Скачать fb2
Сюрприз на Рождество

Сюрприз на Рождество


Татьяна Полякова Сюрприз на Рождество

    Какой-то умник сказал: «Если долго сидеть возле реки, увидишь, как по ней плывет труп твоего врага». Эта фраза настойчиво вертелась в голове, когда я таращилась на мужчину в костюме Деда Мороза, лежавшего возле моих ног на лестничной площадке между вторым и третьим этажом. Пять минут назад я вышла из квартиры с намерением вынести мусор, прикрыла дверь и, весело насвистывая, сделала пару шагов. И вот тогда увидела его. Дед Мороз в шубе из ярко-красного бархата притулился возле батареи, привалившись к ней плечом. Голова упала на грудь, и в первый момент я решила: «дедуля» сладко спит, и весело фыркнула, уж очень забавно это выглядело. И, только поравнявшись с бесчувственным телом, ощутила беспокойство. Лежал Дед совершенно неподвижно, не похрапывал, не сопел и вроде бы даже не дышал. Я легонько потрясла его за плечо, но без всякого результата, и тут обратила внимание, что шуба на нем расстегнута. Под шубой был костюм, пиджак разошелся на груди, а на белой рубашке расплылось зловещее красное пятно.
    – Мама дорогая, – пробормотала я и приготовилась орать во все горло. Но тут же подавилась криком: мой взгляд переместился с его груди на физиономию, и я вторично вспомнила маму, но уже по другому поводу. Борода на резинке сбилась на сторону, шапка съехала на одно ухо, из-под нее выбивались темные, как смоль, волосы, нос алел от помады, глаза закрыты. Это был Кострюков Владимир Павлович, в недавнем прошлом мой шеф, а ныне злейший враг. То есть теперь, конечно, уже нет. Вид поверженного врага не вызвал удовлетворения, я хоть и желала ему в сердцах «чтоб ты сдох, зараза», но всерьез о его кончине не помышляла. И вот такой «подарок»… – Да что же это делается, – жалобно пролепетала я и вновь вознамерилась орать, однако вместо этого тряхнула его за плечо и позвала настойчиво: – Вовка, кончай дурить, – в тайной надежде, что он не выдержит и зальется хохотом, выдаст свою мерзкую улыбочку и спросит: «Что, испугалась?»
    С него станется разыграть дурацкий спектакль, чтобы лишний раз испортить мне жизнь. Тело стало заваливаться, и тут я с ужасом поняла, что вовсе это не дурацкие игры, Вовка мертв, причем умудрился скончаться в моем подъезде. В припадке безумия я распахнула на нем шубу, теперь кровавое пятно на груди предстало во всей своей красе. Совершенно нелепая мысль явилась мне: Вовка покончил жизнь самоубийством в нескольких метрах от моей квартиры. Глупость несусветная. Мой бывший шеф на такое не способен, даже из вредности. Что же получается: его убили? На всякий случай я пошарила взглядом по лестничной клетке в поисках орудия преступления, вдруг все-таки он сам? Под батареей лежал мешок, я заглянула в него и убедилась, что он пуст. Вовку кто-то убил в моем подъезде, а я не далее как четыре дня назад на него сильно гневалась, не чураясь крепких выражений. Помнится, даже крикнула: «Я убью тебя, скотина», – и все это при свидетелях.
    – Ну, надо же, – жалко пробормотала я и залилась слезами. Теперь мне очень хотелось, чтобы Вовка, каким бы он ни был мерзавцем, чудесным образом вдруг оказался жив. И пусть бы пакостил дальше, это все-таки лучше, чем труп на лестничной клетке и перспектива объясняться с милицией.
    Не знаю, сколько еще я бы стояла, возмущаясь злодейкой-судьбой, если бы внизу не хлопнула дверь подъезда. Сейчас меня застукают над трупом врага – и пиши пропало. Схватив пакет с мусором, я осторожно поднялась в свою квартиру. Закрыла дверь и без сил повалилась на банкетку. Однако к тому, что происходит в подъезде, прислушивалась. Шаги, а вслед за этим голос соседки, Прасковьи Ивановны.
    – Это что ж такое делается! – возмущенно заявила она. – Нет у людей совести. Так напиться на рабочем месте. Глаза бы на вас, алкашей, не смотрели. А ну, встал, и марш отсюда. Батюшки-светы… – И тут же заорала на весь подъезд: – Караул!
    Я разрывалась между беспокойством за даму в годах, которую запросто мог хватить удар от такого-то зрелища, и нежеланием вновь оказаться возле трупа. Приди я на помощь соседке, пришлось бы вызывать милицию, а значит, рассказывать о том, кто такой убиенный Дед Мороз. Делать это мне очень не хотелось. К встрече с милицией я совершенно не готова. Конечно, я не сомневалась, что обо мне они все равно узнают, но лучше позже, чем сейчас. И я малодушно затаилась, надеясь, что кто-то другой услышит вопль и придет Прасковье Ивановне на помощь.
    – Да куда ж все подевались, ироды, – голосила соседка в большой обиде. Наконец снизу раздался мужской голос:
    – Прасковья Ивановна, что на вас нашло с утра пораньше? – Это Лев Захарович, пенсионер, председатель домкома и признанный лидер нашего двора.
    – Дрыхнете без задних ног, – гневно ответила соседка. – А в подъезде покойник.
    – Какой покойник? – обалдел Лев Захарович.
    – Человека убили, старый дурак, вот какой.
    Как я и предполагала, через пять минут начался форменный сумасшедший дом. Двери квартир захлопали, народ загалдел, а Лев Захарович командирским голосом возвестил:
    – Граждане, не толпитесь, картина преступления должна сохраняться в неприкосновенности. Здесь могут быть следы и отпечатки пальцев.
    «Все, моя песенка спета», – решила я, тоже о следах подумав. Приедут менты с собакой и прямиком явятся в мою квартиру. Заревев от отчаяния, я отправилась в ванную. Появиться на лестничной клетке я не рискнула, справедливо опасаясь, что моих актерских способностей не хватит изображать неведение. Однако мое отсутствие среди зевак придется как-то объяснить. Я наполнила ванну водой погорячее, легла в нее и закрыла глаза. Понемногу я успокоилась и пыталась сообразить, что Вовке понадобилось в моем подъезде, да еще в костюме Деда Мороза. Первое, что пришло в голову: он решил со мной помириться. Если честно, не особенно в это верилось. Если бы он и надумал явиться, то непременно замыслив очередную пакость.
    С Кострюковым мы познакомились два года назад, когда я устроилась работать в его фирму. В штате числилось всего пять человек вместе с хозяином. Занимались мы изготовлением визиток, рекламных буклетов и прочей полиграфической продукции. Устроиться на работу сразу после окончания института, не имея стажа, довольно трудно, так что, можно считать, мне повезло. Бок о бок со мной трудились бухгалтер Любовь Петровна, дама лет сорока пяти, отличавшаяся болтливостью и нездоровым интересом к чужим делам, непризнанный компьютерный гений Серега Пятаков и дальняя родственница Вовки Ленка Виноградова, девица двадцати одного года от роду, неряшливая, некрасивая и страшно злющая. Во время чаепитий, происходивших не реже пяти раз в день, мы, как правило, обсуждали личную жизнь шефа, которая оставалась для нас загадкой. Вовка занимал отдельный кабинет, часто отлучался по делам, и обсуждать мы его могли сколько угодно. Тон задавала Любовь Петровна. Ей не давала покоя мысль, что такой красавчик все еще не женат. Разговор на излюбленную тему она начинала с одной и той же фразы: «Девки, вы что сидите, рот открыв, такой жених за стенкой… будь я на вашем месте, давно бы его окрутила…» Ленка, не больше нас знавшая о личной жизни родственника, презрительно фыркала и косилась на меня. Пятаков бормотал «что в нем такого особенного» и тоже на меня косился, а я с улыбкой предлагала:
    – Может, лучше поработаем?
    – Работа не волк, – вздыхала Любовь Петровна, – а вот годы идут. Оглянуться не успеете, как будем с тридцатилетием поздравлять. А после тридцати шансы выйти замуж падают до десяти процентов, это я вам как бухгалтер говорю.
    Ленка сопела, уткнувшись в бумаги, а я испытывала легкое беспокойство, потому что на любовном фронте у меня наблюдалось затишье. Не считая бурного романа, случившегося на третьем курсе института, похвастать успехами у мужчин я не могла. Знакомых парней было сколько угодно, но ни один из них, как мне казалось, моей любви не заслуживал. В общем, слова Любови Петровны пали на благодатную почву, и как-то незаметно и вроде бы помимо воли я начала приглядываться к шефу. Хотя бухгалтер и называла его «красавчиком», мне он таковым не казался. Выглядел Вовка, несмотря на возраст (он был старше меня на шесть лет), весьма солидно. Высокий, с наметившимся брюшком, круглолицый, с ямочкой на подбородке и длинными темными волосами. Серега с ухмылкой заявлял, что физиономия у шефа бабья, а волосы он завивает. Мы с энтузиазмом начинали спорить, и в зависимости от того, чья точка зрения побеждала, шеф то начинал нравиться мне, то вызывал легкую неприязнь. Ко мне он относился с большой теплотой, называл не иначе как Мариночкой, однако только этим и ограничивался, пока накануне Восьмого марта не пригласил весь коллектив в ресторан отметить праздник. Посидели мы довольно мило, часов в десять Пятаков отправился домой пешком, а Вовка по-джентльменски предложил развезти женщин по домам. Эта идея мне не особенно понравилась, потому что в ресторане он выпил, и немало, а в таком виде садиться за руль не следовало. Но Ленку с Любовью Петровной это обстоятельство не смутило, и я решила промолчать. Первой восвояси отправилась Любовь Петровна, за ней Ленка, и через двадцать минут в машине остались мы с Вовкой. Я назвала адрес, шеф улыбнулся, сказал:
    – Я знаю, где ты живешь, – и самодовольно продолжил, повернувшись ко мне (я сидела сзади): – Я все о тебе знаю. Живешь одна, ни с кем не встречаешься…
    – Ну и что?
    Он протянул мне бархатную коробочку в виде сердца и произнес:
    – Это тебе подарок.
    К тому моменту я уже получила из его рук розу в целлофане и набор для маникюра, и наличие еще одного подарка меня насторожило.
    – Что это?
    – Взгляни. – Самодовольства на его физиономии прибавилось. Я открыла коробочку и обнаружила кольцо с большим камнем. – Красивое?
    – В общем, да. Только я не очень понимаю…
    – Ты мне нравишься, – сказал он.
    – А-а-а… – протянула я и кольцо вернула. – Это очень дорогой подарок. – Кольцо вряд ли было дорогим, но, с моей точки зрения, получать такой презент от шефа весьма странно.
    – Да брось ты. Ну, что, поехали к тебе?
    Его тон мне очень не понравился, но ссориться с ним в мои планы не входило, я улыбнулась и сказала:
    – Хорошо, познакомлю тебя с родителями, они ко мне на Новый год приехали.
    Такая перспектива у Вовки энтузиазма не вызвала.
    – Родители? – Он едва заметно поморщился, и до моего дома мы ехали в молчании.
    Когда мы оказались возле подъезда, я насмешливо произнесла:
    – Идем?
    – Как-нибудь в другой раз. А они надолго приехали?
    – Останутся до Рождества.
    – Я позвоню, – буркнул он, и мы простились.
    Он не позвонил, что меня порадовало, и встретились мы только на работе. Шеф, проходя через нашу комнату, вежливо поздоровался и сказал:
    – Мариночка, зайди ко мне.
    Когда я вошла в его кабинет, Вовка встретил меня пакостной улыбкой.
    – Предки отчалили? Сегодня вечером загляну.
    – Зачем? – как можно спокойнее спросила я.
    – Ну-у… – Улыбка его стала шире и пакостней.
    – Не трать время даром, – отрезала я, а он нахмурился.
    – Брось, что ты из себя корчишь? В конце концов, я твой шеф, и ты просто обязана…
    – Ты себя ни с кем не перепутал? – перебила я. – Для начала стань олигархом, а уж потом веди себя как последняя скотина.
    С этого, собственно, и началась наша вражда. На людях Вовка вел себя прилично, улыбался и сыпал мне комплименты, но если по соседству никого не оказывалось, распускал руки, по которым я била наотмашь, и говорил мне гадости. Я терпела, сколько могла, а потом написала заявление об уходе. Вовка его разорвал и сказал зло:
    – Никуда ты не уйдешь.
    – Уйду.
    – Попробуй. В этом городе тебе работу не найти.
    Я ушла и вопреки его угрозам на работу устроилась. Но уже через неделю Вовка позвонил моему новому шефу. Что он ему наплел, ответить затрудняюсь, но после этого начальник стал смотреть на меня с подозрением. Кострюков оказался настырным парнем и принялся звонить всем моим сослуживцам без разбору и в конце концов заработал себе репутацию психа. Общественность приняла мою сторону, но неприятный осадок остался.
    Летом я познакомилась с парнем, а через пару недель объявился Вовка. Встретил нас возле моей квартиры и устроил сцену ревности по всем правилам. Выходило, что я, живя с ним в гражданском браке, верчу любовь на стороне. Парень, хоть и послал Вовку к черту, в правдивости моих слов сомневался, меня это разозлило, и мы расстались. После чего Кострюков время от времени меня навещал, но дальше порога я его не пускала.
    Последние два месяца он не появлялся и даже не звонил, я вздохнула с облегчением, пока вдруг не получила от него SMS со ссылкой на сайт. Не ожидая ничего хорошего, заглянула в Интернет. На сайте были выложены фото обнаженной девицы в непристойных позах, причем у девицы было мое лицо. Доказывай теперь, что я к ней не имею никакого отношения. Не помня себя от ярости, я ворвалась в кабинет Вовки и заорала: «Я убью тебя, придурок», – чем повергла в шок бывших сослуживцев, которые по-прежнему считали, что их шеф – милый парень.
    И вот теперь Вовка лежит в моем подъезде бездыханный, и кто поверит, что я здесь ни при чем? Не успела я горько посетовать на злодейку-судьбу, как в дверь настойчиво позвонили. Я натянула халат, обмотала голову полотенцем и бросилась открывать, уверенная, что это из милиции.
    Так и оказалось. На пороге стоял парень с помятой физиономией, он сунул мне под нос удостоверение и произнес:
    – Здравствуйте. – Присмотрелся, улыбнулся вполне по-человечески и добавил: – Войти можно?
    – Проходите. А в чем дело?
    – Вы сегодня из дома выходили?
    – Нет. А что?
    – Шума подозрительного в подъезде не слышали?
    К тому моменту в подъезде гвалт утих, и это позволило мне со спокойной совестью соврать.
    – Нет. Я только час назад проснулась и решила принять ванну.
    – Понятно, – вздохнул парень. – Значит, ничего не видели и не слышали?
    – Вы так и не сказали, что случилось, – забеспокоилась я.
    – Жмурик у вас в подъезде, то есть, я хотел сказать, на лестничной клетке обнаружен труп мужчины. Стреляли в упор… странно, что никто ничего не слышал.
    – В кого стреляли? – бестолково спросила я.
    – В мужика этого.
    Не успел следователь удалиться, а я – выпить валерьянки, как в дверь опять позвонили. Решив, что на сей раз это уж точно за мной, я дрожащими руками открыла дверь и обнаружила свою подругу Верку, которая жила с мужем в том же подъезде, только этажом выше.
    – Привет, – шепнула она, внедряясь в мою квартиру. – Менты были?
    – Ага.
    – Что творится… только трупов в подъезде нам и не хватает. Чаю налей, меня всю трясет…
    Мы сели пить чай, Верка принялась гадать, кто так осерчал на Деда Мороза, а я силилась не разреветься. Верка, в отличие от меня, располагала кое-какой информацией, потому что на вопли соседей отреагировала и примерно с полчаса обреталась в подъезде, прислушиваясь к болтовне жильцов и разговорам явившихся оперативников.
    – Документов при нем нет, никто в подъезде Деда Мороза не заказывал, да и кому заказывать, если, кроме нас, в доме одни пенсионеры. Прасковья вчера у дочери ночевать осталась, а сегодня, возвращаясь к себе, наткнулась на убитого. И что у нас за подъезд такой…
    – Говоришь, документов при нем нет? – хмуро спросила я.
    – Конечно, нет. На фига ему их с собой таскать, если человек на работе?
    – А ты убитого видела?
    – Ну, он же на лестничной клетке лежал.
    – Он тебе знакомым не показался?
    Верка моргнула и затихла.
    – Нет, – сказала она через минуту. – Обычный Дед Мороз.
    Верка моего бывшего шефа видела, он как-то пасся под дверью, когда мы вместе с ней возвращались из кино. Если документов нет, значит, кто он такой, определят не сразу. Следовательно, у меня есть время, чтобы выяснить, что Вовке понадобилось в моем подъезде.
    – Менты говорят, его несколько часов назад убили. Ночью или даже вечером.
    Вернулась я вчера около двенадцати, и алиби у меня, само собой, нет, раз в квартире я была одна.
    – Пойду переоденусь, – вяло сказала я и ушла в спальню, сняла халат, и в этот момент меня осенило. – Как же я могла забыть! – завопила я.
    – Ты чего орешь? – заглядывая в комнату, удивилась Верка.
    – Я его вчера видела, – пролепетала я.
    – Кого?
    – Деда Мороза.
    – Ну и что? Я тоже видела. Возле торгового центра.
    – Я его здесь видела, возле подъезда. – Торопливо одеваясь, я пояснила: – Вчера меня Игорь привез, а я забыла в его машине мобильный, вспомнила о нем уже дома, позвонила Игорю, он вернулся, я вышла во двор мобильный забрать и в дверях столкнулась с Дедом Морозом. Еще удивилась, что явился он так поздно.
    – Ну… может, праздновал кто, вот Дед Мороз и понадобился.
    – Кто? Сама говоришь, никто Деда Мороза не заказывал.
    – Так, может, это… он подъезды перепутал? Ты когда в квартиру возвращалась, его видела?
    – Нет. И в подъезде было тихо. Значит, ничего он не перепутал, кто-то его в квартиру пустил. Витька твой в командировке?
    – Не поехал.
    – Ты же вчера сказала…
    – Ну…. Он в последний момент передумал. На него ж находит, ты знаешь… А зачем тебе Витька?
    – Твой муж работал в милиции, у него наверняка остались связи.
    – Друзья-алкаши, а не связи. Если б он меня не послушал и тогда не уволился, успел бы заработать цирроз печени. А сейчас не мужик, а загляденье, не пьет, не курит, по бабам не шляется… Я не поняла, на что тебе мой Витька?
    – Вера, – я села рядом и взяла ее за руку, – я тебе сейчас кое-что скажу, только ты в обморок не падай.
    – Бабу завел? – нахмурилась Верка и приготовилась реветь.
    – Кто? О господи! Я совсем не об этом.
    – А о чем?
    – Сегодня я пошла мусор выносить, часов в девять, а на лестничной клетке Дед Мороз лежит.
    – Живой?
    – Нет. Мертвый.
    – Так это ты его нашла? А Прасковья…
    – Замолчи, ради бога. Я его нашла и сбежала. Потому что это Вовка Кострюков.
    Верка дважды хлопнула ресницами.
    – Так он к тебе приходил?
    – Не знаю. Говорю, я его нашла и сразу узнала. Ты мои фотки в Интернете видела? То есть не мои, конечно. Из-за этих фоток я с Вовкой в офисе скандалила и грозилась убить. А теперь его в самом деле кто-то убил.
    – Вот непруха, – покачала головой Верка.
    – Еще какая. Так что Витькины связи могут понадобиться. Хоть буду знать, когда за мной придут.
    – Зачем? А-а-а… Маринка, чего делать-то? Ведь запросто на тебя подумать могут. Значит, Вовка твой вчера зачем-то приходил, а сегодня опять пришел… – Верка нахмурилась.
    – Вчерашний Дед Мороз вовсе не Вовка. Он ростом меньше, Вовка высокий, а тот всего-то на полголовы был выше меня, мы ж совсем рядом стояли. И к кому бы пошел Вовка, если не ко мне? Не Дедом же Морозом, в самом деле, он подрабатывал, это просто смешно.
    – Тогда я вообще ничего не понимаю. Выходит, было два Деда Мороза? Один вчера, другой сегодня?
    – Выходит, – тяжко вздохнула я, и тут меня вновь посетила очередная догадка. – Верка, у Деда Мороза, то есть у Вовки, не было пояса на шубе. Точно. Менты на это внимание обратили?
    – Откуда мне знать?
    – И шуба была не застегнута. Борода прицеплена кое-как… А что, если его так нарядили уже мертвого?
    – Кто нарядил?
    – Убийца, дурища. Начинай соображать.
    – Ты меня совсем запутала. Зачем убийце надевать на твоего Вовку костюм Деда Мороза?
    – Предположим, кто-то хотел войти в дом, не привлекая внимания, то есть в таком виде, что его ни в жизнь не узнаешь. Тогда костюм Деда Мороза весьма кстати. Тем более в праздники. Никому и в голову не придет что-то заподозрить.
    – Ну…
    – Ну… он Вовку и убил. И напялил на него костюм Деда Мороза.
    – А на кой хрен он его в нашем подъезде убил, у Вовки свой есть. К тому же, если Кострюков у твоей двери пасся, ты бы его увидела, верно?
    – А если Вовка случайная жертва? Он пришел вчера ночью и столкнулся в подъезде с человеком, которого не должен был видеть?
    – Точно, – подумав, ответила Верка. – С киллером. Тот его пристрелил, опасаясь свидетеля, нацепил на него костюм Деда Мороза и отправился восвояси. «Увлечение сериалами до добра не доводит», – подумала я и пригорюнилась. Верка почесала за ухом и закончила: – Если в деле замешан киллер, то у нас в подъезде должен быть еще один труп. Но менты о нем еще не знают.
    – Глупости, – вздохнула я. – Какой еще киллер? Кого ему убивать в нашем подъезде?
    – Не скажи. А новый жилец с нашего этажа? Крутой бизнесмен. Маринка, я уверена, его и замочили. Менты к нему в дверь звонили, но никто не открыл.
    – Может, соседа просто дома нет.
    – Может. Только боюсь, мы его потеряли. И не пожил в квартире-то.
    Сосед у нас появился недавно. Полгода назад купил две трехкомнатных квартиры на четвертом этаже рядом с Веркой и затеял ремонт, от которого стенал и охал весь подъезд. Жильцы по очереди жаловались в ЖКО, но толку от этого не было. Перед самым праздником новый жилец заселился, правда, я его ни разу не видела, зато смогла лицезреть во дворе его машину. Стоила она никак не меньше сотни тысяч баксов, прибавьте две квартиры в самом центре города, а также ремонт, который влетел в копеечку. Придется согласиться с определением «крутой бизнесмен». А если верить сериалам, киллеры только тем и заняты, что отстреливают крутых бизнесменов.
    – Все сходится, – кивнула Верка.
    – Ничего не сходится, – отмахнулась я. – Это все наши фантазии, а действительность просто ужасна: Вовку убил какой-то придурок, и у меня теперь будут неприятности.
    Верка вскоре ушла, а я нервно бегала по квартире, пытаясь решить, что делать. Здравый смысл подсказывал: сидеть и ждать, когда вызовут к следователю, расскажу все как есть, и пусть разбираются. Однако бездействие тяготило. Побегав еще немного, я решила навестить соседа. Версия с киллером была мне симпатична, так как все объясняла. И если бы сосед… Тут я призвала себя к порядку: своя рубашка ближе к телу, но надо и совесть иметь.
    Я выглянула на лестничную клетку, убедилась, что подъезд пуст, и быстро поднялась на четвертый этаж. По утверждению общественности, жил сосед в одиночестве. Замерев возле его двери, я прикидывала, что б ему сказать такое, если он вдруг окажется дома, потом надавила кнопку звонка. Когда звонок смолк, мне осталось лишь прислушиваться к тишине в квартире. Однако желание узнать, жив сосед или нет, только увеличилось. На всякий случай я легонько потянула дверь на себя, а она взяла да и открылась. В большом волнении я сделала первый шаг. Передо мной был просторный холл с белой мраморной плиткой на полу, и на этой самой плитке я увидела капли крови. Ручеек из них вел куда-то в глубь помещения. Кровь успела подсохнуть, но от этого выглядела не менее зловеще.
    – Боже, – пробормотала я, хотела выскочить на лестничную клетку и заорать «караул», но вместо этого сделала еще несколько шагов, старательно обходя пятна на полу и испытывая удовлетворение от того, что я оказалась куда умнее следователя и сразу догадалась, что в подъезд под видом Деда Мороза пробрался киллер и укокошил нашего олигарха, а потом и Вовку, который стал случайным свидетелем.
    Кровавая дорожка заканчивалась возле двери из матового стекла. Я набрала в грудь воздуха, приготовившись к страшному зрелищу, и рывком распахнула дверь. Возле умывальника спиной ко мне стоял совершенно голый мужчина.
    – А-а-а! – заорала я от неожиданности, он вскинул голову, взглянул в зеркало над умывальником, увидел меня и тоже заорал:
    – А-а-а! – потом чертыхнулся и буркнул: – Ты откуда здесь?
    Я попыталась ответить, но не успела. Парень вновь чертыхнулся, протянул руку к джинсам, что висели на крючке, достал из кармана бумажник, извлек купюру в сто долларов и, не поворачиваясь, сунул мне.
    – Топай отсюда, – сказал ворчливо. – Я с утра не в форме.
    – Вы что, спятили? – растерялась я, парень повернулся, посмотрел мутно, схватил джинсы, прикрылся ими и спросил с томлением: – Ты Марина? С третьего этажа?
    – Марина, – кивнула я. – Так вас не убили? – расстроилась я.
    – Пока нет, – покачал он головой. – А что, кто-то собирался? Слушай, может, ты выйдешь, а я пока оденусь? – Я попятилась из ванной, едва не споткнувшись, а он сказал: – Подожди пять минут.
    Дверь я поспешно закрыла и огляделась. С того места, где я стояла, хорошо была видна гостиная со следами недавнего пиршества. Взгляд мой вернулся к пятнам крови на полу. Этот тип убил Вовку, затем вытащил его на лестничную клетку… Меня так и подмывало завопить во все горло, но я стояла и хлопала глазами, тут и сосед появился, на ходу застегивая рубашку.
    – Привет, – радостно сказал он. – Меня Денисом зовут.
    – Очень приятно, – брякнула я и покраснела с досады.
    – Ты садись, – засуетился он. – Хочешь кофе? Лучше с коньяком. Мне надо мозги поправить.
    – Вряд ли это поможет, – заметила я, но села в кресло и уставилась на соседа.
    Он отправился в кухню, загрохотал там чем-то, но то и дело выглядывал в распахнутую настежь дверь и улыбался.
    – Извини за беспорядок, – сказал он, появляясь с двумя чашками кофе, и плюхнулся на диван. – Вчера решили отметить окончание ремонта. Не очень шумели?
    – Нет, – покачала я головой, приглядываясь к нему и удивляясь его покладистости. Если бы ко мне кто-то ввалился без приглашения, да еще застукал меня в ванной… ясное дело, этот тип мне зубы заговаривает.
    – Хорошо, – кивнул он, прихлебывая кофе. – Ты пей, пей…
    – Я, собственно… извините, что я… у вас дверь была открыта, – с воодушевлением принялась я врать. – Я пошла к подруге и… и подумала, вдруг что-то случилось, а тут еще кровь…
    – Ага, – с готовностью сказал он. – Стал открывать бутылку с минералкой и руку порезал, так неудачно. – Он продемонстрировал наспех замотанную ладонь. – Значит, ты Марина?
    – Откуда вы знаете? – насторожилась я.
    – Я еще осенью тебя заприметил, заезжал как-то проверить, что здесь мужики ваяют, и с тобой в подъезде столкнулся.
    – Ничего подобного я не помню.
    – Наверное, просто внимания не обратила, – разулыбался он и добавил: – Ты очень красивая.
    – Многие так говорят, – не стала я скромничать. – А вы вчера Деда Мороза не вызывали?
    Парень моргнул и задумался, а я продолжала его разглядывать. На вид ему было лет тридцать, физиономия хоть и помятая, но симпатичная. Он торопливо пригладил волосы и спросил с сомнением:
    – Деда Мороза?
    – Ага.
    – Так Новый год прошел.
    – Ну… – пожала я плечами.
    – Слушай, а у тебя парень есть?
    – При чем здесь мой парень? У нас в подъезде труп, между прочим.
    – Чей? – обалдел он.
    – Деда Мороза. Я подумала, может, он к вам приходил? Я вчера вечером его видела, а сегодня утром его Прасковья Ивановна нашла.
    – И что?
    – Милиция приезжала, по квартирам ходили, спрашивали.
    – Ты говоришь, дверь в мою квартиру была открыта?
    Я пунцово покраснела, сообразив, что, будь это действительно так, милиционеры непременно обратили бы внимание и в квартиру заглянули.
    – Я хотела сказать, не заперта. У нас в подъезде одни пенсионеры, Деда Мороза заказывать некому…
    – И ты решила, что это я его заказал?
    – Вы же сами говорите, у вас были гости…
    – Были. Но Дед Мороз нам ни к чему. Так его убили? Чудеса. А вчера вечером ты его видела?
    Тут до меня дошло, что следователю я этого не сказала, а соседу зачем-то проболталась. Вот ведь дура. Совершенно неожиданно я заревела с досады. Парень бросился ко мне, бормоча:
    – Э-э, в чем дело? Он что, твой родственник?
    – Нет, – отчаянно покачала я головой.
    – Тогда чего ты ревешь?
    – Я пойду, – вскакивая, произнесла я, но он схватил меня за руку:
    – Я не могу отпустить тебя в таком состоянии. Лучше расскажи, как ты вчера с ним встретилась.
    – И вовсе не с ним, тот был другой Дед Мороз.
    – Вот как? Значит, их было двое?
    – Я думаю, вчерашний Дед Мороз убил этого, где-то спрятал тело до утра, а потом вытащил его на лестничную клетку.
    – Не возражаешь, если я еще немного выпью? – очень серьезно спросил Денис. – А где он его прятал, если у нас одни пенсионеры живут?
    Тут я поняла, что окончательно запуталась, и затосковала.
    – А ваши друзья когда ушли? – спросила я.
    – Часов в двенадцать.
    – И все… живы?
    Рука Дениса потянулась к бутылке, но вдруг замерла.
    – Мариночка, может, ты сосредоточишься и все расскажешь потолковее?
    Я вздохнула.
    – Мы с Веркой решили… Верка – это соседка… мы решили, что вчерашний Дед Мороз был киллером, он убил… кого-то…
    – Учитывая, что пенсионеры вряд ли подходящая мишень для киллера, вы подумали…
    – Вы же бизнесмен, – перебила я его. – Ведь так?
    – Так. Только на фига меня кому-то убивать?
    – Ну, не знаю. Киллер возвращался… но тогда Вовка должен был его узнать, – в очередной раз озарило меня. – Если киллер вошел в подъезд в костюме Деда Мороза, то проще всего было в нем и выйти, зачем его снимать? А чтобы Вовка узнал его в костюме Деда Мороза, они должны быть очень хорошо знакомы.
    – А Вовка – это?.. – встрепенулся Денис, а я похолодела.
    – Я сказала «Вовка»?
    – Дважды, – порадовал он меня.
    – Я, пожалуй, все-таки пойду…
    – Уверен, это плохая идея.
    – Почему?
    – Нам надо все обсудить. Я теперь не смогу спать спокойно, пока не пойму, к кому приходил киллер и как его мог узнать Вовка.
    – Вы издеваетесь? – нахмурилась я.
    – Ничего подобного. Просто я убежден, что ты остро нуждаешься в моей помощи. А я никогда не оставляю красивых женщин в беде. Доверься мне. – Он сграбастал мою руку и в глаза мне уставился.
    – И не подумаю. – Я попыталась руку выдернуть, но не тут-то было.
    – Киллеры на редкость опасны, в такое тревожное время рядом с тобой должен быть мужчина. Одна ты не справишься, – промурлыкал сосед. А я засомневалась. И в самом деле, мужское плечо очень бы пригодилось.
    – Вы, должно быть, решили, что я спятила, – вытерев нос, вздохнула я. – Но если он его не узнал, зачем ему убивать Вовку, а потом напяливать на него шубу и бороду?
    – Совершенно справедливо. Так кто такой Вовка?
    Я вздохнула еще раз и начала рассказывать про кольцо, которое Вовка пытался мне всучить, про нашу затяжную войну и даже про фотки в Интернете и мои угрозы. Денис слушал очень внимательно и время от времени кивал.
    – Вот скотина, – сказал он, когда я закончила. – Я бы сам его убил, слава богу, кто-то другой постарался.
    – Зачем вам его убивать? – не поняла я.
    – Чтоб не пакостил. Значит, ты боишься, что менты решат, будто это ты его застрелила?
    – Конечно, боюсь.
    – По-моему, это глупо. В любом случае тебе повезло: ты встретила меня.
    – Ага. Сначала сделайте что-нибудь путное.
    – Что ж, придется нам самим разбираться с этой историей. Менты народ ленивый, а в праздники тем более лишний раз не пошевелятся, время у нас есть.
    – И как вы намерены его потратить?
    – Мариночка, раз уж мы собираемся заняться расследованием, то есть стали партнерами, ты не могла бы говорить мне «ты»? В знак доверия и большой дружбы?
    – Я подумаю.
    – Ладно. Значит, так. Первым делом попробуем выяснить, не заказывал ли кто из жильцов нашего дома Деда Мороза. То, что соседи это отрицают, еще ничего не значит. Я обзвоню агентства, они должны работать в праздничные дни, а ты пока приготовь яичницу, позавтракаем по-семейному.
    – И не подумаю.
    – Ясно, готовить ты не умеешь, – удрученно сказал он.
    Я молча поднялась и пошла в кухню готовить завтрак. Вернувшись, я обнаружила Дениса с телефоном в руке, на столе лежал открытый справочник, а сам он говорил кому-то:
    – Вчера пацану Деда Мороза заказывали, а тот не пришел. У вас, конечно. Гороховая, 5а, квартира 25. Как это не заказывали? Слушай, красавица, может, жена номер квартиры перепутала? Мы недавно переехали, а голова у нее как решето. Нет такого адреса? С Рождеством тебя, деточка… Два агентства можно вычеркнуть, – подмигнул он мне.
    – А сколько их всего?
    – Семнадцать. Чего ты нос повесила? Могло быть больше… о, салатик… А борщ приготовить сможешь?
    – Если заслужишь.
    – Ну, наконец-то мы на «ты», – обрадовался Денис и стал уплетать салат, потом съел яичницу, запил все это кофе и вновь принялся звонить по телефону. Я устроилась рядом и ставила галочки в телефонной книге после каждого звонка.
    За час мы обзвонили все агентства и узнали, что Деда Мороза в наш дом не заказывали. За это время я успела убрать посуду и подтереть полы – вид кровавых пятен очень нервировал.
    – А ты хозяйственная, – расплылся сосед в улыбке. С моей точки зрения, радоваться было нечему, если час мы потратили впустую, но Денис со мной не согласился. – Отсутствие результата – тоже результат, – с умным видом изрек он, а я подумала о грядущей встрече со следователем и затосковала. – Итак, будем считать, что Дед Мороз липовый, то есть появился он здесь сам по себе с преступной целью.
    – Я и раньше так считала.
    – Умница. Следующий вопрос. Где липовый Дед Мороз мог взять костюм?
    – Да где угодно.
    – Не скажи. Например, он вряд ли взял его у кого-то из знакомых.
    – Логично, – кивнула я. – Знакомые, если милиция поинтересуется, чего доброго, проболтаются. Он мог его купить.
    – Мог. А также мог взять напрокат. В такое время это дело обычное и вряд ли привлечет внимание.
    – Но он оставил костюм в подъезде, натянув его на Вовку. Значит, возвращать не собирался.
    – Вот это настораживает. Что-то наш парень имел в виду. А может, костюм взял сам Вовка, решив явиться к тебе с подарком… Магазины не проверишь, а фирмы, где дают костюмы напрокат, запросто.
    – Сколько их в городе? – запаниковала я.
    – Сейчас посмотрим в Интернете.
    Таких фирм оказалось всего пять, что меня порадовало.
    – Будем звонить?
    – Маловероятно, что нам ответят.
    – Что же делать?
    – Нанесем им визит и сделаем предложение, от которого они не смогут отказаться. Встретимся во дворе через десять минут, – закончил он.
    Я отправилась к себе одеваться. Вышла на лестничную клетку и покосилась на дверь Веркиной квартиры. Очень хотелось услышать мнение подруги, дурака я сваляла, доверившись соседу, или нет. Однако времени на это не было, я стала спускаться по лестнице и тут почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Ухватившись за перила, я задрала голову и обнаружила Прасковью Ивановну, которая взирала на меня, стоя этажом выше.
    – Здравствуй, Мариночка, – ласково произнесла соседка. – К Верке своей ходила?
    – Да, – не задумываясь соврала я.
    – Ну-ну… у тебя из милиции были?
    – Конечно. Ужасное несчастье, – пробормотала я.
    – Чему ж удивляться с такими-то соседями.
    Я решительно поднялась на два пролета и оказалась рядом с Прасковьей Ивановной.
    – Вы кого-то подозреваете? – перешла я на шепот.
    – Кого мне подозревать… – пожала она плечами.
    – Вы сказали…
    – Жулик на жулике сидит и жуликом погоняет, – скороговоркой выпалила она. – Взять хоть Михайловых с первого этажа. Перед Новым годом сыну машину купили. В подарок. Хороши подарки. Откуда деньги, я спрашиваю? Я едва концы с концами свожу, а у Михайловой пенсия меньше моей, да и у мужа немногим больше. Петровна со второго на жизнь жалуется, а сама каждый день на рынок ходит. Теперь вот олигарха черт принес, вчера к нему на пяти машинах приезжали, весь двор заставили, не пройти. Веркин муж жулик из жуликов, из милиции и то выперли, а твоя подруга… – Прасковья Ивановна в сердцах плюнула. – Не пойму, чего ты с ней дружишь, я б на твоем месте ее на порог не пустила.
    – Что вы такое говорите, Прасковья Ивановна, – покачала я головой.
    – То и говорю. Ох, святая простота. Ты у нас вся в покойную бабку. Та тоже считала, что муж у нее – чистое золото, пока он не сбежал с Люськой из восьмого дома.
    – У меня и мужа-то нет, – слегка растерялась я, не подозревавшая о шалостях покойного дедушки.
    – Потому и нет, – сурово отрезала Прасковья Ивановна. – Ведь ходил к тебе парень, высокий такой, видный…
    Я испуганно замерла, а ну как соседка Вовку узнала, несмотря на то что сегодня он был с бородой и накрашенным носом.
    – Ходил, – кивнула я. – Потом мы поссорились.
    – Знамо дело, поссорились, – хитро усмехнулась Прасковья Ивановна. – Да так и не помирились. А почему? Верка твоя наверняка об этом знает лучше, чем ты.
    – С чего вы взяли?
    – С того, что кое-что видела. Иду как-то, а Верка с парнем твоим на лестничной клетке беседует. Она шу-шу-шу, а он зубы скалит. Чего она ему про тебя наплела?
    – Просто встретились люди, вот и разговаривали.
    – Как же, а то я ее бесстыжих глаз не видела. А потом он дважды в подъезд заходил, я как раз у окна сидела. Первый раз пробыл часа два, а второй почти три. У кого, я спрашиваю, если ты в ту пору в Египте отдыхала, а ее непутевый муж был в командировке?
    Только я собралась ответить, что соседке лучше бы делом заняться, а не возле окна сидеть, как под нами хлопнула дверь, и Денис стал быстро спускаться по лестнице.
    – Олигарх с перепоя очухался, – ядовито заметила Прасковья Ивановна. – Должно быть, по девкам отправился. Вчера здесь такие шалавы были, прости меня, господи.
    – Извините, мне надо идти, – нахмурилась я.
    – Иди, Мариночка, иди.
    «Вот старая ведьма, – думала я, входя в свою квартиру. – Надо будет Верку предупредить, не то Прасковья наплетет ее Витьке бог знает что, а он парень неуравновешенный». Однако кое над чем следовало подумать. Если соседка права и Вовка действительно приходил сюда в мое отсутствие, то где он провел больше двух часов? Хотя соврать Прасковье ничего не стоит. Опять же, если сегодня он приходил не ко мне, то к кому? Конечно, ко мне. Просто не смог дойти, повстречав убийцу. Я схватила шубу, обулась и выскочила во двор. По соседству с новеньким «Мерседесом» меня дожидался Денис.
    – Едем? – спросил он весело.
    – Только на моей машине, и за рулем буду я.
    – С какой стати?
    – С такой. Кто коньяк пил?
    – Ах, вот ты в каком смысле… Хорошо. А где твоя машина?
    Увидев мои старенькие «Жигули», он невольно скривился, но тут же заулыбался и полез в кабину.
    – Заметила, какой я покладистый? Цени. – Он достал из кармана распечатанный список фирм и подмигнул. – Поехали.
    Ближайшая фирма находилась на соседней улице. Признаться, о ее существовании я даже не подозревала. Денис распахнул передо мной дверь, звякнул колокольчик, и на его звук появилась девушка лет двадцати пяти.
    Мы оказались в небольшом помещении с высокой стойкой и развешенными вдоль стен карнавальными костюмами. Наряд Деда Мороза, конечно, тоже был.
    – Чем могу помочь? – спросила девушка.
    – В помощи мы очень нуждаемся, – осчастливил ее Денис. – Нам бы желательно знать, кто брал у вас напрокат костюм Деда Мороза и до сих пор его не вернул.
    Девушка нахмурилась.
    – Мы таких справок не даем.
    Денис облокотился на стойку, зазывно улыбаясь.
    – Сделайте доброе дело. Кто-то разыграл мою сеструху. – Тут он кивнул на меня. – Хотелось бы знать имя стервеца. А вы случайно не замужем?
    – Случайно нет, – улыбнулась девушка.
    – Значит, мне повезло. Так вы поможете?
    – Попробую, – кокетливо пожала она плечами.
    Я перевела взгляд с нее на Дениса и вынуждена была признать, что он на редкость привлекательный парень. По крайней мере, девушке точно понравился. Это, по непонятной причине, меня огорчило. «Он бабник», – с тоской подумала я, хотя какое мне до него дело?
    Девушка открыла тетрадь и принялась водить пальцем по страницам, где были записаны данные клиентов. Через несколько минут у нас был список из одиннадцати фамилий.
    – Увидимся, – поблагодарив девицу, подмигнул ей Денис, и мы вышли на улицу.
    – И что теперь? – ехидно спросила я.
    – Кто-то из этих одиннадцати костюм может и не вернуть, – пожал он плечами. – Следующая фирма у нас на Алябьева. Жаль, что у тебя нет навигатора.
    – Я знаю, где это. По соседству с офисом, где я работаю.
    – Отлично. А чем ты занимаешься? – спросил он уже в машине.
    – Какая разница?
    – Я хочу знать о тебе как можно больше. Ясное дело, что господь мне тебя послал не просто так, я только подумал, что надо заглянуть к соседке за спичками, познакомиться, и вдруг…
    – Заткнись, – нахмурилась я. – Думаешь, я не поняла, почему ты мне деньги совал? У нас с тобой не может быть ничего общего.
    – А как же труп? – невинно поинтересовался он. – Сегодня я начинаю новую жизнь, и прежним привычкам там места нет. Хочешь, поклянусь?
    – Мне совершенно нет дела до твоей личной жизни, – отрезала я. – Помоги мне, и…
    – И?..
    – Я тебе тоже помогу. Когда-нибудь.
    – Давай так. Если мы разберемся с этой историей, ты в знак признательности забудешь о моих незначительных недостатках и согласишься с тем, что я хороший парень. А хорошими парнями не разбрасываются.
    Тринадцатый дом мы нашли быстро, скромная вывеска сообщала, что здесь находится нужная нам фирма «Праздник каждый день». В довольно просторном помещении, украшенном огромными сердцами из надувных шариков и искусственными цветами, нас встретила тучная женщина лет пятидесяти с суровым лицом. Такое впечатление, что дама тихо ненавидела все праздники, а новогодние – в особенности. Я покосилась на Дениса, прикидывая, сработает ли на этот раз его обаяние или нам придется удалиться несолоно хлебавши.
    – Добрый день, – приветствовала нас женщина, криво улыбнувшись.
    – Здравствуйте, – ответил Денис и изложил свою просьбу.
    – Ничем не могу помочь, – убрав с лица улыбку, которая ее явно тяготила, произнесла дама.
    Денис нахмурился, сказал:
    – А вы попытайтесь, – и выложил на прилавок три купюры, которые мгновенно оказались в кармане суровой тетки.
    – Вообще-то не положено, – буркнула она и уткнулась в журнал с записями. – Сегодня как раз должны были вернуть один костюм до 12.00, – сообщила она, понизив голос. – Но пока не явились.
    – Фамилию можете назвать?
    – Годальская М.Г., – пожав плечами, сказала она, а я икнула от неожиданности.
    – Как, простите? – пробормотала я испуганно.
    – Годальская.
    – И адрес есть?
    – Разумеется. Гороховая, 5а, квартира 20.
    Я схватилась за прилавок, чтобы удержаться на ногах.
    – А ошибки быть не может?
    – Не может. Мы выдаем напрокат костюмы только при наличии паспорта или водительского удостоверения.
    Я хлопала глазами, пытаясь понять, что происходит, потому что фамилия была моя и адрес тоже мой. Денис с беспокойством на меня поглядывал и продолжал задавать вопросы:
    – Когда взяли костюм напрокат?
    – Еще двадцать седьмого.
    – А вы можете вспомнить, как выглядела эта Годальская?
    – Конечно, нет. Перед Новым годом тут такое творилось…
    Я почувствовала настоятельную потребность очутиться на свежем воздухе, буркнула:
    – Спасибо, – и стремглав выскочила на улицу, Денис бросился за мной.
    – Я никогда здесь не была, – зашипела я, как только сосед оказался рядом. – Зачем мне костюм Деда Мороза? И вообще… – Тут я сообразила, что следователь мне вряд ли поверит, если тетка утверждает, что без паспорта в этой лавочке ничего не дадут, и едва не повалилась в сугроб. Хорошо, что Денис был рядом и успел подхватить меня.
    – Спокойно, – сказал он. – Годальская – это ты?
    – А кто еще?
    – Паспорт ты не теряла?
    – Нет. Не знаю. Он должен быть дома.
    – А может, все-таки потеряла? Поехали скорей…
    Дважды повторять мне не пришлось, мы сели в машину и на предельной скорости помчались к дому. На ходу достав ключи из сумки, я вприпрыжку поднялась на третий этаж, а войдя в квартиру, бросилась к тумбочке, где хранила документы. Паспорт лежал сверху. На всякий случай я его открыла и убедилась, что это действительно мой паспорт, а потом замерла, не в силах осознать происходящее.
    – Паспорт на месте? – приблизившись, спросил Денис.
    – Да, – пискнула я. – Это что же получается? Может, у меня какая-то болезнь и я просто не помню, что делаю? Может, я лунатик?
    – Это вряд ли, – усмехнулся Денис. – Фирма рядом с местом твоей работы, паспорт в ящике…
    – Что ты бормочешь? – не выдержала я, в тот момент мне очень хотелось, чтобы кто-то, желательно Денис, если уж никого другого рядом не было, срочно объяснил, что за чепуха происходит, и все это как-то прекратил.
    – У кого есть ключ от твоей квартиры? – легонько встряхнув меня за плечи, спросил он.
    – Ни у кого, – заикаясь, ответила я.
    – У родителей, у подруги, у бывшего любовника?
    Я вновь полезла в ящик и очень скоро нашла запасные ключи.
    – Ключи на месте, – пробормотала я.
    – Интересно. А ты их точно никому не давала?
    – Нет, зачем? Я же никуда не уезжала.
    – А когда уезжаешь, кому оставляешь?
    – Подруге, – нахмурилась я. – Верке, которая на твоем этаже живет.
    – Ага, – кивнул Денис. – Ну-ка, вспомни, когда ты их давала ей в последний раз?
    – Чего тут вспоминать? В октябре, когда ездила в Египет. Верка цветы приходила поливать и за квартирой приглядывала. Однажды я уехала, а в ванной лопнула труба и залила соседей…
    – Понятно. Значит, ключ был у нее. А как только ты вернулась, ключ забрала? Ты это хорошо помнишь?
    – Ну… – тут я задумалась. Как вернулась из Египта, помню, как мы вечером пили с Веркой чай и я о поездке рассказывала – тоже помню, а вот как ключи брала – нет. Но если они в ящике лежат, значит, связку она вернула, а у меня очередной провал в памяти.
    – Что «ну», помнишь или нет?
    – Меня посадят в тюрьму, – с ужасом произнесла я и плюхнулась в кресло.
    – Это вряд ли. Но картинка вырисовывается занятная, – хмыкнул он.
    – Занятная? – взвилась я.
    – Вот что, у тебя с коллегами по прежней работе какие отношения?
    – Нормальные, – пожала я плечами.
    – Нам бы поговорить с кем-нибудь из них. Как считаешь, это возможно?
    – Если они в городе… О чем ты собираешься с ними говорить?
    – О твоем бывшем шефе, естественно. Позвони, поздравь с праздником и узнай, где они.
    Руки у меня дрожали, а язык слегка заплетался, но задание я выполнила и узнала, что Ленка с Пятаковым в городе, а Любовь Петровна отдыхает на даче.
    – Давай для начала навестим Серегу, – предложил Денис.
    – Зачем, ты можешь объяснить? – разозлилась я. – Задать ему вопросы я могла бы и по телефону, но ты сам сказал, чтобы я о Вовкиной кончине помалкивала.
    – Конечно, сказал. Чем позднее менты узнают о том, кто он такой, тем для нас лучше. А с Пятаковым я предпочитаю сам поговорить.
    И мы поехали к Сергею. Увидев нас на пороге, он слегка удивился, очевидно, рассудив, что приезжать к нему не было никакой нужды, а присутствие Дениса вызвало у него беспокойство. Однако, несмотря на это, Пятаков буркнул «проходите» и шагнул в сторону, пропуская нас в квартиру. Я представила мужчин друг другу и затосковала, понятия не имея, что должна сказать бывшему сослуживцу.
    Потоптавшись возле двери, мы прошли в единственную комнату, в которой царил образцовый беспорядок. Стол завален бумагами, постель разобрана, дверцы шкафа не закрывались, и было видно скомканное белье, кое-как распиханное по полкам. Серега засмущался и шкаф постарался закрыть, но стоило ему отойти, как обе створки вновь распахнулись с протяжным скрипом. Оглядев комнату и нахмурившись, Денис пристроился на стуле возле компьютера, а мы с Серегой остались стоять, других посадочных мест здесь просто не было.
    – Ты знаешь, где твой шеф? – спросил Денис сурово, а я испугалась: чего это ему пришло в голову задать такой вопрос? Мне казалось, допросить Пятакова следовало как-то деликатно, впрочем, у меня зародилось подозрение, что о деликатности мой сосед имеет весьма смутное представление.
    – Зачем он тебе? – насторожился Серега и уставился на меня.
    – Как зачем? – удивился Денис. – Морду ему набить, естественно.
    – За что? – Теперь в голосе Пятакова звучал неподдельный интерес.
    – А то ты не знаешь? За фотки в Интернете.
    – А-а… за такое в самом деле следовало бы морду набить, – кивнул тот.
    – А я что собираюсь сделать? Вот только этого гада дома нет, а на звонки он не отвечает. Ты не в курсе, он никуда уезжать не собирался?
    – Может, и уехал, шеф мне не докладывал, но вряд ли… Он хотел машину купить.
    – Машину? – Денис поскреб затылок.
    – Ага, – продолжил Пятаков. – Вовка перед самым Новым годом свою тачку продал, я точно знаю. Мужик ему деньги на работу привозил. А потом я слышал, как он с кем-то по телефону договаривался, насчет машины. Хотел на Рождество махнуть в Финляндию на новом «Мерседесе», то есть не совсем новом…
    – А почему покупатель ему деньги на работу привез?
    – Я так думаю, Вовка их в сейфе в своем кабинете оставил. Неизвестно, как банки в праздники работать будут, а деньги ему до Рождества понадобятся. Тридцатого он уехал рано, часа в два. А потом вернулся, около пяти. Бабы наши уже ушли, а я задержался. И тут Вовка.
    – Долго он в офисе пробыл? – спросил Денис.
    – Минут пять. Забрал деньги из сейфа и ушел. Вовка сомневался, что сможет попасть в офис до Рождества. Мы арендуем два кабинета, сейчас каникулы, никто не работает, охранная сигнализация у нас одна на две фирмы. А Осипов, хозяин соседней фирмы, страшный зануда, он и так задолбал всех нытьем, что за сигнализацию платит больше, чем мы… Короче, запросто мог из вредности дверь на второй ключ запереть, а он есть только у него. Ищи его потом, чтоб в кабинет попасть. Вот Вовка за деньгами и вернулся.
    – О своих планах он тебе ничего не сказал?
    – Нужны мне его планы… Приходи в офис десятого и бей ему морду сколько влезет, – внес Пятаков предложение.
    – Так и сделаю, – легко согласился Денис и направился к входной двери; немного замешкавшись, я кинулась за ним. Серега схватил меня за руку и зашептал:
    – Это кто?
    – Я же сказала, сосед.
    – А чем он занимается?
    Чем занимается Денис, я не знала, но признаваться в этом не хотелось, и я ответила с достоинством:
    – Он крупный бизнесмен.
    – Крупный – это я вижу… А он точно бизнесмен?
    – Конечно.
    – И у тебя с ним любовь?
    Только я собралась возмущенно возразить, как вмешался сосед, оказывается, наши перешептывания он без внимания не оставил.
    – Любовь, – заявил он. – Большая и светлая. – И распахнул передо мной дверь.
    По дороге к машине Денис хмурился и был непривычно молчалив. Это меня очень беспокоило: если он хмурится, значит, плохи мои дела, а сосед – моя последняя надежда.
    – Ты Вовкин адрес знаешь? – наконец спросил он.
    – Знаю.
    – Поехали к нему.
    – Зачем нам ехать к нему домой, если его там нет? – Не дождавшись ответа, я махнула рукой, и мы поехали к Вовке.
    Бывший шеф жил в многоквартирном доме в новом районе. Добирались мы туда минут двадцать, и все это время Денис молчал, а я вся извелась. На душе было так скверно, что я едва сдерживала слезы. Потом подумала: если бы рядом не было Дениса, я чувствовала бы себя еще хуже, и стала поглядывать на него с большей симпатией.
    Возле подъезда, где жил Вовка, мы увидели сухонького старичка в меховом пальто и колпаке Санта-Клауса. Дядька наклеивал на металлическую дверь листок с объявлением. Листок приклеиваться не хотел, и старик в досаде бормотал:
    – Вот нечистая сила.
    Денис уже топтался рядом с ним, и я, конечно, тоже, хотя понятия не имела, зачем это делаю. Заглянув через плечо старичка, Денис прочитал объявление, я последовала его примеру. «Во дворе дома найдены ключи. Потерявшего просят обратиться в квартиру 138».
    – Ключи на стоянке нашли? – поздоровавшись, бодро поинтересовался Денис. Старичок посмотрел на нас по очереди и широко улыбнулся.
    Тут выяснилось, что он, мягко говоря, не трезв. Данное обстоятельство Дениса необыкновенно воодушевило.
    – Ключи от машины потерял, – быстро заговорил он. – Брелок металлический, синего цвета…
    – Нет, эти от квартиры, – продолжая улыбаться, ответил старичок. – Вот тут у подъезда собака нашла, в снегу валялись. А Кешке надо непременно свой нос сунуть.
    – Кешка – это кто?
    – Собака. Соседская. Я по этажам прошелся, никто вроде ключи не терял, хотя мало кого дома застал, праздники… – Старичок достал из кармана ключи и продемонстрировал нам, а я едва удержалась от вопля, потому что узнала сразу брелок. В ту пору, когда наши отношения с Вовкой были дружескими, я подарила ему этот брелок на день рождения. – Не ваши, случайно? – спросил старичок, и мы дружно покачали головой.
    – А когда ключи собака нашла?
    – Сегодня утром. Соседка ни свет ни заря пошла с ней гулять, а уже ближе к обеду заглянула ко мне и про находку сказала.
    – Понятно, – произнес Денис и потащил меня назад к машине под удивленным взглядом старичка.
    – Это Вовкины ключи, – зашептала я. – По крайней мере…
    – Да понял я, понял… Если в его квартире и были деньги, то теперь их скорее всего уже нет.
    – Почему? – пролепетала я, и тут до меня наконец дошло. Ну, конечно, убийца узнал о том, что Вовка продал машину, убил его, забрал ключи, наведался в его квартиру, а потом связку выбросил. Труп в моем подъезде, а костюм взяли напрокат на мое имя. Пора собирать вещи и ждать, когда за мной придут… Я едва не въехала в сугроб, бдительный Денис успел перехватить руль. – Рождество я буду встречать в тюрьме, – обреченно произнесла я.
    – Еще чего… Дело сдвинулось с мертвой точки, мы знаем, почему его убили. Теперь дело за малым – узнать, кто убил.
    – По-твоему, это так просто? – пискнула я.
    – Чтобы выручить из беды любимую девушку, я готов горы свернуть, – самодовольно заявил он.
    – Приятно, что я уже любимая, будет кому передачи мне носить.
    – Вот уж глупость.
    – И никакая не глупость, – заголосила я. – Ты разве не понял, что происходит?
    – Понял. Тебя нагло подставляют. Если твой паспорт оказался у убийцы, значит, человек этот хорошо тебе знаком.
    – Следователь ни за что не поверит…
    – Вот что, давай-ка я за руль сяду. В таком состоянии управлять машиной ты не можешь.
    Я покорно пересела и начала размышлять вслух.
    – Вовка зачем-то ко мне явился. Что, если кто-то позвонил ему от моего имени и убил в нашем подъезде…
    – Отличная версия, – похвалил Денис.
    – Следователю она тоже понравится, только он вряд ли поверит, что звонила Вовке не я, а кто-то другой.
    – Не забывай, что Вовку застрелили. Ментам придется ответить на вопрос: где ты могла взять оружие?
    Вот тут я порадовалась, что за рулем Денис, потому что, если бы мы не поменялись местами, я бы непременно въехала в фонарный столб. Я ощутила, как кровь отхлынула от лица, а Денис испуганно спросил:
    – Что с тобой?
    – Пистолет есть у Витьки, – с трудом выговорила я.
    – У какого Витьки?
    – У Веркиного мужа. Он в милиции работал и пистолет заныкал. Мне Верка рассказывала. Я оставляю ключи Верке, а она мне, когда они с Витькой уезжают, потому что у них есть аквариум. Рыбок надо кормить. Значит, с точки зрения следователя, у меня была возможность пистолет свистнуть.
    – Точно, – засмеялся Денис, а я решила, что он спятил.
    – Я не крала пистолет, не брала костюм Деда Мороза и не убивала Вовку! – рявкнула я.
    – Конечно, милая. Подставляя тебя так нагло, они перемудрили.
    – Кто? – насторожилась я.
    – Те, кто все это затеял. Значит, так, твоя задача выяснить, пистолет все еще у Витьки или исчез, что меня лично не удивит.
    Он усмехнулся, а я решила, что он спит и видит меня в тюрьме. И так прямо ему об этом и заявила. Только он собрался ответить, как совсем другая мысль пришла мне в голову: что, если пистолет, из которого застрелили Вовку, в настоящий момент находится в моей квартире? Мы с Денисом носимся по городу, а убийца в это время проник в мой дом и…
    – Да поезжай ты быстрее, – взмолилась я, воображение услужливо рисовало людей в форме, которые укоризненно качают головой, глядя на меня: «Как же вы так, Марина Геннадьевна?..»
    В квартиру я влетела, точно фурия, и бестолково сновала туда-сюда, понятия не имея, где следует искать оружие. Денис понаблюдал за мной немного и сказал:
    – Отправляйся к Верке, а я здесь посмотрю…
    В отчаянии махнув рукой, я отправилась к подруге. Она открыла дверь и спросила весело:
    – Пельменей хочешь?
    – Давай, – обреченно сказала я.
    – Ты чего кислая?
    – А чего мне радоваться?
    Мы оказались в кухне, Витька был там, курил, сидя на подоконнике.
    – Привет, – без особой радости приветствовал он меня.
    – Витька в командировку собирается, – сообщила Верка. – Начальство только что звонило. Не хочет, а придется. Вот и злится, не обращай внимания.
    – Витька, – позвала я. – Где у тебя пистолет?
    Витька перевел недовольный взгляд на жену. Та пожала плечами.
    – Вон в банке лежит…
    – Покажи, – попросила я.
    – Зачем тебе пистолет? – слегка удивился Витька, а Верка, пододвинув стул, уже тянулась к банке. Сняла с нее крышку и замерла, приоткрыв рот.
    – Его здесь нет, – сообщила она, хотя я и без ее слов догадалась, что банка пустая.
    – Как это нет? – забеспокоился Витька. – Куда же он делся? – И оба уставились на меня. – Ты куда его дела, дура? – заорал на жену Витька.
    – На что мне твоя железяка? – в ответ заорала она.
    – Где пистолет? Ты что, спятила? В подъезде мужика застрелили… – Тут они вновь уставились на меня, и Верка пробормотала, едва не плача:
    – Маринка, мы никому не скажем…
    Я поднялась и побрела к выходу, прикидывая, стоит идти с повинной или лучше ждать следователя в своей квартире.
    Денис встретил меня улыбкой, у меня не было сил злиться, и я коротко сообщила:
    – Пистолет исчез.
    – Да ну? – усмехнулся он.
    – Ты в квартире искал?
    – Вряд ли он здесь. Убийца совсем не дурак и должен понимать – это бы выглядело откровенной подставой.
    – А я, как видно, совсем дура, вот и не возьму в толк: чему ты радуешься?
    – Расскажи, как тебя встретила подруга?
    Рассказ много времени не занял. Выслушав меня, Денис кивнул:
    – Значит, Витька собрался в командировку? Разумно. Бери куртку, и поехали.
    – Куда? – удивилась я.
    – Пока не знаю.
    Вопросы мне задавать не хотелось, я пребывала в состоянии апатии, однако куртку взяла и вместе с Денисом отправилась во двор. Игнорируя мою машину, он прошествовал к своей, и я плюхнулась рядом с ним на сиденье, опять-таки без вопросов. Двигатель заработал, но с места мы не тронулись. Я смотрела в окно и очень надеялась на чудо. Вот было бы здорово проснуться и узнать, что никакого трупа в подъезде я не находила. Чудо накануне Рождества вовсе не редкость, вдруг и мне повезет?
    Дверь подъезда распахнулась, и появился Витька. Выглядел он злющим, что неудивительно. Как ни крути, а если выяснится, что Вовку застрелили из его пистолета, и ему неприятностей не избежать. Мысли мои вдруг сделали неожиданный скачок, я даже охнула от возбуждения, но вслух ничего произнести не успела, потому что Витька на своей машине покинул двор, и Денис, чуть помедлив, поехал за ним. А я принялась размышлять, оттого мало на что обращала внимание и в себя пришла, только когда мы свернули к кооперативным гаражам «Север». По крайней мере, над воротами имелась соответствующая надпись. Витька, посигналив, въехал в ворота, а Денис притормозил, не доезжая до них.
    – У него что, здесь гараж? – спросил он меня.
    – Нет у них гаража, – ответила я. – Машину во дворе ставят.
    – Жди здесь, – наставительно произнес сосед, вышел из машины и вскоре скрылся за воротами.
    Минут через пятнадцать вновь появилась Витькина машина, и я заволновалась. Денис так и не вернулся, я понятия не имела, что теперь делать: сидела и ерзала. Прошло еще минут двадцать. Наконец я увидела Дениса, он устроился в машине, а я сказала:
    – Где тебя носит? Витька уехал…
    – Третий ряд, гараж за номером 31. Я заглянул к сторожу узнать фамилию владельца. Никитин Олег. Знаешь такого?
    – Нет.
    – Скорее всего, это Витькин знакомый. Машину он давно здесь не ставит, переехал в другой район, а продавать гараж не хочет, ждет, когда цены поднимутся.
    – И что с того? Зачем Витька сюда приезжал?
    – Думаю, чтобы спрятать в чужом гараже то, что не предназначено для посторонних глаз. Вскрыть гараж не проблема…
    – Зачем вскрывать? – растерялась я.
    – Правильно, делать этого не следует. Найти там что-то интересное должна милиция. В противном случае этот хмырь заявит, что улики туда подбросили.
    – Улики? Ты что же, думаешь…
    – Разумеется, думаю. Кто мог взять паспорт из твоей квартиры, а потом вернуть его на место?
    – Подожди, – возмутилась я. – Но откуда Витьке знать, что Кострюков продал машину, если и я этого не знала?
    – Скажи-ка мне, радость моя, Верка была знакома с твоим бывшим шефом?
    – Видела его один раз… – В этот момент я вспомнила о своем разговоре с Прасковьей, и кое-какие догадки появились в моей многострадальной голове.
    – Вот видишь, – удовлетворенно кивнул Денис. – Пока ты была у Верки, я позвонил знакомому из ментовки. Подруга тебе рассказывала, почему Витька оттуда уволился?
    – Не сложились отношения с начальником, – пожала я плечами.
    – На самом деле он приревновал жену к сослуживцу и так его отдубасил, что тот оказался в больнице. Витьке позволили уйти по собственному желанию, хотя запросто могли завести уголовное дело. Отелло ваш Витька.
    – Ничего такого мне Верка не рассказывала. Конечно, жаловалась, что он ее ревностью донимает, но она ему никогда не изменяла…
    – Давай-ка наведаемся к твоей подруге.

    Верка с удивлением перевела взгляд с меня на Дениса и спросила:
    – Кто это?
    – Олигарх из соседней квартиры, – вздохнула я.
    – Это у тебя вчера гости голосили? Прасковья небось по трубам стучала?
    – Твой Витька по трубам тоже стучал или шум ему был на руку? – сурово осведомился Денис.
    – При чем здесь мой Витька? – нахмурилась подруга.
    Денис ловко оттер ее от двери, что позволило нам войти в квартиру.
    – Муж отбыл в командировку? Денежки с собой прихватил, а тебя, значит, оставил кашу расхлебывать?
    – Какую кашу? – пробормотала Верка и плюхнулась на стул. Но тут же вскочила и бросилась в спальню. Пробыла она там недолго, а когда вернулась, лицо ее было перекошено от злости.
    – Что, денежки тю-тю? – усмехнулся Денис. – Придется тебе со следователем объясняться. Если ты думаешь, что о твоих шашнях с Вовкой никто не знает, то глубоко заблуждаешься, – ядовито продолжил он. – Мимо Прасковьи мышь не проскочит.
    – Вот зараза, – буркнула Верка, посмотрела на меня и приготовилась реветь. – Я здесь совершенно ни при чем…
    – Давно у вас с ним любовь? – спросил Денис.
    – Какая любовь? Да я не знала, как от этого мерзавца отделаться. Попутал черт, соблазнилась… Иду как-то, а он возле Маринкиной двери пасется. Ну, я и встала поболтать, а он ко мне в гости напросился. Хотелось ему, видите ли, дружеского совета, как с Маринкой помириться. Я, дура такая, в квартиру его пустила – и сама не знаю, как все произошло, очень он меня обхаживал. От Витьки доброго слова не услышишь, а этот соловьем пел. Встречаться с ним у меня и в мыслях не было. Витька дурной, узнает чего, убьет. А этот гад через пару дней опять притащился, меня чуть удар не хватил. Я его послала, а он, пакость такая, стал шантажировать. Ему-то что, а у меня муж. В общем, приходил пару раз, когда Витька был в отъезде. Но кто-то ему сболтнул, должно быть, Прасковья, вот уж точно, мимо нее мышь не проскочит. Муженек волком смотрит, я хожу сама не своя, а он молчит, уж лучше бы скандал устроил. А Вовка будто специально то звонит, то является. Сплошные нервы. Вчера Витька в командировку собрался. И тут же Вовка позвонил, как чувствовал. И опять начал грозиться, что мужу все расскажет. Ну, я его задобрить решила, говорю, приходи, в командировке Витя. Кострюков явился, а у меня сердце не на месте. Вдруг звонок в дверь, смотрю в глазок – Дед Мороз стоит, я решила, что он квартиры перепутал. Открываю, а он меня в сторону и прямиком в спальню. Только Вовка был не там, а в гостиной. Уж я бы нашла что соврать, если б подлец этот сидел молча, а он Витьку дразнить стал, мол, рогами по потолку елозишь, Витька пистолет из кармана достал и бабах в него, а потом ко мне поворачивается. «Прощай, – говорит, – Верка», – а я вижу, что он не в себе, в самом деле убьет, бросилась в ванную, дверь заперла… может, думаю, кто выстрел услышал, милицию вызовут. Кричать пробовала, да что толку, у тебя так музыка гремела, никто на мои крики внимания не обратил. Сижу в ванной, Витька в дверь ломится, а я с жизнью прощаюсь. Я бы с этим психом давно развелась, если б не знала точно: не жить мне после этого. В общем, надо было срочно придумать, как себя спасти. Вовка мне сказал, что машину продал, вот я и говорю своему придурочному мужу: «Тебя, дурака, посадят, сматываться тебе надо, а для этого деньги нужны». Он пока возле двери прыгал, в себя малость пришел, начал соображать. Дверь я в конце концов открыла. Сидим, думаем, что делать. У него ведь что на уме было: пристрелить нас обоих и списать все на грабителей. Мы ведь дачу продали, выручили сущие копейки, и те я уже потратила, но ведь грабители могли об этом не знать. Вломились в квартиру, и все такое. Витька хитрый – все-таки бывший мент – и об алиби небось позаботился. Вырядился Дедом Морозом, кто б его узнал, даже если бы увидел? А костюм он по Маринкиному паспорту напрокат взял. Сказал, что свой дома оставил, а это паспорт жены. Ключ от квартиры у нас так и оставался с ее поездки в Египет. За разговорами мы успели помириться. А Вовка бездыханный лежит. Муженек к нему домой отправился, проверить, есть ли деньги, хоть я и говорила, что лучше с ними не связываться. Витька уехал, а я здесь с покойником… жуть. Под утро мы на Вовку шубу натянули и выволокли в подъезд. Конечно, надо было его увезти подальше, но побоялись, увидит кто. Я все возле двери прыгала, места себе не находила, пока его Прасковья не нашла. Витька велел твой ключ вернуть незаметно, и я пошла к тебе. А он в командировку засобирался, на всякий случай. Договорились, если здесь все обойдется, я ему позвоню, а если нет… сказал, мерзавец: «Денег тебе на первое время хватит», – а сам их уволок. – Тут она повернулась ко мне. – Ты не думай, если бы менты тебя всерьез заподозрили, я бы молчать не стала. – Подруга шмыгнула носом и загрустила.
    – Спасибо, – буркнула я.
    – Чего теперь делать? – помолчав, спросила Верка.
    – В милицию идти, – зло ответил Денис. – Если не хочешь, чтоб тебе соучастие в убийстве припаяли. Скажешь, молчала, потому что мужа боялась, а как он уехал, ты сразу в милицию с повинной.
    – Ага. Витька из тюрьмы вернется и меня убьет.
    – Тогда сиди и жди, когда за тобой явятся. Муженек в бегах, значит, в тюрьму садиться тебе придется. Неприятно, зато твой Витька там тебя не достанет.
    – Ну уж дудки, – буркнула Верка и схватила шубу.
    В милицию мы отправились вместе. Денис опасался, что Верка, чего доброго, по дороге каяться передумает.
    Витьку арестовали довольно быстро. В гараж его приятеля, конечно, заглянули и нашли пистолет. Денис по этому поводу зло фыркал: «А еще бывший мент», – а я радовалась, что для меня все так благополучно закончилось.

    Рождество мы встречали вдвоем с Денисом. Я собиралась пригласить Верку, но Денис обозвал меня чокнутой, а ее предательницей. Верку было жаль, хотя подруги так, конечно, не поступают. Однако я заподозрила, что причина, по которой Денис в тот вечер не хотел видеть соседку, была не только в ее неблаговидном поведении. Должно быть, он рассчитывал, что если мы будем вдвоем, то закончим праздник в одной постели. По крайней мере, очень к этому стремился. Но я мозги ему быстро вправила.
    – А как же обещание? – возмутился он.
    – Я обещала приглядеться к тебе получше, – отрезала я. – На твоем месте я бы постаралась вести себя прилично.
    – А ты долго будешь приглядываться?
    – Не уверена. Может, тут и смотреть-то не на что.
    – Ни фига себе. Я умен, красив, богат, к тому же с золотым характером. Ты хоть представляешь, как тебе повезло?
    – Мне повезло?
    – Конечно, мне тоже. Даже больше, чем тебе. Маринка, давай махнем куда-нибудь на пару недель? Отдохнем, позагораем…
    – А жить будем в одном номере? – с усмешкой спросила я.
    – Можно в разных, – вздохнул он.
    – Меня все равно с работы не отпустят, – немного подобрев, сказала я. – Отпуск у меня только в мае.
    – А ты иди ко мне работать, я тебя уж точно отпущу.
    – И кем я буду у тебя работать?
    – Да хоть моим замом. В офис можешь даже не заглядывать, твою зарплату я тебе домой принесу, вместе со своей. Ну, что скажешь?
    Тут он достал из кармана бархатную коробочку и сунул мне под нос. Я открыла ее и ахнула. Кольцо было таким красивым, глаз невозможно оторвать. И, безусловно, дорогим. А девушке всегда приятно, если мужчина готов потратиться. Однако в этот момент я вспомнила, как один тип уже пытался всучить мне кольцо, а также то, что из этого вышло.
    – Ах ты, мерзавец! – рявкнула я.
    Денис испуганно дернулся, уставился на меня, потом перевел взгляд на кольцо и вдруг засмеялся.
    – Дурочка, – сказал он весело. – Я с предложением руки и сердца.
Top.Mail.Ru