Скачать fb2
Лара

Лара

Аннотация

    Юная дочь феи и солдата Лара согласилась быть проданной мачехой в Дом удовольствий, чтобы ее отец смог участвовать в турнире Доблестных Рыцарей и выбиться из нищеты. Но у девушки неземной красоты было свое предназначение: ей предстояла долгая дорога из города, центра королевства Хетар, к лесным лордам, принцам-теням, прибрежным королям и, наконец, в Дальноземье, где она познает истинный смысл любви и жгучую страсть. Сможет ли она, полукровка, научиться убивать и изменить мир порока и обмана своей родины?..


Бертрис Смолл Лара

Пролог

    – Ты здесь?
    Кулон вспыхнул золотым пламенем.
    – Разумеется, я здесь, – раздался знакомый голос. – Где мне еще быть?
    – Мне страшно, – сказала девушка.
    – Неизвестность часто пугает, но тебе нечего бояться, – заверил голос. – Все будет хорошо. Это лишь начало.
    – Начало чего? – Девушке не терпелось все узнать. Она с трудом заставляла себя оставаться с открытыми глазами. Однако, несмотря на все усилия, веки смыкались.
    – Твоего путешествия, – прозвучал ответ, звезда вспыхнула вновь и потухла, выскользнув из ослабевших пальцев девушки, и та провалилась в сладкий безмятежный сон.

Глава 1

    – Я не могу, – ответил мужчина, в его голосе было отчаяние от осознания того, что жена права. Лара – все, что у него осталось от недолгой связи со сказочной красоты феей по имени Илона. Прекрасная волшебница подарила ему свою любовь и дочь, которую назвала Ларой, – яркую, великолепную, – и исчезла из его жизни так же легко, как и вошла в нее той летней ночью много лет назад. Он долго не женился, пока не влюбился в Сюзанну, но воспоминания об Илоне остались с ним навсегда.
    – Послушай меня, муж мой. – Голос Сюзанны разогнал его мысли. – Думал ли ты, что станет с Ларой? Мы бедны. У нее нет приданого. Как сложится ее жизнь в таком случае? Многих пугает ее красота и родство с феей. Кто женится на бесприданнице да еще волшебнице? А какое ее ждет будущее, если она не выйдет замуж? Ты всю жизнь мечтал лишь об одном – стать членом ордена Доблестных Рыцарей. Ты служил с пятнадцати лет, слава о твоей отваге разошлась по свету. Однако ты понимаешь не хуже меня, что лишь бедность служит преградой для исполнения самого заветного желания. Рыцарский турнир за право стать членом ордена состоится уже через несколько месяцев, муж мой. Ты знаешь, что он проходит раз в три года.
    Как он мог не знать и не понимать? Зачем она опять об этом напоминает? Жена очень похожа на свою падчерицу, но Джону необходим толчок, а она мечтает о лучшей жизни для их детей. У них лишь один способ получить желаемое.
    – Но продать дочь в рабство… – робко протестовал Джон Быстрый Меч.
    Сюзанна вздохнула:
    – Я знаю, муж мой, как бесконечно дорог тебе этот ребенок, но она – единственная наша ценность. Она такая красавица, что даже смотреть больно. Я тоже полюбила ее. Но подумай о том, как мало у нас денег, и о сыне, которого я подарила тебе шесть месяцев назад. Что будет с Михаилом? О лачуге, в которой мы живем лишь благодаря твоим заслугам и милости гильдии солдат. Твой меч помогает нам получить еду и самое необходимое, но ничего более. Какую одежду мы носим? А что будет, когда твой меч не сможет служить нам? Сколько таких, как ты, предпочли сложить голову в бою, но не дожить до нищей старости без крыши над головой? И сколько их жен бродит по свету, вымаливая подаяние, чтобы прокормить их сыновей?
    – Но что будет с Ларой, если продать ее в рабство? – спросил жену Джон Быстрый Меч. Его серые глаза смотрели тревожно, он нервно провел рукой по каштановым волосам.
    – Ее, скорее всего, купят и сделают женщиной для удовольствий в одном из тех домов в городе, – сказала Сюзанна. – Это будет хорошая судьба для нее, и, вероятно, однажды какой-нибудь богач выкупит ее, чтобы она услаждала лишь его одного. Она будет жить в роскоши, муж мой, а это куда лучше того, что ей можем предложить мы. – Сюзанна коснулась мускулистой руки мужа. Он был хорошим человеком, но, как и большинству мужчин, ему требовалось указать верное направление. И это обязанность жены.
    – Почему ты так уверена, что она будет счастлива? – продолжал настаивать он.
    – Я уже ходила к Гаю Просперо, муж мой, – призналась Сюзанна.
    – Ты была у главного торговца Центроземья, и он тебя видел? – Джон был поражен ее признанием.
    – Главный торговец ведет открытый прием раз в месяц как раз для тех, у кого есть для него выгодное предложение. Несколько дней назад я взяла с собой Лару, чтобы он мог посмотреть на наше сокровище. Гай Просперо стал тем, кто он есть, потому что он умный человек и никогда не откажется от выгоды. Он сказал мне, что готов заплатить за Лару. Это более чем щедрая сумма. Я смогу купить лучшую материю для твоего костюма. Ты закажешь лучшие доспехи, новое оружие, купишь породистого коня, для которого я сошью красивую попону, и будешь гордиться не только своим талантом искусно владеть мечом, но и безупречным внешним видом. Я уже предупредила оружейника и кузнеца. Они будут рады служить тебе, муж мой, потому что знают: если ты победишь на турнире и станешь членом ордена Доблестных Рыцарей, это послужит и их репутации. Гай Просперо благосклонно отнесся к моему объяснению причины, побудившей нас продать Лару. Твое мастерское владение мечом, муж мой, известно всем. – Она говорила решительно. Он должен увериться, что так будет лучше для всех.
    – Сюзанна…
    – Думай, муж мой! – прервала она. – Когда ты займешь подобающее место, мы получим дом в Районе садов, где живут все рыцари ордена и их семьи. Знаю, сначала он будет небольшим, пока ты не отличишься по службе, мы не можем рассчитывать на больший дом, но однажды он у нас будет, я верю. Но даже самым низшим чинам рыцарей положена прислуга. У меня, наконец, будет помощница. Наш сын, Михаил, будет воспитываться как сын рыцаря и сразу получит привилегии, и если он и не станет воином, как его отец, то сможет получить образование и занять достойное место в общественной иерархии. Продажа Лары Гаю Просперо поможет нам всем. Она проживет жизнь в роскоши, а мы выберемся из нищеты и станем членами элиты. Сбудется твоя мечта. У нашего сына будет прекрасная перспектива, на которую мы и не рассчитывали. У нищего нет будущего, к нему нет уважения, муж мой. Он может быть уверен лишь в неизбежности смерти. – На глаза Сюзанны навернулись слезы.
    Джон Быстрый Меч кивнул. В этом жена была права. Такая возможность им может больше не представиться. Его дочь обладала совершенной красотой, как и ее мать. Но он не мог обеспечить ей ту жизнь, для которой она была предназначена. В последнее время гильдия солдат была уже не так активна, как раньше. Они старались найти наемников, согласных на более низкую плату. А то, что те не обладали всеми необходимыми навыками, никого не волновало. Им можно было меньше платить, значит, больше заработать, а если уж они погибали, такова судьба. Не велика потеря. Поэтому сейчас задания получали в основном те солдаты, кто готов был делиться прибылью с сержантами гильдии.
    – Я должен поговорить с Ларой, – сказал Джон. В его голосе была вся душевная боль.
    Сюзанна подняла глаза на мужа.
    – Да, – согласилась она и коснулась его щеки кончиками пальцев. – Мне бы хотелось, чтобы все сложилось по-другому, муж мой. Если бы Лара была дурнушкой и обладала более покладистым характером, мы могли бы пристроить ее служанкой в богатый дом. Она бы сама зарабатывала на свое содержание и смогла бы откладывать на приданое. Но она красива и своенравна.
    – Как и ее мать, – прошептал Джон. – У Илоны был бурный темперамент и яркая внешность. Я понимаю, почему она меня бросила. Но она оставила мне Лару, чтобы я никогда не забывал о фее, которая некогда меня любила. – Он грустно вздохнул.
    Сюзанна почувствовала легкую ревность, но скрыла ее от мужа, сказав вместо этого:
    – Твоя фея была глупа, Джон Быстрый Меч, поскольку ты самый лучший мужчина на свете!
    Он посмотрел на нее и подумал о том, как хорошо, что после многих лет одиночества он все же встретил Сюзанну с Луга. После того как Илона ушла, несмотря на мольбы, его сердце было разбито. Он остался с новорожденной дочерью и старушкой матерью. Именно Сюзанна и взяла на себя все заботы о девочке, нашла ей кормилицу и воспитывала Лару, пока он исполнял задание того, кто был готов платить за его умение управляться с мечом и за его преданность. И потом, когда Ларе было десять лет, мама умерла. К его большому удивлению, дочь сама принялась вести хозяйство. Она неизменно встречала его горячей едой, чистой постелью и веселой болтовней. Он был благодарен матери, так хорошо воспитавшей дочь, но с тоской ощущал, что в доме не хватает хорошей жены. С женщинами для утех он встречался регулярно, но Джону Быстрый Меч требовалось большее. По совету Лары он направился к свахе.
    Сюзанна с Луга была дочерью фермера из Центроземья. Она была младшей из восьми сестер и брата. Семья была счастлива найти ей мужа, готового польститься на столь скромное приданое, состоящее из двух смен одежды, пары обуви, шерстяной накидки, перины, двух подушек и маленькой серебряной монеты низкого достоинства. А она была счастлива переехать из провинции в город.
    – Лучшей жены тебе не найти, – сказала ему сваха. – Она вполне хороша собой и, что самое главное, с хорошим характером. Ее не испугал ребенок от феи. Она станет хорошей матерью девочке.
    – Раз она такой лакомый кусочек, почему же она до сих пор не замужем? – поинтересовался Джон.
    Сваха вздохнула:
    – Все дело в приданом, Джон Быстрый Меч. Она самый младший ребенок в семье, у родителей для нее почти ничего не осталось. Обычно такие девочки остаются дома, чтобы заботиться о престарелых родителях, но ее мать умерла в прошлом году, и старик фермер, ее отец, взял себе новую жену, молодую вдову. Девочка им больше не нужна, и новая жена хочет, чтобы она ушла из дома. У нее есть дочь-дурнушка, которая и будет потом о них заботиться. Я сказала фермеру, что без серебряной монеты не смогу найти мужа Сюзанне. Новая жена была очень недовольна, но за девочку вступился ее брат, а ведь он наследник фермы, и его слово имеет вес.
    Джон Быстрый Меч согласно кивнул. Он хорошо понимал, что значит быть нежеланным. Он и сам родился на ферме в Центроземье, и, будучи одним из младших детей в семье, привык сызмальства всего добиваться сам. Ему повезло, что жена его старшего брата была дочерью торговца, переехавшего к ним в дом. Это был старый солдат, который и научил Джона орудовать мечом и поддержал его в стремлении податься в Солдаты, чтобы иметь возможность жить самостоятельно.
    – Я возьму в жены Сюзанну с Луга, – сказал он свахе и так и сделал.
    Джон поехал на ферму к ее отцу, выяснил, что сваха его не обманула, и сквайр, управлявший Центроземьем, соединил их в ближайший День свадеб, вместе с двадцатью двумя другими парами. Сквайр совершал этот ритуал раз в месяц.
    Сюзанна сразу же переехала к нему в город, свою первую брачную ночь они провели в его лачуге. Она тихо вскрикнула, когда он прорвал ее девственную плеву, и он мог быть уверен, что ребенок, которого она родит, будет от него. Она была хорошей партнершей, Джон вскоре осознал, какое сокровище досталось ему в жены. В доме все было чисто убрано. Дочка ухожена, а еда просто великолепна. Когда родился ребенок, он понял, что доволен жизнью. Правда, не полностью, поскольку так и не стал членом ордена Доблестных Рыцарей.
    Когда Джон впервые приехал в город и стал жить среди солдат, то вскоре узнал, что это далеко не самая уважаемая часть населения. Да, они были, безусловно, необходимы, но к ним не очень хорошо относились. Солдаты служили пушечным мясом для Доблестных Рыцарей в войнах, которые те начинали. В последнее время солдат нанимали для сопровождения караванов, проходящих по территории четырех королевств. Они охраняли одиноких путников, перевозящих ценности. Повышение по службе было для них невозможно. Солдаты жили в бедном районе, но даже эти лачуги им не принадлежали. Они зависели от милости гильдии солдат, единственным выходом для них была смерть или вступление в орден Доблестных Рыцарей. Заработав прозвище Быстрый Меч за умение обращаться с оружием, Джон мечтал об одном – стать членом ордена.
    Однако вступить в высшее общество было задачей не из легких. Каждые три года рыцари устраивали турнир в городе, чтобы пополнить свои ряды, редеющие в последнее время больше из-за естественной смерти. Но членом ордена становился не каждый. Мужчина, заявивший о своем участии, должен был вначале предстать перед всеми в красивом костюме, и, если его удостаивали чести, явиться в первый день соревнований при полной боевой экипировке, с оружием и на коне. Тот, кто выглядел неподобающим образом, дисквалифицировался и прогонялся с позором.
    Первые пять дней участники должны были соревноваться друг с другом. В конце дня победитель переходил в другую группу. Затем шесть дней победители соревнуются между собой. Победители в этой группе разбивались на пары и соревновались с Доблестными Рыцарями верхом на коне с копьем в руках. Если участнику удавалось удержаться в седле, его принимали в орден. Упавшие с лошади выбывали. Это было жестокое испытание, но Джон Быстрый Меч был крепко-накрепко уверен, что победит, если только будет допущен к соревнованиям.
    Однако требовалась дорогостоящая подготовка, а у него никогда не было лишних монет, чтобы откладывать. Ему с трудом удавалось обеспечивать семью. Солдаты вообще редко попадали на турнир. Большинство участников происходили из зажиточных семей с тремя или двумя сыновьями, которые специально тренировались для этого состязания. И вот сейчас жена предлагала ему решение, позволяющее осуществить заветную мечту. Джон никак не мог смириться с тем, что придется продать красавицу дочь, но по настоянию Сюзанны пригласил оружейника и кузнеца в таверну, где они могли обсудить все вместе. Оба были воодушевлены его идеей принять участие в турнире.
    – Ты прирожденный воин, Джон Быстрый Меч, – с азартом произнес оружейник Рейф. – Я буду счастлив изготовить для тебя доспехи. Мы победим, ты же знаешь. – Он усмехнулся. – Я видел, как ты тренировался во дворе с мечом. Против тебя никто не устоит.
    – Я не такой искусный наездник, как хотелось бы, – сомневался Джон.
    Рейф чуть подался вперед и понизил голос:
    – Среди моих клиентов три Доблестных Рыцаря, я сообщил им, что ты хочешь участвовать в турнире, они восприняли это с воодушевлением. Слава о тебе разнеслась повсюду. Ты слишком скромничаешь. Даю тебе слово, они подскажут мне, с кем тебе потренироваться, чтобы отточить свое мастерство, Джон Быстрый Меч. – Он взял кружку и стал жадно пить.
    Затем Бевин, кузнец, произнес свою речь:
    – Я всегда делал для тебя мечи. Мое мастерство с годами стало почти безупречным, я сделаю лучший меч, который тебе когда-либо доводилось держать в руках. Я пропою гимн смерти, когда ты пустишь его в дело, Джон. Тебе все будут завидовать, потому что по красоте он будет равен твоему искусству владеть оружием.
    Солдат глубоко вздохнул.
    – Ради этого я должен продать свою дочь, – сказал он. – Вы же знаете, я беден.
    – Да, ты беден, как и говоришь, – произнес Бевин, – но волшебница сделала тебе самый ценный подарок, который только могла, в лице этой девушки.
    – А что с ней будет, Джон Быстрый Меч, если ты ее не продашь? – спросил Рейф.
    Их пронзительные взгляды скрестились, точно острые клинки.
    Джон Быстрый Меч кивнул.
    – Знаю, у меня нет выбора, – ответил он. – Завтра я сам поговорю с Гаем Просперо.
    – Иди прямо на рассвете, чтобы я мог скорее начать работать над доспехами, – сказал Рейф. – Нам потребуется много времени. – Он допил остатки эля из кружки, встал и простился с собеседниками.
    – Ты верно поступаешь, Джон, – сказал ему кузнец. – Какая тебе польза от взрослой девушки? У тебя хорошая жена, маленький сын. Красота твоей дочери обеспечит ей лучшее будущее, чем ты.
    Джон Быстрый Меч с неохотой кивнул и заказал им еще по кружке эля. Вернувшись домой достаточно поздно, он ничего не сказал Сюзанне, а на следующее утро отправился в Золотой район, где жили богачи города. Он надел свою лучшую тунику. Правда, у него их всего было две. Начистил изрядно поношенные сапоги. С кожаного ремня на поясе свисал меч.
    – Тебя ждут? – спросил гвардеец.
    – Не знаю, ждут ли, нет ли, – сказал Джон.
    – Стой здесь, мы проверим, – последовал ответ. Гвардеец повернулся к нему спиной и, открыв небольшое окно, кликнул посыльного.
    Джон ждал. Мимо в повозках проезжали жительницы Золотого района, въезжали во двор и выезжали из ворот. Когда створки распахнулись, он заметил нечто похожее на парк. Наконец гвардеец жестом подозвал его.
    – Ты должен оставить свой меч здесь, только тогда мы позволим тебе войти, – сказал он.
    – Ты же знаешь, кто я, – ответил солдат. – Смогу я забрать свой меч на выходе?
    – Я что, похож на вора? – возмутился гвардеец.
    – Вовсе нет, но здесь столько народа, ты можешь не заметить, – поспешил объяснить Джон. – Меч – мой единственный кормилец.
    – Понимаю, – кивнул гвардеец. – Я и сам член гильдии, Джон Быстрый Меч. Несколько лет назад я был серьезно ранен, но, к счастью, смог получить это место. С мечом все будет в порядке, я сам прослежу за этим. Иди же! Гай Просперо не любит ждать. У ворот увидишь повозку, тебя довезут до самого дома. – Он взял меч Джона и открыл массивные ворота, за которыми ждала повозка, развозившая визитеров. Джон поспешил занять место и двинулся в сторону Золотого района.
    Вокруг простирался великолепный зеленый парк. Огромные деревья, идеально подстриженная трава. Аккуратно вымощенная дорога вела вниз. Среди деревьев виднелись красивые дома из блестящего белого мрамора. Джон и представить себе не мог, что где-то в городе есть такое удивительное место, Сюзанна ничего ему об этом не сказала. Он мысленно улыбнулся, вероятно, она хотела, чтобы это стало для него таким же сюрпризом, как и для нее. Было очень тихо. Они отъехали совсем недалеко от ворот, а городской шум уже не был слышен. Интересно, Район садов, где живут Доблестные Рыцари, такой же уединенный? В такой тишине даже думалось с трудом.
    Джон насторожился, когда повозка свернула на узкую дорожку, посыпанную белым гравием. Карета двигалась дальше, а из пышных цветущих кустов появились слуги в ливреях и с граблями, и через несколько минут дорожка опять стала девственно ровной. Такое никогда бы не пришло ему в голову, если бы он не видел все собственными глазами. Вскоре показался и сам дом. У Джона не было времени его разглядывать, он лишь заметил ротонду с колоннами у главного входа, но в ту же минуту появились слуги. Его подвели к широкой мраморной скамье, стоящей в ротонде, и велели сесть. Прямо перед ним простирался огромных размеров бассейн с бронзовой статуей мальчика верхом на дельфине, изо рта которого веселым ручейком текла вода. Гладкую изумрудную поверхность украшали зеленые водяные гиацинты.
    – За тобой придут, когда хозяин пожелает тебя принять, – сказал слуга и удалился.
    Джон Быстрый Меч сел. Был погожий теплый день. Его мучили жажда и голод, он ничего не ел с утра, поскольку вышел из дома очень рано. Прежде всего Джон зашел к оружейнику, чтобы тот снял мерки на доспехи, затем долго шел пешком через весь город к Золотому району. Сейчас бы очень не помешало выпить хоть чашку воды, но Джон Быстрый Меч понимал, что он слишком ничтожная персона, чтобы ему предложили освежающие напитки. Он ждал. Испуганно вздрогнул, когда из бассейна выпрыгнула маленькая золотая рыбка и быстро нырнула обратно. Солнце стояло в зените, воздух нагрелся и напоминал густую неподвижную массу. Он подумал, что за пределами Золотого района, в городе было не так жарко. Наконец, к Джону подошел человек и заговорил:
    – Я один из секретарей Гая Просперо. Ты пойдешь со мной. – И развернулся, не дожидаясь ответа.
    Джон встал и спешно последовал за мужчиной в боковой коридор, ведущий в огромную залу.
    – Жди здесь, – сказал секретарь и исчез за дверью в глубине комнаты.
    Джон Быстрый Меч стоял и ждал. В центре залы он увидел великолепный мраморный стол в черную и золотую крапинку, с золотыми ножками с когтистыми лапами у основания. На столе стояла зеркально отполированная каменная ваза, украшенная ярким орнаментом из прекрасных экзотических цветов. С одной стороны зала представляла собой открытую колоннаду, из которой был выход в тенистый сад. Однако Джон не решался даже пошевелиться. Хорошие манеры, поскольку он все же был им обучен, взяли верх над любопытством.
    – Сюда, – резкий окрик секретаря вывел его из задумчивости.
    Они вошли в соседнюю залу, такую же огромную, как и предыдущая, за большим мраморным столом сидел человек, к которому Джон и пришел, поскольку в таком кресле, похожем на трон, мог восседать лишь Гай Просперо.
    – Можешь идти, Иона, – сказал Гай Просперо секретарю и перевел взгляд на Джона Быстрый Меч.
    Солдат вежливо поклонился и стал ждать, когда главный торговец к нему обратится. Джон знал, что следует молчать, пока с тобой не заговорит хозяин.
    – Так ты хочешь стать Доблестным Рыцарем, – начал Гай Просперо.
    – Я бы очень хотел, милорд, но, как ты знаешь, еще ничего не решено, – сказал солдат.
    – Я буду рад, если у тебя все получится, – последовал удививший Джона ответ. – И это не только мое мнение. Твои боевые подвиги стали легендой, Джон Быстрый Меч. Ты по праву заслужил стать членом ордена Доблестных Рыцарей.
    – Благодарю тебя, милорд.
    – Это, разумеется, твое решение продать мне свою красавицу дочь. – Гай Просперо приступил к переговорам.
    – Да, милорд, – ответил Джон.
    – Я велел твоей жене снять с нее одежду. Девушка отлично сложена. Любой Дом удовольствий в городе пожелает взять ее. Торг будет беспрецедентный. Мой врач подтвердил, что она девственница. Я доволен, что она непорочна. Право первой ночи принесет ее владельцу целое состояние. – Он улыбнулся. – И она наполовину фея, если я верно понял твою жену.
    В висках застучало. Они заставили его дочь раздеться, чтобы рассмотреть? Они проверяли, девственница ли она? Он заморгал глазами, в мгновение налившимися кровью, с трудом сглотнул вставший в горле ком и произнес:
    – Да, милорд. Ее мать фея по имени Илона. Она была моей первой женщиной и пришла ко мне в канун летнего солнцестояния.
    – Самое энергетически мощное время, – заметил Гай Просперо. – Итак, Джон Быстрый Меч, ты хочешь продать мне свою дочь?
    Джона охватил ужас. Закрыв глаза, он выдохнул и кивнул:
    – Да, я продам тебе Лару, милорд. – Он едва не заплакал. Хотелось выбежать из комнаты, в которой он стоял сейчас перед главным торговцем. Но Джон сдержался. Он открыл глаза и посмотрел прямо на Гая Просперо.
    – Отлично! Эта самое мудрое твое решение, Джон Быстрый Меч. Я доволен, что тебе чужды эти глупые сантименты. Я велю Ионе принести бумаги, которые тебе следует подписать. Ты ведь умеешь писать, не так ли?
    – И читать, и писать, – ответил солдат, – как и моя дочь.
    Главный торговец вскинул брови:
    – Эта девушка поистине бесценное сокровище. Совершенная красота, невинность и образование. – Он потер руки.
    – Осмелюсь просить об одной милости, милорд, – поспешно вставил Джон Быстрый Меч.
    – Какой? – спросил Гай Просперо. Что еще хочет этот человек? Он и так заплатит ему целое состояние.
    – Я подпишу все документы сегодня, но позволь дочери остаться со мной до начала турнира.
    Значит, этот солдат любит своего ребенка.
    – Тебе понадобятся деньги на одежду и экипировку, – напомнил главный торговец.
    – Я прошу заплатить мне сейчас лишь сумму, которая понадобится жене на покупку ткани, – сказал Джон. – И аванс для оружейника и кузнеца. Они мои друзья, и согласятся получить плату после турнира.
    Гай Просперо обдумывал его просьбу.
    – А девушка не убежит? – спросил он.
    – Нет, она девочка послушная, и я, и жена объясним ей, что ее жизнь изменится к лучшему. Лара совсем не глупа. Она поймет, что будущее, которое ее ждет, лучше того, что мы можем ей обеспечить. Прошу тебя, милорд. Я ведь больше никогда ее не увижу.
    Солдат был прав. Доблестные Рыцари были женатыми мужчинами и хранили верность своим женам, хотя он знавал и тех, кто вел образ жизни дворового кота. Однако вероятность того, что отец и дочь снова встретятся, очень мала. Гай Просперо обожал своих двух дочерей и в этих вопросах не умел оставаться расчетливым.
    – Я включу этот пункт в наше соглашение, – наконец ответил он.
    Торговец ударил в бронзовый гонг, стоящий на столе, и в следующее мгновение перед ним с поклоном предстал Иона. Гай Просперо дал ему необходимые инструкции.
    – И поторопись. Джон Быстрый Меч хочет сегодня же сообщить жене и дочери о нашем договоре, а поздним вечером небезопасно ходить по городу. К тому же я обещал дочерям, что мы на несколько дней уедем на ферму. Сообщи моей жене, что мы отправляемся через час, и вели готовить паланкин. – Затем главный торговец повернулся к Джону: – Думаю, тебе будет приятно подождать в моем маленьком саду. Иона придет за тобой, когда будут готовы бумаги.
    Джон поклонился и пошел за секретарем. Когда тот удалился окрыляемый собственным величием, Джон Быстрый Меч миновал колоннаду и вышел в сад.
    Однажды наступит тот день, когда и у него будет такой же чудесный дом и сад. Сад, в котором Сюзанна сможет ткать или шить теплыми деньками. Сад, в котором Михаил сможет играть в полной безопасности. А он будет смотреть на все это великолепие и мысленно благодарить Лару. Джон вздохнул и сел на скамейку, внимательно оглядываясь по сторонам. Неподалеку, в самом центре сада был небольшой пруд с рыбками. В конце каждой клумбы росли миниатюрные цветущие деревья. Красные и розовые цветы. Сиреневые и фиолетовые. Оранжевые, желтые и голубые. И белые, наполняющие воздух упоительным ароматом. Вокруг все было так прекрасно и совершенно, что Джон едва не расплакался. Или дело вовсе не в цветах? Он смахнул слезы с глаз.
    У него нет другого выхода. Он был уверен, что, если только получит возможность принять участие в турнире, обязательно станет Доблестным Рыцарем, а значит, Сюзанна и Михаил станут принадлежать к более высокой касте. Они больше никогда не будут нуждаться. Даже если он будет ранен на задании и не сможет исполнять свои обязанности, о нем и его семье обязательно позаботятся. Если же он навсегда останется солдатом, их неминуемо ждет беда. Сюзанна права. Его дочь – единственная их ценность. Если Лара останется в доме, ничто не убережет их от бедности и несчастья. Он не должен позволять воспоминаниям и сантиментам одержать верх над разумом, а должен поступать так, как будет лучше для всех. За спиной раздалось тихое покашливание, он повернулся и увидел секретаря, Иону.
    – Господин ждет тебя, – сказал он достаточно грубо.
    – Где документ? – спросил Джон Быстрый Меч.
    – В вестибюле около библиотеки, – ответил Иона.
    – Я хотел бы прочитать его, прежде чем подпишу, – сказал Солдат.
    – Что? – Секретарь выглядел взбешенным. – Ты полагаешь, мой хозяин может тебя обмануть? Это неслыханно!
    – Умерь свой пыл, – сухо произнес Джон Быстрый Меч. – Я всего лишь хочу знать, что подписываю. Ты бы сам стал подписывать важные документы, не читая?
    – Нет, – признался секретарь. – Но я не предполагал, что человек в твоем положении об этом задумывается. Тебе дают отличную цену за дочь.
    – Если бы я не был в том положении, в каком нахожусь, – тихо сказал солдат, – не продал бы любимую дочь. А теперь дай мне посмотреть бумагу. – Джон последовал за секретарем в вестибюль, где на столе лежал документ. Джон взял свиток и стал внимательно изучать, глаза широко распахнулись, когда он увидел сумму, которую получит за Лару. Десять тысяч золотых кубитов, половину из которых он может забрать сего дня у ювелира, а оставшуюся часть – когда передаст Лару Гаю Просперо. Датой передачи, к его огромному удивлению, было записано следующее после окончания турнира число.
    – Все верно? – спросил Иона. – Господин решил, что ты захочешь, чтобы дочь разделила с тобой радость победы, Джон Быстрый Меч. Он сам отец и очень любит своих дочерей. – На этот раз секретарь говорил более вежливо, чем раньше.
    Джон Быстрый Меч кивнул и вновь тайком утер глаза. Затем он погрузился в чтение написанного на пергаменте. Все было изложено именно так, как он условился с Гаем Просперо. Джон передал пергамент секретарю.
    – Я готов подписать, – сказал он.
    Они вместе зашли в огромную библиотеку главного торговца.
    – Я видел документ, милорд, – сказал Джон, и тот развернул пергамент перед Гаем Просперо, смотревшим на него довольно равнодушно. Затем торговец взял перо из рук секретаря и подписал две бумаги. Один экземпляр для себя, другой для Джона Быстрый Меч. Иона протянул Джону второй документ.
    Солдат закрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнул и твердой рукой поставил на обоих документах свою подпись. Снова вздохнул и передал перо секретарю. Затем, к его удивлению, главный торговец протянул ему руку.
    – Ты сегодня сделал непростой шаг, Джон Быстрый Меч, – сказал Гай Просперо. – Знай, я буду ждать твоей победы на турнире. Доблестные Рыцари нуждаются в таких воинах, как ты.
    Солдат пожал протянутую ему руку.
    – Благодарю, милорд, – только и смог произнести Джон. Он только что продал свою единственную дочь в рабство.
    – Пойдем, Джон Быстрый Меч, – сказал секретарь, стремясь скорее увести солдата с глаз августейшего повелителя. – Теперь скажи, у тебя есть какие-то предпочтения в выборе ювелира, поскольку я должен отправить извещение, где бы ты хотел открыть счет.
    – У меня нет опыта в этих вопросах, – честно признался Джон. – Не мог бы ты порекомендовать мне?
    – С удовольствием, – ответил Иона, и губы его изогнулись в улыбке. Этот человек скоро будет принадлежать к весьма влиятельной части общества, и, поскольку Иона служил у одного из самых могущественных людей Хетара, не видел ничего плохого в том, чтобы завести друга среди Доблестных Рыцарей. – Авраам, его магазин прямо напротив ворот Золотого района. Он честен, среди его клиентов немало членов ордена. С твоего разрешения, я открою у него счет для тебя и передам на хранение пять тысяч кубитов. Если поедешь со мной, сможешь забрать квитанцию на золото.
    У Джона Быстрый Меч внезапно закружилась голова.
    – Да, – ответил он секретарю.
    Иона, как и его хозяин, был уверен, что Джон сможет стать одним из победителей турнира и получит право называться рыцарем ордена. Солдат направился за секретарем, подождал, пока будет готова квитанция, затем пожал его руку, взял квитанцию и покинул дом Гая Просперо. У выхода его ждала повозка, чтобы доставить к воротам Золотого района. Он опять проехал по парковым дорожкам и вскоре стоял на шумной грязной улице города, сжимая в руке бумагу о получении пяти тысяч кубитов. Он быстро свернул ее в несколько раз, забрал свой меч у гвардейца и зашагал в квартал солдат, где и жил. В дом, где жена, сын и дочь ждали его возвращения.
    День шел на убыль, и на улице темнело. Джон шел быстрым шагом. Он вполне мог защитить себя, но совсем не хотел сейчас ввязываться в драку. Едва он миновал ворота квартала, они закрылись на ночь. Джон лишь кивнул двум отставным солдатам, которые служили привратниками, но не остановился, как обычно, перекинуться с ними парой слов. Свернув на аллею, он остановился. Из груди вырвался тяжелый вздох. Джон был храбрым человеком, но даже ему становилось страшно при мысли о том, что ждет его впереди.
    В окне лачуги он заметил огонек горящей свечи. Из узкой трубы поднимался дым. Расправив плечи, Джон Быстрый Меч зашагал к дому, распахнул дверь и вошел.
    Сюзанна стояла у очага и держала в руках горшок, из которого доносились дурманящие запахи. Она повернулась, услышав его шаги. На лице застыл немой вопрос.
    Затем, подняв на него глаза, она спросила:
    – Ты все сделал, муж мой?
    Он кивнул.
    – Где Лара?
    – Купает Михаила по моей просьбе, – ответила Сюзанна. – Ужин почти готов. Мясник дал мне несколько кусков птицы, которые все равно собирался выбрасывать. Я даже не просила. Я приготовила нам отличную тушеную курицу, муж мой.
    – Дело в том, что я собираюсь принять участие в турнире, – сказал он и сел за стол поближе к огню. – Конечно, только в этом. Слухи в квартале расходятся быстро. Дай мне что-нибудь попить, жена. Во рту пересохло. Маковой росинки не проглотил с тех пор, как ушел из дома утром.
    Сюзанна поставила перед ним кружку с сидром.
    – Где золото? – тихо спросила она.
    – У Авраама-ювелира. У него магазин прямо напротив Золотого района. Секретарь Гая Просперо, Иона, отнес ему деньги и дал мне квитанцию. Я торговался с главным торговцем. Половину сейчас, половину после того, как приведу Лару. Она останется с нами до следующего после окончания турнира дня.
    Сюзанна подошла к нему, обняла и поцеловала в лоб.
    – Это справедливо, можешь гордиться, что твоя дочь увидит, как ты победишь и займешь место среди Доблестных Рыцарей. Когда ты ей расскажешь?
    – Сегодня, пока не растратил храбрость, – ответил он. – Оставь нас после ужина, чтобы мы с Ларой могли поговорить.
    Она кивнула и улыбнулась вошедшей в комнату падчерице, с маленьким братом на руках.
    – Вот и он, такой чистенький и сладенький, мачеха. Уложишь его сейчас или после ужина? – Она передала ребенка матери.
    – Думаю, после. Положи его в люльку. Пусть поиграет с пальчиками на ногах, пока мы едим, – сказала Сюзанна и отдала сына обратно Ларе, которая отнесла его в люльку.
    – И что? – с насмешкой спросил Джон Быстрый Меч. – Не поздороваешься со своим стариком отцом, девочка?
    – Где ты был весь день, отец? – Лара поцеловала его в щеку, опустилась на пол, положила голову ему на колени и улыбнулась.
    Он погладил ее по голове. Ее волосы были цвета, который он видел лишь раз в жизни. Золотистые, как и у ее матери. Такие же, как и у Илоны, зеленые глаза. Все в ней напоминало ему об Илоне. Все, кроме пухлых губ, которые она унаследовала от него.
    – Чем ты занималась? – спросил он, словно не слыша ее вопроса.
    – Госпожа Милдред посидела с Михаилом, пока мы с мачехой ходили в лавки торговцев шелком и бархатом в квартале торговцев. Мы надели наши лучшие юбки и кофты, чтобы они не приняли нас за нищенок, – рассказывала Лара. – Ох, папа, я никогда не видела такой красивой ткани. Я даже не представляла, что такая бывает. И все были так к нам добры! Один торговец подарил мне серебряную ленту для волос!
    Сердце сжалось. Значит, в магазинах все тоже знают. Ничего удивительного, слухи – самый ходовой товар в городе.
    – Ужин остынет, если вы двое не станете есть, – резко прервала их Сюзанна.
    Лара встала и взяла тарелку.
    – Я убрала свою ленточку, но после ужина покажу тебе, – сказала Лара. – Я буду надевать ее только по праздникам.
    Они стали есть тушеную курицу, которую Сюзанна разложила большим черпаком по грубым деревянным тарелкам, отламывая кусочки хлеба от маленького круглого каравая, чтобы пропитать его вкусным соусом. Все ели молча. Когда ужин был закончен, Лара встала и быстро собрала тарелки и кружки и отнесла их в маленькую каменную раковину у задней двери. Затем она вернулась к очагу, сняла чайник с горячей водой, вылила воду в раковину, вновь наполнила чайник и повесила над огнем. Добавив в раковину холодной воды, она дочиста вымыла тарелки и кружки, вытерла передником и расставила в серванте, стоящем у стены напротив. Отец и мачеха тихо о чем-то разговаривали, но вот Сюзанна встала, взяла Михаила и пошла в сад укачивать сына.
    – Подойди ко мне, сядь рядом. – Джон Быстрый Меч подозвал дочь. – Я должен поговорить с тобой, Лара.
    Девушка села.
    – Ты выглядишь таким грустным, отец. Что случилось?
    – Ты знаешь, – начал он, – что этой весной вновь состоится турнир Доблестных Рыцарей.
    – Да, папа, знаю. Ты должен быть среди них! Обязательно! Почему ты раньше не принимал участие в турнире? – спросила Лара.
    – Чтобы стать участником, необходимо выполнить много требований. Использовать определенное оружие. Уметь читать и писать.
    – Ты искусный фехтовальщик, папа, и читать и писать ты умеешь, – сказала Лара.
    – Но я не мог выполнить еще три условия, Лара. Я должен выглядеть так, чтобы иметь право быть среди Доблестных Рыцарей.
    – Почему? – настаивала дочь.
    – У меня должна быть лошадь с красивой попоной, лучшие доспехи и оружие. Мне необходимо больше чем только мое умение, Лара.
    – Как глупо, – ответила девушка. – Я всегда считала, что в любом деле навыки куда важнее внешности. – Она всплеснула руками и поцеловала отца в щеку.
    – Но мои навыки – ничто, если я не буду выглядеть, как все остальные претенденты. – Он обнял ее и слегка прижал к себе. Это был один из тех редких моментов, когда она позволил себе выразить свои истинные чувства, ведь им так мало времени осталось провести вместе.
    – Мы бедны, – произнесла дочь. – Нам нечего продать, чтобы ты смог участвовать в турнире, па?
    – На это надо очень много денег. У нас нет ничего ценного, по крайней мере, я так думал до недавнего времени. Единственное, что может спасти нас, – это ты.
    – Я? – Она смотрела на него с удивлением, но в глазах мелькнул страх. – Что же во мне ценного, папа?
    Он улыбнулся ее наивности.
    – Лара, ты обладаешь выдающейся красотой и девственностью, что уже огромная ценность. Ты же сама сказала, мы бедны. У тебя нет приданого, а без него мы не сможем найти для тебя достойного мужа. Теперь, когда гильдия получает все меньше заданий, у меня мало работы, а значит, и денег в кармане. Мне надо что-то предпринять, Лара, ради нас всех. Что будет с тобой, с Сюзанной, с твоим братом, если я не найду выход? Я уверен, что смогу стать одним из победителей, если получу право принять участие в турнире.
    – Поэтому Сюзанна водила меня в дом Гая Просперо, да, папа? – задумчиво произнесла Лара. – Для этого меня просили раздеться догола, и меня осматривал врач, да, папа? Главный торговец заплатит за меня хорошие деньги? Он меня купит?
    – Десять тысяч кубитов, дочка, – ответил Джон Быстрый Меч.
    Лара кивнула:
    – Огромные деньги, папа. Я правда стою такую кучу золота?
    – Даже больше. Гай Просперо сам хочет заработать на тебе. Думаю, он получит вдвое или втрое больше, когда продаст тебя.
    – Что же он будет со мной делать, па? – спросила Лара. Она была очень напугана и вся дрожала. Однако, вспомнив, как любит ее отец, заставила себя сдержать слезы. Он любит ее и никогда не позволит, чтобы ей было больно.
    – Думаю, они продадут тебя в Дом удовольствий, – ответил отец и вновь нежно обнял дочь.
    – Женщинами для удовольствий все восхищаются, па. Они живут в роскоши и на привилегированном положении, – продолжала рассуждать Лара. Затем она наклонилась к нему: – Тебе не о чем грустить, отец. Разве меня ждет лучшее будущее? Надо меня продать. – Она должна быть храброй. Ради отца. Она видела, как он переживает. Но ведь он обеспечит ей куда более счастливую жизнь, чем та, на которую она может рассчитывать в ее положении.
    Джон молча кивнул.
    – Когда я должна уйти? – Лицо ее стало печальным. – Ведь не сейчас, да, папа?
    – На следующий день после окончания турнира, дочь, – ответил Джон Быстрый Меч.
    Лара захлопала в ладоши:
    – Значит, я увижу, как ты победишь, отец! Здорово! Я уйду из дома с легким сердцем, зная, что смогла помочь вам.
    – Если бы я мог поступить по-другому, Лара, – начал он, но дочь закрыла ему рот своей маленькой ладошкой.
    – Если бы ты мог, отец, ты бы обязательно так и сделал. – Она говорила очень спокойно. – Небесный распорядитель дает каждому из нас определенный талант. Тебе – мастерски управляться с мечом. Мне же суждено идти по жизни, используя свою красоту. Родись я дурнушкой, вы бы давно отдали меня в услужение в богатый дом, где я бы жила из милости. Нет. Уж лучше пусть будет так, как сейчас. Я стану самой известной женщиной для удовольствий, как Роксалана из Роуз. Она выкупила свою свободу и сейчас сама держит Дом удовольствий. И я поступлю так же. По своей собственной воле, а не из чьей-то милости.
    – Я не ожидал, что найду в тебе столько понимания, Лара, – искренне признался Джон.
    – Иногда мне кажется, что мама приходит ко мне по ночам и тихим шепотом учит меня мудрости. Я еще так молода, но порой у меня такое ощущение, что я живу уже тысячу лет или даже больше, – призналась Лара с легкой улыбкой.
    – Иногда ты меня просто поражаешь, дочь, – сказал Джон Быстрый Меч. – Спасибо тебе за понимание и одобрение моего поступка. – Он поднял ее с колен и встал. – Пойду расскажу жене о том, какая храбрая у меня дочь.
    Лара так и осталась сидеть на лавке. Ее жизнь так долго казалась ей незыблемой и спокойной, что она все чаще стала задаваться вопросом, что же должно произойти. Ей уже четырнадцать лет, она выросла. Многие девушки в ее возрасте уже были замужем или служили в домах, но это не ее судьба. Она не против. Ей всегда было интересно узнать, что за земли находятся за пределами города, возможно, сейчас ее желание исполнится. Ее могут продать в Дом удовольствий Прибрежной провинции. Она слышала, что это красивый и богатый район. Центроземье было скучным и непривлекательным, только поля и фермы. Женщины в Центроземье проживали в домах свои скучные жизни. И ни одна из них не могла выкупить свою свободу. Еще она слышала о земле принцев-теней. Немногие в городе знали об этом. Интересно, у них есть Дома удовольствий? Что касается лесных лордов, как они себя сами называли, они были одним из самых старых кланов в Хетаре, с чистейшей родословной – так они сами заявляли. Вся их жизнь была подчинена традициям.
    Но отец сказал, что она красива. Красива настолько, что главный торговец согласился заплатить за нее десять тысяч золотых кубитов, да еще надеется выручить намного больше. У Лары еще не было опыта жизни за пределами квартала, но она чувствовала, что, если ее оценили так дорого, значит, ее ждет большое будущее. Перспективы казались ей захватывающими, и она с нетерпением ждала, что же уготовила ей судьба. Она наполовину фея, и сейчас, как никогда раньше, ощущала необыкновенное волнение. Сюзанна объяснила ей, что это происходит потому, что у нее настал период кровотока, который случается у женщин каждый лунный цикл, поэтому влияние матери на нее стало сильнее, чем когда-либо. Однако это никак не связано с ее волшебным происхождением.
    Лара была счастлива, что ее уход сможет помочь семье занять более высокое положение в социальной иерархии, но не чувствовала, что ей предстоит ради этого пойти на жертвы. Происходящее виделось ей отличным шансом приблизиться к прекрасному будущему. Хотя ее немного тяготило, что именно ее мачехе принадлежала идея так с ней поступить. Разве не Джон Быстрый Меч должен решать, как распорядиться их жизнями? Сюзанна очень изменилась за последние шесть месяцев, с момента рождения сына. Нет, Лара не ревновала отца к мачехе. Но мысли о том, что кто-то может быть настолько привязан к другому человеку, как Сюзанна привязана к ее отцу, казалась ей сейчас отвратительной. Опять в ней проснулась буйная кровь феи, но девушка не привыкла ни с кем делиться своими размышлениями. Лара была уверена, что Сюзанну шокировало бы ее откровение, а подруг у нее не было.
    Девочки из квартала не очень хорошо к ней относились. Многих пугало ее происхождение. Лара часто размышляла, чем же, по их мнению, она может им навредить. Колдовать она не умеет. Только сейчас Лара стала понимать, что их отталкивала ее красота. Получается, красота – благословение и проклятие одновременно. Лара решила, что стоит запомнить это на будущее.

Глава 2

    Сюзанна с радостью восприняла рассказ мужа о том, как Лара отреагировала на его решение. Сама она полагала, что на месте падчерицы была бы очень расстроена. Но девочка наполовину фея. Кто знает, что она чувствует? Сюзанна была очень довольна, что Лара скоро покинет семью. Она была лишь на пять лет старше дочери мужа, и ей было не очень приятно делить Джона с красавицей Ларой. Но девочка была так мила с ней, так покладиста, что у Сюзанны просто не было повода на нее злиться. Они стали почти подругами, как ни странно это звучит.
    На следующее утро, когда Джон отправился на встречу с Бевином, Сюзанна позвала к себе Лару.
    – Поможешь мне выбрать ткань для костюма твоего отца и сшить его? У меня никогда не получится вышивать так же красиво, твои стежки такие ровные, почти невидимые.
    – Как же ты будешь обходиться без меня, когда я уйду? – решила подразнить ее Лара.
    – Что? – На мгновение Сюзанна смутилась, услышав слова падчерицы, но девушка поспешно добавила:
    – Мы сегодня отправимся в лавку?
    – Думаю, да, если мы хотим, чтобы наряд твоего отца был готов точно в срок, – ответила Сюзанна и широко улыбнулась. – А теперь скажи, какая ткань из тех, что мы видели, понравилась тебе больше всего?
    – У отца серые глаза, думаю, подойдет серебристая парча. Серебристая парча и небесно-голубой шелк, – торжественно заявила Лара.
    – Тебе не понравилась золотая парча? – Сюзанна смотрела на нее с разочарованием.
    – Она очень красивая, но, возможно, немного вульгарная, – ответила Лара. – Мне кажется, серебряный больше подойдет к папиным глазам, волосам и строгим чертам лица.
    – Да, – вынуждена была согласиться Сюзанна. Безупречный вкус и чутье Лары поразили ее, а ведь девушка никогда не покидала пределы квартала. Сюзанна понимала, что падчерица права. Ее это немного раздражало, но все же лучше прислушаться к ее мнению.
    – Значит, серебристая парча. – Сюзанна согласно кивнула. – Беги спроси госпожу Милдред, сможет ли она посидеть сегодня с Михаилом, чтобы нам не брать ребенка с собой. Захвати ей одну из лепешек, что я испекла сегодня поутру.
    Лара взяла еще теплый хлеб, положила в корзинку и поспешила в соседнюю лачугу, где жила вдова Милдред со своим сыном Вильмотом.
    – Сюзанна передала вам свежую хлебную лепешку, – сказала она, входя в комнату. – И просила узнать, не присмотришь ли ты сегодня за Михаилом. Нам необходимо сходить в лавку, купить ткани на папин костюм для турнира.
    – Значит, это правда, – сказала пожилая женщина, выходя навстречу Ларе. – Он примет участие в турнире. Что ж, мне будет жаль расставаться с вами всеми. Джон был хорошим соседом, как и его мать. Где же он взял столько золота, чтобы стать рыцарем?
    – Ты думаешь, папа сможет победить и станет одним из Доблестных Рыцарей?
    – Разумеется, он победит! – воскликнула госпожа Милдред. – Он лучше всех на этой земле владеет мечом, детка. Неужели бабушка тебе не говорила? А остальные жители?
    – Так вы присмотрите за Михаилом? – Лара осторожно вернулась к более важной для нее теме.
    – Приду буквально через несколько минут, – пообещала госпожа Милдред, и Лара выскользнула за дверь.
    Она предупредила Сюзанну о любопытстве пожилой женщины, и они поспешно удалились, едва госпожа Милдред переступила порог их дома.
    – Мы не задержимся надолго, – пообещала ей Сюзанна.
    – Не торопитесь, – крикнула им вслед вдова. – Помните, вы должны выбрать самую лучшую ткань и такой цвет, чтобы ваш мужчина выглядел безупречно.
    Они покинули квартал солдат и пошли через весь город к кварталу торговцев, где располагались лавки с тканями. Лара так и не поняла, почему им все рады. Но стоило им войти в первый магазин, как хозяин бросился к ним, излучая радушие. Подмастерья, отталкивая друг друга, стали разворачивать перед Сюзанной лучшую материю, тайком поглядывая на Лару. В городе уже каждый знал о сделке, заключенной между Джоном Быстрый Меч и Гаем Просперо, поскольку главный торговец уже пустил слух среди владельцев Домов удовольствий, каким сокровищем он обладает.
    Внимательно осматривая предложенный товар, они зашли еще в два магазина, но Ларе никак не нравилось качество ткани. Ее бабушка когда-то служила у богатой дамы портнихой и передала внучке все свои знания и навыки. А когда они ходили за покупками на рынок в квартале, учила девочку искусству торговаться. Сюзанна, выросшая на ферме, в семье отца, никогда не сталкивалась ни с чем подобным, поэтому и сейчас покупка провизии оставалась обязанностью Лары.
    Они шли по улице и едва не пропустили небольшую лавку, зажатую с двух сторон большими магазинами. Сюзанна сочла ее не заслуживающей внимания, поскольку она выглядела очень бедно, окна были грязными, а дверь держалась на одной петле. Но Лара настояла, заметив, что, посетив несколько дорогих магазинов, они так и не нашли то, что искали, поэтому должны попытать счастья и в этой захудалой лавке.
    – Может, ты и права, – сказала она мачехе, – но нам не стоит проходить мимо.
    Внутри магазинчик выглядел немного опрятнее, чем снаружи. Он был мрачным и пыльным, но, когда Лара увидела вышедшего к ним навстречу старика-хозяина, инстинктивно почувствовала, что они попали в нужное место.
    – Нам нужна серебристая парча, – сказала она.
    – У меня определенно есть именно то, что вы ищете, – вежливо ответил хозяин. Его голос оказался неожиданно сильным для столь тщедушного человека. Он достал с полки рулон и развернул его перед покупательницами. Шелковая серебристая ткань с набивным бархатным рисунком небесно-голубого цвета отменного качества. Лучшее, что они видели за все утро.
    – Изумительно! – Лара едва не задохнулась от восторга. – Разве она не прекрасна? – спросила она, поворачиваясь к мачехе и осторожно проводя рукой по ткани.
    – В жизни не видела ничего красивее, – призналась Сюзанна.
    Хозяин хитро улыбнулся, обнажая кривые желтые зубы.
    – Из этого получится отличный наряд для турнира, леди. И еще у меня найдется голубой шелк на панталоны, будет смотреться очень элегантно.
    – А бархат для берета? – тихо поинтересовалась Лара.
    Торговец кивнул.
    – Кроме того, я знаю, где вы сможете найти лучшие перья. – В его глазах горел странный, нечеловеческий огонек. Он неотрывно смотрел на Лару, пока Сюзанна что-то бормотала себе под нос, разглядывая материю. Затем он указал на кулон и прошептал:
    – Звезда Илоны.
    – Вы знали мою мать? – тоже шепотом спросила Лара.
    – Встречался однажды, очень давно, – последовал ответ. – Я сам, как и ты, наполовину эльф, но никто из ныне живых уже не помнит об этом. – Через секунду он опять вернулся к делу. – Так вы берете парчу, леди? – обратился он к Сюзанне.
    Та кивнула:
    – И шелк, и бархат.
    – Но вы не спросили о цене, – заметил хозяин.
    Сюзанна покраснела, смутившись из-за своей невежественности, и пробормотала:
    – Нам нужна именно такая материя. – Она беспомощно посмотрела на Лару.
    – Хозяин будет с нами честен, мачеха, не правда ли, сэр? – поспешила вмешаться Лара.
    – Если я буду с вами честен, жена нового рыцаря еще не раз посетит мою лавку, – ответил старик. – Твоему мужу понадобится много красивой одежды, да и вашему маленькому сыну тоже.
    – Вы знаете, что у нас есть мальчик? – Сюзанна смотрела на него удивленно.
    – В городе известно все о Джоне Быстрый Меч, леди. Я ждал вас сегодня. – Торговец быстро отмерил необходимое количество материи и отрезал кусок парчи. Затем настала очередь шелка, а потом и синего бархата. Свернув несколько отрезов вместе, он перевязал их яркой лентой и вручил Сюзанне. – Если леди немного подождет, я выпишу счет, – сказал торговец. – Второй чек с подписью будет отправлен Аврааму-ювелиру. Оплата будет получена из той суммы, которую твой муж хранит у него.
    Сюзанна была шокирована таким поворотом событий. Она никогда в жизни не покупала ничего в таком магазине и сейчас беспомощно повернулась к Ларе.
    – Что-то здесь душновато, мачеха, – нашлась девушка. – Выйди на улицу, подыши свежим воздухом. Я подпишу все чеки и узнаю, где мы можем купить перо для моего отца.
    – Да, мне лучше выйти, – сказала Сюзанна. – Спасибо, падчерица. – Прихватив объемный сверток, она покинула магазин.
    Торговец медленно написал две бумаги, одну он протянул девушке вместе с угольным карандашом. Он был почти исписан, но Лара ловко взяла его тонкими пальчиками и смогла вывести свое имя. «Лара, дочь Джона Быстрый Меч из квартала солдат».
    – Благодарю тебя, сэр, – сказала она, протягивая чек старику.
    – Любовь и свет ждут тебя на пути, дочь Илоны, – сказал тот и проводил ее до двери. – Вы найдете лавку с перьями через две улицы. Выбери ястребиное перо, оно принесет твоему отцу удачу. Мачеха захочет купить роскошный султан, но не поддавайся на ее уговоры. Только одно перо. Не больше.
    – Я все поняла, – ответила Лара, и дверь магазина закрылась за ней. Она подошла к мачехе, ожидавшей ее на улице.
    – Идем, – сказала Лара Сюзанне, – он объяснил мне, где найти торговца перьями.
    Как и предсказал старик из лавки, молодая жена отца выбрала самый большой и роскошный султан.
    – Только представь, как эффектно перо будет смотреться на синем бархате, Лара, – восторженно сказала Сюзанна, не замечая довольную ухмылку хозяина.
    – Очень красивое, – согласилась девушка, – но не кажется ли тебе, что оно великовато? Перо будет отвлекать все внимание от папы. Да и носить его тяжело. Малейший ветерок, и берет слетит с головы. – Она весело рассмеялась. Взгляд меж тем скользил по стеклянным коробкам с товаром. – Надеюсь, однажды такое перо украсит твою прическу, но не головной убор отца.
    Хозяин лавки бросил на нее сердитый взгляд.
    – Это мой лучший султан из перьев, – сказал он.
    – О да, не сомневаюсь, – поспешила согласиться Лара, – но моему отцу подойдет одно перо, оно больше соответствует ситуации и его вкусу. Это же выглядит слишком помпезно. – Она повернулась к витрине. – Покажи нам вон те ястребиные перья. Не находишь их весьма элегантными, мачеха? – Она вытащила тонкое пестрое перо, в его расцветке было немного черного, белого и даже красного с коричневым, а основание покрыто золотом. – Вот это!
    – Симпатичное, – неуверенно произнесла Сюзанна, – но белое намного лучше.
    – Я полагаю, именно подобные султаны будут украшать головные уборы всех участников турнира. Разве не так? – Она повернулась и вопросительно взглянула на торговца. – Готова поспорить, что вы продавали только их с того момента, как объявили о проведении турнира. А с ястребиным пером папа будет выделяться, я верю, оно принесет ему удачу, мачеха.
    Хозяин с неохотой кивнул.
    – Девочка права, – сказал он. – Мне не удалось продать ничего другого, только роскошные султаны. А я единственный торгую ими во всем городе. Перо, которое она выбрала, лучшее в своем роде. Оно, несомненно, выделит вашего мужчину из числа других участников.
    – Значит, мне оно просто необходимо! – мягко сказала Сюзанна.
    – Ястребиные перья намного дороже остального товара.
    – Тогда заверните его очень аккуратно, – распорядилась Сюзанна. – Моя падчерица подпишет чек. Наш счет у Авраама-ювелира. Лара, я жду тебя на улице. – И Сюзанна гордо вышла из магазина, решив, что ее достоинство восстановлено.
    Сдержав смех, Лара терпеливо ждала, пока продавец завернет перо в длинную марлю и положит в деревянный футляр с металлической крышкой. Он выписал чек и протянул Ларе.
    – Значит, ты будешь женщиной для удовольствий, – сказал он, передавая ей футляр и счет.
    – Я еще не знаю, кем буду, – холодно ответила девушка. – Все зависит от Гая Просперо. – Она резко развернулась и вышла из магазина. Мужчина был неприлично любопытен.
    – Что случилось? – поинтересовалась Сюзанна, заметив возмущенное выражение лица падчерицы. – С тобой все в порядке?
    Лара покачала головой.
    – Этот хозяин болтает не подумав, – ответила она. – Ерунда. У тебя есть необходимые иглы и нитки, которые нам пригодятся в работе?
    Сюзанна кивнула:
    – Да.
    Лара смотрела ей прямо в глаза, и мачеха решила не продолжать расспросы.
    – Тогда нам пора возвращаться домой, мачеха. У нас много дел. – Голос девушки звучал спокойно и вежливо. Она ласково улыбнулась Сюзанне. – Нам так повезло сегодня. Тебе еще надо поговорить с башмачником из квартала торговцев. К такому костюму папе необходима отличная пара обуви, он должен найти кожу самого лучшего качества.
    – Но, Лара, это, должно быть, очень дорого, – забеспокоилась Сюзанна.
    Девушка рассмеялась и взяла мачеху за руку.
    – Очень дорого, но все же не пробьет большую брешь в вашем капитале, что хранится у Авраама. Вы почти богаты, Сюзанна, и, полагаю, пора к этому привыкнуть, – передразнила она старшую подругу. – Когда закончим с костюмом для отца, займемся твоим платьем.
    – А как же ты? – спросила мачеха. – Тебе тоже нужно красивое платье.
    – Думаю, Гай Просперо позаботится о нем, – ответила Лара. – Я принадлежу ему, так ведь? Если он захочет похвастаться своим приобретением на турнире, то должен побеспокоиться, чтобы я была и одета соответствующе.
    – Как ты можешь так хладнокровно об этом рассуждать? – спросила Сюзанна, когда они шли по улице.
    – А что же мне еще делать, мачеха? Ведь именно ты предложила отцу продать меня, и правильно сделала. Это было единственным верным решением проблемы. Кроме того, кто бы женился на мне без приданого? Ни одна богатая дама не взяла бы меня к себе в услужение. Я слишком красива для этого, как говорят, хотя сама я видела свое отражение только в тазу с водой. Вы могли бы просто продать меня на рынке. Но вы так не сделали. Вы продали меня главному торговцу гильдии торговцев Центроземья, что представляется мне гораздо лучшим выбором. Я не хладнокровна, просто пытаюсь приучить себя к мысли, что детство закончилось. Разве с тобой не происходило то же самое, когда отец договорился со свахой? Ты не знала, что за мужчина достался тебе в мужья, но смирились с тем, что такова судьба. Теперь это случилось и со мной.
    – Мне бы очень хотелось, чтобы все было иначе, – сказала Сюзанна.
    – Я не считаю судьбу женщины для удовольствий ужасной, мачеха, но если тебя мучает совесть, а я вижу, что это так, тогда, прежде чем я покину наш дом, расскажи мне об отношениях между мужчиной и женщиной. В моей невинности нет ничего постыдного, но моя невежественность в этом вопросе очень меня печалит. Я слышу, что вы что-то делаете с папой по ночам, но не могу понять, что может заставлять вас издавать такие звуки.
    Шеки Сюзанны стали пунцовыми, но она не потеряла дар речи.
    – Конечно, я расскажу тебе все, что знаю, Лара, но женщины для удовольствий знают много больше меня.
    – Понимаю, – ответила Лара, – но я должна знать хоть самые простые вещи.
    – Возможно, – пробормотала Сюзанна. – Думаю, стоит узнать мнение Гая Просперо на этот счет. Ведь ты, как сама сказала, принадлежишь ему.
    – Пойдем прямо сейчас, – решила Лара. – К тому же мы ближе к Золотому району, чем к кварталу солдат.
    – Сейчас? Но он нас не ждет. И твой отец сказал, он уехал на ферму. Он обещал детям, – протестовала Сюзанна.
    – Мы спросим гвардейцев, – сказала Лара, когда они пересекли центральную площадь города и свернули на улицу, ведущую к Золотому району.
    Сюзанна едва поспевала за падчерицей, не в силах сопротивляться ее настойчивости. Лара подошла к гвардейцу и спросила:
    – Гай Просперо дома, сэр?
    Тот окинул ее суровым взглядом:
    – Ты, должно быть, новая рабыня, которую он купил у Джона Быстрый Меч. Но тебя должны привезти только после турнира, как мне сказали. А ты и правда лакомый кусочек.
    Лара сверкнула глазами.
    – Я задала вопрос, – произнесла она ледяным тоном. – Если мой хозяин у себя в резиденции, мне надо пройти и посоветоваться с ним по одному вопросу относительно моего будущего. Без его разрешения я не могу действовать и, поскольку все еще живу с отцом, пришла к нему за советом.
    Гвардеец вытянулся:
    – Гай Просперо в резиденции. Его жена и дочери уехали вчера за город, но он сам остался, так как заболел сын. Я впущу тебя, но эта женщина должна ждать тебя за воротами.
    – Это жена Джона Быстрый Меч, но я скажу, чтобы она осталась. Не предложите ли ей воды и не позволите ли присесть?
    – Она жена Джона Быстрый Меч? Так пусть пройдет за ворота и ждет там. В тени деревьев она найдет скамейку, а я лично принесу ей прохладительные напитки. Идите!
    Сюзанна испытала огромное облегчение, избавившись от необходимости сопровождать падчерицу. Она убедила Лару, что с удовольствием подождет ее у ворот. Она поблагодарила гвардейца, подавшего ей деревянный кубок сладкого вина с водой, и проводила глазами повозку, увозившую Лару в глубь парка. Сюзанна вздохнула. Повозка скрылась из вида.
    Как и ее отец, Лара была поражена красотой парка. Она уже видела его, но лишь однажды, когда Сюзанна взяла ее на встречу с Гаем Просперо; как же то, что она видела сейчас, отличалось от того, что окружало ее в квартале.
    Она узнала узкую дорожку, на которую свернула повозка. Вот они и на месте. Из дома ей навстречу выбежал слуга.
    – Господин ждет тебя. – Он помог Ларе выйти.
    – Как он узнал о моем приезде? – удивленно воскликнула девушка.
    – Волшебная почта. Гвардеец у ворот отправил их. Это крошечные создания с крылышками, меньше чем самая маленькая мушка. Прошу сюда, госпожа Лара.
    Волшебная почта. Она никогда не слышала о таком чуде, значит, о жизни за пределами квартала солдат ей известно куда меньше, чем она предполагала. Слуга проводил ее прямо к Гаю Просперо в небольшой садик у библиотеки. Рядом с ним сидел мальчик лет восьми.
    Главный торговец поднял глаза и улыбнулся. Махнув рукой, он велел ей приблизиться. Пухлые пальцы были украшены множеством перстней и колец.
    – Мне сказали, тебе требуется мой совет, – произнес он. – Это меня очень радует, Лара, дочь Джона Быстрый Меч.
    – К твоим услугам, милорд, – ответила девушка, однако покорности и раболепия в ее голосе не было. – Я знаю свое место в этом мире. – Зеленые глаза смотрели прямо в лицо хозяину, но потом Лара спохватилась и скромно потупила взгляд.
    Он кивнул. Девушка воспитана, но обладает характером. Когда-нибудь она станет самой известной женщиной для удовольствий, и все благодаря тому, что он смог разглядеть ее достоинства. Главный торговец мысленно похвалил себя за ум и предусмотрительность.
    – Это мой сын, Обин, – произнес он вслух. – Когда-то он займет мое место. Можешь поговорить с ним.
    Лара благодарно кивнула.
    – Приветствую тебя, молодой господин, – сказала она.
    – Она очень красивая. – Мальчик повернулся к отцу, словно Лара их не услышала бы.
    – Она самая красивая девушка из тех, что я видел в жизни, – подтвердил его отец. – Всегда стремись обладать лучшим, сын мой. На вещах заурядных ничего не заработаешь. Прибыль приносит лишь уникальное, редкое приобретение. – Он погладил мальчика по голове и повернулся к Ларе: – Теперь говори, что тебе нужно, красавица?
    – Во-первых, – начала Лара, – я бы хотела получить разрешение, чтобы мачеха немного рассказала мне об отношениях между мужчиной и женщиной. Я ничего не знаю об этом.
    – Скажи ей, что она может объяснить тебе лишь самые простые вещи, но не более, – ответил Гай Просперо. – Дорогая девственница должна обладать лишь теми знаниями, которые помогут ей не бояться первой близости. Мужчина, покупающий право первой ночи, предпочитает сам проявлять инициативу. Невинность сама по себе обладает большим очарованием. – Он улыбнулся Ларе почти по-отечески. – Что еще?
    – Я хотела бы присутствовать на турнире и подумала, что должна получить твое разрешение, милорд. Если ты его дашь, не могла бы я также получить и наряд, который подчеркнул бы красоту, которой, говорят, я обладаю, и выделял бы меня как твое ценное приобретение?
    Гай Просперо несколько раз усмехнулся, а потом громко рассмеялся. Эта девушка поражала его все больше. Несмотря на тяжелую судьбу, у нее отлично развита интуиция. Она одна из тех, кто умеет выживать. Он достал из рукава большой пурпурный платок и вытер глаза. Успокоившись, он произнес вполне серьезным тоном:
    – Мой ответ: да, красавица. На оба твоих вопроса. Ты можешь посетить турнир, я обещал твоему отцу, что ты разделишь с ним радость победы, и ты также должна выглядеть как лучший экземпляр моей коллекции. В тот день я отправлю к вашему дому два паланкина. Один для твоей мачехи и брата, другой для тебя одной. Ты будешь сидеть в моей ложе, и тебя все смогут увидеть. И страстно возжелать. – Он с любопытством посмотрел на нее. – Ты ведь никогда не видела своего отражения, Лара? Я прав?
    – Я видела свое лицо в тазу с водой, но не заметила ничего особенного, – призналась она.
    – Ты должна увидеть себя сегодня, прежде чем уйдешь отсюда. – Гай Просперо встал. – Пошли! – Он покинул сад, а Лара и Обин поспешили проследовать за ним. Они прошли в галерею, на одной стороне которой висели огромные зеркала, а из окон напротив открывался чудесный вид на парк.
    – Вот, красавица, – торжественно произнес он. – Смотри на себя. Совершенная красота!
    Лара смотрела во все глаза, не вполне уверенная, что все, что она видит, действительно существует.
    – Это правда, милорд? Я смотрю на себя?
    Высокая стройная девушка в зеркале отступила назад. На ней было простое синее платье без рукавов, перевязанное на талии плетеным шнуром. На длинной шее висел кулон. Волосы переливались золотистым светом. На скуластом лице выделялись яркие зеленые глаза. Маленький прямой нос, пухлые губы. Маленький подбородок с ямочкой. Темные брови и ресницы.
    – Я вижу обычную девушку, – прошептала Лара.
    – Сними платье, – сказал Гай Просперо.
    – Но мальчик… – запротестовала было она, но осеклась. Сын в любом случае станет наследником своего отца. Лара потянула за тесемки на плечах, и платье упало к ее ногам. Шеки мгновенно покраснели.
    – Ты видишь, Обин, какая прекрасная грудь. Еще маленькая, но почти безупречной формы. А как красив переход от тонкой талии к широким бедрам. Видишь, как стыдливо золотистый кустик скрывает ее женскую тайну. Все это указывает на страстность ее натуры. У этой девушки идеальные пропорции тела. Потрогай. Ее кожа восхитительна, гладкая как шелк. – Он провел рукой по спине и ягодицам Лары, и сын последовал его примеру. – Видишь, сын мой? Уникальный товар. Лара, красавица, неужели ты не понимаешь, как прекрасно твое тело? Ты осознаешь свою истинную ценность?
    Она смотрела на себя уже совершенно иными глазами. Она действительно красива. Ни одного изъяна. Почему же тогда Гай Просперо не желает ее? Она внимательно посмотрела на него и по его взгляду все поняла: она была для него лишь товаром, дорогим и выгодным приобретением, но ничем больше. В его сердце была лишь страсть к деньгам.
    – Да. – Лара согласно кивнула. – Хотя мне не с чем сравнивать.
    – Никогда не позволяй этим знаниям возобладать над здравым смыслом, красавица, – предупредил ее Гай Просперо. Он нагнулся, поднял ее платье и завязал тесемки на плечах. Затем осторожно коснулся щеки. – Как мила, – пробормотал он едва слышно.
    – Спасибо, милорд, – ответила Лара. – Могу ли я тогда вернуться к Сюзанне, которая ждет меня у ворот?
    Он кивнул и позвал слугу, который проводил ее к выходу, где ожидала повозка. Гай Просперо подумал, что Лара – очень славная девушка. Он и сам желал обладать ею, но она стоила слишком дорого и могла принести огромную прибыль, а поскольку он никогда не позволял своим желаниям влиять на принятие решения, то привычно его игнорировал.
    Мачеха облегченно вздохнула, когда Лара вышла из повозки. Они покинули Золотой район, поблагодарив услужливого гвардейца. Сюзанна крепко прижала покупки к груди, и они быстро пошли по улицам города. Наконец Сюзанна заговорила.
    – Что там произошло?
    – Гай Просперо сказал, что ты можешь рассказать мне лишь самое основное, чтобы я не испугалась при первой близости с мужчиной. И он даст мне платье, чтобы я выглядела подобающим образом. А еще он отправит носилки для нас. В одних поеду я, а в других ты с Михаилом. Мы будем смотреть турнир из его ложи.
    Сюзанна едва не выронила сверток.
    – Как же я смогу сама сшить платье, чтобы не опозорить твоего отца? Я так мало в этом разбираюсь.
    – Я помогу, – успокоила мачеху Лара.
    – Думаю, нам лучше завтра вернуться к лавочнику и купить тот султан из перьев, чтобы украсить мою прическу.
    Лара с трудом сдержала смех.
    – Мне кажется, скромный наряд тебе больше подойдет, мачеха. Мы сошьем элегантное платье для молодой дамы.
    – Ты права, – согласилась Сюзанна. – Ко мне будут многие присматриваться, как и к твоему отцу. И к тебе.
    – Именно! – сказала Лара. – Если ты появишься в слишком пышном наряде, тебя сочтут гордячкой. Не самое лучшее положение для женщины, чей муж готовится стать членом ордена. Ты должна выглядеть модно, но скромно.
    Дома их ждала госпожа Милдред с голодным Михаилом. Сюзанна сразу принялась кормить сына грудью, благо молока у нее было достаточно. Пожилую соседку распирало от любопытства, и Лара развернула рулон с парчой, шелком и бархатом, чтобы показать женщине. Госпожа Милдред с благоговением гладила материю и вздыхала. Осмотрев покупки, она сказала Сюзанне, что Михаил – чудный малыш и она всегда с радостью присмотрит за ним, если потребуется в ближайшие несколько месяцев. Сюзанна поблагодарила женщину, и та удалилась к себе в хижину, где ее собственный сын ждал ужина.
    Джон Быстрый Меч вернулся домой после захода солнца, когда еда уже была готова. Он рассказал о том, как весь день искал хорошего коня с помощью пожилого рыцаря, с которым его познакомил оружейник Рейф.
    – Мы нашли одного жеребца на ферме в Центроземье. Четырехлеток, хорошо тренирован для боя, – восторженно продолжал Джон. – Я проехался на нем, кажется, мы даже подружились. Сэр Фэррис говорит, что мужчина должен сродниться с конем, понять его душу. Мы вернемся на ферму завтра и купим Орестея. – Он выглядел таким счастливым, каким не был никогда в жизни. – А вы что делали сегодня? – спросил он женщин.
    – Мы нашли великолепную ткань для твоего костюма, – сказала Сюзанна. – Не знаю, что бы я делала без Лары. У нее прекрасный вкус, намного лучше моего, кроме того, она подписала все чеки, чем спасла меня от стыда за то, что я не умею ни читать, ни писать. И мы купили красивое перо на берет. Лара посетила еще дом Гая Просперо, – закончила Сюзанна.
    Джон Быстрый Меч повернулся к дочери:
    – Ты ходила к Гаю Просперо? Зачем? – Он все еще не мог свыкнуться с тем, как поступил с Ларой, но она, казалось, ничуть не была обеспокоена переменами в жизни.
    – Я хотела спросить его, могу ли я посетить турнир, папа. И еще может ли Сюзанна рассказать мне об отношениях между мужчиной и женщиной. Он же мой хозяин, папа. Я подумала, надо спросить его разрешения. Ему было очень приятно, что я пришла.
    Джон кивнул.
    – Ты правильно поступила, – медленно произнес он.
    – Он сказал, что у меня будет красивое платье и еще он пришлет за нами два паланкина в день турнира. Мы с Сюзанной и Михаилом будем сидеть в отдельной ложе. Завтра Сюзанна начнет шить твой наряд. Он будет из самой красивой парчи, папа!
    Он не мог этого вынести. Его золотая девочка скоро покинет родной дом, и он не знает, встретятся ли они когда-то.
    – Иди спать, Лара, – мягко сказала Сюзанна.
    Девочка встала, поцеловала их обоих и убежала в маленькую комнатушку, где спала вместе с братом.
    – Она так рада, Джон. С нетерпением ждет будущего.
    – Она не представляет, каким оно будет, – взревел он. – Она так наивна. Совсем не знает жизни за пределами квартала. Как она может ждать того, о чем даже не имеет представления.
    Сюзанна вздохнула:
    – Ты недооцениваешь Лару, Джон. Твоя мать научила ее куда большему, чем шитье и ведение хозяйства. Ты бы видел ее сегодня. Я бы точно без нее не справилась. Я откровенно боялась тех, с кем приходилось общаться. Я, но не Лара. Она держалась как королева. Торговцы так с ней и обращались. Они признавали ее превосходство, как и мое смущение и нерешительность.
    Она относилась ко мне с таким подчеркнутым уважением, муж мой, предложила подождать ее на свежем воздухе, пока она поговорит с Гаем Просперо. Я почувствовала, что она ничуть не боится встречи с ним. Когда я первый раз вела ее к нему, вся тряслась от страха, а твоя дочь ни капельки не волновалась. И не только сегодня. Нет, Джон, твоя дочь прекрасно знает, что делает. Не стоит винить себя, что пришлось продать ее, возможно, это ее шанс стать счастливой. Она ни о чем не жалеет.
    – Что ты расскажешь ей о мужчине и женщине? – спросил он жену.
    Сюзанна засмеялась:
    – Муж мой, рано или поздно этот разговор между мной и твоей дочерью должен был состояться. Я знаю, что сказать. Она узнает то, что должна знать, а остальному научит ее жизнь. А теперь расскажи мне об этом сэре Фэррисе, с которым ты сегодня встречался.
    – Сэр Фэррис Железный Щит, – начал рассказ Джон, – один из самых старых и уважаемых Доблестных Рыцарей. Ему уже шестьдесят лет, жена, а он все еще полон сил. Он давний клиент Рейфа, и тот попросил его мне помочь. Мы встретились сегодня за городом, на ферме в Центроземье. Он сказал, что прежде всего хочет проверить мой характер и умение владеть мечом, за которое я получил известность. Он предупредил, чтобы я не щадил его, а дрался в полную силу. Знаешь, Сюзанна, он лучший противник, с которым мне приходилось встречаться в жизни. Потом он смеялся и говорил, что о моей репутации говорят вполне заслуженно и он будет рад помогать мне и станет моим поручителем, поскольку участнику турнира необходимо иметь поручителя. Мне столько надо всего освоить, жена!
    – У тебя все получится, – подбодрила его Сюзанна. – Итак, вы нашли коня?
    – Да. И если мечом и копьем я владею хорошо, то в верховой езде надо тренироваться. Сэр Фэррис сказал, что мы будем заниматься этим все оставшиеся месяцы.
    – Все идет своим чередом, муж мой, – улыбнулась Сюзанна.
    Настала осень, дни становились длиннее, и Лара с мачехой принялись шить костюм, который Джон Быстрый Меч должен будет надеть в тот день, когда отправится заявлять о своем желании принять участие в турнире. Лара скроила тунику из серебристой парчи и панталоны из голубого шелка. Затем они приступили к шитью. Сюзанна шила панталоны, стараясь, чтобы стежки у нее получались такие же ровные, как у Лары. Это казалось ей невозможным, но все же она очень старалась. Маленький Михаил сидел рядом на полу и играл с обрезками ткани, и очень им радовался. Он был во всем сыном своего отца.
    Лара еще дважды возвращалась в магазин старого торговца, чтобы купить немного другой материи, которой, по ее мнению, было необходимо украсить тунику. Она также нашла прекрасную сиреневую ткань на платье Сюзанне, которое собиралась начать шить только после того, как закончит с костюмом для отца. Она скроила тунику с круглым вырезом, отороченным широкой полоской, расшитой золотыми и серебряными нитями. Он завязывался синей тесьмой, украшенной маленькими серебряными и золотыми бусинками. Небольшой вырез на груди, манжеты и подол туники также были отделаны вышивкой. Лара сделала еще и красивый пояс. Несколько недель девушка трудилась с большой любовью, до водя каждую мелочь до совершенства. Пока она была занята туникой, Сюзанна сшила мужу шелковые панталоны и бархатный берет, который украсила пером ястреба. Она сходила к башмачнику и заказала пару мягких кожаных башмаков с отворотами и сапоги из самой лучшей и плотной кожи. Лара украсила отвороты на башмаках тем же орнаментом, который был на тунике.
    Однажды днем, к огромному удивлению женщин, на пороге их дома появился сэр Фэррис Железный Щит.
    – Я пришел, чтобы проверить костюм для представления на турнир, – заявил он довольно неприветливо.
    – Но мужа нет дома, – занервничала Сюзанна.
    – Разумеется, его нет! – воскликнул сэр Фэррис. – Он на занятиях, где я совсем недавно оставил его с сэром Аяксом и сэром Ивеном. Под нашим присмотром он чрезвычайно улучшил свои навыки. Не сомневаюсь, что через несколько недель он станет одним из нас.
    – Проходи в дом, сэр, – вмешалась Лара, давая возможность мачехе немного успокоиться. – Я сейчас принесу костюм отца. Мы закончили его лишь вчера.
    – Да. – К Сюзанне вернулась возможность говорить. – Позволь предложить тебе стаканчик сидра, сэр Фэррис, а Лара принесет костюм. – Она бросилась к скамье у очага. – Присаживайся, пожалуйста. – Затем она поспешно налила сидр в лучший деревянный кубок и протянула рыцарю.
    Тот с благодарностью выпил.
    – Как давно я не был в квартале солдат, – произнес сэр Фэррис. – Боюсь, здесь так ничего и не изменилось. Все тот же бедный район, и я слышал, что теперь гильдия солдат взимает плату за то, что обеспечивает людей работой. Стыдно, но чего еще ожидать, если большая часть заданий передается тем, кто не является членом гильдии?
    – Я не знала, – тихо сказала Сюзанна.
    – Думаю, муж скрывал от тебя. Не стоит переживать, госпожа. Скоро вы переедете в Район садов, где будете жить совсем по-другому.
    – А вот и костюм отца, сэр. – В комнату вошла Лара, бережно держа в руках тунику. – К ней еще панталоны голубого шелка, и мачеха принесет берет, чтобы вы могли все оценить.
    Сэр Фэррис внимательно осмотрел все, что ему показали. Туника была великолепна, вышивка была сделана очень искусно. Офицер, с которым предстояло беседовать Джону, будет впечатлен его внешним видом. Вне всякого сомнения, этот наряд был достоин Доблестного Рыцаря. Взглянув на берет с ястребиным пером, сэр Фэррис довольно улыбнулся:
    – Превосходно, госпожа. И ты так мудро поступила, что не украсила его этим пышным белым султаном, который каждый участник турнира почему-то считает своим долгом прикрепить на головной убор. Перо ястреба выглядит очень элегантно и больше подходит мужчине. Джон Быстрый Меч будет выделяться среди прочих. – Он встал. – Вы прекрасно поработали, и после окончания наших занятий Джон будет готов бороться за членство в ордене. Благодарю за сидр. – Слегка поклонившись обеим женщинам, он вышел из лачуги.
    – Только представь, – пролепетала Сюзанна, – он пришел к нам сам. Должно быть, он очень ценит твоего отца и хорошо к нему относится. Я так им горжусь. Когда мы переберемся в новый дом, надо будет обязательно пригласить его с друзьями на ужин.
    – Я начну шить твое платье завтра утром, – сказала Лара.
    – Ты так и не показала мне, что за ткань выбрала. – Сюзанна смотрела с укором. – Может, покажешь сейчас?
    Лара рассмеялась:
    – Хорошо, но ты должна поклясться, что доверишься мне во всем.
    – Я вся в твоей власти, – засмеялась мачеха. – Покажи же мне материю!
    Лара ушла в свою комнату и вернулась с объемным свертком. Когда она развернула его на столе, Сюзанна воскликнула:
    – Какая красота! Я не заслужила такой роскоши!
    – Она великолепна. Это будет очень простая модель, но платье будет выглядеть очень эффектно. Именно то, что нужно для молодой жены рыцаря.
    – Но сама ткань… – Сюзанна едва не задохнулась. Сиреневый шелк отменного качества переливался теплым светом.
    – Она очень подходит к темным волосам и глазам. Будет подчеркивать белизну твоей кожи. Я с первого взгляда поняла, что это именно то, что мы искали.
    Сюзанна не сдержалась и расплакалась, и Лара быстро унесла ткань, чтобы она не закапала ее слезами.
    – Как бы мне хотелось, чтобы ты навсегда осталась с нами, – сказала Сюзанна, и, пожалуй, впервые она этого действительно желала.
    – Мне не судьба провести жизнь с тобой и папой, – ответила Лара. – Я еще не знаю, где окажусь, но знаю точно, что мне не остаться с вами. Возможно, все дело в моей волшебной крови.
    Прошла зима, и весной Лара справила свой пятнадцатый день рождения. Близился день заявления об участии на турнире. Утром отец встал рано, и Сюзанна вслед за ним. Он тщательно вымылся в деревянной ванне, помыл не только тело, но и волосы. Сюзанна выбрила его лицо особенно гладко, стараясь, чтобы не появилось даже маленькой ранки. Затем помогла ему надеть шелковые панталоны и темно-синюю рубашку, манжеты которой должны быть видны из-под туники, и позвала Лару, чтобы она надела на отца тунику.
    Они вместе помогли Джону одеться, Лара аккуратно расправила тесьму у выреза, отошла чуть назад и улыбнулась.
    – Ты выглядишь потрясающе, папа. Сэр Фэррис сказал нам, что это, безусловно, наряд будущего рыцаря, и он прав. – Завязав пояс, она нагнулась и поправила отвороты на башмаках.
    Сюзанна протянула мужу бархатный берет. Он надел его, заломив на одну сторону, так чтобы перо лихо торчало. Джон важно прошелся по хижине и повернулся к жене и дочери:
    – Спасибо вам.
    Лара бросилась к двери и открыла ее перед отцом.
    – Ступай, – сказала Сюзанна. – К твоему приходу я приготовлю горячий обед.
    Он вышел и быстро зашагал по кварталу солдат. Когда он скрылся из вида, Сюзанна повернулась к падчерице, но Лары уже не было рядом. Женщина усмехнулась. Вне всякого сомнения, девушка побежала вслед за отцом, чтобы быть в толпе на главной площади города, когда Джон Быстрый Меч будет заявлять о своем намерении участвовать в турнире и получит официальное разрешение. Это будет и ее маленькая победа, и она сделала для нее все, что могла.
    Лара тем временем, накинув темный плащ, дабы остаться незамеченной, шла по улице города. На площади уже собирались горожане, чтобы стать свидетелями столь редкого события. Лара стала пробираться вперед сквозь толпу. Ее стройная фигурка перемещалась быстро, словно легкий ветерок. Она заметила отца, стоявшего в длинной очереди и уже оказавшегося на полпути к цели. Она заинтересованно прислушивалась к комментариям, доносившимся с разных сторон. Все претенденты были знакомы собравшимся.
    Джон Быстрый Меч чувствовал, как сердце радостно бьется в груди. Он огляделся и пришел к выводу, что его костюм – лучший среди нарядов остальных претендентов. Сюзанна рассказала ему подробности их хождения по лавкам и также о мнении сэра Фэрриса. Джон старался успокоиться перед предстоящим опросом. Ему очень не хотелось выглядеть глупо. Это была высокая честь для него – не только принадлежать к ордену, но и по-настоящему служить Хетару.
    Доблестные Рыцари находились под охраной Высшего совета, как сила, способная оказать сопротивление нападению варваров. Так было и будет всегда. Хетар уже много лет не участвовал в войнах и стал процветающим королевством, и все это благодаря Доблестным Рыцарям. Варвары-дальноземцы жили в беззаконии, и Джон порой удивлялся, зачем Небесный распорядитель вообще их создал.
    Солнце поднялось на небосклоне, и первые теплые весенние лучи согревали собравшихся на площади. Джон Быстрый Меч отчетливо ощутил, что он на самом пороге вступления в общество рыцарей, осталось сделать шаг, чтобы оказаться в совершенно новом мире.
    Рыцарь за столом внимательно оглядел его с головы до ног.
    – Имя? – выкрикнул он.
    – Джон Быстрый Меч из гильдии солдат. – Неужели это его голос?
    Рыцарь кивнул и сделал запись.
    – Повернись.
    Джон медленно исполнил приказ.
    – Внешний вид прекрасный. Откуда ты родом?
    – Из Центроземья.
    – Кем был твой отец?
    – Фермером.
    – Давно в солдатах?
    – С пятнадцати лет.
    – А сейчас тебе сколько?
    – Тридцать один.
    – Женат?
    – Да.
    – Дети?
    – Двое.
    – Мальчики или девочки?
    – Сын от моей жены и дочь от феи.
    – Хочешь иметь еще сыновей?
    – Да.
    – Кто твой поручитель, Джон Быстрый Меч? – спросил рыцарь.
    – Сэр Фэррис Железный Щит, – ответил он. В горле неожиданно пересохло.
    – А его помощники?
    – Сэр Аякс и сэр Ивен.
    – Чем лучше всего владеешь?
    – Мечом, – с гордостью ответил Джон.
    – Еще чем?
    – Копьем, булавой, секирой. – Ему кажется, или по спине течет пот?
    – Ты талантливый солдат. Твое заявление принимается. Ты можешь участвовать в турнире, Джон Быстрый Меч. Какой цвет ты выбираешь для боя?
    – Зеленый с золотом, – ответил Джон. Зеленый – цвет глаз Лары, золотой – ее волос. Он сделал выбор в честь дочери.
    Офицер все записал в его анкете и через весь лист поставил резолюцию: «ПРИНЯТ».
    – С нетерпением буду ждать твоего боя на турнире. Тебе надо выбрать номер, чтобы определить, в какой день ты будешь состязаться.
    Он протянул ему бархатный мешочек.
    Джон сунул руку и достал маленькую табличку.
    – Номер один, – объявил он.
    – Значит, твой бой состоится в первый день. Это хорошо. Будет время отдохнуть перед финалом. Поздравляю! А теперь отойди в сторону. Следующий!
    Джон сделал шаг, чувствуя, как кружится голова. Толпа сразу поглотила его и стала толкать в разные стороны. Внезапно в его руке оказалась чья-то маленькая ладошка, и он понял, что это его дочь.
    – Ты все видела? – спросил он, не поднимая глаз.
    – Я стояла прямо напротив тебя, отец. Ты держался как настоящий лорд. Я так горжусь тобой. Как жаль, что Михаил еще слишком мал и не мог быть здесь. Но ты ведь расскажешь ему, когда он вырастет, правда?
    – Да, дочка, расскажу. И еще о его сестре-волшебнице, благодаря которой все это стало возможным, – ответил Джон Быстрый Меч. – Я не говорил об этом, но очень тебе благодарен. – Он повернулся к Ларе и поцеловал ее в лоб.
    – Не думай, отец, что я несчастна. Я знаю, моя мать разбила тебе сердце. Но моя красота, которую я унаследовала от нее, помогла искупить ее грех. Теперь у нас всех будет новая жизнь. Я счастлива.
    – Ты уверена в этом, Лара? Я не вынесу твоих страданий. Да, Илона разбила мне сердце, но твое тепло и забота давно залечили старые раны.
    – Я счастлива, папа. Клянусь! Кроме того, – она хитро подмигнула, – уже слишком поздно поворачивать назад. В лавке все равно не примут назад твою тунику вместо материи.
    Джон рассмеялся. Лара всегда спасала его от хандры и уныния, а последние месяцы были для него самыми тяжелыми в жизни. Он ведет себя как всем недовольный старик, сейчас надо отбросить все мрачные мысли и страхи. Лара права. Уже поздно поворачивать назад. Надо выбросить из головы и из сердца всю черноту. Через шесть дней начинается турнир. И хоть все и считали его победу делом почти решенным, Джон Быстрый Меч не привык относиться к будущим событиям как к уже прошедшим.

Глава 3

    Но он победил, как все и ожидали. Предыдущей ночью он почти не спал, но не из-за того, что нервничал, его просто переполняли эмоции. Он поднялся рано, помылся и отправился на арену, где под тентом его уже ждали сэр Фэррис, сэр Аякс и сэр Ивен. Он проверил оружие, осмотрел поочередно каждое копыто Орестея, чтобы убедиться, что они чистые и на них нет камней, которые могут мешать коню в сражении. Затем три рыцаря помогли ему надеть доспехи. Прозвучал гонг, вызывающий всех на поединок. Джон вскочил на коня и ускакал, чтобы одержать победу над всеми своими противниками, уверенный, что это не составит большого труда. У него не было времени искать на трибунах жену и детей. Да он и не знал, где расположена ложа Гая Просперо.
    Проснувшись утром в день начала состязаний, Лара поняла, что отец уже ушел. Мачеха задумчиво ворошила угли в очаге.
    – В чем дело, Сюзанна? – взволнованно спросила девушка.
    – Что, если он проиграет? – тихо произнесла та. – Тогда получится, что все мы затеяли зря!
    Лара почувствовала, что невольно начинает раздражаться, она едва сдержалась, чтобы не накричать на мачеху, позволяющую себе говорить подобные глупости и призывать таким образом несчастья.
    – Папа сможет всех одолеть, – уверенно сказала она. – Не стоит даже думать так, Сюзанна, это лишь привлечет к нему неудачу. Давай быстро умоемся. Совсем скоро подадут носилки.
    Когда они закончили утренний туалет, в хижину вошла госпожа Милдред, чтобы посидеть с Михаилом. На ней было самое нарядное платье, и Сюзанна пригласила пожилую соседку поехать с ними на турнир.
    – Не беспокойтесь, мои дорогие, – с улыбкой сказала госпожа Милдред. – Я одену и соберу мальчугана. Вы уже кормили его, Сюзанна?
    – Да, он сыт, – ответила та.
    Ей не терпелось скорее надеть новое платье, сшитое Ларой. Оно было из шелковой парчи с широкими пышными рукавами и высокой талией, линию которой Лара подчеркнула кручеными серебряными и золотыми шнурами. Ворот был из простого белого шелка. Наряд был очень элегантным, но сдержанным. Кроме того, Сюзанна должна была надеть еще маленькую шляпку в форме сердечка, прекрасно смотревшуюся на ее темных волосах, убранных под тончайшую золотую сетку-паутинку.
    Раздался стук в дверь, и госпожа Милдред поспешила открыть.
    – Рановато для паланкинов, – пробормотала она, но все же распахнула дверь. На пороге стояла крупная женщина с корзиной.
    – Я Тания. Меня отправил господин, чтобы сделать прическу для рабыни Лары.
    – Входи! Входи! Она только что приняла ванну, – засуетилась госпожа Милдред. – Лара, детка, пришла женщина уложить твои чудесные волосы. Ее прислал Гай Просперо.
    – Не ожидала такой щедрости, – сказала Лара, появляясь в комнате, завернутая в простыню.
    – Щедрость? Ха! – зло усмехнулась Тания. – Просто тебя увидят многие будущие покупатели, девочка, вот и все. Надо показать товар лицом. Сядь здесь у стола. Мне нужно место разложить инструменты. Пока я не приведу в порядок волосы, платье ты не наденешь. Я его видела. Оно застегивается на плечах, так что прическу не испортишь.
    Лара села, а женщина принялась расчесывать ее длинные волосы, пока они не стали спадать тяжелым шелковым шлейфом. Затем Тания приступила к следующему этапу. Она достала из корзины много тонких золотых цепочек, унизанных бусинками бисера: золотыми, серебряными, жемчужными и хрустальными. Тания взяла одну прядь волос Лары и стала вплетать в нее серебристую с золотом нить. Затем в другую прядь – золотую цепочку, украшенную бисером, в следующую – нить с жемчужинами и кристаллами, собирая все косички наверх в высокую прическу.
    – Теперь тебе надо одеться, и я закончу работу, – сказала Тания.
    Платье, отправленное Гаем Просперо, было очень простым, но в то же время очень необычным, завораживающим. Он было из полупрозрачного шелка кремового цвета с тонкой золотой нитью, без рукавов, с красивыми застежками на плечах и глубоким вырезом. Сквозь тонкую ткань будут угадываться очертания фигуры. Сюзанна взяла платье.
    – Подожди, – остановила ее Тания. – Твои соски должны быть хорошо видны. – Она достала маленькую коробочку, сбросила с Лары простыню и быстро подкрасила соски. – Пусть подсохнет, и можно одеваться.
    Шеки Лары запылали румянцем.
    – Неужели грудь девственницы должна быть столь откровенно видна? – нервно спросила Сюзанна.
    – Эта девушка будет женщиной для удовольствий, госпожа. Сегодня хозяин представит ее покупателям. Он должен получить за нее лучшую цену. О ее красоте уже ходят слухи. Теперь я вижу, что ей все будут довольны. У нее прекрасная грудь, и не стоит ее скрывать.
    Давайте, краска на сосках уже высохла. Быстро! Несите платье.
    По взглядам госпожи Милдред и мачехи Лара поняла, что платье сидело на ней именно так, как и хотел Гай Просперо. Она пожалела, что в лачуге нет таких зеркал, как в его доме. Принимая ванну, она сбрила волосы на лобке, как и велел ей хозяин, и теперь он выглядел более округлым, чем казался под золотистыми кудряшками. Тания надела ей на голову тонкую серебристую сетку, украшенную кристаллами, а на плечи накинула плотный плащ.
    – Теперь ты готова. Паланкин ждет у ворот, – сказала женщина. – Увидимся с тобой через несколько дней, когда ты переедешь в дом господина.
    – Спасибо, – улыбнулась Лара. – Ты была очень добра.
    – Я просто выполнила свою работу, как и было велено, – отмахнулась Тания, но Лара видела, что похвала ей приятна. Должно быть, она тоже рабыня и не часто слышит добрые слова. Тания одевала многих девушек для своего господина. Одни были напуганы и все время плакали. Другие считали выпавшую им долю благом и становились заносчивыми и грубыми. Эта же девушка была не похожа на остальных. Она была не только во много раз прекраснее самых красивых девушек, которых ей приходилось одевать, но в ней было что-то особенное… Тания нахмурилась, силясь подобрать подходящее слово, и не могла. Видимо, дело в ее волшебной крови.
    – Хорошего тебе дня, госпожа, – обратилась Тания к Сюзанне и вышла, не закрыв за собой дверь.
    На дворе стояли носилки. Сюзанна взяла сына из рук госпожи Милдред, и один из слуг помог ей сесть в паланкин, вырезанный из черного дерева и инкрустированный золотом, проем закрывался красными шторками. Михаил завертелся и был готов расплакаться, но, оказавшись на руках у пожилой женщины, он успокоился, когда увидел, что мать садится рядом. Через несколько минут он уже с любопытством оглядывался по сторонам. На нем была нарядная туника, сшитая Ларой из синей с серебром ткани.
    Лара расположилась во втором паланкине, выкрашенном в серебряный цвет и закрывавшемся бирюзовыми шелковыми шторами. Она растянулась на кораллового цвета подушках с таким видом, словно всегда так путешествовала. Она почувствовала, как четверо носильщиков подняли паланкин и быстро зашагали вперед. Вскоре они уже были за пределами квартала, миновали узкие улочки, а затем и широкие проспекты. Они пересекли главную площадь, где Лара совсем недавно наблюдала, как ее отец получает разрешение принять участие в состязании, миновали ворота турнира и оказались рядом с огромной ареной, где ровно три года назад проходил последний рыцарский турнир. Сами ворота открывались лишь по торжественным случаям.
    Носильщики остановились, и полная рука, которую Лара мгновенно узнала, одернула шторку. Гай Просперо оглядел ее и удовлетворенно кивнул, когда она сняла плащ.
    – Да, вижу, Тания не забыла подкрасить тебе соски. Эта женщина обладает прекрасной интуицией. Без нее я бы не справился. Ты выглядишь превосходно, Лара. Я уже предвижу, какое золотое будущее ждет мою волшебную девочку, – усмехнулся он.
    – Я всего лишь наполовину фея, господин, – ответила Лара, – и колдовством я не владею.
    – Однако у тебя волшебный взгляд, – сказал Гай Просперо, – а это намного важнее. Твоя красота действует сильнее колдовства. Даже люди из Прибрежной провинции не бывают такими светловолосыми. Пойдем и ты тоже, госпожа Сюзанна. Я провожу вас в ложу. Моя жена и дети уже там. Все хотят увидеть знаменитого Джона Быстрый Меч, благодаря ему этот турнир станет легендарным.
    Они прошли в закрытый павильон, где в огромных кожаных креслах с позолоченными подлокотниками и изогнутыми ножками сидели женщина, мужчина и трое детей.
    – Моя жена, леди Вилия, – сказал Гай Просперо. – А вот и красавица Лара, дорогая. Она великолепна, не так ли? Это мачеха Лары, госпожа Сюзанна, ее сын и няня малыша. – Гаю Просперо даже не приходило в голову, что у детей бедняков не бывает няни.
    Сюзанна решила было поправить его и объяснить, что все не так, но поймала строгий взгляд госпожи Милдред, слегка покачавшей головой.
    Сюзанна улыбнулась и сказала:
    – Для меня большая честь познакомиться с тобой, леди Вилия.
    – И для меня, – кивнула дама. Она была совсем немного старше самой Сюзанны. – Ох, я так люблю детей. – Она улыбнулась Михаилу, который в ответ тоже улыбнулся счастливой беззубой улыбкой.
    «Вторая жена», – сделала вывод Лара. Богачи, такие как Гай Просперо, часто разводились со старыми женами и женились на юных девушках, чтобы чувствовать себя моложе.
    – А это мой секретарь, Иона, – продолжал Гай Просперо, но сейчас он обращался только к Ларе. Леди Вилия и Сюзанна уже болтали о чем-то как давние подруги. Что же касается Обина Просперо, он всем своим видом выражал скуку, как и остальные дети. Он ждал, когда же начнется турнир, и больше его ничто не интересовало. Две его сестры перешептывались, поглядывая на Лару, и тихо хихикали.
    – На нас начинают обращать внимание, милорд, – сказал Иона. – Думаю, пора снять плащ с девушки. Ты позволишь?
    Главный торговец важно кивнул. Иона снял плащ и аккуратно отложил в сторону. Взяв Лару за руку, он вывел ее немного вперед, чтобы все собравшиеся могли увидеть ее блестящую красоту. На трибунах собралось немало богатых людей и владельцев Домов удовольствий, поэтому множество голов сразу же повернулись в их сторону.
    – Уже есть предложения? – спросил Гай Просперо секретаря.
    – Вчера были, милорд. Полагаю, сейчас их поступит еще больше. – На его узких губах появилась улыбка.
    – Сядь, Лара, – тихо сказал хозяин.
    Она повиновалась, но не сводила глаз с арены. Везде были развешаны флаги. Места слева были заняты богатыми торговцами и владельцами Домов удовольствий, а справа – рыцарями и их семьями. На противоположной стороне арены были ворота, через которые должны появиться участники состязания. Несколько мест было отведено и для простолюдинов, но большинство бедняков наблюдали за происходящим со стен, окружавших арену.
    Прозвучал туш, на арену вышли солдаты и выстроились в кольцо, затем прошли Доблестные Рыцари, чтобы преклонить копья перед гранд-рыцарем, прежде чем выйти на арену. Последними появились их соперники. Турнир начался.
    Лара громко закричала, когда отец сбросил на землю первого противника, затем спешился, чтобы продолжить сражаться, но юноша сдался без боя, под громкие крики недовольства зрителей. Еще семь раз в тот день Джон Быстрый Меч появлялся на арене, побеждая одного противника за другим. В конце дня он единственный держался на ногах, поэтому был признан победителем первого дня турнира. Ему было обеспечено место среди рыцарей ордена. Состязание наряду с четырьмя другими победителями в последний день турнира с рыцарями-крестоносцами можно было считать символическим. После этого Джон Быстрый Меч будет посвящен в рыцари гранд-рыцарем ордена.
    Лара вместе с остальными ее спутницами вернулась домой в тех же носилках, что и доставили ее на турнир.
    Сюзанна спешила снять великолепное новое платье и приготовить ужин в честь триумфа мужа. Слух о том, что Джон Быстрый Меч стал победителем дня, уже разнеслись по кварталу, и соседи постоянно заходили в лачугу, чтобы лично стать свидетелями его торжества. Лара проскользнула в свою маленькую комнатку и сняла наряд, в котором провела день. Он не предназначен для глаз жителей квартала солдат. Она стерла помаду с сосков и натянула более привычное темно-синее платье. Затем девушка аккуратно расплела косы, сняла все украшения и отправилась помогать мачехе. Если не считать внимания соседей, пока их жизнь никак не изменилась.
    Отец вернулся домой пешком, поскольку Орестей уже стоял в конюшне Района садов. От Джона пахло вином, поскольку его поручители, сэр Фэррис, сэр Аякс и сэр Ивен, настояли, чтобы он отпраздновал с ними победу – их общую победу. Через пять дней он будет официально посвящен в рыцари и станет одним из них. Но как ни был вымотан Джон Быстрый Меч физически, как ни устал от морального напряжения, он все же поприветствовал соседей. То, что предполагалось как небольшой семейный ужин, превратилось в огромное празднество всего квартала. Это был поистине великий день для всех солдат. Впервые за последние шестьдесят лет их товарищ получил право называться рыцарем. Еду поделили между всеми собравшимися, эль и сидр наливали всем желающим, и было уже глубоко за полночь, когда в квартале наконец стало тихо.
    Следующим утром пришла бумага из Района садов с предложением сэру Джону Быстрый Меч явиться с семьей и выбрать дом для проживания. Сюзанна была вне себя от счастья.
    – Лара должна пойти с нами, – распорядился отец.
    – Но ведь ей не придется жить там, – беззаботно сказала Сюзанна. Она не могла думать ни о чем другом, как только о новом доме.
    – Там, где живу я, всегда будет дом моей дочери. – Джон Быстрый Меч сверкнул глазами. – Она имеет право увидеть, ради чего принесла себя в жертву.
    Сюзанна побледнела, осознав, как грубо прозвучала ее фраза. Она повернулась к падчерице:
    – Прости меня, Лара.
    Девушка рассмеялась и обняла мачеху.
    – Пойдемте скорее осмотрим ваше новое жилище, – сказала она. – Я знаю, ты не хотела меня обидеть.
    На улице их ждала повозка, белая с яркими колесами, запряженная двумя симпатичными серыми осликами. К ней был привязан и конь Джона. Он вскочил на Орестея, а молодой возница помог Ларе и Сюзанне усесться на красные, обтянутые кожей скамейки, расположенные напротив друг друга. Мальчик сел на козлы, и процессия, возглавляемая будущим рыцарем ордена Джоном Быстрый Меч, двинулась в сторону Района садов. Там их встретил сэр Фэррис.
    – Сейчас свободны несколько хороших домов, – сказал он, широко улыбаясь. – У меня, разумеется, свои преференции, но мне любопытно узнать твое мнение, леди Сюзанна. – Он помог женщинам выйти из экипажа. – Давайте пройдемся. Сегодня чудный день, в районе тихо, все ушли на турнир.
    – Ах, – занервничала Сюзанна, – может, и нам надо там быть?
    – Дорогая, – сказал пожилой рыцарь, – твой муж заслужил это место, ему не надо появляться на турнире до завершающего дня.
    – Мне не хотелось бы что-то делать неправильно, – призналась Сюзанна. – Это все ново для меня, ведь я, по сути, просто дочь фермера.
    – Очень скоро ты познакомишься со многими женщинами, которые, к сожалению, давно забыли о своем вовсе не знатном происхождении, им даже будет полезно об этом напомнить. – Сэр Фэррис тихо засмеялся. – Я никогда не упускаю такую возможность.
    Сюзанна рассмеялась, увидев задорный огонек в его глазах.
    – Думаю, ты был большим проказником в молодости, сэр.
    – Я таким и остался! – последовал ответ.
    Они осмотрели семь домов, и Сюзанна была поражена их простором и количеством комнат. Ее впечатлило, какими они были светлыми и уютными. Она лишь однажды видела дома, сравнимые с этими, – в Золотом районе. Эти, конечно, были меньше, но у них было много общего. Решение принять было очень сложно, но наконец Сюзанна остановила свой выбор на доме, стоящем полукругом, с большим внутренним двориком и бассейном. Она беспокоилась, что бассейн может представлять опасность для маленького Михаила, но сэр Фэррис развеял ее сомнения.
    – У тебя будет трое хорошо вымуштрованных слуг, моя дорогая. А еще горничная, няня для малыша и мужчина для выполнения тяжелой работы в доме и по саду. Ты сделала правильный выбор. Мне тоже понравился этот дом из-за сада.
    – У нас еще будет сад? – удивилась Сюзанна. Довольно просторного внутреннего дворика ей казалось вполне достаточно.
    – Весь сад до забора за домом. Там много яблонь.
    Сюзанна едва не заплакала.
    – За нашим домом на ферме отца тоже рос яблоневый сад. – Она всхлипнула.
    Сэр Фэррис коснулся ее руки и улыбнулся:
    – А теперь, когда выбор сделан, я могу отправить тебя с Ларой на склад, чтобы вы подобрали подходящую мебель. Из квартала вы можете забрать только личные вещи и ничего более. Мы стараемся, чтобы наши рыцари и их семьи жили соответственно всем правилам. Муж будет ждать тебя дома, дорогая.
    Они сели в повозку, доставившую их к огромному зданию на окраине города. Их встретил управляющий, самодовольный мужчина, который показал им склад. Сюзанна с помощью Лары выбрала мебель, гардины и прочие домашние мелочи. Управляющий заверил, что все будет доставлено ранним утром следующего дня, и если их светлость соизволит быть там, рабочие все расставят по местам.
    – Боже милостивый! – воскликнула Сюзанна, вернувшись в квартал солдат. – В жизни не проводила так время и даже представить себе не могла, что со мной такое случится.
    – У нас обеих начинается новая жизнь, – ответила Лара.
    Район садов произвел на нее не меньшее впечатление, а дом, выбранный Сюзанной, привел в восторг. Лара подумала, будет ли ее новый дом так же прекрасен. Ведь в Районе удовольствий были, пожалуй, самые красивые дома во всем городе. Она, разумеется, там никогда не была, но так говорили люди, а это не может быть неправдой.
    На следующий день Лара и Сюзанна приехали в дом в Районе садов и застали там троих рабов. Все почтенно поклонились новой хозяйке.
    – Меня зовут Нэлс, а это Йера и Ова, – представил мужчина стоящих рядом женщин. – Теперь мы принадлежим Джону Быстрый Меч и обязаны слушаться его самого и его жену, госпожа.
    Сюзанна не могла произнести ни слова. Лара быстро пришла ей на помощь:
    – Моя мачеха, леди Сюзанна, благодарит вас. Служите ей хорошо, и она будет хорошо с вами обращаться. Будете работать плохо, будете биты.
    Сюзанна наконец пришла в себя.
    – Кто из вас няня? – спросила она, радуясь, что рядом с ней Лара, которая, казалось, чувствовала себя вполне в своей тарелке.
    – Я, миледи, – ответила женщина помоложе.
    – Как тебя зовут?
    – Ова, миледи.
    – Моего сына зовут Михаил. Он еще не умеет ходить, но через пару недель пойдет. Следи, чтобы он не упал в бассейн, Ова.
    – Да, миледи, – ответила девушка.
    Привезли мебель, и до конца дня они решали, что и где поставить. Йера взяла на себя обязанности по хозяйству и принялась обустраивать все на кухне. Сюзанна ходила туда-сюда по дому, отдавая распоряжения и принимая решения, а Лара руководила Нэлсом, который вешал гардины. На следующий день Нэлс приехал в их лачугу в квартале солдат и забрал их личные вещи. После окончания турнира они уже сюда не вернутся; хижина уже была отдана молодому солдату и его невесте. После церемонии посвящения в рыцари Лара проведет последнюю ночь со своей семьей. Утром она переедет в дом Гая Просперо, а о дальнейшем можно было только догадываться.
    В день посвящения главный торговец вновь отправил за ними паланкины, как и в первый день турнира. Джон выехал из дома раньше. Опять приехала Тания. На этот раз она заплела Ларе одну косу, которую украсила свежими цветами. Лара и Сюзанна надели свои красивые платья. Тания уехала, а Сюзанна подхватила сына и поспешила к ожидавшим ее носилкам. Лара задержалась еще на несколько минут.
    Она оглядела хижину, и слезы навернулись на глаза. Это был ее дом. Единственный дом, в котором она жила. Здесь она была счастлива с бабушкой Иной и отцом. Но и после смерти бабушки она не чувствовала себя одинокой, рядом была госпожа Милдред, лучшая подруга бабушки, а потом появилась Сюзанна. Она знала каждый дюйм квартала солдат, который исследовала год за годом, правда, друзей у нее не было. В детстве она играла с детьми, но после смерти бабушки рядом их оставалось все меньше и меньше. Она слышала за спиной слово «фея» и видела, как все спешат отойти от нее. Почему люди так ненавидят таких, как ее мать?
    Бабушка объяснила ей, что они просто завидуют красоте Илоны. «И не только красоте», – добавила Ина. Их пугало волшебство. Феи ведь не такие, как обычные люди. Никогда не знаешь, на что они способны. Могут быть очень добродушными и очень мстительными. Феи соблазняли мужчин, поскольку эльфы соблазняли женщин, надеясь, что те подарят им истинное наслаждение. Более того, по словам Ины, у фей холодное сердце. Лара знала, что очень похожа на мать, да и отец всегда говорил ей об этом. Неужели и у нее холодное сердце феи?
    Окинув прощальным взглядом хижину, Лара последний раз переступила порог и закрыла дверь. Во дворе ее ждала госпожа Милдред. Пожилая женщина обняла Лару, по лицу ее катились слезы. Девушка вытерла их и улыбнулась.
    – Не плачь, – сказала она.
    – Я знала тебя с того самого дня, как твой отец пришел с тобой на руках к своей матери. Он был в такой печали.
    – Так я не здесь родилась? – удивилась Лара.
    – Ты родилась в одном волшебном месте. Так, по крайней мере, сказал твой отец Ине. Тебе было шесть месяцев от роду, когда фея бросила твоего отца. Однажды он проснулся утром и увидел, что лежит на краю леса, а рядом ты. Он рассказывал потом, что помнил, как заснул в том самом волшебном месте, где жил с феей, а ты спала в своей люльке. – Госпожа Милдред покачала головой. – Твоему отцу было пятнадцать, когда фея соблазнила его и увела с семейной фермы. Его отец вскоре умер, а старший брат, унаследовавший ферму, не разрешил ему вернуться с тобой на руках. Он даже не впустил тебя в дом, так боялся оказаться рядом с ребенком феи, но Ина настояла, и он разрешил вам остаться, пока отец не поступит в солдаты. Потом твоя бабушка поселилась с вами. Она была очень зла на старшего сына, поэтому предпочла остаться в городе и не возвращаться на ферму. Ина больше с ним не виделась и детей его, своих внуков, не видела. Он даже не пришел попрощаться с ней, когда ее не стало. Думаю, твой отец тоже не простил брата.
    – Как грустно, что я ни о чем не знала, – пробормотала Лара.
    – Сегодня вечером, прежде чем ты попрощаешься с отцом, попроси его рассказать о своей матери, дочка, – посоветовала госпожа Милдред. Она поцеловала Лару в лоб и еще раз крепко обняла. – Храни тебя Небесный распорядитель.
    – Спасибо, – ответила Лара и поцеловала женщину в морщинистую щеку. Затем она села в носилки, задернула шторку и откинулась на сиденье. Она не сможет выглянуть в окно. Вскоре носильщики подняли паланкин и побежали по улицам города к арене турнира, где ей предстояло провести еще один день в ложе Гая Просперо. Лара слышала крики людей, когда проезжала мимо солдат, сдерживающих напор толпы.
    Наконец паланкин опустился на землю, Обин Просперо раздвинул шторки и помог Ларе выйти.
    – Отец отправил меня сопровождать тебя. Настанет день, когда я сам стану главным торговцем.
    – Кто тебе сказал? – Лара удивленно вскинула брови. – Это выборная должность, молодой господин.
    – Мама сказала, а мама всегда права. Пошли! – И они стали подниматься по ступенькам в ложу.
    – Сколько же тебе лет? – спросила Лара.
    – В последний день рождения исполнилось восемь.
    – А ты любишь играть? – Мальчику всего восемь лет, а он ведет себя, как старик.
    – Игры для тех, у кого ничего нет в жизни, – ответил Обин Просперо. – Игры для бедных. У меня нет на них время. Мне надо многое узнать и выучить.
    Лара покачала головой. Бедный ребенок.
    – Ах, Лара, вот и ты! – воскликнул Гай Просперо. Увидев на ее шее хрустальную звезду, он отшатнулся. – Что это?
    – Единственный подарок матери, – ответила девушка. – Ты же не заберешь ее у меня, милорд?
    Гай Просперо задумался.
    – Нет, – ответил он. – Не заберу. Она подчеркивает твою природную красоту. Каждый раз, когда смотрю на тебя, поражаюсь, как ты прекрасна, моя дорогая. Волнуешься?
    – Что папу будут посвящать в рыцари? О да, милорд!
    – Нет, я имел в виду завтрашний вечер. Завтра утром тебя привезут в мой дом и весь день будут готовить к вечернему выходу, когда пройдет показ. Но это лишь один день. Потом тебя продадут. Не очень мудро долго держать товар, он может значительно потерять в цене, хотя я думаю, что в твоем случае этого не случится. – Он улыбнулся. – Завтрашний вечер будет для тебя особенным.
    – Я не знаю, как это будет происходить, – пожала плечом Лара. – Я никогда не была на аукционе рабов.
    – Это и не будет аукцион, моя дорогая, – усмехнулся Гай Просперо. – Просто публичный показ. Редкий товар продают в частном порядке. На показе будут присутствовать лишь избранные. На следующий день они сообщат мне свои ставки. Тогда в твоем присутствии не будет необходимости. Я приму самую высокую ставку и заключу соглашение. По закону Домами удовольствий могут владеть только мужчины, но ими управляют женщины. Я пригласил на показ и тех и других.
    – Ясно, – кивнула Лара. Это был совершенно новый для нее мир, в котором ей предстояло жить.
    Трибуны загудели, все устремили взоры на арену. Двумя шеренгами вышла дюжина трубачей в красных с золотом ливреях со сверкающими на солнце инструментами и возвестила о выходе на арену рыцарей. Появились Доблестные Рыцари, а за ними кандидаты, и турнир начался. Вскоре бой закончился и начался парад рыцарей и пяти победителей, возглавляемый гранд-рыцарем. Они скакали по арене, приветствуемые возбужденной публикой.
    Лара, Сюзанна и маленький Михаил захлопали в ладоши, когда появился Джон Быстрый Меч на коне и в своем прекрасном костюме. На коне была зеленая с золотом попона, а на копье такого же цвета ленты. Наконец процессия остановилась. Рыцари спешились, и пажи увели лошадей. Гранд-рыцарь поднялся на трибуну, и победители турнира подходили поочередно и припадали перед ним на одно колено. Они были без головных уборов, и каждый читал присягу верности Хетару, гранд-рыцарь касался их своим мечом чести и громко объявлял о новом члене ордена Доблестных Рыцарей, чтобы могли слышать все собравшиеся.
    Четыре кандидата происходили из семей рыцарей. Но Джона Быстрый Меч толпа приветствовала громче всего, поскольку он был единственным, кто получил это высокое звание за свои подвиги. Он был настоящим героем дня. Остальные победители были рады, что им не выпала судьба драться в первый день турнира, поскольку никто из них не смог бы одолеть Джона Быстрый Меч. Он был очень ценным приобретением для ордена, поэтому все с одобрением относились к его желанию принять участие в турнире. И то, что Джон встречался с соперниками в первый день, произошло не совсем по воле случая.
    Турнир был официально завершен, и толпа направилась к воротам, которые вскоре закроются на ближайшие три года. Лара сказала Гаю Просперо, что вполне может доехать до дома в паланкине с Сюзанной и младшим братом.
    – Не стоит торжественно въезжать в Район садов. Однажды кто-то из рыцарей может прийти в Дом удовольствий и встретит меня. Ему будет неудобно перед отцом.
    Тот кивнул в ответ:
    – Понимаю твое желание провести последние часы с семьей, красавица.
    Сюзанна молча села в носилки, и они направились в Район садов. Михаил спал на коленях у матери, тихое покачивание носилок убаюкивало малыша.
    – Это все сон, и скоро я проснусь, – сказала Сюзанна. – Поверить не могу, что больше не вернусь в нашу лачугу, а буду жить в красивом доме с чудесным садом. Сестры будут мне завидовать. Как они потешались надо мной перед свадьбой с твоим отцом, что я выхожу замуж за простого солдата! Вот теперь они узнают! Мой муж поднялся очень высоко, а я вместе с ним.
    Лара рассмеялась:
    – Что с тобой случилось, мачеха? Я не думала, что ты можешь так думать!
    Сюзанна улыбнулась в ответ:
    – Они такие противные, Лара. Никогда не видели в твоем отце хорошего человека. Сваха предложила мне на выбор троих женихов, но мне нужен был только Джон. Они говорили, что бедный солдат мне не пара.
    – Ты любишь отца? – спросила Лара.
    – Да! – с жаром ответила Сюзанна.
    – Я очень рада. Мне легче будет уйти.
    Сюзанна вздохнула:
    – Моя благодарность – просто слова, их недостаточно, чтобы выразить мою признательность за то, что ты для нас сделала. Для отца, для меня и Михаила. Не знаю, разрешат ли тебе иногда приходить домой, когда тебя купят. – Она подняла на Лару заплаканные глаза. – Как все несправедливо.
    – Сюзанна, ты старше меня, а ведь даже я знаю, что жизнь порой несправедлива. – Лара обняла мачеху. – Ты мудро поступила, предложив меня продать. Мы все заживем лучшей жизнью, особенно Михаил. Он никогда не вспомнит квартал солдат или лачугу, в которой родился. Отец, с его добрым сердцем, будет его баловать, но ты сможешь быть с ним строгой. Я рада за него!
    – Да, я старше тебя на пять лет, – сказала Сюзанна, – но иногда мне кажется, что ты намного старше даже своего отца.
    Лара опять засмеялась:
    – Все дело в моей крови. Она отличается от… от… ты понимаешь, что я хочу сказать, Сюзанна. Быть наполовину человеком, наполовину феей сложно. Я сама не понимаю, кто я. Всегда считала себя человеком, но последнее время все твердят о моей волшебной красоте, и я не знаю, что и думать.
    Носилки остановились и опустились на землю. В ту же минуту Нэлс отдернул шторку и помог Сюзанне выйти.
    – Добро пожаловать домой, госпожа. Ова! Возьми молодого господина у девушки.
    – Эта девушка, – резко повернулась к нему Сюзанна, – дочь Джона Быстрый Меч, и к ней надо обращаться с уважением, Нэлс. Помоги падчерице сойти на землю.
    Раб с поклоном повиновался. Он знал, что эта девушка наполовину фея и ее скоро продадут в Дом удовольствий. С феями надо быть осторожным. Однако он был поражен, когда Лара поблагодарила его за помощь. Вдруг она его заколдовала?
    Войдя в дом, Сюзанна начала отдавать указания. Ее муж захочет принять ванну, когда вернется, поэтому надо немедленно начать приготовления. Михаила надо накормить, вымыть и уложить спать. Легкий ужин, меню она обсудила с Овой еще вчера, должен быть подан сразу после заката. Обязательно надо принести вино, поскольку у них праздник.
    Новопосвященный рыцарь прибыл прямо перед закатом. Он был немного пьян, поскольку отмечал свою победу с новыми друзьями. Ванна уже ждала его. Сюзанна стояла рядом с мочалкой. Михаил уже спал. Лара слушала смех и плеск, доносившиеся из ванной, и задумчиво улыбалась. С самого первого дня, когда отец победил всех соперников, она стала замечать в нем перемены. Все тяготы и заботы словно упали с его плеч. Он помолодел, стал спокойнее и увереннее в себе.
    С одной стороны, Лара была счастлива, что в ее жизни наступают перемены, с другой стороны, она испытывала легкую тревогу. Ведь она навсегда покидала семью. Расставалась со всем, к чему привыкла. И ради чего? Неизвестности. Она будет игрушкой для мужчин. Предметом, исполняющим их желания. Мужчины, как оказалось, получают удовольствие, когда помещают свой корень в тело женщины. Это едва ли могло быть секретом для девочки ее возраста. Поскольку у нее не было друзей, с которыми можно было это обсудить, она частенько подслушивала разговоры девочек из квартала солдат. Ответы на остальные вопросы Лара надеялась получить по разрешению Гая Просперо. Ей не могли отказать. Девочек в Хетаре заранее готовили ублажать мужей.
    Наконец мачеха с отцом вышли в сад, где был накрыт ужин. Джон Быстрый Меч поцеловал дочь в лоб.
    – Рад, что у нас есть возможность провести вместе этот вечер.
    – У меня есть несколько вопросов, на которые хочу получить ответ до отъезда, – тихо сказала Лара. – Вопросы о моей матери и тайне моего рождения. Ты никогда об этом не рассказывал, отец. Госпожа Милдред кое-что мне открыла, но велела спросить у тебя. Ты расскажешь?
    – Да, я расскажу все, но прежде давайте поедим, – ответил Джон. – Мы должны будем остаться вдвоем, поскольку Илона предупреждала, чтобы я не говорил о ней в присутствии другой женщины, иначе она мгновенно меня разлюбит, поэтому Сюзанна никогда ничего не узнает. – Он повернулся к жене.
    Лара растерянно смотрела на мачеху.
    – После ужина я оставлю вас одних, – пообещала Сюзанна. – Мне неинтересно слушать о матери Лары.
    Но знай, Джон, что бы ты ни сказал, я никогда не перестану тебя любить.
    – Ты ничего не понимаешь в колдовстве, жена, – загадочно ответил он.
    Нэлс подал приготовленный Овой ужин. Сначала холодный суп из слив и персиков со сливками. Затем молодой салат и зелень, за которыми последовали сочный каплун в соусе и блюдо с ветчиной и свежим хлебом. Так же на столе были сливочное масло и соль, которая была редкостью в квартале солдат. Когда все было съедено до последней крошки, перед ними поставили блюдо с фруктами. До этого дня Лара видела в своей жизни только апельсины. Нэлс, надо отдать ему должное, подробно рассказал им о том, что они едят.
    Вино в хрустальных бокалах издавало упоительный аромат винограда. Ларе захотелось спать, но она заставила себя взбодриться, памятуя о том, что люди Гая Просперо придут за ней рано утром.
    – Папа? – Она мягко коснулась руки отца.
    Джон посмотрел на свою очаровательную жену, представляя, какое удовольствие она вскоре сможет ему доставить на новой широкой постели в их большой спальне. Первое, что он должен сделать, став Доблестным Рыцарем, – убедить Сюзанну подарить ему ребенка. Еще одного сына, для порядка. Нежный голосок дочери вывел его из задумчивости.
    Сюзанна поднялась из-за обеденного стола.
    – Спокойной ночи, – сказала она и ушла в дом. Она не смогла заставить себя попрощаться с Ларой.
    – Давай прогуляемся по саду, – сказал рыцарь дочери. – То, что я скажу, предназначено только тебе, дорогая.
    Они прошли во внутренний дворик, который был слишком открытым, чтобы можно было подслушивать, а оттуда вышли в роскошный яблоневый сад.
    – Спрашивай, Лара, и я отвечу на все твои вопросы, – сказал Джон Быстрый Меч, присаживаясь на скамью.
    – Начни с самого начала, – ответила девушка. – Я хочу знать все.
    – Мой рассказ будет недлинным, – ответил отец. – Мне было чуть больше пятнадцати. Все случилось в канун Дня летнего солнцестояния. Мы с друзьями собрались разжечь костер со знакомыми девушками, выпить, потанцевать и, может, если повезет, кое-что получить от девушек. Внезапно весь мир словно замер, время остановилось, и я увидел Илону, стоящую в тени на краю леса. Помню, у меня даже рот открылся от удивления. Я в жизни не видел такой красоты. Длинные золотистые волосы, глаза зеленые, как молодая листва. Тело такое манящее. Я понял, что она фея, и испугался. Потом она стала меня звать, и я ничего не мог с собой поделать и пошел к ней. За спиной раздавались крики друзей, зовущих меня обратно, потрескивал костер, но я шел на зов, слышный лишь мне одному, и не мог остановиться.
    Я подошел к ней, она взяла меня за руки и увлекла за собой в лесную чащу. Мне должно было быть очень страшно, но мне не было. Я и раньше слышал рассказы о том, как феи околдовали людей, и всегда удивлялся, как такое могло произойти. Теперь я знаю. Чарам Илоны невозможно было противостоять. Мне было все равно, что ждет меня, пока она рядом. Ты была зачата в ту самую ночь, Лара. Ее смешило, что я никогда раньше не знал женщины. Сначала она была со мной нежна и внимательна. Потом стала учить, как доставлять удовольствие. Потом она сказала, что я был лучшим ее учеником. И еще сказала, что из-за моей невинности она потеряла в ту ночь контроль и понесла.
    – Я не понимаю, папа, – сказала Лара.
    – Феи могут зачать ребенка, только когда хотят этого, Лара. Если им не нужен ребенок, они не забеременеют, в отличие от простых женщин, которые могут сделать это каждый раз, когда мужчина изливает в них свое семя. Помни об этом, хоть я и не знаю, передала ли твоя мать и тебе эту способность. Буду молиться, чтобы это было так. Я провел с Илоной все те месяцы, пока она носила тебя. Я не думал о будущем, а лишь о настоящем и о своей любви к ней, которая вспыхнула в самую первую минуту нашей встречи. Я до сих пор люблю ее, несмотря ни на что. Но и Сюзанну я тоже люблю, хотя и понимаю, что эта любовь никогда не будет такой, каким было мое чувство к Илоне. Я рад, что сваха нашла мне такую хорошую жену.
    Когда я был с твоей матерью, все, что я делал, все мои мысли были о ней и для нее. Она полностью завладела мной, я не думал ни о чем другом, кроме нее. Потом родилась ты. Она родила тебя легко и быстро, а как только увидела, сразу потеряла к тебе интерес. Я был ошеломлен и полюбил тебя с того самого мгновения, как ты вошла в этот мир. Но Илона больше не испытывала волнения и стала терять ко мне интерес.
    – Где вы жили все это время, па? – спросила Лара.
    – В ее доме в лесу. Даже не могу тебе описать его. Он был без крыши и стен, но в нем всегда было тепло, и дождь не проникал внутрь. Наша постель была изо мха, покрытого пестрым одеялом. Я сделал для тебя колыбельку и подвесил ее на сук дерева.
    – Как же я выжила, если мама не принимала меня? Кто меня кормил? Что я ела? – воскликнула Лара.
    – Твоя мать привела девушку, которая заблудилась в лесу, и по волшебству Илоны у той появилось молоко. Она кормила тебя несколько раз в день, а потом проваливалась в сон. По мере того как приближался следующий День летнего солнцестояния, я все реже видел твою мать. Она уходила бродить по лесу. Ей было неинтересно со мной. В отчаянии я сказал ей, что хочу забрать тебя и вернуться к людям.
    «Ах, – сказала Илона, – ты все понял, верно? Ты поистине самый уникальный из всех людей, которых я знала, Джон. Спасибо тебе! Да! Да! Иди и забери с собой Лару, ее все равно не примут в моем волшебном мире. Я даю тебе мое благословение, которое однажды принесет тебе счастье. И Лара тоже получит мое благословение. Я любила вас обоих».
    Потом я почувствовал невероятную усталость и заснул, а когда проснулся, то лежал на краю леса, а ты была рядом. Тебе тогда было три месяца от роду. – Джон замолчал и смахнул слезы.
    – Значит, моя мать бросила нас обоих, папа. Она бы так не поступила, если бы любила меня по-настоящему, но она не любила. Не по-настоящему. Не так, как Сюзанна любит Михаила.
    – Прости, что сделал тебе больно, – сказал Джон Быстрый Меч. – Ты сама хотела все знать. Хочешь слушать дальше?
    – Да, папа, – кивнула Лара.
    – Было ранее утро, – продолжал он, – трава и цветы были покрыты росой, но мы с тобой были сухими, как и земля под нами. Неподалеку горел праздничный костер, все было так, как год назад. Даже место, кажется, было то же. Я увидел своих друзей, спавших около тлеющих углей. Я взял тебя на руки и пошел на ферму. Первая, кого я увидел, была твоя бабушка. Она набирала воду в колодце. Увидев меня, она выронила ведро и бросилась бежать мне навстречу. Она увидела тебя, сразу поняла, кто твоя мать, и заплакала.
    – Почему, папа?
    – Потому что ты – дочь феи. Тебя не примет моя семья. Мама привела меня в дом и рассказала всю историю моего исчезновения. И еще сказала, что мой отец умер зимой, а во главе семьи теперь стоит старший брат. Дориан всегда был непростым человеком. Он старший ребенок в семье. А я самый младший. Между нами еще семь сестер. Дориан уже был взрослым, когда я родился. Он был не очень рад моему появлению. Я постоянно слышал от него, что ферма будет принадлежать ему.
    Утром брат узнал, что я вернулся, и был недоволен. А когда увидел ребенка феи, пришел в ярость и сказал, что я хочу накликать беду на его дом. Мне пришлось уйти и забрать тебя с собой. Тогда за меня вступилась матушка. Она сказала, чтобы я шел в город и поступал на службу в гильдию солдат, чтобы прокормиться, но прежде должен несколько дней отдохнуть, чтобы прийти в себя после пережитого в лесу. Она велела оставить внучку с ней, пока не устроюсь в городе.
    «Твой брат не может идти в гильдию с ребенком на руках. Лара останется со мной, я позабочусь о девочке, – сказала Ина Дориану. – Когда Джон устроится в городе, он ее заберет».
    «А кто будет воспитывать ее в городе?» – спросил Дориан.
    «Я, – ответила матушка. Брат удивился, но она продолжала: – Твоя жена едва терпит меня с того дня, как умер твой отец. Теперь она останется здесь единственной хозяйкой».
    Брат частенько говорил прежде, чем думал. Поэтому он сказал матушке:
    «Если ты покинешь мой дом, не сможешь вернуться назад. Ты сделала выбор между ребенком феи и своими настоящими внуками. Я не могу такое простить».
    Я до сих пор помню ту холодную улыбку, которая появилась на губах твоей бабушки. Она промолчала, а он, глупец, так и не осознал, что натворил. Но я все понял. Я знал, раз она приняла решение покинуть свой благополучный дом на ферме и уйти жить в лачугу в квартале солдат, она ни за что не вернется назад. Она была здесь хозяйкой. Жена Дориана была женщиной кроткой, молча сносила все обиды, но была ленива. Должно быть, ей надоело терпеть свекровь, но она понимала, что на матушке держится все хозяйство. Могу себе представить, как они стали жить, когда матушка переехала в город. – Он усмехнулся. – Жена Дориана никогда не смогла бы справляться, как матушка.
    – А ты переехал в город и поступил на службу в гильдию солдат, – сказала Лара. – А как научился так прекрасно владеть мечом?
    – Юношей перед поступлением в гильдию солдат отправляют в школу. Это одна из причин, почему я не смог забрать тебя так скоро, как хотел, – объяснил Джон. – Старый солдат, обучавший нас искусству владения мечом, заметил мои способности и отвел меня к другому учителю, который занимался со мной дополнительно дома. Он весьма известен и в наши дни. Однажды, когда я выиграл поединок, он сказал, что ему больше нечему меня учить и я лучше его управляюсь с мечом. Это была для меня очень ценная похвала.
    По его рекомендации я принимал участие в нескольких мелких войнах между разбойниками и главами провинции. Моя репутация разлеталась по земле. Я сопровождал караваны по всему Хетару, обо мне говорили как о мужественном воине, меня никто не мог победить. Я знаю, как строго следят за порядком в нашем обществе, Лара. В Хетаре не должен воцарить хаос.
    – Почему мой дядя не пришел на похороны бабушки? – спросила Лара.
    – Мой брат очень упрямый. Он не простил матушку за то, что она его бросила и ушла из дома. Какое-то время она поддерживала отношения с друзьями из Центроземья, но потом решила, что в этом нет смысла. Дориан обвинял меня в том, что я украл у него мать. Он говорил, что я принес с собой волшебство и использовал его в своих интересах. Это, конечно, ложь.
    – А ты потом видел Илону?
    – Однажды, – кивнул Джон. – Когда я приехал, чтобы забрать вас с матушкой в город, вышел на край леса и позвал ее. Я сомневался, что она появится, но она появилась. Я рассказал ей, что произошло, что стал солдатом и забираю тебя в город.
    – Она не спрашивала обо мне? – с надеждой спросила Лара.
    – Она подарила тебе жизнь, дочка, ей казалось это вполне достаточным. Я рассказал ей, что ты унаследовала ее красоту, она улыбнулась, поскольку всегда любила комплименты. Еще сказал, что, наверное, мы больше никогда не увидимся, и Илона рассмеялась. Она сказала, что все зависит от меня. Я ответил, что могу жениться. «Никогда, – сказала Илона, – не обсуждай нашу любовь и не говори о времени, что мы провели вместе, с другой женщиной, кроме дочери. Если она спросит, можешь рассказать ей обо мне, но только Ларе, и никому другому, иначе тебя ждут несчастья». И мы расстались. Больше я не видел Илону. Я смотрел на тебя, и иногда мне становилось больно, так ты на нее похожа, Лара.
    – Значит, я все делаю правильно, – сказала девушка. – Ты был мне хорошим отцом, и я никогда не смогу причинить тебе боль. Ты мечтал стать Доблестным Рыцарем и стал им. Сюзанна счастлива. – Лара засмеялась. – Она сказала, что с нетерпением ждет, когда сможет похвастаться твоими успехами перед сестрами, которые всегда издевались над ней, что она выходит замуж за нищего. Думаю, если твой брат и его семья узнают, это тоже будет маленький реванш.
    Джон Быстрый Меч тоже рассмеялся:
    – Что-то похожее говорила и твоя мать. Она чувствовала свою вину, за те трудности, что мне предстояло пережить.
    – И это все, папа? – Лара придвинулась ближе и внимательно вгляделась в лицо отца.
    – Да, дочка. Мне нечего больше сказать. С шести месяцев ты жила в городе.
    – А звезда у меня на шее?
    – Илона надела ее, когда ты родилась.
    – А ты знаешь, что цепочка становилась длиннее по мере того, как я росла? – спросила Лара.
    Джон кивнул:
    – Это волшебная цепочка, и кулон тоже, только я не знаю, в чем его волшебство. Единственное, что я знаю, – твоя мать сказала, что он всегда будет охранять и защищать тебя.
    – А если его с меня снимут?
    – Гай Просперо обещал мне, что не сделает этого. – Джон встал, и Лара вместе с ним. Он поцеловал ее в лоб. – Я рассказал тебе все, что знал, Лара, теперь иди спать. Спокойных снов, дочка, и спасибо тебе за все, что ты сделала для меня и моей семьи. Тебя заберут очень рано, и мы никогда не увидимся. Да хранит тебя Небесный распорядитель. – Он поцеловал ее и быстро вышел из сада.
    Лара стояла, вдыхая свежий ночной воздух. Было очень тихо. Полная серебряная луна светила с темного неба. В Хетаре было четыре луны, по числу провинций, и все вместе они могли быть видны лишь в Дальноземье. Лара подумала, как все четыре луны будут смотреться на небе, узнает ли она когда-нибудь об этом. Через несколько часов люди Гая Просперо приедут за ней, и новый хозяин обещал, что ее ждет волнительный день. Лара поспешила вернуться в дом, прошла в гостевую спальню, разделась и легла в кровать. Прежде чем заснуть, она прикоснулась к кулону на шее, и он вспыхнул теплым успокаивающим светом.

Глава 4

    – От ворот прислали волшебную почту, молодая госпожа, – сказала девушка. – Проехала твоя повозка и скоро будет здесь. Пойдем на кухню. Я приготовила на завтрак свежий хлеб и молоко.
    Лара встала, и Йера принесла таз с водой.
    – Умывайся, я жду в кухне. И не опаздывай. Эти люди не любят ждать.
    Наскоро умывшись, Лара оделась и пошла в кухню, где выпила чашку молока и съела кусок хлеба, только что испеченного рабыней. Она приготовила еще и фрукты, которые Лара тоже съела.
    – У тебя прекрасный аппетит для такой стройной девушки, – сухо заметила Йера.
    – Так говорила и моя бабушка, – ответила Лара с улыбкой.
    – Прибыла повозка, – сообщил Нэлс.
    Лара встала.
    – Спасибо тебе за доброту, – сказала она и вышла.
    У дома ее ждал красивый паланкин с плотно задернутыми занавесками. Сделав глубокий вдох, Лара подошла к нему, подождала, пока Нэлс раздвинет шторы и поможет ей сесть в носилки.
    – Спасибо, Нэлс, – крикнула она, задергивая их вновь.
    Паланкин оторвался от земли, и ее путешествие началось. Лара была расстроена, что не увиделась с отцом, Сюзанной и маленьким Михаилом, но понимала, что они проявили великодушие, попрощавшись с ней вечером. Так действительно было лучше и безболезненнее для всех, теперь она может смело смотреть в будущее. Девушка взяла талисман и прикоснулась к нему губами. Пламя вспыхнуло на мгновение и потухло. Она в безопасности. Ведь мама сказала, что звезда всегда будет хранить ее. И папа тоже так говорил, а отцу Лара верила. Носильщики бежали быстро, и вскоре она услышала голос гвардейца у ворот Золотого района. Он приоткрыл штору, кивнул ей и быстро задернул вновь. Через несколько минут занавески опять распахнулись, на этот раз широко, повинуясь властному движению полной руки.
    – Добро пожаловать, Лара, добро пожаловать! – Та же рука помогла ей ступить на землю. – Впереди нас ждет трудный день. Ты уже поела?
    Она кивнула:
    – Рабыня в доме отца накормила меня.
    – Отлично! Тогда пойдем со мной, дорогая. Надо многое успеть и начать как можно скорее. Все левое крыло здания предназначено для особенных рабов, которые бывают в доме. Тания ждет тебя там. Она подготовит тебя к вечеру. Я даю ужин для владельцев Домов удовольствий, кроме того, будут госпожи, которые ими управляют. Многие из них начинали, как и ты, простыми женщинами для удовольствий. Тебе уготовано стать последним блюдом этого ужина, десертом, если хочешь. – Он захихикал, довольный своей шуткой. – Я покажу им тебя, чтобы они тщательно все осмотрели. Завтра между рассветом и закатом я должен буду получить предлагаемые цены в письменном виде. Это поможет мне отсеять тех, кто недостаточно состоятелен, чтобы заплатить за тебя. Возможно, будет еще один показ, где состоится открытый аукцион. По окончании ты будешь незамедлительно передана новому владельцу. Тебе ясно, Лара?
    – Да, милорд Гай.
    Он взял ее маленькую ладошку и сжал своими пухлыми пальцами.
    – Все это просто кажется достаточно запутанным, на самом деле процедура вполне обычная и простая. После того как будет продано право первой ночи, тебя будут обучать доставлять удовольствие мужчинам.
    – А что за право первой ночи? – спросила Лара.
    – У тебя есть три девственности. Каждая будет продана за весьма внушительную сумму. Поскольку у тебя никогда не было интимной близости, твоя реакция на мужчину и их желания стоит очень дорого. Невинность очаровывает, но затем тебя все равно надо обучить необходимым навыкам в искусстве дарить наслаждение. Вот мы и пришли! Тания, это наша красавица Лара. Ты будешь ответственна за нее, пока она не покинет дом. Проследи, чтобы ее хорошо подготовили. До вечера, дорогая! – сказал Гай Просперо и удалился.
    – Покажи-ка мне свои руки, – сказала Тания и вскрикнула, увидев пальцы Лары. – Что же ты делала ими, деточка? У женщины для удовольствий руки должны быть мягкими, а твои грубые, ногти поломаны. А у меня время лишь до вечера, чтобы привести тебя в порядок! Пошли! Пошли!
    Лара последовала за Танией и за следующие насколько часов узнала много нового о жизни женщин для удовольствий. Ее усадили, и рабыня стала подпиливать ей ногти. Потом руки поместили в ванночку с горячей водой и пахучим мылом, ей долго массировали ладони, затем поместили их в ванночку с горячим кремом. В то же самое время другая рабыня занялась ее ногами, тщательно соскребая грубую кожу со ступней.
    – Они должны быть нежными как шелк, – распорядилась Тания.
    – Придется потратить не один день, чтобы они стали такими, – ответила рабыня.
    – Показ состоится сегодня вечером. Вы же не хотите расстроить хозяина? Помните, как долго заживали рубцы на теле раба, который посмел вызвать его недовольство? Он вложил много денег в эту девушку.
    – Значит, надо было раньше забрать ее из семьи, а не оставлять все на последний день, – ворчала рабыня. – Я сделаю, что смогу, но ничего не обещаю, даже если меня выпорют, это ничего не изменит. У девушки ноги как у фермерши, лишь благодаря тому, что ступня маленькая, нога смотрится выигрышно.
    Лара молча наблюдала за работой рабыни. Она приняла ванну. Ее тело терли морской губкой с пахучим ароматным мылом и несколько раз ополаскивали, чтобы смыть всю грязь. После этого тело намазали сладко пахнущей пастой, по цвету напоминающей цветущий миндаль. Кожу невыносимо защипало, Лара пожаловалась, и пасту сразу же смыли. Затем Тания взяла лоскуток ткани, пропитанный чем-то очень ароматным, и поместила его в самое интимное место, что заставило Лару вспыхнуть от возмущения.
    Тания фыркнула.
    – Каждая часть твоего тела должна пахнуть свежестью и ласкать обоняние любовника, – объяснила она. – Ты привыкнешь. А теперь иди в бассейн и жди, когда вымоют твои волосы.
    На краю бассейна было приспособлено сиденье. Вода оказалась успокаивающе теплой. Лара ждала, что кто-то спустится в бассейн, но вместо этого появившаяся девушка-рабыня попросила ее положить голову на край и принялась мыть длинные волосы. Она дважды промывала их мылом, дважды смывала его, а третий раз ополоснула волосы лимонным соком.
    – От этого светлые волосы становятся золотистыми, – объяснила ей Тания. – Ты, должно быть, проголодалась? – Она ловко вытерла волосы Лары полотенцем, а затем шелковой тканью.
    – Немного, – ответила Лара. Ее внешним видом занимались уже несколько часов без перерыва.
    – Принесу тебе что-нибудь, а потом продолжим, – сказала Тания. – Учти, обед будет легким, и до окончания вечера ты не сможешь поесть. – Это было сказано повелительным тоном, и девушка смутилась. Вскоре принесли йогурт и блюдо с ягодами, а также тарелку с хлебом и сыром и еще кубок вина.
    Когда с трапезой было покончено, Тания протянула ей чашку с водой, чтобы прополоскать рот. Затем, к ее огромному удивлению, рабыня тщательно почистила ей зубы и язык.
    – Дыхание женщины всегда должно быть свежим, – объяснила Тания.
    После еды Лару уложили на мягкий стол. Ее лицо было вымыто и покрыто слоем крема. Тело долго массировали, и вскоре она почувствовала себя словно родившейся заново. Лару охватила такая слабость, что она едва держалась на ногах. Ее уложили на мягкий матрас и задернули серебряные занавески.
    – Теперь поспи, – велела Тания. – Я приду за тобой.
    Лара провалилась в сон и, когда ее разбудили через несколько часов, чувствовала себя так хорошо и легко, как никогда в жизни. Она прикоснулась к кулону, который не позволила снять слугам. Тания принесла ей воды, и Лара выпила ее почти залпом. Затем ее вновь заставили вымыться.
    – А что я надену вечером? – поинтересовалась она у Тании.
    – Ты будешь обнажена и немного украшена цветами. Ты понимаешь, что к тебе будут прикасаться и мужчины, и женщины? Не стоит на это реагировать, сколь нескромными бы они ни были. Испуг или раздражение не понравится гостям хозяина. Существуют Дома, которые посещают клиенты с весьма странными пристрастиями и вкусами. Не думаю, что тебе хотелось бы оказаться в одном из них. Поэтому оставайся спокойной.
    Лара кивнула:
    – Я не понимаю, но приму твой совет. А что странного во вкусах этих мужчин?
    – Они любят боль, – последовал ответ. – Мужчина, который купит право первой ночи, просто изнасилует тебя, вместо того чтобы насладиться твоей невинностью и свежестью. Эти мужчины любят наказывать женщин, связывать их и использовать всякие страшные инструменты. Они бьют их и заставляют просить о милости, используют женщин самыми гнусными способами. Не показывай никаких эмоций, Лара, если не хочешь оказаться в одном из таких Домов.
    – Но я уверена, что Гай Просперо не позволит продать меня таким людям, – воскликнула девушка. – Он показался мне хорошим человеком.
    Тания от души рассмеялась:
    – Девочка, запомни, Гая Просперо интересует только выгода. Если именно эти люди предложат за тебя самую высокую цену, он не задумываясь отдаст тебя. Помни, что я тебе говорила. Теперь идем, я посажу тебя. – Она подвела ее к столу, на котором лежал огромный золотой поднос. – Сядь на одно бедро, чуть развернувшись. – Лара выполнила все инструкции. Тания расправила ей волосы и надела венок из мелких полевых цветов, затем украсила такими же цветами поднос, чуть отойдя в сторону, оглядела результат работы и удовлетворенно кивнула.
    – Ты не испугаешься, если тебя закроют? – спросила Тания.
    – Я не знаю, – призналась Лара.
    – Не пугайся, это всего на несколько минут. – Она хлопнула в ладоши, и появились двое темнокожих мужчин. Их мускулистые тела блестели, а мужское достоинство было выкрашено в золотой цвет. Они показались Ларе огромными, хотя она никогда не видела мужские органы, если не считать брата Михаила. На крепких шеях висели крученые золотые ожерелья.
    – Тебя отнесут в столовую, – сказала Тания и опустила большой купол. – Несите ее хозяину! – послышался ее приказ.
    Лара почувствовала, как слуги подняли поднос, ей едва удалось сохранить равновесие. Мужчины шли мелкими шажками и вскоре остановились у дверей столовой в южном крыле дома, где Гай Просперо развлекал почетных гостей. До Лары донесся звук открываемой двери и голос ее нового господина.
    – Ах, вот и десерт, друзья. Уверяю вас, это нечто весьма аппетитное. – Он захихикал, довольный своим чувством юмора.
    – Если он так же хорош, как и вся остальная еда, у нас точно не возникнет нареканий. – Мужской голос утонул в общем смехе.
    – О, я уверен, вы сочтете это блюдо самым изысканным. Такого вы раньше не видели, – сказал Гай Просперо.
    Он кивнул дворецкому, и тот быстро открыл поднос, представляя Лару всеобщему вниманию.
    Гости вскрикнули от удивления и восторга. Смех стал еще громче.
    Поражаясь собственному самообладанию, Лара стыдливо оглядела собравшихся за столом. Она медленно поворачивала голову, чтобы разглядеть каждое лицо.
    – Теперь, друзья, у вас есть возможность более внимательно изучить этот поистине резкий экземпляр. Она девственница. Ее органы не повреждены, к ней никогда не прикасались ни мужчина, ни женщина. Она готова к обучению, чтобы стать отличной женщиной для удовольствий. Но прежде я готов продать право первой ночи, которое принесет ее владельцу огромное наслаждение. Кто из ваших клиентов сможет остаться равнодушным к такой красоте? – Он подошел к Ларе и протянул руку, предлагая спуститься на пол и пересесть на небольшой помост. – Посмотрите, какая у нее кожа. Просто шелк. – Он провел рукой по ее спине.
    Лара вздрогнула, но вспомнила предупреждения Тании. Что бы ни произошло, она должна оставаться спокойна.
    – А когда вы последний раз видели такую грудь? Немного маловата, но прекрасна, если учесть, что она так молода. В умелых руках она станет больше. – Гай Просперо опять захихикал. – А какие роскошные волосы! – Его рука приподняла волосы Лары, и они рассыпались мягкой золотой волной. – У меня еще никогда не было столь ценного экспоната. Я жду ваших предложений до завтрашнего вечера.
    – Верно, что она фея? – спросил один из гостей.
    – Ее мать фея, я это и не скрываю. А отца вы отлично знаете. Это Джон Быстрый Меч. Хорошая родословная.
    Гости один за другим стали подниматься и подходили ближе, чтобы разглядеть Лару.
    – Открой рот, – велела одна женщина.
    Лара подчинилась.
    – У нее все зубы на месте. Гнилых нет. Дыхание свежее, – произнесла женщина. – Глаза очень красивые. Зеленые, а ресницы темные. Изумительный контраст.
    Лара почувствовала, как чья-то рука коснулась ее ягодиц. Она затаила дыхание, но выражение лица осталось прежним.
    – Кожа мягкая, – послышался мужской голос. – И тело не дряблое, как у многих, а подтянутое.
    – Милорд, эта лучшая рабыня из тех, что я выставлял на продажу, – сказал главный торговец.
    – Теперь мы хотели бы увидеть самое главное, – сказал другой мужчина.
    – Да, – кивнула женщина. – Раздвинь ноги, детка, чтобы мы хорошенько рассмотрели твое сокровище.
    Лара так и сделала. Женщина протянула руку и коснулась маленького выступающего бугорка ее нежной плоти. Почти мгновенно маленькая жемчужная капля появилась на ее пальце. Стоящий рядом мужчина тоже провел рукой по влажной плоти и поднес руку ко рту.
    – Да, – выдохнул он.
    – Я же говорил, что она – совершенство.
    – Да, – согласился мужчина. – Сладкая как мед. – Он вытер пальцы о волосы Лары, так же поступили и остальные.
    – Теперь иди, – сказал Гай Просперо. – Тания ждет за дверями. Она проводит тебя в северное крыло.
    Лара быстро выбежала из залы.
    Гости расселись по местам.
    – Неудивительно, что ты до сих пор сохранил должность главного торговца, – сказал один из мужчин Гаю Просперо. – Так вот почему Джон Быстрый Меч смог принять участие в турнире. Разве ты не мог просто дать ему деньги в долг и десять лет получать с него проценты?
    – Мог бы, – ответил торговец. – Но мне пришлось бы долго ждать прибыли, верно?
    Гости дружно рассмеялись.
    – Поверите вы или нет, но я не искал девушку. Ее привела мачеха и спросила, не хочу ли я ее купить. Симпатичная молодая женщина, немногим старше Лары, но, безусловно, возлагающая большие надежды на мужа и не желающая терпеть такую красавицу в доме. – Он улыбнулся. – Это редкая удача, такой шанс нельзя упустить. Да и отец был согласен. Итак, вы все знаете правила. У вас есть время от рассвета до заката, чтобы лично передать мне свои предложения. Идите и все обсудите. Сумма должна быть в золоте и передана в тот же день, когда будете готовы забрать девушку. – Гай Просперо поднялся со своего места. – Благодарю, что приняли мое приглашение. Надеюсь, вы не пожалели об этом. – И затем он, как радушный хозяин, проводил гостей до ожидавших их паланкинов. Вернувшись в дом, он разыскал свою жену, Вилию.
    – Ну? Ты все видела, верно? – Он присел на край кровати.
    – Да, – кивнула Вилия. – Ты мастерски все представил, мой дорогой Гай. Если бы ты позволил, они бы взяли эту девушку прямо на обеденном столе. – Она звонко рассмеялась. – Их желание было настолько очевидно. Она принесет тебе целое состояние. Не могу дождаться, когда станут поступать ставки. Ты должен позволить мне открыть их! Не все, конечно, примут участие в торгах, но многие сделают это, даже кто не в состоянии себе это позволить.
    Но до заката солнца следующего дня ни одного предложения не было доставлено к дверям дома Гая Просперо. Главный торговец был взволнован и озабочен, когда мажордом объявил о посетительнице.
    – Леди Гиллиан, милорд, – доложил он о визите Старшей госпожи гильдии женщин для удовольствий и проводил даму в библиотеку.
    – Выглядишь бледным, Гай, – сказала она, вместо приветствия. Это была высокая грациозная женщина с темными волосами и яркими синими глазами. Простое, но очень эффектное платье из красного шелка красивыми складками драпировалось по фигуре. Оно было с широкими плиссированными рукавами и вырезом каре, приоткрывавшим пышную грудь. Волосы уложены в высокую прическу, лицо прикрыто прозрачной вуалью.
    – Почему я не получил ни одного предложения о покупке? – с трудом произнес Гай Просперо.
    – Давай, пожалуй, присядем и выпьем вина, – предложила леди Гиллиан.
    Мажордом быстро поднес ей кубок и вышел из библиотеки, хотя не исключено, что он и подслушивал за дверью.
    Женщина пригубила вино.
    – Для меня всегда большое удовольствие навещать тебя, Гай, – сказала дама. – Ты никогда не скупился на выдержанное вино.
    – Что происходит? – Гай Просперо повысил голос. Правда, он немного успокоился. Раз леди Гиллиан приехала, он сможет вытянуть из нее всю правду.
    – Никто не сделает предложения о покупке этой рабыни, Лары, Гай. Она слишком красива, и, разумеется, огромную роль играет наличие волшебной крови.
    – Это тебя раньше не беспокоило, – выпалил он. – Мне известны по крайней мере три такие женщины, и они члены гильдии женщин для удовольствий, кроме того, в Домах удовольствий тоже найдутся такие. И что, проклятье, ты имеешь в виду, говоря, что она слишком красива? Что же в этом плохого?
    – Главное здесь не слово красива, Гай, – перебила его леди Гиллиан. – Слишком красива. Совершенна. Она безупречна, в этом и проблема. Когда вчера мы покинули твой дом, двое мужчин разругались из-за нее. Да и женщины для удовольствий от них не отставали. Они даже вцепились друг другу в волосы. А когда они вернулись в свои Дома удовольствий, то нашли там разъяренных женщин, решивших, что теперь Лара будет одной из них. Они испугались, что ее красота лишит их клиентов. А если они попытаются с ней бороться, она воздействует на них волшебными чарами. Я знаю, она ничего не умеет, если бы умела, не оказалась бы в таком положении, как сейчас, но всех переубедить невозможно. Невежество – опасная вещь, Гай. Утром одни посетители предлагали владельцам дополнительно заплатить за право провести время с Ларой. Другие пытались забронировать определенное время. Нескольким женщинам из гильдии были нанесены увечья, клиенты требовали для себя права первой ночи. У меня нет выбора, я вынуждена запретить Ларе продавать себя в одном из наших Домов удовольствий. Слишком велик риск. Извини. – Она сделала еще глоток вина. – Также я не могу позволить продать ее кому-либо из богатых людей города. Да и никто не захочет купить ее, зная, что до конца дней ему будут завидовать, а возможно, и угрожать. Лара – одна из тех девушек, которых мужчины мечтают заполучить любой ценой.
    Гай Просперо был озадачен ее словами. Такое выгодное вложение внезапно стало бесполезным. Старшая госпожа гильдии женщин для удовольствий была отнюдь не глупа, и ее слово – закон.
    – Что же мне тогда с ней делать? – испуганно спросил он. – Я не могу вернуть ее семье и потребовать назад свое золото. – Все пропало! – Он вцепился себе в волосы. – Как же я сразу этого не понял?
    – О, Гай, – сказала леди Гиллиан, – не устраивай драмы. Ничего не пропало, просто ты был ослеплен красотой, и чутье подвело тебя. У тебя ведь есть кузен, Рольф Честная Сделка, караванщик. Я права?
    – Да, – еле слышно отозвался Гай. Гиллиан была умна и сама могла бы стать отличным торговцем, не родись она женщиной.
    – Ты сможешь уменьшить свои потери, Гай. Отдай ему Лару, чтобы он продал ее в другой провинции. Возможно, ты даже сможешь получить небольшую прибыль, смотря какой процент запросит твой кузен. В провинциях народ не столь искушенный, как в городе, да и вкус у них не столь утонченный, как у нас. Она и там будет всем казаться несказанно красивой, и это сделает ее особенной, в то время как здесь только создаст всем ненужные проблемы. Думаю, больше всего подойдет Прибрежная провинция, поскольку там много светловолосых людей и она не будет слишком выделяться. Сколько ты за нее заплатил?
    – Десять тысяч золотых монет, – признался Гай Просперо. – Я надеялся получить по меньшей мере тридцать.
    Гиллиан рассмеялась:
    – Это ты мог бы получить с легкостью, не будь она столь красива. Но, насколько я понимаю, ты получил ее всего несколько дней назад. Вряд ли ты успел на нее много потратить, если не считать того восхитительного платья, что было на ней на турнире. Полагаю, в провинции ты сможешь получить за нее тысяч пятнадцать. Твой кузен знает, что произошло, поэтому предложи ему не обычные пятнадцать процентов, а четверть общей суммы. В любом случае внакладе ты не останешься.
    – Если она уедет в Прибрежную провинцию, я смогу запросить все двадцать тысяч, – сказал Гай, словно беседовал сам с собой. – Короли там очень богаты. Они заплатят и больше за Лару. А я смогу получить пять тысяч прибыли. Платье для нее сшила моя рабыня, а материя была куплена несколько лет назад. Уже залежалась в кладовке. Я почти ничего не потерял на этом. – Гай Просперо заметно повеселел. Конечно, все оказалось не так, как он планировал, но все же не совсем плохо.
    Гиллиан опять засмеялась:
    – Гай, Гай, и на темной материи можно найти светлое пятнышко. Да, думаю, ты прав. Пусть Рольф Честная Сделка отвезет ее в Прибрежную провинцию. Это лучшее место для Лары. – Она допила вино и встала. – Ты давненько у меня не был. Приходи. Твоя молодая жена не должна лишать нас твоего общества.
    – Я прихожу только ради тебя, Гиллиан.
    – Так приходи опять. – Она кокетливо улыбнулась. – У меня есть новенькая девушка, Анора.
    – Я думал, ты больше не развлекаешь гостей. – Гай Просперо вскинул брови, а затем скользнул взглядом по груди женщины. Гиллиан всегда славилась великолепным бюстом.
    – Не развлекаю, но для старых друзей сделаю исключение. – Гиллиан коснулась его щеки длинными тонкими пальцами. – Была рада помочь тебе, Гай, решить эту маленькую проблему. – Она взялась за ручку двери. – Мои наилучшие пожелания леди Вилии. Хорошего вечера. – Она вышла, одарив загадочной улыбкой мажордома, едва успевшего отскочить в сторону. Он бросился вперед, чтобы открыть Гиллиан входную дверь, и она помахала ему, садясь в носилки.
    Гай Просперо несколько минут сидел не шевелясь, обдумывая разговор со старшей госпожой. Он пытался убедить себя в том, что с Ларой у него не будет никаких проблем, но ведь он и сам был большим ценителем женских прелестей. Да, он не смог устоять. Он всегда покупал только лучшее, а всем ясно, что Лара – самая лучшая. Как жаль, что она оказалась слишком красивой. Он позвал секретаря, зная, что тот где-то рядом, но Иона уже стоял у стола.
    – Милорд?
    – Ты все слышал?
    – Да, милорд.
    – Все?
    – Да, милорд.
    – Отправляйся в гильдию караванщиков и узнай, где Рольф Честная Сделка. Если его нет в городе, узнай, когда он вернется.
    – Да, милорд, – поклонился Иона.
    – Ты тоже считаешь, что она слишком красива? – спросил Гай Просперо секретаря.
    – Что значит «слишком красива», милорд? Я полагаю, твое чутье такое же, что и раньше. Не твоя вина, что остальные люди слишком узколобые.
    – Ты всегда говоришь только правильные вещи, Иона?
    – Стараюсь, милорд, ведь у меня твой прекрасный пример перед глазами, – ответил сообразительный секретарь.
    Гай Просперо засмеялся:
    – Ох, думаю, однажды мне придется подписать тебе вольную. Но только в том случае, если ты согласишься служить мне и дальше.
    – Тебе в любом случае придется отпустить меня, если я достигну своей жизненной цели, – ответил Иона хозяину. – А золото, чтобы выкупить свою свободу, у меня уже есть.
    – И какова же твоя цель?
    – Стать главным торговцем, милорд, – последовал смелый ответ.
    Гай Просперо хохотал от души.
    – Потерпи, Иона. Ты все делаешь верно. А теперь иди и найди моего кузена. – Гай Просперо поспешил покинуть библиотеку, чтобы найти жену и рассказать ей о последних событиях.
    Вилия была недовольна.
    – Болваны! Дурачье! – кричала она. – Теперь я не смогу купить себе новый экипаж, а я привыкла получать все, что захочу.
    – Он будет у тебя, моя дорогая, – обещал ей муж.
    – Но я хочу сейчас. – Вилия разрыдалась.
    – Мы завтра же пойдем и купим его, любовь моя.
    – Но разве мы можем это позволить, раз ты не получил столько монет, сколько хотел за эту противную девчонку? Мне нужен тот, что с мягкими кожаными сиденьями, хрустальными фонариками и вазами для цветов. Он очень, очень дорогой, Гай. Колеса окрашены вручную и позолочены. И еще я хочу новых лошадей. Я уже присмотрела симпатичную черно-белую пару на конном дворе. Там еще была пара светлых жеребцов с кремовыми гривами. Никак не могу принять решение. Они тоже очень дорогие. – Она надула пухлые губки.
    – У тебя будет все, что только пожелает твое сердечко, Вилия, – пообещал он. В конце концов, подумал он, никто не должен заподозрить, что его неудача с Ларой подорвала его платежеспособность. Да! Будет очень правильно поехать завтра и купить Вилии новую карету и пару симпатичных лошадок. Поцеловав жену, он велел ей ложиться спать. – Я присоединюсь к тебе после разговора с Ионой. Уверен, ты будешь благодарна мне за щедрость, моя любовь.
    – Я еще не получила новый экипаж и лошадей, Гай, – заметила женщина. – Не ты ли учил меня никогда не платить наперед?
    – Тогда будем считать это небольшим авансом, – хихикнул Гай и вышел.
    Он ждал Иону почти два часа и уже собирался вернуться к жене, когда проявился секретарь, буквально тащивший за собой его кузена.
    Сам Гай Просперо был круглолицым упитанным мужчиной, всем своим видом излучавший процветание и достаток, однако Рольф Честная Сделка был высок и сухощав. На узком лице выделялись живые умные глаза, и теперь они неотрывно смотрели на главного торговца.
    – Чем могу служить, кузен? – спросил Рольф.
    – Иона, принеси кузену вина и останься с нами.
    – Не надо вина, – возразил Рольф. – Однако благодарю за гостеприимство. Рано утром уходит мой караван, пойми, голова должна быть свежей. Мне предстоит долгая дорога. Наш путь лежит через Лесную провинцию и Провинцию пустынь к Дальноземью, а затем к Прибрежной провинции, и только после этого мы вернемся домой. Меня не будет почти целый год. Ты случайно застал меня в городе.
    Гай Просперо кивнул. Его кузен был, пожалуй, лучшим караванщиком. Он мог бы стать среди них главным, но предпочитал путешествовать с караванами по всем четырем провинциям.
    – Ты слышал о моей последней покупке? Лара, дочь сэра Джона Быстрый Меч.
    Рольф кивнул:
    – Она должна стать женщиной для удовольствий. Удачное вложение, кузен. Когда состоится аукцион?
    – Владельцы Домов удовольствий собирались здесь вчера, чтобы посмотреть на нее. Ставки должны быть сделаны между рассветом и закатом следующего дня. Аукцион был запланирован на сегодня. Но никто не прислал предложений, а вечером меня посетила леди Гиллиан. Она объяснила, что девушка слишком красива, и среди владельцев уже начались распри, кроме того, недовольны и женщины для удовольствий, и управляющие. Мне не получить предложений. Леди Гиллиан данной ей властью запретила продавать девушку в городе. Она предложила отправить ее с тобой, чтобы ты продал ее в Прибрежной провинции.
    – А что, если у меня появится шанс продать ее раньше? Эта провинция – последняя на пути, кузен. Я попытаюсь скорее избавиться от столь ценного экземпляра, если прознают, кого я везу, на караван могут напасть. Если я возьму ее, придется дополнительно нанимать шестерых солдат. Тебе придется все оплатить.
    – Нет, Рольф, им заплатишь ты. Если ты согласишься взять ее, то получишь от меня четверть от всей прибыли, а не обычные пятнадцать процентов. Я прошу за нее двадцать тысяч золотых монет. Она стоит и больше, но, к сожалению, я не смогу совершить сделку здесь. Подумай, кузен. Пять тысяч золотом. Мне она обошлась в десять. Я не хочу забывать и о своей выгоде, но, как заметила Гиллиан, мне стоит поспешить, чтобы избежать потерь.
    – Я хочу, чтобы соглашение между нами было заключено письменно, – сказал Рольф Честная Сделка.
    – Разумеется, – кивнул Гай Просперо. – Но помни, кузен, двадцать тысяч, и ты получишь четверть. Если будет меньше, я заплачу лишь пятнадцать процентов. Согласен?
    – Я выручу для тебя двадцать тысяч, Гай, а возможно, и больше. Принцы-тени любят светловолосых и молодых женщин.
    – Иона, – приказал хозяин, – пиши соглашение.
    – В двух экземплярах, Иона, – добавил Рольф, улыбаясь. – Когда можно ее забрать? Я хотел выехать на рассвете.
    – Как только подпишем соглашение, кузен. Да, она девственница, и ее огромная ценность не только в красоте, но и в невинности. Лара должна остаться чистой и непорочной.
    – Конечно, кузен, – сказал Рольф. – Мы рады возможности получить хорошую прибыть, поэтому я гарантирую тебе это.
    Соглашение представляло собой стандартный договор между главным торговцем гильдии торговцев и караванщиком. Ионе потребовался час, чтобы написать два экземпляра, и стороны были готовы поставить свои подписи. Секретарь развернул пергаменты на большом столе и подготовил перья и чернила. Затем он посыпал обе подписи песком, свернул соглашения и вручил каждой из сторон.
    – Иди к Тании, вели одеть Лару и подготовить к путешествию, – приказал он Ионе. – Объясни ей, что произошло, и проследи, чтобы для Лары собрали мешок со всем необходимым в дороге. И все тщательно проверь, не забудь, – предупредил Гай Просперо.
    – Не сомневайся, милорд, – поклонился Иона. Он поспешил в северное крыло и постучал в дверь Тании.
    – Что случилось? – удивилась женщина. – Хозяин не прислал за Ларой в вечер последнего аукциона. Уже поздно, я уложила ее. Бедняжка так нервничала, и я дала ей немного вина с маковым настоем.
    – Аукциона не будет. Никто не сделал ставки, и Старшая госпожа гильдии сообщила хозяину, что запрещает продавать девушку в городе. Говорят, она слишком красива. Из-за нее уже начались склоки. Мужчины угрожали владельцам Домов удовольствий, если те не продадут им право первой ночи. Слишком много возникает проблем, поэтому леди Гиллиан и наложила запрет. – Секретарь стоял и ждал ответа.
    Тания покачала головой:
    – Что же теперь будет?
    – Она переходит к кузену Ральфу, караванщику. Они решили продать ее одному из королей Прибрежной провинции или принцам-теням. Нас это уже не должно волновать. Разбуди Лару. Скоро ее передадут Рольфу Честная Сделка. Его караван отправляется завтра на рассвете. Господин велел тебе подготовить ей все для путешествия. Очень тщательно.
    – Возвращайся к хозяину и скажи, что из-за макового настоя она не проснется раньше чем через несколько часов. Я все сделаю, и она будет доставлена к часу отправления каравана, но разбудить ее я не могу.
    Иона ушел, а Тания начала собирать вещи для Лары. К ее огромному удивлению, через несколько минут в комнату вошел Гай Просперо. Женщина встала на колени.
    – Прошу простить меня, господин, но девушка была неуправляема. Когда стало уже совсем поздно, я решила, что так будет лучше для всех.
    Лицо торговца исказила недовольная гримаса.
    – Ты уверена, что сможешь разбудить ее утром? Мне совершенно не нужны лишние расходы на повозку, чтобы догнать караван. Готовишь вещи?
    – Да, хозяин, клянусь, она будет готова к отъезду!
    – Последнее время ты позволяешь себе много вольностей, Тания. – Голос Гай Просперо звучал угрожающе. – Оставь эту привычку, иначе я отправлю тебя в провинцию. Я знаю, как тебе здесь нравится. – Он засмеялся, вспомнив, как Тания ненавидит его дом за городом. Там ей предстояло работать на ферме под присмотром управляющего Кригера, который не гнушался использовать рабынь для удовлетворения своей похоти. Гай Просперо закрывал на это глаза, поскольку Кригер хорошо исполнял работу. Да и женщины эти были всего лишь рабынями.
    Тания встала с колен. Да, она рабыня, но всегда была честна и трудолюбива. Что ж, однажды можно и слукавить. Она даст Ларе даже больше того, что просил хозяин, но он об этом никогда не узнает. У Гая Просперо столько добра, что он обо всем и не помнит. И не стоит обвинять во всем бедную девушку. Кто знает, где и когда закончится ее путешествие? Тания сложила два простых платья. Одно из них, шелковое, было нежного голубого цвета, второе из тонкой оранжевой шерсти с отделкой из шелка. Также она положила несколько сорочек и две пары чулок, одни шерстяные для холодной погоды. Тания плотно связала все вещи в узел, чтобы мешок не выглядел большим. Еще она положила гребень из грушевого дерева, которым расчесывала волосы Лары, и маленькую шкатулку со шпильками. Для дороги она выбрала темно-зеленое платье, сорочку, чулки, кожаные туфли и шарф, чтобы прикрыть волосы и лицо. Закончив, Тания легла на свой матрас и проспала ровно четыре часа, к чему давно себя приучила.
    Проснувшись, она нагрела воды и приготовила чистое полотенце. Отодвинув балдахин, она потрясла Лару за плечо:
    – Проснись, детка! Пора собираться!
    Лара медленно открыла глаза. Она ощущала сильную слабость и с трудом могла пошевелиться.
    – Куда? На аукцион? – Сон постепенно улетучился, и она почувствовала себя бодрее. – Скажи, кто меня купил? Надеюсь, это не та женщина, что рассматривала мои зубы? Она очень грубая.
    – Тебя никто не купил. Вставай, Лара, и быстро умывайся. Я все тебе расскажу. – Она налила стакан гранатового сока и протянула девушке. – Выпей. Тебе станет лучше.
    Лара с удовольствием выпила. Облегчение пришло не так скоро, как ей хотелось бы. С трудом передвигаясь, она слушала объяснения Тании, что случилось и что еще должно было произойти.
    – Я должна уехать из города? – Она испуганно вскрикнула.
    – Могло быть и хуже, детка, – сказала Тания.
    – Как? – Она тщательно почистила зубы и прополоскала рот. – Что могло быть хуже?
    – Твой отец мог проиграть и не стать Доблестным Рыцарем. Тебя мог купить жестокий человек и поместить в Дом удовольствий для извращенцев. А тебя всего-то сочли очень красивой, да несколько человек из-за тебя переругались. Тебя передадут кузену хозяина, известному караванщику. Репутация у него достойная. Он будет следить, чтобы с тобой ничего не случилось, ведь он заинтересован получить за тебя самую высокую цену. У него такое же холодное сердце, как и у Гая Просперо. Как и нашего хозяина, его интересует только прибыль. Пойдем, пора одеваться. Я приготовила тебе платье. Ты должна скорее попасть к месту отправления каравана.
    Лара выглянула в окно и убедилась, что еще темно. Она надела чулки, белоснежную рубашку и зеленое платье. Тания быстро расчесала волосы и заплела их в одну простую косу. Сверху она накинула шарф, чтобы скрыть ее лицо и волосы. Склонившись, Тания надела ей на ноги удобные туфли и набросила на плечи черный плащ.
    – Надо спешить.
    Они направились к выходу, где их ждал Иона с небольшой повозкой.
    Лара села в повозку вместе с Танией и Ионой и выехала за ворота Золотого района, сопровождаемая шестью солдатами из охраны Гая Просперо. Несмотря на то что все сложилось не так, как ожидал главный торговец, Лара все же оставалась ценным экземпляром.
    Лара никогда не была в городе так рано, даже представить не могла, что улицы могут быть столь пустынны. Она даже немного испугалась. Повозка миновала закрытые ворота квартала солдат, и Ларе показалось, что она сейчас расплачется. Она прикоснулась к хрустальной звезде, и ее тепло придало сил.
    – Господин Иона, – вежливо обратилась Лара, – мне нечем отблагодарить тебя, кроме волшебного благословения, но не мог бы ты передать отцу, что со мной произошло, чтобы он не волновался? Только не Сюзанне. Она ему не передаст. Именно папе. И скажи, что я ничего не боюсь, я знаю, что все будет хорошо. – Ей было стыдно, что она обещала секретарю свое волшебное благословение. Она и понятия не имела, как это делается, но Ларе так нужна помощь, а она понимала, что Иона не тот человек, который будет выполнять чьи-то просьбы бесплатно.
    – Волшебное благословение – вещь чрезвычайно ценная, – ответил Иона. – Удача мне очень пригодится, если однажды я решу уйти от хозяина.
    – Она у тебя будет, – заверила его Лара, удивляясь, как легко слова слетели с губ. Еще она знала, что так и будет. Что с ней происходит?
    – Я все передам, молодая леди Лара. И скажу, что он может гордиться дочерью. Ты храбрая девушка.
    – А могу и я получить волшебное благословение? – робко спросила Тания.
    – Я дам тебе два. Ты была очень добра ко мне. – Лара улыбнулась.
    – Я положила тебе в мешок гребень из грушевого дерева, – прошептала Тания.
    – Спасибо. Благословляю тебя, Тания. И тебя, Иона. – «Как просто», – подумала Лара, глядя на счастливые лица. Она мало что понимала в обычаях, но знала, что волшебное благословение ценится очень высоко. Она никогда об этом не забудет.
    Вскоре они добрались до места караванов, где огромный караван Рольфа уже готовился к отправлению. Иона спрыгнул на землю и позвал кузена своего господина. Рольф подошел к Ларе и поднял вуаль.
    – Да, все верно. Ты очень красива. – Он опустил вуаль. – Старайся закрывать лицо на людях, Лара, – предупредил Рольф. – Не хочу, чтобы тебя украли по дороге, а мы с кузеном лишились большого куша. – Он повернулся к Ионе: – Дальше я сам о ней позабочусь. Возвращайся и скажи хозяину, что ты передала мне девушку.
    – Вот ее вещи, – сказала Тания.
    – Бери мешок, Лара, и иди за мной, – велел Рольф Честная Сделка.
    – Прощайте, – кивнула она слугам и поспешила к каравану.
    Рольф привел ее к большому крытому паланкину.
    – Во время путешествия твоими соседками будут несколько рабынь.
    Рольф помог ей сесть и удалился.
    Лара оглядела шесть сонных девушек. Они молчали, поэтому и она не произнесла ни слова. С улицы доносились крики собирающихся в дорогу погонщиков. Близился рассвет, Лара заметила свет, пробивавшийся сквозь ткань занавесок. Вскоре повозка тронулась. Она тайком подсматривала, как они миновали ворота города и через некоторое время его стены стали совсем маленькими, а потом и вовсе скрылись из вида. Одна из девушек громко всхлипнула.
    – Почему ты плачешь? – спросила ее Лара.
    – Я никогда не была рабыней, – ответила та.
    – И я тоже. Как тебя зовут? Меня – Лара.
    – А я Носс.
    – Я знаю, кто ты! – воскликнула другая девушка. – Ты дочь Джона Быстрый Меч. Твой отец продал тебя, чтобы участвовать в турнире. Ты дочь феи. – Она усмехнулась и натянула плащ. – Я думала, тебя продали в Дом удовольствий, а ты сидишь с простыми рабынями, которых везут неизвестно куда. Почему?
    – Я рабыня, как и вы, – сказала Лара. – Нам не объясняют причин.
    – Хм!
    Лара улыбнулась. Эта девушка явно искала ссоры. Даже представить невозможно, что бы произошло, объясни она ей, что ее сочли слишком красивой, чтобы работать в Доме удовольствий.
    – А ты действительно дочь феи? – прошептала Носс и посмотрела на Лару огромными карими глазами.
    – Моя мать была феей, но она бросила нас с отцом, когда мне было три месяца от роду. Хотя во мне и течет ее кровь, я ничего не знаю ни о колдовстве, ни о волшебном королевстве. Меня воспитала обычная женщина, как и тебя, Носс.
    – Мой отец тоже был солдатом, но был тяжело ранен и не смог больше кормить семью, – рассказала Носс. – У нас забрали жилье, и мы остались без крыши над головой. Последнее время жили в туннеле под городскими стенами, однажды маму нашли солдаты и надругались над ней. Она услышала, что они идут, и спрятала меня. Я все видела своими глазами, Лара. Потом она попросила меня сохранить тайну и сказала отцу, что упала, когда просила подаяние. – Носс вздохнула. – Они мечтали, что, продав меня, смогут уехать из города и купить немного земли в Центроземье. Надеюсь, так и будет.
    – Жизнь солдата очень тяжела, – согласилась Лара. – Хорошо бы твои родители смогли устроить свою жизнь. Моя семья смогла, и я рада этому. Мой брат, Михаил, никогда не узнает, что такое быть ребенком солдата.
    – Как ты думаешь, что с нами будет?
    – Тебя продадут тому, что заплатит больше, маленькая сучка, – вмешалась та же женщина, которая пыталась поссориться с Ларой. – Нас всех везут в Лесную провинцию. Они очень охочи до женщин. Многих женщин продают именно им. Думаю, их женщины их не удовлетворяют. – Она громко захохотала. – Не возражаю, если какой-нибудь здоровяк пристроится у меня между ног. Говорят, они самые неутомимые мужчины во всем Хетаре.
    – Ты слишком много болтаешь, Труда, – оборвала ее соседка. – Я слышала, лесные лорды ложатся только с теми, кто равен им по крови. Нас им продадут для работ по хозяйству. Будем готовить, убирать, шить и ходить за свиньями.
    – Не рассказывай мне, что все мужья верны своим женам, Белда. – Труда громко фыркнула. – Мужчины – чисто собаки, всегда принюхиваются к чужому хвосту, а я хорошо научилась крутить своим в доме моего последнего хозяина. Но я не думаю, что Лара предназначена для Лесной провинции. – Она хихикнула.
    – Мой хозяин, Гай Просперо, предложил продать меня в Прибрежной провинции, но Рольф Честная Сделка предложил принцев-теней, – пробормотала Лара.
    – Держу пари, ты понравишься лесным лордам, – многозначительно подмигнула Труда. – Быть простой шлюхой то же самое, что быть женщиной для удовольствий, только без всяких тонкостей.
    – Не обращай внимания, – сказала Белда. – Труда злая, потому что жена ее последнего хозяина застукала ее, когда она была в постели с их сыном, и настояла, чтобы ее продали. Она была служанкой в Районе садов.
    – А сама-то! – воскликнула Труда.
    – Я такая, какой и должна быть, – рассмеялась Белда. – Мой муж продал меня, чтобы заплатить долги. Те, что он сделал, развлекаясь с другими женщинами. А потом поймал меня в постели со своим братом, и суд отправил меня в рабство.
    – И твоего мужа не осудили за разврат? – удивилась Лара.
    – Нет, они сказали, что у мужчины есть право обладать любой женщиной, какой пожелает. Ты не знала об этом?
    – Я всю жизнь провела в квартале солдат, – ответила Лара. – От меня многое скрывали. Меня растила бабушка, а потом отец и мачеха Сюзанна. Мы были друзьями, но никогда не говорили на такие темы.
    – Тебе предстоит жить в суровом мире, Лара, дочь Джона Быстрый Меч, – сказала Белда.
    Все утро они молчали. Когда солнце уже стояло в зените, караван внезапно остановился. Девушки вышли из повозки, чтобы перекусить хлебом и водой, затем ненадолго скрылись в кустах и вернулись обратно. Путешествие продолжилось. Когда стемнело, они остановились вновь. Солдаты-охранники расположились на ночлег вокруг лагеря. Разожгли огонь и приготовили ужин. Каждая из женщин получила миску с тушеным кроликом и один бурдюк с вином на всех, который опустошила в основном Труда, становясь все более агрессивной с каждой минутой. Она даже попыталась напасть на попутчиц, но вмешался Рольф Честная Сделка и привязал ее к дереву обнаженной. Он порол ее до тех пор, пока спина ее не стала красной и покрылась рубцами. Труда надрывно кричала, собрав толпу зрителей, но больше не от боли, а от позора.
    – Я не позволю тебе, женщина, испортить мой товар. – Рольф поднял ее голову за подбородок и заглянул в глаза, когда та уже бессильно висела на веревках. – Ты поняла меня? – Он велел ее отвязать и отдать солдатам. – Она ваша на всю ночь. Утром на ней не должно быть синяков. Ее предстоит скоро продать в Лесной провинции. – И Рольф ушел.
    – Что они с ней сделают? – прошептала Носс.
    – Получит что хотела, – рассмеялась Белда. – По заслугам, сука. Это ее быстро протрезвит. Пошли, девочки. Мы заслужили отдых. – Она хихикнула и направилась к повозке, где были сложены матрасы. – Рольф сказал, что Лара и Носс будут спать внутри, а мы должны раскатать матрасы под повозкой, на случай, если ночью пойдет дождь.
    – А я бы с удовольствием спала на свежем воздухе, – сказала Лара, не желая, чтобы все считали, что у нее привилегированное положение. Она улыбнулась остальным девушкам. Их звали Адда, Вильда и Жаэль.
    – Нет, – настаивала Белда, – ложись в повозке, всем известно, что ты самая ценная из всех нас. А Носс самая молодая, к тому же очень напугана. Без Труды мы все сможем спокойно выспаться.
    Лара кивнула и полезла внутрь.
    – Сколько тебе лет? – спросила она Носс, раскатав матрас рядом с девушкой.
    – Двенадцать. А тебе?
    – Пятнадцать. Моя мама была с отцом в канун Дня летнего солнцестояния, и я родилась следующей весной. – Она легла и накрыла их обеих предназначавшимся для двоих покрывалом.
    – Мне так страшно, – прошептала Носс.
    – Тогда мне надо подарить тебе волшебное благословение, чтобы оно развеяло все твои страхи. Спи. Я буду рядом, а утром ты уже не будешь ничего бояться.
    – Правда? – Носс смотрела на нее с надеждой.
    – Конечно. – Лара обняла девушку, и скоро та уже крепко спала. Сама она лежала и размышляла, как же быстро все меняется в жизни. Три дня назад она спала в новом доме отца в Районе садов. Два дня назад ее показывали влиятельным людям города. А прошлой ночью она узнала о новом повороте судьбы. И вот она лежит на тонком матрасе в деревянной повозке, не представляя, что ждет ее впереди. Лара вздохнула и покрутила кулон.
    – Что происходит? – спросила она про себя.
    – Все, – прозвучал голос, слышимый только ей одной.
    – Но куда меня везут? – настаивала Лара.
    – Вперед, – последовал ответ, пламя вспыхнуло привычным теплым светом и погасло.
    Лара закрыла глаза и заснула. Что еще ей оставалось делать?

Глава 5

    Путь каравана проходил по Центроземью – самой большой из четырех цивилизованных провинций Хетара. Мужчинам и женщинам, живущим здесь, не было нужды перебираться в город. Этот край представлял собой огромную равнину, окаймленную с двух сторон холмами, покрытыми виноградниками. На фермах росло все, что необходимо для пропитания, на многих были разбиты прекрасные сады. Караван миновал луга и поля с разбросанными по ним стогами. Дома были красивыми и добротными. Лара, никогда не покидавшая город, ничего подобного не видела. Она смотрела во все глаза, рядом, прижавшись к ней, сидела Носс.
    Труда вернулась к ним следующим утром, однако суровое наказание не сломило ее нрав. На нее старались не обращать внимания и не замечать, что ей больно сидеть после вчерашней порки. Белда сказала ей, что она получила то, что заслужила. Рабыням лучше помалкивать. Всем известно, что Рольф дорожит своим живым товаром. Труда это хорошо знала. Вино предназначалось им всем, и своей жадностью и плохим поведением Труда сама навлекла на себя гнев хозяина. Скорее всего, вина им больше не дадут.
    День прошел спокойно, а следующим утром караван свернул с главной дороги к холмам. От одного из солдат девушки узнали, что их первая остановка будет в большом дворце главы Лесной провинции. Шесть попутчиц Лары готовились для показа лордам. Когда их продадут, караван двинется к следующей точке пути – Провинции пустынь – владениям принцев-теней.
    – Лесные лорды не самые приятные хозяева, – сказала Белда.
    – Они добры? – Носс смотрела на нее широко распахнутыми глазами.
    – Только к тем, кто много работает. К тем – да, они добры.
    Бедняжка Носс пугалась всего, даже собственной тени. Ей надо взять себя в руки, иначе не выжить.
    – Я слышала, что они похотливые козлы, – вмешалась в разговор Труда. – А больше всего они любят молоденьких девственниц, таких, как ты, Носс. – Она загоготала.
    – Прекрати! – прикрикнула на нее Белда. – Не пугай девочку глупыми рассказами, тем более что все это ложь. Если не закроешь рот, Труда, я пожалуюсь Рольфу. Похоже, ты скучаешь по плетке. А тебе ведь до сих пор больно сидеть.
    Труда сверкнула глазами, но промолчала.
    С лугов доносилось мычание коров и блеяние овец. Лара была очарована красотой этой земли. Она и представить не могла, что за пределами города существует такой мир. Через два дня они подошли к границам Лесной провинции. Представители власти должны были проверить все бумаги Рольфа, осмотреть багаж, чтобы убедиться, что в нем нет контрабанды, а количество рабов точно соответствует числу, заявленному в документах.
    Люди, охранявшие границу со стороны Центроземья, знали, что все бумаги Рольфа Честная Сделка в идеальном порядке, он очень дорожит своей репутацией. Однако контролеры со стороны Лесной провинции тщательно проверили все пункт за пунктом. Местные жители были людьми дотошными. Но через некоторое время все было проверено, ни у одной стороны не возникло вопросов. Караван благополучно пересек границу.
    Лара никогда не видела лесов, не говоря уже о том, чтобы жить там. Деревьев было так много, а некоторые из них были такие толстые, с огромными пышными кронами, что закрывали солнце. Правда, город казался ей более светлым. Но здесь тоже было очень красиво, на деревьях пели птицы, в ручейках журчала вода. «Зеленый, – подумала Лара, – очень успокаивающий цвет».
    Они опять проезжали цветущие луга. Иногда на дороге попадались олени, испуганно спешащие скрыться в лесной чаще.
    Днем караван остановился у реки, чтобы пополнить запас воды и напоить вьючных животных. Вскоре у повозки появился Рольф. Отозвав Лару в сторону, он сказал:
    – Когда мы подъедем к дворцу, ты должна оставаться в повозке. Ты предназначена не этим мужланам, а королям Прибрежной провинции. Жители лесов, как известно, похотливы и жадны. Стоит им тебя увидеть, они потребуют продать тебя им, и мне будет стоить немалых усилий отговорить их. Будет лучше для всех, если ты просто спрячешься. Я позабочусь обо всем, но тебя никто не должен увидеть. Понимаешь меня?
    – Да, милорд, – ответила Лара. – А возможно ли сделать так, чтобы Носс осталась со мной? Она так напугана, к тому же очень молода.
    Рольф задумчиво посмотрел на Лару. Этот взгляд напомнил ей Гая Просперо.
    – У тебя доброе сердце, девочка, но за Носс уже заплатили. Она будет принадлежать одному из лесных лордов. Я прослежу, чтобы ее передали доброму господину. Это все, что я могу сделать.
    – Да, милорд, – сказала Лара.
    После обеда караван свернул с луга на тенистую лесную дорогу. Было лето, и день длился долго, поэтому они добрались до усадьбы засветло. Когда повозка остановилась, Лара выглянула наружу и не увидела ничего, кроме высоких деревьев.
    – Где это мы? – спросила она Белду, казавшуюся осведомленнее остальных.
    – Посмотри вверх, – прошептала та. – Их дома на деревьях. Видишь лестницы, обмотанные вокруг толстых стволов? Поэтому врагам очень трудно захватить местных жителей. Лестницы узкие и крутые.
    Лара удивленно запрокинула голову. Она увидела свет, пробивавшийся сквозь листву, и дым. Значит, в этих странных домах есть еще и очаг. Лара только сейчас начинала понимать, какой разной бывает жизнь за пределами города. Ей так не терпелось лучше узнать этот огромный и удивительный мир. Она попрощалась с попутчицами, посоветовала Носс не плакать, иначе ее сочтут слабой и всегда будут обижать. Лара поблагодарила всех, особенно Белду, за приятную компанию. Потом сидела в повозке и долго смотрела, как их уводят по лестницам в удивительный дом на дереве, молясь о том, чтобы им всем достались добрые хозяева. Рука инстинктивно потянулась к кулону, и вскоре Ларе уже казались глупыми собственные мысли.
    Солдат принес ей хлеб, мясо и сыр. Из своей фляги он налил ей немного вина в чашку.
    – Спасибо, – поблагодарила его девушка.
    Тот кивнул и неожиданно произнес:
    – Ты одна из нас, Лара, дочь Джона Быстрый Меч. Мы будем охранять тебя в пути, ничего не бойся. – И он поспешно ушел.
    Лара съела принесенный обед, свернулась клубком на матрасе, накрылась покрывалом и приготовилась вздремнуть. Ей было любопытно, что происходит сейчас во дворце над ее головой. Она слышала, как кто-то громко пел. Или это были крики протеста? Она поежилась и села.
    Где-то высоко на дереве глава лесных жителей спорил с Рольфом, но Лара не слышала, что он говорил.
    – Я передал тебе шесть девушек, – сказал караванщик.
    – Ты привез пятерых и одну плачущую перепуганную девчонку. А я заплатил за шесть женщин, – ответил Дурга, глава провинции.
    – Я привез тех, кого передал мне торговец, с которым ты договаривался. Разбирайся с ним, милорд. Я всего лишь из хорошего расположения согласился привезти их. Я ничего не получил за услуги, если так тебе понятнее.
    – Мне нужны шесть сильных женщин. Женщин, которые будут хорошо работать днем, а ночью ублажать хозяев. А эта девчонка слишком мала, чтобы с ней ложиться. – Он перевел взгляд на Носс: – Сколько тебе лет?
    – Двенадцать, милорд.
    – У тебя уже есть лунный цикл?
    – Нет, милорд, – прошептала девочка. Ее всю трясло от страха.
    Белда, стоявшая рядом, обняла ее, чтобы та не упала.
    – Я ее не беру, – сказал Дурга.
    – Ты волен принимать решение, милорд, – сказал Рольф Честная Сделка. – Я имею право вернуть тебе деньги или послать в город за другой рабыней. В соглашении указано, что эта девочка стоит пять золотых монет. Я могу забрать ее с собой в Прибережную провинцию. Как я уже сказал, это твое решение. Не я выбирал женщин. Я просто доставил их. – Рольф был тверд и непреклонен.
    – Мне нужны шесть женщин, – не сдавался Дурга.
    – Я могу лишь принести извинения, милорд. Если бы ты договаривался лично со мной, все было бы в полном порядке. Я знаю твои вкусы. Но я согласен пойти на уступки и взять на себя сумму в пять золотых только из хорошего к тебе отношения. – Рольф немного смягчился. – Это последнее мое предложение.
    – Что ж, – произнес Дурга, – если ты больше ничего не можешь предложить, так и поступим, Рольф Честная Сделка. Твоя честность и порядочность известны во всем Хетаре.
    Неожиданно для всех вперед вышла рабыня по имени Труда и упала на колени перед Дургой.
    – В караване есть еще одна женщина, милорд!
    – Что? – рассвирепел Дурга. Он рассматривал большую грудь женщины, прикидывая, стоит ли оставить ее себе. Надо будет попробовать ее. Затем он поднял глаза на Рольфа. – Это правда? У тебя есть еще одна женщина? Так ты пытался подсунуть мне девчонку вместо нормальной женщины?
    Если бы у Рольфа Честная Сделка было оружие, он тотчас же прикончил болтливую рабыню.
    – Да, милорд, у меня есть еще одна женщина. Ее передал одному из королей Прибрежной провинции мой кузен, Гай Просперо. – Он улыбнулся, но взгляд оставался холодным и настороженным.
    – Я должен ее видеть! Привези ее завтра, Рольф Честная Сделка!
    – Милорд, она предназначена Аркасу, сыну короля, – соврал караванщик.
    – Отдай ему Носс, – отозвался Дурга.
    – Та девушка очень дорогая и редкая рабыня. Правда в том, что ты не смог бы купить ее, будь она выставлена на продажу, но она не продается.
    – Она наполовину фея, – добавила Труда.
    Глава Лесной провинции обменялся многозначительным взглядом со своим младшим братом, стоящим рядом.
    – Оставьте нас. – Дурга махнул рукой. – Рольф, подожди меня за дверью. – Он повернулся к жене, сидящей тут же на коленях: – Сита, отведи новых рабынь в комнаты. И верни Носс.
    Склонив голову в знак согласия, Сита стала подгонять женщин к выходу из комнаты, которая достаточно быстро опустела. Рольф вышел последним. Он надеялся, что глава Лесной провинции, человек весьма недалекий, не рискнет выкрасть Лару. У каравана была хорошая охрана, но она не смогла бы выдержать даже небольшой бой на территории соперника. Проходя мимо Ситы, он коснулся ее руки:
    – Будь аккуратнее с Трудой, той, которая посмела заговорить. От нее одни проблемы, – сказал Рольф.
    – Я сразу поняла, Рольф Честная Сделка, – ответила Сита. – Благодарю тебя.
    Оставшись в опустевшей комнате, Дурга повернулся к брату:
    – Ты слышал? Фея, – задумчиво произнес он. – Может, если сможем получить от нее потомство, с нас будет снято ненавистное проклятие, Энда?
    Энда пожал плечами:
    – Кто знает, к чему приведет это оплодотворение, Дурга? Мне нравится просто быть с женщиной, люблю наслаждаться ее телом. – Это был высокий, красивый молодой человек с румяным лицом, темными волосами и большими карими глазами. Он ничем не был похож на родного брата.
    Дурга был коренастым мужчиной плотного телосложения, черноволосый, с маленькими почти черными глазами. Он прятал плохую кожу лица под густой бородой. Дурга был похож на своего отца, тогда как Энда больше напоминал мать. Ее нежданная кончина очень расстроила хозяина.
    – Именно фея наслала на нас эти несчастья, – не унимался Дурга. – Почему другая фея не сможет расколдовать нас?
    – Рабыня сказала, что она фея лишь наполовину, брат. Сомневаюсь, что она достаточно сильна. Проклятие было наложено более семидесяти лет назад. Только королева фей и эльфов способна снять его, но все феи ушли из леса из-за упрямства нашего деда, – напомнил брату Энда.
    – Феи были очень жестокие, – сказал Дурга. – И разве не одна из них задумала в тот день охоту, чтобы посмеяться над всеми?
    – Об этом просила фея, а мужчины поддались ее чарам. О чем она думала? Кроме того, она могла бы исчезнуть, если бы захотела. Она хотела того мужчину, брат, – зло сказал Дурга.
    – Ты знаешь не хуже меня, брат, что феи способны менять облик, что она и сделала, а когда приняла свой собственный облик, ее сила ослабела, и она была не способна себя защитить. Как и наши мужчины. Разве в те времена все жители Лесной провинции не подчинялись одним правилам вместе с феями, эльфами и великанами? Мы хорошо знали друг друга. Но теперь мы потеряли союзников и прокляты за это, – закончил свою речь Энда.
    – Фея сможет помочь нам заслужить прощение, Энда, я уверен в этом, – убеждал брата Дурга. – И у наших детей будет волшебная кровь. Девушка призовет свою королеву, и та снимет с нас проклятие Мивы. Каждое следующее поколение рождается все с менее чистой кровью, хоть и воспитывается в наших традициях. У наших женщин уже тоже не такая чистая кровь, как раньше. Среди нас осталось лишь двое с совершенно чистой кровью, Энда. Мы должны остановить уничтожение народа, пока не стало слишком поздно. Возможно, эта девушка нам и не поможет, но мы обязаны попытаться, раз уж по воле случая она оказалась в наших землях. Эта большая удача, брат!
    – Она предназначена для короля Прибрежной провинции. Нам не нужны проблемы, Дурга. Мы уже давно не так могущественны, как раньше. Если за нее заплачено, мы должны отпустить ее с караваном, а сами искать другую фею. Но если за нее должны заплатить, когда будут передавать хозяину, у нас есть возможность перекупить ее у Рольфа Честная Сделка. Когда Гай Просперо получит свои деньги, ему будет все равно, досталась ли она сыну короля или нет. А если она стоит столько, сколько я предполагаю, откуда мы возьмем столько монет, Дурга?
    – У нас есть богатства. Спрятанные богатства, Энда.
    – Но хватит ли этого? – засомневался молодой человек.
    – Добавим свои собственные монеты, – сказал Дурга.
    – Согласен! – кивнул Энда. – Но ты должен отдать мне право первой ночи. Ты слишком грубый, чтобы стать первым мужчиной феи. Если ты не задушишь ее, то точно испугаешь до смерти. Уверен, она девственница, в противном случае она не стоила бы так дорого.
    – Мама всегда говорила, что ты слишком жадный, – проворчал старший брат.
    – Ты слишком нетерпелив для невинной девушки. Кроме того, я заметил, как ты смотрел на ту женщину с большой грудью, которая явно хотела заслужить твое расположение, поэтому и заговорила. Только не говори, что не отправишься к ней сегодня ночью. – Он хитро усмехнулся. – Она выглядит вполне здоровой, тебя ждет хорошая скачка. Она может родить тебе крепкого сына, прежде чем успеет надоесть.
    Дурга улыбнулся:
    – Да, она, похоже, темпераментная. Представляю, как буду бить ее, вонзать свой корень и наслаждаться тем и другим. Отлично, с этим решено. Ладно, мы покупаем девчонку, и ты будешь первым.
    – Позовем караванщика?
    – Нет, спустимся к нему и решим все вопросы на месте, – сказал Дурга. – Если мы согласимся на его цену, он не откажет.
    Рольф ждал их, прогуливаясь под портиком из крон деревьев. Он поднял голову и посмотрел на братьев:
    – Так что вы решили? Вернуть вам деньги или послать в город за другой рабыней?
    – Я хочу купить у тебя фею, – сказал Дурга. – Давай пройдем в твой лагерь, чтобы я мог посмотреть на нее и решить, стоит ли она той суммы, которую дает за нее один из королей Прибрежной провинции.
    Караванщик выругался про себя. Дурга не только внешне походил на дикого кабана, но и умственно не очень от него отличается. Что ж, делать нечего, остается только назвать цену и покончить с этим. Кузен хотел получить за Лару двадцать тысяч золотых монет, которых у Дурги просто не было, но, чтобы указать ему на всю бесполезность торга, Рольф сказал:
    – Король платит двадцать пять тысяч золотом, милорд.
    Затем послышались приглушенные вскрики и громкое дыхание братьев. Оправившись от шока, Дурга произнес:
    – Мы хотим ее увидеть. Она девственница? Ты гарантируешь?
    – Разумеется, – ответил Рольф. У главы Лесной провинции просто нет такой суммы, но он покажет им Лару, чтобы немного помучить. Дурга здорово надоел ему за прошедший вечер.
    Они пошли к тому месту, где караван разбил лагерь на ночь. Солдаты охраняли повозку Лары, хотя он и не отдавал такого приказа. Они и сами знали, кто она такая, поэтому считали ее своей.
    – Я зайду первым и поговорю с Ларой, прежде чем вы ее увидите – сказал Рольф и полез внутрь.
    Носс испуганно посмотрела на него. Он приложил палец к губам, приказывая молчать, и повернулся к Ларе.
    – Слушай меня внимательно, Лара, – начал он. – Из-за Труды о тебе узнал глава Лесной провинции. Он хочет тебя увидеть, несмотря на то что я сказал, что король Прибрежной провинции платит за тебя двадцать пять тысяч золотых монет. Я точно знаю, у Дурги нет таких денег, но он настаивает, что хочет на тебя по смотреть. Он очень упрямый. Думаю, он найдет у тебя какой-то недостаток и на этом все закончится.
    – Я все поняла, – сказала Лара.
    – Отлично. Тогда пошли. Не открывай рта, пока с тобой не заговорят.
    Он спустился на землю сам и помог девушке.
    – Ее зовут Лара, – сказал Рольф, представляя девушку братьям.
    – Пусть снимет одежду, – сверкнул глазами Дурга. – Хочу понять, что за сокровище ты скрывал от нас, караванщик.
    Лара развязала тесьму на плечах, и платье упало. Не произнеся ни слова, она стала медленно поворачиваться, чтобы мужчины могли рассмотреть ее. Тот, что моложе, протянул руку и вытащил шпильку из волос, они упали ей на спину тяжелой шелковистой волной. Мужчина покрутил прядь в руках и улыбнулся, глядя прямо ей в глаза. Улыбка была злой. Затем он коснулся ее груди. Лара едва не оттолкнула его руку, но заставила себя сдержаться.
    – Раздвинь ноги, девчонка! – Резкий окрик напугал Лару, и она беспомощно посмотрела на Рольфа.
    Тот кивнул.
    Молодой мужчина встал на колени и засунул толстый палец в вагину.
    – Она точно девственница, Дурга, – сказал он. – И сладкая, словно мед, – добавил он.
    – Мы берем ее, – сказал глава провинции.
    – Милорд, она стоит двадцать пять тысяч золотых монет и обещана Аркасу, сыну короля, – нервно объяснил Рольф.
    – За нее уже заплачено? – вступил в разговор Энда.
    – Нет, но я получил заказ, когда последний раз был в его владениях. Я обещал, что привезу именно такую девушку. Он хотел взять в жены наполовину фею, такой у него еще нет. Хочу заметить, мой кузен, Гай Просперо, нашел ее с большим трудом. Я просто не могу продать ее, милорд Дурга. – Рольф начинал нервничать. Эти лесные жители известны своей жестокостью.
    Лара до сих пор не могла прийти в себя от шока, что ее тело исследовали так грубо, однако выглядела вполне спокойной. Она чувствовала, что караванщика охватил страх.
    – Мы заплатим тебе тридцать тысяч, Рольф Честная Сделка, – сказал Энда. – Такая сумма должна развеять твои сомнения. Если Аркас за нее не заплатил, ты можешь сказать, что не нашел подходящей девушки. Он не станет сомневаться, всем известно, что ты человек слова. Нам с братом необходима именно эта девушка. – Он улыбнулся и стал похож на дикого беспощадного зверя.
    Караванщик услышал едва различимый шепот Лары:
    – Скажи «да».
    – Не в моих привычках торговаться так открыто, как простые торговцы, – сказал Рольф. – Я верну девушку в повозку, и мы спокойно все обсудим. Может, вернемся в твою усадьбу, Дурга, и поговорим за стаканчиком хорошего вина? – Он надел на Лару платье.
    – Согласен! – Дурга бросил на Лару еще один жадный взгляд. – Пошли, Энда!
    Рольф и Лара забрались в повозку.
    – Ты в своем уме? – спросил он. – Они жестоки, будут ужасно с тобой обращаться да еще попытаются украсть свое золото. Помоги нам, Небесный распорядитель!
    – Послушай меня, милорд, – сказала Лара. – С того самого момента, когда я узнала, что должна расстаться со своей семьей, со мной происходят странные вещи. Я никогда не знала, что обладаю даром предчувствия, но благодаря этому могу сохранять спокойствие. Хоть я и не верю в то, что владею колдовством, но, полагаю, все дело в моей крови. Не знаю, каковы у этих двоих причины заполучить меня, но они есть. Лорды пойдут на насилие, если ты не согласишься. Ты покинешь их и двинешься в путь, затем что-то случится, о чем ты даже не догадывался, а они скажут, что не знали об этом. Прими их золото, милорд, но поставь условие, что сделка совершится, когда караван пересечет границы провинции. Только тогда меня и передадут. Моя бабушка, Ина, рассказывала мне об истории этих земель, и я знаю, что местные жители не позволят унизить себя прилюдно. Это единственный способ уберечь себя, милорд. И никто не сможет сказать потом, что Лара, дочь Джона Быстрый Меч накликала на тебя беду.
    Рольф покачал головой:
    – Это, должно быть, действительно волшебная кровь наделила тебя такой мудростью, Лара. Я поступлю именно так, как ты говоришь, и благодарю тебя за совет. Прости, что вынужден оставить тебя с этими людьми. Ты заслужила лучшей доли.
    – Это лишь начало моего пути, Рольф Честная Сделка.
    – Это все из-за меня, – захныкала Носс.
    – Нет, во всем виноват человек, купивший тебя, – успокоила девочку Лара. – Среди торговцев немного честных людей. Тот, что тебя купил, просто хотел заработать несколько монет. Не сомневаюсь, что Рольф их все равно получит.
    – Что же со мной будет? – спросила Носс.
    – Тебя продадут в Провинции пустынь или королям Прибрежной провинции. Они добрые хозяева, уверена, у тебя будет хороший господин.
    – Значит, я останусь одна?
    – Ты и здесь осталась бы одна, – ответила Лара. – Я попрошу солдат приглядывать за тобой.
    – Ты ведь очень важный человек, да, Лара? – спросила Носс, оглядывая ее испуганным взглядом.
    Лара рассмеялась:
    – Нет, ничего подобного. Солдаты охраняли меня, потому что мой отец был солдатом. Теперь он Доблестный Рыцарь. Они гордятся им. И я тоже.
    – Так почему же тебя продали в рабство, если твой отец Рыцарь? – удивилась Носс.
    – Чтобы стать членом ордена, надо принять участие в турнире, который проходит раз в три года. Для этого надо быть красиво одетым, иметь хорошего коня и оружие. Все это стоит много золота. Мой отец отличный воин, но, к сожалению, беден. Моя мачеха предложила меня продать, и оказалась права. Гай Просперо дал за меня отличную цену. Папа смог участвовать в турнире и стал одним из пяти победителей. Вот такова моя история.
    – Но ты очень красивая, – отозвалась Носс. – А красота всегда занимает важное место в мире. И ты еще наполовину фея.
    – Моя мать-фея бросила меня, когда я была совсем маленькой. Я ничего не знаю о волшебстве.
    – Но ты подарила мне волшебное благословение, – напомнила Носс, и ее губы задрожали.
    – Да, и так и будет, – улыбнулась Лара и погладила девочку по волнистым густым волосам. – Спи, малышка. Завтра караван двинется в сторону Провинции пустынь.
    Носс легла и быстро заснула.
    Лара прикоснулась к кулону.
    – И это моя судьба? – спросила она.
    – Нет, – прозвучал ответ в ее голове, – но у тебя есть здесь задание, которое надо выполнить.
    – Какое же?
    – Очень скоро узнаешь, – ответила ее волшебная защитница Этне. – Тебе придется пожертвовать собой, но мы поможем. Будь храброй!
    Лара закрыла глаза. Будь храброй! Что ж, она будет. Ей было так страшно, когда тот мужчина прикоснулся к ее телу, но она смогла остаться спокойной внешне. Она знала, что скоро он засунет в нее и свой мужской корень. Это читалось в его глазах. И другой человек тоже. Он смотрел на нее и облизывался, когда молодой мужчина ощупывал ее своими грубыми руками. Зачем все это? Этне сказала, что это случится, поскольку должно было случиться. Яркий свет, исходящий от кулона, всегда был с ней, Лара даже не помнила, когда он появился, и говоривший с ней голос был таким знакомым. Интересно, как проходят переговоры Рольфа с лесными лордами? Лара знала, они будут недовольны его решением.
    Так и случилось.
    – Ты передашь ее только на границе? Ты принимаешь нас за дураков, Рольф Честная Сделка? – возмущался Дурга.
    – Моя репутация дороже золота, – ответил тот ледяным тоном. – Но я должен защитить себя, милорд Дурга. Вы предложили мне большую сумму, а я знаю, что вы не обладаете богатством. Лара – очень ценная рабыня. Она предназначалась сыну короля. Я знаю ее владельца, мы с ним родственники. Аркас согласился заплатить двадцать пять тысяч за эту девушку. Вы предложили тридцать. Надо быть глупцом, чтобы не согласиться. Кузен наказал бы меня, откажись я от выгодной сделки. Но я еще не видел вашего золота, и, пока не увижу, соглашения не будет, милорды. А если вы заплатите мне и заберете девушку, у вас будет соблазн напасть на караван и вернуть свои монеты. Путь каравана ни для кого не тайна. Мы обязаны согласовывать его с гильдией, как и остановки, и количество солдат-охранников. Вы можете украсть золото и убить меня, а потом скажете, что вообще меня не видели.
    Я согласился продать вам Лару, но передам ее только когда караван дойдет до границы с Провинцией пустынь. Солдаты на границе будут свидетелями передачи товара. Вы отсчитаете монеты, а я отдам девушку. Таковы мои условия. Если вы не согласитесь, я уезжаю и даю вам слово, что больше никто не отправит сюда ни одной стоящей рабыни.
    – Ты обвиняешь нас в том, что мы способны напасть на тебя? – сверкнул глазами Дурга. – А ты не думаешь, что мы можем забрать девчонку прямо сейчас и убить тебя и твоих людей?
    – Вы живете по древним традициям, милорд, и не посмеете поступить подло в открытую. Если вы дадите мне слово, то сдержите его, и мы можем пожать друг другу руки.
    – Хорошо, я даю тебе мое слово, – сказал Дурга.
    – Так протяни и руку, – ответил Рольф.
    – А слова тебе не достаточно? – взревел Дурга.
    – Нет, не достаточно! – Рольф тоже повысил голос. – Пожмем друг другу руки, или соглашения не будет. Я давно знаю тебя, милорд. Члены гильдии караванщиков последние годы не могли чувствовать себя в безопасности на твоей земле из-за собственной глупости.
    Дурга протянул грубую широкую ладонь:
    – И твой брат тоже.
    Энда рассмеялся и обменялся с караванщиком крепким рукопожатием.
    – Значит, соглашение заключено, Рольф Честная Сделка? – спросил он. – Жду не дождусь, когда красавица Лара окажется в моей постели.
    Караванщик кивнул:
    – Да. Я выезжаю на рассвете. Через два дня мы подойдем к границе – там и встретимся. Золото будет посчитано, взвешено, тогда девушка будет ваша. – Он помолчал и добавил: – Мой кузен, безусловно, будет доволен, а вот Аркас расстроится. Может, мне послать сообщение в Прибрежную провинцию, чтобы вы поторговались между собой? – «Не помешает немного позлить этих лесных лордов», – подумал Рольф. Он был недоволен, что придется оставить Лару с ними. Все же ее отец был Доблестным Рыцарем и очень известным человеком еще до того, как выиграл турнир.
    – Мы же договорились и пожали руки, – возмутился Дурга. – Ты не можешь отменить сделку, караванщик.
    Рольф притворился, что думает.
    – Да, ты прав, что же терять время? В конце концов, в моем деле время – деньги. Ах да, еще. Лара носит кулон на тонкой золотой цепочке. Его надела ей мать-фея. Гай Просперо велел, чтобы его никогда не снимали. Кто знает, на что способны его чары? – Он улыбнулся и оставил их озадаченными его последними словами.
    – Девчонка умеет колдовать, – воскликнул Дурга. – Я знал это! Она стоит каждой заплаченной за нее монеты. И феи более страстные, чем простые женщины. Лиши ее девственности, брат, и научи кое-каким штучкам, а там уж настанет и моя очередь, я не люблю ждать. Скажи, был ли вход в ее пещеру достаточно узким?
    – Никогда не видел такой девственницы, – ответил Энда и тут же пожалел о своих словах. В глазах брата сверкнула зависть.
    – Мы договорились, что ты будешь первым, но я должен взять ее той же ночью. Это будет честно, поскольку я вложил больше золота, чем ты.
    Энда рассмеялся:
    – Матушка всегда тебя считала жадным, Дурга. Девушка узнает нас обоих первой ночью. И, надеюсь, она поймет, что для нас не важно, кто будет отцом ребенка, а тот все равно получит волшебную кровь. Мы не подумали об этом. Мы должны найти таких женщин для всех наших мужчин, чтобы у каждого был сын от феи. И тогда проклятие с нас снимут.
    – Ты должен немедленно жениться на Тире, – сказал Дурга. – Она должна быть готова растить сына феи.
    – Мы не можем убить ее, как остальных, – сказал Энда. – Несчастье постигло нас, потому что наши мужчины убивали фей. С этой девушкой мы должны хорошо обращаться, в ее утробе будет наше будущее.
    – Мне стыдно, что во мне течет испорченная кровь женщины из Центроземья. А когда-то наша кровь была чиста, мы женились лишь на себе подобных. Нам не нужны были чужестранки, чтобы рожать сыновей.
    – Та же женщина подарила нам жизнь, – сказал Дурга. – Она, видимо, была умна, раз смогла заманить мужчину к себе в постель, когда кормила меня. Никто раньше так не делал. Они нянчили младенцев, как молодые овечки, не догадываясь, что, когда детей отнимут от груди, их передадут настоящим матерям. Они и не подозревали, несчастные глупые овечки, что эти самые мужчины, что оплодотворили их, задушат их и похоронят в самой темной части леса. – Он рассмеялся.
    – Перемены произойдут не с нашим поколением, – сказал Энда. – Может, лишь во времена наших сыновей или даже внуков. Но настанет день, когда мы опять сможем рожать сыновей от наших женщин. Они не будут больше плакать из-за того, что бесплодны, потому что на наших дедов было наложено проклятие за убийство феи. Мы подарим людям новую жизнь, Дурга. Потомки будут почитать нас как героев.
    Дурга кивнул и залпом осушил большой кубок вина.
    – Я пошел, – сказал он. – Меня ждут молодые свежие девушки. Караванщик может ехать завтра. Мы не причиним ему вреда. До границы можно доскакать за день, караван идет медленнее. А я буду развлекаться с Трудой, пока она на ногах сможет устоять, а воспоминания о красавице Ларе предадут мне силы. – Он усмехнулся и встал. – Я скажу Сите, что ты скоро женишься на ее сестре Тире. Думаю, лучше всего осенью, да?
    – Почему бы и нет, – пожал плечами Энда. – Мы определим дату свадьбы, когда прекратится лунный цикл Лары. Она уже будет нечистой, и мне понадобится новая свеженькая красотка. Тира станет хорошей заменой. А Лара как раз родит сына ко дню моей свадьбы.
    Братья попрощались, и Энда остался пить вино. Он даже подумал взять себе на ночь одну из новых рабынь, но понял, что не может расслабиться, зная, что совсем рядом в своей повозке спит Лара. Он облизал губы, предвкушая их первую ночь. Она будет напугана, но он успокоит ее поцелуями и ласками. Затем убедит, что у нее нет выбора, она должна отдаться ему, и тогда он войдет в ее пещеру, заполнив все пространство своим мужским корнем, и оставит ее, почти бездыханную, пораженную его мужской силой. А брат будет наблюдать за ними, предвкушая собственное удовольствие. А потом сам покроет ее и будет выть от удовольствия. Дурга всегда был шумным любовником. Он усмехнулся, представив, как распахнутся от удивления глаза Лары, когда она почувствует в себе его толстый мужской корень. Он признавал преимущество брата, зато у него самого корень намного длиннее. Энда с удовольствием посмотрел на выпирающий под туникой бугорок. Даже воспоминания о волшебной девчонке заставляли кровь бежать быстрее. Он вышел из дома и, стоя под портиком, вглядывался в очертания повозок каравана, смутно просматривавшихся в темноте. Предмет его страстных желаний мирно спит. А может, она тоже думает о нем?

    Лара чувствовала его. Он был рядом, и его присутствие мешало.
    – Я не хочу этого, – пробормотала она, неслышно обращаясь к кулону.
    – Это твоя судьба, ты должна пройти через это, – ответил голос.
    – Они мне противны, эти лесные лорды.
    – Ты не останешься у них надолго, – обещала Этне. – Еще совсем немного. Будь сильной, девочка. Тебя охраняют.
    Все проснулись еще до рассвета. Носс тихонько потрясла Лару, и, когда та проснулась, дала ей хлебную лепешку и сыр. Лара поблагодарила и принялась за еду. Она плохо спала ночью, но знала, что ей потребуется много сил, чтобы пережить то, что ее ожидает. Она улыбнулась, вспомнив, как вчера Рольф пытался спасти ее от жестоких лесных лордов. Почему она им так необходима? Дело не только в ее красоте. Если это так, то она стала для Лары настоящим проклятием. Нет, она чувствовала, что здесь какая-то тайна. Но какая? Хочется верить, что правда не окажется очень страшной.
    Носс принесла таз с теплой водой.
    – Не стоит пытаться услужить мне, Носс, – сказала Лара.
    – Ты спасла меня от этих ужасных мужчин, – прошептала девушка. – Я навеки в долгу перед тобой и должна сделать хоть что-то приятное, пока мы вместе.
    – Спасибо. – Лара быстро помылась. Затем она села рядом с Носс и посмотрела на нее очень серьезно. – Через два дня мы расстанемся, Носс. Солдаты будут защищать тебя, но ты должна перестать бояться жить. Жизнь – это счастье. Обещай, что каждый раз, когда тебя будет охватывать страх, ты будешь вспоминать мои слова.
    – Ты храбрая, – сказала Носс.
    – Совсем недавно я безмятежно жила в квартале солдат, Носс. У меня тоже нет богатого опыта, который бы помогал мне, я всего на три года старше тебя. Нам обеим предстоит долгий путь, и тебе и мне. И то, как мы пройдем этот путь, зависит от нас самих. Если ты выбираешь постоянный страх, путь для тебя будет очень неприятным. Но если смотреть на все с энтузиазмом, радостно встречать каждый новый день, получать удовольствие и ценить то, что подарила тебе судьба, этот путь будет не таким ухабистым.
    – Неужели ты не боишься остаться с лесными лордами? – спросила Носс.
    Лара вздохнула:
    – Боюсь? Может, немного, но я справлюсь. Мой страх даст им возможность почувствовать свое могущество и власть надо мной. А я этого не допущу. У них какие-то планы, но я знаю, что не останусь здесь надолго. Мой путь не заканчивается здесь, в лесу. Он куда сложнее и извилистее. – Лара улыбнулась. – Давай свернем матрасы и сложим покрывало. Скоро караван тронется. Нас ждет долгий и трудный день.
    Носс покачала головой:
    – Ты такая храбрая.
    – Я стараюсь быть такой, иначе пропаду.
    – Я тоже попробую, – обещала Носс.
    Они покинули владения главы Лесной провинции с первыми лучами солнца, и вновь их ждала дорога, как и каждый день с тех пор, как они покинули город. В полдень повозки остановились, чтобы дать отдых животным. Все поели и вновь отправились в путь, не останавливаясь до тех пор, когда долгий летний день уже почти завершался.
    Вечером к ним зашел Рольф Честная Сделка, проверить, как поживают девушки. Он погладил Носс по щеке:
    – Я продам тебя только доброму господину, малышка. Я обещал Ларе.
    – А я обещала ей не бояться, – ответила Носс.
    – Отлично! – усмехнулся караванщик.
    – Мы уже завтра будем на границе? – спросила Лара.
    – Поздно вечером. После того как сделка будет совершена, мы отправимся в путь. Лара, я могу перейти границу и отказаться от соглашения. Короли Прибрежной провинции заплатят за тебя не меньше.
    – Ты наживешь себе жестокого врага, милорд, – покачала головой Лара. – Он обязательно пожалуется в гильдию, а может и нападать на караваны. Гай Просперо не одобрил бы такого поведения. Твоя репутация очень пострадает. Ты дал слово и должен его сдержать. Спасибо тебе за доброту.
    – Мне больно осознавать, что такая прекрасная рабыня, как ты, останется в клане лесных жителей, – сокрушенно ответил Рольф. – Ты заслужила лучших хозяев.
    Лара рассмеялась:
    – Не смущай меня, милорд, своими комплиментами. Я ведь могу и поверить им. Я не знала матери, но уверена, что ее волшебная сила хранит меня. Тому служит доказательством хрустальная звезда, которая всегда со мной. Все будет хорошо.
    – Лара говорит, что не останется здесь надолго, – произнесла Носс.
    – Что это значит? – вопросительно посмотрел на девушек Рольф Честная Сделка.
    – Интуиция, милорд, и ничего больше.
    – Волшебство, – с пониманием кивнул Рольф. – Только феи могут знать такие вещи. Теперь мое сердце спокойно, Лара. Я караванщик, торговля – мой хлеб. Но я тоже человек, как и мой кузен, мы хотим, чтобы люди, которых мы продаем, попали к хорошим хозяевам. Я заработал очень много, но меньше, чем рассчитывал, хотя должен признать, что благодаря тебе я получил огромную прибыль, о которой мой кузен мог только мечтать. Я отправлю ему золото прямо из Провинции пустынь.
    – А это не опасно, отправлять так много золота с другим караваном?
    – Нет. Я передам монеты одному человеку, банкиру принцев-теней. Он отправит волшебную почту в город тому, кто управляет счетом моего кузена, а тот, в свою очередь, своему банкиру. Я не могу позволить себе возить такие суммы. Мы попадем в город месяцев через семь-восемь.
    Рольф попрощался и ушел, а девушки раскатали матрасы и приготовились провести еще одну ночь в своей повозке. Следующий день был похож на предыдущий, лишь пейзаж стал меняться. Лес поредел, а потом и вовсе закончился. Несколько часов перед закатом они ехали по песчаной почве, поросшей редкими кустарниками. Когда совсем стемнело, караван добрался до границы между Лесной провинцией и Провинцией пустынь.
    Ворча, охранники тщательно проверили товар и документы.
    – Почему ты везешь двух рабынь вместо одной? – спросил солдат.
    – Одна рабыня оказалась негодной, и я взял ее с собой. Продам в других землях, – объяснил Рольф.
    Ответ был принят, и караван пропустили. Рольф отправился получать разрешение на ночлег.
    – Завтра утром здесь будет глава Лесной провинции, чтобы совершить сделку, – сказал он служащему на территории Провинции пустынь. – Полагаю, он появится, как только встанет солнце. Речь идет о больших суммах, поэтому мы решили закончить все здесь. Поблизости есть банкир?
    – Я отправлю за ним на рассвете. Тебе лучше не уезжать, пока не передашь ему деньги, чтобы он положил их на счет в городе.
    Все поели и приготовились ко сну. Небо здесь было очень черным, с рассыпанными по нему яркими звездами. В Центроземье луна была голубой, Ларе было странно видеть сейчас на небе красновато-оранжевый диск. А ведь еще вчера вечером она любовалась бледно-зеленой луной в Лесной провинции. Интересно, какого цвета ночное светило в Прибрежной провинции и увидит ли она его? Может, однажды она окажется где-то в Дальноземье и увидит все четыре луны Хетара?
    – Ложись, Лара, – прервала ее размышления Носс.
    – Сейчас. – Она хотела еще немного насладиться тишиной и ощущением свободы. Лара знала, когда ее передадут лесным лордам, у нее не будет времени побыть в одиночестве. Она всегда дорожила этой возможностью. Лара посмотрела на кулон. Неяркий свет вспыхнул и погас.
    – Что ты хочешь? – спросила Этне.
    – Оставаться храброй. Не показывать своего страха лесным лордам.
    – Вся сила в тебе самой, – последовал ответ. – У тебя все есть, надо только использовать.
    Лара опустила руку, и кулон остался лежать в ложбинке между грудей. Она почувствовала, как тепло разливается по всему телу. Однажды она спросила отца, не голос ли матери она все время слышит, но тот ответил, что нет. Илона надела на Лару цепочку, которую носила сама. Когда она первый раз показала Джону эту звезду, то рассказала, что тоже слышит голос. Значит, это самое настоящее волшебство, и Лара была рада, что у нее есть такой кулон. Странно, но она действительно почувствовала себя сильнее и даже удивилась, что никогда раньше не ощущала ничего подобного. Она последний раз взглянула на небо и легла. Носс уже спала, успокоенная, что завтра ей предстоит отправиться дальше, а не остаться с лесными лордами.
    На следующее утро Носс проснулась рано и вновь принесла Ларе еду и воду для умывания. Лара поблагодарила добрую девушку, поела и быстро умылась. К тому времени, как она закончила, прибыли и лесные лорды. Заслышав стук копыт, Лара расчесала волосы и заплела их в косу, понимая, что скоро за ней не пришлют. Рольф Честная Сделка не передаст ее новым хозяевам, пока не пересчитает все золотые монеты.
    Действительно, прошло несколько часов, прежде чем подозрительный караванщик удостоверился, что все золото настоящее, количество монет и вес был такой, каким и должен быть.
    Когда послали за Ларой, банкир Провинции пустынь стоял рядом с Рольфом, готовый принять золото. Успокоив Носс и напомнив ей о своих словах, она поцеловала девушку и ушла. Вскоре были подписаны все необходимые бумаги о передаче права владения Ларой Гаем Просперо при посредничестве Рольфа Честная Сделка лордам Дурге и Энде из Лесной провинции. Лара, дочь Джона Быстрый Меч, пересекла границу провинции и была передана в собственность новым хозяевам.

Глава 6

    Она отрицательно покачала головой.
    – Но я могу научиться, – сказала она.
    Он поднял ее и посадил перед собой в седло. Рука легла ей на грудь.
    – Мягкая, – прошептал Энда на ухо Ларе.
    Возможно, она должна была затрепетать от страха, но она оставалась спокойной. Глупое проявление превосходства. Лара промолчала, когда он обнял ее за талию и прижал к себе.
    – Мы поедем не очень быстро, – сказал Энда.
    – Следует поспешить, если хотите до наступления ночи вернуться домой, – заметила Лара. – Каравану понадобилось два дня, если поспешите, сможете добраться за один.
    – У тебя есть образование? – удивился хозяин.
    – Достаточное, чтобы подсчитать расстояние и время.
    – Ты родилась рабыней? – Щеку обдало жаром его дыхания.
    – Нет.
    – Расскажи мне о себе. – Ему стало любопытно.
    – Как известно, моя мать была феей. Она ушла, когда я была совсем маленькой. Мой отец был солдатом гильдии, – начала рассказ Лара. – Меня вырастила бабушка, потом воспитывала мачеха Сюзанна. Мой отец отличный воин и хотел стать членом ордена Доблестных Рыцарей, но на это не было денег, пока он не продал меня Гаю Просперо. Вот так я стала рабыней.
    – Но твой отец хоть стал рыцарем?
    – Да. Я была на турнире и видела, как отважно он сражался.
    – Почему же Гай Просперо не продал тебя в Дом удовольствий? Он наверняка так и планировал.
    – Да, именно так, но Старшая госпожа гильдии женщин для удовольствий наложила запрет. Из-за моей красоты уже стали ругаться мужчины и женщины. И всех пугала волшебная кровь.
    – Меня не пугает, – сказал Энда и прикоснулся горячими губами к ее шее. – Веками лесные жители жили вместе с феями. Нам нравилось любить фей. – Зубы впились в ее мочку.
    – Я не фея, – возразила Лара. – Моя мать фея. Я не умею колдовать. Если вы купили меня ради этого, то совершили ошибку. У вас еще есть время догнать Рольфа Честная Сделка и вернуть свое золото. И король Прибрежной провинции будет рад.
    Энда тихо засмеялся:
    – Нет, мы тебя не вернем, и бедняга Аркас никогда не узнает, чего лишился. Караванщик доволен сделкой, а банкир уже отправил деньги волшебной почтой на счет Гая Просперо. Ты принадлежишь мне и моему брату, Лара. Лучше привыкай к этому прямо сейчас. – Пальцы сильно сжали сосок на ее груди, и Лара вскрикнула от удивления.
    Энда засмеялся и припустил коня. Они скакали галопом по темному лесу. Караван шел другой дорогой. Лара поняла, что для Рольфа важно, чтобы путь был не самым быстрым, а самым безопасным. Дальше дорога проходила через луга и петляла по холмам. Лошадь, казалось, не испытывала усталости, и Лара заволновалась, остановятся ли они вообще до прибытия в усадьбу. Но когда солнце было в зените, они подъехали к небольшому роднику.
    Дурга, скакавший впереди, спешился и помог Ларе спуститься на землю. Он приподнял ее голову и заглянул в глаза:
    – Не бойся, маленькая волшебница. Мы будем хорошо с тобой обращаться. А ты ведь будешь послушной рабыней?
    – Да, милорд, – ответила Лара.
    У него были маленькие, как у кабана, глазки.
    – Умерь свою похоть, брат. – К ним подошел Энда. – Помни, что ты мне обещал.
    – Тогда не будем задерживаться, – сказал Дурга. – Если бы ты не был таким щепетильным, мы взяли бы ее прямо здесь на берегу. Подумай, какое удовольствие мы получим, да и день такой погожий.
    Энда засмеялся:
    – Нет. Наше семя станет более плодородным, если мы подождем. – Он посмотрел на Лару, стоявшую рядом и изо всех сил старающуюся скрыть свое отвращение. – Иди в кусты, девочка. И мы сделаем так же. Ты голодна?
    – Да.
    – Делай, что велят, потом поедим.
    Лара повиновалась и скрылась в кустах. Но совсем не за тем, что велели делать хозяева. Она посмотрела на звезду и увидела, что она загорелась немеркнущим пламенем. Она вздохнула и вернулась на полянку. Энда протянул ей лепешку и кусок самого вкусного сыра, который ей доводилось пробовать. Он был мягким, как крем, с кусочками грибов. Энда со смехом следил, как она ест.
    – Этот сыр готовит моя будущая жена Тира, – сказал он. – Правда, вкусно?
    – Ты женат? – Лара была очень удивлена.
    – Поженимся осенью. Она младшая сестра жены Дурги Ситы. Мы с братом члены властвующего клана. По традиции наши жены всегда из одной семьи.
    – А что, если в этой семье не родятся девочки?
    – Такого не бывает, – ответил Энда. – Наша родословная очень чистая и идет от самого Сотворения. Лесные кланы самые старые во всем Хетаре.
    Они выпили вина, вскочили на коней и продолжили путь. Уже ближе к вечеру они прибыли в усадьбу Дурги. С помощью новых хозяев Лара поднялась по раскачивающейся узкой лестнице в жилище в кронах деревьев. Все здесь казалось ей удивительным. В городе ничего подобного не было.
    – У меня свои покои в усадьбе, – сказал Энда. – Мы с братом владеем тобой вместе, но на какое-то время ты останешься со мной.
    Он открыл дверь, ведущую в темный коридор, и подтолкнул Лару. Это не похоже ни на что, виденное ранее, хотя немного и напоминало лачугу в квартале солдат. Нет, все же нет. Большая комната казалась темной, поскольку стены и потолок были обиты панелями из необработанного дерева. Очаг, сложенный из камней, наполнял помещение приятным теплом. Пол был устлан овечьими шкурами. Стол и стулья вокруг него тоже были грубой работы и сделаны из такого же темного дерева. Комната не была ничем украшена, поскольку это была комната мужчины, и у лесных лордов не было традиции украшать жилище.
    Энда пересек комнату и открыл дверь в стене.
    – Вот здесь ты будешь проводить почти все свое время, Лара. Вот тут, на моей кровати. Когда я женюсь на Тире, то буду жить в собственном доме. Но ты останешься здесь и будешь ждать визитов хозяина. – Он обнял ее и прижал к себе. – Боишься?
    – Чего? – спросила Лара, стараясь придать лицу удивленное выражение.
    Да! Она очень боялась. Ее страшило это мрачное место. Пугало, что придется удовлетворять желания обоих братьев, называвших себя ее хозяевами. Она никогда не сможет с этим смириться. Никогда!
    – Того, кто станет твоим будущим. Меня. – Он коснулся ее губами.
    Лара не почувствовала ничего, кроме холодного отвращения, и даже была немного удивлена.
    – Надо быть совсем глупой, чтобы не понять, что вы с братом купили меня, чтобы сделать женщиной для удовольствий, но больше я ничего не знаю, – ответила Лара. – В городе право первой ночи с девственницей продают тому, кто сделает самую большую ставку. После этой ночи ее обучают мастерству доставлять удовольствие мужчинам и женщинам, которые будут к ней приходить. Но поскольку гильдия запретила продавать меня в Дом удовольствий, я ничему не обучалась.
    – Мы с братом научим тебя, как ублажать мужчин, – сказал Энда. – И мы хотим получить удовольствие от первой ночи. Первым буду я, но брат тоже будет с нами и возьмет тебя вторым той же ночью. Это его право, он старше.
    – Почему вы заплатили такую огромную сумму за меня? – спросила Лара.
    – У нас есть на то причины. Тебе не понять, – ответил Энда. – Еще раз спросишь, я лично тебя выпорю. Очень неприятно портить такую прекрасную кожу, но придется, Лара, чтобы никто не счел меня слабым. Поняла?
    – Да, милорд, – тихо сказала Лара.
    – Не будем ссориться. – Он провел пальцем по ее руке, чувствуя, как просыпается желание. Дурга был прав. Не стоит долго ждать. Не сегодня, девушка очень устала. Завтра. Если она ничего не умеет, не стоит откладывать начало обучения.
    – Где я могу помыться, милорд? – Ее голос стал требовательным.
    – В спальне всегда есть горячая вода, – ответил Энда. – Можешь отдохнуть до ужина. Тебе принесут еду. Сегодня ночью можешь отдыхать. Я пошлю женщину, чтобы принесла твои вещи. Из комнаты ты сможешь выйти, только если я сам приду за тобой.
    – Да, милорд. – Она поклонилась и проводила его взглядом.
    Оставшись одна, Лара еще раз внимательно огляделась, однако ее первое впечатление не изменилось. Усадьба Дурги была достаточно комфортной, но грубо отделанной. Лара прошла в спальню. Деревянная кровать, конечно, была огромного размера с резными опорами и деревянным навесом. Ларе хотелось осмотреть все, но слишком велико было желание помыться. Последний раз она принимала ванну еще в городе. Ничего, у нее еще будет достаточно времени, если она действительно проведет эту ночь одна.
    Лара подошла к очагу, взяла котел с горячей водой и вылила в большой таз, стоящий тут же у стены. Сбросив платье, она с удовольствием погрузилась в воду, не обращая внимания на брызги, разлетевшиеся в разные стороны, и принялась тереть тело мочалкой, которую нашла рядом на маленьком столике. Закончив, Лара тщательно встряхнула платье. Ей было неприятно надевать его вновь, но другого у нее не было. Вещи еще не принесли. Лара вышла в комнату и села к очагу.
    Как хорошо сидеть в тишине и наблюдать за игрой пламени. В комнате было тепло, и лесная сырость совсем не ощущалась. Лара была уверена, что к вечеру усадьба наполнится гостями, появятся члены семьи Дурги, но никаких звуков веселья она так и не услышала. Внезапно открылась дверь, и вошли две женщины. У одной в руках был поднос, вторая несла мешок с вещами. Лара сразу их узнала.
    – Белда! Жаэль!
    – Мы не должны с тобой разговаривать, – прошептала Белда.
    – Приказ Дурги, – добавила Жаэль и положила вещи на стул.
    – С вами все в порядке? – очень тихо спросила Лара.
    Обе женщины кивнули.
    Белда поставила поднос на стол.
    – Мы найдем выход из положения, – пробормотала она, и они с Жаэль поспешили покинуть комнату.
    На подносе Лара увидела миску с тушеной олениной, свежий хлеб, кусок сыра и кубок с элем. Она съела все до последней крошки, не оставив мышам даже маленького кусочка сыра. После ужина Лара прошлась по комнате и выглянула в окно, но не увидела ничего, кроме густой листвы. Она подумала запереть дверь, но на ней не было ни замка, ни щеколды. Пожав плечами, она вернулась в спальню. Что ж, последнее время на ее долю выпало много волнений, и, раз уж ее оставили сегодня одну, надо использовать эту возможность и хорошо выспаться. Сквозь листву за окном пробивался свет зеленой луны. Лара подбросила еще несколько поленьев в очаг и принялась распаковывать вещи.
    Прежде всего она достала чистую сорочку и сняла грязное дорожное платье. Затем взяла гребень, которым Тания расчесывала ей волосы. Завтра утром у нее будет много времени, чтобы заняться собой. Она принялась медленно расчесывать волосы. Впервые с тех пор, как умерла бабушка, Лара почувствовала себя так одиноко. Она сняла покрывало с кровати и обнаружила под ним грубое, но на удивление чистое льняное белье. Забравшись в постель, Лара прикоснулась к хрустальной звезде на шее.
    – Я попала туда, где должна была оказаться? – задала она вопрос.
    – Ты попала туда, где должна была оказаться. – Пламя вспыхнуло и погасло.
    – Эти люди пугают меня. Они так отличаются от тех, кого я знала раньше.
    – Люди есть люди, – последовал ответ – Просто этот народ почти дикий, но самый гордый во всем Хетаре.
    – Почему я должна принадлежать им? Почему должна жертвовать собой? – нетерпеливо спрашивала Лара. – Мне противно, когда они ко мне прикасаются! Я ведь не должна что-либо чувствовать! Только так смогу выжить.
    – Нет! Ты должна все чувствовать, чтобы познать страсть и научиться ее контролировать. Твоя волшебная кровь защитит тебя, Лара, верь мне.
    – А что они от меня хотят? – с мольбой в голосе спросила девушка.
    – Ты все узнаешь в свое время. Здесь ты найдешь настоящего друга, самого близкого из всех, что у тебя будут в жизни. От друга ты узнаешь все, что нужно, и тогда, когда будет нужно. Почему ты не хочешь понять, что находишься под защитой?
    – Но чьей?
    – Моей, – мягко ответил голос. – И тех, кто сделал так, чтобы у молодого воина и феи родился ребенок. Ты помогаешь нам, а мы в благодарность за это будем помогать тебе всю жизнь, а она, поверь мне, будет очень и очень долгой. Завтра ночью братья лесные лорды лишат тебя невинности. Прими это спокойно. Постарайся научиться у них всему, чему сможешь. Они грубы, но у них есть чему поучиться в искусстве плотской любви. Не пугайся того наслаждения, которое ты испытаешь с ними, Лара. Ты должна познать это, ведь ты не предназначена для обычной жизни, как другие женщины. А теперь спи, девочка. Тебе надо быть сильной.
    – Ты моя мама?
    – Нет, и ты знаешь это, – ответил голос, и пламя вспыхнуло сильнее.
    – Тогда кто ты?
    – Одна из тех, кто тебя любит. Ты знаешь мое имя. Я Этне.
    После этих слов Лара провалилась в долгий сон, до той самой поры, когда солнце озарило своим светом зелень деревьев. Лара открыла глаза, радуясь лучам, пробивающимся сквозь листву. Она чувствовала себя спокойной и отдохнувшей. Никогда раньше разговор с кулоном не продолжался так долго, но ведь и жизнь ее до сегодняшнего дня была ровной и предсказуемой. Лара никогда не думала о том, что когда-то вырастет и все изменится. Она полагала, что, несмотря на бедность отца, для нее найдется муж, и она продолжит жить так же, как и раньше, обслуживая мужа, как когда-то отца. Девушка вздохнула и посмотрела в окно, где виднелся маленький кусочек голубого неба. Лара опять вздохнула, встала и надела чистую сорочку и платье.
    Пройдя в соседнюю комнату, она обнаружила, что поднос, на котором принесли ужин, исчез, а на его месте стоял другой со свежим темным хлебом, куском желтого сыра, вареным яйцом и персиком. И еще графин со свежей питьевой водой. Лара с аппетитом поела и распахнула окно, чтобы рассмотреть все, что сможет увидеть при дневном свете. Воздух был теплым, и ароматы леса очень отличались от запахов города. Однако, к сожалению, Лара опять не смогла разглядеть ничего, кроме листвы. Она оглядела комнату, в надежде найти себе занятие. Ей было скучно, и совсем не радовало то, что придется провести так весь день. В сундуке, стоящем у стены, она обнаружила одежду Энды, большинство вещей нуждались в починке. Разве это не обязанность его невесты, следить за одеждой жениха? Лара захлопнула крышку. От отчаяния она намочила тряпку водой из кувшина и вымыла оба окна.
    Поздним утром отворилась дверь, и в комнату проскользнула Белда. Приложив палец к губам, она потащила Лару в спальню.
    – Здесь мы можем поговорить, – произнесла она едва слышно. – Я пришла за подносом, поэтому времени у меня немного. Почему ты осталась в лесу? Ведь тебе было уготовано лучшее место, Лара.
    – Сама не знаю, зачем я понадобилась лесным лордам. Они заплатили Рольфу Честная Сделка тридцать тысяч золотых монет. Он сделал все, что мог, чтобы отговорить их, даже сказал, что обещал меня королю Прибрежной провинции. Но они были непреклонны и настояли. Зачем им платить за меня так много?
    Женщина покачала головой:
    – Труда говорит, что они хотят принести тебя в жертву своим богам, потому что ты благородных кровей и девственница.
    – Труда говорит глупости. Я дочь солдата. Хоть мой отец и стал сейчас Доблестным Рыцарем, я выросла в нищете. Сегодня ночью мне предстоит принести свою невинность в жертву, только не богам, а двум братьям – Дурге и Энде. Никто из них не смог бы принести такую огромную сумму в дар богам, но пусть Труда думает как хочет.
    – Дурга уже ложился с ней, поэтому она считает себя особенной. Она даже попыталась командовать нами, но жена Дурги, леди Сита, влепила ей пощечину за нахальство, – быстро говорила Белда. – Теперь мне пора. Да, тебе ничего не нужно?
    – Две вещи, раз уж ты спросила. Настоящая ванна, чтобы я могла помыть волосы, а еще иголка и нитки, чтобы я могла заняться ремонтом одежды, – сказала Лара. – Я привыкла к работе, без нее мне скучно.
    – Я передам леди Сите. Знаешь, они не такие плохие, эти лесные жители. Если смогу, загляну позже. – Белда подхватила поднос, и Лара вновь осталась одна.
    Однако, к удивлению девушки, Белда вскоре вернулась с маленькой корзинкой, в которой было все необходимое для шитья.
    – Леди Сита предала тебе это со словами одобрения. Она сказала, что спросит мужа и лорда Энду, можно ли тебе вымыться самой, или тебя должны отвести в бани.
    – Они все живут на деревьях? – не удержалась Лара.
    – Нет, только несколько лордов. Внизу есть деревня, но ее отсюда не разглядеть. Деревья – это огромные стены города. – И Белда поспешила удалиться.
    Лара достала из сундука самый потрепанный костюм Энды и принялась за работу. Теперь жизнь уже не казалась ей такой ужасной. Во второй половине дня Лара закончила самую трудную часть своей работы и принялась за ремонт менее изношенной одежды. Она так увлеклась, что не услышала, как хлопнула входная дверь, и подскочила лишь от громких звуков голоса.
    – Что ты делаешь? Это ведь моя одежда? – грубо спросил Энда. – Где ты взяла нитки?
    Лара спокойно стояла и смотрела на хозяина.
    – Я не могу сидеть взаперти и ничего не делать. Я нашла в сундуке костюмы и попросила прислугу принести мне нитки и иглы. Она вернулась с корзинкой и сказала, что леди Сита поощряет мое желание. Ты мной недоволен? Возможно, это сделала бы твоя невеста, если бы ее попросили.
    – Тира – дочь очень знатной семьи, такой же, как и моя. Она не должна выполнять работу рабыни, – высокомерно ответил Энда, взял одну из рубашек и тщательно ее осмотрел. – Отлично заштопано. Даже швов не видно.
    – Благодарю, милорд. Рада тебе услужить.
    – Я бы предпочел, чтобы ты услужила мне другим способом. – Он сжал ее в своих объятиях.
    – Не сомневаюсь, милорд, – ответила Лара. – Мне говорили, что я быстро учусь. Надеюсь, смогу доказать это. – Она быстро посмотрела ему прямо в лицо и тут же опустила глаза. Темные ресницы подчеркивали белизну ее кожи и золотистый оттенок волос.
    – Слова здесь не важны, моя светловолосая рабыня, ты должна научиться развлекать меня. Скоро для твоего язычка найдется работа лучше, чем пустая болтовня. – Он приподнял ее голову. – Мне сказали, ты хочешь помыться.
    – Да. – Его темные глаза были очень красивы, а взгляд словно гипнотизировал. Не пугайся того наслаждения, которое ты испытаешь с ними, Лара, – эхом пронеслось в голове.
    – Для меня ты вполне чистая.
    – Я привыкла регулярно принимать ванну. Хотя бы несколько раз в неделю, милорд. В моих волосах столько дорожной пыли.
    – Я могу разрешить тебе отправиться в бани, но только под присмотром, – сказал Энда.
    – Как угодно, милорд.
    – Ты всегда такая кроткая и послушная?
    – Не всегда, милорд.
    – Тебя не пугает, что сегодня ночью ты лишишься невинности?
    – Меня это скорее волнует, милорд, – спокойно ответила Лара. – Это естественный процесс, и случается с каждой девушкой. Такова жизнь, милорд. Кроме того, ты сказал, что не причинишь мне вреда, значит, я могу надеяться, что ты будешь терпеливым и внимательным. – Она улыбнулась.
    – Мы с братом предпочитаем разные удовольствия. Именно поэтому я настоял, что буду первым, – сказал Энда. – Я буду и терпеливым, и внимательным. У меня на тебя большие планы, Лара. Но Дурга ведет себя с женщинами очень грубо. Он требователен и жесток. Я буду рядом. Запомни, после сегодняшней ночи мы должны подождать несколько месяцев, а затем снова мы проведем ночь все вместе.
    Лара хотела спросить, почему и он, и его брат так хотят провести с ней ночь. Зачем она должна делить постель с ними обоими. Но Энда уже предупредил ее, что не стоит задавать много вопросов, да и кулон сказал, что ей еще рано знать об этом. Лара смотрела на него не моргая.
    – Так мне можно помыться, милорд?
    Он кивнул:
    – Да, пошли, я отведу тебя.
    Он схватил ее за руку и вывел из комнаты в большую залу. Они миновали много коридоров и комнат, спускались по лестницам, обвитым вокруг стволов деревьев, и, наконец, Лара оказалась в небольшой деревне. Все дома удивительным образом вписывались в природный пейзаж. Они были деревянные с соломенными крышами. Именно о таких домах и рассказывала ей бабушка. На главной площади был установлен большой каменный фонтан, где женщины набирали воду. Некоторые оглянулись, когда она и Энда прошли мимо. Вскоре они подошли к квадратному каменному зданию.
    – Ог! – крикнул Энда. – Где ты?
    – Здесь, милорд.
    Из темного помещения показался огромных размеров человек. Лара вскрикнула. Он был локтей на шесть выше ее.
    – Чем могу служить, хозяин?
    – Затопи печь. Моя новая женщина для удовольствий хочет помыться.
    Ог удалился, нагнувшись, чтобы пройти под проемом.
    – Никогда не видела таких гигантов, – сказала Лара. – Кто он?
    – Последний из лесных великанов, – ответил Энда. – Они служили нам веками. – Они сели на каменную скамейку. – Он скажет, когда все будет готово. – Энда принялся гладить ее грудь. – Я слышал, что грудь девушек от ласк становится больше. – Он поцеловал ее в губы. – У Тиры почти совсем нет груди. Мне предстоит много потрудиться, – он усмехнулся, – чтобы у нее появились сиськи. А твоя грудь похожа на два спелых летних персика. Надеюсь, к осени они превратятся в наливные яблочки. – Он развязал тесьму на платье, и жадные пальцы коснулись ее кожи. – Тебе нравится, когда я глажу тебя, Лара? Не бойся, скажи мне, что тебе больше нравится. – Он коснулся ее соска, и девушка улыбнулась. – Тебе нравится, да?
    Она уткнулась ему в плечо. Его прикосновения были навязчивыми, но возбуждали.
    – Говорят, дочери похожи на матерей. Если это верно, ты должна быть темпераментна и даже распутна. Говорят, феи предпочитают мужчин эльфам, потому что они более страстные. Так ли это? – прошептал он ей на ухо, тяжело дыша и продолжая гладить ее тело.
    – Не знаю, милорд, – ответила Лара. – У меня никогда не было любовника. – Почему же ей кажется, что кровь сейчас закипит?
    – Нет, не было, да, маленькая девственница? Но сегодня ночью я покажу тебе, что такое страсть. Поверь мне, тебе понравится.
    «Но с какой целью», – подумала Лара и вздохнула, что, кажется, очень понравилось Энде.
    – Вода становится горячее с каждой минутой, милорд. – Вернулся великан Ог. Потолок был достаточно высок, чтобы он мог выпрямиться в полный рост.
    – Где мыло? Мочалки? – Энда отпустил Лару, рука выскользнула из-под платья.
    – Все приготовлено, как для тебя, милорд, – ответил великан.
    – Тогда убирайся и не появляйся, пока мы не уйдем. Иди в усадьбу брата и попроси дать тебе еды. Скажи, я велел.
    – Спасибо, милорд, ты так щедр. – Ог поклонился, но Лара почувствовала в его словах сарказм. Великан удалился.
    – Он спит здесь, – сказал Энда. – Это единственное место в деревне, где он может поместиться. Пойдем! – Он привел ее в большую комнату с каменной ванной посредине. – Снимай платье, но не сразу заходи в воду, дай мне насладиться видом твоего обнаженного тела.
    Ей было немного стыдно, но она тщательно скрывала свои чувства. Энда и Дурга уже видели ее без одежды, но сейчас все было немного по-другому. Она скинула платье и сорочку и предстала перед жадным взором хозяина.
    Он не сводил с нее глаз, затем хрипло произнес:
    – Я проведу с тобой много-много часов, Лара. Полезай в воду.
    Он сел на скамью и внимательно следил за каждым ее движением. Он едва не застонал от вида столь прекрасного тела, ее длинные волосы, даже покрытые слоем дорожной пыли, были великолепны.
    Когда Лара закончила, она повернулась к Энде:
    – А ты не хотел бы помыться, милорд? Мачеха учила меня мыть мужчину.
    От этого он не мог отказаться. Он так быстро скинул одежду и скользнул в воду, что Лара не успела разглядеть его мужское достоинство, заметила лишь, что руки и ноги покрыты темными волосами. Что ж, уже очень скоро она все увидит. Погрузившись в ванну, Энда блаженно вытянулся, предоставляя свое тело ее мягким ручкам.
    Он никогда бы не признался в этом во всеуслышание, но этот обычай жителей города был ему больше всего по душе. Лара взяла мочалку и принялась омывать его плечи, грудь, спину. Это было не просто приятно, это возбуждало, хотя он видел, что она не думала ни о чем подобном.
    – Я помою тебе волосы, милорд. – И стала массировать ему голову прежде, чем он успел возразить. Потом она вымыла и лицо, и шею, и даже уши. – Вот! – произнесла она радостным голосом. – Я закончила, милорд.
    Она встала, спустилась вниз по ступеням, завернулась в сухую простыню, приготовив еще одну для него.
    Он молча взял ее, сел и принялся вытираться, наблюдая, как Лара промокает и взбивает свои волосы.
    – Прости, милорд, что придется надеть грязное платье. Сама я надела утром чистое. Надо было подумать и о твоем. В следующий раз я не забуду. – Она протянула ему одежду и быстро оделась сама. – Тебе понравилось?
    – Понравилось. Дурга вскипит от ревности, когда узнает. Но будь он здесь, точно не удержался бы и взял тебя прямо на полу. В следующий раз пригласим его с собой, да?
    – Ты прикажи, милорд, а мое дело подчиняться, – ответила Лара.
    Энда рассмеялся:
    – Почему мне кажется, что ты не такая уж и покорная, какой хочешь казаться? Ничего, скоро я приучу тебя к тому, что мужчина – хозяин во всем. – Он обхватил ее посвежевшее лицо ладонями. – И когда я покажу тебе, что такое страсть, ты сама будешь молить меня подарить тебе наслаждение, которое мужчина и женщина доставляют друг другу, когда мужской корень погружается глубоко-глубоко в потайной сад. – Он жадно поцеловал ее в губы. – Скажи, что ты хочешь меня, – прорычал он.
    – Пока нет, – услышала Лара собственный голос, и удивилась тому, что сказала. Ее поражало и собственное спокойствие. Она чувствовала себя сильной и уверенной и знала, что ее защищают.
    – Сегодня ночью захочешь, – процедил Энда сквозь зубы, боясь даже на мгновение продемонстрировать свою слабость. Что с ним происходит? Эта маленькая фея околдовала его, он даже засомневался, не совершили ли они ошибку, купив ее. – Пошли, – резко сказал он. – Мне пора возвращаться в усадьбу брата, а тебе в мои покои. Я не позволяю тебе разговаривать с нашими женщинами.
    На столе в комнате ее уже ждал ужин: вареная форель, ветчина и жареные крылья каплуна. Еще на подносе был хлеб, сыр и персик. И вино, большой кувшин вина. Лара съела все, но вина выпила немного. Умывшись, она почистила зубы. Затем прошла в спальню и легла в постель обнаженной. Она знала, что он захочет увидеть ее без одежды, да и подходящей сорочки у нее не было. С половины Дурги послышалось пение, под которое Лара и уснула. Проснулась она от звука шагов в соседней комнате. Затем кто-то налил в кубок вина из графина, которое она не выпила за ужином.
    Наконец в комнате появился Энда и принялся медленно раздеваться, аккуратно складывая вещи на стул.
    Он подошел к очагу и подбросил несколько поленьев в огонь. Лара заметила, что ягодицы его упругие и красивой округлой формы. Энда повернулся, предоставляя возможность любоваться его внушительных размеров корнем. Лара решила, что мужское тело лишено той красоты, которая есть у женщин. Энда был крепким и мускулистым, как все лесные жители. Он лег рядом с Ларой и скинул покрывало.
    Затем он обхватил ее руками и потянул к себе. Она легла сверху, грудь касалась его груди, живот – живота, а бедра – бедер. Внутри все таяло от ощущения его мужской силы. Она с трудом могла дышать, а когда он провел широкой ладонью по ее спине, поняла, что его прикосновения ей приятны.
    – Тихо, девочка, – сказал Энда, словно разговаривал с испуганным животным. Руки медленно гладили ее ягодицы, медленно, медленно. – Так хорошо. Привыкай к прикосновениям хозяина. Веди себя хорошо, и будешь награждена.
    Когда она почти расслабилась, он положил руки ей на талию и приподнял, уткнувшись лицом в ложбинку между грудей. Он вдыхал ее запах, глубоко и жадно. Энда провел кончиком языка по ее груди, и глаза Лары распахнулись от удивления. Он обхватил губами ее сосок, и сердце забилось сильнее.
    Темные глаза внимательно следили за ее реакцией. Он ласкал ее грудь до тех пор, пока не послышался тихий стон, который больше всего удивил саму Лару. Но больше поражало то удовольствие, которое она испытывала. Энда одним движением переложил Лару на кровать и сам перекатился почти вплотную к ней.
    – Нравится?
    Она медлила с ответом, вспоминая совет Этне.
    – Да, – наконец сказала Лара. – Нравится.
    – Это не простое спаривание, это наслаждение, – сказал Энда. – Хотя Дурга просто использует тебя, и все. Мой брат никогда не был утонченным любовником. Я же, напротив, выбираю женщин, которых увлекает любовная игра. Дурга никак не может понять, почему рабыни охотнее ложатся со мной, чем с ним. За исключением таких, как Труда, полагающих, что, отдавшись ему, смогут получить власть и привилегии.
    – Но им это не удается, – сказала Лара.
    – Разумеется, нет. У нее не чистая кровь, – сказал Энда и поцеловал девушку. – Ты умна, раз так быстро поняла это, Лара. – Он провел пальцем по ее щеке. – Закончим разговоры. Скоро здесь будет Дурга, жаждущий получить свою долю.
    «А ведь он первый мужчина, который целует меня в губы», – подумала Лара и ответила на его поцелуй, ощущая его желание и пытаясь определить его на вкус. Что же это такое, любить и быть любимой? Но в следующую секунду в голове возник ответ. Любовь – роскошь, доступная немногим, если она вообще существует на свете. К сожалению, ей не судьба быть любимой.
    Энда уже накрыл ее своим телом и шептал в ухо:
    – Откройся мне навстречу, девочка. Я уже готов обладать тобой.
    Лара раздвинула ноги так, как учила ее Сюзанна. Она почувствовала, как его пальцы касаются самого интимного места, и ее вновь накрыла волна удовольствия. Что же это? Сюзанна ничего не говорила о том, что женщина тоже испытывает какие-то чувства, возможно, об этом просто не принято говорить. Внутри нее словно что-то ожило, и Лара зашевелилась.
    – Ах да, девочка, ты почти готова принять меня. – Пальцы продолжали ласкать ее. Энда приподнялся и приготовился войти в нее.
    Лара внимательно наблюдала за ним из-под прикрытых век. Черты лица смягчились, выражение стало более открытым. Она почувствовала прикосновение его плоти. Когда он вошел глубже, Лара вскрикнула от неожиданно пронзившей изнутри боли. Она постаралась скинуть с себя Энду, впиваясь ногтями в плечи. Но боль прошла так же внезапно, как и появилась. Энда поймал ее руки и прижал к бедрам, заставляя все тело двигаться в одном с ним ритме. Теперь он мог полностью насладиться ей. Непреодолимое горячее желание захватило его с новой силой. Никогда в жизни женщина не доставляла ему столько удовольствия. Он готов был расплакаться от охвативших его чувств, понимая, что эта девушка дала ему больше, чем он когда-либо имел право желать. Он медленно провел пальцем по ее губам, и поразился ее взгляду.
    Лара разглядывала мужчину, лежащего сверху, и на мгновение ей стало жаль его. Он так отчаянно и искренне нуждался в ней. Но почему?
    – Скажи, что мне делать.
    – Обними меня и закрой глаза, – жестко произнес он.
    Она прижала его голову к своей груди, перебирая пальцами густые волосы. Закрыв глаза, она ощутила его плоть еще сильнее. Лара вздохнула и принялась двигаться, как это делал Энда. Он велел ей обхватить его ногами и вошел в нее еще глубже. Лара почувствовала, что теперь, когда страх боли прошел, она даже испытывает некоторое удовольствие.
    Энда не мог сдерживать себя. Лара была столь восхитительна, что он не мог насытиться ей. Вскоре он излил в нее свое семя и упал, тяжело дыша, ей на грудь. Это был еще один непонятный момент, о котором не упоминала Сюзанна. Лара прижала его к себе, словно младенца, и именно тогда поняла, в чем истинная власть женщины над мужчиной. Мужчины могут думать, как им заблагорассудится, но правда в том, что всем управляет женщина. Она едва не рассмеялась от поразившей ее мысли. Оказывается, заполучить мужчину не так-то и сложно.
    Постепенно дыхание Энды выровнялось, и он перевалился на спину.
    – Ты выполняешь обещания, – сказал он.
    – Рада, что смогла доставить удовольствие, милорд, – сухо ответила Лара.
    – Надо позвать Дургу. Он захочет взять тебя прежде, чем ты опять будешь моей. Не пугайся. Он будет груб, но все закончится быстро, если он в своей обычной форме. – Энда засмеялся и встал с постели.
    Он вернулся через несколько минут со старшим братом. Лара спокойно лежала и ждала их.
    Дурга окинул ее похотливым взглядом, и маленькие черные глазки вспыхнули.
    – Она помылась после тебя? – Он требовательно взглянул на брата.
    – Она сейчас все сделает, – ответил Энда. – Я только встал с нее и сразу пошел за тобой, брат. – Он подошел к кровати и потянул Лару за руку.
    Она поспешила налить горячей воды в таз и принялась мыться. Сюзанна предупреждала ее, обязательно мыть все, даже самые интимные места. Лара с удивлением увидела кровь, которая появилась, видимо, в момент потери невинности.
    Когда она вернулась, оба брата уже лежали в постели. Без одежды Дурга выглядел совсем не толстым. Она мелкими шажками приблизилась к кровати.
    – Поспеши, девчонка, – прикрикнул на нее Дурга. – Я и так тебя долго ждал. – Он рывком заставил ее сесть на него. – Сиди смирно, фея, дай мне насладиться твоими сиськами. Да, им еще надо подрасти, но красивей я в жизни не видел! – Две большие ладони легли на ее грудь и сжали с такой силой, что Лара вскрикнула.
    – Аккуратнее, брат, – засмеялся Энда. – Лара – очень нежное создание. Это не твоя корова Труда.
    – Труда знает, как доставить мужчине удовольствие, – ответил Дурга. – Тебе надо будет как-то попробовать. Она сосет корень лучше, чем кто-либо.
    – Думаю, пока мне достаточно моей маленькой феи, – ответил Энда. – Она подарила мне огромное наслаждение и еще подарит не раз после твоего ухода.
    – Что ж, девка, – Дурга посмотрел на Лару, – пришло время и мне получить такое же. – Он повалил ее на спину, сел ей на живот и положил свой мужской корень ей на грудь. – Как тебе этот?
    Понимая, что от нее хотят услышать, Лара произнесла:
    – Очень хороший, милорд. Так не похож на корень Энды.
    Дурга довольно усмехнулся:
    – Да, мой способен разорвать женщину на части и заставить желать меня больше, чем они могут себе позволить. – Он разразился диким смехом и, сжав Лару, вошел в нее резко и быстро, зарычав от восторга. Веки его опустились, закрыв маленькие черные бусинки глаз. Выражение восхищения постепенно появлялось на лице.
    Лара не была готова к такой атаке, но Дургу это не беспокоило. Он даже не замечал этого. Его волновало лишь удовлетворение собственных желаний. Энда, по крайней мере, подарил удовольствие и ей. К счастью, она была готова к тому, как поведет себя с ней этот мужчина. Она стонала, словно ей нравилось то, что он делает. Она закинула ноги и тяжело задышала, впрочем, причиной тому была злость на его грубое поведение.
    С ревом он излил в нее свое семя и навалился всем телом.
    – Хороша, брат. Под твоим руководством она скоро станет почти идеальной. Желаю тебе получить много наслаждения с этой рабыней. Можешь оставить ее себе до осени, но зимой она опять будет моей. Спокойной ночи.
    Подобрав разбросанные вещи, он ушел искать Труду, поскольку, откровенно говоря, именно Дурга привык желать больше, чем мог себе позволить.
    Лара встала и отправилась мыться. Ей было больно. Энда был внимателен с ней, а после Дурги у нее осталось ощущение грязи. Затем она легла в кровать и стала ждать, что Энда захочет опять взять ее.
    Вместо этого он сказал:
    – Поспи, Лара. Я останусь с тобой, и позже ты еще раз подаришь мне наслаждение. – Он повернулся к ней спиной и быстро заснул.
    Лару это удивило, но вызвало огромную благодарность. На такое она и не надеялась. Она осторожно прикоснулась к кулону.
    – Вот все и позади, – мысленно поделилась она со своей хранительницей.
    – Да, все позади, – ответила Этне. Звезда вспыхнула ярким светом и погасла.
    Лара закрыла глаза и заснула.
    Когда она проснулась, сквозь листву за окном пробивался лунный свет. Рядом лежал Энда и покрывал ее лицо поцелуями.
    – Ты опять меня хочешь? – спокойно спросила Лара. Его можно было бы назвать красивым. Энда был высок, широкоплеч. На щеках благодаря свежему лесному воздуху играл румянец. Дурга был ниже брата, но тоже широк в плечах. Его черты никак нельзя было назвать даже привлекательными, хотя черная борода красиво обрамляла лицо и очень ему шла. Глаза были маленькими, как у вепря, а нос слишком крупный. «Странно, – подумала Лара. – Ведь у них одна мать».
    – Да, – прошептал Энда. – Но сначала надо тебя успокоить. Разведи ноги в стороны, Лара. – Он наклонил голову и коснулся языком кораллового цвета раковины. Он действовал медленно, словно хотел тщательно исследовать то, что скрыто от глаз.
    Лара была удивлена его поведением, но это было так приятно, что она не произнесла ни слова, лишь отдалась новым впечатлениям. Она почти мурлыкала от удовольствия. Кончик языка Энды касался самых чувствительных мест ее тела, он дразнил и ласкал, заставляя ее стонать все громче. Внезапно ее подхватила горячая волна и закружила, даря невиданные ощущения. Лара уже не чувствовала, что происходит с ее телом.
    Энда поднял на нее большие карие глаза, полные желания. Он медленно ввел свой мужской корень в ее мягкую жаркую плоть.
    – Ты чувствуешь меня, Лара?
    – Да, милорд. – Ей показалось, что он стал толще и длиннее, чем раньше.
    – Скажи, – прошептал он ей на ухо.
    – Он твердый, – ответила Лара. – Твердый и большой, больше, чем раньше. Я чувствую его жар. Он сжигает меня изнутри.
    – Теперь ты знаешь, что такое страсть, – сказал Энда. – Ты и мечтать не могла о лучшем учителе. Сегодня я начну учить тебя всему, что ты должна знать, чтобы доставить удовольствие каждому мужчине, который будет лежать с тобой. А сейчас мне надо сбросить накопленное желание. – Он двигался быстро, и вскоре Лара почувствовала, как в нее вливается его семя. Затем он встал с кровати и стал одеваться. – Не вставай, отдохни, – сказал Энда. – Я пришлю женщину с едой и питьем.
    – Я хотела бы опять помыться, – сказала Лара.
    – Ты делаешь это каждый день? – Энда удивленно поднял брови.
    Она кивнула:
    – Мне приятно быть чистой. Моя кожа пропиталась запахом тебя и твоего брата. Тебе самому будет приятнее, если от меня будет пахнуть свежестью. – Она улыбнулась.
    – Хорошо, тебя проводят в бани.
    Энда вышел, а Лара провалилась в сон.
    Ее разбудил голос Белды:
    – Лара, я принесла тебе еду. Ого! На этой постели неплохо развлекались.
    Лара встала.
    – Это на мне неплохо развлекались. Теперь я больше не представляю ценности как девственница.
    – Как много крови, – сказала Белда. – Ему понравилось?
    – Он удовлетворен, и брат тоже, – ответила Лара.
    – Оба? – Белда смотрела на нее круглыми от удивления глазами. – Бедняжка!
    – Сначала лорд Энда, потом его брат. Просто грубо взял меня и ушел. Лорд Энда совсем не такой. Он был нежен со мной вчера ночью и сегодня утром, когда захотел меня снова. – Лара накинула сорочку. – Он сказал, я могу пойти в бани.
    – Да, мне передала леди Сита. Может, сначала поешь?
    – Сначала я хочу смыть с себя отвратительный мужской запах, – возразила Лара. Она накинула плащ и направилась к двери. – Ты видела великана Ога, что живет в банях? Лорд Энда сказал, что это единственное помещение в деревне, где он может встать в полный рост. – Они спустились по лестнице и вышли на улицу.
    – Говорят, великаны служили лесным лордам, пока их не уничтожила болезнь. Ог тогда был младенцем и выжил один, – рассказала Белда. – Только представь, целая раса уничтожена. Как ему, должно быть, одиноко.
    На улицах деревни в этот утренний час было много народа. Лара заметила, что многие женщины смотрят на нее, а некоторые спешат отойти в сторону, сделав жест, словно хотели защититься от сглаза. Из бани вышел Ог и поклонился в знак приветствия.
    – Человек от лорда Энды уже предупредил, что ты придешь, леди, – сказал он.
    – Я Лара, Ог. Женщина для удовольствий, и ничего больше. Прошу, зови меня по имени. А это Белда, рабыня.
    – Вода уже нагрелась, Лара. – Ог довольно улыбнулся. У него были светлые голубые глаза и короткие рыжие волосы. – Входите, входите.
    – Я должна идти, – сказала Белда. – Как долго ты здесь пробудешь? Леди Сита не поощряет бездельников, поэтому мне лучше вернуться, иначе накажут.
    – Полчаса, – сказала Лара. – Я не буду мыть волосы.
    – Я скажу миледи, за тобой придут. – Она поспешила в усадьбу.
    Ог проводил Лару и закрыл тяжелую дубовую дверь. Оставшись одна, Лара скинула плащ, сорочку и с удовольствием погрузилась в теплую воду. Ванна была горячее, чем вчера, но сейчас это было очень кстати, чтобы расслабиться после ночи. Она вздохнула и закрыла глаза. Лара думала о том, что худшее уже позади, хотя до сих пор так и не поняла, зачем она нужна лесным лордам. Лара вышла из ванны и взяла кувшин с мылом и мочалку. Она тщательно вымылась и решила понежиться еще немного.
    Вскоре, вспомнив о том, что за ней должны прийти, она принялась одеваться. Впереди еще один долгий скучный день, единственным развлечением была починка одежды. Сегодня она, возможно, закончит с этим и что же будет делать завтра? Надо будет попросить Энду позволить ей выходить из комнат. Даже в городе ей было позволено гулять. Лара вышла в холл, но ее никто не ждал. Она присела на ту же скамью, где вчера они с Эндой ждали, когда Ог приготовит воду. Великан, согнувшись, вошел в здание бани.
    – Я мог бы сам отвести тебя, но здесь очень следят за тем, чтобы правила не нарушались. Твое желание помыться их обеспокоило. Поэтому тебя и заставили ждать, чтобы наказать.
    – Если мне позволят поговорить с леди Ситой, я могла бы согласовать с ней удобные для всех дни и время, – сказала Лара.
    – Да, – кивнул великан, – это очень разумно, к сожалению, лесные жители не всегда руководствуются разумом. У них свои традиции и обычаи, их не изменить. Ты наполовину фея?
    – Да. Ты первый, кто понял, что быть наполовину феей не то же самое, что быть настоящей феей. – Лара улыбнулась.
    Ог засмеялся:
    – Если бы кто-то из них видел когда-нибудь настоящую фею, они бы знали, в чем разница.
    – А ты видел? – Ларе стало очень любопытно.
    – Не говори никому, Лара, – неожиданно испугался Ог. – Мне нельзя об этом говорить.
    – Я сохраню твою тайну. – Лара коснулась его огромной руки, на фоне которой ее ладошка выглядела крошечной. – Я умею хранить секреты. Я думала, лесные феи и эльфы всегда жили вместе с лесными лордами.
    – Когда-то, – сказал Ог, – но не сейчас. Они очень стараются скрыть это, чтобы не потерять власть, как старейший клан в Хетаре.
    В этот момент отворилась дверь, и в холл вошла Труда.
    – Я готова проводить тебя в дом Дурги, – зло сказала она.
    – До свидания, Ог, – сказала Лара, вставая.
    – До свидания, Лара, – ответил великан и проводил ее взглядом.

Глава 7

    – Он смотритель бани, – ответила Лара. Ей совсем не хотелось обсуждать это с Трудой.
    – Мой господин, лорд Дурга, пришел от тебя прямо в мою постель, – заявила Труда. – Ты не очень-то его порадовала.
    – Зато ты смогла, – сладким голосом сказала девушка. – Очень рада.
    Труда опешила. Она только приготовилась перейти в наступление и заявить, что намного лучше знает мужчин, чем Лара, а та просто согласилась, не позволив Труде получить удовольствия от скандала.
    Лара отлично видела, как озадачена Труда. Отлично! У нее нет никакого желания разговаривать с этой женщиной, а теперь та замолчала сама. Они залезли по лестницам на деревья и вошли в усадьбу.
    – Спасибо, – веселым голосом поблагодарила Труду Лара и свернула в коридор, ведущий к покоям Энды. Довольная, что вернулась без всяких приключений, она открыла сундук и достала платья, нуждающиеся в починке.
    Внезапно распахнулась дверь, в комнату вошла женщина.
    – Я леди Сита, жена лорда Дурги, – сказала она. – Я пришла узнать, хорошо ли ты себя чувствуешь после столь тяжких испытаний прошлой ночи. – Она была довольно высокой женщиной с грустными глазами, но явно привыкшей повелевать.
    Лара поспешно встала и низко поклонилась.
    – Благодарю, миледи, все хорошо. Немного устала, но в целом неплохо.
    – Ты штопаешь одежду Энды? – В голосе промелькнуло удивление.
    – Я не привыкла бездельничать. Поэтому и попросила принести нитки и иголки. Спасибо, что позволила их прислать.
    – Не знала, что женщины для удовольствий умеют шить.
    – Я не женщина для удовольствий, миледи. Должна была стать, но меня так и не продали в Дом удовольствий. Меня отправили в Прибрежную провинцию. Прежде чем поместить девственницу в Дом удовольствий, продают право первой ночи, а затем она проходит обучение искусству любви. Мой отец был солдатом, пока не победил на турнире и не стал Доблестным Рыцарем, а я помогала мачехе по хозяйству, убирала и чинила белье и одежду. Я обычная девушка. – Лара говорила ровным, спокойным голосом.
    – Так зачем они купили тебя у караванщика? – спросила леди Сита.
    – Не знаю, но полагаю, это связано с тем, что я наполовину фея. Они очень этим заинтересовались.
    – Кто сказал им об этом? – вскинула голову Сита.
    – Рабыня Труда, – ответила Лара.
    Сита кивнула и, помолчав, произнесла:
    – Ты никому не расскажешь о нашем разговоре, девочка. Поняла меня? Иногда лучше жене все же знать то, что ей знать не положено, чтобы иметь возможность защитить свою семью.
    – Ты хозяйка в этой усадьбе, миледи, я обязана тебе подчиняться. В свою очередь осмелюсь просить тебя разрешить мне каждый день посещать бани. Я привыкла часто мыться.
    – Как ты смеешь торговаться со мной? – Сита сама не понимала, злит ли ее такое поведение Лары или удивляет.
    – Нет, миледи, просто прошу о милости, – быстро ответила Лара.
    – Если разгневаешь меня, подохнешь от собственной вони, – сказала Сита уже более миролюбиво. – Ты знаешь, что моя младшая сестра выйдет осенью замуж за Энду?
    – Да, миледи, знаю.
    – Лесные жители не допускают смешения крови с иноземцами, – продолжала Сита.
    – Да, миледи, мне говорили.
    – Я скажу Энде, что ты получила мое разрешение, – сказала Сита и собралась уходить.
    – Благодарю, – произнесла ей вслед Лара.

    Лето близилось к концу, и лес наполнился яркими красками. Деревья ослепляли разнообразием цвета. Лара никогда не видела столько великолепных оттенков красного, оранжевого, желтого, золотого и терракотового. В городе виноград, вьющийся по стенам квартала солдат, окрашивался лишь в багровый цвет. Деревья вокруг главной площади стали бледно-желтыми, а вскоре листва опала, и ветер с севера унес ее в лес. Казалось, торжественный спектакль, разыгранный природой, никогда не повторится вновь.
    В один из последних дней года Энда женился на Тире. Следующим утром на всеобщее обозрение была вывешена простыня, покрытая пятнами крови, как доказательство непорочности невесты. После этого Энда проводил с Ларой лишь часть ночи, а потом уходил к Тире. Лара изо всех сил старалась оставаться в тени происходящих событий. Убедившись, что она искусная портниха, Сита отправляла Ларе на починку всю одежду домочадцев, и она была благодарна за возможность не сидеть без дела.
    Энда и Тира пока не переехали в собственный дом. Он должен быть готов лишь к весне. Несколько раз за ужином Лара ловила высокомерный взгляд жены хозяина. В нем было столько желчи и злобы, что Лара стала забирать поднос с едой к себе в комнаты, которые теперь принадлежали ей одной, чтобы меньше попадаться Тире на глаза. Однажды вечером ее поймал за руку Дурга.
    – Почему ты не ешь вместе со всеми в зале? – грубо спросил он.
    – Жена Лорда Энды недолюбливает меня, не хочу ее расстраивать, – ответила Лара.
    – Она тебя ненавидит, – усмехнулся Дурга. – Она молода, глупа и завистлива. Она понимает, что мужу приятнее ложиться с тобой, чем с ней. Тогда иди. – Он отпустил ее руку.
    Поздно вечером, удовлетворив свое желание, Энда спросил ее:
    – Ты до сих пор не ждешь ребенка, Лара? Последние четыре месяца я приходил к тебе каждую ночь.
    – Почему ты хочешь ребенка? – спросила она. – Ведь лесные жители хранят чистоту своей крови. Мне об этом часто напоминали. Ложись со своей женой так же часто, как со мной, и скоро у вас родится прекрасный сынок.
    – Но я хочу ребенка от тебя, моя волшебница, – прошептал Энда ей на ухо. – Если ты не понесешь, Дурга заберет тебя в свою постель и будет держать там, пока в твоей утробе не зародится жизнь.
    – Я не понимаю, – прошептала Лара, прижимаясь к нему. Она уже успела привыкнуть к тому наслаждению, которое дарил ей Энда.
    – Тебе не надо ничего понимать. Ты должна мне подчиняться, – сказал он с улыбкой. – Слухи не врут. Феи – лучшие любовницы среди женщин всего Хетара.
    После его ухода Лара прикоснулась к кулону.
    – Почему он желает иметь ребенка, тогда как лесные жители не смешивают кровь с иноземцами?
    – Спроси великана Ога и скажи, что Этне велела ему быть с тобой откровенным, – ответила хрустальная звезда.
    Утром Лара направилась в бани. Теперь ей позволяли ходить одной, поскольку она не совершала попыток убежать. Ог уже ждал ее и приветствовал широкой улыбкой. Теперь он стал ее единственным другом, поскольку Белда и другие девушки-рабыни, кроме Труды, к сожалению, работали в другом доме. В усадьбе с Ларой почти никто не разговаривал.
    – Вода нагрелась, Лара, – сообщил великан.
    – Где мы можем поговорить без посторонних ушей? – спросила девушка.
    Ог кивнул и повел ее в здание.
    – Больше я никого не жду. Все боятся приходить, когда ты здесь.
    – Их пугают колдовские чары, – вздохнула Лара.
    Ог усмехнулся:
    – Глупцы. – Он пожал плачами.
    С Ларой Ог мог говорить свободно, тогда как с остальными ограничивался односложными ответами или поклоном. Его все считали слабоумным.
    – Видишь кулон, что я ношу?
    Ог кивнул.
    – Его надела моя мать. Посмотри, внутри вспыхивает пламя. Это моя хранительница, Этне. Она просила передать тебе, что можно рассказать мне правду, Ог.
    – Этне? – Лицо озарила улыбка. – Да, я скажу все, что знаю, Лара.
    – Откуда ты ее знаешь?
    – Она часть моей жизни. Я знал ее в детстве.
    – Почему Энда хочет, чтобы я родила ребенка? И еще, зачем они с Дургой меня купили?
    Ог вздохнул:
    – Это очень старая и грустная история. Ты все поймешь, когда я закончу. Много лет назад, когда Лесной провинцией управляли предки сегодняшних лордов, им прислуживали великаны, а феи и эльфы жили рядом с ними и были их союзниками во всех делах. Тогда правил дед Дурги. Однажды в теплый осенний день мужчины отправились на охоту. Они весь день загоняли лань сказочной красоты с золотым обручем на шее. Очевидно было, что лань та не простая, а волшебная. День уже клонился к закату, когда они заманили ее в ловушку.
    Когда охотники приготовились убить величавую красавицу, она превратилась в фею. При виде ее красоты их страсть к охоте переросла в страсть к женщине. Она посмеялась над ними, назвала глупцами за то, что гонялись за ней весь день по лесу. Теперь им предстоит вернуться домой с пустыми руками. То, что произошло после, было похоже на помутнение рассудка. Охотники напали на фею. Обессилевшая за день, она не могла дать им отпор. Каждый мужчина надругался над ней, а потом они ее убили, забрав золотой обруч в подарок главе провинции. А тело несчастной феи так и осталось лежать в лесу.
    Вечером, когда все уселись за стол и принялись хвастаться друг перед другом, появилась Мива, королева фей и эльфов. Она требовала покарать убийц девушки, но глава провинции отказал ей. Он заявил, что она насмехалась над его людьми, издевалась над ними, гоняя весь день по лесу в образе лани. Он настаивал, что она могла лишь немного подшутить над охотниками, а не мучить весь день и открыться, лишь будучи загнанной в угол. Но и тогда фея не извинилась и даже не предложила им настоящего оленя в качестве трофея, чтобы не возвращаться домой без добычи.
    «Она посмеялась над моими людьми, назвала глупцами. Она дразнила их своей красотой. Фея получила то, что заслужила, – сказал глава провинции королеве Миве. – Это должно стать уроком всем, чтобы не издевались над лесными лордами».
    Королева очень разозлилась, – продолжал Ог. – Но лесные лорды были их давними союзниками, и она боялась первой разрушить их долгие дружеские отношения.
    «По крайней мере, верните мне золотой обруч», – попросила Мива.
    Глава провинции грубо ответил, что она ничего не получит, он уже подарил его своей жене. Это будет компенсацией им за потраченный впустую день.
    «Тогда отдай мне жизни тех пятерых мужчин, что повинны в гибели моей феи, – не сдавалась Мива. – Кровь за кровь! Девушка была молода и неразумна, но она жестоко наказана за легкомыслие, – продолжала королева, стараясь сдержать гнев ради хороших отношений с соседями, лесными лордами.
    Глава провинции отказал Миве и в этом, а жена его сидела рядом, и пальчики ее играли с украшением на шее. Королева предложила в течение месяца хорошо обдумать произошедшее и принять разумное решение, но глава провинции грубо ответил, что никакое количество времени не заставит его изменить мнение. Что сделано, то сделано. Гнев королевы утих, и она ровным голосом произнесла проклятие, которое до сих пор является большой тайной. Никто в Хетаре не знает об этом. Если бы лорды догадались, что я знаю, меня бы постигла смерть, как и всех моих собратьев, что некогда жили в лесу, – грустно сказал Ог.
    – А что за проклятие? Почему погибли все великаны? Мне сказали, они умерли от болезни. – Лара даже после рассказа Ога не поняла, почему Энда и Дурга заплатили за нее так много и зачем она им нужна.
    – Ты же знаешь, как гордятся лорды своей родословной. Они считают себя самыми древними жителями в Хетаре. Они даже не женятся на женщинах из других провинций. Мива наложила такое проклятие, которое невозможно снять. Она подняла руку и произнесла, что отныне ни одна женщина в лесу не сможет носить дитя.
    Ни мальчика, ни девочку. Народ вымрет, если не будет брать других женщин для того, чтобы те рожали им сыновей, а этих сыновей тоже будут заставлять брать в жены чужестранок, чтобы завести потомство. Девочки, которые у них будут рождаться, смогут сами родить только девочек. Их род исчезнет, в Хетаре не останется ни одного человека их крови.
    Затем Мива, королева фей и эльфов, указала пальцем на жену лорда, на шее которой был золотой обруч, и он принялся душить ее, пока не умертвил. Затем он взлетел в воздух и исчез из залы вместе с ней самой.
    – Как ужасно! – не сдержалась Лара.
    – Это было лишь начало, – продолжал Ог. – Все женщины, которые носили ребенка, родили мертвых детей или попросту выбросили нерожденных. И сколько бы ни старались мужчины, ни одна женщина в провинции не родила ни одного ребенка. Через несколько лет лесные лорды поняли, что проклятие действует. Они решили обратиться к феям, чтобы те сняли заклятие, но не смогли их найти. Мужчины стали ложиться с чужеземками, и только тогда их дома наполнились детским смехом.
    Их матери оставались в живых, пока кормили младенцев грудью. Затем их убивали и хоронили в лесу. Детей воспитывали жены отцов, и правда открывалась им лишь тогда, когда они сами были готовы завести потомство. Тайну строго хранили, но у них не было другого выхода. Поэтому об этом никому не известно. Лорды покупают женщин-рабынь, но используют их для продолжения рода.
    – Так вот почему Дурга отказался от маленькой Носс! – воскликнула Лара. – Он спросил ее о лунном цикле и потом отказался. Это вызвало большой переполох, и Труда, стремясь угодить новым хозяевам, рассказала обо мне лесным лордам.
    Ог кивнул.
    – Труда понесла, – сказал он. – Я много всего слышу, ведь никто не обращает на меня внимания. – Он засмеялся. – Я скажу тебе, что еще я слышал. Я знаю, почему лорды тебя купили, Лара. Они уверены, что если получат ребенка от феи, то избавятся от проклятия Мивы.
    – Но я лишь наполовину фея, кроме того, я не знаю, как справиться с проклятием королевы фей и эльфов. Моя мать бросила нас с отцом, когда мне было три месяца. Я просто похожа на нее, как говорят, но я ничего не знаю о ее мире, Ог.
    – Она беспокоилась о тебе, раз подарила кулон-хранитель. Послушай кое-что о ее мире. Поскольку ты дочь феи, то обладаешь всей ее силой, хоть и не знаешь об этом. Ты ведь еще не носишь ребенка? Говорят, Энда приходит к тебе почти каждую ночь. Я знаю, почему ты не понесла – ты не хочешь этого ребенка, а феи никогда не рожают нежеланных детей.
    – Лорды не знают об этом, верно?
    – Нет, не знают. Они многого не знают. Мои предки служили лордам со времен Сотворения мира, но они уничтожили мой народ. Когда лорды не смогли найти фей, они послали за ними великанов. Но и мы не смогли их найти, поэтому нас решили убить, чтобы не выдали остальным их тайну.
    В те времена я был еще в утробе матери. Ее звали Оона. Мама убежала в самый дальний и темный уголок леса и родила меня. Мы жили в пещере, вокруг не было никого, кроме диких зверей. Там я и встретил Этне. Она не фея, а волшебный дух. Она и рассказала мне о том, что не поведала мне матушка – все знания у великанов переходят от матери к ребенку, когда он еще находится в утробе. Вот потому я и притворился, что с рождения лишен ума, чтобы не попасть в руки лордов. Мне было четыре года, когда нас обнаружили. Матушку они убили, а меня пощадили, поскольку она сказала им, что я родился всего четыре года назад.
    Меня привезли сюда, я вырос в усадьбе Дурги, хотя тогда она принадлежала его деду. Потом, когда я уже слишком вырос, чтобы поместиться в комнатах, меня отправили в бани. Они сказали, что для великана я не очень крупный.
    – Бедняга Ог. – Лара взяла его огромную ладонь и сжала в своих руках. – Какая тяжелая у тебя жизнь. Притворяться слабоумным, хотя ты так много знаешь. Как бы мне хотелось помочь тебе.
    – Это я должен тебе помогать, – ответил великан. – Приближается зима, и, если ты не понесешь до конца зимы, Дурга спросит о причине.
    – Может, меня продадут в другую провинцию? Они же не знают, что мне открылась их тайна. Лорды захотят вернуть потраченные на меня деньги, – сказала Лара.
    – Дурга не захочет признать поражение. Он старший в семье и управляет провинцией. Это его право, хоть он и глупый человек. Если ты обманешь его, он впадет в ярость, тогда тебя постигнет та же участь, что и несчастную лесную фею семьдесят пять лет назад.
    – Но не сейчас, – сказала Лара.
    – Нет, не сейчас, – согласился Ог.
    – Мне надо быстро помыться. Меня хватятся в доме. Иди. Поговорим позже.
    Великан кивнул и удалился.
    Лара быстро вымылась и поспешила обратно. У огня сидела Труда, поманившая Лару, как только заметила. Избавиться от нее было невозможно, поэтому Лара подошла и протянула руки к огню, чтобы согреться. Живот Труды был хорошо заметен, она очень гордилась своим положением.
    – Где ты была? – спросила она Лару.
    – Ты не имеешь права меня спрашивать, – ответила Лара, – хотя прекрасно знаешь, что я иду из бани.
    – Ты задержалась дольше, чем обычно, – заявила Труда.
    – Промерзла до костей, а вода была очень горячей. Уже скоро зимний фестиваль, – ответила Лара. – В городе никогда не бывает так холодно, как здесь. Ты не чувствуешь?
    – Я чувствую лишь, как мой сын пинается, – с гордостью объявила Труда. – Мой лорд Дурга – восхитительный любовник, а я – лучшая, чтобы принять его семя. Что-то его брату так не повезло с тобой. Мой лорд Дурга сказал, что скоро придет к тебе, когда я уже не смогу доставлять ему удовольствие. – Она подмигнула Ларе.
    – Это будет для меня словно милость Небесного распорядителя, – сказала Лара с улыбкой. – Если я должна родить ребенка, я рожу. Ведь ребенок от феи не сравнится с ребенком рабыни.
    – Ты тоже рабыня! – крикнула Труда.
    – Я особенная, – съязвила Лара.
    Затем она резко развернулась и пошла по коридору в свои комнаты. Открыв дверь, она, к своему огромному удивлению, увидела Дургу, ожидавшего ее.
    Сердце испуганно забилось.
    – Милорд, – поклонилась она.
    Дурга встал со стула.
    – От тебя хорошо пахнет, – сказал он. – Ты идешь из бани, Лара?
    – Да, милорд, – ответила девушка. От страха она сжала руки за спиной в кулаки.
    Он сделал шаг, и Лара отшатнулась. Дурга улыбнулся зловещей улыбкой и схватил ее за плечи.
    – Я хочу обладать тобой, маленькая фея. У меня огромные аппетиты, а эта сука больше не может удовлетворять меня, она носит моего сына. Ты принадлежишь мне так же, как и Энде. Он уезжает на несколько дней на охоту, а ты пока будешь ублажать меня.
    – Милорд Энда знает об этом? – осторожно спросила Лара.
    Дурга улыбнулся. Одной рукой он схватил ее за волосы и откинул голову назад.
    – Да! – крикнул он ей в лицо. – И он не смеет даже обсуждать мои поступки, девчонка. Я хозяин в этой усадьбе, а ты моя рабыня. – Он опустил руку и задрал подол ее платья. – Обними меня руками за шею и обхвати ногами за талию, Лара. – Она повиновалась, тогда он одним движением ослабил ремень и, подняв тунику, взялся за свой мужской корень. – Теперь, девчонка, тебе придется хорошо потрудиться до ужина, – сказал он и обхватил руками ее ягодицы.
    Лара не могла пошевелиться от шока. Энда был всегда нежен и внимателен к ней. Она даже научилась испытывать наслаждение от близости с ним. Дурга был жесток и груб. Лара думала о той лесной фее, о которой узнала сегодня от Ога. Что же она перенесла, бедняжка! Дурга входил в нее глубже и глубже, а она безвольно подчинялась его желаниям. Наконец все было кончено. С громким ревом он излил в нее свое семя. Лара едва не упала на пол, но Дурга подхватил ее на руки, отнес в спальню и положил на кровать.
    – Я принесу тебе вина, маленькая фея, и начнем сначала, – сказал он, направляясь в соседнюю комнату.
    Лара села на край кровати и взяла кубок с вином.
    – Пей до дна и снимай платье, Лара. Не хочу рвать твою одежду, ее у тебя и так мало.
    Она с огромным желанием выпила вино, надеясь, что ее охватит дурман, в котором она ничего не почувствует. Дурга взял из ее рук кубок, и Лара послушно стала раздеваться. Она отложила платье и сняла сорочку.
    – Ложись на спину, – приказал Дурга, стоявший теперь перед ней обнаженным.
    Лара дрожала. Она отвыкла от страха перед мужчиной. А ведь Ог предупредил ее, как жестоки могут быть лесные лорды.
    Волосатые ноги и руки Дурги были похожи на толстые стволы деревьев в его родном лесу. Широкая грудь тоже была покрыта темными волосами, как и место, откуда рос его мужской корень. Он лег рядом с Ларой и вытащил шпильки из ее волос.
    – Похоже на пух, – сказал он и провел рукой по бугорку внизу живота. – Они отросли с тех пор, как ты попала к нам. – Он принялся ласкать ее. – Ты уже должна была понести от брата, Лара. Похоже, его семя не такое плодовитое, как мое. Или он совсем ослаб, покрывая за ночь двух женщин. Ничего, у тебя появится ребенок от меня.
    – Я не животное, чтобы меня осеменяли! – закричала Лара.
    – Именно, красавица. Ты очень хорошая самка. Энда уже научил тебя играть с мужским корнем? Думаю, нет. Ему это не очень нравится, а мне очень. Возьми его в руку, Лара. Погладь. И семенные мешочки тоже. В них хранится жизнь!
    Она взяла корень в руку, боясь ослушаться приказа. Дурга издал звук, похожий и на рев, и на писк одновременно. Лара делала все, как он велел. Его семенные мешочки были холодными, словно лед. Она взяла их в ладонь и сжала.
    – Вот так, девочка, – одобрительно пробормотал Дурга. Рука впилась в ее грудь. – Какие хорошенькие яблочки, – захохотал он. – Теперь ложись на спину, – велел он и принялся целовать ее грудь и живот. Борода неприятно царапала кожу. Через мгновение он навис над ней.
    Лара закрыла глаза.
    Хорошая самка. Этого не будет. Она не хочет ребенка ни от него, ни от его брата. Но красота или кровь не поможет, если они решат убить ее. Она должна сбежать от лесных лордов раньше, чем они начнут что-то подозревать. Но как? И где она сможет укрыться, чтобы никто не узнал в ней беглую рабыню? Лара задрожала еще сильнее, но Дурга принял это за нарастающее возбуждение, его движения стали более резкими, пока, наконец, он не разразился громким рыком, извещающим о полученном удовлетворении.
    – Клянусь всеми древними богами леса, девочка, ты умеешь доставить мужчине удовольствие, – одобрительно сказал он, поднимаясь с постели. – Скажу, чтобы тебе принесли ужин. Я приду сегодня вечером и останусь у тебя до утра. Эта маленькая прелюдия лишь сильнее раззадорила меня. – Дурга оделся и вышел.
    Впервые за все то время, что она покинула дом, Лара расплакалась. За последние несколько месяцев ее человеческая сущность взяла верх над стойкостью, данною кровью феи. Это помогало ей выжить, однако после рассказа Ога Лара еще больше уверилась в опасности своего положения в провинции лесных лордов, пока она не родит так необходимого им ребенка. Надо поговорить с Огом, но сегодня она не сможет выйти из усадьбы. Ночь будет тяжелой и мрачной. Лара встала и тщательно вымылась, чтобы избавиться от запаха Дурги на теле. Слезы текли по лицу, она была не в силах их остановить. Незаметно для себя девушка уснула.
    Когда она очнулась, был уже день, но солнце катилось к закату. Зимой вечер наступает быстро. Огонь в очаге почти потух, и Лара подбросила дров, чтобы в комнате стало теплее. Одевшись, она прошла в другую комнату. На столе стоял поднос. Еда была горячей. Значит, она и правда слышала чьи-то шаги, когда проснулась.
    Запахи были упоительными. Только сейчас она поняла, как проголодалась. Лара съела все, что было на подносе, и налила себе полный кубок сладкого вина из кувшина. Она должна вновь обрести душевное равновесие, впереди ее ждет трудная ночь. Когда в комнату вошел Дурга, она даже смогла ему улыбнуться, что очень его порадовало. Но ночь была необычайно длинной.
    Лишь поздним утром Лара смогла заставить себя встать с постели. Быстро одевшись, она побежала в бани.
    – Что случилось, Лара? – обеспокоенно спросил Ог, когда она расплакалась. – Что стало причиной твоих слез? Феи очень редко плачут.
    Она рассказала ему, и слезы потекли ручьем. К ее удивлению, Ог взял ее на руки и прижал к своему плечу. В этом жесте было столько нежности и сострадания, что Ларе показалось, что ей действительно становится легче.
    – Можешь уже опустить меня, – пробормотала она, и Ог поставил ее на пол.
    – Это очень характерно для Энды, – грустно сказал великан. – Уехать и не предупредить, что брат собирается провести с тобой время. Он более привлекателен из них двоих, но слаб характером. Они особенные, ты же знаешь, у них не только один отец, но и одна мать. Прежде чем Дурга был передан леди Иде, рабыня, его родившая, смогла затащить его отца в свою постель, и вскоре родился Энда. Думаю, она поняла, что происходит, и старалась спасти свою жизнь. Ее, конечно, все равно убили после рождения Энды. Их отец никогда больше не ложился с ней после рождения сына.
    – Бедняжка, – сказала Лара с сочувствием. – Но Энда поступил не просто невежливо, не предупредив меня. Он поступил жестоко!
    – Да, – согласился великан. – Но он так привык. Энда красив, но слаб. Дурга жесток, но гордится своим родом и делает все, чтобы поддержать миф об их величии. На протяжении многих веков мужчины правящего клана брали в жены девушек только из одной семьи. Они заботились о чистоте крови, а она требует обновления. Мива сделала им своего рода благо. Но у Дурги и его ровесников лишь четверть настоящей крови лесных лордов. А у их детей будет еще меньше. Они понимают это и боятся, что секрет раскроется и на них нападут и захватят их земли. Они продолжают следовать старым правилам и традициям, но времена изменились, Лара. Ничто не остается неизменным вечно, как бы мы этого ни желали. Я надеялся, что у тебя будет больше времени, но Дурга слишком нетерпелив. Думаю, тебе надо бежать из леса, и как можно скорее.
    – Меня объявят беглой рабыней, – сказала Лара.
    – Не совсем так, закон способен защитить тебя, хоть и не полностью. Если тебе удастся пересечь границы провинции и не быть пойманной, а затем прожить год и один день на воле, ты будешь считаться свободной, Лара. Два места, где тебе нельзя появляться, – лес и город. Но, прожив год никем не замеченной, ты сможешь вернуться в город.
    – Но если мне нельзя спрятаться в городе, куда же я пойду? – растерянно спросила Лара.
    – Спроси Этне, – посоветовал великан с улыбкой. – Она твоя хранительница и помощница. А теперь надо скорее помыться, чтобы не задерживаться надолго. Не переживай, Лара. У Этне есть ответы на все твои вопросы.
    – Однажды Этне сказала, что здесь, в лесу, я найду верного друга. Я уверена, что это ты, Ог. Мы должны уйти вместе. Одна я не справлюсь.
    – Знаешь, я частенько задумывался о том, чтобы попутешествовать, – ответил Ог. – Мне говорили, что в Хетаре еще живут великаны, но я не решался слишком глубоко копаться в своей памяти, боясь найти ответ. Возможно, сейчас это время пришло. Я ничем не обязан лесным лордам.
    – Ты должен составить план, – сказала Лара.
    – Лучший план тот, что тщательно взвешен и обдуман, – заметил великан. – Я понимаю, тебе очень тяжело терпеть, но, если мы поспешим, все может провалиться, а это будет еще хуже.
    Ог прав. Дурга уверен, что она сможет удовлетворить его похоть, и придет ночью, чтобы продолжить издеваться над ее телом. Все становится намного сложнее. Энда женился, и Тира ее ненавидит. Труда, с ее растущим животом, сгорает от ревности. Даже Сита, которая была всегда с ней вежлива, старается без крайней необходимости не заводить разговор.
    Энда вернулся с охоты лишь шесть дней спустя. Он принес хорошую добычу и был встречен с почетом. Теперь кладовые были полны запасов на всю предстоящую зиму. Лара штопала одежду, когда он ворвался в комнату, крепко сжал ее в объятиях и поцеловал.
    – Ты скучала? – спросил он с ребяческой ухмылкой.
    – У меня не было времени, твой брат проводил все ночи в моей постели, – зло ответила Лара. – Что же ты не предупредил меня, милорд!
    – Ты же знала, что рано или поздно он придет. – Энда старался оправдаться. – Он тоже твой хозяин. Я подумал, что это удачное время. Меня нет, а его женщина носит ребенка. Ты доставила ему удовольствие?
    – Он считает твое семя безжизненным, – резко сказала Лара, глядя прямо ему в глаза. – Он сказал, что ты вынужден делить меня с женой, вот поэтому Труда уже родит к весне, а я нет. – Лара холодно улыбнулась.
    Энда размахнулся и ударил ее по лицу так сильно, что она упала на спину.
    – Будь осторожна, фея, – предупредил он. – Если не перестанешь меня удовлетворять, станешь женщиной для удовольствий в усадьбе. Многие мои подданные желают провести с тобой время.
    – Это весьма щедрый жест, милорд, если учесть, сколько ты за меня заплатил. Более чем щедрый. – Она говорила, не обращая внимания на горящую щеку. – Может, тебе лучше продать меня, чтобы не потерять деньги?
    – Ни за что! – крикнул Энда. – Мы с братом будем по очереди изливать в тебя семя, пока ты не понесешь, иначе я задушу тебя собственными руками. Я готов делить тебя с братом, но ни с кем другим, Лара.
    Лара промолчала и вернулась в работе. Энда быстро вышел из комнаты и до вечера не показывался ей на глаза. Она увидела его в зале за ужином, когда он спорил с женой. Тира была возмущена.
    – Ты сначала пошел к ней! Твоя жена я, а ты отправился к женщине для удовольствий! Я этого не потерплю! Никогда! Как она посмела явиться в залу, когда я здесь?
    – Замолчи, Тира, ты ничего не понимаешь, – говорил Энда.
    – Нет, не понимаю! Я хочу иметь собственный дом, в котором не потерплю ни одной твоей женщины для удовольствий. Моя сестра готова с этим мириться, но я не Сита!
    Лара поспешила собрать еду и покинуть залу. Очевидно, что жена Энды не в курсе планов лесных лордов. Пока она не узнает правду, не примет ребенка чужой женщины. За спиной раздался крик и звук пощечины. Тира была наказана за дерзость. Бедная девушка. Хотя она достаточно хорошо знает традиции, чтобы не спорить с мужчиной прилюдно.
    Каждую следующую ночь Дурга и Энда приходили в спальню Лары. Они ложились с ней по очереди до тех пор, пока не засыпали без сил. Лара ненавидела их обоих, пока не поняла однажды, что они соревнуются между собой за право стать отцом ребенка. После этого она успокоилась и лежала, спокойно воспринимая происходящее, обдумывая план будущего побега и иногда постанывая.
    Приближался зимний фестиваль, но снег еще не выпал. Проводить праздник без снега было очень необычно, но к нему все равно готовились. Ог решил, что ночь зимнего фестиваля – лучшее время для побега. Дурга и Энда будут отмечать его с женами, поскольку этот день считался благим временем для обретения супружеского счастья. Они уже сообщили Ларе, что она останется одна и может использовать эту ночь для отдыха и восстановления сил. Она поблагодарила братьев и пожелала хорошо провести вечер с женами.
    – Если в дверь постучит кто-то из ваших людей, должна ли я впустить их? – невинным голосом поинтересовалась Лара.
    – Нет! – хором ответили братья. Нельзя допустить, чтобы Лара понесла от кого-то, кроме них двоих. – Всем сообщат, что ты занята. Отдохни. Зима в лесу долгая, у нас будет достаточно времени, чтобы завести ребенка.
    Лара улыбнулась:
    – Благодарю вас за доброту, милорды.

    – Очень хорошо, что еще не выпал снег, на котором остались бы наши следы, – сказал Ог. – Я понесу тебя, так мы сможем передвигаться быстрее. Ты легче пушинки, моя дорогая подруга фея.
    – Куда мы идем? – забеспокоилась девушка.
    – Пока не знаю. В лесу все еще живут феи и эльфы, но я не знаю где. Возможно, не вполне разумно пытаться их отыскать. Мы могли бы поискать убежище в Центроземье, но если тебя поймают, то вернут лордам. Думаю, нам лучше отправиться в Провинцию пустынь к принцам-теням или в Дальноземье. Лучше спроси у Этне, пусть подскажет.
    – Отец говорил, что Дальноземье – опасное место, народы, населяющие его, постоянно воюют между собой. Они еще дикие. Я спрошу Этне, но, полагаю, нам лучше идти в пустыни. Уверена, там мы найдем кров и работу. Ты очень сильный, а я могу зарабатывать шитьем. Мы выживем, Ог.
    – Лара, ты слишком красива, чтобы остаться незамеченной. На тебя обязательно обратит внимание один из принцев и захочет обладать тобой.
    – Я никогда больше не стану рабыней!
    – Женщины, дарящие наслаждение принцам, не рабыни, они все свободны. Принцы-тени никогда не берут женщин силой.
    – Откуда ты знаешь? – удивилась Лара.
    – Мои предки веками путешествовали по Хетару, они многое знали. С того момента, как я очутился в утробе матери, я тоже знаю это. Нам нечего бояться в Провинции пустынь, Лара.
    – Как же они там живут?
    – Простое население живет в шатрах и путешествует по всей провинции с караванами. А принцы живут в роскошном замке на пустынных скалах. Они разводят лошадей.
    – А нам удастся незаметно перейти границу?
    – Ходить и ездить ведь можно не только по дорогам, – подмигнул великан.

    Дворец главы Лесной провинции был украшен сосновыми ветками и венками из остролиста. На окраине деревни сложили костровище, где в момент захода солнца разожгут огромный костер, который будет гореть до самого рассвета. Вокруг него все жители леса будут плясать и веселиться всю ночь. Будут петь старые песни и гимны и следить за молодыми девушками, чтобы те не убегали с юношами в лес. Всю неделю перед праздником женщины во дворце готовили угощения.
    Ог открыл Ларе план побега только в День зимнего фестиваля.
    – Ты не должна показываться в зале, никто не должен видеть тебя, – убеждал он девушку. – Ты тоненькая, вылезешь в окно на самую большую ветку на дереве, что растет рядом. Я буду прямо под ней и поймаю тебя, когда спрыгнешь. Затем сядешь мне на спину. На меня не обращают внимания, думаю, никто даже не заметит, как я подберусь к дворцу. Я хожу быстро, до того, как луна исчезнет с небосклона, доберемся до границы. Оденься теплее и наешься досыта.
    Дурга появился в комнате Лары в середине дня. Он пришел не для того, чтобы соединиться с ней, уже было решено, что ни он, ни Энда не прикоснутся к ней до окончания праздника. В ночь зимнего фестиваля по древней традиции мужчины ложатся только с женами, а правила здесь привыкли соблюдать. Глава провинции пришел сказать, чтобы она заперла дверь изнутри.
    – А я задвину щеколду снаружи, и никто не сможет открыть ее до завтрашнего утра, пока я не приду, – сообщил Дурга. – Отправляйся в залу и возьми еды, девочка. Завтра до середины дня меня не жди, я собираюсь хорошо поесть и выпить сегодня вечером и, конечно, излить семя в свою жену столько раз, на сколько хватит сил. А сил у меня много. – Он хитро посмотрел на Лару, крепко поцеловал ее, шлепнул по заду и с гоготом удалился.
    К счастью, Энду она не видела. Лара быстро спустилась в залу и собрала столько еды, сколько смогла унести. Она не боялась, что кого-то удивит огромный поднос полный еды, все знали, что она не выйдет из комнаты до следующего дня. Оставив поднос на столе в комнате, Лара отправилась к Сите и попросила дать ей работу, чтобы не скучать взаперти.
    – В День зимнего фестиваля не полагается работать, – сказала хозяйка. – Правило гласит, что это время для веселья. Ты выглядишь уставшей, фея. Поешь и выспись. Зима будет для тебя тяжелой и долгой, пока ты не родишь ребенка. – Сита была почти добра к ней.
    – Благодарю тебя за доброту, миледи, – поклонилась Лара, – и желаю счастливого зимнего фестиваля. – Она улыбнулась супруге Дурги и удалилась в свои покои.
    Вечером стемнело очень быстро, но луна долго не появлялась на небе. Лара сидела у окна и любовалась золотым с красным отливом закатом, когда вдали вспыхнуло и взметнулось над макушками деревьев пламя праздничного костра. Вскоре из залы и из деревни послышалось пение и шум веселья. Лара съела все, что смогла, а оставшиеся хлеб, сыр и фрукты сложила в салфетку и завязала в узелок. Затем перелила вино из кувшина в кожаную флягу, которую дал ей Ог. Лара надела на себя все сорочки и платья и положила гребень в карман плаща. Подумав немного, она собрала еще и швейные принадлежности. Затем она прилегла и проспала несколько часов, пока ее не разбудил звон камушков, ударявшихся о стекло. Она встала и распахнула окно.
    – Ог?
    – Пора, Лара, – прошептал в ответ великан.
    – Подожди минутку, соберу вещи.
    – Поторопись, Лара.
    Она заперла дверь еще тогда, когда услышала звук задвигаемой Дургой щеколды. Тогда она нарочито громко повернула ключ и задвинула тяжелый засов. Поэтому сейчас Лара надела плащ, перекинула через плечо ремень фляги с вином и подхватила узелок с едой. Высунувшись в окно, она крикнула Огу, чтобы тот ловил узелок, и стала перелезать на ветку, свисавшую к самому окошку.
    Лара двигалась осторожно, в темноте лишь свет очага в комнате помогал ей разглядеть путь. Слегка развернувшись, она закрыла створки и полезла вперед, следуя советам Ога. Великан подсказал ей сесть на ветку, и, к огромному облегчению, Лара нащупала под ногами еще один сук, ставший ей опорой. Встав на него и схватившись за ветку над головой, она медленно пошла вперед. Сердце колотилось от страха, и Лара старалась не смотреть вниз, чтобы не закружилась голова. Она понимала, что не выживет, если упадет с такой высоты.
    – Еще несколько шагов, Лара, – подбадривал ее Ог.
    Усилием воли она заставила себя двигаться вперед.
    Слава Небесному распорядителю, ночь выдалась безветренной. Над головой ярко светили рассыпанные по небу звезды. На мгновение Лара забылась, подумав, как прекрасно все вокруг, но снизу раздался голос великана. Она прыгнула, как он и велел, и почувствовала его крепкие руки, поймавшие ее почти у самой земли.
    Она устроилась в плетеной корзине на спине Ога, обнаружив, что та выстлана мехом, там же лежала меховая накидка и ее узелок с провизией. Место было немного, но вполне достаточно, чтобы передвигаться с комфортом.
    – Устроилась? – прошептал Ог.
    – Все отлично! – ответила девушка.
    – Тогда в путь! – сказал великан. – Постарайся сидеть тихо, особенно если нас остановят.
    Но их никто не остановил. Ог быстро покинул дворец лесных лордов и стал углубляться в лес, чтобы не натолкнуться на праздничные костры, которые в ночь зимнего фестиваля разжигали во всех деревнях. В руках он нес фонарь, освещающий дорогу. Наконец с неба засветила луна, и Ог потушил его, прикрепив к широкому ремню, которым подпоясывал тунику. Великан шагал очень быстро, и, когда темнота стала рассеиваться, лес заметно поредел, значит, граница совсем недалеко. Они шли окольными путями, держась в стороне от главных дорог. Почва под ногами стала песчаной, а вдали показались барханы.
    Лара согрелась, легкое покачивание убаюкало ее, и она задремала. Проснувшись, она потянулась к кулону на шее.
    – Этне?
    – Я здесь, – ответил кулон.
    – Что же теперь будет?
    – Ваше путешествие продолжается, – ответила Этне. – Это лишь начало.
    – Когда же оно закончится? – прошептала Лара.
    – Когда должно будет. Не задавай глупые вопросы, девочка.
    – А как же я узнаю, что оно завершено? – не успокаивалась Лара.
    – Узнаешь. – Свет в центре звезды вспыхнул и потух.
    – Ог, – позвала Лара. – Мы уже выбрались из провинции лордов? Мне кажется, стало теплее. Я даже сняла накидку.
    – Мы уже в пустыне, скоро рассвет. Я поищу место, где мы сможем остановиться. Днем будет жарко. Здесь должен быть оазис. Посиди еще немного в корзине.
    Лара притихла, понимая, что, пока Ог несет ее на плечах, он может передвигаться быстрее. Она никогда не видела пустыню и даже не предполагала, как она выглядит. С каждой минутой становилось все жарче, однако после промозглой зимы в лесу это даже было приятно.
    – А вот и оазис. Там есть и тень, и вода, – послышался над головой голос великана. – Если мне не изменяет память.
    – А люди там есть?
    – Не знаю. – Через несколько шагов Ог остановился. – Я высажу тебя. Сейчас сниму котомку.
    Лара вылезла наружу, едва не ослепнув от дневного света. Небо было ярко-синим, без единого облачка. Солнечные лучи нагревали воздух все сильнее, делая непривычно горячим. Деревья были совсем не похожи на те, что она видела раньше. Кора на стволе была грубой и бугристой, а листья большими и раскидистыми. Послышалось журчание воды небольшого водопада, что казалось явлением удивительным в столь безжизненном месте. Оазис был окружен высокой каменной стеной, за его пределами до самого горизонта простиралась пустыня.
    Лара огляделась. Среди этого бескрайнего моря песка не было ни единой живой души, кроме нее и Ога.

Глава 8

    Ог кивнул.
    – Знания о пустыне хранятся в памяти моих предков, – сказал он. – Но я, как и ты, никогда ее не видел. Волшебное место, но чувствую, что оно может быть опасным. Днем здесь очень жарко, поэтому нам лучше отдохнуть и двинуться в путь вечером. А может, нам лучше остаться здесь, пока не поймем, в какую фазу вступила луна пустыни, она не обязательно должна быть полной, как в лесу. Еда у нас есть, если колодец не пересох, то и вода тоже. – Он подошел к низкому каменному сооружению и опустил ведро.
    Лара услышала всплеск, и вскоре Ог уже пробовал воду.
    – Она свежая? – спросила Лара.
    – Да, нам повезло.
    – Почему здесь никто не живет? – удивилась девушка.
    Великан пожал плечами:
    – Люди пустыни полгода проводят в пути, а вторую половину живут у подножия гор, где находится замок принцев. В ближайшие дни нам надо найти какое-то поселение, иначе останемся без еды. Сомневаюсь, что здесь много оазисов. Не стоит надеяться на везение на этой земле.
    – Может, нам удастся выйти к деревне, Ог. Или пересечем пустыню и отправимся в другое королевство. – Лара старалась не терять оптимизма.
    – За пустыней начинается Дальноземье, – сказал великан. – Это самое страшное место в Хетаре, там не действуют законы и нет правительства. Люди заботятся только о себе, ну, еще о семье и родных. Ты же сама говорила, что они дикие. Я не хочу идти туда и тебе не советую.
    – А что, если у нас нет выбора?
    – Будем молиться Небесному распорядителю.
    – Покопайся в своей памяти, Ог. Если великаны живут в какой-то провинции, почему это не может быть Дальноземье?
    – Да, там есть великаны, но я не хочу о них говорить. Ты проголодалась, Лара? Ты ведь ничего не ела со вчерашнего вечера.
    – Мы достаточно далеко ушли от границ Лесной провинции, чтобы нас не поймали? – забеспокоилась девушка.
    – Между нами и дворцом лесных лордов много лиг, – успокоил ее Ог. – Даже если они бросятся в погоню на рассвете, доберутся сюда только через несколько дней.
    – У нас нет никаких документов. Что, если нам встретится караван?
    – Скажем, что ты моя госпожа, и мы путешествуем по пустыне, – ответил Ог. – Здесь не проходит путь каравана. Мы в стороне от главных дорог. Теперь я сделаю из котомки шатер для тебя, чтобы скрыться от солнца, иначе твоя светлая кожа будет обожжена лучами. Потом поедим и будем отдыхать. Можешь освежиться в водопаде.
    Ог поставил несколько столбиков и сделал навес из корзины, под которым расстелил шкуры, которые согревали Лару в пути.
    – Пойду поищу упавшие деревья и соберу листья, чтобы разжечь огонь на ночь. Видишь выложенные по кругу камни? Там и разожжем костер.
    Солнце припекало, и Лара заставила Ога укрыться под тентом. Он, конечно, не мог встать под ним, как она сама, но мог сидеть пригнув голову.
    Они перекусили тем, что удалось прихватить из дворца, кроме того, Ог спрятал еще несколько лепешек хлеба. Выпив вина, они улеглись спать. Когда друзья проснулись, наступил вечер. От непривычной жары у Лары разболелась голова.
    – Пойдем охладимся под водопадом, – предложил Ог. – Я, конечно, не смогу окунуться, – усмехнулся он, – иначе вода в этом крошечном водоеме выйдет из берегов. Но я могу помочить ноги.
    Лара скинула платье, оставшись в рубашке, решив, что та быстро высохнет под жарким солнцем, и вошла в воду по самую шею. Она закрыла глаза от наслаждения. Вода была действительно прохладной, а дно мягкое, песчаное. За всю свою жизнь она ни разу не чувствовала себя такой свободной. Она посмотрела на Ога и улыбнулась. Великан сидел на берегу, опустив одну ногу в воду, а вторую подставив под струи водопада.
    Подул прохладный ветер, и в мокрой одежде было немного холодно. Лара с удовольствием закуталась в шкуру и поужинала вместе с Огом оставшимся хлебом, сыром и вином. Великан направил палец на сложенные дрова и произнес:
    – Огонь! – Над поленьями вспыхнуло пламя.
    – Как ты это делаешь? – изумилась Лара.
    – У всех великанов есть свои способности, – ответил Ог. – Лесные великаны могут вызывать огонь одним пальцем. Как же, ты думаешь, я нагревал воду для тебя в банях? Мы должны спать по очереди, Лара. Сначала буду дежурить я и разбужу тебя через несколько часов.
    – Зачем нам дежурить? – спросила Лара. – Думаешь, Дурга и Энда погонятся за нами?
    – Не в этом дело. В пустыне водятся дикие животные. Отдыхай, Лара. Скоро твоя очередь.
    Лара с удовольствием вытянулась на теплых шкурах. Ее поражала окружавшая их тишина. Даже в лесу никогда не бывало так тихо. Она чувствовала себя в безопасности, зная, что рядом Ог. Веки медленно опустились, и она погрузилась в безмятежный сон. Казалось, прошло совсем немного времени, когда Ог коснулся ее плеча. Нехотя Лара поднялась.
    – Я поддерживал огонь, ночь сегодня безветренная, – сказал Ог. – Луна светит ярко. Разбуди меня прежде, чем она исчезнет с неба.
    Лара села к костру и скоро услышала громкий храп великана. Она улыбнулась, но лицо ее стало серьезным, как только она вспомнила о событиях прошедшего дня. Вчера в это же время она была в покоях Энды во дворце Дурги. А сейчас, если верить Огу, они за много лиг от леса. Он сказал, что один его шаг равен одной лиге, а они шли несколько часов. Как поступят лорды, когда заметят, что ее нет в комнате? Обнаружили, что Ог тоже пропал, или сразу бросились в погоню за ней? Зная Дургу и Энду, она была уверена, что они немедленно поскачут за ней следом, если не поймут, что она ушла вместе с Огом. Но великан никогда ни с кем не дружил в деревне. Нет, им никогда не догадаться, в каком направлении они убежали.
    Внезапно со стороны водопада послышался какой-то шорох. Лара всмотрелась в темноту.
    – Кто там? – спросила она, но ничего больше не услышала. По небу медленно ползли облака, иногда закрывая растущую луну. Лара вздохнула и обхватила себя руками. Затем посмеялась над собой. Должно быть, это просто крыса пришла напиться воды.
    Мужчина смотрел из темноты на прекрасную девушку, сидящую у костра. Она была похожа на фею, но, скорее всего, была феей лишь наполовину, в ней было много человеческого. Он видел ее сегодня, когда пролетал над ними утром, и заинтересовался, кто же остановился на привал у оазиса Зирун. Это место далеко от дороги, до ближайшей деревни великану придется идти всю ночь. Накинув плащ, мужчина стал невидимым и пробрался к навесу, под которым спал великан. Нагнувшись к самому его уху, он прошептал:
    – Держи путь на север. На утренней заре будете в безопасности. Помни, на север. Большое созвездие, Больмаир, укажет путь. – Сказав это, мужчина исчез.
    Ог продолжал спокойно спать под навесом.
    Лара сидела у огня и дремала. Рядом мелькнула тень, подбросила несколько поленьев в огонь и скрылась в темноте. Лара открыла глаза, не понимая, что могло ее потревожить. Костер горел ярко, Ог по-прежнему похрапывал под навесом. Лара улыбнулась, подумав, как хорошо быть далеко от Энды и Дурги. Какие же они глупцы, решили, что она сможет родить им ребенка и снять проклятие королевы! Она не знает ничего из магии, хотя Ог говорил, что она просто не умеет этим пользоваться. Но даже если бы она и захотела научиться колдовать, кто бы ей в этом помог?
    Лара придвинулась ближе к огню, удивляясь, какие холодные ночи в пустыне. После жаркого дня это казалось невозможным. Она подняла голову и стала наблюдать за месяцем, медленно двигавшимся по темному небу. Она видела три из четырех лун Хетара; голубую луну города и Центроземья, зеленую луну леса и медно-красную луну пустыни. Она слышала, что на побережье луна похожа по цвету на кусок масла, сливочно-желтая. В Дальноземье можно увидеть все четыре луны Хетара, но там они все кажутся серебристыми. Вскоре месяц подобрался к самому краю неба, и Лара пошла будить Ога.
    Великан посмотрел на нее сонными глазами и улыбнулся.
    – Поспи еще, Лара. Мы останемся здесь до заката, а вечером пойдем на север. – Он нагнулся и встряхнул шкуры.
    – Как тебе удается делать такие огромные шаги? – Лара легла. – Ноги у тебя, конечно, длинные, Ог, но не настолько, чтобы делать шаг в целую лигу.
    – Все дело в волшебных сапогах, – ответил великан. – Когда дед Дурги нашел меня в лесу, я спросил, можно ли мне сделать самому себе сапоги? Тогда мне было восемь, и я ходил босиком. Я объяснил, что ногам зимой холодно, и если я их отморожу, то не смогу служить хозяину. Лорду очень хотелось заполучить последнего лесного великана, поэтому он сказал, что велит сшить мне обувь, ведь восьмилетний мальчишка не может ничего сделать сам. Лесной лорд умер, когда я был уже взрослым, тогда я и сшил себе эти сапоги, используя все знания моих предков. На первый взгляд они ничем не отличаются от обычной обуви. В них можно ходить небольшими шагами, но лишь до тех пор, пока я не прикажу им шагать лигами. Поэтому я могу преодолевать большие расстояния, – закончил рассказ Ог.
    – Почему же ты раньше не убежал? – спросила Лара.
    – У меня не было повода, – простодушно ответил великан.
    – Но ведь лесные лорды плохо с тобой обращались, Ог.
    – Да, но это была моя жизнь, маленькая фея. Плохи ли, хороши ли, но они стали моей семьей. А теперь я нужен тебе. Ты еще молода, Лара, и даже не представляешь, какой силой обладаешь. До тех пор пока ты не научишься правильно ей пользоваться, я должен быть рядом, чтобы защищать тебя. В глубине моей памяти есть что-то о лесных феях. Твоя мать наверняка была одной из них. А лесные великаны были их помощниками, поэтому я просто обязан охранять тебя в этом путешествии. Настанет день, когда я буду уже не нужен, но сейчас тебе без меня не справиться.
    Лара улыбнулась.
    – Я бы хотела, чтобы ты остался со мной навсегда, Ог, – сказала она, закрыла глаза и уснула, поэтому не увидела, с какой любовью смотрят на нее эти светлые глаза.
    Лара проснулась после полудня. Ог спал под пальмой у водопада и открыл глаза, когда девушка вошла в воду. Она наслаждалась прохладой и уговорила Ога опять сесть на берег и подставить ноги под струи водопада, чтобы хоть немного охладиться. Затем они пообедали хлебом и оставшимися яблоками, наполнили опустевшую флягу водой из колодца. Ог разобрал тент, превратив его вновь в походную котомку, и выстелил дно шкурами, правда на этот раз мехом вниз. Лара собрала оставшиеся пожитки в узелок, но плащ не убрала, он пригодится ей ближе к вечеру, когда похолодает.
    – Готова?
    Лара уверенно кивнула, и он помог ей забраться в корзину.
    – В какую сторону мы пойдем? – спросила Лара.
    – На север. У меня такое ощущение, что именно там есть деревня или какое-то поселение, так что идем на север.
    – Мы доберемся до завтра?
    – Не знаю, может, через день. Мы можем опять сделать привал и переждать жару. Воды у нас много, хватит на несколько дней, если тратить ее экономно.
    Ог шел без остановки всю ночь. Путь ему указывала самая яркая звезда Больмаир, светившая на севере. Спать Лара не хотела и чувствовала себя превосходно. Она лежала на спине, закинув руки за голову, и любовалась звездным небом и яркой красноватой луной. Когда ночь пошла на убыль, Ог увидел впереди пики скал, словно выраставшие из песка пустыни, а у подножия – черные крыши шатров. Он облегченно вздохнул.
    – Лара, мы вышли к деревне. Но нам надо спрятаться и переждать, пока я не выясню, что это за люди. Еще не рассвело, все спят. Подождем, – сказал Ог и уселся прямо на песчаный бархан.
    – Хорошо, – ответила она из корзины. – Но не долго. Я мечтаю вылезти отсюда и размяться.
    – Кажется, я вижу пастухов. Спрошу, кто у них старший.
    Пастухи открыв рты смотрели на великана, но не испугались его. В пустыню редко забредали чужеземцы, ничего ценного в этой земле не было. Ни руды, ни драгоценных камней. Ни плодородных полей. Пустыня была сурова и беспощадна. Единственным ее украшением стали прекрасные скакуны, которых, к удивлению караванных торговцев, разводили принцы. Они не понимали, как им это удается, но, впрочем, не очень были обеспокоены этим вопросом, поскольку всегда могли сторговать их у владельцев за хорошую цену.
    – Меня зовут Ог, – сказал великан. – Я пришел к вам с добром. Можете отвести меня к старшему в деревне? Хотел бы попросить разрешения поставить шатер рядом с вашими.
    – Мое имя Умар, – вышел вперед молодой человек. – Мой отец здесь старейшина. Я провожу тебя.
    Ог пошел за юношей и вскоре был представлен его отцу, Заки. Выслушав просьбу великана, старейшина спросил:
    – Чем ты зарабатываешь на хлеб, Ог? Мы простые люди, и бездельники нам не нужны.
    – Я принес на спине свою госпожу, – ответил Ог. – Она прекрасно шьет, а я могу переносить для вас грузы. Мы не будем вам обузой.
    – Тогда устанавливай свой шатер, – кивнул Заки. – Нам пригодится твоя сила.
    – У вас есть принц? – поинтересовался Ог.
    – Разумеется, – ответил Заки. – Принц Калиг, его замок высоко на скале. Он не будет возражать, если вы поселитесь с нами. Он добрый человек. Ты ведь лесной великан, верно? Я слышал, что твои сородичи вымерли.
    – Именно так. Я единственный остался в живых.
    – Как же это произошло? – Заки с интересом смотрел на Ога.
    Тот пожал плечами:
    – Это было еще до моего рождения. Мама спасла мне жизнь, но никогда ничего не рассказывала. Ей было больно вспоминать о произошедшем.
    – Да, я понимаю, – сказал Заки. – Что ж, иди, и добро пожаловать.
    Ог нашел безопасное место на краю деревни, отнес туда Лару и раскинул навес. В деревне началось оживление. Ог внимательно осмотрел шкуры и отобрал самую лучшую.
    – Я продам ее, чтобы купить все необходимое, – объяснил он девушке и ушел. Вскоре он вернулся с большой железной кастрюлей, прутьями для очага, большой ложкой, ножом, пятью подушками, куском материи и корзиной продуктов и специй. Ог выглядел очень довольным собой.
    Пока его не было, Лара соорудила для них постели из оставшихся шкур и разложила рядом вещи. Большим куском ткани, который она тоже прихватила с собой, Лара огородила свою кровать, создав таким образом некое подобие отдельной спальни. Закончив дела, они сели перекусить свежим хлебом и сыром, запив все это водой, набранной из колодца оазиса.
    – Пойду поищу работу, – сказал Ог, закончив трапезу.
    Через некоторое время он принес вещи для починки, которой не хотели заниматься деревенские женщины. Всего через несколько дней слава о Ларе как об отличной портнихе разлетелась по всей деревне. Она была рада, что нет необходимости часто покидать шатер, дабы не привлекать внимание своей красотой. Когда выходить все же приходилось, она тщательно закрывала шалью лицо и голову. Жители сочли ее скромной и добропорядочной, поэтому относились с большим уважением. Однако их разбирало любопытство, молода ли она или стара и откуда пришла в их земли. Спросить прямо они не могли, поскольку новая швея не разговаривала ни с кем, кроме слуги-великана.
    Однажды к Ларе пришел посыльный от принца Калига с шелковой туникой и корзиной ниток лучшего качества.
    – Мой господин просил узнать, могла бы ты вышить эту тунику?
    – Могла бы, – кивнула Лара, – но для этого потребуется много времени. Туника нужна к определенному дню? У господина есть какие-нибудь пожелания?
    – Это наряд для конного фестиваля, который состоится через шесть недель, – ответил слуга.
    – Приходи на следующей луне, – сказала Лара.
    Ог был в восторге.
    – Ты становишься популярна. Что вышьешь на тунике? Заки говорил, что фестиваль – очень важное событие.
    – Знать бы, как выглядит этот принц, – задумчиво произнесла Лара.
    – У него синие глаза и темные волосы, как у всех принцев в пустыне, – ответил Ог.
    Лара рассмеялась:
    – Впрочем, это не так уж и важно. Он хорошо платит, и моя задача угодить ему. Тогда мы сможем не думать о средствах несколько месяцев. Может, даже купим настоящий большой шатер у лавочника. Его жена сказала мне, что у них есть даже такой, в котором ты сможешь стоять в полный рост.
    – Все же моя старая корзина хорошо послужила нам, Лара, – подмигнул Ог.
    – Несомненно, – кивнула та.
    Несколько дней Лара думала над тем, какую же сделать вышивку на тунике принца. Ей не хватит времени, чтобы украсить ее изображениями лошадей, поэтому она решила изобразить на спине туники скалы пустыни и так заворожившую ее некогда красноватую луну, спереди украсить двумя рядами серебряных и синих звезд, спускающимися от ворота к подолу. Широкие манжеты будут расшиты узорами черными и красными нитями. Лара пришла к выводу, что туника будет смотреться очень элегантно и эффектно. Ей самой очень нравилась ее задумка.
    Слуга вернулся за костюмом через несколько недель и принес приглашение от принца Калига.
    – Тебя приглашают на фестиваль, леди. Завтра за тобой пришлют паланкин.
    – Я всего лишь бедная женщина, – пробормотала смущенная Лара. – У меня нет подходящего платья, не хочу, чтобы принцу было неловко за такую гостью. Но, пожалуйста, поблагодари за меня хозяина.
    Посыльный поклонился и ушел. Однако следующим утром появился вновь с большим свертком.
    – Господин просил тебе передать, – сказал он с поклоном. – Носилки прибудут после полудня.
    Лара развернула пакет. В нем было простого покроя платье без рукавов с круглым вырезом из тончайшего переливающегося шелка. Девушка застыла в изумлении.
    – Теперь придется идти, – раздался за спиной голос Ога. – Говорят, принцы-тени волшебники.
    – Почему их называют принцами-тенями?
    – Их сложно заметить. Они обладают умением оставаться невидимыми. А еще с легкостью внушают человеку мысли.
    – Мне надо принять ванну, – растерялась Лара. – И волосы давно не мыты.
    – Я поговорю с Заки, – пообещал Ог и убежал.
    Интересно, почему принц Калиг хочет ее видеть? Не может быть, чтобы из-за вышивки. Или он видел ее раньше? Внезапно она вспомнила шум ночью в оазисе. Не мог же он тогда наблюдать за ней из темноты? Немыслимо! Она не слышала топота копыт, а до ближайшей деревни Ог прошел много лиг. Возможно, принц, как и остальные жители, заинтригован тем, как она выглядит.
    Появился Ог.
    – Заки сказал, что у подножия горы есть небольшая пещера, в которой течет вода. Можешь там помыться, а его жена передала тебе вот это. – Он вложил ей в руку небольшой кусок пахучего мыла. – Я буду охранять тебя, Лара, чтобы никто не помешал. Надо спешить, чтобы волосы успели высохнуть. – Они отправились в пещеру, о которой рассказал старейшина Заки.
    В пещере свет казался нежно-голубым, а вода была теплой, что показалось Ларе странным. Она с наслаждением вымыла длинные волосы и тело, вытерлась насухо и надела чистую одежду. Покрыв голову и лицо, она вместе с Огом поспешила в деревню.
    – Восхитительно! – говорила она по дороге. – Вода была совсем не холодной! А свет такой приятный и расслабляющий.
    – У тебя осталось время, только чтобы одеться. И запомни, – напутствовал Ог, – если ты не ответишь ему взаимностью, он не накажет тебя и позволит вернуться в деревню. Принцы-тени не берут женщин силой. Они считают, что желание должно быть взаимным. Женщины в пустыне свободны и могут поступать так, как хотят, – напутствовал великан.
    – С чего ты взял, что он будет просить меня? – пожала плечом Лара. – Возможно, его приглашение всего лишь дань вежливости. Принц благодарен за хорошую работу. Он не может ничего знать ни обо мне, ни о моей красоте. Ему просто любопытно посмотреть на швею.
    – Он же прислал тебе наряд, – фыркнул Ог. – Платье верного размера и очень тебе идет.
    – По мне видно, что я стройная, даже когда я замотана в платок.
    – Нет, я уверен, он тебя видел, – настаивал Ог.
    Лара промолчала и скрылась за занавеской, отделявшей ее постель от остального жилища. Она сбросила одежду и облачилась в нарядное платье. Оно сидело так, словно его шили специально для нее. Тонкая ткань не скрывала очертания тела, и Лара не могла надеть под него сорочку, поскольку та была из другого материала. К огромному удивлению, рядом с платьем появилась еще и пара сандалий из тонкой кожи, которых не было, когда она уходила в пещеру. Она расчесала волосы деревянным гребнем и заплела в косу.
    – Паланкин принца прибыл, – объявил великан.
    – Я уже готова. – Лара вышла из своего закутка.
    – Какая ты красавица! – воскликнул Ог. – Не сомневаюсь, принц влюбится в тебя. Ему повезло. – В его голосе промелькнула тоска, но Лара этого не заметила, как не обратила внимания и на легкую грусть в глазах.
    – Любовь – это мираж. Ее путают с похотью или взаимовыгодными отношениями. Мужчина хочет женщину, женщина хочет мужчину, они спариваются, вот и все.
    – У тебя холодное сердце феи, – пробормотал Ог. – Поверь, однажды ты влюбишься, и сердце будет сгорать от страсти, его будет сжигать человеческая часть твоей крови. Увидишь.
    – Надо будет захватить тебе из замка специального лекарства от хандры. Я же знаю, как ты любишь сладкое, милый Ог. – Девушка вышла и села в ожидавшие ее носилки. Они очень отличались от тех, что присылал за ней Гай Просперо. Это была повозка из дерева кипариса, ничем не украшенная, кроме полупрозрачных золотистых шторок. Двое слуг легко ее подхватили и, кажется, даже не касаясь земли добрались до подножия самой высокой горы. Таинственным образом в скале появились ворота, открывшиеся при их появлении. Лара была поражена. Неужели принцы-тени действительно волшебники? Возможно, она скоро все узнает. В скале была проложена дорога, ведущая на самый верх, освещаемая хрустальными лампами с маленькими пляшущими внутри существами. Кто же они такие? Надо обязательно спросить. Она не сможет удержаться. Тем временем повозка продолжала свой путь, а перед ней распахивались все новые и новые двери.
    Паланкин ни разу не покачнулся, словно носильщикам велено было дорожить гостьей. Лара очутилась в огромном холле, стены которого были отделаны белым мрамором и инкрустированы золотом. С потолка свисали огромные хрустальные люстры. Пол выложен большими плитами черного и белого мрамора. Вдоль стен возвышались колонны, на которых стояли диковинные цветы в больших вазах из оникса.
    Они свернули левее и оказались около открытой колоннады. Носилки опустились, и кто-то, откинув занавеску, помог Ларе выйти. Она точно знала, что в холле никого не было, но сейчас видела юношу своими глазами. Он был высок, но возраст его определить было невозможно. Лара поняла лишь, что он не мальчик. На скуластом лице светились ярко-синие глаза, волосы были темнее ночного неба. Лара никогда не видела такого красивого мужчину. Она вздрогнула, когда его теплые губы коснулись внутренней стороны ее маленькой ладони.
    – Ты наполовину фея, – произнес он. – Очаровательно! Добро пожаловать в Шуннар, Лара.
    – Благодарю, милорд. Ты принц Калиг? – Она неожиданно смутилась.
    – Да, – ответил молодой человек и положил ее ладонь на сгиб своей руки.
    – На тебе туника, что я вышивала! – вскрикнула девушка.
    – Ты очень талантлива. Кто же учил тебя? Матушка?
    – Моя мать-фея оставила нас, когда я была совсем маленькой. Меня всему научила бабушка. Она растила меня до десяти лет, но потом Небесный распорядитель призвал ее.
    – Прошу, я покажу тебе Шунар, – сказал принц и проводил Лару на балкон. – Вон и наши лошади. Они прекрасны, не правда ли?
    Лара была поражена увиденным. Внизу, окруженная скалами, простиралась долина, на которой паслись удивительной красоты лошади.
    – Такого не может быть. Это волшебство?
    Он засмеялся:
    – А должно быть? Может, это просто небольшое отклонение от правил?
    – Это правда?
    Принц пожал плечами:
    – Возможно. Эта долина была здесь столько, сколько мы живем в этом чудесном месте.
    – А это давно? – спросила Лара.
    – С самого начала, по крайней мере, так сказано в летописях.
    – Лесные лорды считают свой клан старейшим в Хетаре, – сказала Лара.
    Принц весело рассмеялся:
    – Откуда им знать? Они никогда не выбирались за пределы своих деревьев. Они слишком самонадеянны и глупы. Кланы в пустыне появились очень давно, если не раньше. – Он посмотрел на Лару: – Ты оттуда? Из леса? Великан, сопровождающий тебя, лесной житель. Мы слышали, они вымерли.
    – Говорят, – кивнула Лара.
    – А твоя мать – лесная фея. У них такие же золотистые волосы и зеленые глаза.
    – А в пустыне живут феи? – поинтересовалась Лара.
    – Мы называем их пери. Да, они живут с нами. Но редко показываются и предпочитают общество друг друга. Но великанов у нас нет. Мне казалось, они предпочитают жить в лесу или в горах. А что случилась с лесными великанами? Ты знаешь?
    – Да. Их убили лесные лорды. Ог тогда был в утробе матери. Ей удалось скрыться в лесной чаще, где они прожили несколько лет среди диких зверей. Потом ее поймали и убили. Огу было четыре года. Его оставили служить лордам, как служили его предки.
    – Почему же это произошло?
    – Великаны знали страшную тайну кланов, а лорды не хотели, чтобы кто-то знал ее, кроме них. Они оставила Ога в живых, потому что решили, что он был слишком мал и ничего не помнит. Но великаны хранят в себе знания всех поколений, Ог все знал, но молчал. Только когда я оказалась в опасности, он открылся мне, чтобы убежать от жестоких хозяев.
    – А что за тайну хранят лесные лорды?
    – Об этом расскажет сам Ог, если сочтет нужным, – ответила Лара.
    – Мне кажется, в тебе нет ничего от лесных жителей, – заметил принц. – Откуда ты родом?
    – Я приехала из города, пока этого достаточно. – У нее не было желания рассказывать ему все о себе, однако принц Калиг был весьма любопытен.
    – Расскажи! – потребовал он.
    Теперь уж и Лара рассмеялась.
    – Почему это так важно? – Она внимательно вгляделась в красивое лицо. – Разве твое любопытство не удовлетворено тем, что ты увидел скрытое от всех жителей деревни? Тебе известно, что я молода и наполовину фея, а еще люди говорят, что я красива.
    Он обхватил ее лицо широкими ладонями.
    – Я видел тебя раньше, – сказал принц. Его губы были так близко.
    – В оазисе, когда я дежурила ночью, – произнесла Лара. – А я решила, что это крыса пришла напиться и шуршит в кустах. Это был ты, милорд?
    Он кивнул и нежно коснулся ее губ.
    – Но на песке не было следов и я не слышала стука копыт. – Лара тряхнула головой. – Как ты туда попал? И как вернулся обратно, оставшись незамеченным?
    – Ты видела над головой сокола? – спросил принц. Он не отпускал ее, синие глаза смотрели прямо в ее зеленые очи. Он хотел, чтобы она видела только его.
    – Да. – Лара почти не дышала. Какие у него прекрасные глаза.
    – Это был я.
    – Ты можешь менять обличие! – Она в испуге отпрянула.
    – Если мне очень хочется, – признался принц. – А в тот день мне так хотелось посмотреть, как ты купаешься в водопаде оазиса Зерун. У тебя восхитительное тело. Синяки на бедрах уже прошли? Кто так жестоко обращался с тобой?
    Лара отвернулась и стала рассматривать долину, положив руку на балюстраду.
    – Мой отец был солдатом, – начала она свой рассказ. – Он искусно владел мечом и мечтал занимать лучшее положение в мире и никогда не поднимать его, повинуясь приказам других. Но он был беден, а правила ордена Доблестных Рыцарей очень строги.
    – И глупы, – тихо добавил принц. – Какое значение имеет внешний вид, если талант воина стал легендой? И твою красоту поменяли на золото, которое помогло отцу воплотить давнюю мечту в реальность?
    – Я сама этого хотела, – сказала Лара. – У нас не было денег на приданое, я никогда бы не вышла замуж. Главный торговец хотел продать меня в Дом удовольствий, но Старшая госпожа гильдии женщин для удовольствий не позволила ему так поступить. Она сказала, что люди уже дерутся за право купить меня и спорят о том, кому будет принадлежать право первой ночи. Она сказала, что не хочет проблем, и запретила продавать меня в городе.
    Меня передали караванщику Рольфу Честная Сделка. Он должен был отвезти меня к королю Прибрежной провинции. Со мной путешествовали и другие женщины, предназначавшиеся лесным лордам. Одна им не понравилась, и они очень разозлились. Тогда слишком скандальная женщина сообщила им, что в караване везут еще одну рабыню. Лорды настояли, чтобы меня им показали, и купили меня.
    – Но ты не простая рабыня, – сказал принц. – Ты, должно быть, стоила целое состояние. Как же они заплатили?
    – У них было наследство. – Лара опустила голову. – Об остальных моих приключениях расскажет Ог. Вот теперь тебе все обо мне известно. Я беглая рабыня, но мне сказали, что, если я проживу в Провинции пустынь год и один день, тогда буду считаться свободной и смогу вернуться в город.
    – А ты хочешь вернуться?
    – Не знаю. Иногда мне кажется, что я лишь в начале пути, милорд. – Лара смущенно отвернулась. – Твое любопытство удовлетворено, принц Калиг? Могу я вернуться в деревню?
    – Разумеется, ты можешь вернуться, но я полагал, тебе будет интересно узнать, как проходит выбор кобыл. У меня и моих друзей принцев есть несколько жеребцов. Их отпускают поочередно, и каждый выбирает кобылу. Они уходят подальше от табуна и спариваются. Потом кобыл приводят в стойло жеребца, мы ждем, прижилось ли его семя. Если нет, кобыл опять возвращают в табун. Таким образом мы поддерживаем чистоту крови.
    Лара посмотрела на долину и заметила еще не сколько балконов, подобных тому, на котором стояла с принцем.
    – Замки расположены вокруг долины?
    – Да, – ответил принц Калиг.
    – А потом будут угощения?
    – Да.
    – Тогда я останусь. Я устала питаться сыром, хлебом и бараниной. А смогу я взять что-нибудь вкусненькое для Ога?
    Она его очаровала. С одной стороны, Лара казалось уверенной в себе, а с другой – маленькой девочкой, а иногда загадочной и недоступной. Он мечтал остаться с ней наедине и исследовать все потайные места ее тела, но принц, как никто другой, знал, что ему стоит запастись терпением.
    – Конечно. Ты можешь забрать своему великану все, что останется после праздника. Я буду рад доставить ему удовольствие. Что он больше всего любит?
    – Все, – засмеялась Лара. – Лесные жители недолюбливали Ога и плохо кормили. Он с удовольствием попробует новую еду, особенно сладости. Он тоже устал от сыра, хлеба, баранины и воды. Вино мы не пили с тех пор, как покинули оазис. Как ты его назвал?
    – Оазис Зерун. Когда-то один человек построил себе дом в том месте, его звали Зерун Мудрый.
    – Мне там понравилось, – сказала Лара. – Там тихо и красиво. От деревьев не много тени, но они защищали нас от солнца. Думаю, если бы жила там, то чувствовала себя счастливой.
    Слушая ее, принц улыбался.
    – Пустыня может быть очень жестокой, – произнес он.
    – Такой же, как люди?
    Его поразила ее проницательность.
    – Иногда, – ответил принц и провел рукой по ее щеке. – Какое огромное удовольствие смотреть на тебя, Лара. Ты такая красивая. Ты же знаешь, что я бы хотел заняться с тобой любовью, – продолжал Калиг, – но никогда не позволю себе этого, если ты не захочешь.
    – Любовь – пустые девичьи мечты, – сказала Лара. – Ты хочешь лечь со мной, чтобы удовлетворить желания своего тела. Не стоит прикрывать их прекрасным словом «любовь», милорд принц. И не надо меня упрашивать. Ты привлекателен, возможно, если этому суждено произойти, когда-нибудь я и удовлетворю твое желание. Но не сегодня.
    Слова Лары произвели на принца-тень ужасающее впечатление. Он отступил назад и произнес:
    – Распоряжусь, чтобы тебя отвезли в деревню, Лара. – В следующее мгновение он исчез из вида.
    Лара поежилась. Похоже, она оскорбила принца, о чем теперь сожалела. Ей было приятно его общество. Но, как и все мужчины, встречавшиеся в ее жизни после отъезда из города, он думал лишь об удовлетворении собственной страсти. Что ж, по крайней мере, он не взял ее силой, как лесные лорды. Если он призовет ее в замок еще раз, она вымолит у него прощение за недостойные речи.
    – Леди, повозка подана, – раздался голос слуги за спиной.
    Лара повернулась и пошла к носилкам. Дорога обратно показалась ей даже короче, и вскоре она опять стояла перед навесом, чувствуя даже сквозь сандалии горячий песок пустыни.
    – Что случилось? – с удивлением повернулся к ней Ог.
    – Я отказала ему, и он отправил меня назад, – ответила Лара.
    Ог покачал головой:
    – Он оскорбился? Принцы-тени не привыкли получать отказ. По слухам, они лучшие любовники во всем Хетаре.
    – Интересно, кто же распускает эти слухи, – сухо сказала она. – Лесные лорды тоже были лучшими любовниками, их кланы старейшими, а кровь самой чистой. Знаешь, Ог, жизнь учит меня верить тому, что доказано. – Лара усмехнулась. – Ты сам говорил, что они предоставляют женщинам право выбора. Я предпочла оставаться честной со всеми и не бросаться сразу в постель к принцу. Так, мне надо снять это платье и надеть что-то более практичное. У меня много работы, если я не закончу в срок, мне не заплатят.
    Великан покачал головой. Лара повела себя неразумно. Заслужив милость принца Калига, она могла значительно улучшить их жилищные условия. Его спиной и ее иглой им не заработать достаточно денег на покупку шатра. Деревенские жители небогаты. Они получают от них лишь продукты и немного монет, чтобы купить самое необходимое. Ог успокоил себя тем, что принц видел то, о чем не знает никто в пустыне, – он видел красоту Лары. Маленькое поражение не остановит принца Калига. Сопротивление Лары – лишь временные трудности.
    Позднее, когда на пустыню уже опускался вечер, прибыли слуги принца с подносами, уставленными всевозможными яствами. Зажаренная на огне газель, фаршированные мясом и рисом виноградные листья (долма), горячие хлебные лепешки, кусочки огурцов, залитые йогуртом, кувшин меда и целое блюдо фруктов – некоторые названия не знал даже Ог, – к ним медовые кексы и засахаренный миндаль. И вино! Слуга быстро расставил блюда и удалился.
    – Иди же скорее! – позвал Ог.
    Лара появилась из-за шторы, где занималась ремонтом одежды, пока еще было достаточно светло. Рот ее открылся от удивления.
    – Откуда все это?
    – Думаю, от принца, – ответил Ог. – Смотри, даже вино!
    – Я сказала ему, что согласна остаться на праздник, если будут подавать угощения, – смущенно пробормотала Лара. – Потом его задело что-то сказанное мной, и меня привезли домой.
    – Что ты ему сказала? – поинтересовался Ог. Рот наполнился слюной от восхитительных ароматов. – Сядь, – он махнул рукой, – поговорим за ужином. Я и не предполагал, как голоден, пока не увидел столько вкусного.
    Великан ловко отрезал несколько кусков мяса и положил на тарелку Ларе. Сам же он оторвал целую ногу и принялся с удовольствием есть. Лара взяла еще долмы, йогурт и фрукты. Они жили впроголодь, особенно было тяжело Огу. Она ела медленно, тщательно пережевывая пищу, чтобы с непривычки не разболелся желудок.
    Ог жевал и слушал подробный рассказ Лары о встрече с принцем. Когда она закончила, он высказал свое мнение:
    – Конечно, ты его оскорбила. Принцы-тени верят в любовь и ее волшебную силу. Подвергнув сомнению существование любви, ты глубоко ранила его сердце.
    – Откуда мне знать о таком едва уловимом, непостижимом чувстве, называемом вами любовью? – повернулась к великану Лара. – Меня грубо лишили невинности, а затем мое тело принадлежало двум бесчеловечным мужчинам, которым было нужно осеменить меня и получить ребенка, чтобы снять родовое проклятие. Вполне заслуженное, кстати. Лесные лорды заносчивы, кровожадны и глупы. Ты полагаешь, они верят в любовь? Уверена, что нет.
    – Любовь существует, – настаивал Ог.
    – Ты знаешь о ней лишь из памяти предков, а не по собственному опыту, – жестко отрезала Лара. – Едва ли это чувство могло возникнуть в Лесной провинции.
    – Но я помню, как мама любила меня. Настолько, что решилась на побег, чтобы подарить мне жизнь. Любила так сильно, что защищала меня до самого конца, – ответил Ог.
    – Я понимаю, что такое родительская любовь. Мой отец тоже любил меня. Но не говори мне о любви мужчины и женщины. Между ними существует лишь похоть, Ог. А того чувства, в которое верит принц Калиг, просто не существует. Его никогда не было. Это иллюзия. – Лара взяла кусок медового кекса и с наслаждением откусила.
    – Настанет день, и ты все поймешь, – сказал Ог. Он отложил обглоданную ногу и принялся за долму.
    – Я очень благодарна принцу за доброту и все эти угощения. Надо будет угостить кексом Заки и его семью. И фруктами. В любом случае в такой жаре еду нельзя хранить долго, – предложила Лара.
    Ог кивнул.
    – Нет ничего плохого в желании снискать расположение деревенского старейшины, – согласился он. – Но давай сначала наедимся сами.
    Лара улыбнулась.
    – Надо удовлетворить страсть к сладкому, – подмигнула Лара и взяла персик.
    После ужина они собрали остатки хлеба, йогурта с огурцами, блюдо с долмой, кекс и фрукты и отправились к шатру Заки. Его семья как раз собиралась трапезничать. Старейшина был чрезвычайно тронут таким вниманием, и даже его младший сын смотрел на них распахнутыми от счастья глазами.
    – Вы так добры, так добры! – не унимался он.
    – Принц отправил нам угощение, – сказала Лара. – Мы не сможем съесть все сами, поэтому с удовольствием поделимся с вами, Заки, ты очень помог нам. – Она поклонилась и вышла из шатра.
    Заки подошел к Огу.
    – Почему она всегда замотана шалью и одета в бесформенные платья? – спросил он.
    – Она настолько прекрасна, что один лишь взгляд на ее красоту становится причиной раздоров и конфликтов, – ответил Ог старейшине. – Лара не хочет этого, поэтому предпочитает скрывать свою внешность, чтобы оставаться незамеченной.
    – Она будет женщиной принца? – поинтересовался Заки.
    – Не знаю. Она не понимает, что такое любовь.
    – Пусть она позволит, и принц ее научит.
    – Возможно, так и будет. – Ог поклонился и покинул шатер старейшины.
    Он обнаружил Лару за занавеской.
    – Заки восхищен угощением. Думаю, нам будет позволено жить здесь сколько пожелаем. Может, останемся навсегда, Лара?
    – Не знаю, – ответила девушка. – Сейчас я счастлива, что от меня никто ничего не требует, и я могу спокойно шить. Скоро мы купим новый шатер. Дочь лавочника скоро выходит замуж, и ей нужно красивое платье. Никто не сможет вышить его, как я. Люди пустыни ничего не знают об искусстве вышивки.
    – Ты умна и заслуживаешь большего в жизни, – сказал Ог. – Спокойной ночи, Лара. Пусть тебе приснится добрый сон.
    – Спи спокойно, дорогой Ог, мой друг и защитник.
    Она легла на шкуры и натянула покрывало. Какой необычный был у нее день. Интересно, принц Калиг вновь пригласит ее на праздник? Он так красив, прекрасные синие глаза и черные волосы. Когда он смотрел на нее, внутри появлялось некое новое ощущение; может, он старался колдовством вернуть тепло в ее душу?
    Несмотря на пожелания Ога, сон ее не был добрым. Ларе снилось, что Дурга и Энда издеваются над ее телом. Она проснулась, дрожа от страха, и долго лежала не шевелясь, чтобы прийти в себя. Они ее ищут? И найдут?
    Лара дотронулась до хрустальной звезды и увидела яркий свет.
    – Я не смогу вернуться.
    – Не бойся, – ответил мягкий голос Этне.
    – К чему тогда этот сон?
    – Сейчас все твои страхи связаны с мужчинами, Лара, но лесные лорды не уходят далеко от своих деревьев. Здесь ты в безопасности.
    – Почему мужчины всегда хотят обладать моим телом, Этне?
    – Потому что оно прекрасно, а мужчинам свойственно жаждать любви. Любовь для них означает, помимо всего прочего, владение телом, – ответила Этне.
    – А что прочее?
    – Это ты еще узнаешь. – Этне засмеялась. Ее смех был похож на перезвон колокольчиков.
    – Ненавижу, когда ты так говоришь. – Лара нахмурилась. – Все это так загадочно, как же я узнаю, если ты мне не рассказываешь?
    – Тебя научат другие, такие, как ты сама, люди и феи. Моя задача охранять и направлять тебя.
    – Значит, принц-тень будет моим любовником, – сказала Лара.
    – Ах, Лара. – Голос Этне смягчился, словно она погрузилась в воспоминания. – Он подарит тебе такое наслаждение. Принцы-тени, несомненно, в совершенстве владеют мастерством любви. Подобных им нет больше нигде. Как же я тебе завидую!
    – Я уже слышала об этом.
    Этне нервно вздохнула.
    – Твой опыт печален, я признаю это, – продолжала она. – Но ты должна забыть обо всем.
    – Мне снились Дурга и Энда, они были жестоки и грубы, – сказала Лара.
    – Глупышка! Почему же ты не рассказала мне? Я могу избавить тебя от этих страхов. Ты должна думать только о принце, который будет очень тебя любить. Он преподаст тебя уроки, которые необходимы, чтобы жить дальше. Ты действительно считаешь, что тебе уготовлено судьбой сидеть в этом шатре и штопать чужую одежду?
    – Нет, – призналась Лара.
    – Тебя ждет прекрасное будущее, Лара.
    – Какое?
    – Тебе еще рано об этом знать, но все откроется, когда настанет время, – ответила Этне.
    – Опять твои тайные тайны, – засмеялась девушка.
    Этне усмехнулась.
    – Ты хочешь бегать, не научившись ходить. Наслаждайся путешествием, – посоветовала Этне. – Постарайся пополнить свой багаж новыми знаниями, прежде чем доберешься до конечной точки пути, девочка. Не упускай возможности, посылаемые тебе судьбой.
    – Если моя жизнь предрешена, у меня нет выбора, приходится лишь идти вперед, – пробормотала Лара.
    – Выбор есть всегда. Главное – уметь принять правильное решение.
    – Я не выбирала Дургу и Энду, – вспыхнула Лара.
    Этне опять засмеялась:
    – Но ты многое от них узнала, дорогая.
    – О чем же? О грубости, глупости и жестокости?
    – Ты узнала, что не является любовью. – Кулон вспыхнул теплым пламенем. – А теперь настало время узнать, что же это такое любовь.

Глава 9

    – Пошли! – Он потянул ее за собой.
    Она позволила ему подсадить себя на лошадь.
    – Как ты ловок, – поддразнила Лара принца.
    – Сам не понимаю, почему хочу тебя, – сказал он. – В этом одеянии ты похожа на старую ворону. Кроме того, ты еще самая невежественная из всех, кого я знал. – Он пустил коня в галоп.
    Они мчались к входу в замок у подножия скал.
    – Ты хочешь меня, потому что видел в красивом платье, – ответила Лара. – И еще потому, что хочешь сделать меня подобной себе. Я для тебя загадка, милорд, разве не так?
    – Ты, безусловно, неглупа, – признал он.
    – Просто невежественна, – сказала Лара, и принц засмеялся.
    – Думаю, я влюбился в тебя, – прошептал он. – Ты разобьешь мне сердце, Лара. Верно? – Они проскочили ворота и поскакали по внутренней дороге.
    – Я вчера сказала, милорд, что не верю в любовь. Ее не существует. Но еще я знаю, что для принцев-теней любовь первостепенна. Если ты знаешь, что я разобью тебе сердце, лучше не влюбляйся в меня, – посоветовала Лара.
    – Любовь не поддается логике. Ее нельзя понять разумом, – сказал принц Калиг. – Это первое, что ты должна запомнить, Лара. В любви нет места рациональности. Это чувство нельзя контролировать, как нельзя сдержать страсть.
    Лара сидела перед ним на коне, и принц одной рукой поддерживал ее за талию. Одет он был в белые шелковые брюки и белую же рубашку с вырезом. На поясе был завязан черный кушак, сапоги были из тонкой черной кожи. Лара склонила голову ему на грудь. Кожа была мягкой и источала приятный легкий аромат.
    – Я не понимаю, – сказала Лара. – Ты говоришь загадками.
    – Это потому, что ты не понимаешь, зачем я сегодня приехал за тобой, – ответил принц. – Такая красавица, как ты, Лара, не должна отвергать любовь. Что произошло с тобой в лесу, из-за чего сердце покрылось льдом?
    – Говорят, дочери фей рождаются с таким же холодным сердцем, как у матери.
    – Только если они этого хотят, – заметил принц.
    – Что ты знаешь о феях, милорд? Ты ведь не один из них?
    – Нет, я принц-тень, но в моем роду была пери. Во мне течет кровь фей, хотя ее и не так много, как у тебя, Лара. А теперь расскажи мне о лесе. Мы не остановимся до тех пор, пока я все не узнаю.
    – Но мы уже почти приехали, – сказала Лара.
    – Мы не доберемся до места, пока ты не расскажешь мне все, что я хочу знать. – В голосе принца появились металлические нотки. – Говори.
    Лара посмотрела в его красивые глаза и начала рассказ:
    – Караванщик поклялся, что меня должны доставить королям Прибрежной провинции, чтобы как-то защитить меня от притязаний лесных лордов. Но они предложили ему много больше, чем он надеялся получить за меня. Рольф Честная Сделка боялся рисковать, тогда я сама посоветовала ему принять их условия, но не совершать сделку, пока мы не достигнем границы между лесом и пустыней. Лесные лорды были недовольны таким условием, но согласились. Там все и свершилось. Уже позже я узнала, что лордов привлекло то, что я фея. Они надеялись получить моего ребенка и таким образом снять проклятие, наложенное Мивой, королевой лесных фей и эльфов. Лорды думали, что ребенок, рожденный из моего лона, смягчит ее сердце. Разумеется, надеяться на это было очень глупо.
    – Зачем им был нужен ребенок именно от феи? Ведь лесные лорды не смешивают свою кровь? – удивился Калиг.
    – Вчера я сказала, что это история Ога, а не моя, но сейчас понимаю, что была не права. – Лара поведала принцу обо всем, начиная с того, как была убита молодая фея, и заканчивая уничтожением всех лесных великанов, кроме Ога. – Великаны знали страшную тайну лордов, – продолжала Лара. – Проклятие Мивы сделало невозможным рождение детей от лесных женщин. Они стали ложиться с чужестранками, а потом отдавали детей законным женам, которые растили их, как своих собственных. С каждым новым поколением крови лесных лордов в них становилось все меньше.
    Лесные лорды оставили Ога в живых, потому что были уверены, что тот ничего не помнит, – сказала Лара. – Но великаны с рождения хранят в себе знания всех поколений. Ог служил лордам, как служили его предки.
    – Лесные великаны славятся покладистым нравом и добрым сердцем, – сказал принц Калиг. – Они просто не смогли бы оказать сопротивление нападавшим лордам.
    – Если бы не Ог, я никогда бы не смогла совершить побег и вскоре была бы мертва. – Лара грустно вздохнула. – Ог знал, что у меня не будет ребенка. Он рассказал мне, что феи никогда не рожают детей, если не любят мужчину, или, по крайней мере, не желают его. Глава Лесной провинции и его младший брат несколько раз в день изливали в меня свое семя. Они с подозрением интересовались, почему же у меня не растет живот. Им все равно, кто станет отцом ребенка, главное, чтобы он спас их от проклятия.
    – Ты была невинна, когда попала в лес? – спросил принц Калиг.
    Девушка кивнула:
    – Еще и поэтому цена была так высока.
    – А что ты чувствовала, когда они касались тебя?
    – Мое тело реагировало лишь на ласки младшего брата, хотя я ненавидела их обоих. Когда со мной был старший брат, я старалась погрузиться в размышления, чтобы не думать о происходящем. Так было проще все вытерпеть.
    Глаза принца наполнились слезами.
    – Как же ты страдала, моя прекрасная Лара. – Голос его дрожал. – Прошу тебя, позволь мне показать тебе, какими могут быть отношения между мужчиной и женщиной. Я не буду тебе лгать. Я мечтаю обладать твоим телом, потому что оно великолепно, и только я смогу подарить любовь и наслаждение. – Он прижался к ее губам.
    – Я нужна тебе для получения удовольствия, – тихо произнесла Лара.
    – Ты нужна мне, чтобы подарить наслаждение тебе! – поправил ее Калиг. – Эти мужланы из леса не могут ничего знать о том, как ублажить такую женщину, как ты. Они только и умеют, что пыхтеть, лежа сверху. Они не думают о женщине. Для них она просто самка для осеменения. – Его синие глаза сверкали от гнева. – Ты же создана любить и быть любимой.
    – А кто я для тебя, милорд принц?
    – Волшебной красоты незнакомка, которую хочется боготворить, восхищаться ею и любить. Ты должна сиять во всем великолепии своей красоты, Лара.
    – И тебе не нужен мой ребенок?
    – Нет. Мне нужна только ты и то удовольствие, что мы можем подарить друг другу. Больше ничего, клянусь!
    Как по волшебству они мгновенно оказались у ворот замка. Слуга помог Ларе, а принц спрыгнул на землю и протянул ей руку. Они вошли в тот же холл, что и вчера.
    – Ты доверишь мне открыть тебе секреты страсти? – Принц вопросительно смотрел на нее.
    – Да, – кивнула Лара, и дрожь пробежала по всему телу. Были ли они чем-то большим, чем молодой мужчина и женщина, жаждущие соединиться? – Интересно, ты действительно хочешь этого или просто не желаешь отказываться от задуманного?
    Принц рассмеялся:
    – Ты скоро все узнаешь, Лара. Но сначала посмотрим, какую кобылу выберет мой любимый жеребец.
    – Разве это не случилось вчера?
    – Я не мог позволить, чтобы это произошло без тебя.
    – Я не одета соответственным образом, милорд, чтобы предстать перед публикой.
    – У нас есть время, – успокоил Лару принц. – Пойдем! Тебе надо принять ванну и смыть запах деревни. Такие волосы, как у тебя, не должны пахнуть козами. – Они миновали коридор и подошли к массивной деревянной двери.
    Завидев принца, гвардеец мгновенно распахнул ее, им даже не пришлось замедлить шаг. Навстречу вышла служанка и склонилась в приветственном поклоне. Принц не произнес ни слова, а она принялась снимать с Лары многочисленные шали. Вскоре она осталась в простом платье небеленого льна, которое сама себе сшила. Лара скинула сандалии.
    Подошла другая служанка и развязала тесемки на плечах. Платье упало к ее ногам, представив все великолепие обнаженного тела.
    – Ты прекраснее, чем мне показалось, – произнес Калиг и принялся раздеваться. Он был так же высок, как лесные лорды, но изящнее и стройнее. Под солнечными лучами кожа приобрела красивый оттенок и была похожа на бронзовый атлас, а в тех местах, куда не добрались солнечные лучи, – на золотистый крем. Лара сказала ему, что считает его очень красивым.
    – Значит, мы подходим друг другу, – ответил принц. – Я понял это еще тогда, в оазисе. Позволь мне помочь тебе вымыться. – Он подвел ее к ванне с мраморными ступенями с разных сторон. Из нескольких отверстий в стене текли мощные струи воды. Уложив девушку, принц взял губку, душистое мыло и принялся омывать ее тело.
    – Я могу сама помыться, – запротестовала Лара.
    – Но ведь это приятнее.
    Губка скользнула по шее, плечам и груди, затем по животу, бедрам и ногам. Лара перевернулась на живот, и все повторилось в обратном порядке.
    – А теперь я вымою твои чудесные волосы.
    Что он и сделал, к большому удивлению Лары. Закончив, он вытер ее простыней и поцеловал. Рука скользнула вниз к маленькому бугорку, покрытому золотистыми волосами.
    – Они прекрасны, но я предпочитаю, когда тело женщины гладкое, а волосы растут только на голове, – сказал принц Калиг. – Я пойду приму ванну, а ты найдешь в том алебастровом кувшине все необходимое, слуги тебе помогут. К сожалению, сейчас нет времени для массажа. Но у меня будет возможность сделать тебе массаж с ароматным кремом.
    Ларе не пришлось ничего делать. Она просто стояла, пока женщина наносила на необходимые места густую пасту, которую через несколько минут смыли вместе с волосами. Калиг ждал ее, обернувшись полотенцем.
    – Пойдем, необходимо высушить твои волосы. – Он усадил ее на мраморную скамью. Он тщательно высушил каждую прядь полотенцем и принялся мастерски их расчесывать.
    – Какие чудные волосы! – восхищался принц. – Я знаю, у всех лесных фей и эльфов такие. Как звали твою мать?
    – Илона, – ответила Лара. Она никак не могла привыкнуть к тому, что впервые в жизни не она мыла мужчину, а он ее. Но самое удивительное, что принц ни разу не позволил себе ни одного вольного движения.
    – Значит, ты внучка Мивы, поскольку ее дочь зовут Илона. Одно время она была очень непослушной, но сейчас поддерживает мать и помогает ей, поскольку Мива уже очень стара и близится тот день, когда она перейдет в другой мир, – проговорил принц Калиг. – Илона будет следующей королевой фей и эльфов, моя дорогая.
    – Ты знаешь мою мать? – воскликнула Лара.
    – Лично я с ней незнаком.
    – Сколько же тебе лет? – Ей неожиданно стало любопытно.
    Принц рассмеялся:
    – Разумеется, я старше тебя, но еще достаточно молод, чтобы стать твоим любовником и научить тебя искусству страсти и наслаждения, – ответил он. Он заплел несколько косичек, а остальные волосы оставил распущенными. – Пойдем, пора одеваться, скоро начнутся брачные игры.
    Безмолвный слуга поднес Ларе белый шелковый кафтан, расшитый золотой тесьмой, и золотые сандалии. Одевшись, принц повел Лару по длинным коридорам, и вскоре они вышли на балкон, с которого открывался восхитительный вид на долину, где пасся табун лошадей разных мастей – вороные, буланые, каурые, гнедые, чалые.
    Принц Калиг поднял руку, и в то же мгновение из загона выпустили белоснежного жеребца с черной гривой и черным хвостом. Он гордо вскинул голову и захрапел. Первая кобыла, которую он выбрал, была вороной масти. После того как спаривание закончилось, слуги увели кобылу в стойло.
    Жеребец был неутомим. Он покрыл еще двух кобыл-альбиносов, трех гнедых и серую в яблоках. Но и этим он не удовлетворился. Он принялся обнюхивать кобыл в табуне одну за другой, выбирая следующую партнершу. В этот момент Лара обратила внимание на светло-соловую кобылу. И жеребец тоже увидел ее. Он остановился и принялся рассматривать ее, потряхивая головой. Ноздри его раздулись, и он двинулся в ее сторону.
    Соловая кобыла попыталась скрыться, но он нагнал ее и стал подталкивать мордой в уединенный уголок, где и покрыл ее. Лара во все глаза смотрела, казалось, она даже перестала дышать. Рука принца легла ей на талию, он нежно прижал ее к себе. К своему удивлению, Лара почувствовала легкое возбуждение.
    – Волнует, не так ли? – Жаркое дыхание обдало ее шею.
    – Да, – смутилась Лара. – Никогда не предполагала, что такое может со мной произойти. – Колени задрожали, и она наклонилась к принцу.
    Он нежно коснулся губами ее шеи. Не стоит спешить. У него еще будет много времени доказать ей, что все происходящее между мужчиной и женщиной наедине может быть не только грубым и жестким, но волнующе прекрасным.
    – Я твой белоснежный конь, моя золотая Лара, – прошептал принц. – Тебе не кажется их брачная игра символичной? – Его рука скользнула к глубокому вырезу кафтана и стала поглаживать ее грудь. – Женское тело требует терпения и ласки. И мастерства.
    – Для лесных лордов женщина была самкой для оплодотворения.
    – Я видел синяки на твоем теле, Лара. Скажи, неужели они тебя били?
    – Нет. Они обращались со мной настолько хорошо, насколько вообще способны обращаться с женщиной. У них такие манеры.
    Руки принца дарили ей невероятные, незнакомые ощущения. Лара призналась себе, что получает огромное наслаждение от его прикосновений.
    Принц улыбнулся, почувствовав пальцами реакцию ее тела. Он ласкал ее грудь, похожую на маленькие круглые яблочки, еще незрелые, но от этого не менее прекрасные. Он откинул ее волосы и стал покрывать поцелуями лицо и шею. Лара запрокинула голову, закрыла глаза и вздохнула.
    – Тебе плохо? – спросил принц Калиг.
    Лара тряхнула головой:
    – Нет, мне очень приятно. Это всегда так, милорд?
    – Постараюсь, чтобы так было всегда.
    Принц прижал ее к себе и поцеловал страстно и нежно, продолжая ласкать ее тело. Они словно влились воедино. Бедром Лара чувствовала его крепкий мужской корень, но вместо желания оттолкнуть его у нее появилось желание принадлежать этому мужчине. Она знала, что он ждет ее решения.
    – Да! – прошептала Лара, глядя принцу прямо в глаза.
    Он опустил ее на пол, где уже лежал мягкий шелковый матрас, и перевернул на живот.
    – Я хочу взять тебя, как мой жеребец взял кобылу, – простонал принц. – Приподними ягодицы, Лара, любовь моя.
    И он взял ее так, как совсем недавно его любимый конь покрыл соловую кобылу.
    – Вспомни его, – шептал он на ухо Ларе, медленно входя в нее. – Вспомни его размер, почувствуй, как моя плоть входит в тебя. Я белоснежный жеребец, а ты золотистая кобыла. – Принц сделал несколько резких движений.
    Лара закричала, но не от страха или боли. Сказанное возбуждало ее. Она чувствовала, как он входит в нее, и вспоминала недавно увиденную случку животных, вспоминала мощь жеребца, его силу и напор. Сердце забилось сильнее, когда она осознала, что хочет этого мужчину. Она не обманывает себя. Это действительно так. Она едва не задохнулась от возбуждения. Лара мечтала, чтобы он никогда не останавливался.
    – Ох, милорд! – вскрикнула она.
    Принц впился зубами ей в шею. Его мужской корень достиг самых чувствительных глубин ее тела, даря ни с чем не сравнимое наслаждение. Калиг застонал, понимая, что все должно скоро кончиться, но и он мечтал продлить эти минуты блаженства, как и Лара. Она громко вскрикнула вновь, и он понял, что смог подарить ей наивысшее наслаждение.
    Лара почувствовала, как в голове все закрутилось, а перед глазами вспыхнули сотни разноцветных фонариков. Внутри появилось новое ощущение.
    – Калиг!
    В этот момент он излил в нее свой сок, и она уже не сдерживала захватившие ее эмоции.
    Через несколько минут Лара открыла глаза и обнаружила, что лежит на спине. Она приподнялась на локте и посмотрела на принца, лежащего рядом, прикрыв веки. Два обнаженных тела посреди коридора на матрасе, очутившемся здесь невероятным, волшебным образом.
    – Что же подумают твои слуги? – прошептала Лара.
    Принц открыл глаза.
    – Мои слуги достаточно умны, чтобы держать свои мысли при себе. Ты потрясающая женщина, Лара. Ты испытала удовольствие, правда? Это не похоже на то, что происходило с тобой раньше, с лесными лордами? Сегодня проснулось не только твое тело, но и душа.
    – Да, – улыбнулась Лара. – Очень необычно. Так может быть всегда? Должно быть всегда?
    Он привлек ее к себе и поцеловал.
    – Так будет каждый раз, когда мы будем любить друг друга, моя маленькая фея.
    – Не называй меня так! – вскрикнула Лара. – Так говорили лорды.
    – Тогда я никогда больше не буду так тебя называть, – обещал принц Калиг.
    – А матрас? – спросила Лара, чтобы сменить тему.
    Он засмеялся:
    – Я же немного волшебник, хотя и не часто пользуюсь своим мастерством. Когда я понял, что мы займемся любовью, я быстро наколдовал что-то мягкое.
    – И в таком людном месте, – пробормотала Лара. – А если бы кто-то нас увидел? – Она нервно оглянулась в поисках кафтана.
    Принц засмеялся вновь:
    – Сюда никто не придет. Мои слуги хорошо меня знают и понимают, чем закончится наблюдение за спариванием любимого жеребца в обществе прекрасной девушки. Нас никто не побеспокоит.
    – Мне пора возвращаться в деревню, – сказала Лара.
    – Прошу, останься со мной. – Принц смотрел на нее с мольбой в глазах.
    – Я пока не готова отдать тебе так много, – честно призналась Лара. – Я лишь недавно стала свободной и хочу привыкнуть к этому. Ог говорит, что лесные лорды не смогут вернуть меня обратно, где бы я ни была, если проживу непойманной год. Это правда?
    – Да, – ответил принц. – Останься со мной на этот год, Лара, и я смогу защитить тебя от лесных лордов. Ты никогда бы не согласилась дать им желаемое, но думаю, они бы не поверили, признайся ты в этом. Они слишком примитивные люди.
    – Клянись, что не влюбишься в меня, – сказала Лара.
    – Зачем? – удивился принц Калиг.
    – Я уже объясняла. Я не верю в любовь. Но ты веришь, и ты добрый человек. Я не хочу ранить тебя, милорд Калиг.
    – Это мне решать. Да и кто знает? Может, мне удастся научить тебя любить. Останься со мной хоть на год, Лара. Я смогу научить тебя многому, помимо искусства любви.
    – Ты поделишься со мной знаниями о волшебстве?
    – Ты сама все знаешь об этом, Лара, ты же наполовину фея.
    – Думаю, Этне меня одобрит. – Она поднесла кулон к самым его глазам. – Видишь отблески пламени? Это Этне, моя хранительница. Мать надела мне это на шею, как рассказывал отец.
    – Так спроси Этне, верно ли, что Мива твоя бабушка? – посоветовал принц. – Ты должна встретиться с ней, прежде чем она навсегда покинет этот мир.
    – Я уверена, у нее есть и другие внуки.
    – Но только не дети Илоны. Если ее дочь Илона действительно твоя мать, она не родила никого ни от людей, ни от эльфов.
    – Я спрошу Этне, – обещала Лара. Она встала и накинула кафтан. – Если я не вернусь, Ог будет волноваться. Где моя одежда?
    – Не хочешь же ты надеть это тряпье?
    – Деревенские жители не должны видеть меня, – ответила Лара. – Я знаю, что слухи разносятся ветром, а северный ветер дует как раз в лес, там сейчас зима. Если Дурга и Энда узнают, они обязательно приедут в пустыню искать меня. А если найдут, то, невзирая на законы Хетара, увезут с собой в лес. Лучше мне прятать лицо.
    – Так оставайся со мной, – попросил принц.
    – А как же Ог? Я не могу оставить его. Без него я бы не смогла сбежать от лордов. И он мой друг. Я не могу его предать.
    – Он тоже может жить в замке, – предложил принц. – Он не самый огромный великан из тех, что мне приходилось видеть. Думаю, всему виной, что он недоедал в детстве, когда прятался с матерью в лесу.
    – В нем шесть локтей, – бросилась Лара на защиту друга. – И он умеет колдовать. Каждый его шаг равен лиге!
    – И все же он маленький для великана. – Калиг встал и оделся. – Потолки в моем замке достаточно высокие, чтобы ему было удобно. Мы отправим слугу в деревню, чтобы привел его.
    – А мое шитье? – воскликнула Лара. – Жители привыкли ко мне.
    – Да, ты сама приучила их, – заметил принц. – Полагаю, женщинам пора самим выполнять свою работу. Ты красива и мудра, Лара. Ты должна узнать больше о Хетаре и его людях, если хочешь продолжить свой путь.
    – Что ты знаешь о моем пути? – с любопытством спросила девушка.
    – Ничего, кроме того, что ты останешься со мной на год. Когда почувствуешь, что тебе больше ничто не угрожает, ты уйдешь. Я знал это, когда впервые тебя увидел. – Он погладил ее по щеке. – У тебя нет причин для грусти, Лара. Я всего лишь краткая остановка на твоем пути. Но мы не потратим время впустую. Я многому способен тебя научить. Ты спрашивала, сколько мне лет, и я ответил, что старше тебя. Так вот, я живу в этом замке с самого начала времен, как и все мне подобные. Среди нас ты не увидишь ни женщин, ни детей. Их нет. И никогда не было. Мы появились из пурпурной тени, и настанет день, когда нам предстоит туда вернуться. Мы дарим свою любовь женщинам, которые привлекают нас и которым нравимся мы. Мы разводим и продаем лошадей, оставляя себе необходимые для существования средства. Хетар меняется с каждым днем. Скоро наступит день, когда людям предстоит выбирать между светом и тьмой. Это будет сделать совсем непросто, но они обязаны принять решение.
    – Какое это имеет отношение ко мне? – спросила Лара.
    – Пока не знаю, но точно имеет, – ответил принц и хлопнул в ладоши. – Отправьте людей в деревню, чтобы проводили великана Ога в замок, – велел он появившемуся слуге. – Проследите, чтобы они собрали все вещи Ога и леди Лары.
    – Непременно, милорд. – Слуга поклонился и вышел.
    – Откуда ты все знаешь? – Лара не могла сдержать любопытство.
    Принц засмеялся:
    – Просто знаю. А теперь пойдем, я покажу тебе твои покои. – Он привел ее в великолепные комнаты с выходом в зеленый тенистый сад. – Мои апартаменты напротив, через сад, – сказал он. – Мы всегда будем рядом. Сколько слуг тебе необходимо?
    – Я вполне могу справиться сама.
    – Ты избранная. Тебе должны служить.
    – Мне будет служить Ог.
    – Нет. Я хочу, чтобы Ог работал на конюшне. Лесные великаны прекрасно ладят с животными. А у тебя должна быть девушка, кажется, я знаю, кто тебе подойдет. Я купил ее у торговца, когда последний караван проходил в пустыне несколько месяцев назад. Она молода и напугана, но быстро учится, как сказал старший слуга. Она будет тебе больше компаньонкой, чем прислугой. Ее зовут Носс.
    – Носс! – вскрикнула Лара. – Это та самая девочка, от которой отказались лесные лорды! Ее общество будет мне очень приятно, мой дорогой Калиг.
    – Тогда я пришлю ее, – кивнул принц. – А сейчас устраивайся. Эти покои отделывали специально для тебя. – Он так быстро вышел, что полы его кафтана разлетелись в стороны.
    Оставшись наконец в одиночестве, Лара прикоснулась к кулону.
    – Я с ним в безопасности?
    Огонь вспыхнул.
    – На этот вопрос ты сама прекрасно знаешь ответ, – сказала Этне. – Лучше спроси о том, что тебе действительно интересно узнать.
    – Мива, королева лесных фей и эльфов, действительно моя бабушка?
    – Да.
    – Меня родила ее дочь, Илона?
    – Да.
    – Почему ты не рассказала мне раньше? – возмутилась Лара.
    – Ты не спрашивала, значит, время узнать настало только сейчас, раз ты задала этот вопрос, – спокойно ответила Этне.
    – Почему?
    Этне засмеялась:
    – Потому.
    – Ничего смешного, – раздраженно заявила девушка. – Не уверена, что мне нравятся все эти вещи, которые мистическим образом окружают меня последнее время. Почему моя жизнь стала такой сложной? Мне так хорошо было в городе. Нравилось быть просто дочерью своего отца. А теперь я и сама не знаю, кто я.
    – Будь терпелива, Лара, – послышался тихий голос Этне. – У тебя есть предназначение, и ты должна его исполнить. Сейчас ты в полной безопасности в замке принца-тени. Он самый мудрый из них всех и многому тебя научит. Запоминай все, что узнаешь.
    – Лара!
    Она повернулась и обняла девочку, бросившуюся к ней в объятия.
    – Носс! Я счастлива, что с тобой все хорошо. Рольф Честная Сделка сдержал данное мне обещание.
    – Принц сказал, я буду служить тебе. Как же ты сюда попала, Лара? Я так плакала, когда тебя уводили лесные лорды. Мне чуть глаза не разъело от слез.
    – Я убежала из леса в День зимнего фестиваля, – сказала Лара. – Скоро здесь будет Ог. Он тебе понравится. Без него у меня бы ничего не получилось. Он самый добрый и внимательный из всех мужчин, которых я знаю. Теперь ты расскажи, что с тобой приключилось?
    – Несколько дней караван шел по пустыне, пока мы не оказались у подножия скал. Рольф Честная Сделка представил все разнообразие товаров, которое у него было. Мажордом сказал, что ему нужна молодая девушка в служанки. Рольф объяснил, что у него есть лишь одна рабыня, но она молода и неопытна. Тот человек пожелал меня увидеть. Он спросил, могла бы я служить его принцу? Меня научат всему, что я должна делать. Сказал, что принц добрый и никогда не бьет своих слуг. Я не буду его рабыней, а стану свободной. Рольф возразил, что я рабыня. Но мажордом перебил его, успокоив, что тот получит свои деньги, но, став собственностью принца, я получу свободу. Таков их закон. Шуннар – великолепное место, Лара. Со мной хорошо обращаются, но работы у меня мало. Я говорила с дворецким, он сказал, что просто время еще не пришло. Теперь я все поняла. Они ждали тебя. – Носс замолчала, окончив рассказ.
    – Вполне возможно, – согласилась Лара.
    – Ты любовница принца? – осторожно поинтересовалась Носс.
    – Да, кажется, я ей стала, – призналась девушка.
    – Он такой красивый, – вздохнула Носс, но потом спросила очень серьезно: – А что случилось с остальными? Лесные лорды вели себя очень жестоко?
    – Все девушки носят детей своих хозяев. Труда станет матерью ребенка главы провинции. Его зовут Дурга. У него есть младший брат Энда, он был моим господином. Но феи и феи лишь наполовину, как я, никогда не рожают, если не любят мужчину. Я не знала об этом, мне рассказал Ог, поэтому пришлось бежать, чтобы выжить.
    – Как ужасно! – воскликнула Носс.
    – Если меня не поймают в течение года и одного дня, я обрету свободу, и лесные лорды не смогут предъявить на меня свои права. Принц Калиг предложил остаться с ним. Он обещал защитить меня.
    Носс вздохнула:
    – Как романтично. Иногда я жалею, что еще молода и не могу привлечь его внимание.
    – Ты очень хорошенькая, Носс, – успокоила ее Лара. – Если ты веришь в любовь, она обязательно придет к тебе.
    – Если я верю в любовь? Все верят в любовь, Лара.
    – Нет, я не верю. – Лара задумчиво покачала головой. – Но не будем сейчас обсуждать это. Пойдем, покажи мне покои. Принц сказал, они мои. Они даже красивее, чем дом моего отца в Районе садов.
    Госпожа и служанка принялись рассматривать роскошные комнаты. Из просторного холла они прошли в столовую с выходом в сад, дверь из которой вела в будуар с малой спальней, а рядом находилась большая спальня. Там даже была отдельная комната с небольшой мраморной ванной. Мраморный пол был устлан красивыми шерстяными коврами, расцветка которых напоминала россыпь драгоценных камней: рубинов, сапфиров, аметистов и изумрудов. Теплый ветер пустыни раскачивал золотистые шторы на окнах. Мебель черного дерева была инкрустирована золотом. Один предмет был ей совсем незнаком. Небольшое сиденье с пуфами и подушками. Кровать в спальне стояла на возвышении, к кольцу на потолке крепилась такая же, как шторы, золотистая ткань, ниспадавшая красивыми складками и окаймлявшая ложе. Стены были обиты панелями светлого дерева и украшены цветочным орнаментом и изображениями животных пустыни.
    – В жизни не видела ничего прекраснее, – едва дыша, сказала Носс.
    – И я тоже, – согласилась Лара.
    – Та дверь ведет в мою комнату, – сказала Носс. – Ты разрешишь мне ее закрывать?
    – Конечно. Запомни, ты не рабыня.
    – И там настоящая кровать, а не циновка! Знаешь, у меня никогда не было кровати. – Носс подошла к огромному гардеробу и открыла дверцу. Все пространство было заполнено красивыми платьями и сандалиями. – Посмотри! Какое великолепие! Он точно ждал тебя, Лара.
    – Ждал, – эхом отозвалась девушка. Но как он мог знать, когда она сама не предполагала, что с ней произойдет? – Кто еще живет в замке, Носс? – Лара постаралась собраться с мыслями.
    – Только принц и его слуги. Хотя я видела и других принцев. Они иногда приходят вечером на ужин, – ответила девочка.
    – И никаких других женщин? – Лара была удивлена. Да и было чему.
    – Иногда бывают. Приходят и уходят, но только с другими принцами. За все те месяцы, что я здесь, в замке не жила ни одна женщина, только служанки, как я.
    – А сколько всего слуг? – уточнила Лара.
    – Мажордом, повара, уборщики, прачки. В основном женщины немолодые. Они все так добры ко мне, стали моей новой семьей, – призналась Носс.
    – Значит, принц одинок, – кивнула Лара.
    – Ла-а-а-а-ра!
    – Ох, что за шум?
    – Это Ог, мой друг-великан, – ответила девушка. – Пошли скорее, пока он своим криком не разрушил стены замка.
    Девушки прибежали в холл, где их ждал Ог.
    – Вот это подходящее местечко, – улыбнулся великан. – Принц попросил меня помочь ему с кобылами. – Он перевел взгляд на Носс. – А это еще что за создание?
    – Это Носс, – ответила Лара.
    – А, та, от которой отказался Дурга?
    – Именно. Прошу тебя, не пугай ее, Ог. Принц купил ее, и она ждала меня.
    – Да, тебе нужна девушка в помощь. Что ж, теперь я знаю, что с тобой все в порядке, и могу заняться лошадьми принца. Я работал на конюшне Дурги до того, как меня отправили в бани. Я отлично с ними управляюсь.
    – Ог, ты не раб, ты мой друг. Ты волен выбирать, чем заняться. Если тебе нравится заниматься лошадьми, так и поступай.
    Сраженная видом великана Носс наконец обрела дар речи.
    – Никогда не видела таких гигантов, – пробормотала она.
    – Говорят, я маловат для великана, всего шесть локтей. Остальные куда выше, девочка, – ответил Ог с усмешкой. – Я сказал принцу, что согласен. Если ты решила жить в замке, я не могу тебя бросить. Мы ведь товарищи, верно? – Он подмигнул Ларе и ушел.
    – Как же ты с ним познакомилась? – спросила Носс. – Я ничего хорошего не слышала о лесных великанах.
    – Его держали в деревне Дурги, – начала Лара, подбирая слова. История Ога была слишком тяжелой и запутанной для наивной маленькой девочки. – Мы решили бежать вместе, без него я бы не справилась. Он очень добрый, преданный друг, Носс. Когда-нибудь потом я расскажу тебе, что было нужно от меня лесным лордам, но это очень грустная история. Ты даже не предполагаешь, какой участи избежала. Настанет день, и я расскажу всему Хетару о двуличии лесных лордов. А сейчас я хочу принять ванну и отдохнуть. – Девушки направились в свои новые покои.
    Новая ванная комната выглядела чудесно. Лара долго нежилась в теплой воде. Она пригласила Носс принять ванну вместе, но девушка еще не могла преодолеть стеснения и отказалась. Лара вновь подумала о том, как повезло бедняжке, что она оказалась так молода и не подходила лесным лордам для их коварных планов.
    Вытершись насухо, она прошла в спальню, где, растянувшись на кровати, ее ждал принц.
    – Выглядишь очень аппетитно. – Его синие глаза сверкнули.
    – Я только смыла твои соки со своего тела, милорд.
    – Я пришел просить тебя поужинать со мной, Лара. Носс знает время и место. – Он поднялся и подошел к ней. – Ог нашел тебя?
    – Да. – Лара была смущена настолько, что едва могла говорить.
    – Ты удовлетворена его решением? – Его губы почти касались ее рта.
    – С ним ведь будут хорошо обращаться? И кормить достаточно? У него невероятный аппетит, он ведь такой большой. – Лара говорила почти неслышно.
    – Я даю тебе слово, Лара.
    Не выдержав, она поцеловала принца и, ослабев, упала в его объятия.
    – Ты прекрасна, – сказал он и заглянул в зеленые глаза.
    – Этне сказала, что ты прав, Мива моя бабушка, а ее дочь Илона моя мать.
    – Я устрою тебе встречу с бабушкой, Лара. Она стара и скоро исчезнет. – Он еще раз нежно поцеловал ее. – Увидимся, когда опустятся сумерки, любовь моя.
    К счастью, кровать была прямо за спиной, и, едва принц вышел, Лара упала на мягкий матрас. Калиг вызывал в ней странные чувства. Свернувшись клубком, она заснула. Этот день был полон удивительных событий, никогда прежде не случавшихся в ее жизни, и таких будет еще немало.
    Принц нашел Носс в будуаре.
    – Ты хорошо ухаживаешь за ней. – По интонации было непонятно, приказ ли это или вопрос.
    – Да, милорд, – ответила Носс. – Она моя подруга.
    – Она для тебя больше, чем ты можешь предположить. Ты знаешь, какая судьба ждала тебя в лесу?
    Носс покачала головой. В ее наивно распахнутых глазах застыл немой вопрос.
    Принц хотел рассказать девочке правду, но вместо этого произнес:
    – Ты бы работала, пока хватало сил. Жила бы в холоде и голоде. И навсегда осталась бы рабыней, а не свободной девушкой. – Он погладил ее по щеке. – Тебе повезло оказаться в моем замке, а не в лесу, Носс.
    – О да, милорд. – Носс залилась румянцем.
    – Приведи Лару в парадную залу, когда наступят сумерки. Одень в нарядное платье и красиво убери волосы, чтобы подчеркнуть всю ее красоту. Сегодня с нами обедают мои братья. Будем отмечать успех моего скакуна на брачных играх. – Принц вышел, а Носс проводила его восхищенным взглядом.
    Лара проспала несколько часов. Проснувшись, она услышала веселое пение Носс и поняла, что скоро закат. Она позвала ее, и девушка явилась мгновенно, протянув Ларе позолоченный кубок. Напиток был очень вкусным.
    – Что это? – спросила Лара.
    – Его называют фрин, – ответила Носс. – Смесь вина и фруктового сока или нескольких. Это первое, что объяснил мне мажордом, когда я попала в замок. Вкус фрина всем кажется разным. Кувшин всегда стоит в будуаре. У нас мало времени. Тебя ждут на банкете в зале, когда наступят сумерки. Там будут братья принца. Уверена, они приведут с собой женщин. Принц сказал, будут отмечать удачу его скакуна на брачных играх.
    Лара почувствовала, как лицо заливается краской. Да, скакун и правда отличился.
    – Давай выберем платье, – предложила Лара.
    – Я уже выбрала. – Носс потупила взгляд. – Конечно, ты можешь надеть другое, но мне кажется, в этом ты будешь великолепна.
    – Что ж, тогда показывай.
    Носс выбежала из комнаты и вернулась с нарядом бледно-розового цвета, отделанным тончайшей паутинкой из золотых нитей, словно ее действительно сплели пауки. Вырез и рукава были красиво задрапированы. Лара сбросила простыню и надела платье. Оно было очень простого фасона, но смотрелось необыкновенно элегантно.
    Носс коснулась пальчиком одной из створок шкафа и сказала:
    – Светись!
    В то же мгновение Лара увидела собственное отражение.
    – Что за чудеса?
    Носс пожала плечами:
    – Не знаю. Но если дотронуться до дверцы любого шкафа и сказать: «Светись», увидишь свое отражение. Тебе нравится платье?
    – Да. Они все такие роскошные?
    Носс кивнула.
    – Некоторые с весьма откровенными вырезами, но я решила, что сегодня вечером ты предпочтешь что-то скромнее.
    Лара рассмеялась. Это платье едва ли можно было назвать скромным. Сквозь тонкий шелк были хорошо видны очертания ее тела.
    – Теперь я должна сделать тебе прическу, – засуетилась Носс. Она усадила Лару на скамью и принялась расчесывать волосы. Она выделила две пряди у лица тонкими золотыми нитями, а остальные оставила распущенными, смазав маслом ночной лилии и присыпав золотой пудрой. Довольная результатом, она залюбовалась своей работой.
    – Что скажешь? Нравится? – Носс смотрела на Лару с волнением.
    – Восхитительно! – призналась та. – Как ты научилась такому искусству?
    Носс опять пожала плечами:
    – У мамы были красивые волосы, я очень любила играть с ними. Может, тогда и научилась. – Она внезапно погрустнела. – Надеюсь, они с папой купили ферму и обрели счастье.
    – Надеюсь, что они так же счастливы, как и мой отец с Сюзанной. А ты посмотри на нас. Обе дочери солдат. Как нам повезло, верно? – Лара рассмеялась.
    – Но ведь твой отец теперь Доблестный Рыцарь, – заметила Носс. – Ты помогла ему, Лара. Ты знаешь, что стало с твоей семьей. Мне так тяжело, я ничего не знаю о судьбе моих родителей.
    – Я попрошу принца выяснить это, – обещала Лара. – Понимаю, тебе будет легче, если с ними все хорошо. Тогда ты сможешь жить своей жизнью без страха и печали.
    – Моя жизнь связана с тобой. – Она подошла к комоду и достала шкатулку из половинок раковины, полную драгоценностей. Носс достала пару серег в форме больших колец с нанизанными на них маленькими розовыми камушками и надела на Лару.
    – Вот! Ты готова. Я провожу тебя в парадную залу. Должно быть, все уже собрались. Ты выглядишь великолепно, Лара.
    – Спасибо тебе за это.
    – В этом нет моей заслуги. Ты такая, какая есть. Ты будешь красива и в мешковине, ты знаешь, просто скромность не позволяет тебе сказать об этом.
    – Да, – вздохнула Лара. – Только иногда красота кажется мне наказанием, а не благом.
    – Сейчас это благо. – Носс улыбнулась. – Пойдем, надо спешить.

Глава 10

    – Принц ждет тебя, – сказала Носс.
    На низких диванах сидели красивые мужчины и прекрасные женщины. На помосте в противоположном конце помещения ее ждал принц Калиг. Он грациозно прошествовал между рядами гостей, кивая и улыбаясь в знак приветствия. Лара неслышно вздохнула, когда он подошел к ней. Предложив девушке руку, он вывел ее на помост и представил собравшимся.
    – Братья, это Лара, дочь Джона Быстрый Меч, – сказал принц.
    – Приветствуем, Лара! – послышались возгласы.
    – Благодарю, милорды, – ответила Лара.
    – Прошу. – Принц указал на место рядом с собой.
    Слуга протянул ей кубок. Лара сделала глоток. Просто вино.
    – С каждой новой встречей ты все прекраснее, – прошептал принц ей на ухо, нежно касаясь его губами. – Я едва сдерживаю желание. – Кончиком пальца он провел по ее обнаженной руке.
    – Ты заколдовал меня? – спросила Лара. – Ты пробуждаешь во мне незнакомые чувства. Я не понимаю, что со мной.
    – Расскажи мне, – вновь прошептал принц и поцеловал ее в ухо.
    – Ты прикасаешься ко мне, просто прикасаешься, а у меня возникает желание заняться с тобой любовью. – Лара была удивлена, что произнесла это.
    Калиг улыбнулся:
    – Ты еще сама не знаешь, Лара, в тебе скрыта огромная сила страсти. Я только пригубил из этого источника. Ты должна многое узнать и научиться контролировать свое желание. Я научу тебя и расскажу о том, в чем другие никогда не признаются.
    – Что же это, милорд?
    – Мужчины слабы, истинная сила скрыта в женщине. Когда ты осознаешь это, никто, кроме тебя самой, не сможет управлять твоей жизнью, любовь моя.
    – Почему ты рассказываешь мне об этом?
    – Чтобы подготовить к будущему, Лара. Ты останешься со мной совсем недолго. Потом уйдешь. Так говорят звезды, что светят над Хетаром.
    – К какому будущему? – Ее разбирало любопытство. А как иначе?
    Принц покачал головой:
    – Этого мне не дано знать. Мой замок – краткий привал на твоем пути. Ты сама поймешь это, лишь когда придет время. Мне тяжело смириться с этим, но поступить иначе значило бы предать свой народ и уничтожить его.
    – Ты опять говоришь загадками, – вздохнула Лара. – Но я знаю, ты мудрый человек, поэтому не требую объяснений, принц Калиг. Я верю, что пришла к тебе, чтобы научиться любви во всех ее проявлениях, использовать ее силу в своих интересах и избегать ловушек на пути. Я правильно тебя поняла?
    Он кивнул и ласково ей улыбнулся:
    – Да, я рад, что ты все понимаешь, любовь моя. К сожалению, я полюблю тебя, такой роскоши я себе никогда не позволял. Сейчас же я бессилен. Это безрассудство, которое частенько случается с моими братьями. Конечно, мы все преодолеем, но уже никогда не будем прежними.
    – Так зачем ты это делаешь?
    – Это от меня не зависит. Истинная любовь приходит сама. Иногда она становится счастьем, когда чувство взаимно. Она сладка как мед. Настоящее чудо. Но чаще всего люди испытывают лишь похоть и страсть обладать друг другом, – объяснял принц. – Они проходят очень быстро, а любовь никогда.
    Лара кивнула:
    – Значит, я испытываю к тебе страсть?
    – Да, хоть иногда и кажется, что нечто большее, ты принимаешь ее за любовь, но это не так. Это увлечение, оно скоротечно.
    – Все так сложно, – пробормотала Лара.
    Принц рассмеялся:
    – Правда? Поверь мне, я проведу тебя через лабиринт познания, пока ты со мной.
    – Стоп! – Лара подняла руку. – С каждой новой фразой мне все видится еще более запутанным. Лучше будем просто наслаждаться происходящим.
    – Мудрое решение, – улыбнулся принц.
    Слуги подали ужин. Они подходили ко всем гостям поочередно, начиная с принца, с подносами, уставленными тарелками и чашами с яствами. К удивлению Лары, им предложили свежую рыбу и моллюсков в раковинах. Принц объяснил, что они были доставлены в замок по его волшебному велению сегодня утром. Кроме этого, было зажаренное на огне мясо и птица, хлеб, несколько видов сыров и свежая зелень. Слуги следили, чтобы кубки не пустовали.
    Когда подали медовые сладости и фрукты, началось развлекательное зрелище. К удивлению Лары, появился Ог и принялся бороться с молодыми мускулистыми мужчинами, побеждая каждого на радость зрителям. Затем их сменили акробаты, выступление которых сопровождалось музыкой. В дальнем углу залы расположился небольшой оркестр с трубами, барабанами, флейтами, колокольчиками и тарелками. Наконец появились танцовщицы, их тела изгибались в такт ритмичной мелодии.
    Вечер продолжался, и Лара заметила, что гости все меньше обращают внимание на выступавших. Некоторые женщины лежали полуобнаженные на диванах, а принцы ласкали и целовали их. В зале остались лишь музыканты, и мелодии стали более чувственными и медленными. Лара во все глаза смотрела, как один из принцев стал заниматься любовью с женщиной на глазах у всех собравшихся. Та смотрела на Лару сквозь полуопущенные веки. Другая опустилась на колени перед своим партнером, высоко подняв ягодицы.
    Калиг следил за выражением лица Лары.
    – Так заканчиваются все празднества, – тихо сказал он. – Иногда братья занимаются любовью с одной женщиной. Посмотри туда. – Она перевела взгляд на мраморную скамью, на которой лежала женщина. Один из принцев склонился между ее ног, а второй подносил свой мужской корень к ее губам. – Удовольствие можно доставлять и получать множеством способов. – Он потянулся к ней и обнажил плечо. Платье скользнуло вниз, открывая грудь. Соски мгновенно стали твердыми от легкого прикосновения принца.
    Их взгляды встретились лишь на мгновение, и он принялся ласкать ее тело. Лара содрогнулась от удовольствия. Вскоре, к ее огромному удивлению, к ним присоединился еще один принц. Он сел у нее за спиной, откинул волосы и стал покрывать поцелуями спину. Два партнера? Одновременно? В лесу Дурга и Энда обладали ей по очереди, но никогда одновременно.
    – Это мой брат, Лотэр, – сказал Калиг. – Он любовался тобой весь вечер, Лара, любовь моя. Тебе может показаться странным, но я не против, если он останется с нами ненадолго.
    – Я мечтаю проникнуть в твое тело, Лара, – прошептал принц Лотэр и положил руки ей на грудь, в то время как Калиг опустил голову и провел кончиком языка по бедру. От нежных прикосновений по телу разливалось блаженство, и Лара призналась самой себе, что ей приятны ласки принцев. Калиг проникал языком все глубже, даря ни с чем не сравнимое удовольствие, и ее плоть раскрывалась перед ним. Лотэр гладил ее, заставляя возбуждение нарастать все сильнее.
    – Она готова, брат? – тихо спросил Лотэр.
    – Нет, – ответил Калиг. – Не забывай, это все ново для нее. Нужно время, чтобы пробудить желание, тогда она перестанет сдерживать себя.
    Кончиком языка он принялся ласкать маленький бугорок ее нежной плоти, дразнил, целовал, гладил, стараясь заставить ее расслабиться и отбросить все страхи и сомнения. И Лара поддалась. Ей было слишком приятно, чтобы сопротивляться новым ощущениям. Энда и Дурга хотели удовлетворить лишь свои желания и зачать ребенка, а принцы дарили наслаждение ей. Лара вздохнула и застонала, когда он проник языком глубоко в ее плоть.
    – Ох, прошу вас, ох, – стонала Лара, не в силах сдерживать охватившее ее желание.
    – Она готова, – сказал Калиг.
    Принц Лотэр медленно вошел в нее, его черные глаза горели. Калиг сидел рядом, положив голову Лары себе на колени, и смотрел. Лара громко вскрикнула от закружившего ее водоворота блаженства. Лотэр улыбнулся и стал целовать ее тело и руки. Вскоре он встал и оставил их одних.
    – Я хочу еще, – прошептала Лара, и Калиг выполнил ее просьбу.
    Они двигались в бешеном ритме, ее ногти впивались в его спину, ногами она обхватила его талию. Его мужской корень погружался все глубже в ее тело. Глубже. Движения стали резкими, и в этот момент Лара почувствовала новый прилив блаженства. Она лежала в его объятиях раскрасневшаяся, по лицу текли слезы. Повернув голову, она увидела рядом принца Лотэра с другой женщиной, которой он был занят так же, как совсем недавно ею.
    – Теперь, – сказал Калиг, – ты начинаешь понимать, что такое страсть. Но предстоит узнать еще больше, много больше, моя любовь.
    – Я не выдержу, – усмехнулась Лара.
    – Ты наполовину фея, а они, как никто другой, обладают выносливостью в любви.
    – У меня больше нет сил, – сказала Лара.
    – Поспи, любовь моя.
    – Здесь?
    – Все будут спать здесь, – кивнул принц. – А утром мы отправимся в бани, чтобы освежиться. – Он поднес к ее губам кубок. – Выпей, и заснешь.
    – Что это?
    – Сон, – ответил Калиг.
    Сделав глоток, Лара поняла, что он прав.
    Она проснулась, когда золотой утренний свет пробивался сквозь окна. Калиг уже был на ногах и пригласил всех в бани. Одежды ни на ком не было, и Лара залюбовалась красивыми телами. Они вымыли друг друга, как и каждый принц свою партнершу, обсуждая события прошедшего вечера и нахваливая гостеприимство Калига.
    – Надеюсь, – сказал ей принц Лотэр, – ты получила такое же удовольствие, как и я. Ты еще молода и неопытна, но кровь феи сделает свое дело. Благодарю тебя за предоставленную возможность обладать тобой, Лара.
    Она улыбнулась и поцеловала Лотэра в щеку, не зная, что надо ответить.
    Постепенно пары покидали бани, облачившись в одежды, принесенные слугами.
    – Я должен проводить гостей, – сказал Ларе Калиг. – Возвращайся в свои комнаты, я присоединюсь к тебе за утренней трапезой. Ах, вот и Носс.
    – Было весело? – спросила девушка, когда они шли по длинному коридору.
    – Никогда не видела ничего подобного, – призналась Лара.
    – Как это?
    – Что?
    – Как это, быть недевственницей?
    – Сколько тебе лет? – спросила Лара.
    – Двенадцать, почти тринадцать.
    – Еще не пришло время узнать об этом, Носс, – сказала Лара. – Но обещаю, что все расскажу тебе позже.
    Калиг действительно присоединился к Ларе за завтраком.
    Убрав со стола, Носс удалилась, оставив их наедине. С улыбкой Калиг скинул одежду и раздел Лару. Они лежали обнявшись, и он покрывал ее тело поцелуями. Казалось, ничто не может заставить их оторваться друг от друга. Он жадно пил ее нектар и не мог насытиться ею. Лара прикоснулась рукой к его твердой плоти, дарящей ей неземное наслаждение.
    – Раньше мне не хотелось прикасаться к телу мужчины, – призналась она.
    Принц улыбнулся:
    – Мне льстит твоя любознательность.
    – Не издевайся надо мной, – вскрикнула она. – Ты представить себе не можешь, как я страдала в руках лордов. Испытывать одновременно и возбуждение и отвращение невыносимо.
    – Ах, Лара, – успокоил ее принц, – я говорю так, потому что ты мне не безразлична. Забудь о лесных лордах и позволь мне любить тебя. Ты в безопасности. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, любовь моя. – Он нежно поцеловал ее. – Пойдем, доставим друг другу удовольствие, ведь мы оба к нему готовы.
    Он уложил ее на кровать и вошел в ее тело, сжигаемый неудержимым желанием.
    – Может, твоя золотая кобыла оседлает жеребца? – спросила Лара.
    – Если только это доставит ей удовольствие, – прозвучал ответ.
    – Нет, – вскрикнула Лара, чем очень удивила принца. – На этот раз ты будешь моим хозяином, милорд Калиг. Заставь меня забыться! Покажи, что я могу быть спокойна в твоих объятиях!
    Она села сверху, готовая к скачке, и принц медленно вошел в нее, стараясь не спешить, дождаться, когда она сама попросит о большем. Быстрее, еще быстрее, вперед, назад, вперед. И вскоре Лара в изнеможении упала ему на грудь.
    – Я тоже хочу доставить тебе удовольствие, – прошептала она.
    – Я получил огромное наслаждение, Лара. Стоило мне взглянуть на тебя, и я едва не пришел к финишу раньше, чем положено, но желание мое было сильным, я дождался тебя. А теперь, моя любовь, надо омыться в твоей ванне и спешить. У нас много дел.
    Вскоре принц уже стоял в дверях.
    – Сегодня начнется твое обучение, это часть моего задания. Скоро придет учитель Башкар и начнет урок.
    – Что же еще я должна знать, чему не можешь научить меня ты?
    – Ты должна знать историю Хетара. Не сплетни и сказки бабушек, а правду. Например, что ты знаешь об Дальноземье?
    – Что это жуткое место, где живут дикари.
    – Как же получилось, что они живут такой жизнью, когда все остальные провинции подчиняются закону и существуют в гармонии?
    – Не знаю, – призналась Лара.
    – Учитель Башкар все тебе объяснит. Ты умеешь читать и писать?
    Девушка кивнула:
    – Немного, а еще я выучила счет, чтобы мясник и бакалейщик меня не обсчитывали.
    – Уже кое-что. Но предстоит узнать несравненно больше, Лара. Я научу тебя страсти, а господин Башкар всему остальному. Поверь, тебе надо узнать как можно больше, прежде чем ты покинешь Замок.
    – Ты говорил, что поможешь мне встретиться с бабушкой, – напомнила Лара.
    – Я всегда держу обещания.
    Пришел господин Башкар. Это был очень пожилой человек с седой бородой и длинными седыми волосами. Он носил широкополую шляпу, в руках был посох с лицом, вырезанным в большом набалдашнике.
    – Это Ллир, – сказал он Ларе.
    К ее удивлению, глаза на лице открылись, и Ллир внимательно оглядел ее с головы до ног.
    – Красива, но невежественна, – произнес он.
    – Ваш посох разговаривает! – воскликнула Лара.
    – Ты говоришь очевидные вещи, – фыркнул Ллир. – Почему я не могу говорить? У меня есть глаза, чтобы видеть, и рот, чтобы говорить. Остальные части тела мне не нужны.