит насиловать свои жизненные свойства и ставить препоны своей природе ради того, чтобы стяжать уважение и славу и заставить мир под звуки дудок и гонгов покориться никому не нужным законам.
   
    Мудрость Лао-цзы, 59
   
    Зачем нужна эта глава?
    Кто-то из читателей может спросить, зачем в книгу об исти- не Aao включена глава, объясняющая основы таких учений, как буддизм и конфуцианство. Ведь Лао-цзы предупреждает, что лишние размышления — это пустая трата энергии, влеку- шая за собой смятение; вполне достаточно взяться за трудную задачу полного постижения доктрин Дao, отставив попытки
    понять другие системы верований. Кроме того, даосы мало заботятся о том, чтобы «склонить» кого-то к своему образу мышления, — они лишь стремятся объяснить принципы Aao- цзы тем, кто ими интересуется, а дальнейшее их не очень вол- нует. Короче говоря, даосы не проповедуют, а объясняют.
    Но, несмотря на все вышесказанное, есть три основные причины, по которым нам необходимо углубиться в буддизм и конфуцианство. Во-первых, господство даосизма, буддиз- ма и конфуцианства в Древнем Китае приходится примерно на одно и то же время, и все три учения оказывали друг на друга влияние на протяжении двух тысяч лет. Важен и вклад буддийских и конфуцианских верований в превращение классического даосизма в народный, имеющий мало обще- го с изначальными постулатами Лао-цзы. Народный даосизм воспринял очень многое от идей буддизма и конфуцианства, сформировав поверхностную философию, предназначенную для масс, и немало способствовал утрате многих изначаль- ных принципов Дао. Например, одни даосские секты приня- ли конфуцианские идеи почитания определенных традиций, принятых в обществе (что есть сущая ересь для классических даосов), другие заимствовали из буддизма вегетарианство; в религиозной мифологии народного даосизма и буддизма есть общие легенды о Восьми Бессмертных и Богине Милосердия. Поэтому полезно уметь определять те элементы учения, в KOTOpbDc основные идеи классического даосизма преобрази- лись в представления, даосские только по названию.
    Вторая причина, по какой нам следует обсудить буддизм и конфуцианство, состоит в том, что сравнение их основ- HbDc идей с идеями даосизма делает яснее фундаментальные понятия. Сравнительный анализ — традиционный метод для изучения явлений, при котором рассматриваются резкие
    контрасты между ними. Это похоже на даосский принцип противоположностей (Инь и Ян). Например, для того, чтобы понять, что такое «жарко», надо сначала узнать, что такое «холодно». Сопоставление буддизма и даосизма устраняет неопределенность и способствует более полному постиже- нию основных идей классического даосизма.
    Третья причина включения в эту книгу анализа буддизма и конфуцианства связана с нашей основной целью: объяс- нить западным людям философию и религию Aao с полной определенностью. Читатель, уделяющий свое время чтению «Истины Aao», вероятно, уже пришел к выводу, что иудео- христианские воззрения в чем-то недостаточны, зато обая- ние восточных философских систем предлагает ему новую надежду. Однако сжатого объяснения этих схожих на пер- вый взгляд систем до сих пор не существовало.
    О даосизме, буддизме, конфуцианстве написано мно- жество книг. К сожалению, они не дают простых, четких и кратких объяснений основ каждой из этих религий. Все по-настояшему значительные книги об этих религиях пред- назначены для ученых, т. е. для аудитории, уже знакомой с материалом и потому способной понять то, что в этих кни- гах написано. Эти возвышенные академические рассужде- ния создают заблуждения, предлагая читателю абстрактные понятия и противоречивые точки зрения. Эзотерические же толкования еще больше запутывают читателя, вводя идеи, не имеющие ничего общего с классическими восточными учениями. «Истина Аао» восполняет этот пробел, объясняя сущностные основы в простых выражениях так, чтобы эзо- терические понятия не отвлекали западного читателя.
    Великие мудрецы-основатели даосизма, конфуцианства и буддизма жили в одну и ту же историческую эпоху. Счита
    ется, что Бума родился около 560 г. до н. э., Конфуций — около 551 г. до н. 3,, а Лао-цзы — около 571 г. до н. э. Хотя ни один из них не провозглашал себя божеством, рождение этих трех великих учителей явилось знаком необычных из- менений в ритме Вселенной. Невозможно переоценить их влияние на жизнь людей по всей Восточной Азии.
    В западных исследованиях эти три системы верований традиционно характеризуются как философски близкие, но это весьма далеко от истины. Различия между ними так же велики, как между тьмой и светом, небом и землей! Из всех трех лишь даосизм в основе своей неотступно взраши- вает индивидуальную природу личности в противовес воз- действию общества, напоминающему приливы и отливы. Бумизм же и конфуцианство стараются усилить связь между целями тех обществ, где они распространены, и целями от- дельной личности. В премагаемом далее сравнительном ана- лизе просим читателя обратить внимание на уникальность основной цели даосизма — борьбы за ясное видение реаль- ности, противопоставляемое заблуждениям, которые рас- пространяются с помощью ценностей социума (причем в их число входят и те, что приняты в других восточных фило- софских системах).
    Буддизм
    Когда рождается человек, с ним приходит скорбь.
   
    Мудрость Лао-цзы, 247
    Буддизм зародился не в Китае, а в Индии, почти две с по- ловиной тысячи лет назад. В Китай он проник четыреста лет
    спустя и быстро там распространился, став одной из четы- рех основных религий*. При нынешней коммунистической власти в Китайской Народной Республике никаких «офици- альных» религий не существует, но повсюду в стране есть действующие буддийские храмы.
    Буддизм был основан царевичем Сиддхартхой, благородО ным человеком, родившимся в богатой брахманской семье. Хотя легенда о нем и была со временем приукрашена, она представляет интерес с точки зрения происхождения этой значительной религиозной и философской системы.
    Легенда начинается между VI - V вв. до н. э., когда юный царевич Сиддхартха жил в роскоши, оберегаемый от всех страданий и невзгод. Однажды, гуляя за пределами дворца и дворцовых парков, он наткнулся на старика и узнал, что есть тяготы жизни, связанные с приходом старости. В следующий раз он встретил больного и открыл для себя существование болезней. В третий раз он увидел мертвеца и риал о смерти. Сиддхартха понял, что его прятали от грубой действитель- ности, и пустился в странствие по реальному миру, открывая для себя правду жизни.
    В возрасте двадцати девяти лет царевич оставил свой дво- рец, жену и новорожденного сына и отправился на поиски просветления. Во время своих странствий по всей Индии он примыкал к различным религиозным группам и учился там медитации и йоге. Одной из общин, в которой Сиддхартха жил некоторое время, были так называемые «аскеты». Они полагали, что, лишая себя пищи и воды, через самоистяза- ние, смогут достичь просветления. Однако, проведя много Дней без пищи и воды, Сиддхартха понял, что просветление
   
    Конфуцианство, буддизм, даосизм и ислам.
    не имеет ничего общего с лишением себя самого необходи- мого. Он ушел от аскетов и продолжил свои странствия.
    На шестом году странствий Сиддхартха остановился на отдых под большим деревом, полный решимости стать про- светленным. Проведя какое-то время в глубокой медитации, он пришел к пониманию «Четырех Благородных Истин». Эти истины лежат в самой основе буддийского учения.
    Позже, когда царевич Сиддхартха стал Буддой, к нему пришли паломники и спросили, кто он: бог или небесный дух. Тот ответил: «Я всего лишь человек, но пробудивший- ся». Смысл сказанного состоял в том, что в мире, полном людей, бредущих по жизни подобно сомнамбулам, он пре- бывал в осознании, или в состоянии бодрствования по отно- шению к истинам мира.
    Паломники также спросили его о существовании высших сил, о загробной жизни и бессмертии. Будда не стал отвечать на эти вопросы и за это снискал прозвище «Молчальник». Хотя нежелание Будды говорить об основах учения огорчало его учеников, он, тем не менее, считал, что подобные идеи лежат за пределами понимания смертных, не исключая и его самого. Следовательно, учение Будды носило прикладной ха- рактер. Он твердо следовал своей цели — ничего не услож- няя, научить, как облегчить страдания.
    Хотя Будда постоянно повторял, что он не божество и не посланник Бога, после его смерти данное им учение стало основой религии, называемой в его честь буддизмом. Многое из того, что он отвергал при жизни, включая причисление себя к лику богов, позже было осуществлено его последо- вателями. Были изваяны статуи Будды и буддийских святых, разработаны сложные религиозные литургии. Сегодня буд- дизм — это нескончаемая череда церемоний и ритуалов,
    направленных на почитание человека, который ничего по- лобного не желал. Пол слоем неуместных культовых обрядов скрылась суть мировоззрения этого учителя.
   
    4 Благородные Истины
    Следствием просветления Будды было осмысление им Четы- рех Благородных Истин. Согласно его учению, наивысшая форма страдания проистекает из незнания этих истин. Будда недвусмысленно заявляет, что его доктрина представляет со- бой единственно верный путь в жизни. Тут нет и не может быть никакой неопределенности: в классическом буддизме только учение Будды приводит к духовной свободе.
    Первая Благородная Истина гласит, что жизнь челове- ческая полна противоречий, скорби и страданий. В этом во- просе буддизм согласуется почти со всеми религиями во всех частях света: страдание неизменно присуще человеческому бытию, касается ли это сферы души, тела или духа. Мало кто станет спорить, что существование на Земле накладывает на человека это бремя.
    Вторая Благородная Истина объясняет, почему человек страдает. Причина проста: у нас есть желания, которые не мо- гут быть полностью осуществлены. Такими желаниями могут быть материальные потребности, или жажда власти, или тяга к знаниям, или погоня за богатством, или же стремление к ду- ховным целям. Они могут быть совсем простыми — как голод или потребность в истинной любви. Они могут быть вполне естественными — как побуждение укреплять телесное здо- ровье и иметь друзей. Возможно удовлетворить некоторые из этих желаний, но никак не все сразу. Вот потому-то мы пре- бываем в состоянии ^прекращающегося страдания.
    Логическая последовательность первых двух истин по- рождает третью.
    Третья Благородная Истина гласит: поскольку невоз- можно утолить все наши желания, необходимо освободить- ся от всех желаний вообще. Таков рецепт освобождения от страданий, прописанный Буддой: избавиться от желаний — значит избавиться от страданий и стать свободным.
    Четвертая Благородная Истина указывает метод, по- зволяющий обрести просветление, или «Благородный Вось- меричный Путь». Предыдущие истины учат, что избавление от желаний делает нас свободными. Мы должны отойти от материального мира и следовать естественному ходу реаль- ности. Таким образом, путь без желаний ведет к просветле- нию, или нирване. Нирвана, согласно учению Будды, — это отмирание всех желаний.
    Наивысшее и главнейшее желание — это желание суще- ствоватъ. И Будда предписывает устранить это фундамен- тальное желание человека. Когда это будет достигнуто, все иные желания будут уничтожены автоматически, поскольку все они так или иначе связаны с жизнью, или сушествова- нием. Учение Будды предлагает ментально отстраниться от желания существовать, пока мы еще физически живы. Ao- стижение этой ментальной смерти и ведет к нирване.
   
    Благородный ВосЬмеричный ПутЬ
    Будда учит нас восьми принципам (они получили название «Благородный Восьмеричный Путь»), которые позволяют нам избавиться от желаний и приводят к свободе духа. Это восемь логически последовательных шагов, которые буддист
    должен сделать, чтобы упорядочить свою жизнь и достичь духовного просветления:
    правильное видение,
    правильное мышление,
    правильная речь,
    правильное действие,
    правильный образ жизни,
    правильные устремления,
    правильное осознание,
    правильное сосредоточение.
    Будда был твердо уверен в том, что его Восьмеричный Путь — единственный способ достичь просветления. Никто не задавал вопросов о том, как Молчальник обосновал свой метод. Следовать ему надо было слепо.
    Первый принцип классического буддийского Восьме- ричного Пути требует ясного видения вещей. Мы должны увидеть мир таким, каков он на самом деле, увидеть его гла- зами Будды, прежде чем сможем приступить к надлежащему обучению.
    Второй принцип заключается в том, чтобы мыслить, как Будда, и обладать его системой приоритетов, что логически вытекает из его взгляда на мир. Поскольку жизнь нас ставит перед различными выборами, ясное видение и понимание приоритетов позволяет нам выбрать буддийский образ дей- ств ия.
    Третий принцип — это требование Будды говорить и выражать себя. Если мы сможем прояснить свои мысли, то сможем и выразить эти мысли столь же ясно. Обратное тоже верно: ясная речь усиливает ясность мышления. Недаром древние римляне утверждали: «Кто ясно мыслит, тот ясно излагает».
    Четвертый и пятый принципы предписывают действо- вать по-буддийски и вести соответствующий образ жизни. Образ жизни в данном случае означает пребывание в буддий- ской общине, где ценности и правила поведения — общие для всех. В силу своего понимания человеческой природы Будда отводил важное место надлежащему индивидуальному поведению внутри социума буддийской общины. Он неукос- нительно требовал, чтобы все, кто живет в таких общинах, вели себя одинаково, помогая друг другу понять буддийское учение и укрепляясь в надлежащем поведении.
    Шестой принцип — это распознавание работы, подходя- щей человеку. Нам нужно определить, какое занятие лучше всего подходит нашим навыкам и способностям. Мы можем быть сведущи в бизнесе, строительстве, воспитании детей или в искусстве. Чем бы мы ни занимались, это должно со- четатъся с медитацией и упражнениями йоги.
    Седьмой принцип — это подробное описание Буддой надлежащего склада ума, необходимого для понимания его учения. Будда делал особый акцент на преданности, со- средоточенности и концентрации при овладении учением. Если уж мы решили стать буддистами, то должны прило- жить силу воли и самообладание для достижения желаемо- го результата.
    Восьмой принцип — это образ мышления Будды, кото- рый, по его мнению, является следствием правильного по- ведения. При должном сосредоточении, силе воли и мышле- нии пути Будды можно следовать автоматически. Этот путь становится воистину частью нашей натуры, избавляя нас от взлелеянных нами предвзятых мнений.
    Принципы, очерченные в Восьмеричном Пути, сменяют друг друга в логической последовательности — каждый по-
    CAeAywDinii принцип строится на идейной основе предылу- шего. Они явственно связаны между собой, фокусируя наши мысли на том, как достичь цели Будды. При неукоснитель- ном следовании этому учению мы должны продвигаться шаг за шагом до тех пор, пока не достигнем такого состояния, в каком нас хотел видеть Будда.
   
    Влияние Буддизма на оБшество
    Своим невероятным успехом в Индии, да и по всей Азии, буддизм первоначально обязан поддержке правящих классов тамошних государств. Если бы учение Будды противоречи- ло философии элиты, буддизм был бы объявлен вне закона. Поддержка выражалась в материальных дарах, которые по- лучил Будда, включая парк, подаренный царем Бимбисарой, и монастырь, подарок ростовщика из Саваттхи. Будда очень заботился о том, чтобы его учение никоим образом не вошло в противоречие с верованиями власть предержащих. Напри- мер, хотя Будда и говорил, что «врата вечности» открыты для всех, кто слушает и верует, вызывать гнев индийской аристо- кратии ему не хотелось. Поэтому он не разрешал поступать в монастыри таким людям, как слуги или воины махараджей. Он также отказывал рабам и должникам, дабы не ущемлять права собственности правящих классов. Несмотря на про- возглашаемую любовь к человечеству, Будда не допускал в общины больных (например, прокаженных, страдающих туберкулезом или эпилепсией). В общем, совершенно ясно, 4то Будда предлагал влиться в свои общины только тем, кто не будет создавать проблем правящему классу или служить источником ненужных неприятностей для своих же братьев- буддистов.
    В то время, когда закладывались основы буддизма, в Индии существовала крепкая система каст, установленная правителями. На протяжении тысячелетий богачи и власть имущие использовали эту кастовую систему для того, что- бы управлять населением. Больше всего поддержки Будда нашел у «неприкасаемых», стоявших на самой низшей сту- пени социальной иерархии. Эти несчастные жили на грани бунта, в крайней бедности и недовольстве жизнью. Пра- вящие классы прекрасно осознавали опасность, таящуюся в управлении большой массой людей, постоянно готовых к социальному взрыву. Когда явилась на свет буддийская философия, проповедующая идеи мирного и пассивного сосуществования, аристократия позволила ей расцвести. Почему? Потому что быстро распознала в этой философии наилучшее средство для сдерживания озлобленных низших классов.
    Итак, кастовая система была заменена религиозной философией, которая, по сути своей, стала первой в мире официальной системой благотворительности. Будда завер- шил свой замечательный подвиг тем, что научил целый слой населения, как можно оставить свое место в касто- вой системе и стать попрошайками и паразитами. Затем он убедил остальную часть общества оказывать поддержку этим попрошайкам. В награду за это удивительное деяние правящие классы присвоили буддизму статус официально признанной религии.
    Образцовое общество Будды было, по существу, военной организацией. От своих последователей Будда требовал обе- тов верности и придумал несметное число правил и предпи- саний, которые указывали монахам, какой образ жизни от них ожидался. Например, монахи могли есть лишь один раз в
    день, причем их рацион состоял из небольших порций риса и хлеба, без мяса или иных источников белка. Монахам не раз- решалось много спать, а нередко их заставляли медитировать ночи напролет. Их жизнь отличалась половым воздержанием и многочасовым молчанием; их дни были наполнены бессчет- ным количеством дел, оставлявших мало времени для отдыха или созерцания. Будда говорил: «Лень несет с собой дурные желания».
    Будда проанализировал сущность человечества и уста- новил, что большинство людей являются скорее ведомыми, чем ведущими. Он считал, что людские массы, ищущие облегчения от страданий, предпочтут оказаться в систе- ме военного образца, отказавшись от индивидуальности. И сейчас можно наблюдать такое явление: солдаты и узни- ки нередко испытывают тревогу и неловкость при попыт- ках адаптироваться в мирной жизни, после того, как ока- зываются за пределами своих систем. Переход к жесткости буддийского сообщества происходил почти незаметно для представителей низших классов, которые с радостью от- казывались от своей прежней жизни, полной отчаяния. Этим частично объясняется, почему буддизм, столь успеш- но распространившийся по всей Индии и многим другим странам Азии, так и не смог по-настоящему прижиться в западных культурах.
    Влияние Будды на общество было огромным благода- ря созданной им системе благотворительности. Огромно- му количеству неприкасаемых, обреченных существовать в нищете, жизнь в буддийском монастыре давала надежду. Жизнь при храме не только гарантировала им минималь- ное пропитание, но и обеспечивала определенный почет и уважение.
   
    Буддизм с даосской точки зрени^
   
    Из пяти пороков порок ума — наихудший.
   
    Мудрость Лао-цзы, 142
    При первом рассмотрении буддизм выглядит как рациональ- ная, последовательная и полезная философская система. Что ни говори, а сообщество, созданное Буддой, приняло в себя огромное число обездоленных и дало им средства к существо- ванию. Хотя классический даос должен признать то положи- тельное, что получило общество благодаря буддизму, крити- ческий анализ этой философии выявляет фундаментальные проблемы, которые нельзя рассматривать поверхностно, но необходимо внимательно изучить. Давайте проделаем одно ценное упражнение — сопоставим решения Будды, касаю- щиеся страданий человечества, с подходами Лао-цзы.
    Первая проблема буддизма затрагивает самую суть даос- ских воззрений на жизнь. Даос обращается к природе как к совершенному образцу верного жизненного пути: фило- софские принципы должны согласовываться со зримой ре- альностью естественного мира. Будда, напротив, выступал защитником такого образа жизни, который противоречил естественному существованию человека. Он предлагал жизнь с ограничением пищи, питья и сна и полным отказом от сек- суальности. По существу, Будда брал здорового человека и превращал его в ходячего покойника.
    Поскольку такая техника вполне успешно убивает боль- шинство человеческих желаний, она также влечет и гибель природных инстинктов. Процесс убивает цель. Поэтому классический даос рассматривает буддийскую философию, направленную на преждевременную смерть тела, как уни
    жение души человека. Кроме того, это недвусмысленное на- рушение законов природы и, по всей вероятности, законов богов.
    Некоторые буддийские секты выбиваются из общего по- тока тем, что принимают боевые искусства (например, зна- менитый монастырь Шаолинь), но в целом классический буддизм проповедует философию, для которой приемлема пассивность как возможность сосуществования в этом мире. В идеале мир должен отнестись с уважением к мирному по- ведению человека и не вставать у него на пути. В действи- тельности же нашим миром правят неизменные законы при- роды, а они совершенно не уважают пацифистскую точку зрения. На просторах африканских саванн первыми жерт- вами становятся слабые животные, не способные к борьбе. А на улицах больших городов преступники нападают прежде всего на прохожих, не приемлющих насилие.
    Возможно, более всего изобличает эту философию осо- знание того факта, что пассивность — добродетель редкая, пригодная только в легкие времена. Когда же приходится сражаться — бороться с болезнью в своем теле или отбивать- ся от нападающих на улице, — оставим путь пацифиста ис- ключительно тем, у кого не хватает смелости. Правильный жизненный путь подразумевает постоянную борьбу: мен- тальную, физическую и духовную. Духовное и физическое убежище за стенами монастыря, предписываемое буддизмом, не имеет никакого обоснования в реальном мире.
    Классический даосизм уделяет пристальное внимание опасности, которая возникает, когда общество взаимодей- ствует с личностью. Даос овладевает инструментарием, при- званным нейтрализовать разрушительное воздействие обще- ctb^- Тем самым он дает возможность своему физическому
    существу и связанной с ним душе выжить в этих условиях. Буддизм точно так же признает опасность, которую несет общество, в особенности его склонность взращивать неис- полнимые желания. Однако, в отличие от даосизма, пред- латаемый буддизмом выход состоит в том, чтобы укрыться за стенами монастыря и выпрашивать финансовую помощь у общества, внушающего страх и презрение. Лицемерие подобного бегства от общества, от которого продолжаешь зависеть, — это философский парадокс, который Будда предпочел не афишировать. Лао-цзы учит, что лицемерие — предшественник заблуждения. C даосской точки зрения, буддийский образ жизни сродни существованию паразита: буддист получает материальную поддержку от общества, ко- торое он же и проклинает за материализм.
    Будда создал модель общества принуждения, предназна- ченного для монахов. Если предписания Будды годятся для этой маленькой группы, то для мирян они не предлагают ни- каких решений. Философия Будды, задуманная для того, что- бы облегчить страдания человечества, исключает из рассмо- трения большинство людей. Отдельные миряне, почитавшие Будду, принимали из его учения только то, что было важно для них, и оказывали материальную поддержку буддистам- аскетам. Классический буддизм не дает надежды для большей части людей в мире — его решения подходят немногим из- бранным, носящим монашеское облачение, живущим в убе- жище и тянущим соки из общества, которое их окружает.
    Даосизм учит, что между мужским и женским началом в жизни должно быть равновесие. По этой причине извест- ный даосский символ Инь-Ян представляет собой сочетание равных по величине частей женского (черного) и мужского (белого). Это равновесие женского и мужского начал явля
    ется необходимым условием для того, чтобы следовать зако- нам природы: в животном мире здоровый, полный сил самец нуждается в самке, и наоборот.
    Будда же не скрывал своего презрительного отношения к женскому началу После того как он оставил свою жену и сына, Будда основал монастыри, куда первоначально не до- пускались женщины. И только впоследствии, уступив силь- ному давлению со стороны друзей и собратьев-монахов, он разрешил женщинам принимать монашеский обет. Но даже после этого он сочинил восемь особых правил, согласно ко- торым монахини должны были подчиняться монахам, и без- радостно предсказывал, что принятие женщин в монахини наполовину сократит жизненный путь его учения. Будда за- претил своим монахам половое общение с женщинами. Если монах должен склоняться перед любым старшим монахом, то для монахинь указание Будды было таково: «монахиня, даже прожившая сто лет после посвящения, должна первая при- ветствовать монаха, хотя бы он и получил посвящение лишь сегодня». Совершенно ясно, что женщина, принимающая буддизм, подчиняет себя мужчине, что столь же нелогично, как подчинение ночи дню или холода жаре. Принятое в буд- дизме неприкрытое презрение к женщинам является, среди прочего, признаком неестественной философии, противоре- чащей призыву Лао-цзы «принять женственность».
    Поскольку Будда подарил нам философию, наполненную противоречиями и знаками, которые вводят в заблуждение, западным буддистам приходится решать головоломку. Как можно человеку освободиться от желаний в сегодняшнем меркантильном мире? Большинство американцев и европей- Цев отнюдь не желают отказываться от своей работы, разда- вать имущество, покидать семьи и устремляться в монастырь.
    Западные буддисты заявляют, что они приближаются к про- светлению, посещая буддийские церемонии, медитируя перед статуями Будды и практикуя йогу. По существу, западные буд- диеты восприняли интересные и экзотичные церемонии буд- дизма и его религиозную основу, но не усвоили подлинное учение Будды, чтобы с его помощью освободить себя от стра- даний современной жизни. Следовательно, они избирают та- кой путь, который гарантирует им длительное заблуждение и разочарование вкупе с обманчивым чувством самоуспокоен- ности. Как ни печально, но западный буддизм лишь усложняет жизнь и множит заблуждения, ведя в конечном счете к хаосу, абсурду и еще большим страданиям. Учение Будды совершен- но не уместно для современной жизни на Западе, а попытки толковать его философию так, чтобы она подошла к западно- му образу жизни, — значит исказить путь, предписанный им. Последствия этого могут быть лишь самыми пагубными.
    Конфуцианство
   
    Кто думает удовлетворить человеческий ум, смиряя его церемониями и музыкой и взывая к человечно- ста и справедливости, тот не понимает изначальной природы человека.
   
    Мудрость Лао-цзы, 58
    Конфуцианство зародилось в Китае более двух тысячеле- тий тому назад. Его влияние на умы китайцев быстро росло, охватывая все большее число людей на все более обширных территориях. И по сей день конфуцианство продолжает рас- пространяться, затмевая даосизм. Даже при нынешнем ком
    мунистическом режиме в Китае явственно видны организо- ванность и порядок, предложенные Конфуцием.
    Почти так же, как и буддизм, конфуцианство в значитель- ной степени обменялось философскими и богословскими идеями с народным даосизмом. Конфуцианство не является организованной религией. Однако на протяжении более двух тысячелетий его этические ценности формировали правила поведения людей при общении друг с другом и оставили неиз- гладимый след в развитии правительственной системы, обще- ства, образования и семьи в Восточной Азии. Следует иметь в виду, что, несмотря на связь с народным даосизмом, конфуци- анство имеет мало общего с даосизмом классическим: в ело- вах Лао-цзы, дошедших до нас в пересказе Чжуан-цзы, содер- жится насмешка над конфуцианскими принципами.
    Само имя «Конфуций» было создано на Западе; это ла- тонизация оригинального китайского «Кун Фу-цзы». Хотя о Конфуции мы знаем немного, известно, что родился он в 551 г. до н. э. в небольшом удельном княжестве Лу (совре- менная китайская провинция Шаньдун). В молодости за- нимал мелкие посты на государственной службе. Когда ему было за тридцать, Конфуций смог стать преподавателем, поскольку владел традиционными «шестью искусствами» — ритуалами, музыкой, стрельбой из лука, управлением колес- ницей, каллиграфией и арифметикой, — а также хорошо знал поэзию и историю. В возрасте около пятидесяти лет он служил сначала в городской управе, затем занимал пост по- мощника начальника управления общественных работ, а в конце концов дослужился в княжестве Ay до должности, со- ответствующей министру юстиции.
    Сочинения Конфуция, завершенные им уже в зрелом возрасте, показывают, что он всегда ощущал свое направ
    ление в жизни, обладая также огромной верой в себя и чув- ством собственного достоинства. Ему хотелось стать полиО тическим деятелем, несущим миру четкую систему. После того как ему довелось наблюдать махровое взяточничество среди чиновников, Конфуций уверовал в то, что он один способен выстроить такую систему общественных отноше- ний, которая будет действенна, эффективна и полезна для народных масс.
    К пятидесяти годам Конфуций нашел возможность осу- ществить задуманное. После пяти лет насаждения конфу- цианского порядка в княжестве Ay он смог управлять под- властными ему гражданами. Конфуций делал это, прибегая к законам, которые он трактовал, по его мнению, более честно и справедливо, чем другие. В возрасте пятидесяти шести лет, поняв, что начальство не заинтересовано в проводимой им политике, Конфуций покинул свое феодальное княжество, чтобы найти другое, где он мог бы быть полезен. Во время этого самоизгнания, которое длилось без малого двенадцать лет, Конфуция сопровождали ученики, и круг их постоян- но расширялся, несмотря на крушение политических надежд учителя. Слава его росла, и, когда ему исполнилось шестьде- сят семь, он вернулся на родину, чтобы заниматься с учени- ками и сохранить с помощью записей взлелеянное им уче- ние. Умер Конфуций в возрасте семидесяти трех лет.
    Сразу же после его кончины, — так же, как в случае с 11а- ревичем Сиддхартхой и буддизмом, — легенда о Конфуции переросла самого человека. В Китае правящая верхушка вое- приняла приемы манипуляции точно с таким же энтузиазмом, с каким правители Индии поддержали буддизм. В результате на два с лишним тысячелетия конфуцианство стало обшепри- нятой в Восточной Азии философско-этической системой.
   
    Конфуций и его миссия
    Философия Конфуция зародилась в условиях нарастающего хаоса в древнекитайском обществе между 600 и 500 гг. до н. э. В тот период Китай страдал от отсутствия централизо- ванной власти, а династия Чжоу пребывала в глубоком упад- ке. C ослаблением государей, когда запылали бесчисленные гражданские войны между военачальниками и местными правителями, началась анархия. Армии кочевали по стране, безжалостно грабя гражданское население. Такое жестокое насилие над народом привело к упадку сельского хозяйства и к застою в торговле. Разорительные налоги, вводимые воена- пальниками, которых ничто не сдерживало, убивали всякую инициативу, которая могла бы дать новую жизнь коммерче- ским предприятиям. Экономика был ослаблена, стране гро- зил голод. Китай стоял на пороге смуты. Его будущее было неясно.
    Хорошо зная историю, Конфуций знал и о том процвета- нии, которое царило в стране за тысячи лет до наступившей анархии. Он мечтал о возвращении «золотого века», когда люди жили естественно, а общество благоденствовало. Этот золотой век был выдумкой китайских философов, мифиче- ской и аллегорической эпохой, когда Желтый Император обеспечивал гражданам гармонию, здравый смысл и мир- ное сосуществование. Конфуций полагал, что его миссия заключается в восстановлении ценностей и общественного устройства того утопического века: если бы ему удалось, ис- пользуя ценности древности, построить эффективную адми- нистративную систему, вновь воцарился бы порядок и пре- кратились бы междоусобицы, терзавшие Китай. Конфуций считал, что создание высокоморального правительства будет
    гарантией порядка во всех провинциях и положит конец борьбе военных группировок.
    Идея Конфуция подразумевала обращение к силе цен- ностей социума для создания централизованной власти. Он попытался заменить нежелательные естественные ценности своими, искусственными. Неся людям набор искусствен- ных ценностей и укрепляя их, он сумел превратить народ в добровольных роботов — рабов общественного поряд- ка. Общественный строй, который рисовался Конфуцию в его воображении, мог подавить естественные инстинкты и агрессивное поведение людей — ко всеобщему благу.
    Важнейшей частью системы управления у Конфуция было создание действенных общественных институтов обра- зования, которым надлежало распространять семена ценно- стей социума. Образование преследует две отдельные цели. Первая — преподать ученикам обширный круг предметов или обучить их чему-то с намерением передать информа- цию. Ученик затем фильтрует эту информацию и, применяя свободу воли, доверяет тому, что он выбирает, и понимает выбранное. Вторая же цель образования — подвергнуть уче- ников воздействию непрерывного потока пропагандистской информации с намерением установить контроль над умами. Массовое образование похоже на учебный лагерь новобран- цев: основная цель заключается не в том, чтобы научить кур- сайтов правилам боя, но скорее в том, чтобы раз и навсегда заставить их беспрекословно подчиняться командирам.
    Конфуций сосредоточился на «дополнительной» цели образования — пропаганде. Его решение применительно к тяжелым условиям Китая состояло в использовании образо- вания как инструмента порабощения народа и распростра- нения своих ценностей. Конфуций считал, что его ценности
    отражают волю древних, а сам он уполномочен спасти Ки- тай. Образование было тем оружием, которое он избрал для достижения своей цели.
   
    ПутЬ ОтНошеНий
    Если даосизм выбирает природу для поиска тех принципов, благодаря которым можно адаптироваться в обществе, то Конфуций изобрел систему отношений в обществе, постро- енную на правилах, диктующих индивидуальное поведение. Один из важнейших его сводов правил называется «Пять От- ношений» и описывает пять уровней межличностных свя- зей, где каждый член общества знает свое место на иерархи- ческой лестнице социума.
    Первая ступень отношений — между старшим и младшим другом; старшему отведена роль главенствующего и присмат- ривающего за младшим. Следующий уровень отношений — между мужем и женой; мужчина в них господин, а роль жены— повиноваться мужу. Следующий тип отношений — между старшими и младшими братьями; старший брат главенствует и наставляет младшего. В отношениях «родитель — ребенок» отец следит за сыном и наставляет его. И последняя по счету ступень — это семья под управлением местных властей. Эти отношения всегда крепятся покорностью младших старшим.
    Конфуций полагал, что крепкая система повиновения, уважения, достоинства и сыновнего почтения станет основой лля восстановления и поддержания общественного порядка. В своих базовых принципах система Конфуция рассматри- вала семью как микрокосм, организованный по принци- ну социальной иерархии, и как основание для управления обществом в целом. Определяя порядок отношений между
    братом, сыном, женой и мужем, Пять Отношений таранти- ровали, что отдельные семьи будут повиноваться местным властям или императору и тем самым замкнут круг власти. Нетрудно понять, что жесткие иерархические отношения внутри семьи являлись прообразом тотального управления обществом посредством государственного контроля. Гражла- не, с самого рождения усвоившие науку повиновения стар- шим, становились взрослыми, которые исполняли желания своих правителей. Поскольку, согласно конфуцианской фи- лософии, император является посланником высших сил, по- виновение отдельных семей властям равноценно следованию воле богов.
    ПятЬ ключей
    Чтобы китайцы гарантированно придерживались его правил, касающихся порядка, Конфуций придумал пять насущных принципов, которые могли использоваться институтами об- шества для обучения людей и насаждения желаемых тради- ций. Конфуций надеялся, что общественный порядок можно поддерживать без применения силы и таким способом, ко- торый делал граждан счастливее. Его метод состоял в том, чтобы сочетать обучение ценностям социума всех граждан (включая и детей) с последующим укреплением этих ценно- стей через усердное восприятие традиции. Этот метод полу- чил название «Пять Ключей» или «Пять Добродетелей».
    Жэнь
    Первый ключ, жэнъ, — это изначальная доброта, при- сущая каждому человеку, основная добродетель, с которой рождаются все. C помощью системы совершенствования
    можно взрастить эту доброту до такой степени, чтобы стать полезным, наделенным разумом и логикой членом общества. Если же добродетелью жэнъ не заниматься, она зачахнет и умрет. Конфуций полагал, что, если гражданам преподать хорошие и правильные ценности, эта изначальная доброта процветет, в результате чего ценности, которые осчастли- вят все человечество, гражданами будут приняты. Конфуций считал, что система образования (так же как и другие тради- ционные системы обучения) являлась подходящим каналом для передачи таких правильных ценностей. Одним словом, людей можно в массовом порядке научить тому, как следует совершенствовать жэнъ в себе.
    Конфуций полагал, что культивирование ценностей, в ко- торых отражалась изначальная доброта, развивало чувство че- ловечности, сострадания и понимания ближнего. Жэнъ должно проявляться в мягкости и благородстве — качествах, которые считаются типичными для натур аристократических. Это со- стояние «мужа благородного» включает в себя и особый склад ума, так же как и постоянное совершенствование в изящных искусствах, литературе, музыке, поэзии и философии. Стрем- ление стать мужем благородным совершенствует жэнъ и созда- ет личность утонченную и культурную.
    Конфуций учил, что добрый человек заслуживает хоро- шего обращения со стороны других людей. Сообщество, состоящее из мужей благородных, должно стать обществом людей, преданных долгу и стране, исполненных сострадания ко всем и не таящих никаких дурных намерений.
   
    Цзюнь-цзы
    Второй ключ, цзюнь-цзы, — это духовная сущность че- ловека, представленная манерами истинного «благородного
    мужа». Конфуций был чрезвычайно озабочен ритуальными аспектами поведения и самой практикой ритуалов, посколь- ку считал ритуалы основой традиции.
    Конфуций рассматривал манеры граждан, блюдущих приличия, как жизненно важный элемент, который отделяет людей с их разумом от животных, действующих под влия- нием эмоций. На манерах строится ритуальное поведение и свод моральных правил. Благородные манеры служат меха- низмом, используемым для контроля над неподобающим или буйным поведением, которое предпочтительней оставить в удел животным.
    Разумные существа, какими являются люди, способны из- бежать насилия, неотъемлемой части поведения животных. Главное здесь — понять цзюнъ-цзы: развить в себе сострада- тельность и реагировать логично, ненасильственно на любой конфликт. Столкнувшись с любой ситуацией, когда проявля- ется насилие, или с иррациональным, эмоциональным и же- стоким агрессором, муж, наделенный цзюнь-цзы, отвечает ра- циональными аргументами, демонстрируя образованность, воспитанность и логику. Принцип цзюнь-цзы отражает эти- ческую установку «поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой».
    Ли
    Ли, третий конфуцианский ключ, служит средством рас- пространения подобающих манер в обществе. Недостаточно иметь благородные манеры, необходимо еще передавать их согражданам посредством личного примера. Поскольку муж благородный культивирует в себе цзюнь-цзы посредством правильного поведения, для окружающих он становится об- разцом для подражания. Если все вокруг мужа благородного
    подражают его хорошему поведению, они тоже культивируют свое цзюнъ-цзы. Поступая так, они покажут добрый пример еше кому-то. Эта цепная реакция подобающего, благород- ного поведения со временем захватит весь мир, противо- действуя хаосу и насилию. Таким образом, жизнь благород- ных мужей без конфликтов, хаоса и насилия (и образцовый характер такой жизни для окружающих) формирует целое общество, отличающееся гармонией, миром и крепкими мо- ральными ценностями.
    Существует и другая, более широко известная грань прин- ципали: знаменитая конфуцианская идея «срединного пути», или «золотой середины». Принцип срединного пути предпи- сывает, чтобы верное понимание благородного поведения вы- ражалось в неприятии чрезмерности. Благородный муж из- бегает чрезмерности, поскольку разум предостерегает от того зла, которое является плодом чрезмерности. Конфуцианцу подобает владеть своими эмоциями, не испытывать ни слит- ком большого счастья, ни слишком большой скорби. Особо следует воздерживаться от гнева и ненависти. Следуя принци- пу срединного пути, человек более основательным образом совершенствует в себе цзюнъ-цзы. Пример, подаваемый благо- родным мужем, в соответствии с принципом ли, будет состо- ять в модели поведения, отличающегося большей мягкостью и сниженными реакциями. Гармония достигается тем, что срединный путь принимается для всех случаев жизни. Жизнь без чрезмерности — вот сущность конфуцианства. Теории ли посвящен отдельный том «Пяти канонов» Конфуция.
    Принцип ли весьма значительно сказывается в рекомен- лациях Конфуция относительно построения совершенного общества. Если ли создает непрерывный поток доброкаче- ственных ролевых моделей, тогда Пять Отношений навсегда
    сохраняются в обществе. Например, в семье каждое после- дующее поколение должно подчиняться предыдущему; млад- шим поколением можно управлять благодаря его отноше- нию к старшим в роду. Так же и уважение к местным властям (а распространенное и далее, и к императору), подобное тому, что существует в семье, должно создать совершенное общество. Как следствие, возникает псевдомилитаристское общество, иерархия управления которого на добровольной основе укрепляется принципом ли и традиционными обще- ственными институтами образования.
   
    Лэ
    На современный язык этот термин можно перевести как «сила позитивного внушения». Аэ служит логическим про- должением ряда жэнъ, цзюнъ-цзы и ли. Конфуций учит, что сила позитивного внушения позволяет человечеству достичь гармонии. Это предельное проявление силы морального примера.
    В отличие от диктаторов, прибегающих к насилию для построения своих идеальных обществ, Конфуций предложил куда более изысканный и мягкий метод управления народ- ными массами. Сила дэ укрепляет конфуцианские ценности, формируя единообразную, унифицирующую систему для послушного, управляемого общества.
   
    Вэнь
    Пятый ключ — это принцип вэнь. Если предыдущие че- тыре ключа относились к построению стабильного общества без применения физической силы, то пятый относится к ис- кусствам. Вэнь, который нередко считается одним из самых привлекательных и интеллектуальных принципов конфуци
    анства, наглядно показывает идеалистические представления Конфуция о человеческой природе. Конфуций считал, что люди от рождения наделены творческими способностями к музыке, поэзии, философии и живописи. Приобщаясь ко всем этим искусствам, человеческий характер приобрета- ет завершенность и расцветает. Принцип 0энъ зиждется на конфуцианском представлении о том, что искусство служит объединяющей силой для всех принципов конфуцианства. Тот факт, что человек воспринимает искусство, выделяет его из животного мира; тот факт, что он и дальше совершенству- ет это восприятие, еще больше отделяет человека от скотов и возносит на такую высоту во Вселенной, которая присуща только ему. Ведущей силой в природе человека делает вое- приятие искусства.
    Даосский Взгляд на конфуцианство
   
    Не допускать смешения человеческого и божествен-
    ного — вот то, что отличало непорочного человека.
   
    Мудрость Лао-цзы, 45
    Критическое рассмотрение конфуцианства заставляет при- знать, что Конфуций пытался восстановить порядок в обще- стве, погрязшем в жесточайшем конфликте. C этой точки зрения хаотичность человеческого бытия уменьшилась. Од- нако задача любой философской системы — давать четкую картину мира и предоставить принципы, которые работают в повседневной жизни. Конечная же цель конфуцианства — помочь людям сделать свою жизнь благополучней и здоро- вей — не выдерживает критики по многим направлениям.
    Расхождение между классическим даосизмом и конфуци- анством начинается с веры Конфуция в то, что человек неиз- менно разумен. Конфуции полагал, что, если воспитать народ в духе Пяти Отношений и Пяти Ключей, разумный человек и вести себя будет соответственно. Для критически настроенного даоса факты окружающего мира опровергают логичность тако- го подхода. Если бы разумность являлась частью человеческой сущности, зачем бы Конфуций ставил необходимость манипу- ляций на первое место? И откуда в Китае столько проявлений хаоса и насилия, если врожденная разумность человека должна естественным образом сдерживать подобное поведение?
    Несмотря на романтическое желание считать, что челове- чество обладает скрытой «добродетельной» сущностью, по- даосски непредвзятый взгляд на историю — ту историю, о которой сетовал Конфуций, — выявляет иное. На протяже- нии всей истории, как было и в конфуцианском Китае, глу- боко коренящееся иррациональное поведение вносит в жизнь хаос, страдание и абсурд. И такое положение не было за- блуждением, которое должна была развеять конфуцианская пропаганда, — это сама сущность бытия человека.
    Основная часть этого бытия включает в себя эмоцио- нальную составляющую, которая не подчиняется логике. Конфуций создал искусный механизм подавления этих есте- ственных человеческих эмоций. Не прибегая к насилию, он построил общество послушных роботов. Но для даоса, пре- бывающего в поиске пути, истоки которого лежат в есте- ственной природе личности, предписания Конфуция выгля- дят пугающе. Они подобны попыткам заставить льва стать ягненком или тигра — антилопой.
    Лаже несмотря на то, что Конфуций использует такое мирное средство пропаганды, как образование в противо
    вес более сильным методам завоевания аудитории, даос рас- сматривает конфуцианство как учение вражеское, прибега- юшее к обману для достижения своих целей. Для человека Дао правители-конфуцианцы, затуманивающие реальность, столь же опасны, как нацистские штурмовики, ломящиеся к нему в дом. А то, что конфуцианцы внешне намного при- влекательней нацистов, делает их лишь еще более опасными. Поэтому даос классического типа считает битву за естествен- ные ценности (и против напора конфуцианской традиции) сражением за свою душу.
    Как уже говорилось, критически настроенный даос бди- тельно следит за проявлениями лицемерия, которые явля- ются симптомами более глубинных пороков. К сожалению, и тут у конфуцианства есть проблемы. Конфуций хотел об- легчить страдания народа в целом, а создал общество робо- тов под властью правящей элиты. Такое порабощение было выгодно небольшой группе правителей, и конфуцианство расцвело в Китае потому, что было принято и упрочено пра- вящими классами, которым оно принесло пользу. Правители оценили небывалый успех этого учения, управляя обширной империей посредством манипуляций.
    Однако факт остается фактом: несмотря на воздействие конфуцианского учения в течение тысячелетий, китайцы все так же продолжают страдать от преступности, насилия и все- возможного обмана. Успех обошел конфуцианство стороной даже в решении одной из самых важных его задач. Скажем, то внимание, которое уделяется в конфуцианстве образованию, никоим образом не способствовало обучению простых людей навыкам чтения и письма, и вплоть до XX века большинство населения Китая было неграмотным. Так что в этом отноше- нии, как и во многих других, Китай оставался неизменным и
    при конфуцианстве. При всех своих грандиозных притязать ях эта философия всегда была всего лишь средством управле- ния народом в интересах правящего класса — колоссальной ложью, которая длится уже свыше двух тысяч лет.
    За красивым фасадом конфуцианства скрываются его темные стороны, используемые в наше время для поддерж- ки бесчеловечно-репрессивных режимов. Например, три по- коления русских пребывали под властью советской CHCTeMHi которая, в сущности, использовала методы конфуцианцев — включая систему образования, пропаганду и государственное регулирование всего, что можно. Хотя советские революцио- неры никогда сознательно не копировали конфуцианскую систему, они использовали ее принципы для управления обществом.
    Обратившись к одной из важнейших конфуцианских идей, Советы обрабатывали граждан с помощью система- тического образования и широковещательной пропаганды, которая проводилась с помощью средств массовой инфор- мации. При этом ставилась задача убедить население, что коммунистическое правительство и социалистическое об- щество — лучшие в мире. Также бросается в глаза сходство между теми ценностями, что нес миру Конфуций, и ценно- стями Советов, как они обрисованы в «Моральном кодексе строителя коммунизма». В этом тексте утверждается, что «человек человеку друг, товарищ и брат» и предписывают- ся «гуманные отношения и взаимное уважение между людь- ми». Советских людей также учили тому, что их первейший долг — это забота о благе общества, тогда как личное благо- состояние — глубоко вторично; такова была директива для граждан, чрезвычайно похожая на учение Конфуция о Пяти Отношениях.
    Если Конфуций учил, что каждый человек рождается изна- чально добрым, то советская доктрина утверждала, что мест- ность отзовется процветанием масс. Конфуций проповедовал, что приверженность его системе порядка вызовет процвета- ние экономики и обретение счастья гражданами; то же самое делали Советы во время революционных событий 1917 года, обещая счастье и процветание посредством перераспределе- ния богатства «каждому по потребностям». Советы исполь- зовали пропаганду, как Конфуций — образование: ценно- сти неустанно вдалбливались всем слоям общества, начиная, разумеется, с семьи. Коммунисты придавали такое большое значение «народному просвещению», что Ленин отвлек дра- гоценные средства, предназначенные для закупки оружия и защиты революции, на постройку и работу агитпоездов. Он смекнул, как когда-то Конфуций, что победа революции зави- сит от того, насколько завоеваны умы и сердца народа.
    Советский научный атеизм, узурпировавший власть Гос- пода Бога, привел в конце концов к краху системы. Совет- ская доктрина строилась на том, что рациональная сущность человека не нуждается в Боге. Как следствие, религиозные институты были уничтожены, а в качестве высшей власти вместо Бога выступило правительство. Однако такая подмена повлекла за собой неожиданный результат: граждане начали считать, что власть отвечает за их благосостояние. «Воли Бо- жьей», на которую можно было возложить ответственность за тяжелые времена, больше не было; тяготы кризисных пе- риодов, вызывавших народное недовольство и отчаяние, нес- ло на себе правительство. И, как следствие, экономический кризис 1980-х привел к коллапсу советской системы. Кон- фуций был более осторожен в своем общественном строи- тельстве и избегал обсуждения вопросов религии.
    Сравнение с Советским Союзом служит не только на- глядной демонстрацией того, как с помощью конфуциан- ских идеалов можно создать общественный строй, губи- тельный для граждан, но еще и уроком для изучающих Дао. Если конфуцианство существует уже больше двух тысяч лет, советской системе хватило чуть более семидесяти, что- бы прийти к краху. Присвоение прав религии властью — одна причина; другая причина — физическое подавление людей. Конфуций понимал, что правители могут достичь быстрых результатов с помощью насилия, однако более мягкий подход — обучение ценностям социума — создаст более жизнеспособную систему. Такое понимание избавля- ло от грубых методов угнетения (вроде массовых репрес- сий), которые были столь привлекательны для Советов. Этот исторический пример показывает, что осторожная манипуляция умами дает больше возможностей для управ- ления людьми, чем физическое насилие. По существу, один из самых мощных инструментов государства — это созда- ние заблуждений и смуты в умах граждан. Вот почему Aao- цзы и Чжуан-цзы из своей глубокой древности предостере- гают нас относительно ценностей, насаждаемых социумом. Большинство этих ценностей со всею неизбежностью рабо- тают против личности, приводя ко все большим личным за- блуждениям и страданиям.
    Конфуций выступал защитником философии, поощряв- шей благородное поведение, которое способствовало сов- местному существованию людей в обществе. В идеале обще- ство должно относиться с уважением к благородному мужу и не становиться у него на пути. Более того, конфуцианский благородный муж должен служить положительным приме- ром для людей своего круга (ли), распространяя благородные
    манеры по всему обществу, подобно опасному гриппу. К не- счастью, в мире царят иррациональные законы природы, ко- торые не признают точку зрения благородного мужа. Этот благонравный джентльмен быстро станет жертвой уличных преступников в Нью-Йорке. Хищники, хоть в человеческом, хоть в животном обличье, всегда распознают легкую добычу по внешним проявлениям мягкости и пассивности. Во вре- мя столкновений и конфликтов пассивность и благородное поведение — удел трусов. Жизнь требует постоянной борь- бы — ментальной, физической и духовной.
    Конфуцианское благородное поведение сродни буддий- скому удалению от мира за стены монастыря; и то, и другое несостоятельно с философской точки зрения в реальном мире. «Благородная мишень» — это то же, что «мишень, в которую легко попасть». Реальность показывала и показыва- ет, что ничто так не умножает страданий, как превращение в такую мишень. Тем не менее конфуцианцы считают это доб- родетелью. Для даоса, который хочет научить других, как жить лучше, пропаганда добродетели, делающей человека легкой добычей, является полной противоположностью его замыслу. Жизнь жертвы — это жизнь заблудившейся, сбив- шейся с пути души, которую швыряет по волнам, подобно судну без руля. Это не путь к духовности — это дорога в ад еще при жизни!
    Рецепт общественного порядка, согласно Конфуцию, зиждется на постоянном утверждении Пяти Отношений. C помощью такого подхода народ учился уважать старших в семье и чиновников в государстве. Прекрасный в теории, на практике этот принцип куда менее надежен: из невеже- ственной молодежи вырастают невежественные взрослые, а у государственных служащих есть предрасположенность
    к бюрократическому мышлению и коррупции. И вновь иле- альный мир разума и порядка, выстроенный Конфуцием, не согласовывается с грубой правдой реальности. C какой стати здравомыслящий молодой человек должен слушать старшего, у которого в голове туман? Седина сама по себе еще не гарантирует ума. C какой стати граждане должны слепо повиноваться коррумпированному правителю? Как мог Конфуций, имея опыт общения с правителями, по- строившими общество, где царил беспорядок, предлагать систему общественных отношений, подчиненную все тем же правителям?
    Даже сам Конфуций вынужден был отказаться от госу- дарственной должности из-за крушения иллюзий и смятения чувств. Разве не прекрасная иллюстрация базовой пробле- мы социальной иерархии, построенной на неестественных достоинствах старшинства и занимаемой государственной должности? Если уж самому Конфуцию невмоготу было пе- реносить такую систему, то стоило ли ожидать, что последо- ватели отнесутся к ней как-то иначе?
    Даос смотрит на этот мир скептически. Какие бы краси- вые слова ни произносились рядом с ним, даос постоянно проверяет, не расходятся ли поступки других людей с их уве- рениями в дружбе и поддержке. Даос начнет полагаться на верность людей только после того, как посмотрит, каковы были их благие деяния в прошлом. К вящему ужасу конфу- цианцев, даосы с особым подозрением относятся к обще- ственным соглашениям, которые почти всегда навязывают ценности, противоречащие интересам личности. Те ценно- сти, к которым конфуцианцы относятся с наибольшим ува- жением, вызывают в даосах наибольшее отвращение. Даос видит, что проявления верности, основанные на Пяти Отно-
    тениях, приводят к жизни, полной горького разочарования и непрерывных страданий.
    Одна из любимых конфуцианских теорий утверждает необходимость использования вэнъ (искусства, литературы, вообще культуры) для совершенствования скрытой доброде- тельности человека. Конфуций полагал, что занятие искус- ствами отделяет человека разумного от дикости животной природы. Это был важнейший элемент его плана по облег- чению страданий народа, однако в конфуцианском обществе Китая мало кто мог интересоваться чем-нибудь еще, кроме насущных вопросов выживания. Народу приходилось рабо- тать на полях по двадцать часов в день семь дней в неделю, чтобы обеспечить свое существование. Конфуцианский ре- цепт добродетельности, достигаемой посредством искусств, был пустым звуком для этого народа, обреченного на тяжкий труд. Непредвзятое рассмотрение понятия вэнъ обнаружива- ет его предательский по отношению к простому человеку ха- рактер. Со своего академического насеста Конфуций объяв- ляет, что большинство населения страны, не располагающее избытком времени для изучения искусств, не соответствует критериям добродетели. То ли небывалое лицемерие, то ли полный отрыв от реальности дали Конфуцию возможность предлагать искусства обществу, в котором люди мучительно боролись за выживание.
    И, наконец, Конфуций советовал придерживаться средин- ного пути, преодолевая трудные задачи жизни. Классический Лаос признает, что избегать любой чрезмерности — это благо (как говорил сам Лао-цзы, объясняя свои «Три сокровища»*), однако, если следовать срединному пути слепо, это может
   
    * См. стр. 233.
    привести к опасным последствиям. Жизнь — это яростное сражение личности за свою свободу, и срединный путь никак не может быть способом подготовки человека к этой войне. Отличительная черта даосских храмов — изваяния божеств, изготовивших к бою свое оружие и облаченных в доспехи. Это наглядное воплощение идеи о том, что любое противо- борство требует стопроцентной отдачи, будь то в бизнесе или в схватке. Не существует такого явления, как мягкий конфликт; вооружайтесь, потому что сражение мирным не бывает!
    Хорошие парни не всегда побеждают, потому что любое столкновение требует концентрированного усилия. Средин- ный путь — это всего лишь путь заблуждения; зачастую это путь неудачника. Спросите любого профессионального спортсмена, насколько уместен срединный путь в его под- готовке к соревнованиям. Вероятнее всего, он готовится с напряжением и энтузиазмом — то есть в полном противо- речии с тем, чему учил Конфуций.
    Задачи, которые ставит перед нами жизнь, столь не- легки, что обретение собственного пути требует огромно- го рвения. Сражаясь за ясность в жизни, ученик, всерьез изучающий Лао, вырабатывает такое видение мира, кото- рое не соотносится с ценностями обывателя. Срединный путь — это пространство, в котором обывателю проще и в интеллектуальном отношении безопасней слиться с уте- шительными заблуждениями общества. Но взамен средин- ный путь Конфуция требует, чтобы человек стал роботом. Классический же даос преклоняет колени перед вооружен- ными богами и просит помощи в жесточайшей битве за обретение своего пути — пути, даже не пересекающегося с конфуцианским.
    ГЛАВА 4
    Принципы Дао
   
    Быть в гармонии с людьми — это музыка человека, быть в гармо- нии с Богом — это музыка Бога.
   
    Мудрость Лао-цзы, 196
   
    Бриллиант Дао
    Главный даосский текст «Лао дэ цзин» — одна из самых чи- таемых и переводимых книг всех времен и народов. Одна- ко большая часть переводов, к сожалению, не подпадает под определение добросовестного философского труда, задача которого — прояснить видение реальности для читателя и одновременно объяснить, как надо действовать в пределах этой земной жизни. Такие «неработающие» переводы явля- ются естественным следствием ограниченности переводчи- ков. Все без исключения западные переводчики и толкователи «Лао дэ цзина» — одаренные лингвисты, не разбирающиеся в философии. Представьте себе, каково врачу-профессионалу
    читать медицинский труд в переводе ученого-лингвиста, ни- чего не смыслящего в медицине. Слова могут быть переданы правильно, но функциональность текста будет сужена из-за нехватки медицинских познаний у переводчика. В резуль- тате, как минимум, будут упущены важные нюансы, а воз- можно, в текст вкрадутся и явные ошибки. Философским текстам, для которых еще большую роль играют нюансы и оттенки значений, требуется специалист, который умеет обе- спечить и лингвистическую точность перевода, и практиче- скую понятность толкования.
    Тот, кто всерьез изучает философию, чтобы сделать яснее свою картину мира и выработать реалистические, действен- ные принципы жизни, должен подвергнуть любую фило- софскую систему, включая и даосизм, двухэтапному тести- рованию. Первый этап: проверить, связаны ли идеи данной системы логической последовательностью при переходе от одного принципа к другому (иными словами, должна суще- ствовать логическая связность между всеми частями систе- мы). Второй этап: удостовериться, что принципы изучаемой философии приложимы к реальному миру и позволяют по- лучить последовательные, поддающиеся проверке результа- ты; ее доктрины должны отражать видимую реальность, а не существовать внутри умозрительных построений. Обосно- ванная философская система для подтверждения своей ис- тинности должна пройти оба этапа тестирования.
    Вот вам пример неверного толкования начальных глав «Аао дэ цзина» : природа объявляется прекрасной и доброй; человек, следовательно, должен подражать природе, придерживаясь па- цифистского мировоззрения. Такое толкование не проходит упомянутой выше проверки по обоим пунктам. Во-первых, оно внутренне противоречиво, поскольку последующие главы
    книги Лао-цзы явственно показывают, что природа не добра. Во-вторых, лейтмотив истории человечества состоит в том, что человечеству присуща жестокость, как и животному миру, где выживает только сильнейший. Не существует поддаю- щихся проверке свидетельств тому, что идеи, базирующиеся на пасторальном взгляде на природу, действенны в реальном мире. Итак, данное неверное толкование «Аао дэ цзина» ухо- дит слишком далеко от подлинного даосизма.
    Откуда же берется столько неправильных интерпрета- ций «Аао дэ цзина»? Почему на почве философии, цель кото- рой — уменьшить заблуждения и путаницу в умах, как гри- бы, вырастают несметные ложные толкования?
    Безусловно, одним из источников путаницы является тот факт, что Лао-цзы решил написать «Аао дэ цзин» на «книжном» китайском языке, или вэньяне. В те времена навыками чтения и письма в Китае владело около одного процента населения: священнослужители, горожане, принадлежавшие к высшим классам, и аристократия. Прекрасная поэтическая форма, ко- торую выбрал Лао-цзы, и его утонченный язык предназнача- лись исключительно для китайских аристократов и жрецов. Разговорный язык знати очень сильно отличался от того, на котором говорило простонародье; аристократы могли беседо- вать между собой, не опасаясь, что простолюдины поймут их. Такой языковой барьер создал дополнительные возможности для неправильных толкований по мере того, как идеи Лао-цзы распространялись по различным каналам связи в обществе.
    Но мало того, что языковой формат сыграл роль преграды аля понимания, — Лао-цзы еще и умышленно скрыл в тексте его смыслы! Линь Ютан в своей книге «Мудрость Лао-цзы», содержащей превосходный перевод «Аао дэ цзина», назвал Лао-цзы «первым идеологом маскировки». Линь Ютан имел
    в виду, что Лао-цзы не только предназначил свою книгу для духовных лиц и знати, но также позаботился о том, чтобы «Aoo дэ цзин» мог понять лишь тот, кто способен расшифро- вать и постичь смыслы, заложенные в его стихи автором.
    Лао-цзы замаскировал свои идеи и размышления в самом тексте. Но почему?
    Чтобы ответить на этот вопрос, можно обратиться к побуж- дениям, которыми руководствовался Леонардо да Винчи, вели- кий философ и мыслитель Запада. Он намного обогнал свое время, так что у него были основания скрыть свои научные теории, мысли и философские идеи. Например, его рукописи научного содержания представляют собой тексты в зеркальном отражении, чтобы случайный читатель не смог расшифровать написанное. Он поступал так, опасаясь, что невежественный народ неправильно истолкует или разворует его идеи.
    Возможно, и Лао-цзы думал, что, если он откроет для на- рода свои наблюдения, теории и представления, это повлечет опасные последствия. Стадо никогда по-настоящему не по- стигнет мудрость, заключенную в философии, и может ис- пользовать свои ложные толкования во вред человечеству. Эти великие люди, Леонардо и Лао-цзы, чувствовали себя ответственными за свои смелые идеи и опасались, что, когда невежественный народ откроет ящик Пандоры, на волю вы- рвется пожар хаоса.
    Из-за того что Лао-цзы прибег к маскировке, тому, кто всерьез изучает Дао, нужен надежный маяк, чтобы дерО жать курс по тексту и открывать его подлинные значения. Он нуждается в опеке наставника-даоса. Только при таком обучении и руководстве он способен по-настоящему понять, что же имел в виду Лао-цзы. Чжуан-цзы указывает, что не- возможно учиться только по книге:
    I
   
    Книги — это только слова, а слова, конечно же, имеют цену. Но цена слов — в значении, которое за словами.
   
    Мудрость Лао-цзы, 257
    Невозможно научиться ничему, что может иметь значи- тельные последствия, лишь путем чтения книг. Представьте себе любую серьезную работу или занятие. Вы захотите лететь на самолете, за штурвалом которого будет пилот, научивший- ся своему делу только из книг? Вы согласитесь лечь под скаль- пель хирурга, который овладел техникой своей работы исклю- чительно путем штудирования учебника по медицине?
    Книжное обучение ставит очень жесткие ограничения, так как даже самая лучшая книга не может ответить на все вопросы ученика. Чтобы сделать мышление ученика ясным, требуется общение с опытным и знающим руководителем. Не умея полностью войти в излагаемый материал, ученик должен угадывать ответы на вопросы, которые то и дело воз- никают в процессе обучения. А в таком нелегком и серьез- ном деле, как прояснение картины мира, полагаться только на книгу, конечно же, опасно. Если же начать угадывать, что хотел сказать Лао-цзы, то неизбежно и неправильное пони- мание, и неправильное использование прочитанного.
    Как же изучающему Aao использовать «Аао дэ цзин», учи- тывая ограничения, которые накладывает обучение по кни- гам, и трудности расшифровки того, что скрыл Лао-цзы? Красивые стихи Лао-цзы насыщены аллегориями и метафо- рами, говорящими нам о жизни, природе и Боге. Однако вся эта информация является сокровенной. При поверхностном взгляде кажется, что эти стихи написаны без какой-либо ре- вльной цели.
    К счастью, по сути своей «Аао дэ цзин» является практи- ческим руководством для понимания реальности и приме- нения полученных знаний себе на пользу. Если продолжить нашу аналогию с изучением летного дела, то можно сказать, что учебные пособия для начинающего летчика являются ценным руководством, в котором содержится множество фактов, методик и предостережений. Даже опытные летчики хранят свои «руководства по летной эксплуатации» и перио- дически обращаются к ним. Подобным же образом и «Асю дэ цзин» является книгой, содержащей напоминания и преду- преждения, помогающие нам в нашем странствии пр жизни.
    Объясняя, как использовать «Aao дэ цзин», уместно будет привести сравнение с бриллиантом, сверкающим множе- ством граней. Каждая грань отшлифована как ровная, четкая плоскость, соединяющаяся с другими гранями под абсолют- но симметричными углами. Безупречная огранка и взаимная связь граней преображают неоформленный камень в дра- гопенный. Если взять его в ладонь, он заиграет всем мно- жеством цветов радуги. Так же и «Аао дэ цзин». Каждая его часть подобна грани бриллианта. Каждая часть сопрягается с другой, образуя структуру, отражающую вселенскую премуд- рость. Подобно тому как бриллиант отражает свет солнца и луны, «Аао дэ цзин» отражает видимые и невидимые таинства жизни. Но для того, чтобы понять, как Дао отражается в граО нях этого бриллианта, ученику нужен учитель, который про- льет свет на тайны великой книги.
    Придя к пониманию аллегории «бриллианта Дао», мы мо- жем рассматривать философию Лао-цзы как единую, убеди- тельную систему, а не случайное собрание интересных идей. По сути своей, Дао походит на бриллиант, цельность которого состоит из граней различного размера, формы и углов, подо
    бранных таким образом, чтобы блеск был максимален. Дао — это система, благодаря которой мы можем понять, каким образом все явления (видимые и невидимые) связаны друг с другом в прошлом, настоящем и будущем. Роль наставника состоит именно в том, чтобы повертеть этот бриллиант перед глазами ученика, демонстрируя все его грани и объясняя их сопряжение. Без такого руководства мы рискуем пропустить поворот под таким углом, который покажет нам изумительное сверкание и вспышку цветов внутри бриллианта.
    Каждая грань бриллианта Дао представляет собой от- дельный философский принцип. Каждый принцип, подобно грани бриллианта, связан с другими принципами, которые, сочетаясь друг с другом, складываются в изысканную и бли- стательную философскую систему C каждым новым поворо- том бриллианта Дао учитель показывает новую точку зрения на его принципы, давая ученику возможность рассматривать отдельные грани в их взаимосвязи. Превосходная система Лао-цзы помогает нам исполнить нашу духовную миссию и сделать ясным наше видение мира с помощью сверкающей сердцевины бриллианта Дао.
   
    Принципы классического даосизма
   
    Владеющий моим Дао будет царевичем в этой жиз- ни и царем в грядущей.
   
    Мудрость Лао-цзы, 240
    Целью каждой серьезной философской системы являет- 01 предоставление практических преимуществ тем, кто ее
    практикует. В противном случае это всего лишь интеллекту- альная гимнастика, проделываемая для развлечения. Ученик- даос обретает такие практические преимущества, овладевая небольшим числом базовых принципов, поскольку фило- софская система даосизма в целом состоит всего лишь из не- большого числа взаимопересекающихся доктрин, которые, при всей их простоте, в высшей степени практичны. Эти принципы настолько действенны, что применяются во мно- гих сферах жизни китайцев: в философии, религии, медици- не, в науках и искусствах, в политике и боевых искусствах. Современные западные ученые постепенно признают, что даосские принципы (применяемые во множестве областей, таких, например, как нетрадиционная медицина) обладают солидными преимуществами; поэтому ими начинают руко- водствоваться американские и европейские практикующие.
    Чтобы усвоить основы Дао, прежде всего необходимо знать, что существует две ветви даосизма, предлагающие очень разные интерпретации учения Лао-цзы: даосизм классический и даосизм народный. Полезно понимать, что эти два течения порою провозглашают несовместимые идеи, так как ученик- даос, возможно, прочтет различные или даже взаимоисключа- юшие толкования одного и того же пассажа из «Лао дэ цзина».
    Классический даосизм, предмет рассмотрения нашей кни- ги, предполагает, что человек понимает принципы Дао, на- блюдая его проявления (дэ) в наглядной модели — в приро- де. Руководствуясь бытием природы, классический даосизм обрисовывает принципы, помогающие человеку выдержать каждодневные сражения, предлагаемые жизнью. Далее клас- сический даосизм, который, как и всякая другая религия, ставит своей целью укрепление связи между человеком и высшими силами или божествами, предлагает для этого про
    стые, практические способы. Принципы классического дао- сизма просты, ясны и последовательны.
    Народный же даосизм представляет собой выхолощенную версию учения ЛаоОцзы, поскольку основой своей полагает мистический (или неизвестный) источник Дао. Сторонник классического даосизма ищет понимания, наблюдая за жиз- нью природы, тогда как последователь народной версии соО средоточивается на экзотических церемониях и ритуалах для просветления. Канонические правила народного даосизма предоставляют нам описания долгих церемоний, нарушаюО щих истинно даосское правило: общение с высшими силами должно быть простым.
    Народный даосизм, как и все народные религии, создает общественные институты, которые имеют мало общего с ис- тинным просветлением; они, скорее, сосредоточены на рас- ширении сферы своего влияния и умножении своего богатО ства. В этом отношении народный даосизм не отличается от христианства — религии, организации которой сосредото- чили в своих руках несметные богатства и огромную власть, прикрываясь миссией спасения и служения бедным. Разумеет- ся, народный даосизм гораздо меньше распространен, неже- ли христианство. Однако следует подчеркнуть, что народный даосизм, в отличие от других религий, все же предоставляет своим последователям небольшое преимущество: он честно рисует жизнь как борьбу, а не выдуманный мир, в котором ожидает своего осуществления некая универсальная любовь.
    Однако лишь классический даосизм обеспечивает про- светление, открывая тем, кто его изучает, базовые принципы Лао. Это происходит путем объяснения, каким образом про- явления его доктрин в реальном мире служат практическим руководством на жизненном пути. Мудрый Лао-цзы предви
    дел, что даже его излюбленное Дао станет жертвой челове- ческой склонности создавать неэффективные (но привлека- тельные) народные версии учений, поэтому предупреждал:
   
    Предзнаменования — это цветение Дао и источник глупости. Поэтому благородный муж пребывает в тя- желом (в основании), а не в оскудевающем (в оконО чании). Он пребывает в плоде, а не в цветении (во внешнем выражении).
   
    Мудрость Лао-цзы, 199
   
    Единство
   
    То, что он видел Единым, было Едино, а что он ви- дел не Единым, также было Едино. Там, где он ви- дел единство, сказалась его божественная природа; там, где он видел различия, сказалась природа чело- веческая.
   
    Мудрость Лао-цзы, 45
    Практикующий даос делает свое восприятие мира ясней чеО рез понимание ряда основополагающих принципов, которые регулируют все процессы, происходящие со всем сушим. Используя эти принципы, человек может уменьшить заО блуждения, вызывающие физические и душевные страдания. Центральным для философии даосизма является целостный взгляд на реальность, признающий изначальную двойствен- ность природы. Лао-цзы блистательно объяснил, как рабо- тают силы, движущие миром, и это объяснение начинается с
    признания того факта, что противоположности существуют в любой динамичной системе и что они должны пребывать в равновесии, которое является залогом неразрывного един- ства. В то время как заблуждающийся ставит одну противо- положность выше другой, Лао-цзы подчеркивает, что
   
    лишь воистину разумный понимает этот принцип сведения всего сущего в Единое.
   
    Мудрость Лао-цзы, 2Н
    Противоположности пронизывают все. В ньютоновской физике любое действие вызывает равное и противоположно направленное противодействие; в древних религиях творе- ния добра приводит к появлению зла; при здравом взгляде на жизнь страсть к жизни осознается через принятие смерти. Этот базовый принцип единства и неразрывных противопо- ложностей является одним из самых действенных инстру- ментов, позволяющих даосу понять, что происходит вокруг, и выбрать наилучший образ действия.
   
    Инь и Ян
    Инь и Ян действуют в соответствии друг с другом, вли- ЯЮТ друг на друга и сохраняют друг друга на месте.
   
    Мудрость Лао-цзы, H8
    Принцип Инь-Ян, изображаемый с помощью круглого сим- вола, известен во всем мире уже три тысячи лет. Этот сим- вол носят на браслетах, им украшают одежду и используют в товарных знаках. Тем не менее мало кто может внятно объ
    яснить его значение, основополагающее для лаосской фило- софии.
    Черная и белая части символа Инь-Ян обозначают лиа- метрально противоположные принципы, которыми про- никнуты все явления в нашей Вселенной: например, жизнь и смерть, мужское и женское, горячее и холодное, размыт- ления и отсутствие мыслей, действие и бездействие. Каж- дая часть символа, наполовину белого, наполовину черно- го, представляет собой полную противоположность другой части. Обратите внимание также, что ни черный, ни белый цвет не преобладают в круге, но оба присутствуют в равном соотношении. Подразумевается, что тем самым показыва- ются естественные пропорции нашей Вселенной. Скажем, для процветания жизни на земле необходимы и день, и ночь. Если бы день длился все двадцать четыре часа, планета пере- грелась бы и пересохла, растительный покров почернел бы и погиб. Точно так же и ночь продолжительностью в два- дцать четыре часа привела бы к тому, что вся растительность сгнила. Для гармонии жизни на Земле необходимы и день, и ночь — в приблизительно равном соотношении. И повсюду в природе мы видим враждующие, но при этом дополняю- шие друг друга противоположности. S-образная линия, раз- деляющая черный и белый секторы круга, тоже напоминает нам о непрекрашаюшемся переходе одной противоположО ности в другую. Этот наглядный символ принципа Инь-Ян демонстрирует, каким образом противоположности должны сосуществовать в равновесии, чтобы можно было достичь
    гармонии. В китайской медицине равновесие сил Инь и Ян является важнейшей основой для излечения. Для ученика дао понимание соотношения сил Инь и Ян в его жизни — самое главное, что позволяет понять свой путь. Как утверж- дает Лао-цзы,
   
    Бытие и небытие порождают друг друга, трудное и легкое создают друг друга, длинное и короткое взаимно соотносятся, высокое и низкое взаимно определяются, звуки, сливаясь, приходят в гармонию, предыдущее и последующее следуют друг за другом.
   
    Мудрость Лао-цзы, 47
    Символ Инь-Ян является иллюстрацией еще одной важ- ной философской идеи. Обратите внимание, что белая и черная части круга разделяются очень четкой линией. Такая определенность цвета означает, что ясность необходима дао- су во всех проявлениях его жизни. Серому цвету нет места в символе Инь-Ян!
    Ясность требует, чтобы даос ничего не делал лишь напо- ловину, или, если вспомнить старую поговорку, не пытал- ся усидеть на двух стульях. На пути становления духовной личности необходимо четкое, целенаправленное понимание происходящего, чтобы можно было предпринять соответ- ствующее действие. Нужно насторожиться, когда черное и белое смешиваются.
    К сожалению, заблуждения неминуемо возникнут по мере т°го, как даос будет сталкиваться со все новыми ситуация- mH в ежедневных жизненных битвах. Периоды заблуждений и путаницы в жизни вполне ожидаемы, почти так же, как
    сумерки при переходе дня в ночь. Однако задача даоса — сократить это время сумерек, время заблуждения настолько, насколько это возможно. Если сравнивать с природой, то су- мерки не длятся целый день.
    Представьте, что некто ведет машину и впереди вдруг появляется полоса тумана. Обзор затруднен, вождение вне- запно становится опасным. Водитель должен проехать через туман как можно скорее, проявляя максимальную бдитель- ность и осторожность. Водителю в тумане неспокойно, и ему хочется одного: чтобы туман поскорее кончился. Подобным же образом, для человека, который преодолевает смутный период в своей жизни, важно искать ясности и не упиваться двусмысленными ситуациями.
    Заблуждение по сердцу многим людям, гоняющимся за туманом. Они боятся принимать решения, поскольку это влечет ответственность за свои действия. Аля таких людей граница между Инь и Ян размыта, и они пребывают в безО действии, когда наступает опасное время. Цель человека дуО ховного как раз и состоит в том, чтобы добиться ясности, не приемля срединного пути.
    Столь же важно для даоса и различение ясности и чисто- ты. Ясный взгляд на мир и решимость в жизненном стран- ствии не должны основываться на нереалистических ожи- даниях чистоты. Тщетность поисков абсолютной чистоты показана маленькой белой точкой на черном поле и малень- кой черной точкой на белом поле в круге Инь-Ян.
    Например, нетрудно отличить день от ночи, однако и но- чью не наступает полной темноты — остается еше какой-то свет, льющийся от луны и звезд. Так же и художник, сведу- щий в тонкостях мастерства, рисуя лист, смешает с зеленой краской немного коричневой и желтой, чтобы получить
    живое, правдоподобное изображение листа; а вот ребенок, рисуя такой же лист, сделает его чисто зеленым, так что он будет казаться неестественным и поддельным.
    Даос понимает, что соединение противоположностей не- обходимо для нормального функционирования практически всего, что есть на свете. Профессиональный спортсмен знает, что мышечная масса нарастает только тогда, когда интенсив- ные тренировки чередуются с периодами отдыха — в про- тивном случае избыточное физическое напряжение выльется в ослабление мускулатуры. Профессиональный военный раз- рабатывает стратегию и тактику для смелой атаки, но также знает, как прятаться и укрываться. Лао-цзы обращал внима- ние на присутствие хотя бы малой части противоположно- стей во всем, напоминая, что мужская составляющая любого явления должна «включать женскую». Разумеется, естествен- ный путь стремится не к чистоте, далекой от реальности, но скорее к сочетанию противоположностей.
    Признавая духовный путь и следуя ему, даос тем самым принимает и ту важную задачу, которую ставит перед ним жизнь. Ясность требует постоянной бдительности и уси- лий. «Компромиссных путей» быть не может. Человек, вы- бравший Дао, понимает, что обучение основам и нюансам какой-либо профессии требует глубокой преданности. Для даоса не должно существовать такого понятия, как напо- ловину обученный профессионал. Человек либо постигает свою профессию, либо не говорит о профессионализме. Среднего не дано. Даос в своей профессии — это здраво- мыслящий человек, который берет на себя и исполняет чет- кие обязательства.
    Религиозные верования должны быть ясными и недву- 0мысленными. Многие люди относятся к религии как к ми
    лому пустячку, плохо понимая последствия своих верований. Если попросить среднего американца объяснить, какова его религия, в ответ вы получите разрозненное собрание докО трин, основанных на вере, безо всякой обоснованной связи с реальным миром. Подобного быть не должно. Религиозные верования должны быть ясными и корениться в реальности, поскольку путанице и заблуждениям нет места в таком деле,
    Жизнь и смерть
   
    Все в мире живет, и умирает, и изменяет свою форО му, не ведая о корне, от которого все произошло.
   
    Мудрость Лао-цзы, 68
    Феномен жизни исследуют через понимание Инь и Ян. Смерть — это все то, что вокруг нас. Страх смерти — один из самых основных и извечных страхов. Человек видит, как смерть уносит его близких и друзей, которые умирают от 60О лезней, несчастных случаев, от старости. Телеканал «Нэшнл джиогрэфик» показывает, как животные погибают мучитель- ной насильственной смертью в когтях хищников. Как воз- можно справиться с таким всепроникающим и безграничным ужасом? Как может ученик Лао использовать принцип Инь- Ян, чтобы лучше понять эту неотъемлемую часть природы?
    Лаосский взгляд на жизнь через призму Инь-Ян начинаетО ся с признания того факта, что жизнь — это круг, где вилиОО мая часть — бытие, а его невидимое дополнение — смерть. Мы можем видеть и ощущать лишь видимую часть круга жизни-смерти и принуждены гадать о том, какая судьба ждет
    как прояснение картины мира.
    нашу невидимую составляющую, когда физическое тело пе- рестанет выполнять свои функции. Куда отправляется неви- димая часть нашего существа, называемая душой, когда мы умираем?
    Чтобы ответить на такие вопросы, мы должны прибег- нуть к даосскому принципу противоположностей Инь и Ян. Тревожиться о жизни после смерти столь же нелогично, как и волноваться о том, что было первично до нашего рожде- ния. Известно ли нам, что первым появилось в этом мире: наше тело, душа или дух? Мы видим лишь физическое про- явление человека, появляющееся из материнской утробы, но откуда-то же, если подумать, берется и его душа! Но вот от- куда? И есть ли у человеческих душ предыдущий опыт, кото- рый присутствует в новых воплощениях?
   
    Разорви ее связи, сбрось с нее оболочку из кожи — и куда пойдет душа человека, сжимаясь, и куда вслед за ней пойдет тело? Может быть, пустится в долгий путь домой?
   
    Мудрость Лао-цзы, 237
    К сожалению, для смертных на эти вопросы ответа нет. Мы приходим из тьмы космоса — тьмы, непроницаемой для на- ших глаз. Мы можем лишь понять, что являемся из ниоткуда и возвращаемся к нашему неведомому истоку после смерти. Все остальное — тайна. Нам не дано знать что-то сверх того. И все же одно такое осознание имеет большое значение, посколь- ку заставляет нас признать, что мы всего лишь гости на этой Земле. Может статься, что видимая часть нашего цикла, чере- дующего жизнь и смерть, лучше или хуже невидимой. Учится ли душа чему-то с каждым своим приходом? Мы пришли из
    небытия и возвращаемся в его объятия. Чжуан-цзы побуждает нас найти поддержку в таком взгляде на вещи:
   
    Родиться в человеческом облике — для нас уже счастье. Насколько же большее счастье знать, что то, что имеет облик человеческий, претерпит бесО численные и бесконечные превращения! Поэтому Мудрец радуется тому, что никогда не теряется, но вечно сохраняется.
   
    Мудрость Лао-цзы, 98
    « е
   
    Принцип «от противного"
   
    Когда нечто достигает предела, оно обращается вспять; когда достигнут конец, возникает новое на- чало.
   
    Мудрость Лао-цзы, И8
    В том, каким образом противоположности уравновешивают любое явление, заключается еще один практический прин- цип Инь и Ян. Понимание этого дает даосу важный инстру- мент при совершении жизненных выборов и в продвижении по духовному пути.
    Во многих случаях нас ставят перед непростым решени- ем, требующим выбора из многих вариантов. Нередко такой выбор жизненно важен, но нам все равно трудно внятно обо- значить, чего мы, собственно, хотим. Столкнувшись с такой ситуацией нелегкого выбора, практикующий даос, чтобы по- лучить ответ, обращается к принципу «от противного».
    У человеческой природы есть одна характерная особен- ность: умение описать то, что нежелательно. Четко обозна- чив возможные нежелательные последствия решений, проще распознать желательный выбор. Процесс осознания негатив- ной, или черной стороны выбора приводит нас к желаемой, или белой стороне.
    Принцип «от противного» можно применить по отноше- нию к большинству основных вопросов, таких, например, как «Чего вы хотите от жизни?». Неупорядоченность сознания и за- блуждения, в которых пребывает основная масса людей, делают их неспособными ответить на этот главный вопрос. В каком- то смысле это неудивительно: на такой вопрос, относящийся к сфере духовного, трудно ответить без учителя, чьей мудро- стыо можно руководствоваться себе в помощь. Однако мы сможем сформулировать свой собственный ответ, если будем использовать принцип «от противного». Мы начнем с изуче- ния противоположной части проблемы: чего мы не хотим от жизни? Ответить на этот вопрос несложно. Большинство лю- дей сказали бы, что не хотят быть бедными, несчастными или больными. Такой ответ предполагает, что мы желаем получить противоположное перечисленному: достаточное количество денег, хорошее здоровье, счастье. Так мы получим ответ на во- прос, ставящий нас в тупик. Принцип «от противного» сужает поле выбора и позволяет яснее увидеть цель.
    Такое явление, как размышление от противного — от Инь к Ян и от Ян к Инь, — приводит нас к целостности. Все вещи воспринимаются как единое целое, как часть одного и того же коловращения — жизни и смерти, жары и холода. Aao — это бриллиант, различные грани которого мы рас- сматриваем. Осмысление целостности порождает гармонию, позволяя нам увидеть жизнь как бесконечный, непрерывный
    цикл. Таково естественное проявление, или дэ, высших сил. Таков принцип, который в конечном счете ведет к соедине- нию возможного и невозможного, мечты и реальности.
    Недеяние
   
    Потому-то совершенный человек, истинно мудрый, не совершает деяний. И в этом он подражает Все- ленной.
   
    Мудрость Лао-цзы, 68
    Один из важнейших принципов даосизма — принцип «не- деяния», или увэй. К сожалению, истинное значение термина увэй передавалось неверно на протяжении тысячелетий, из- за чего возникла невероятная путаница и многочисленные заблуждения. Источником этой путаницы является одна из самых известных строф Лао-цзы, в которой он вводит поня- тие увэй и описывает его. В большей части переводов «Аао дэ цзина» вэй переводится как «действие», «деяние», а увэй — как «бездействие», «недеяние». Однако более точен перевод Линь Ютана, который перевел вэй как «вмешательство», а увэй — как «невмешательство». Получается, при правильном прочтении даосское «недеяние» — это на самом деле невме- шательство (не в свое дело).
    Неверное толкование недеяния касается не только зна- чения слова — оно имеет важные последствия для того, кто практикует даосизм. Воспринимая неверный принцип, сби- тый с толку человек одновременно воспринимает и непра- вильный взгляд на мир. В результате он и ведет себя непра- вильно, решая сложные задачи, которые ставит перед ним
    жизнь. Еще печальней то, что этот неверный перевод из Aao- цзы как раз более всего привлекает большинство людей. По их мнению, когда Лао-цзы пишет: «Недеянием совершается все» (Мудрость Лао-цзы, 229), он обещает им, что все в их жизни будет замечательно, если они в буквальном смысле будут из- бегать любого действия. Рядового обывателя это успокаивает, поскольку устраняет необходимость бороться за что бы то ни было. В представлении масс принцип недеяния, предложен- ный Лао-цзы, служит для оправдания ухода от конфликтов. В их спутанной картине мира (которая поддерживается про- пагандой общественных и религиозных институтов) складыва- ется представление, что любое взаимодействие между людьми может обойтись рациональным дискурсом и пассивностью. Действие просто-таки притягивает нежелательные противо- речия. Это абсурдное толкование обладает мощной привлека- тельностью: не действуй, ибо действие создает проблемы.
    Кроме того, для слабых людей недеяние — это способ уклониться от ответственности. В этом случае толкование призыва «пребывать в недеянии» философски расширяется, чтобы возложить ответственность за то, что происходит, на других: на людей, внешние силы, естественные события, 60- гов и обстоятельства. Короче говоря, на что угодно и кого угодно, только бы не на себя.
    Последствия такого представления проявляются не сразу. Ленивый, трусливый и неудачливый человек снимает с себя ответственность, подтверждая лишний раз слабость человече- ской природы. В таком состоянии заблуждения и смуты муж- мине не нужно быть по-мужски ответственным. Женщине не нужно брать на себя женскую ответственность. Такая утрата личной ответственности приводит к утрате природного нача- ла, которое для даосов является образцом реальности. Сле
    дуя по жизненному пути, нам в конечном счете приходится давать отчет за все, что мы решили совершить и от чего от- казались. Эта идея в даосизме настолько важна, что на про- тяжении тысячелетий входы в классические даосские храмы украшала надпись: «Каждый сам отвечает за свои деяния».
    Слова малоценны, ценны действия. Глупец, следующий пути недеяния, выбирает для себя веру в слова, которые пу- сты перед лицом реальности. Заблуждающийся человек, пря- чущийся за таким ложным толкованием, подтверждает по- верхностность человеческой природы.
    Искаженное толкование принципа недеяния примечатель- но тем, что его невозможно приложить ни к чему в реальном мире. Как может целая философская система строиться во- круг того, что, в сущности, означает: просто сиди, а все во- круг сделается само собой? Как можно воспринимать всерьез такую идиотскую идею? Ни один человек в здравом уме не со- гласится с тем, что пища, деньги, кров и дружеские отноше- ния с людьми волшебным образом явятся через бездействие. Напротив, требуется активно действовать, чтобы оплатить счета, поддерживать себя в хорошей форме, давать счастье тем, кого мы любим, и противостоять непрошеным гостям в своем доме. Или, если обратиться к природе как к образцу, представьте себе газель, которая, заметив крадущегося льва, безмятежно лежит себе на травке. Можно ли ожидать, что та- кая газель проживет долгую жизнь и принесет потомство?
    Такое ложное толкование понятия недеяния является изо- бретением умственно отсталых интеллектуалов и попов, ко- торых жизнь никогда не вынуждала идти на риск. Упиваясь своим самолюбованием, они представляют собой образцо- вых неудачников, которые самодовольно и свысока смотрят на тех, для кого жизнь — сражение, выражающееся через
    действие. Такие люди иногда выигрывают, иногда проигрыО вают, но, по крайней мере, действуют в пределах отпущен- ных им способностей.
    Отдавая предпочтение беспрестанному бездействию, сби- тый с толку и заблуждающийся человек тем самым выключа- ет себя из круговорота жизни. Даосизм рассматривает жизнь как цикл развития в движении, колесо, вращение которого несет постоянные изменения и для которого требуется энер- гия. Тот, кто осваивает бездействие, защищает отсутствие движения, перемен и энергии. И, выброшенный на обочи- ну жизни, бездействующий человек не может ожидать, что его философия принесет ему какую-либо пользу. Напротив, он может ожидать лишь трудностей и неудач. Неподвижная вода становится стоячей. Застой крови вызывает гангрену. Неопрятное животное нездорово.
    Общество относится к праздным людям как к вечно за- нятым лодырям и как к существам, которым не даются че- ловеческие отношения. Деньги окажутся недоступны для бездействующего. Коротко говоря, поборник недеяния- бездействия, гордо отойдя на обочину жизни, обрекает себя на духовное и физическое самоубийство. Его видение мира абсолютно не стыкуется с реальностью. У Линь Ютана это хорошо показано:
   
    И совершенно ясно, что, живя в мире среди людей, невозможно полностью воздерживаться от деятель- ности, поэтому в конце концов выбираешь позицию умеренной пассивности и исполненного терпимо- сти спокойствия как самый мудрый образ жизни.
   
    Мудрость Лао-цзы, 194
    Изучающий Дао рассматривает обе стороны любого явле- ния, чтобы узнать его истинное значение и сферу применения. Такое рассмотрение противоположностей является одной из важнейших теорий, проистекающих из принципа Инь-Ян. Как показывает нам схема Инь-Ян, природный круг требует, чтобы противоположности взаимодействовали для равновесия и гар- монии: день и ночь, жизнь и смерть, лето и зима. Это чередо- вание, называемое принципом единства противоположностей, можно применить, чтобы узнать, как по-настоящему исполь- зовать недеяние. Следовательно, мы должны рассмотреть вза- имосвязь деяния и недеяния, чтобы определить основной во- прос относительно недеяния: каким образом мир, спокойствие и безмятежность, заключенные в недеянии, соотносятся с уси- лием, движением и борьбой, которые содержатся в деянии?
    Феномен пружины
   
    Когда он спокоен, его характер иньский; когда дей- ствует, его энергия янская.
    Мудрость Лао-цзы, 273
    Представьте себе пружину в состоянии покоя и неподвижно- ста. Ее потенциальная энергия сохраняется, когда она сжата. И только тогда, когда пружина растягивается, ее потенциалы ная энергия превращается в движение. По существу, энергия пружины сохраняется, когда пружина неподвижна и сжата, до того момента, когда к ней прибегают, чтобы высвободить ее силу. Полезность пружины определяется силой ее движе- ния, которое не может существовать без состояния покоя при сжатии. В развернутой пружине не содержится никакой
    силы, никакой потенциальной энергии. Если попытаться вы- звать ее движение, ничего не получится, так как вся энергия пружины потрачена. Этот пример служит аналогией одному из важнейших принципов даосизма.
    Если применить принцип пружины к трудным задачам, которые ставит перед нами жизнь, следует помнить, что цель человека духовного — ясно видеть мир и действовать в пределах своих ограничений, чтобы жить более счастли- вой и здоровой жизнью. Далее, даос осознает, что человек внезапно смертен, и поэтому он должен каждый день жить так, как если бы этот день был у него последним. Это, в свою очередь, означает, что даос ставит перед собой задачу устроить себе такой распорядок дня, который был бы удобен и приятен. Создавая такой образ жизни, который приносит покой и благополучие, даос находит свое место в мире. Даос, выстраивающий удобный распорядок дня, по существу, пре- успел в достижении гармонии с окружающим миром.
    Хотя создание удобного распорядка дня выглядит как разумная и скромная цель, на самом деле оно требует огромных усилий и рвения. Нелегкая задача — получить все необходимое для жизни, общаться с людьми вокруг, поддерживать свое тело здоровым и выкраивать немного времени для досуга. Для ее решения потребуются все прин- ципы даосизма, чтобы ясно понять, как правильно рас- пределить свое время и найти нужные компромиссы для достижения благополучия. Потребуются правильные ожи- Дания и понимание своих ограничений. Как сберечь свои силы, занимаясь тем, что не способствует достижению же- лаемого результата? Эта задача становится беспрестанным испытанием для даоса. Ясно мыслящий даос понимает, что ему нужно для того, чтобы достичь удобной повседневной
    жизни. Его не выводят из равновесия внешние воздействия, и он не тратит ни толики своей драгоценной энергии на посторонние дела, мешающие устройству его спокойного существования. Он подобен сжатой пружине, наполненной потенциальной энергией. И, как пружина, он растягивается и тратит свою энергию только на такие усилия, которые не- посредственно способствуют идеальному распорядку дня.
    К сожалению, большинство людей теряется, когда про- сишь их описать, как они представляют себе распорядок идеального дня, без работы или семейных обязанностей. Увы, это свидетельствует о печальном состоянии современ- ного человечества. Такие люди — погибшие души, связан- ные по рукам и ногам путами общественного соглашения. Их жизнь — воплощение рутины ходячих покойников. Они тратят свои силы на глупости, провозглашенные обществом, не оставляя себе ничего, что питало бы страсть к жизни. Для таких людей даосизм не предлагает никакого утешения, они — обреченные массы, растрачивающие свои силы и об- лекающиеся в шоры на жизненном пути.
    невмешателЬство
   
    Он реагирует только тогда, когда его побуждают к этому, действует только тогда, когда его принужда- ют к этому, и вклад ывает все свои силы в действие только тогда, когда иначе нельзя.
   
    Мудрость Лао-цзы, 273
    Если, как мы видели, принцип пружины побуждает даоса бе- речь силы, то когда же нужно их тратить? Отвечая на этот
    вопрос, мы должны вникнуть в самый глубинный философ- с кий смысл термина увэй. Ответ, как обычно и бывает в дао- сизме, одновременно и прост, и глубок: действие необходимо всякий раз, когда какая-либо сила выбивает человека Дао из привычного распорядка.
    Вмешательство внешних факторов в повседневную жизнь даоса заставляет его прилагать концентрированные усилия, чтобы поддержать свой распорядок. Поддержание благотвор- ного распорядка требует постоянных нововведений, творче- ского подхода и здоровой агрессивности. Важно то, что даос может противостоять вмешательству, поскольку энергия его не растрачена. Именно недеяние дает даосу силу противодей- ствовать вмешательству, когда он стремится к благополучию.
    Принцип увэй как невмешательство — это способ до- стижения гармонии в жизни. Он учит даоса действовать только тогда, когда внешний мир становится помехой тому распорядку, который для него желателен. Получает- ся, что даос следует по жизненному пути без внутреннего напряжения, но бдительно прислушиваясь к суете вокруг. И только тогда, когда что-то внезапно окажется перед ним, преграждая путь, он начинает действовать. C другой сто- роны, у даоса нет ни малейшего желания мешать другим, когда они идут по своим собственным, пусть даже кривым и тупиковым, дорожкам. Увэй учит нас жить самим и давать жить другим — до тех пор, пока чье-либо вмешательство не потребует корректирующего действия. Афоризм Лао- пзы, который переводят как «Недеянием свершается всё», правильно должен был бы звучать так: «Не вмешивайся в чужие дела — и ты достигнешь всего». Принцип «недея- ния» на самом деле представляет собой принцип невмеша- тельства не в свое дело.
    Вмешательство в привычный распорядок человека быва- ет двояким: физическим и ментальным. Вмешательство на физическом уровне может быть непосредственным и гру- бым — как, например, нападение преступника с ножом, или постепенным и коварным — как, например, поражение иммунной системы человека инфекционным заболеванием. Даос с ясным мышлением должен быть готов к таким фор- мам вмешательства, занимаясь боевыми искусствами и под- держивая. здоровье своего тела с помощью упражнений и диеты. В обоих случаях мы имеем дело с определенной, не- двусмысленной помехой на жизненном пути человека и с адекватной, недвусмысленной ответной мерой.
    Однако с точки зрения ментального вмешательства тер- мин увэй требует более подробных пояснений, поскольку по- добное вмешательство менее заметно и не столь очевидно.
    Человеку трудно понять, каков его верный путь, посколь- ку его изначальная природа утрачена. Это явление возникло не сегодня. Лао-цзы жаловался на утрату изначальной чело- веческой природы две с половиной тысячи лет тому назад. Согласно объяснениям Лао-цзы, механизм этой потери за- ключается в ложных ценностях, распространяемых сильны- ми мира сего. Точнее говоря, эти ложные ценности состояли в непрерывной погоне за деньгами, славой и властью среди большинства представителей элиты: политических лидеров, духовенства, богачей, знаменитостей и всех прочих, кто счи- тался в обществе уважаемыми людьми.
    В сегодняшнем западном обществе огромное значение придается таким ценностям, как работа и обладание соб- ственностью. Для даоса работа является средством дости- жения хорошей жизни — только и всего! Пока с вашей профессиональной честью все в порядке, нужно ясно от
    давать себе отчет в том, что работа — это работа, а не род развлечения. Работа — это способ заработать деньги, даю- шие человеку возможность устроить себе идеальный рас- порядок дня. Поскольку важнее всего — время, существует некое соперничество между временем, которое тратится на работу, и временем, когда мы можем радоваться жиз- ни. Отпуск становится для западного человека главным, вожделенным событием года (притом, что у американцев он составляет всего две недели в году), поскольку их повсе- дневная жизнь представляет собой сплошной хаос. Уйти в отпуск — это все равно что ненадолго освободиться из тюрьмы. Но эту тенденцию Чжуан-цзы наблюдал и в Древ- нем Китае:
   
    Простые люди приносят свою жизнь в жертву вы- годе; ученые жертвуют своей жизнью ради славы; знать — ради своих семей... У людей бывают раз- ные занятия и разная репутация, но все они схо- жи в том, как страдание поражает их изначальную природу.
   
    Мудрость Лао-цзы, 91 - 92
    Чрезмерная озабоченность западного человека рабо- той — симптом глубоко скрытой душевной болезни. Посто- янные метания с целью соответствовать требованиям работы и запросам семьи оставляют замученному американцу или европейцу очень мало времени на размышление и созерца- ние. Невозможность «просто сесть и подумать» означает до- бровольное оболванивание. Бесконечная погоня за деньгами позволяет избежать размышлений о жизненном пути. Работа становится видом наркотика. Другая ловушка, которая запад
    ному человеку кажется привлекательной, — нескончаемое потребление (построить лом еще больше, купить машину еще дороже). Если ему повышают зарплату, он, вместо того чтобы пустить ее на покупку времени, берет еще больший ипотечный кредит.
    Человек духовный знает, что работа нужна для достиже- ния удобного распорядка. Деньги, стало быть, — это необ- ходимость, но не цель. Человек Дао понимает, что его дело неизбежно отразится на его распорядке, и поэтому с ним нужно умело управляться.
    Хотя нескончаемая погоня за материальным богатством служит очевидным источником помех на жизненном пути, Лао-цзы предупреждает об угрозе еще более серьезной: о не- ловечности и справедливости.
   
    Чело&ечностЬ и справедливость
   
    Когда устранили великое Дао, появились «человеч- ность» и «справедливость».
   
    Мудрость Лао-цзы, 119
    Лао-цзы призывает относиться с осторожностью к таким ценностям, как человечность и справедливость. Они являют- ся механизмом, с помощью которого общество вмешивается в изначальную природу человека, путем манипуляций навя- зывая обывателю такое поведение, которое усиливало бы об- щественную систему за его, обывателя, счет. Ценности под названием «человечность» и «справедливость» замешают собственные желания и потребности человека, неизбежно приводя к поступкам, входящим в противоречие с его соб
    ственными интересами. Такие вроде бы доброкачественные ценности, как любовь, честь и патриотизм, на самом деле обладают коварной властью над человеком. Они позволяют социуму достичь своей цели — контроля — и разрушить жизнь индивидуума.
    Как могут ценности, столь очевидно противоречащие собственным интересам личности, получать такое широкое распространение? Разве не должны эти ложные ценности, неминуемо ведущие к несчастливой жизни, выказать свою несостоятельность, едва появившись? Как даосизм объясня- ет этот абсурд? Чжуан-цзы отвечает:
   
    И тогда перепутались радость и гнев, простое сме- шалось с хитроумным, добродетель стала соперни- чать со злом.
   
    Мудрость Лао-цзы, 126
    Ученик Лао-цзы объясняет, что такие ценности, как че- ловечность и справедливость, вызывают такую путаницу в умах, что могут понуждать человека действовать вопреки его собственным интересам. Ведь эти ценности социума ка- жутся изумительно прекрасными! К сожалению, в реальной жизни они не действенны и являются своего рода предписа- нием к заблуждениям и страданиям. Как это возможно, что христиане на всех углах расхваливают Десять Заповедей, ког- да на протяжении многих веков они не перестают убивать лруг друга? Когда кто-то нападет на доброго христианина, как может он во исполнение библейских заповедей подстав- лять другую щеку только для того, чтобы получить по ней еще и еще раз? Как может получиться так, что человек всю жизнь работает изо всех сил и добросовестно платит налоги
    только для того, чтобы на склоне лет оказаться позабытымО позаброшенным в доме престарелых? Подобные неувязки между ценностями социума под названием «человечность» и «справедливость» и грубой реальностью жизни вызывают путаницу и заблуждения. Когда такие ошибочные ожидания не получают подтверждения в реальном мире, это напомина- ет использование неточной дорожной карты. Ясное видение реальности невозможно, а жизненное странствие наталкива- ется на серьезные препятствия.
    Далее Чжуан-цзы подробно объясняет, что «человеч- ность» и «справедливость» были принесены нам «обществен- ными мудрецами». Он решительно утверждает, что законы «общественных мудрецов» нужны им, чтобы спасать свои воровские душонки. Он предупреждает, что общество — это хитрый вор, который ворует у своих добровольных жертв — у граждан. «Общественные мудрецы» долго убеждали нас, что большая семья, большой дом и большая машина симво- лизируют эдакий протокол, где зафиксирована победа в игре под названием «жизнь». Политики, религиозные лидеры и академики пропагандируют такую расстановку приоритетов, которая служит их собственным интересам, а не интересам личности. В своем крайнем лицемерии «общественные муд- рецы» призывают народ отказаться от своих естественных инстинктов, отдав силы защите интересов меньшинства на вершине социальной лестницы. Как выражается Чжуан-цзы, такие мудрецы — «острое оружие Поднебесной» (Мудрость Лао-цзы, 124).
    Важно помнить, читая Лао-цзы и Чжуан-цзы, что они проводят различия между мудрецами истинными и «обше- ственными мудрецами». И тот, и другой часто употребляют слово «мудрецы», и читателю приходится самому каждый раз
    соображать, какое значение этого слова следует применить. Истинный мудрец — это наставник с ясным взглядом на мир и четким пониманием, как следует действовать в нем; ему неинтересно принимать участие в лицемерии общественной жизни. «Общественныймудрец», напротив, является мощным манипулятором, который наслаждается своим положением лидера в обществе и который использует «человечность» и «справедливость» в своих интересах — как правило, для стя- жания богатства, славы и власти.
    Если человек и дальше углубляется в туман заблуждений под воздействием чар «общественных мудрецов», ему прихо- дится столкнуться с постоянной сменой ценностей социума. В то время как законы природы неизменны, искусственные ценности «человечность» и «справедливость» пребывают в постоянной изменчивости. В соответствии с даосским прин- ципом единства противоположностей, чем более лицемерны ценности социума, тем более значительно и непредсказуемо они имеют свойство меняться. Например, Германия в конце XlX века была одной из самых либеральных и прогрессивных стран в мире, а через двадцать лет она превратилась в обще- ство, где процветали нетерпимость и террор. В 1917 году правительство России объявило вне закона религию и част- ную собственность. Религия вернулась в 1990 году, а капита- лизм теперь правит бал. В 1920-е годы среди представителей клана Кеннеди были люди, которые занимались незаконной торговлей спиртным и махинациями на фондовой бирже, однако это семейство сделалось любимой и уважаемой поли- тической династией, щедро подарившей миру многочислен- ных конгрессменов, сенаторов и одного президента.
    Такая смена ценностей на диаметрально противополож- ttbIe служит источником путаницы в умах простых людей и
    порождает анархию и хаос по мере того, как лицемерие стаО новится все беззастенчивей. Как сказал Чжуан-цзы, «Когда рождаются мудрецы, плодятся и разбойники» (Мудрость Лао-цзы, 123). Вопиющее лицемерие служит причиной того, что появляется оппозиция, а затем все выливается в осознан- ные акции революционного насилия или в неосознанные психические расстройства. Поэтому-то Чжуан-цзы и пред- лагает людям «отбросить человечность и справедливость — и люди придут к Мистическому Единству» (Мудрость Лао- гры, 125).
    Ясно, что ликвидация заблуждений и смуты в умах явля- ется ключевой предпосылкой для выбора правильного дей- ствия. Мы не можем жить счастливой и здоровой жизнью, пока пребываем в состоянии смуты. Заблуждение и путаница сводят на нет те способы, с помощью которых мы определя- ем, когда нужно действовать. Заблуждение также разрушает нашу способность обнаруживать те силы, которые оказы- ваются у нас на привычном пути. Нередко этот грех — за- блуждение — даже не позволяет нам понять, каков наш путь. Вести самолет без навигационных приборов или ехать на машине через нескончаемый туман — вот чему подобно за- блуждение.
    В войне между личностью и всеобщими ценностями ко- нечный результат определяется ясностью мышления. Дао- цзы призывает нас «осознать простую самость». Для этого мы должны заглянуть за полосу тумана и увидеть реальность без искажений.
    Так как же нам противостоять шквалу ценностей социума, который от самого рождения обрушивается на нас и ослеп- ляет? Каким образом ученику начать преобразовывать себя из послушного, сбитого с толку орудия общества в даоса с
    ясным мышлением? Разве реально возможно достичь «про- стой самости» в сегодняшнем мире?
    К счастью, Лао-цзы ясно указал с чего начинать:
   
    Кто признает безумие безумием, тот сам не безумен.
    Мудрость Лао-цзы, 297
    Через понимание того, какие из ваших ценностей навязаны вам обществом, вы начинаете продвигаться по пути уничто- жения этого главного источника заблуждений. Отдавая себе отчет, какие ваши желания являются естественными, а какие привиты вам обществом-надзирателем, вы медленно осознаете и реализуете свое естественное «я», свою «самость». Сказать легко, а на деле это требует строжайшей дисциплины мысли. Это путь, который далеко уведет вас от жвачного стада обыва- телей. Выбор у вас есть: принять искусственную любовь «че- ловечности» социума и искусственные законы его «справед- ливости» — или сражаться за свою естественную сущность.
    Чтобы справиться со своим «безумием», напоминайте себе о своих неизбежных ограничениях. Принципы «чело- вечности» и «справедливости» зиждутся, во-первых, на вере в то, что индивидуум способен понять и решить проблемы этого мира, а во-вторых, на вере в то, что инструментом, с помощью которого возможно совершить такой подвиг, явля- ется усовершенствованный общественный порядок.
    В реальности ограничения, присущие каждому человеку, не дают возможности делать что-либо иное, кроме как наблюдать за этой реальностью, которая непосредственно влияет на его благополучное существование. Следствием лживого утвержде- ния общества, будто один человек может улучшить этот мир, является контролирующая власть «человечности» и «справед
    ливости». Понимая, что ваши ограничения позволяют вам осо- знать и осуществить лишь ваш собственный путь, вы избавляе- тесь от ложных и неподходящих ценностей. Даже случайные мысли о том, что можно улучшить мир, приняв ценности со- циума, — это проявление душевной болезни. Лаос знает, что его ограничения направляют его мысли и действия лишь к тем ценностям, которые могут улучшить его текущую ситуацию. Думать иначе — нелогично или откровенно ошибочно.
    Для излечения от «безумия» жизненно важно признать, что ценности под названием «человечность» и «справедливость» суть ценности вора, цель жизни которого — обокрасть вас. «Общественные мудрецы», пропагандирующие некие ценно- сти, действуют в ущерб вашим интересам и только умножа- ют ваши заблуждения и смуту. Эти провокаторы неустанно трудятся, чтобы убедить вас работать на двух работах, купить дом побольше, рожать и растить детей и воевать вдалеке от дома, пока вы полностью не выбьетесь из сил. Все эти ува- жаемые политики, учителя, религиозные вожди и философы вынашивают тайные замыслы, чтобы повлиять на ваш ум с выгодой для себя. Чжуан-цзы признает этот факт:
   
    Добрых людей мало, а плохих много, поэтому поль- за от [общественных] мудрецов незначительна, а вред велик.
   
    Мудрость Лао-цзы, 123
    Смешно, но грабитель, который вынесет ваш телевизор, вполне заслуженно сядет в тюрьму, тогда как величайшие воры — «общественные мудрецы» — присваивают состояния и пользуются уважением общества. Осознание того факта, что творцы «человечности» и «справедливости» — люди дурные,
    служит важным ключом к ликвидации той разрухи, которую они устроили в ваших мозгах. Став конструктивным циникам, вы выстраиваете психическую защиту против «общественных мудрецов», бомбардирующих вас своими ценностями.
    По мере того как проясняется ваш взгляд, вас ожидает пу- гаюшее открытие: ценности большинства окружающих вас людей абсурдны в корне. Как ни печально, но большинство не может и не хочет слышать, как с треском разламываются их устоявшиеся, взлелеянные убеждения. Им слишком труд- но отказаться от спокойствия, обеспеченного им их заблужО дениями, ради света ясного видения. Обыватель не желает слушать критические замечания, вскрывающие лицемерие высокочтимых «мудрецов».
    Истинный даос признает это и, соответственно, держит свои мысли и мнения при себе. Он прячет свое понимание абсурдности ценностей социума, маскируя свои убеждения. У него нет желания становиться мишенью для разъяренного общества и таким образом преобразить запутавшееся сборище людей. Ничто не может больше отвлечь даоса от его удобного повседневного распорядка, чем вступление на путь демаго- га. Любая попытка преподать обществу естественные ценноО сти — это плачевный акт заблуждения, за которым неизбеж- но следует несчастье. Следовательно, необходимым условием осознания и осуществления своего пути является маскировка своего неприятия «человечности» и «справедливости».
    Основная причина использования маскировки для со- крытая присущей даосизму чуждости общественному соглашению заключается в признании того факта, что общество не готово к истине Лао. Лао-цзы понимал, что общество в большинстве своем зависит от успокаивающих заблуждений, каковыми являются «человечность» и «спра
    ведливость»; он также знал, что, поскольку человечество утратило свои природные инстинкты, по-настоящему по- стичь его учение способна только горстка избранных дао- сов. Он предупреждал, что, если научить простого человека отбрасывать ценности социума, это может обернуться про- тив того, кто учит, и выльется в анархию.
    Естественный порядок животного царства остается в силе, поскольку он не испорчен социальной инженерией, по- лучившей неверное направление, как в человеческом обще- стгве. Однако время для масс, из которых состоит общество, уже навсегда упущено, так как они никогда не смогут вновь обрести свою утраченную сущность. Поэтому любая альтру- истическая попытка распространить в народе даосское зна- ние будет подобна открытому ящику Пандоры. Если отнять у обывателя сдерживающее начало ценностей социума, он, утративший свою направляющую природную сущность, ста- нет своего рода неуправляемой ракетой. Лао-цзы предлага- ет даосу сосредоточить свои ограниченные способности на исцелении собственного «душевного нездоровья» и оставить обывателя барахтаться в его заблуждениях.
   
    Мир и Я
    У всех людей в мире есть цель, и только я кажусь упрямым и неуклюжим. Я не похож на других лю- лей и пеню пищу, которую получаю от Матери.
   
    Мудрость Лао-цзы, 129
    Выбирая чуждую условностям дорогу, далеко отстоящую от ценностей общества, ученик-даос обращается к серьезной
    цели. Она напоминает освобождение робота из-под власти хозяев-программистов. Во многих отношениях она являет- ся признанием того, что мир и его ценности настолько от- личаются от ценностей личности, что вы — «чужой среди своих».
    Лао-цзы признавал это и стал одним из первых фило- софов, который рассмотрел, как на людей духовных влия- ет несовершенное общество. В то время как большинство философов придумывали рецепты, как жить в их вообра- жаемых совершенных мирах, Лао-цзы отличался куда боль- шим прагматизмом. Он научил нас, как иметь дело с не- совершенным обществом, которое нас окружает. Этот прагматизм начинается с признания такого малоприятно- го факта, что к людям вокруг нас — таким улыбчивым на вид — следует относиться с крайней осторожностью. Их ценности столь же опасны, как и змеиный яд, и отравляют наши души. Они — невольные соучастники похищения на- шей изначальной природы.
    0бывателЬ и человек Дао
   
    Высочайшие истины неприемлемы для ума обыва- теля, слова мудрости незаметны в тени привычных учений.
   
    Мудрость Лао-цзы, 130
    Общеизвестно, что все мыслители, от Платона до Ницше, отчетливо различали обычного человека и философа, пони- ыая, что между ними существует огромная разница, которую следует сформулировать и кратко изложить. Лао-цзы, хотя и
    мыслил независимо, разделял этот взгляд, но в гораздо более уравнительной манере. В то время как прочие философы по- метали себя на вершину социальной лестницы, у Лао-цзы «философ» — это любой даос, достигший подлинной ду- ховности, независимо от профессии или социального стату- са. Философ у него — любой человек, вышедший за рамки общественного соглашения и видящий вещи такими, какие они есть на самом деле.
    Обыватель — это обычный, заурядный человек. Такие люди составляют 99,9 % населения, они и отражают ценно- ста общества. C самого рождения обывателя его ценности формируются ценностями социума; собственно, его и вое- питывают для увековечения целей социума за счет его соб- ственной личности. В отличие от него, философ-даос со- противляется промывке мозгов со стороны общества и ясно видит все, что происходит. C беспристрастностью ученого он исследует разрушительное воздействие общества на лич- ность. Эта аналитическая беспристрастность и делает даоса философом. Кроме того, беспристрастность оставляет мень- ше возможностей манипулировать даосом, дергая за эмопио- нальные ниточки, как это делает надзирающее общество.
    Так кто же создает эта ценности социума, которым еле- дует обыватель? За пропагандой надзирающего общества стоят «общественные мудрецы». Они предлагают соблазни- тельные решения трудных жизненных задач, используя цен- носта под названием «человечность» и «справедливость» для достижения собственных целей. Это могут быть политики, академики или религиозные лидеры — каждый, кто занима- ет какое-то положение, позволяющее обмануть публику. Что интересно, обыватель охотно следует их рецептам духовного самоубийства.
    «Общественных мудрецов» легко распознать. Если у даоО са нет желания тратить свои ограниченные силы на обуче- ние простых людей, то «общественные мудрецы» упиваются этой ролью. Дело их жизни — учить всех и каждого до из- неможения. Они обожают судить о ценностях и пламенно проповедуют их. Обыватель слушает их речи в отупении, а затем слепо следует им вплоть до своего печального конца. Даос, напротив, признает, что научить самого себя, как еле- дует правильно жить, — полноценный труд, поэтому у него нет ни времени, ни сил возиться с обывателями.
    ЛаоОцзы недвусмысленно указал, что древние «не просвеО шали народ, а держали его в невежестве» (Мудрость Лао-цзы, 285). Чжуан-цзы говорил еще с большей прямотой, описывая «общественных мудрецов», живших две с половиной тысячи лет назад, словами, которые можно отнести к современным политикам:
   
    Они умеют говорить речи и рассказывать анекдо- ты, чтобы угодить толпе, но сами не знают, о чем говорят. Они облачаются в уместные одеяния праО вильных цветов, богато украшают себя, чтобы их узнавали, но никогда не признают себя лицемера- ми. Они смешиваются с толпой и объявляют о сво- ем согласии с тем, что нравится или не нравится публике, но в то же время считают себя лучше обы- вателей.
   
    Мудрость Лао-цзы, 130
    У даосов, живших две с половиной тысячи лет назад, и современного американца (как наиболее яркого проявле- ния феномена «западного человека») есть одна общая черта:
    практичность. Классический, типичный американец всегда очень трезво, расчетливо и скептически относился ко все- му, что ему пытались продать. Почему же, когда современно- му американцу предлагают какую-нибудь «эзотерическую» псевдорелигию или очередное гениальное «решение пробле- мы глобального потепления», всю его практичность как ве- тром сдувает? Почему в данном случае жестко навязываемая «покупка» не требует проверки и не подразумевает внятных объяснений?
    Даосы Древнего Китая походили на современных амери- канцев своей практичностью и изобретательностью. Они, как и янки, много чего придумали и изобрели. Однако, в от- личие от американцев, даосы требовали последовательных доказательств любых философских идей. Так называемые истины требовали доказательств, иначе они считались нео- б основанными. Нынешние решения глобальных проблем и «эзотерические» учения, до которых столь охочи американ- цы, даосы сочли бы недоказуемыми, а стало быть, никчем- ными.
    Мысль о том, что нужно избегать глобальных проблем, сводится к следующему: не суй свой нос куда не следует. Чжуан-цзы особо подчеркнул это, заметив:
   
    Все хотят понять непознанное, и никто не хочет по- нять уже известное.
   
    Мудрость Лао-цзы, 287
    Чжуан-цзы заметил, что, когда речь заходит о миро- вых проблемах, обыватель склонен не замечать того, что разрушает привычный круг представлений, основанный на его собственном опыте. Возьмите приземленного дель
    ца и сведите его с компанией «общественных мудрецов», болтающих о решении проблем голода в мире, социальной несправедливости в Африке или сокращения площади тро- пических лесов бассейна Амазонки. В мгновение ока он еде- лается высокоинтеллектуальным болваном. Привлекатель- ность глобальных решений проблем, которые существуют где-то вдалеке, поднимает обывателя над его повседневной суетой. Он становится спасителем мира в собственных гла- зах. Его гордость укрепляется. Поскольку последствия та- ких никому не нужных глобальных кампаний кажутся от- даленными, тот, кто ведет себя подобным образом, ничем не рискует. В худшем случае это выглядит как безобидная благотворительность. Это простая работа ума, от которой незаметно никакого другого эффекта, кроме впадения че- ловека в смуту и заблуждение.
    Тест на «защищенность от дурака», позволяющий опре- делить людей с дисфункциями, состоит в оценке степени их вовлеченности в такие глобальные вопросы, как соци- альная справедливость, религиозные благотворительные дела, политика или экология. Чем больше они отдаются этим делам, тем более запущенна их собственная жизнь. В этом и заключается лицемерие человеческой натуры: со- средоточиваться на чужих проблемах, когда невозможно решить собственные.
    Необъяснимое желание обывателя хвататься за неразре- шимые мировые проблемы дает «общественным мудрецам» мощное орудие для манипуляций. Они используют гордость в качестве одного из механизмов, дающих власть над людь- ми, заставляя их много работать и мало думать. Невеже- ственный народ подводят к мысли, что его, народа, жертвы способствуют достижению более значительной цели. Обыва
    тель, с его убогой повседневной жизнью, спасает свою горО дость наивной верой в то, что его усилие, каким бы незначиО тельным оно ни было, повлияет на решение вечных мировых проблем.
    Нелегко и, прежде всего, смешно слушать, как слабые, сбитые с толку люди, которые неспособны членораздельно описать ясную картину того, что их окружает, с пеной у рта бросаются в пучину вечного и бесконечного. Эта комедия превращается в трагедию, когда «общественные мудрецы» пользуются этим туманом в людских мозгах, чтобы прота- шить ценности, наносящие вред простому человеку и улуч- тающие жизнь элиты общества. И если циник еще может утверждать, что такая самоубийственная линия поведения является следствием глупости самого человека, то Лао-цзы на сей счет высказывался вполне откровенно. Он недву- смысленно предостерегал человечество от этой опасности.
    Даос непременно заметит, что на протяжении всей исто- рии «хорошие» ценности принадлежат аристократии, а «пло- хие» — простонародью. Так, например, Конфуций описывал «доброго» человека как «благородного мужа», опрятно одето- го и наслаждающегося музыкой и чтением книг. Просто заме- нательное соответствие для 1 % населения — правящей ари- стократии и богатых торговцев. Однако для 99 % китайцев, бедных и вынужденных тяжко трудиться на своих полях семь дней в неделю, только чтобы выжить, это описание совершен- но не подходило. Даже и теперь «хорошие» ценности семей, живущих в респектабельных пригородах, ценности, пропо- ведуемые религиозными лидерами и политиками, не имеют никакого значения для людей, живущих в бедных городских кварталах. Подобным же образом ценности адвоката, окон- чившего университет, непонятны неученому каменщику.
    Литература и театр показывают нам немало нелепых си- туаиий, когда аристократы воображают, будто понимают простых людей и пытаются вести себя, как они. Столь же нелепы и попытки простолюдинов подражать аристократам. У каждой социальной группы есть свои представления о том, что такое хорошо и что такое плохо, своя культура и своя си- стема ценностей. Те, кто находится на вершине обществен- ной пирамиды, кому неимущие подражают и кого почитают, постоянно пропагандируют свои ценности через различные каналы связи, существующие в обществе.
    Учение Дао, напротив, выходит за пределы социальных слоев и их традиций. Ценности даосизма одинаково годны и для богача, и для бедняка. Поскольку для Дао безразличны традиции общества, хороших или плохих ценностей в дао- сизме не существует. Есть только практические принципы, которые работают. Разумеется, «общественные мудрецы» бу- дут трудиться не покладая рук, чтобы исказить эти неизмен- ные принципы:
   
    Разрушить Путь и характер, чтобы насадить чело- вечность и справедливость, — вот ошибка [обще- ственных] мудрецов.
   
    Мудрость Лао-цзы, 120
    Человек Дао признает, что каждая социально-экономи- веская группа обладает присущими только ей ценностями и не существует способов, которые позволили бы одной груп- пе по-настоящему понять ценности другой. Обособленность Ценностей выражается в том, что каждая группа по-своему одевается, имеет свой жаргон, слушает свою музыку и опре- Деленным образом ведет себя. Таким образом, «хорошее» по
    ведение определяется непосредственным окружением того или иного человека. Поэтому даос считает выражение «я бы на твоем месте» абсурдом, так как «я» — это не «ты» и, ста- ло быть, не могу понять умом твои ценности.
    В целом мысль о том, что хороших или плохих ценностей не существует, содержит в себе глубокую мудрость. Она тре- бует, чтобы даос смотрел поверх общественного соглашения и вместо него воспринял бы те ценности, которые находятся за пределами этого соглашения. Например, даос знает, что и у воров есть представление о чести, и если общество может клеймить воров как «безнравственных», то даос не столь ка- тегоричен в своих суждениях. Красноречивый факт из исто- рии религии: на протяжении тысячелетий и стражи поряд- ка, и преступники поклонялись в даосских храмах одному и тому же божеству. Признавая, что ценности социума служат всего лишь орудиями для манипуляций, которыми располаО гает правяший класс, личность получает в свое распоряже- ние более утонченное интеллектуальное оружие, позволяюО щее отразить атаку надзирающей власти элиты и избежать дальнейшей путаницы и заблуждений.
    Знание и хаос
   
    Знание, которое останавливается на том, что не знает, — вот высшее знание.
   
    Мудрость Лао-цзы, 54
    Одна из самых важных идей Лао-цзы — это его объяснение процесса, из-за которого простой человек утратил свою из- начальную природу и от этого сделался существом, полным
    неудовлетворенности. Понимая этот процесс, ученик-даос может попробовать устранить тот вред, который общество нанесло его природной сути, и отвоевать свою душу. Лао-цзы говорит о древних временах, когда человечество принимало свою изначальную природу, а затем описывает упадок дао- сизма:
   
    Когда устранили великое Лао, появились «человеч- ность» и «справедливость».
    Когда возникло мудрствование, с ним пришло вели- кое лицемерие.
   
    Мудрость Лаотзы, 119
    Итак, уже тогда «общественные мудрецы» скармливали «человечность» и «справедливость» стадам простого наро- да, создавая тем самым основу для знаний и мудрствования. Знания и мудрствование затем прогрессировали до следую- щей стадии социальной болезни, при которой лицемерие сделалось вопиющим, и в результате начался хаос. Общество утратило свою природную суть тысячи лет назад, и человече- ство сделалось унылым сборищем погибших душ, потеряв- ших всякую связь со своей природной сердцевиной.
    Хорошим примером того «мудрствования» социума, про- тив которого нас предостерегает Лао-цзы, является класси- ческая «Американская Мечта». Современные американские Ценности определяют типичный жизненный цикл американ- ской семьи (а также многих семей в западном мире, в целом, по большому счету, взявшем Америку за образец). Что же это за ценности? В сущности, это набор требований, необ- ходимых, как считается, для счастья, а на самом деле порож- Дающих совсем обратное — неудовлетворенность. Трудовая
    этика и идеал «жизни как потребления» вбиваются в головы молодежи всеми членами общества, во главе которого стоят «общественные мудрецы». Для счастья требуется большой дом, дорогой автомобиль, целый выводок детей, набожность и долгосрочные сбережения. Все это фактически становится критерием счастья, погоне за которым граждане посвяща- ют всю свою жизнь и которое на самом деле приводит их к крайней нужде.
    Давайте посмотрим, как достижение американской меч- ты разворачивается во времени на самом деле. После детских лет, проведенных в школе, типичный восемнадцатилетний юноша (или девушка) направляет все свои усилия, чтобы ценою целого состояния получить образование в колледже. Ожидается, что дальше последует брак, в котором молодые муж и жена будут оба работать полный рабочий день, чтобы позволить себе купить в рассрочку свой первый дом. Далее традиция предписывает завести ребенка, несмотря на такую реальность, которая заставит молодую мать после короткой передышки вновь окунуться с головой в свою карьеру, чтобы семья могла позволить себе внушительный ипотечный кре- дит и расходы на детский сад.
    Проходит несколько лет, и вот уже в семье прибавляется еше один или два ребенка (одного мало), для чего требуется более просторный дом и более солидная ипотека. Становит- ся необходимой и вторая машина, чтобы развозить детей по многочисленным мероприятиям, кружкам и секциям. И вот супружеской паре под сорок. Молодость прошла мимо, они не успели толком ею насладиться. Карьера у обоих отнимает много времени, возможно, требует даже периодически ме- нять место жительства в погоне за повышениями в должно- сти и ростом заработка; а в результате и думать нечего о том,
    чтобы завязать сколько-нибудь постоянные дружеские отно- шения. Ожидается, что с каждым значительным повышени- ем по службе отражением возросшего социального статуса будет дом булыдих размеров и более модное авто. А неизбеж- ные спутники всего этого — более значительные ежемесяч- ные выплаты банкам.
    Когда обоим супругам за сорок, они откладывают все сво- бодные наличные деньги на депозит, чтобы платить за обу- чение детей в колледже, а также на пенсионный счет. Между тем деньги продолжают перемалываться в жерновах ипотеки, кредита за машину и многочисленных прочих выплат. Если «все сложится хорошо», то есть судьба не одарит супругов, трудящихся в поте лица, смертельными болезнями, то дети окончат колледж, а родители достигнут шестидесятилетия и уйдут наконец на пенсию.
    Множество супружеских пар встречают пенсионный возраст по уши в долгах, обычно потратив не один десяток лет на выплату кредита за дом, в котором они живут, и про- срочив возврат ссуды, взятой на обучение детей в колледже. Того, кто всю жизнь был наемным работником, столь же сильно травмирует и избыток свободного времени в сочета- нии с абсолютным непониманием, как им можно распоря- литься. Прежде все дни были заполнены рабочими вопроса- ми и нуждами детей. Теперь же эти пустые дни тянутся и надо их чем-то заполнять. В конечном счете мечта о жизни на пенсии оказывается пшиком. Лучшие годы жизни, от Двадцати до пятидесяти, потрачены на бесконечную гонку за заработком. Возбуждение и надежды сменяются горечью и ощущением потери, когда среднестатистический америка- нец обнаруживает (увы, слишком поздно), что Американская Мечта — это обман.
    Горечь, которую испытывают некоторые умные предста- вители людского стала, проистекает от признания того фак- та, что жизнь, проведенная в погоне за пустой мечтой, про- шла напрасно. Принятый образ жизни слишком затратен, слишком тяжел, полон невыполненных обещаний возна- граждения в будущем. Согласно же учению Дао, если какая- то цель требует слишком много сил для ее достижения, то, вероятно, она не является частью вашего естественного пути. Чтобы достичь в жизни чего бы то ни было, требуется направленное усилие, поэтому укрепление положительных результатов должно основываться на прочном фундамен- те. Профессиональный спортсмен постепенно увеличивает скорость и наращивает силу, ожидая, что после каждого но- вого цикла тренировок можно будет наблюдать небольшой прогресс. Он быстро перестанет верить тренеру, который мирится со слишком незначительными или даже отсут- ствующими улучшениями в настоящем, суля неслыханные триумфы в будущем. Однако если привлечь для сравнения Американскую Мечту, то она оставляет человеку все меньше и меньше свободного времени в настоящем, чаруя многообе- щающим отдыхом на пенсии в отдаленном будущем. Заблу- лившиеся души, которые принимают условия этой сделки, затрачивают мало денег и сил для того, чтобы создать себе удобный распорядок дня. Они озабочены приобретением 60О лее просторного дома, более «навороченной» машины, рас- ширением семьи и повышением своего социального статуса больше, чем собственным свободным временем и удобством. Они соглашаются страдать месяцами, придавая невероятное значение десяти дням положенного отпуска. И если эти две недели предвкушаются с таким жаром, то нечего и говорить, что остальные пятьдесят недель в году должны быть воис
    тину ужасными. Это означает, что Американская Мечта — неестественный путь, которому лучше раз и навсегда сказать «нет»!
    Если в физическом смысле следование неверному пути приводит к пустому разбазариванию драгоценных лет мо- лодости, то для души последствия оказываются еше более тяжкими. Борясь с естественным желанием наслаждаться жизнью каждый день и приучая себя вместо этого к су- шествованию в качестве робота общества, вы ставите под угрозу свою страсть к жизни. Когда вы постоянно откла- дываете свои радости — увлекательное хобби, прогул- ку с любимой собакой, чтение интересной книги, — эти естественные желания увядают, как цветок без ухода. Д0- бровольно подавляя свои естественные желания более шестидесяти лет, вы, в сущности, становитесь высохшей, безжизненной ракушкой — если допустить, что вам вооб- ще повезет дожить до пенсии. Слишком часто таков траги- ческий эпилог жизни, прошедшей в тяжком труде: человек становится пенсионером, потерявшим всякую способность радоваться жизни. В выборе неестественного пути эаложе- на реальная опасность — он убивает вашу природную лю- бовь к жизни.
    Так как же «общественным мудрецам» удается завлечь среднего американца в такую жизнь, которая не приносит благополучия? Ответ на этот вопрос лежит в самой сердце- вине человеческих заблуждений. Именно здесь равноценную роль играют образы.
    Каждому мошеннику известно, что ключ к успеху любой аферы — это обмен материальных активов (денег объекта) на обещание будущих дивидендов. Мошенник прибегает к помощи образов и обманом заставляет свою жертву рас
    статься с нелегко заработанными деньгами. Подобным же образом общество обманом заставляет обывателя расстать- ся с лучшими годами жизни. Эти образы, используемые в рекламе в средствах массовой информации, наполняющие проповеди священнослужителей различных конфессий и повсюду рассыпанные в речах политиков, характеризуют успешного человека как трудолюбивого карьериста, обреме- ненного большой семьей. Человек, который добился для себя возможности жить скромно, мало работая и имея в своем распоряжении море свободного времени, никогда не будет представлен в качестве образца для подражания. Ни в коем случае! «Успешный человек» работает по 18 часов в сутки, растит пятерых детей и никогда не берет отпуск. И даже на- чав очень много зарабатывать, он не станет работать меньше. Ведь ему надо купить еще один дом и самую новую модель «порше» — знаки успеха, которые позволят ему только на- дежней закрепиться на высотах культа потребления. Обще- ство выстроило такую систему, где успех не дает людям из- бавиться от своих оков.
    Лао-цзы завершил свое описание заката Лао напоминани- ем о том, что лицемерие рождает хаос. Он установил, что образы, используемые обществом не во благо, обесценивают слова и служат питательной средой для заблуждений. Напри- мер, слово «друг» постоянно звучит в нынешнем обществе, однако подлинная дружба утрачена, ее заменили поверхност- ные связи. А религиозные организации проповедуют «уни- версальную любовь» в обществе, где истинная любовь, даже внутри отдельной семьи, — редкий гость.
    О мужчине судят больше по его авто, чем по проявлениям его характера. Человека встречают по одежке. Вегетарианцы носят кожаную обувь. Люди общаются не лично, посред
    ством электронной почты. Политики лепечут ложь и произ- носят демагогические речи в видеороликах.
    Все сводится к образам и дешевым словам, позволяя лице- мерию расцветать. Этот разрыв между реальностью и переО даваемой информацией обманом заставляет ум принять все, что «звучит красиво». Человек, который следует доктринам другого человека, потому что они «полны смысла», — не- осторожный болван: все что угодно будет полно смысла, когО да за дело берется умный манипулятор со своими объясне- ниями. Сведение жизненных целей к образам — вот метод, к которому прибегают «общественные мудрецы» для прикры- тия своего лицемерия.
    Обращение общества к лицемерным образам приводит к добровольному порабощению личности. Человек впадает в ступор и больше не задает вопросов по существу: а нужен ли ему дом попросторней? А может ли он прокормить большее число детей? Проводит ли он время с теми, с кем у него есть общие интересы? Образы, распространяемые по каналам общественных коммуникаций, могущественны и всепрони- кающи, они склоняют обывателя к самоуничтожению. По сути, когда Лао-цзы предостерегает нас: «Чем больше узна- ешь, тем меньше знаешь» (Мудрость Лао-цзы, 227), он гово- рит о знании или идеях, которыми общество забивает наши головы. Знание общества, которое обыватель принимает за свои драгоценные убеждения, основано больше на образах, чем на реальности. Они лицемерны по самой своей сути и идут вразрез с естественными интересами самого человека.
    Понимание того факта, что есть две диаметрально про- тивоположные системы ценностей, действующие в мире, важно для даоса. Одна система придумана «общественными мудрецами», и общество ей слепо следует. Она работает во
    вред личности. Другая система наилучшим образом служит интересам личности; такие ценности общество клеймит как «эгоистические» и «себялюбивые». Эти две системы ценно- стей, по определению, не могут не конфликтовать, причем иногда конфликт принимает опасные формы.
    Общество не оченьОто терпимо относится к тем, кто не хранит верность рабству его системы. Можно найти немало документальных свидетельств тому, как на протяжении всей истории преследовали отбившихся от общества-стада по собственной воле. На даоса, вырывающегося из обществен- ного соглашения и встающего на свой естественный путь к благополучию, будет оказываться давление многими неявны- ми способами. Понимая, что его жизнь без смут и заблужде- ний внушает страх и отвращение обществу, даос использует маскировку, чтобы скрыть свою стратегию. У западного об- щества есть одно несомненно полезное качество: до тех пор пока вы сидите тихо со своими убеждениями (и платите на- логи), вас никто не трогает. Тем не менее отдавайте себе от- чет в том, что ценности общества абсолютно противоречат вашим личным ценностям. Иметь дело с реальностью — одна из самых трудных задач, которые ставит перед вами жизнь.
    Итак, как же человеку справляться с невообразимым дав- лением общества и его мудрецов, когда он пытается осознать свою естественную суть и найти благополучие? Лао-цзы и Чжуан-цзы отвечают нам, что даос должен «изгнать мудр- ствование, отбросить знание». По сути дела, даос должен научиться определять ценности социума и игнорировать их. Он должен постоянно ставить под вопрос свои потребности и желания. Он учится задавать себе насущные вопросы. Лей- ствительно ли мне нужен дом больших размеров? Действи- телъно ли мне нужна машина лучше, чем та, что есть сей
    час? Стоит ли более оплачиваемая работа дополнительных стрессов? Действительно ли большая семья — залог счастья? Такая честная оценка делает даоса подлинным философом. Он не приемлет традиций общества, но вместо этого решает, как его желания соответствуют его личному представлению о благополучии.
    На протяжении всей истории приобретение материаль- ных предметов, обозначавших достижение определенного социального статуса, являлось неизменно совершаемой глу- постыо человечества. C древних времен демонстрация ма- териального достатка с целью произвести впечатление на окружающих служит доказательством ограниченности че- ловеческой личности. Дабы не попасть в эту ловушку, даосу следует спросить себя: «Приобретаю ли я эти веши потому, что действительно хочу их купить, или потому, что я хочу произвести впечатление на других?»
    Например, изготовители могут использовать идею по- купки шикарной машины, которая поражает воображение окружающих, для продаж автомобилей. Их реклама пока- зывает красивых, счастливых людей, владеющих дорогими авто. Такая психологическая манипуляция возбуждает в обы- вателе желание купить такую машину, чтобы принадлежать к этому успешному классу общества. Однако если рассмо- треть эту идею с позиций логики, то вскроется ее абсурд- ность. C какой стаги вам поражать воображение всякого встречного-поперечного на дороге? Настоящим друзьям нет дела до того, какой марки у вас машина. А если ваша маши- на действительно имеет значение для людей, с которыми вы общаетесь, то что они за друзья? Действительно ли шикар- ное авто, на покупку которого уйдет ваш многомесячный заработок, стоит того? По здравом размышлении, не стоит,
    если только вы не богаты по-настоящему. Это пример, пока- зывающий различие между вашими истинными желаниями и теми, что порождены пропагандой общества. Когда Дао- щы призывает нас отбросить ученость, он побуждает нас выявить и устранить все «знание» общества, чтобы можно было сосредоточить усилия на установлении удобного для себя распорядка дня.
   
    "ТшетностЬ планов
   
    Если достижение означает порабощение, то как его
    можно считать достижением?
   
    Мудрость Лао-цзы, 91
    Общество обманом заставляет обывателя пожертвовать удоб- ным распорядком дня ради непрерывной работы и стрес- са. Важнейшим инструментом этой манипуляции является обещание будущего. Современный человек, в отличие от неиспорченного мира природы, занят непрерывным плани- рованием. Западное общество — это огромное сборище пла- нирующих. Средний западный человек постоянно планиру- ет свою жизнь: отпуск, пенсию, учебу детей, рост зарплаты, семейный бюджет, похудание благодаря диете... Некоторые умудряются планировать даже свое планирование!
    Но чем это плохо? В конце концов, мы то и дело слышим: «Начинать нужно с четкого плана». Разве это не рациональ- но — составить план, а затем сосредоточиться на достиже- нии запланированной цели?
    Проблема в том, что планирование неявным образом до- пускает, что нам на этой земле отпущено достаточно време
    ни, чтобы пожать те плоды, которые наши планы сулят нам. Скажем, планирование чудесной жизни на пенсии порочно в своей основе, поскольку никто не даст гарантии, что вы доживете до этих радостей. Следует также допустить, что, если вы и дотянете до шестидесяти пяти — семидесяти лет, у вас будет ментальная и физическая возможность наслаж- даться предполагаемой «жизнью на пенсии». Когда Лао-цзы писал: «Простаки умны, самонадеянны» (Мудрость Лао-цзы, 129), он имел в виду, что обычный человек считает себя на- столько ловким, что его планы на будущее не могут не осу- ществиться. Такое самодовольство человека оскорбительно для богов, которые явили его душу в этом мире. Ведь с какой стати существо, не имеющее власти над собственным рож- дением, имеет дерзость считать, что у него есть власть над странствием жизни и уходом из нее? Хотя человеческое ста- до любит словоблудие о том, что жизнь может прерваться в любой момент, на самом деле оно ничего не понимает в этом вопросе. Обыватель, идущий вслед за Американской Меч- той, пожертвует каждодневным благополучием ради возведе- ния счастливого будущего — будущего, которое, возможно, никогда не наступит. Эту склонность к планированию «об- щественные мудрецы» обращают себе на пользу Они выдви- гают генеральные планы, которые совпадают с вашими лич- ными планами, убеждая вас добровольно следовать им. Эти генеральные планы обещают предполагаемое иллюзорное будущее, заставляя вас менять ваши повседневные действия и, следовательно, уничтожать какой-либо шанс на благопо- лучную жизнь.
    Есть и еще одна проблема, касающаяся планирования. Планирование подразумевает, что вы можете контролиро- вать несметное число переменных величин, из которых силе-
    тается любое окружение в реальном мире. Но. например, то, что человек внезапно смертен. — это та чудовищная пере- менная, над которой вы не властны. Реальность то и дело де- монстрирует нам тщетность наших планов: надежный бизнес приходит к краху за какой-нибудь год, смертельная болезнь поражает здорового спортсмена, а личные отношения меня- ются за одну ночь. Реальность чем-то похожа на войну, стал- кивающиеся в ней силы непредсказуемы и неистовы. Пла- нирование в жизни, таким образом, сродни тому, что Карл Клаузевиц назвал «туманом войны»: детальный план битвы устаревает, едва начинается сражение.
    Даос понимает, что планирование подразумевает необ- ходимость тянуться сквозь время в неизвестное будущее. Осознать этот процесс, происходящий в уме, и иметь с ним дело — значит подойти к одной из важнейших доктрин дао- сизма: к теории страха. Понимание этой теории начинается с признания того факта, что время — один из наименее по- стижимых феноменов. Мы пытаемся удобным для нас обра- 30м устанавливать искусственные метки — секунды, мину- ты, часы, дни, но действительное понимание ускользает от нас. Единственное, что мы знаем по-настоящему, — это то, что наше личное время начинается вместе с нашим рожде- нием, над которым мы были никак не властны, а завершит- ся оно в момент нашей смерти, что точно так же вне нашей власти. Страх смерти влечет за собой наши размышления о неизведанном будущем. Таким образом, когда мы испытыва- ем чувство страха, этот процесс состоит из размышлений, спроецированных на прошлое и будущее:
   
    Страх = Размышления + Время
    Другими словами, страх является результатом размышле- ний о вещах, над которыми мы не властны. Таким образом, если мы ограничим размышления текущим моментом, мы избавимся от страха смерти.
    Постоянные размышления о будущем производят посто- янный беспорядок в уме. «Общественные мудрецы» пользу- ются этими страхами, чтобы манипулировать обывателем. Они используют страх перед старостью, страх перед веч- ными муками, страх перед бедностью, страх одиночества и страх оказаться смешным, чтобы путем манипуляций за- ставить обычного человека пожертвовать удобным для него распорядком дня ради неизвестного будущего. Производите- ли рекламы, политики и религиозные вожди оказывают на обывателя невероятное давление, чтобы вылепить из него идеального раба. Хотя никакая централизованная власть не координирует этот «заговор» элиты общества, он являет- ся неправдоподобно могущественным и всепроникающим. Даос сопротивляется этому давлению и стоит в стороне от черни, живя сегодняшним днем и изыскивая все возможные средства для достижения удобного для себя распорядка дня. Он не позволяет иррациональным страхам отвлечь себя от благополучной жизни.
   
    (3.С0бственный путЬ
   
    Не позволяй искусственному утопить в себе есте- ственное. Не позволяй материальным целям разру- шить твою жизнь. Не жертвуй своими особенными качествами ради славы. Тщательно оберегай свою природу и не дай ей сбиться с пути. Это называется возвращением к своей природе.
   
    Мудрость Лао-цзы, 163
    Нам кажется очевидным, что нужно выбирать свой соб- ственный путь, но такой выбор бросает вызов всем силам общества. Стадо человечества, не зная сомнений, следует указаниям «общественных мудрецов» и действует вразрез с собственными интересами, подобно скоту, идущему на бой- ню. Так общество существовало тысячи лет, и еще долго бу- дет так же, поскольку, как заметил Лао-цзы, заблуждающиеся по-настоящему никогда не выберутся из своих заблуждений. Стадо всегда принимает для себя ценности общества, даос — никогда.
    Признание того факта, что ценности социума противо- положны ценностям личности, делает трудную задачу ясной. Лаос должен упорно трудиться, чтобы осознать свой путь и свои ограничения. Он не позволит втянуть себя в дела обще- ства, он будет лишь зарабатывать деньги для обеспечения удобного распорядка дня. Лаос воспользуется всем, чему научился, как на физическом, так и на ментальном плане, чтобы сопротивляться заразе ценностей социума. Лао-цзы говорит:
   
    Мое учение легко понять и легко практиковать. Но никто не может понять его и никто не может прак- тиковать его.
   
    Мудрость Лао-цзы, 297
    Принятие простых принципов Лао-цзы и применение их в повседневной жизни требует полной самоотдачи. Для того чтобы надлежащим образом взаимодействовать с обществом, нужны все грани Дао. Ценности общества неодолимо оболь- сттелъны, и нелегко оставаться, невзирая на их ослепитель- ные пороки, одиноким островком разума в больном мире, постоянно проявляя бдительность и маскируя свои убеж- дения, чтобы избежать ярости тех, кто вас окружает. Опять вспомним слова Лао-цзы:
   
    Я не похож на других людей и ценю пищу, которую получаю от Матери.
   
    Мудрость Лао-цзы, 129
    Такое одиночество — путь истинного философа. Его цель — выйти за пределы общественного соглашения и, ис- пользуя лишь собственный разум, построить себе благопо- лучную жизнь.
    Природа не добра
   
    Природа не добра. Она обращается с живыми тва- рями как с соломенными собаками для жертвопри- ношения.
    Мудрец не добр: он обращается с людьми точно так же.
   
    Мудрость Лао-цзы, 63
    Одной из наиболее глубоко коренящихся причин путаницы в умах и заблуждений является принципиальное непонимание движущих сил поведения всех существ в природе, включая и человека. Каждый человек идет по жизни, ожидая определен- ного отношения к себе со стороны окружения. У него боль- ше шансов выжить и преуспеть, если его ожидания верны. Если же, напротив, его ожидания нереалистичны, он будет постоянно сталкиваться с разочарованиями и действовать во вред себе. Более того, не понимая реальности природы и при- родных желаний, такой сбившийся с пути человек потеряет уверенность в собственных инстинктах. Подобное состояние губительно: если человек не может воспринять собственные глубинные желания, благополучная жизнь невозможна. Его постоянным спутником становится страдание.
    Некоторые из самых сильных и исполненных чувства стихов Лао-цзы посвящены описанию того, как действует природа. Он желал избежать какой-либо неясности в этом вопросе. Старый Учитель говорит, что «природа не добра», а люди — это «соломенные собаки для жертвоприношения». В отличие от учений Христа и Конфуция, природа у Лао-цзы не благожелательна; соответственно, и человеческие желания не добры. Чтобы достичь просветления, надо понять: посто- ронние люди, сослуживцы, партнеры по бизнесу и ваша теша
    не станут облегчать вашу жизнь, если только это не будет со- ответствовать их личным эгоистическим интересам.
    На чужаков следует смотреть с крайним подозрением, ожидая, что они могут принести вам беду. Хорошо известен, например, стереотип отношения к чужим в маленьких го- родках или деревнях: к ним внимательно приглядываются, а потом иногда «просят по-хорошему» уехать. Естественное недоверие и страх перед неизвестным восходит к одному из базовых инстинктов человека, обеспечивающих выживание. Тот факт, что природа не добра в своей основе, должен быть признан и принят с тем же клиническим отношением, с ка- ким мы принимаем существование силы тяжести. Обращение природы с каждым отдельным человеком как с существом, предназначенным для жертвы, возможно, станет тяжелым уроком для изнеженных американцев, но никакие поучения и проповеди в мире не изменят этой реальности. Чжуан-цзы отмечал, что «не следует позволять тому, что нравится или не нравится, возмущать твое внутреннее равновесие, но пред- почтительней действовать в согласии с природой» (Мудрость Лао-цзы, 256). Соответственно, когда даос стремится стать более духовным, он учится следовать природе как образцу. Человек есть творение природы. К сожалению, общество, со всеми его мощными механизмами коммуникации, толкает его в противоположном направлении.
    Священнослужители многих религиозных организаций проповедуют универсальную любовь и требуют пожертво- ваний. Политики проповедуют любовь к стране и требуют налогов. Учителя проповедуют любовь к знаниям и требу- ют прибавок к зарплате. Фирмы проповедуют любовь к ко- манде и требуют работать сверхурочно. Общество в полном составе — соседи, друзья, политики, телешоу и универси
    теты — поет песнь универсальной любви. Они подробно объясняют, насколько добр человек — как и природа. В их мире извращенной логики львы спят с ягнятами, нежно прижавшись друг к другу, враги оказываются сражены ло- гическими доводами, а чужаки радостно передают приветы из дальних краев.
    Эти противоречащие природе ожидания доброты, поддер- живаемые социальными институтами, порождают заблужде- ния и смуту в уме человека. Когда запутавшийся в заблужде- ниях западный человек натыкается на волчий оскал бизнеса, читает об изнасилованиях в парке и видит, как политиканы посылают восемнадцатилетних мальчишек умирать где-то в чужих краях на никому не нужной войне, он спрашивает себя: «Где же универсальная любовь?» Сбитая с толку душа слушает, как религиозные вожди учат, что универсальная лю- бовь достижима, если обратить народные массы (разом, как одного смятенного индивидуума) к жизни, полной пышно- цветной доброты. Они убеждают сосунка-неофита уверовать в универсальную любовь и побуждают его стать примером для других (каковы бы ни были последствия этого для него самого), пока мир на земле не восторжествует. План таков: любовь распространяется, как эпидемия гриппа, пока не за- чихает все человечество. Однако подобная стратегия имеет свою историю — историю сплошных неудач на протяжении двух тысяч лет. К несчастью, человечество сопротивляется этой заразе и побеждает вирус любви. Как ни печально, но человек как вид привит от доброты ко всем.
    Откуда нам известно, что ценности универсальной любви изначально нежизнеспособны? Возможно, наилучшим под- тверждением является тот факт, что предмет любви (кого и что надо любить) изменяется в зависимости от времени и
    места. Это важный момент, так как природа постоянна и не- изменна: небо голубое, львы едят антилоп, камни не дышат, а огонь жжет. И не имеет значения, сколько умных аргументов мы приведем, — небо от этого не станет зеленым, газели не станут охотиться на львов, утесы не начнут дышать а огонь не охладеет.
    А вот людские определения любви и доброты меняются с легкостью необыкновенной — универсальности в этом во- просе нет. В США считается, что каннибализм — это плохо, тогда как в некоторых странах Африки это принятый обряд. На Кубе частное предпринимательство находится вне зако- на, однако для кубинцев, которые живут за девяносто миль оттуда, в Майами, это вполне почтенное занятие. Алкоголь был запрещен в Америке 1920-х годов, но разрешен десять лет спустя. Развод считается грехом в одной христианской церкви, но приемлем в другой. В России на протяжении се- мидесяти пяти лет сажали в тюрьму активных привержен- цев любого бога, пока в 1990-х годах не сменилось прави- тельство и не легализовало все религии. Воистину, доброта и любовь находятся в состоянии постоянной изменчивости, в соответствии с существующим общественным строем. Та- ким образом, универсальная любовь не может быть частью природы, поскольку даваемые обществом определения «хо- рошего» и «плохого» непоследовательны.
    Универсальная любовь также терпит поражение в случае конфликтов или трудностей. Понаблюдайте за трехчасовой пробкой в Лос-Анджелесе, или за тем, как быстро кончает- ся запас еды в супермаркете перед сильным снегопадом, или вспомните трехдневное отключение электричества в Нью- Йорке. Где тут универсальная любовь? Если она — неотъем- лемая часть человеческой сущности, ожидающей, когда ее
    пробудит религия, тогда почему же она так легко впадает в спячку? Разумеется, такая могучая сила, как любовь, не долж- на исчезать, особенно после двух тысяч лет христианства и двух с половиной тысяч лет конфуцианства и буддизма. Па- триотично настроенные американцы японского происхо- ждения, когда их во время Второй мировой войны сгоняли в лагеря для интернированных, должно быть, недоумевали, куда девалась универсальная любовь, как и миллионы зако- нопослушных евреев, ожидавших в хорошо организованных очередях в нацистские газовые камеры. Где же тогда была доброта человека? Как ей удалось так легко исчезнуть? Или, наоборот, может быть, надо начинать с того, что универсаль- ной любви никогда не было на свете?
    Ясно, что универсальная любовь может существовать только в спутанном сознании; призыв избегать подобной пу- таницы является одним из наиболее последовательных преду- преждений в «Дбп дэ цзине». Как заметил Чжуан-цзы:
   
    Непохоже, чтобы человечность и справедливость
    были в человеческой природе.
   
    Мудрость Лао-цзы, 60
    Общество пользуется ярлычками, чтобы управлять мыс- лями стада, и пропагандирует веру в искусственную любовь. Оно создает «этикетки», чтобы влиять на мнение масс, ука- зывая им, что есть «хорошо», а что — «плохо». Правитель- ство называет «врагами» иностранные государства, действуО юшие вразрез с его интересами. Добровольное вступление в армию называется «патриотичным». Помощь неизвестным, посторонним людям называется «благотворительностью». Даже красота задается общественным соглашением: когда-то
    женщины с округлостями считались красивыми, теперь же их клеймят «жирными». Как заметил Чжуан-цзы,
   
    Кто красив от природы, тому дают зеркало. Но не скажи ему люди, что он красив, он бы и не знал об этом.
   
    Мудрость Лао-цзы, 67
    Чжуан-цзы продолжает урок, наставляя нас не верить яр- лыкам с надписью «доброта», которые клеит общество:
   
    Мудреца, который любит своих собратьев, люди на- зывают «человечным». Но не скажи ему люди, что он добр, он бы и не знал об этом.
    Мудрость Лао-цзы, 67
    Необходимо избегать ловушки, которую создают ярлычки социума, ведь только тогда мы сможем ускользнуть от песни универсальной любви, подобной пению сирен.
   
    Беспристрастность
    Итак, может ли человек послушать совета Лао-цзы не об- рашать внимания на традиционные ярлыки и, подобно со- вершенномудрому, «обращаться с людьми как с соломенны- ми собаками для жертвоприношения»? Отведено ли в мире какое-то место любви? Если даос признает, что природа не добра, означает ли это, что он должен быть бездушным хиш- ником? К счастью, картина не столь мрачна. Чжуан-цзы объ- яснил это в своем диалоге с шанским министром Таном:
    Тигры и волки — любящие животные, — сказал
    Чжуан-цзы.
    Что вы имеете в виду? [— спросил Тан.]
    Тигр любит свое дитя...
   
    Мудрость Лао-цзы, 67
    Чжуан-цзы говорит о том, что самые злобные и устра- тающие хищники, какие есть в природе, становятся любя- щими зверьми, заботясь о своих детенышах. Природа до- пускает безусловную любовь, но только среди членов очень небольшой группы животных. Такая любовь — самая с иль- ная и романтичная. Отдельный представитель будет биться буквально до смерти, чтобы защитить другого, входящего в его маленькую группу, иногда называемую «коконом». Для даоса естественно любить и изо всех сил защищать немно- гих избранных людей; все же остальные рассматриваются как ничего не значащие источники неприятностей — всего лишь соломенные собаки. Важно отметить, что этот малень- кий кокон для любимых людей выходит за границы традици- онно определяемой семьи. Поэтому Чжуан-цзы, заканчивая цитированный выше диалог, сказал:
   
    Совершенная доброта никак не связана с личными отношениями... Она намного выше, чем сыновня почтительность.
   
    Мудрость Лао-цзы, 67
    Чжуан-цзы ясно показывает, что семейные связи не слу- жат необходимой предпосылкой для совершенной доброты и любви, явственно отвергая конфуцианское почтительное отношение к семье. Вместо этого он делает акцент на добром
    отношении к тем, кто поддерживает с личностью подлинные взаимоотношения, материальные и духовные. У даоса до- брота распространяется только на тех, с кем у него общие ценности и интересы. Кроме того, если речь идет об отно- тениях мужчины и женщины, должно быть и физическое притяжение, берущее начало в недрах животного желания.
    Описание естественной любви у Лао-цзы, с одной сторо- ны, жестко и грубо, например когда он предостерегает про- тив какого-либо сострадания по отношению к народу. C дру- гой стороны, оно может быть романтичным и нежным, как в том случае, когда он поощряет страстную приверженность к немногим избранным. Относиться к народным массам с бес- пристрастным безразличием, одновременно изливая потоки свободной любви на определенную группу людей, — таков классический даосский принцип «пристрастности».
    Силы Дао, будучи проявлены в природе, беспристрастны. В природе нет места для особого отношения к кому-либо. Ураганы сметают города, не делая различий между жертвами, дождь льет равно на всех людей под небом в тучах, солнце согревает все, чего коснутся его лучи. В самом деле, природе свойственно жестокое безразличие. Детеныши животных — самая легкая добыча, людские дети легче всех подхватывают болезни. Силы природы обращаются с невинными так же грубо, как и с массовыми убийцами.
    Природа не дает пощады ни одному животному. В то время как трепетные антилопы живут в постоянном стра- хе, лев, «царь зверей», должен съедать одиннадцать фунтов мяса в день и отражать атаки других тварей; но когда воз- раст начинает мешать льву охотиться и драться, голод или Другие хищники убьют его. «Круговорот жизни» — это по- просту поедание одного животного другим. Природа не от
    дает предпочтения одному виду перед другим, так же как не наказывает выборочно одного, оставив в покое другого. И именно потому, что природа безразлична, она нечувстви- тельна к мыслям и чувствам своих жертв. Вернее, она про- должает существовать точно так же, как и в незапамятные времена.
    Сочетание идей недоброй природы и беспристрастности формирует основу для отказа от принципов христианства. Некоторые ученые пытались провести параллели между дао- сизмом и христианством, вырывая цитаты Лао-цзы из кон- текста, чтобы подкрепить ими по видимости сходные стихи из Библии. При подобных попытках упускают из виду тот факт, что эти две религии противоположны в корне, в сво- их основополагающих принципах. Выражая свое уважение к беспристрастности, Линь Ютан пишет:
   
    Одна из самых главных идей относительно Дао за- ключается в том, что Лао абсолютно безлично и беспристрастно в своих действиях. На этом основа- но одно из важнейших различий между Лао и хри- стианским Богом. Своей беспристрастностью Лао походит на сформулированную ученым идею без- личного закона, который не делает исключений для отдельных индивидуумов.
   
    Мудрость Лао-цзы, 66
    Признание отсутствия доброты у природы — еще один пример отличия даосских воззрений от христианских, по- строенных на представлении о доброте, неотъемлемо при- сущей человеку. Это предупреждение о том, что любая док- трина, которая пытается научить человека быть добрым,
    насаждает противоестественное поведение и обречена на провал. Как отмечает Линь Ютан,
   
    и Чжуан-цзы, и Лао-цзы подчеркивают, что Дао приносит пользу всем, не проявляя осознанной до- броты. У Чжуан-цзы конфуцианская доктрина жэнъ («человечности») постоянно подвергается напал- кам как ведущая к сознательной неестественности.
    В мире неосознанного блага люди были «добры», но «не знали, что это называется человечностью»; они «поступали правильно», но «не знали, что это называется справедливостью».
   
    Мудрость Лао-цзы, 66
    Если природа неизменна, для чего терять время, беспоко- ясь о ней или, того хуже, пытаясь изменить ее? Хотя такая мысль ужаснула бы христианских миссионеров, на деле че- ловек открывает, что единственное, чем ему следует инте- ресоваться, — это тем, как силы природы воздействуют на него лично. То есть, раз уж природу не изменить, не нужно ее трогать. Таков эталон, согласно которому человек духов- ный моделирует свое поведение. Раз уж недобрую природу человека изменить нельзя, даос не имеет дела с народными массами. Он не вступает в контакт с непоследовательными людьми до тех пор, пока от них не исходит реальной угрозы для него (согласно доктрине «недеяния»-невмешательства).
    Но, как того требует целостность, беспристрастное отно- шение даоса к народным массам компенсируется пристраст- ностью, проявляемой по отношению к небольшой группе людей, о которых он заботится по-настоящему. Он относит- ся к этим людям так, как будто они — неотъемлемые части
    его собственного тела. Такой кокон является продолжением личности человека, так как в него входят только те, с кем у него общие ценности, приверженности и антипатии.
    Истинная любовь, или «совершенная доброта», проч- но связана с действием. Любовь без действия — всего лишь слово. Для даоса, всегда скептичного, словесные выражения заботы непоследовательны, признаются только поступки, не- сушие любовь. Это еще больше укрепляет непредвзятое от- ношение даоса к массам. Когда вы последний раз пожертво- вали чужому человеку что-то действительно важное для вас? Универсальная любовь всегда на практике сводится к сенти- ментальному вздору, за которым стоит мало реального дей- ствия. Даос же, напротив, добровольно отдает время, деньги и силы тем, кто находится внутри его кокона.
    Осознание того факта, что для любых отношений, дей- ствительно основанных на любви, нужно действие, или энергия, в свою очередь ведет к признанию необходимости ограничивать такие отношения. Совершенная доброта тре- бует усилий — и весьма значительных. Универсальная лю- бовь, стало быть, бессмысленна, так как влечет распыление этих усилий на целую толпу. Это похоже на распределение богатств: можно раздать целые капиталы немногим избран- ным — или по грошу, но каждому. Заботиться о целом мире (с затратой соответствующих усилий) — значит не заботить- ся ни о ком. Следовательно, не тратить силы на массы — это путь, наиболее полно совпадающий с естественным, посколь- ку позволяет человеку обратить свои ограниченные возмож- ности на дорогих ему людей внутри его кокона.
    Мacкupoвка
   
    Только совершенный человек может совершать свой путь в современном мире, не привлекая к себе внимания.
   
    Мудрость Лао-цзы, 139
    Обращение к природе как к эталону дает нам важную мето- дику, которая является решающей при выживании в трудных ситуациях нашей жизни, а именно — использование маски- ровки. Беспристрастная жесткость природы научила живот- ных избегать нападения хищников, сливаясь окраской свое- го меха с окружающей средой. Лао-цзы предупреждает, что даос должен оставаться таким же неприметным пред лицом общества, в корне к нему недружественного. За это Лао-цзы и называют «первым идеологом маскировки».
    Современное общество подталкивает человека на поиски собственной неволи в виде славы и денег, которые становят- ся целью жизни: большой дом, машина последней модели и дорогие тряпки служат символами успеха и веса в обществе. Лао-цзы напоминает, что это путь глупца, так как при этом вы делаетесь мишенью для множества завистливых людей вокруг. Они сладко улыбаются вам, но будут негодовать при виде вашего успеха и жаждать такого же для себя. В мире бизнеса ваша работа из-за этого подвергается риску; в лич- ньк отношениях ваша слишком яркая половина станет объ- ектом внимания других; если вы добьетесь славы, вам посто- янно будет досаждать злобная молва. Чжуан-цзы объясняет это с помощью аналогии:
   
    Прямое дерево первым срубают. Колодец со вкус- ной водой первым вычерпывают.
   
    Мудрость Лао-цзы, 143-144
    Будучи даосом, вы следуете философии, пренебрегающей многими ценностями общества, в котором вы живете. Было бы безрассудно открыто выражать свои взгляды перед людь- ми, находящимися за пределами вашего кокона, так как одна из важнейших составляющих в построении благополучной жизни — умение внешне растворяться в обществе. Чжуан- цзы подчеркивает:
   
    Делать то, что делают другие, и не подвергаться по- ношению — вот что значит быть детьми человече- скими.
   
    Мудрость Лао-цзы, 86
    В прошлом различные группы людей становились объек- тами насмешек и гонений в обществе, в котором им доводи- лось жить. Религиозные и этнические группы любого рода, будь то иммигранты в чужой стране или просто жертвы на- ступивших перемен, выставляли напоказ свое уникальное наследие, после чего страдали от преследований. Путь даоса не таков: даос, напротив, скрывает любые различия, чтобы смешаться с обществом. Как мудро замечает Чжуан-цзы,
   
    въезжаешь в страну — следуй ее обычаям.
   
    Мудрость Лао-цзы, 219
    Тщетно восставать против неудобств, которые причиняет дождь, — и точно так же даосу следует принять как данность
    то общество, в котором он живет, и слиться с ним. Даос старается адаптироваться к окружающей его среде, а не из- менить ее. Адаптироваться — значит замаскироваться наи- лучшим образом; даос учится укрываться под плащом при
    Истинный даос никогда не даст втянуть себя в революцию или мятеж. Любая революция лишь заменяет одну группу во- ров, не способных к созиданию, другой группой. Даосу ни те, ни другие не интересны в принципе, Лао-цзы советует во времена смут укрываться в горах, возвращаясь только после того, как все успокоится. Даосизм не занимается изменени- ем общества. Практикующий даос отдает себе отчет в том, что к обществу, в котором он живет, следует относиться с опаской и не ожидать от него ничего хорошего. Он знает, что не стоит недооценивать бешенство общества, когда оно обнаруживает группу людей или отдельных личностей, кото- рые открыто пытаются выйти за пределы общественного со- глашения. Поэтому завет даоса классического типа — жить
   
    Три сокровища — это то, чем я владею, и ими я буду делиться. Эти сокровища священны и обладают ма- гической силой.
   
    Лю Янтай в беседе с Алексом Анаталем
    «Аао дэ цзин» можно рассматривать как собрание предупре- Ждений, последовательно изложенных в виде упорядоченной системы философских принципов. Правильное применение
    творных ценностей.
    по законам богов и уважать законы людские.
   

    этих принципов в повседневной жизни помогает практикую- тему даосу выжить и обрести благополучие в мире, полном «хаоса, страдания и абсурда». В их пользу свидетельствует то, что они применимы к жизни в современном западном мире так же, как и к жизни в Древнем Китае. Возможно, «Три со- кровища» Лао-цзы представляют собой наиболее лаконично и четко сформулированные правила среди прочих. К сожа- лению, как и столь многие доктрины Лао-цзы, их извращали на протяжении веков, и их нынешний смысл — всего лишь тень того, что изначально хотел сказать их создатель.
   
    Первое сокровище
    Первое — это любовь.
   
    Мудрость Лао-цзы, 291
    Первое сокровище Лао-цзы, «любовь», получило столько не- верных толкований со стороны переводчиков и философов, что его общепринятое определение приобрело абсурдный ха- рактер, абсолютно несовместимый с философской сущностью даосизма. У китайского иероглифа, обозначающего в том чис- ле и любовь, есть много значений. К несчастью, это привело к целому ряду противоречивых трактовок первого сокрови- та — от «любви» у Линь Ютана до «простоты», «благожела- телъности» и «человеколюбия» у других переводчиков.
    Ища верную трактовку какой-либо доктрины Лао-цзы, практикующий даос всегда смотрит на то, как она применяет- ся в реальности. Правильное толкование или понимание под- тверждается только практическим применением, тогда как неверное явственно теряет силу, будучи приложено в умствен- ной или физической сфере. Если пользоваться этим методом,
    быстро станет ясно, что перевод иероглифа, обозначающего первое сокровище как «любовь», откровенно ошибочен. Когда Лао-цзы говорит в заключении стиха о трех сокровищах, что «любовь победоносна в нападении и неуязвима при защите», понятно, что принятое толкование слова «любовь» неверно. Никто из уцелевших в физическом столкновении не станет заявлять, что тайное оружие, обеспечивающее победу, — это любовь. Спросите ветерана любой войны, полицейского или жертву насилия, является ли любовь ключом к сохранению жизни. Нелепость подобной идеи очевидна. Обращение к ин- теллектуальному убеждению, с целью превратить «победу по- средством любви» в эффективный жизненный принцип, — безумие пополам с фантазией или слепая вера в религиозную догму. Любовь — действительно сильное чувство, играющее важную роль в человеческом существовании, но она никогда не станет учебным предметом в военных училищах.
    Так что же имел в виду Лао-цзы, когда писал о любви как о первом сокровище? Ответ лежит в сочетании трех сущност- ных элементов: приятия, действенной и искренней заботы и простоты чувств. Результатом такого сочетания является 60- лее точное определение первого сокровища.
    Первое необходимое условие любви в смысле Лао-цзы — это приятие. Подлинная любовь требует принять любимого безоговорочно. Подобным же образом нужно прийти в согла- сие и с миром вокруг себя. Например, если вы не согласны с какой-то идеей, вам трудно постичь ее на самом глубинном Уровне. Математик должен прежде всего признать математи- kY в качестве интересной области для изучения, в противном случае он никогда не сможет узнать и осмыслить ее принди- пы. Спортсмен должен любить свой вид спорта, чтобы трени- роваться с пылом, необходимым для улучшения результатов.
    Невозможно предаваться частично чему-либо стоящему. Ста- ли бы вы доверять врачу, который не переносит вида крови, но кое-как делает хирургические операции, потому что это хороший источник дохода? Эмоциональное приятие — необ- ходимая предпосылка для результативного действия, что бы вы ни предпринимали. Оно открывает смыслы и позволяет уму и телу функционировать правильно.
    В этом явлении скрывается понимание того, что, когда вы полностью принимаете что-либо, вы признаете это, не тре- буя изменений. Ваше приятие первого сокровища должно быть безусловным, нельзя пытаться изменить людей или яв- ления в соответствии со своими желаниями или ожиданиями. Когда кого-то увлекают с его естественного пути, это означа- ет, что все, кто вовлечен в ситуацию, будут насильственно выведены за пределы своих ограничений и с этим придется как-то справляться. Такая принудительная любовь несовме- стима с приятием. Сколько пар несчастны потому, что один из партнеров пытается сделать из другого (или оба — друг из друга) то, чем сам стать не может? Нездоровое стремление представителей человечества изменить то, что им менять не следует, является главным источником неудовлетворенности, а иногда и конфликтов.
    Поскольку приятие является одним из составляющих пер- вого сокровища Лао-цзы, даосизм требует, чтобы любовное чувство было подкреплено конкретными действиями. Словес- ные выражения любви очень милы, но это всего лишь слова. Настоящая любовь должна иметь выражение в действенном внимании, посредством которого любимый человек получает подлинную заботу в неограниченном количестве. Супруг или супруга получают физическую и эмоциональную поддержку. Домашнее животное получает пищу, кров и медицинскую
    помощь в случае необходимости. Будет ли это вполне при- земленная покупка продуктов для дома или романтическое поднесение букета, но действенная и искренняя забота — не- обходимый элемент в даосском определении любви.
    Ранее в этой главе любовь описывалась как естественное чувство, которое появляется, когда ваша привязанность к человеку или животному так велика, что он становится по- истине частью вашего существа. Такая неподдельная лю- бовь — это простое и ясное чувство, оно не усложнено и ему не надо учиться. В этом отношении любовь весьма по- хожа на свою противоположность — ненависть, для которой тоже не требуется наставлений. Религиозные учреждения на протяжении двух тысяч лет пытались преподать усложнен- ную версию любви, преуспев только в разжигании войны и в умножении заблуждений.
    Простые чувства, мысли и действия служат подлинными проявлениями любви. Без таких искренних проявлений лю- бовь не существует. Простота подразумевает необходимость сбросить с себя все сложности, которыми бесчисленные со- циалъные институты нагрузили вас.
    Упрощение означает возвращение к своей естественной сути. Такое восстановление связи между интеллектуальным и естественным (или животным) «я» является необходимым шагом для достижения благополучия и важным инстру- ментом для странствия по жизни. Умение анализировать ситуации и сводить их к простым, лишенным сложностей наблюдениям — действенная метода. Это один из базовых механизмов для избавления от заблуждений — главных ис- точников стресса и преград для благополучия. Ценность практического применения этого механизма невозможно пе- реоценить, так как умение упрощать — первый шаг к тому,
    чтобы стать «решателем задач» в вашей профессиональной и личной жизни. Как заметил Чжуан-цзы,
   
    Умники запутываются в собственных хитростях,
    превосходный же человек следует прямо к истине.
   
    Мудрость Лао-цзы, 308
    Итак, значение первого сокровища лучше перевести не как «любовь», а как «приятие, деятельная забота и просто- та». Если применить это новое определение к утверждению Лао-цзы, что любовь победоносна в нападении и неуязвима при защите, то смысл отрывка делается ясен. Принять кон- фликт за то, чем он является, и вступить в него с ясным, незамутненным мышлением и одновременно действуя про- сто — вот залог победы. Ваша «любовь» к врагу выражается в понимании его мотивов и тактики, а затем — в ответе ему решительным действием без колебаний.
    При таком определении любви мы видим, что первое со- кровище Лао-цзы затрагивает саму суть духовного бытия. Оно учит даоса-ученика реалистически воспринимать любое явление и полагаться на простоту мысли и действия.
   
    Второе сокровище
   
    Второе — никогда не брать слишком много.
   
    Мудрость Лао-цзы, 291
    Второе сокровище Лао-цзы, «никогда не брать слишком много», — это даосский совет-предостережение против чрезмерности. На уровне физическом вредоносные плоды
    чрезмерности очевидны и хорошо осознаются. Если вы бу- лете переедать, то растолстеете; если будете слишком мно- го курить, то испортите себе легкие; если будете слишком много бегать, у вас начнут разрушаться коленные суставы; если вы будете слишком много работать, то погибнете от из- неможения. Чрезмерность в физическом мире ведет к беде. Слишком быстрый темп убивает, избыток кислорода отрав- ляет, а избыток солнца — сжигает.
    Не менее важно понять, что второе сокровище Лао-цзы не является принципом самоотречения или минимизации потребностей. Например, второе сокровище не будет под- держкой саморазрушительному воздержанию буддийского монаха от пищи, физических упражнений и секса. В даосиз- ме, который обращается к природе как к эталону, нет места таким причудливым, сугубо интеллектуальным конструкци- ям, не признающим потребности тела. Ведь если избыток кислорода отравляет, то недостаток приводит к удушью; если слишком быстрый темп убивает, слишком медленный пре- пятствует достижениям; если переедание приводит к ожире- нию, то недоедание — к истощению.
    Если необходимо избегать как чрезмерности, так и отре- чения, то как же даосу установить верную степень какого- либо физического действия? Какой мерой или масштабом измерять эту степень? Чжуан-цзы ответил, заметив:
   
    Бобер утоляет жажду из реки, но пьет ровно столь-
    ко, чтобы наполнить свой живот.
   
    Мудрость Лао-цзы, 226
    Чжуан-цзы обращается к природе, чтобы показать, что мерой верного количества физического действия являет
    ся необходимость, или умеренность. Принцип «никогда не брать слишком много» учит даоса устанавливать, каково это нужное количество, и достигать его, чтобы действовать пра- вилъно. Чувствительный к следствиям физических воздей- ствий, даос естественным образом доводит свои действия до верной степени. Так, если ваши пищевые пристрастия вле- кут прибавку в весе, то диета вновь сделает вас стройным. Если на повороте раздается визг шин вашего автомобиля, вы жмете на тормоза, чтобы сбросить скорость. Когда у вас 60- лят мышцы от слишком интенсивных упражнений, вы делае- те перерыв и приходите в норму. Понимая этот компромисс между чрезмерностью и отречением, мы выясняем, что «уме- ренность» — наилучший перевод для слова, обозначающего второе сокровище Лао-цзы.
    Умеренность в физическом мире имеет важные следствия для американцев, особенно когда речь идет о владении ма- териальными ценностями. Во времена, предшествовавшие сегодняшнему изобилию Америки, приобретение материалы ных благ было необходимо для выживания. Когда типичная семья уже перестала быть фермерской семьей с полным са- мообеспечением, в индустриальном обществе появилась но- вая семья, состоявшая из наемных работников, которые зара- батывали деньги на пишу и кров. Такая перемена в характере труда — переход от получения средств к существованию к 60О лее абстрактному понятию зарабатывания денег — открыла ящик Пандоры. Ведь если физические ограничения ферме- ра позволяли ему выполнить только достаточное количество труда, чтобы материально поддержать свою семью, то работ- ник индустриального общества сделался машиной для зара- батывания денег, ограниченной только собственным умом и желаниями. Фермеры и переселенцы работали столько,
    сколько было необходимо; работники же индустриального общества работали сверх уровня необходимости, насколько хватало их устремлений. Материальные блага сделались под- тверждением успеха и уже не требовались для выживания. Психология стяжательства выросла под нажимом общества и стала базовой предпосылкой для неудовлетворенности в се- годняшней Америке. В сущности, индивидуальная удовлетво- ренность приносится в жертву бесконечной гонке за матери- альными ценностями. Примечательно, что Лао-цзы наблюдал такое даже в Древнем Китае и призывал даосов избрать для себя умеренность в обладании материальными благами:
   
    Нет большего проклятия, чем неудовлетворенность.
    Нет большего греха, чем стяжательство.
   
    Мудрость Лао-цзы, 225
    Ключевая особенность всех даосских принципов состоит в том, что они, работая в физическом измерении, точно так же применимы и в сфере ментальной. Такая двойственность требует, чтобы даос применил второе сокровище, управ- ляя своим умом. Таким образом, избыточные размышления столь же опасны для благополучия человека, как и любая фи- зическая чрезмерность.
    Если в случае физической чрезмерности мы подвергаем риску тело, то избыточная умственная деятельность вредит душевному покою и благополучию. В результате чрезмерного количества размышлений мы получаем взбудораженный ум, который беспокоится по поводу любой житейской мелочи. Vm, который постоянно соображает «что будет, если...», не может жить настоящим моментом. Непрерывные расчеты и планы забивают голову ненужными сомнениями. А это по
    рождает страх перед будущим, который становится одним из самых мощных барьеров для достижения благополучия. Как сказал Лао-цзы,
   
    кто спокоен и умиротворен, за тем идет весь мир.
   
    Мудрость Лао-цзы, 223
    Ум занимает себя не только постоянными планами и под- счетами, но и саморазрушительной потребностью зацикли- ваться на вопросах, на которые нет ответов. Желание узнать о жизни после смерти, о воле Божьей и об иных тайнах ведет к беде. Такие мысли не просто пустая трата энергии — они программируют такую работу ума, которая идет вразрез с реальностью. По прошествии некоторого времени ум стано- вится агрегатом, в котором самозарождаются заблуждения и путаница. Чжуан-цзы заметил, что
   
    наше знание не выходит за пределы материального мира. Тот, кто наблюдает действие Дао, не пытается ни пройти до самого конца вещей, ни подняться к самым их истокам. Здесь прекращаются все споры.
   
    Мудрость Лао-цзы, 148
    Потеря внутренней уравновешенности — не единственная опасность, подстерегающая отуманенный заблуждением ум. Уже три тысячи лет назад китайцы знали, что стресс является первейшей причиной болезней; современная наука лишь начи- нает признавать его роль в возникновении заболеваний. Из-за этой, надежно подтвержденной свидетельствами связи между умом и телом, стресс, которому подвергается ум, ведет к це- лому букету психосоматических заболеваний. Всевозможные
    расстройства — от проблем со спиной до сердечно-сосудистых и кишечных болезней — зачастую являются прямым следстви- ем стресса и заблуждений, которые поражают ум.
    Создавая для себя такой образ жизни, который ведет к бла- гополучию, даос всегда бдительно смотрит, не угрожает ли ему какая-то опасность. Он учится быть чувствительным к своему окружению и тем самым выявлять проблемы еще до того, как они начнутся. Даос не станет прятать голову в песок и ждать, когда грянет беда. Напротив, его спокойный ум постоянно и бдительно улавливает малейшие признаки угрозы его благопо- лучию. Стоит ему только заметить надвигающуюся беду, как он тут же начинает действовать, чтобы избежать угрозы или уни- чтожить ее. Всегда проще справиться с ситуацией на начальной стадии. Лао-цзы говорил, что опасности «надлежит преодоле- вать, пока они еще невелики» (Мудрость Лао-цзы, 282).
    Большинство людей настолько поглощены мелочами жиз- ни, занимая себя внешними атрибутами общества, что забы- вают о реальных предостережениях. Только спокойный ум будет восприимчив к этим маленьким знакам беды и поэто- му сможет действовать до того, как угроза разрастется. Такая философия приносит практические плоды во всех аспектах жизни, включая личные отношения, деловую сферу и соци- альное взаимодействие в целом. Лао-цзы предлагал даосам
   
    реагировать на событие, пока оно еще не произо-
    шло; наводить порядок до того, как начнется смута.
    Мудрость Лао-цзы, 283
    Первое сокровище Лао-цзы (приятие, действенная забота, искренняя простота чувств) и его второе сокровище (уме- ренность) крепко связаны.
   
    Открой свою простую самость, прими свою есте- ственную природу, сдерживай свое себялюбие, со- кращаи свои желания.
   
    Мудрость Лао-цзы, 120
   
    TретЬе сокровище
   
    Третье — никогда не быть первым в мире.
   
    Мудрость Лао-цзы, 291
    Третье сокровище Лао-цзы есть завет избегать одного из мощнейших стимулов общества — «во всем быть лучшим». C самого рождения общественные институты постоянно под- талкивают человека к тому, чтобы превзойти и обойти всех вокруг. Школы побуждают получить более высокий балл, бизнес — выпускать самую лучшую продукцию, спортивные программы — стать сильнее, а рекламодатели — вызывающе выставлять напоказ модные тряпки и автомобили. Во всем этом содержится скрытое послание, что счастье возможно только если быть лучшим и иметь побольше. Общество же- лает видеть личность скаковой лошадью, которая участвует в забеге без финиша. Балом правит конкуренция, и что-либо ниже первого места — удел неудачников.
    Лао-цзы осознавал опасности, связанные с этой постоян- ной погоней за первым местом. Он видел, что соревнование за чин и состояние является для общества одним из основных орудий манипуляции, действующим в ущерб счастью граж- дан. Под нажимом конкуренции человек выходит за пределы
    своих возможностей. Это порочная стезя, где используются гордость и тщеславие для порабощения людей.
    В мире конкуренции даже небольшой успех делает чело- века мишенью для соперников, оспаривающих с ним первое место. Если даос будет потихоньку радоваться материально- му благосостоянию только как средству устроить себе благо- получную жизнь, то обычный человек будет выставлять свои достижения и домогаться большего. Тем самым он становит- ся мишенью для движимых завистью и ревностью. Чжуан- цзы напоминает, что самое прямое дерево первым попадает под топор, а Лао-цзы говорит:
   
    Если твой зал наполнен золотом и яшмой, ты не сможешь их уберечь. Гордиться богатством и знат- ностью значит навлекать на себя беду. Выполнив свою работу, уходи. Таков путь Неба.
   
    Мудрость Лао-цзы, 79
    Три сокровища Лао-цзы представляют собой три важ- ных предостережения, которые следует помнить в жизнен- ном странствии и в поисках благополучия. Они практичны и применимы к проблемам повседневности. У них имеется также глубинный подтекст, сущностно важный для даосизма. Лао-цзы совершил удивительный подвиг: сумел соединить обыденную практичность с вечной философией.
    ГЛАВА 5
    Практические применения Дао
    Не развивай свою человеческую природу, а развивай божественную.
   
    Мудрость Лао-цзы, 189
    Практика — критерий истины
    Цель любой последовательной философии — облегчить страдания своих приверженцев. В практическом смысле это поможет им жить более счастливой и более здоровой жиз- нью. Если философия не имеет практического применения, вся система воззрений низводится до уровня игры ума. Фи- лософия же, которая действенна в реальном мире, обладает немалыми преимуществами. По словам Чжуан-цзы,
   
    · 247 й
   
    Кто понимает Лао, тот должен постигать извечные принципы; кто постигает извечные принципы, тот должен понимать, как ими пользоваться.
   
    Мудрость Лао-цзы, 240
    Давайте вспомним аналогию с автомобилем, приводившу- юся ранее: практическая философия очищает лобовое стекло и предоставляет водителю незамутненный обзор. Видеть до- рогу перед собой (уподобим ее жизненному пути) становится заметно легче. Философия, неприменимая на практике, на- против, только еще больше пачкает стекло, делая опасным пе- редвижение по дорогам (по жизненному пути). Если продол- жить аналогию, то от чистого лобового стекла мало пользы, если машина никогда не выезжает из гаража. Незамутненный обзор способствует безопасному вождению, которое служит определенной цели, только если приходится набирать ско- рость, рулить, тормозить. Когда практикующий полностью усваивает доктрины истинной философии и понимает, как ее применять, мы называем это «просветлением».
    Несколько тысяч лет назад философия носила название «матери всех наук», так как обещала прояснить составлен- ную людьми картину мира. Философия, по сути дела, — это наука, имеющая дело с видимой реальностью. А как известно каждому ученому, теория должна быть подтверждена прак- тическим применением. Таким образом, истинная филосо- фия, как и наука, должна заботиться о том, чтобы практиче- ское применение ее соответствующих принципов приносило конкретные результаты.
    К сожалению, большинство философских и религиозных систем не стали подвергать себя строгому испытанию прак- тикой. Хотя мотивы у «общественных мудрецов», пропаган
    дировавших эти представления, были разными, в основе их намерений лежало лицемерие. Пользуясь слепой верой как орудием, они обманом побудили миллионы ничего не подо- зревающих жертв следовать принципам, которые были осно- ваны на фантастических умозрительных конструкциях, — и нередко с катастрофическими последствиями.
    Как уже было сказано, Лао-цзы разделяет людей на две самостоятельные группы. Первая группа, «стадо», или обы- ватели, живет со сложной системой представлений, постро- енных на слепой вере, пользуется примитивным и темным языком и находит удобство в спутанности традиционного мышления. Обыватель избегает подтверждений философ- ских и религиозных идей. Происходит ли это от подсозна- тельного понимания доктрин, которым обыватели привер- жены, или от страха, что общепринятые принципы будут поставлены под сомнение, — но не делается ничего, чтобы приложить их на практике и установить их пригодность. А может быть, стадо попросту лениво и равнодушно и пред- почитает, чтобы убеждения для него разжевывали политики, церковники и телевидение.
    Вторая группа, согласно классификации Лао-цзы, состоит из тех редких личностей, которые чувствуют, что с традици- о иными представлениями что-то неладно. Их тревожит, что всенародно распространенные убеждения так оторваны от ре- альности. Несчастные в состоянии заблуждений и душевной смуты, они отчаянно пытаются разгадать, что происходит, и становятся, таким образом, «исследователями», ищущими ответов на жизненные вопросы. У них хватает смелости мыс- лить, выходя за рамки принудительных ограничений традици- онной премудрости. И, будучи внутренне мотивированными скептиками, они чувствительны к философским принципам,
    которые отходят от ценностей общества, насаждавшихся с са- мого рождения. Они самым серьезным образом желают изба- виться от своих заблуждений и путаницы в уме и нацелены на то, чтобы отстаивать свой путь к ясности.
    Однако важно отметить, что даже иные из так называемых «исследователей» могут быть глупцами. На свете есть множе- ство сбитых с толку последователей «эзотерики», бегающих от одного гуру к другому в поисках какого-то своего невы- разимого «просветления». Движимые благой целью найти от- веты за пределами традиционных западных представлений, они следуют за всяким учителем, который одевается в экзо- тические одежды и умно рассуждает. Их абсолютная предан- ность лжеучителям в конечном счете мало отличается от при- верженности своим доктринам общества-стада, не задающего лишних вопросов. Желание получить эзотерическое просвет- ление может заслуживать уважения, однако на практике оно обычно выливается лишь в бессмысленную болтовню.
    Определяющие качества подлинного исследователя, ищу- щего просветления, — это врожденный скептицизм и по- требность постоянно все подвергать проверке. Хладнокров- ные испытания философских принципов, похожие на те, которыми ученый в ходе эксперимента беспристрастно под- вергает свои теории, делают из такого человека настоящего ученика-философа. Для того чтобы спросить как и почему, нужна смелость. Прояснение своего видения мира — дело серьезное, требующее острой наблюдательности и неисся- каемой жажды доказательств. Для настоящего исследователя слепой веры не существует.
    Как ни странно, но некоторые западные мыслители от- делили религию и философию от других дисциплин, относя их к той категории, где проверка посредством анализа реаль
    ности не требуется. В качестве основания их мировоззрен- ческих систем берутся представления, опирающиеся скорее на слепую веру и на обещания светлого будущего. Если речь идет о религиях, то светлое будущее оказывается достижи- мым только на небесах после смерти. Такова эволюция, ко- торая сильно бы огорчила Аристотеля, отца аналитической мысли в западной философии.
    Философские же и религиозные системы Востока, и пре- жде всего даосизм, сохранили свою практическую сущность. Лао-цзы то и дело подчеркивает, что цель его философии — прояснение реальности. Он отстаивает обращение к приро- де (неискаженному проявлению реальности) как к образцу для философских принципов. Основатель даосизма учит да- осов «насыщать живот, а не зрение» (Мудрость Лао-цзы, 90). Иными словами, Лао-цзы полагал, что отделение практики от философии немыслимо, поскольку главной целью его си- стемы представлений было обеспечить зримые преимуще- ства как можно быстрей.
    Важность применения принципов Лао-цзы на практике усилена еще и благодаря древнему разделению «Лао дэ цзи- на» на две половины. Первая называется «Книга Лао» и об- рашается к философским принципам. Вторая, «Книга дэ», конкретизирует практическое применение этих принципов. Такое двухчастное строение основополагающего текста да- осской философии и религии поистине уникально.
    Лао-цзы блестяще сумел разработать систему, которая объединяла и рассмотрение земной жизни человека, и не- познанный мир высшей энергии, то есть религию. Его еди- ный взгляд на видимое и невидимое не предполагал, однако, отказа от необходимости подтверждать на практике любую теорию — философскую или религиозную. Он писал, что
    царство богов находится за пределами понимания смертных, но проявления божественного (дэ) можно наблюдать, пони- мать и применять на практике.
    Великое Дао осуществляет свою власть над всем, включая богов. Значит, принципы даосизма могут быть проверены реальными способами здесь, на земле, чтобы в некоторых ограниченных пределах понять, каковы пути Вселенной:
   
    Эти два (тайное и его проявления) — по своей при-
    роде суть одно и то же. Им дают разные имена, ког-
    да они становятся проявленными.
   
    Мудрость Лао-цзы, 41
    «Лао дэ цзин» — это книга предупреждений. Одно из са- мых настойчивых предостережений состоит в том, что чело- век, будучи созданием, столь ограниченным и подверженным ошибкам, не должен пытаться строить непроверяемые умо- зрительные конструкции. На почве непроверяемых теорий произрастает недисциплинированное мышление, которое, в свою очередь, торит путь для заблуждений. Естественная, изначальная природа человечества подверглась такому раз- ложению, что современному человеку надо открыто учиться избегать полетов фантазии. Чжуан-цзы развивает предупре- ждение Лао-цзы:
   
    Наша жизнь имеет предел, знанию же предела нет.
    Имея предел, гнаться за беспредельным гибельно.
   
    Мудрость Лао-цзы, 174
    Наилучший способ укоренить систему представлений в реальности — это настаивать на ее практическом примене
    нии. Применение — это лакмусовая бумажка для правиль- ного мышления. Истинное просветление, следовательно, невозможно без постоянных проверок и практического при- менения. Поэтому в даосских храмах классического типа физические дисциплины объединялись с духовными про- граммами. Так они гарантировали, что личный опыт их уче- ников будет крепко утвержден в реальности, останавливая все поползновения к несбыточным измышлениям.
    Мысль о том, что философские принципы должны быть подтверждены действием, является сама по себе ключевым да- осским принципом. Лля даоса слова немногого стоят. Умелый оратор может сделать так, что любая идея будет выглядеть ис- тинной, однако ее надежность может быть выяснена только с помощью практического применения. Такое отношение тре- бует дисциплины мысли, которая нечасто встречается. Кроме того, поскольку такая активная позиция не является общепри- нятой, она требует также и необычайной смелости, чтобы по- ставить под сомнение представления, которые были взлелеяны как бесспорная истина начиная с самого детства.
    Практика не оставляет места для индивидуальных толко- ваний уроков даосизма. Лаже самый старательный и искрен- ний ученик может неверно истолковать идеи, доносимые ему учителем. Однако, когда такие идеи проверяются действием, ученик убеждается в надежности своей интерпретации. Если ученик неправильно понял слова наставника, это станет оче- видно, когда он перейдет к действию. Ощутимые результаты предполагают, что толкование может быть или верным, или неверным; никакие двусмысленности или «возможно» не- возможны.
    Кроме того, практическое обучение неизбежно влечет за собой упрощение. Только сложные объяснения порождают
    такие же сложные, не работающие принципы, которые уче- никам невозможно применить на практике. Таким образом, следствием практического применения являются простота и ясность.
    Помимо того, что практика может помочь выявить невер- ные или неправильно понятые идеи, она может также спо- собствовать укреплению принципов, которые были поняты правильно. Так как ученики живут в физических телах, они легче могут усвоить новые идеи, переживая их физически. Например, воистину невозможно научиться водить машину только на основе абстрактных объяснений и чтения учебни- ков. Основы вождения при устном объяснении выглядят ма- лопонятными и трудными для восприятия. Однако, когда эти понятия подкрепляются практикой за рулем, ученик их бы- стро усваивает. Со временем ему уже не нужно думать о каж- дом действии, и при ежедневной практике на дороге основы впитываются в кровь. Реализация принципов без подробного обдумывания представляет собой важную веху в поисках ис- тинного просветления. Для даоса умение применить принци- пы Лао-цзы без подробных размышлений (чань) — конечная цель. Наилучший способ достичь этой цели — практика.
    В даосском странствии за духовностью важно понимать свои ограничения. Лаос продвигается по жизни лучше все- го, когда ясно смотрит на реальность, а затем действует в пределах своих возможностей. К сожалению, в человеческой природе переоценивать личные способности и тем самым преувеличивать пределы своего влияния. Философские док- трины могут постоянно подчеркивать важность понимания личных ограничений, но, как правило, ученики не воспри- нимают этот урок, пока не усвоят его на собственном опыте. Идея ограничений становится чрезвычайно наглядной, когда
    ученик сталкивается с постоянными физическими ограни- чениями при практической физической деятельности. Так, например, ничто лучше не вколачивает идею личных огра- ничений, чем боль и унижения, сопутствующие боевым ис- кусствам.
    Акиент, который делается в даосизме на практическом применении, соответствует настойчивому требованию к дао- сам самим отвечать за свои действия. Над входом в даосские храмы классического типа находится изречение: «Каждый сам отвечает за свои деяния». Поскольку пути богов непо- стижимы, личность сама несет ответственность за свою судь- бу. Готовность человека обвинять в своих неудачах всех и вся, но только не себя, напрямую связана с господствующей системой представлений, не имеющей корней в дисципли- нированном действии. Аля даоса оправдания — это нытье слабых духом, блеянье стада. Так как овладение принципами Лао требует постоянного подкрепления практикой, даос по- латается на действие и презирает тех, кто считает иначе.
    Личное доверие, возникающее при успешном примене- нии даосских принципов, укрепляет также преданность уче- ника своему наставнику. Когда ученик постоянно видит и испытывает на опыте, как подтверждаются принципы, пре- подаваемые учителем, его вера в наставника возрастает. Уче- ник видит, как наставник демонстрирует на практике свое мастерство даоса: физическую сноровку в боевых искусствах и цигун, ментальные способности — в медитации. Возмож- но, еще более важно то, что ученик наблюдает тот образ жизни, который избрал его наставник и который основан на тех принципах, что он проповедует. В результате доверие своих учеников наставник заслуживает. Это не слепая вера, требуемая большинством религиозных и философских си
    стем. Уважение, в отличие от многих вещей в жизни, нельзя купить. Даосский наставник зарабатывает уважение, демон- стрируя наглядные результаты практического применения
   
    Обратись к ней, и она охотно послужит тебе.
   
    Мудрость Лао-цзы, 64
    Уникальное свойство даосизма как учения — его приложи- мость как к видимому миру (например, к сфере китайской медицины и боевых искусств), так и к миру невидимому (на- пример, к общению с богами). Даосская теория достигает конкретных результатов именно потому, что в любом деле по- латается на ряд доказанных и последовательных принципов.
    Для практического применения доктрин даосизма необ- ходима энергия. Без энергии конкретные результаты невоз- можны — иными словами, нет энергии, нет и результатов. Эта энергия работает в соответствии с даосскими законами действия, в рамках его принципов, во многом подобно зако- нам Ньютона в физике. Однако при практическом примене- нии, будь то акупунктура или боевые искусства, эту энергию невозможно измерить, прибегая к традиционному инстру- ментарию науки. Осязаемы и зримы только проявления этой
    Так что же такое эта странная энергия, которую нельзя измерить и которая, тем не менее, обладает такой мощно- стью? Конечно же, она должна быть необъятной, так как она
    своих знаний.
   

    энергии. Сама же энергия невидима и неизмерима.
    пронизывает все земное бытие и распространяется до небес, объединяя все творение в единую стихийную силу. Действие этой энергии — краеугольный камень даосской теории един- ства. Она подобна той «темной энергии», которая ускользну- ла от Эйнштейна при разработке его необычайно цельного представления о физических законах Вселенной.
    Даосы называют эту вездесущую изначальную энергию ци. Хотя ее происхождение неведомо, ее действие определяется четки