Скачать fb2
Серебрянный праздник Сошествия

Серебрянный праздник Сошествия


Иллюстрации














Глава 1: Двое с разными характерами

    Девочка со светло-розовыми волосами, завернувшись в один лишь плащ на голое тело, теперь лежала на кровати в весьма соблазнительной позе.
    Это была Луиза Франсуаза, которую среди тех штабных офицеров Королевской армии, кто знал ее секрет, называли Луиза-Пустота.
    Был конец года, вторая неделя месяца Уин. Для климата Халкегинии это время года - еще только осень... в палатке было не очень холодно. Пока не закончится год, зима не настанет. Поэтому можно было находиться в таком соблазнительном виде.
    На незамысловатой кровати, состоящей из вязанки соломы, всего лишь накрытой тканью, Луиза, закусив свой мизинец, хмурилась от скуки.
    Этот поведение было невероятно милым. Девочка села, обвив руками колени, и на ее щечках, напоминающих фарфоровые статуэтки, заиграл румянец недовольства.
    Это движение было настолько очаровательным, как если в нее вселился дух. Луиза, у которой ее настроение сразу отражалось на лице, не могла скрыть беспокойства, бурлящего внутри нее. Заставив отчасти проявиться в ней черты молодой девушки, эта тревога принуждала незаметно расточать аромат, именуемый сексуальностью.
    Девочка рассеяно погладила рукой свои ноги, вытянутые в струнку под плащом.
    Дойдя до самых кончиков пальцев ног, ее кисти опять вернулись к коленям.
    Луиза, сама того не осознавая, уже была близка к тому, чтобы продемонстрировать такой сексуальный жест. С легкостью сместив полы накинутого плаща, она, в конце концов, была готова выставить напоказ свои обнаженные ноги и стройные, но обворожительные бедра. Безотчетно.
    Под плащом было обнаженное тело. Девичья кожа, изменившая от возбуждения свой оттенок, во всей своей красе.
    Другими словами - под плащом на тело не было надето ничего.
    Причину этого объяснить легко: перед сном Луиза надевала на себя только ночную рубашку. Поскольку она забыла взять этот предмет одежды с собой в поход, пришлось заменить его плащом.
    А если девочка надевала перед сном нижнее белье, то не могла заснуть, поскольку оно ее стесняло.
    Находясь в такой позе, Луиза грызла свой мизинец.
    И действительно, хотя фигура девочки именно в данный момент была до такой непозволительной степени сексуальной и привлекательной... все было напрасно, ведь еще один человек, присутствующий в палатке, находился в состоянии, при котором он не замечал всего этого.

    * * *
    На задней стороне плаща, наброшенного на тело Луизы, была изображена лилия - герб Королевской семьи Тристейна. Плащ отличался от тех, которые надевали в Академии Волшебства. Этот герб, предназначенный для распознания, кто свой, кто чужой, указывал на то, что здесь - поле боя.
    Луизе, как придворной даме в непосредственном подчинении Ее Величества, была предоставлена личная палатка. В Росайте, являющемся военным портом, было мало зданий, подходящих для расквартирования войск. Поэтому везде раскинулись палатки.
    К Луизе относились так же, как к генералам. Поскольку ее легендарная магическая стихия Пустота являлась козырной картой, девочка могла высказать надлежащие распоряжения. Обстановка палатки, освещенной лампой, включала кровать, состоящую из вязанки соломы, всего лишь накрытой тканью, складной столик и комод для хранения одежды, с которого свисал колокольчик для вызова ординарца. На фронте такой интерьер палатки являлся своего рода роскошью.
    В углу палатки фамильяр Луизы, рассеяно глядя перед собой, находился в подавленных чувствах.
    - Эй, Сайто.
    Нет ответа.
    Луиза приподнялась и позвала его еще раз:
    - Эй, ложимся спать. Подойди сюда. - Она сказала это, залившись румянцем, но и на этот раз нет ответа.
    - Уже одиннадцатый час. Нам ведь завтра рано вставать и отправляться на осмотр передовых позиций, поэтому надо как следует выспаться.
    Тем не менее, Сайто не отозвался. Ее фамильяр, прибывший из другого мира, с отсутствующим видом сидел, скрестив ноги, и придавался унынию. Это началось неделю назад. Когда Луиза вспоминала операцию, которая погрузила Сайто в такую депрессию, ее маленькая грудь сжималась от боли.
    Захват альбионского портового города Росайта объединенными силами Тристейна и Германии произошел всего лишь неделю назад. Благодаря тому, что главные силы альбионской армии были отвлечены в портовый город Дарталлнес, расположенный в северной части острова, здесь остался гарнизон численностью каких-нибудь пятисот человек. Шестидесятитысячный десант без труда разгромил этот гарнизон и стал лагерем в Росайте.
    Во время осуществления той операции по отвлечению магия Пустоты, управляемая Луизой, сыграла активную роль.
    Заклинание Пустоты "Иллюзия". Способное создавать громадные миражи.
    Заклинание Луизы, создавшее в небе над Дарталлнесом иллюзию приближающейся объединенной армии, вынудило повернуть вражеские войска, направлявшиеся в Росайт.
    Однако... для того, чтобы Сайто и его хозяйка достигли Дарталлнеса, пришлось пойти на жертву. Ей стал второй эскадрон драгун, находившийся на борту "Вюсенталя" - флагмана сил вторжения в Альбион.
    Благодаря тому, что те ребята отвлекли на себя врага, Луиза и ее фамильяр, летевшие в истребителе Зеро, смогли оторваться от преследовавшего их вражеского отряда драгун.
    В обмен на успех той операции... был уничтожен второй эскадрон драгун. Хотя наездники драконов являются ценными воинами, если сравнивать урон, который мог бы иметь место при высадке на виду у врага, то жертва была минимальна. Командир заслужил похвалу, и в данной ситуации стоило бы радоваться.
    Однако те, кто принимал участие в этой операции и лицом к лицу столкнулся с этим истреблением, имели другое мнение.
    Луиза, пристально глядя на своего фамильяра в таком состоянии, еще могла дуться.
    Несомненно, хоть все это и печально...
    Даже при высадке возникают жертвы. На войне смерть - неизбежный спутник. И если каждого погибшего оплакивать, этому не будет конца.
    В Халкегинии войны происходят каждый год.
    Для Луизы скорбеть о чьей-либо смерти было обязательным делом, но это также было обычным явлением.
    Девочка встала. В слабом свете лампы внутренность палатки была полутемной. В таких условиях, даже если разрез плаща немного раздвинется, вероятно, обнаженное тело не будет видно.
    Луиза, крепко держа полы плаща, скрестила руки перед грудью, как будто сжимая себя в объятьях. Подойдя к месту, где, сжав колени руками, сидел ее фамильяр, она заговорила у него за спиной:
    - Не падай духом.
    - Угу... - единственное, что пробурчал Сайто.
    - Однако тут действительно ничего не поделаешь. В конце концов, это произошло прямо перед глазами. Хоть это и ради выполнения миссии...
    Мальчик был действительно в полном унынии. Луиза спохватилась. Те парнишки были с ним почти одного возраста.
    Наверняка Сайто... ставит себя на их место. Хотя не поймешь, что у него на уме, но этот добросердечный мальчишка, прибывший к ней из другого мира, ставит себя на место тех ребят, и это причиняет ему боль.
    Фамильяр однажды утешал ее, поэтому на этот раз она чувствовала, что хочет успокоить его. Но она не знала, как это правильно сделать.
    Луиза тихонько села на корточки, прижимаясь спиной к спине Сайто.


    - Знаешь... Когда я скажу это, ты посчитаешь, что я чрезвычайно жестокая, однако... По сравнению с гибелью тех ребят меня больше печалит то, что ты так подавлен. Я не должна так думать. Но все именно так. Все-таки, наверное, потому, что ты ведь рядом. Знаешь, по-настоящему печально.
    Сайто медленно повернул голову. А затем неподвижным взглядом уставился на Луизу.
    - Хотя смерть прискорбна... Однако смерть в бою почетна... Почетна... Они погибли ради великой победы. Они достойны жалости, если ты скорбишь по их смерти.
    - Ты говоришь серьезно? Все это.
    Он почувствовал, что не согласен со словами Луизы.
    - Дело не в том, серьезно или нет. Однако нужно быть честными. Сейчас идет война.
    Ее правая рука, отпустив полу плаща, медленно и мягко погладила лоб на повернутом лице фамильяра. Двигаясь по лицу, ее пальцы обводили полоски от слез.
    Сайто помотал головой и заплакал:
    - Я.... даже не знал их имена...
    Невозможно, или лучше сказать - недопустимо.
    Умереть во имя долга, умереть во имя чести.
    Такое чувство невозможно себе вообразить.
    Неужели Луиза не понимает это?
    Пусть вспомнит письмо учителя Кольбера. Согласен с тем, что говорил учитель:
    "Не привыкайте к убийству друг друга". Он полагал: как можно привыкнуть к такому?

    * * *
    Когда Луиза видела заплаканное лицо Сайто, ей самой становилось тяжело. Ее недавно сказанные слова не было ложью. Она была опечалена по поводу тех ребят, но они погибли во имя победы своей страны.
    У девочки, которая все время получала воспитание, чтобы стать дворянкой, и у ее фамильяра, который вырос в мирной Японии на Земле, были разные характеры.
    Луизе было мучительнее видеть заплаканное лицо Сайто. Вместо того чтобы оплакивать покойников, ей хотелось смягчить печаль живых. Если назвать слезы, овладевшие ее фамильяром, добротой, то, вероятно, у нее была иная доброта.
    Луиза задумалась.
    "Что лучше сделать в таком случае? Что лучше сделать, чтобы успокоить мальчишку с израненной душой?
    И еще...
    Интересно, что бы делала та служанка? - у Луизы слегка разыгралось воображение. - Наверняка... использовала даже тепло своего тела, у той простушки кроме этого больше ничего нет".
    Размышляя таким образом, она сильно разозлилась.
    "Т-такое даже мне под силу", - подумала она.
    Вспомнив тот момент, когда однажды, повалив, он грубо целовал ее шею, она залилась румянцем.
    Из-за того, что он навалился всего лишь от простого возбуждения (так думала Луиза), девочка не доверяла ему. Категорически не доверяла.
    "Он также сказал, что любит и все такое прочее, наверняка, только потому, что хотел только той-одной-вещи", - подумала она. И тут же в ней заклокотало бурное негодование. А разозлившись, она не могла простить себя. Как бы то ни было, я в то время на один момент, ну, до какой же степени была захвачена тем порывом, что все-таки опустила руки, занесенные для удара.
    Это же то самое. В конце концов, то самое.
    Но в глубине души Луиза замотала головой.
    Не может быть, это не означает, что я особо приняла его.
    Ведь это - по принуждению. Невольно. Вопреки моим убеждениям.
    Хотя Луиза не понимала, что именно она делает "невольно", так или иначе, сильно покраснев, она крепко обняла Сайто. "Так сильно обнимать фамильяра - действительно недопустимая вещь. Ведь существует разница в социальном статусе. Не так ли? Позволить ему сидеть за обеденным столом - это еще только жалость, однако крепко его обнимать - это уже не из-за жалости.
    О чем это я?" - Луиза замотала головой. Удивительным было то, что ее пульс участился. Ритм сердца ускорился настолько, что растапливал бездушную атмосферу поля боя.
    Однако... Сайто все еще был подавлен.
    Неужели этого недостаточно?
    Одни крепкие объятия бесполезны?
    Хочу, чтобы его настроение стало приподнятым. Все это ерунда, что это - любовь. Ведь из-за такого состояния фамильяра в предстоящих миссиях возникнут серьезные препятствия, разве нет?
    Девочка вспомнила, как Сиеста, притворяясь, что вытирает пот, на мгновение продемонстрировала декольте своей рубашки. Луиза, не сдаваясь, тоже пыталась подражать. То есть, снова упорствовала. Отбросив дворянскую гордость, пыталась позволить заглянуть в свое декольте. Хотя она совершенно не думала о каком-то там фамильяре, просто ей было обидно проигрывать. Однако тогда взгляд Сайто не сдвинулся.
    Вспомни, как ты сейчас выглядишь. Плащ на голое тело.
    Ни единой вещицы белья нет.
    Луиза глубоко дышала. Всего лишь чуть-чуть. Если это немного смягчит печаль Сайто... разве это - недостаточная цена, чтобы попробовать?
    Ни в коем случае, Луиза!
    Совершенно возмутительно вот так показывать голое тело человеку, за которым ты не состоишь замужем.
    Хотя, если он - фамильяр, все в порядке... сейчас-то что?
    Если показать, будут проблемы.
    Разве не придется выйти замуж?
    Так предопределено.
    Я выйду замуж?
    За кого?
    За этого фамильяра?
    Это уж слишком! Невозможно! Ведь он - простолюдин из другого мира, разве нет?!
    Отчего-то возбудившись, голова, похоже, сейчас лопнет. Сайто рассеянно уставился на пребывающую в таком состоянии Луизу. В его глазах не было никаких эмоций.
    - Хлюп, - даже Луиза почувствовала себя несчастной.
    Она хотела исцелить у фамильяра это горе.
    Неужели Сайто меня любит, но нет, хотя он сказал, что любит, похоже, его цель - во что бы то ни стало получить мое тело, однако мое тело пленительное или нет - не понимаю, да, стоит остерегаться этого болвана!
    Не понимая причин, мозг Луизы действительно взорвался.
    И когда девочка уже готова была медленно распахнуть плащ, удерживаемый обеими руками...
    В тот момент, когда нежность, с которой оплакивают мертвых, и нежность, которая собиралась утешить живого, готовы были соединиться...

    * * *
    Фьююю!...

    * * *
    Палатка была сметена порывом ветра.
    - Ч-что происходит?!
    - В чем дело?!
    Сайто и Луиза вскрикнули одновременно.
    Похоже, что-то приземлилось рядом с палаткой.
    Оказалось, что это - ветряной дракон.
    На его спине виднелись силуэты драгун.
    - В-враги! Враги!
    Незнакомец, неожиданно появившийся со спины ветряного дракона, проворчал Сайто, который торопливо выхватил свой меч:
    - Ох, это ты.
    Увидев это лицо, мальчик сделал абсолютно круглые глаза:
    - Ааа!
    Ведь сидевшие верхом на ветряном драконе фигуры принадлежали драгунам, которые, как считалось, были убиты.
    С разинутым ртом Сайто промямлил:
    - ...К-как?
    - Если объяснять, получится очень длинно... - проговорил полноватый парнишка. Окружавшие его драгуны, как бы чувствуя себя неловко, потупились.
    - Как-нибудь позже расскажу... извините, что побеспокоили, - проговорил пухлый командир; похоже, его голос был полон смущения.
    Луиза, у которой на голое тело был наброшен только плащ, ошеломленно прижималась к своему фамильяру.
    Решительно оттолкнув Сайто в сторону, она закричала:
    - Н-н-ничем мы не занимались!
    Возможно, разный уровень нежности у этой парочки сделал реальностью это чудо.
    Драгуны, которые, казалось, исчезли в небесной дымке, собрались в полном составе.
    Хотя воины эскадрона потеряли всех верховых драконов за исключением того, на котором они прилетели... так или иначе, они сами вернулись без единой потери.