Скачать fb2
О бочках мёда и ложках дёгтя

О бочках мёда и ложках дёгтя

Аннотация

    Серия "Русское чудо - секреты экономической отсталости"
    Как, успешно преодолевая препятствия, идти в никуда.
О бочках мёда и ложках дёгтя
    "Казалось бы, объективных оснований для нового дефолта нет. Но институциональные механизмы все подготовлены именно к очередному "пробросу". Для чего это сделано - ведь не случайно же"?
    Более чем десятилетний опыт работы автора книги на высших государственных должностях позволяет ему не только поставить этот и многие другие неожиданные вопросы, но и раскрыть перед читателем картину сложного переплетения экономических и политических интересов и механизмов их реализации.
    Почему российская экономика похожа на современную рыночную лишь если смотреть на неё издали и не вникать в детали? Откуда берутся законы, которые прямо препятствуют нашему экономическому развитию? Эти вопросы не остаются безответными. В обоснование же - и безупречная логика, и факты, с которыми не поспоришь ...


Издательская серия "ВЕЛИКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ"

    Серия основана в 1997 году
    Юрий БОЛДЫРЕВ
    Серия "РУССКОЕ ЧУДО - секреты экономической отсталости или как, успешно преодолевая препятствия, идти в никуда"
    Книга первая "О БОЧКАХ МЁДА И ЛОЖКАХ ДЁГТЯ"
    Известен постулат либеральной идеологии: приумножение общественного "пирога" даёт даже самым бедным больше, чем попытки справедливого перераспределения этого "пирога".
    У нас же под прикрытием этих идей занимались не развитием, а именно перераспределением. Причём, крайне несправедливым. Следствие - серьёзные препятствия для интенсивного экономического развития.
    Результат: ни справедливости, ни приумножения общественного "пирога" - такой вот либерализм по-русски.

Юрий Болдырев
Серия "Русское чудо - секреты экономической отсталости"

    Как, успешно преодолевая препятствия, идти в никуда.
О бочках мёда и ложках дёгтя
    "Казалось бы, объективных оснований для нового дефолта нет. Но институциональные механизмы все подготовлены именно к очередному "пробросу". Для чего это сделано - ведь не случайно же"?
    Более чем десятилетний опыт работы автора книги на высших государственных должностях позволяет ему не только поставить этот и многие другие неожиданные вопросы, но и раскрыть перед читателем картину сложного переплетения экономических и политических интересов и механизмов их реализации.
    Почему российская экономика похожа на современную рыночную лишь если смотреть на неё издали и не вникать в детали? Откуда берутся законы, которые прямо препятствуют нашему экономическому развитию? Эти вопросы не остаются безответными. В обоснование же - и безупречная логика, и факты, с которыми не поспоришь ...

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

    Болдырев Юрий Юрьевич известен своей политической и государственной деятельностью в период с 1989 по 2000 гг:
    - представлял Ленинград на Съезде народных депутатов СССР и в Верховном Совете СССР (1989-1991 гг.);
    - член Высшего консультативно-координационного Совета при Председателе Верховного Совета РСФСР, затем при Президенте России (1990-1991 гг.);
    - Главный государственный инспектор России - начальник Контрольного управления администрации Президента России (март 1992 - март 1993 гг.);
    - представлял Санкт-Петербург в первом (выборном) составе Совета Федерации России (1993-1995 гг.);
    - один из создателей и затем заместитель Председателя Счётной палаты РФ (1995-2000 гг.).
    В 1999 году Русский биографический институт включил Юрия Болдырева в пятёрку российских политиков, удостоенных звания "Человек года" - за борьбу с коррупцией, работу по созданию институтов цивилизованного государства и защиту интересов России в вопросе доступа иностранных компаний к национальным природным ресурсам.

    1999 год. Экономический факультет Петербургского университета. То, что я рассказываю, видимо, контрастирует с привычными лозунгами, воспринимаемыми как истины и хорошо уложившимися в головах.
    Один из студентов, не выдержав, задаёт мне "прямой" вопрос: "Юрий Юрьевич, так Вы за какую экономику - за рыночную или за мобилизационную?"
    Вопрос понятен: "Вы - наш или не наш?" Скажешь, что за рыночную, значит, свой - реформатор-либерал. Ответишь, что за мобилизационную, значит - антирыночник-госпатерналист. Что тогда его - ортодокса - слушать? Третьего, разумеется, не дано.
    Что ответить ребятам?
    Предлагаю проголосовать. Кто за мобилизационную экономику? Никого. А кто за рыночную? Все. Запросто - как будто достаточно одного лишь желания...
    И тогда естественный ответ: я за то, чтобы у нас не получилось так, что все хотят жить в экономике рыночной, но вынуждены будут жить - в мобилизационной.
    С этого момента разговор пошёл по-другому, кажется - начали что-то понимать...

ПРЕДИСЛОВИЕ К СЕРИИ

    Перед вами книга из серии “Русское чудо - секреты экономической отсталости...” О каком же “чуде” речь?
    Казалось бы, продекларировано, что всякие эксперименты в нашей стране закончились и мы не ищем “особого пути” - встраиваемся в мировую экономику и мировой правопорядок. И какие же у нас тогда ещё “секреты” - в период полнейшей открытости?
    Секреты у нас - не от ЦРУ, и не от НАТО, а от своих граждан. И чудеса соответствующие: крупнейшая по территории страна на планете, с ещё недавно далеко не последним в мире накопленным интеллектуальным и технологическим потенциалом и до сих пор богатейшими запасами природных ресурсов - в упадке, а большинство населения - влачит весьма жалкое существование... Почему?
    “В России либеральный эксперимент не удался”, - утверждают одни. “Все наши проблемы в том, что в России в ходе реформ либерализма было недостаточно: он был половинчатый и не совсем последовательный”, - утверждают другие.
    Кто же прав, и что же на самом деле?
    Приложим ли современный либерализм к российским условиям, и если да, то в какой степени? Интересный вопрос. Но пытаться дать на него ответ на основании российского опыта последних пятнадцати лет - так же бессмысленно, как оценивать бифштекс, попробовав подсунутую вместо него дохлую кошку.
    В России никакого либерального эксперимента не было. А то, что у нас делалось и делается ныне под прикрытием либеральных лозунгов, к современному западному либерализму в его оригинальном, а не экспортном исполнении - отношения не имеет.
    ... Недавно пресса вновь вернулась к вопросу о неизвестно куда подевавшемся перед самым августовским дефолтом 1998 года кредите Международного валютного фонда в четыре миллиарда восемьсот миллионов долларов. Появилась даже информация о том, что таких кредитов (по 4,8 млрд.долл.) было два и оба - 9,6 млрд. долларов - украдены. Причём утверждается, что средства, как минимум, одного из этих кредитов оказались на счетах прямых родственников бывшего президента России Б.Ельцина, в частности его дочери Т.Дьяченко (телепередача “Момент истины”, ТВЦентр, 24 ноября 2002 года).
    Интересно узнать, кто украл наши деньги и на чьих именно счетах они оказались. Хотя многие, наверное, догадываются. Но есть и ещё ряд вопросов, не менее существенных. В частности, каковы механизмы, позволившие безнаказанно украсть у нас с вами и повесить на наших детях в виде долгов столь колоссальные суммы? Почему нет ясности даже в том, сколько же и кто от нашего имени взял в долг (в частности, один или целых два транша по 4,8 млрд. долларов) - разве это нигде не фиксируется?
    И главный вопрос: подведена ли черта? То есть подобное - уже в прошлом, или же продолжается и поныне?
    И ещё: имеет ли все это отношение к экономике нашей страны, к перспективам её развития и конкурентоспособности на мировых рынках? Может быть даже, как неформально утверждали некоторые наши деятели, чем больше и скорее у неэффективного государства будет украдено, тем быстрее и интенсивнее начнёт развиваться наша экономика?
    Согласитесь, в общем хоре криков “Держи вора!”, перемежаемых рассуждениями о христианском всепрощении, так как “воры-то - вона как высоко сидят...”, кто-то же должен задаться и основным вопросом - о механизмах, обеспечивших (и обеспечивающих ныне?) саму возможность уничтожения экономики нашего государства и самого государства? И масштабы здесь вовсе не исчерпываются упомянутыми без малого десятью миллиардами долларов.
    Конечно, само описание того, кто и что у нас с вами позаимствовал - тоже важно. Но в своих книгах я уделил этому лишь самый необходимый минимум внимания. Почему? В том числе потому, что этому уже посвящён многотомный труд, к самой возможности появления которого (а затем также и к совершенствованию содержания) я небезуспешно прилагал усилия на протяжении многих лет.
    К сожалению, этот труд мало распространён и, в силу специфики языка, весьма сложен для прочтения. Но, тем не менее, хотя бы в центральных библиотеках всех субъектов нашей Федерации он должен быть. Называется этот труд - Бюллетень Счётной палаты Российской Федерации. И если кому-либо из читателей в подтверждение выстраиваемой мною логики будет недоставать примеров или подробностей - их в достаточном количестве можно почерпнуть в упомянутом источнике.
    Должен сразу предупредить, что работа с Бюллетенем Счётной палаты - занятие не для слабонервных, во всяком случае если брать период по конец 2000 года, когда я в Счётной палате ещё работал. Но даже и в этом труде (Бюллетене Счётной палаты РФ) при внимательном прочтении вы заметите: мы говорили не только о том, кто, что и сколько, но ещё и о том, почему это возможно, а также что надо менять в системе законодательства, чтобы экономика могла нормально развиваться, а воровство, прежде всего на высшем государственном уровне, не носило бы характера такой системности и безнаказанности.
    И если пытаться овладеть проблемой не на уровне демагогической риторики: “Они нехорошие - воруют и вообще делают плохо, а мы - хорошие - придём к власти и будем делать все честно и хорошо!”, а на уровне осмысления механизмов продолжающегося уничтожения нашего государства, то невредно знать, например, как на самом деле устроен наш Центральный банк, а также представлять себе историю становления и сохранения в неизменности глубоко порочных механизмов его организации. С этой же целью интересно вглядеться в особенности функционирования ряда других важнейших государственных институтов и сфер, надлежащий уровень работы и регулирования деятельности которых является условием для обеспечения самой возможности экономического развития. Это и работа нашей банковской системы, и специфика рынка ценных бумаг, и гарантии прав собственности, и корпоративное управление, и антимонопольное регулирование, и налоговое законодательство. Этому и посвящена моя первая книга - “О бочках мёда и ложках дёгтя”.
    Вторая книга из этой серии называется “Похищение Евразии” и посвящена в значительной степени вопросам промышленной, энергетической и транспортной политики государства, возможным источникам инвестиций в развитие, в том числе важнейшему для нас вопросу о судьбе наших запасов полезных ископаемых. Почему именно этот вопрос для нас важнейший и, соответственно, почему именно ему во второй книге серии уделено основное внимание? Главных причины три.
    Во-первых, как известно, российские запасы полезных ископаемых - самые крупные по объёмам в мире. Это многие триллионы долларов. И, соответственно, цена принимаемых решений, затрагивающих все эти ресурсы в совокупности, эквивалентна только по прямой стоимости (без косвенных эффектов), например, федеральному бюджету России лет примерно за сто...
    Во-вторых, если применительно ко всему прочему, что есть и бывает в экономике (за исключением, конечно, поддержания научных школ и восстановления окружающей среды), ущерб от ошибочных или даже намеренно направленных на разрушение экономики действий может быть (разумеется, при разумной государственной политике) возмещён и восполнен трудом следующих одного-двух поколений, то бессмысленно и преступно разбазаренные невозобновляемые природные ресурсы - восстановить невозможно уже никогда.
    И в-третьих, именно в нашей стране, пользуясь нашей слабостью, продажностью государственного руководства и политической элиты, была осуществлена попытка внедрения небывало во всём современном мире нецивилизованной схемы доступа транснациональных корпораций к национальным природным ресурсам. По существу эта схема означала бы просто массовую передачу этих ресурсов под зарубежный контроль навсегда. В 1995-м году нам - совсем небольшой группе членов Совета Федерации, а затем уже и большинству членов тогдашнего (первого - выборного) Совета Федерации и плюс подключившимся коллегам из Государственной Думы (хотя и с опозданием, но все же осознавшим, что они “пропустили”, и приложившим усилия для исправления ситуации) - удалось этому противостоять.
    Но успокаиваться рано. Вопрос не закрыт. И цена вопроса такова, что он не будет закрыт никогда - во всяком случае до тех пор, пока наша страна не встанет на ноги. И те во внешнем, окружающем нас мире, кто хоть немного посильнее и поразвитее, то есть являются потребителями природных ресурсов, независимо от того, друзьями нашими они себя величают или врагами, для решения именно этого вопроса в свою пользу обязательно сделают все, чтобы встать на ноги нам было как можно сложнее...
    Я посвятил первые две книги серии исключительно экономике. Но главная наша проблема, разумеется, - не в экономике, а в том, насколько задачам, которые сама жизнь поставила перед нашим обществом, не соответствует, прежде всего, состояние умов граждан, наши представления об окружающей действительности и нашем месте в мире. То есть, выражаясь по-булгаковски, проблема действительно в разрухе в головах... И этими своими книгами я надеюсь внести свой посильный вклад в хотя бы частичное преодоление этой нашей главной беды. Насколько мне это удастся - судить читателям.
    Вынужден признать: то, что я пытаюсь донести до читателей, вряд ли улучшит им настроение. Во всяком случае тем из них, кто связывает с нормальной жизнью именно в нашей стране надежды на будущее своё и своих детей. Оправданием же мне может быть то, что кроме ныне широко в нашем обществе разлитого оптимизма безответственного, происходящего из незнания, нежелания знать, “наивной” веры в правильную риторику власти и следующих из этого абсолютно необоснованных надежд, существует, или во всяком случае может существовать, оптимизм и совсем другого рода. Это оптимизм, парадоксальным образом проистекающий из отсутствия объективных к нему оснований. И более того - из крайне необнадеживающего знания и понимания существа происходящего вокруг. Это оптимизм людей, видящих, насколько все объективно безнадёжно, но верящих, что трезвое осознание даже самых тяжёлых реалий - мобилизует все силы и тем открывает путь к успеху. Вот именно для потенциальных оптимистов такого рода я и пишу эти книги.
    Юрий Болдырев Октябрь 2002 года.

ПРЕДИСЛОВИЕ

    Сейчас весьма распространена такая практика: берётся некое сочинение и издаётся его сокращённый вариант - для тех, кому. полный текст читать некогда или лень. Применительно к большой литературе и к авторам соответствующих произведений это, конечно, совершенно некорректно.
    Но другое дело, когда речь идёт о сокращённом авторском варианте. И я подумал: а почему бы и мне не сделать то же самое применительно к своей собственной книге, только поместив сокращённый вариант в качестве предисловия к основному тексту? Это позволит тем, кому и так все понятно и достаточно лишь сокращённого варианта, не тратить зря деньги на покупку книги и время на её прочтение.
    Чужим временем я озаботился, естественно, потому, что у меня самого его лишнего нет. А потому сокращённый вариант я решил не писать, а вместо него и в его качестве привожу текст, с которым читатель ещё встретится в этой книге. Разумеется, если не ограничится этим предисловием, а решит прочитать или хотя бы просмотреть книгу целиком.
ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ (пьеса о правде нашей жизни в шести действиях)
    Действие первое. Дружно разворовываем заведомо рентабельное госпредприятие (пока лишь на уровне “слива” прибыли налево) - под предлогом того, что госсобственностью все-равно невозможно эффективно управлять (демонстрирование безнадёжной неэффективности изжившей себя госпатерналистской модели; веет свежим ветерком либеральных идей).
    Действие второе. Мошенническим образом (например, путём проведения притворных сделок с залогово-кредитными аукционами) отчуждаем у государства самые лакомые куски госсобственности и передаём их себе/своим друзьям (полное торжество абсолютно кристального либерализма по-русски).
    Действие третье. Путём несложных бухгалтерских махинаций демонстрируем воистину аховое положение на захваченном бывшем госпредприятии и требуем льгот и преимущественных прав, отсрочек по платежам в бюджет и социальные фонды, льготных кредитов и бюджетных ссуд (включая невозвратные) для того, чтобы поднять предприятие и спасти коллектив от увольнений, а стратегическое предприятие или отрасль - от полного разорения и уничтожения. (Действие парадоксальное: с одной стороны добиваем поверженного госпатерналистского врага -демонстрируем его экономические плоды; с другой стороны, с паршивой овцы хоть шерсти клок - чтобы выбраться из госпатерналистской ямы и расправить либеральные крылья, ну-ка, государство, подтолкни-ка...)
    Действие четвёртое. Продолжаем выкачивать прибыль и радоваться, что живём в стране хотя и плохих дорог, но все же, к счастью, не слишком умных людей (в комментариях не нуждается).
    Действие пятое. Когда без крупных инвестиций серьёзной прибыли получить уже невозможно, путём несложных бухгалтерских махинаций начинаем демонстрировать потрясающие успехи в повышении эффективности управления и выводе предприятия на высочайший уровень рентабельности. Остался лишь один рывок - и все зарубежные конкуренты далеко позади. ...Были бы далеко позади, если бы не “дискриминация России”, если бы не “подсу-живание нашим конкурентам”. А раз дело дошло до борьбы с зарубежьем - без государственной поддержки не обойтись. И те, кто вчера открыто сдавали позиции страны по всем направлениям, сегодня уже оказываются большими патриотами. Под этот патриотический шумок набираем у государства разнообразных льгот, кредитов, ссуд и т.п. Одновременно расставляем добившихся небывалых успехов чудо-менеджеров к непосредственным рычагам управления нелюбимым государством и заполняем ими должности губернаторов, министров и их заместителей (слава либерализму, демонстрирующему свои успехи в виртуальном пространстве, да ещё и оказавшемуся как бы патриотическим; а чтобы крылья несли ещё лучше, ну-ка, вы там, снизу, не умеющие летать, подтолкните-ка еще...).
    Действие шестое. Как вы думаете, что ожидает нас в шестом действии? Правильно - частичная или полная национализация предприятия, а точнее - его долгов. Это возможно под любыми лозунгами.
    Например, возможен упрёк либералов в адрес предшественников по типу: что же это вы сделали, ведь в приличном обществе прежде чем приватизировать, собственность приводят в порядок, а вы нам что подсунули? Нет уж, возьмите обратно. Сначала подготовьте объект к приватизации, осуществите надлежащим образом предпродажную подготовку, и тогда уже мы у вас, может быть, что-то купим...
    Возможен и иной вариант - переход к “новому курсу” с акцентом на необходимости спасти страну от безответственных либералов, разжалованных и переведённых из формальной власти (администрации Президента и Правительства) в менее публичную (первые заместители и заместители ключевых министров) и плюс неформальную (на свет, тепло, СМИ и т.п.), и полном торжестве, таким образом, ответственного государственного подхода.
    Через какое-то время возможно ещё и действие седьмое. Оно же - новое действие первое, описанное выше.
    ПРИМЕЧАНИЕ для режиссёров-постановщиков пьесы:
    место действия: весьма немаленькая удивительная страна с чудным народом - с шорами на глазах, ватой в ушах и соломой в голове, а также некоторым только лишь зародышем чувства собственного достоинства, недостаток которого компенсируется очень щедрой душой (во всяком случае, сам чудной народ в последнее очень верит);
    фон: симпозиумы, банкеты, фуршеты, встречи Президента с наиболее отличившимися в присвоении чужой собственности, переговоры с заокеанскими большими педагогами - соспонсорами процесса, церемонии награждения “меценатов-трудоголиков”, министров и генпрокуроров - жалование им званий “героев удивительной страны”, а также последующие амнистии, под которые, естественно, подпадают особо проворовавшиеся “герои”;
    особенности поведения главных действующих лиц: в перерывах между заглатыванием самых лакомых кусков общего пирога, докладами о достигнутых успехах, награждениями и амнистиями не брезгуют прятать по карманам и вилки-ложки...
    Чем отличается наша жизнь от того, что описано в этой нехитрой пьесе? Во-первых, незавершённостью действия. Во-вторых, деталями, нюансами, которым в значительной степени и посвящена эта книга и без которых описанное действие может показаться голословным.
    Соответственно, в этой книге я пытался показать, насколько вся система регулирования экономической жизни (а на самом деле и шире - государственного устройства) в нашей стране не соответствует ни задачам, стоящим перед обществом, ни бравурным лозунгам и отчётам власти, ни мировой практике цивилизованного регулирования экономических отношений.
    Кроме того, если мы хотим понимать ключевые реализуемые в нашей стране экономические механизмы, в том числе те, действие которых прямо противоречит нашим жизненным интересам, нам никуда не уйти от вопроса о том, откуда они берутся, как возникли те нормы и правила, которые прямо препятствуют нашему экономическому развитию? И почему их своевременно не меняют, не пересматривают?
    Для лучшего понимания этого читателем я сделал в книге несколько отступлений в историю, в том числе историю принятия и последующей корректировки одного из важнейших для экономики действующих федеральных законов - в сфере регулирования финансово-кредитной системы.
    В книге (включая Приложения) приводится значительное количество документов за моей подписью, относящихся к периоду моей работы в Счётной палате. Это связано с тем, что соответствующими вопросами мне приходилось заниматься непосредственно или курировать работу над ними; рассмотрение Счётной палатой ряда из этих вопросов было в той или иной степени мною и инициировано. В целом же, разумеется, абсолютное большинство документов Счётной палаты подписывалось Председателем Счётной палаты. И, в любом случае, за подписью Председателя или моей подписью, как правило, скрывается труд ещё и тех или иных аудиторов, а также (уже не как правило, а всегда) труд большого числа сотрудников Счётной палаты.
    С учётом различного уровня осведомлённости потенциальных читателей в описываемом круге вопросов, мне пришлось кое-где начинать, уж извините, с банальностей, а также кое-что (в незначительном объёме, в основном - акценты) даже повторять в разных частях книги - для тех читателей, которые могут заинтресоваться лишь отдельными частями и сюжетами. Но что же делать, если многие даже весьма и весьма высокообразованные люди, специалисты в своих сферах деятельности, тем не менее, периодически огорошивают меня наивными вопросами: “А зачем вообще нужен свой рубль - почему недостаточно доллара?”, “Разве руководители Центробанка и министры не отвечают за противозаконные действия?”, “Разве вклады в Сбербанке государство не гарантирует?”... Или утверждениями: “Так ведь во всём мире так...” и “Главное -чтобы государство не мешало!”... Поэтому ещё раз приношу свои извинения тем, для кого какие-то фрагменты могут показаться повторением давно пройденного, но я пояснил, почему вынужден максимально стараться “танцевать от печки”.

Часть 1. ТРОПИЧЕСКИЕ КОЧЕГАРЫ В ДЕЙСТВИИ (как Правительство управляет нашей государственной собственностью)

Глава 1. ПОЧЕМУ ГИГАНТЫ ОТСТАЮТ ОТ КАРЛИКОВ?

    У моряков когда-то был популярен анекдот, звучавший примерно так:
    - Эй, на шхуне, вам тропический кочегар не нужен?
    - Нет, не нужен.
    - И правильно, а то бы я вам накочегарил...
    К чему я привёл этот анекдот? Да только к тому, что отказываются от подобных услуг, как выясняется, не все. И каждый раз, когда приходится сталкиваться с тем или иным аспектом деятельности нашей власти, у меня возникает подозрение, что все “тропические кочегары” собрались вместе, назвали себя “профессионалами” и работу себе нашли - у руля государства. И, безусловно, в полной мере это относится к такой сфере, как управление нашей государственной собственностью. Для иллюстрации приведу один пример. На конец 2000 года, когда я ещё работал в Счётной палате России, около тридцати процентов от всего объёма прежней госсобственности все ещё находилось в руках у государства. И нами тогда было произведено совсем простое сопоставление данных исполнения федерального бюджета, давшее весьма и весьма любопытный результат (точнее, такое сопоставление было проведено и его результаты были озвучены несколько ранее - году в 1998-м, но и затем, в последующие годы, результаты сопоставления практически не менялись). На 2000-й год это выглядело примерно так.
    Просуммируем доход в федеральный бюджет:
    а) от госпакетов акций предприятий, включая такие гиганты, как РАО “Газпром”, РАО “ЕЭС России”, “ЛУКОЙЛ”, “Аэрофлот - международные авиалинии” и другие;
    б) от сдачи в аренду (в том числе коммерческим организациям) всей федеральной недвижимости;
    в) от широко разрекламированных соглашений о разделе продукции в сфере добычи наших природных ресурсов.
    И выясняется, что весь суммарный доход государства от всей этой колоссальной собственности в совокупности примерно равен поступлениям в наш федеральный бюджет лишь от одного совместного российско-вьетнамского предприятия “Вьетсовпетро”...
    Как такое может быть, - удивится читатель, - это “Вьетсовпетро” - что же, какой-то тайный супергигант мирового масштаба? Неужто - больше “Газпрома”, РАО “ЕЭС России” и “ЛУКОЙЛа” вместе взятых? Оказывается, вовсе нет - сравнительно небольшое (по сравнению с вышеперечисленными гигантами) предприятие по добыче нефти у берегов Вьетнама.
    В чём же тогда причина такого несоответствия масштабов деятельности этих предприятий и получаемых государством доходов? Причина банальна. Просто подписанный ещё в советские времена договор между СССР и Вьетнамом, а также позиция вьетнамской стороны таковы, что они не позволяют нашим правительственным старателям на благо реформ ни скрыть и спрятать где-нибудь в оффшорах российскую часть прибыли, ни под предлогом “неэффективности” госуправления собственностью приватизировать российскую долю этого совместного предприятия. И всего-то.
    Казалось бы, этим примером вопрос исчерпан: убедительное подтверждение идеи наших “либералов” о том, что государство не способно управлять своей собственностью. Но важно подчеркнуть, и это хорошо видно на примере сопоставления с упомянутым “Вьёт-совпетро”, что не способно именно наше нынешнее государство - в отличие, например, от государства предшествующего, а также от большинства других государств, включая упомянутый Вьетнам.
    Не менее важно понимать и другое: не способно эффективно управлять своей собственностью не какое-то безликое государство с безымянными и оттого безответственными чиновниками у руля, а государство, находящееся в руках у совершенно конкретных управленцев - “профессионалов западного уровня” (независимо от того, находятся они на формально государственных постах или в относительной тени). Это можно проиллюстрировать, в частности, на примере управления более чем наполовину государственной компанией РАО “ЕЭС России”.

Глава 2. СВОЙ СРЕДИ ТУПЫХ. ИЛИ ПРОДАЖНЫХ? (кто управляет РАО “ЕЭС России”?)

    Вопрос, что называется, на засыпку: чьими голосами может быть введён в совет директоров акционерного общества его будущий председатель, если более пятидесяти процентов акций этого акционерного общества принадлежит государству?
    Ответ, выявленный в своё время Счётной палатой России, мог бы стать событием общественного значения и стал бы таковым в любой другой стране. Но не у нас - для нас это оказалось нормой. Эта “норма” такова, что о ней стоит напомнить: в совет директоров РАО “ЕЭС России” А.Чубайс на собрании акционеров, состоявшемся 4 апреля 1998 года, был введён голосами ... исключительно иностранных акционеров, преимущественно (более двух третей от общего числа голосов, поданных “за”) - голосами такой небезызвестной организации, как “The Bank of New York I.N.”.
    Вопросы для самопроверки: чьи интересы этот член совета директоров отстаивает в российском энергетическом монополисте? И главное: что это за интересы, если от того, что супергигантом управляет их ставленник, иностранные акционеры никакой легальной коммерческой выгоды не получают: ни роста курсовой стоимости акций, ни реальных дивидендов?
    Дополнительная информация: на момент составления списка участников собрания акционеров пятнадцать из семнадцати иностранных юридических лиц, голосовавших за нашего “героя”, включая давший основные голоса вышеупомянутый “The Bank of New York I.N.”,... вообще не являлись акционерами РАО “ЕЭС России”. Соответственно, по закону они и не имели права голоса на этом собрании акционеров. Но коллегия представителей государства во главе с С.Кириенко и Председатель собрания акционеров Е. Ясин сделали вид, что не замечают нарушения закона, и предоставили этим иностранным юридическим лицам право голосовать. Благодаря чему иностранные компании получили возможность ввести А. Чубайса и Б. Бревнова (ради рассмотрения информации о злоупотреблениях которого и созывали собрание) в состав Совета директоров РАО...[1]
    И ещё пара вопросов. Как коллегия представителей государства в РАО “ЕЭС России” во главе с гражданином С. Кириенко, представлявшая государство - держателя более половины акций РАО, после этого могла избрать прямого ставленника зарубежного капитала на пост председателя совета директоров российского стратегического монополиста? Можно ли хотя бы даже представить подобное в США, Франции, Германии, Китае? И как представители государства после этого (или даже независимо от того) допустили введение в Устав РАО нормы о практической невозможности смещения этого руководителя со своего поста, что бы он ни вытворял?
    Стоит ли после этого удивляться:
    - постоянному росту тарифов на электроэнергию;
    - веерным отключениям электроэнергии у потребителей, включая значимые социально (больницы) и стратегически (военные объекты);
    - отсутствию у государства реальных доходов от своей собственности - контрольного пакета акций РАО “ЕЭС России”;
    -реформированию РАО “ЕЭС России”, по существу, эквивалентному даже не его уничтожению как предприятия-монополиста, а ликвидации всей высоконадёжной единой электроэнергетической системы страны - одного из немногих безусловно положительных факторов для развития всей нашей экономики (подробнее об этом - см. ниже “О введении в России конкуренции между разными сигналами светофора...”)?

Глава 3. БЕРИ И ВЛАДЕЙ! (местное самоуправление в “Газпроме”)

    Не менее показателен и другой пример: как Правительство управляет контрольным пакетом акций ещё одного нашего гиганта - РАО “Газпром”. Так же, как и РАО “ЕЭС России”, “Газпром” периодически оказывается в центре тех или иных скандалов. Журналисты увлечённо демонстрируют потрясённым зрителям и читателям схемы увода компанией каких-либо активов или платежей, но при этом ни слова не говорят о том, почему же это оказывается возможно, да ещё и всегда - совершенно безнаказанно? Так почему?

НОРМАЛЬНЫЕ ГЕРОИ ВСЕГДА ИДУТ В ОБХОД

    Контрольный пакет акций “Газпрома” (около тридцати семи процентов) принадлежит государству. Как государство управляет этим пакетом? Очень просто.
    У нашего Правительства, разумеется, много других важных дел - не до таких мелочей, как управление госпакетом акций какого-то там “Газпрома”. И пакет в тридцать пять процентов акций “Газпрома” был после осеннего 1993 года переворота (договор был окончательно подписан в феврале 1994 года) просто передан нашим Правительством в прямое нарушение Конституции и действовавших законов в доверительное управление иному субъекту
    В чём же здесь нарушение Конституции - той самой, во имя которой наш тогдашний Президент Б.Ельцин и его “правительство реформ”, как нас пытались в этом убедить, были просто “вынуждены” совершить государственный переворот 9
    Сравните формулировки из нашей Конституции, в частности из статьи 114, части 1, определяющей полномочия Правительсгва Российской Федерации С одной стороны: “обеспечивает проведение в Российской Федерации единой финансовой, кредитной и денежной политики” (пункт “б”); “обеспечивает проведение в Российской Федерации единой государственной политики в области культуры, науки, образования.. ” (пункт “в”) И с другой стороны: “осуществляет управление федеральной собственностью” (пункт “г”). Разница в формулировках заметна 9 Если в первых двух случаях “обеспечивает проведение”, то есть организует дело так, чтобы различные уполномоченные субъекты действовали скоординированно и однонаправленно, то в третьем случае непосредственно “осуществляет управление”.
    То есть по Конституции Правительство именно напрямую управляет нашей с вами федеральной государственной собственностью, а не передаёт это полномочие кому-то “доверенному”. Правда, в этой статье Конституции есть ещё часть 2, оговаривающая, что порядок деятельности Правительства устанавливается федеральным конституционным законом. Так может быть, там установлен такой порядок осуществления этого полномочия, который позволяет не управлять госимуществом, а передавать это право кому заблагорассудится?
    Надо сказать, что принятый уже после описываемых событий и действующий поныне в нашей стране конституционный закон о правительстве достоин особенно внимательного рассмотрения - как один из механизмов полного снятия с Правительства ответственности за любые, в том числе и прямо преступные, решения. Сейчас же отметим лишь то, что этот закон не устанавливает для Правительства права вместо прямого управления федеральной собственностью передоверять это полномочие кому бы то ни было другому.
    Прошло некоторое время, и срок действия прежнего договора истёк. И в 1997 году Правительство, вместо того, чтобы, наконец, принять госпакет акций “Газпрома” к непосредственному управлению, заключило новый договор о передаче этого пакета в доверительное управление. Теперь такая “доверчивость” нашего Правительства вступила в противоречие не только с, мягко говоря, несовершенной Конституцией, но и с действующим законом. Прежде всего, с таким важнейшим для экономики, в значительной степени базирующейся на гражданско-правовых отношениях, как Гражданский Кодекс.
    Гражданский Кодекс РФ вводит правовой механизм доверительного управления собственностью, но специально оговаривает (ст. 1014), что доверительное управление учреждается либо собственником имущества, либо иным лицом, но лишь в случаях, предусмотренных статьёй 1026.
    Как уже было отмечено выше, по Конституции (ст.114, часть 1) Правительство осуществляет не владение, распоряжение и пользование федеральной собственностью (известная триада прав собственности), а лишь управление ею. Значит, учреждение Правительством доверительного управления федеральной собственностью (так же, впрочем, как и её отчуждение) как собственником - невозможно. Правительство собственником не является.
    Значит, учреждение Правительством доверительного управления госсобственностью возможно только в случаях, предусмотренных статьёй 1026 ГК РФ. Какие же это случаи?
    Опека, попечительство и завещание - не наш случай. Остаётся возможность учреждения доверительного управления имуществом “по иным основаниям”, но исключительно “предусмотренным законом” (часть 3 пункта 1 ст. 1026).
    Обратите внимание: “законом”, а не законодательством, к которому можно отнести и постановления Правительства или указы Президента. Только законом - принятым Думой, одобренным Советом Федерации и подписанным Президентом. Предусмотрены ли каким-нибудь законом такие основания?
    Ответ здесь однозначен: никакого подобного закона, дающего нашему Правительству право передать государственный пакет акций “Газпрома” в доверительное управление кому-либо, принято не было. Правительство это сделало в обход, а точнее - в прямое нарушение Конституции и Гражданского Кодекса.

“ЛИБЕРАЛЬНОЕ” РЕШЕНИЕ

    И о сути: кому же и на каких условиях в нарушение Конституции и закона был передан в управление контрольный пакет акций “Газпрома”?
    Напомню, что в 1994 году этот договор заключали не какие-то косные бюрократы, а победившее “правительство реформ”. А уж новым вариантом - от 1997 года - непосредственно занимались наши известнейшие “либералы” Б.Немцов (тогда первый зампред Правительства) и С.Кириенко (тогда министр топлива и энергетики). И подпись последнего стоит под договором от имени Правительства.
    Раз самые-самые наши либералы этим занимались, да ещё и, как позднее единодушно утверждала пресса, “с компьютером в голове”, так уж, наверное, они для определения лучшего управляющего госпакетом акций и конкурс нормальный провели, как это принято в странах с либеральной рыночной экономикой? И проверили, чтобы доверительный управляющий не имел противоречащих целям доверителя личных интересов (чтобы не было “конфликта интересов”), как это, опять же, принято в цивилизованных странах? И чтобы он никак не был связан с менеджментом компании? И, наверное, в договоре чётко оговорили требования к управляющему госпакетом акций, а также критерии оценки результатов его деятельности? Соответственно и мотивировали - в зависимости от результата работы компании? Это же нам, наверное, тогда крупно повезло, коль за дело взялись “профессионалы западного уровня”?
    Рискую разочаровать наивных приверженцев нашего доморощенного громко самоназванного либерализма, но ничего подобного не случилось. Почему? Наверное, их страшно пытали - чем ещё объяснить, что всё случилось наоборот? Или, может быть, просто наш “либерализм” -это не как на Западе, а что-то совсем другое?...
    Контрольный пакет акций “Газпрома” наши великие реформаторы и в 1994 году, и затем вновь в 1997 - под здравицы о новом слове в отечественной экономической политике - передали не кому-то иному, а самому объекту управления - “Газпрому”. По существу, это означает: с точки зрения права принятия решений - нанятому управляющему гражданину Р.Вяхиреву; а с точки зрения ответственности за принятые решения - обществу с ... ограниченной ответственностью.
    Представьте себе собрание акционеров “Газпрома”. Сначала нанятый акционерами управляющий делает доклад о том, как здорово работал “Газпром” в прошедший период. Рассказывать при этом можно о чём угодно, например, о скупке контрольных пакетов акций газет, журналов и телеканалов, строительстве развлекательных центров в Москве и т.п. Оно и понятно: ведь никаких целей деятельности государство как крупнейший акционер перед концерном и его руководством официально не поставило, считая, видимо, достаточным лишь то, что написано в Уставе РАО. Да и никаких критериев оценки работы руководителей РАО государство не определило... Затем заслушивается отчёт аудиторской фирмы и идёт обсуждение итогов работы. Но кто выбирал и нанял конкретного аудитора, чей голос был решающим? Правильно, того же управляющего. Кто принимает решение о регламенте обсуждения и прекращает прения, если у акционеров возникают “не те” вопросы? Опять - тот же управляющий... После чего логично перейти к утверждению годовых отчётов, бухгалтерских балансов, счетов прибылей и убытков, распределения прибылей и убытков. Вот здесь нашему управляющему всё-таки приходится перед голосованием получить предварительное письменное согласие на голосование со стороны Правительства. Но если Правительство подписывает такие договоры, то уж с такой мелочью, как право проголосовать на отчётном собрании какие проблемы? И после этого можно с полным правом и лёгким сердцем решить, признавать ли работу нанятого акционерами руководства “Газпрома” и лично управляющего удовлетворительной или не очень. Голосуют собравшиеся представители акционеров, представляющие (в условиях распылённости большей части акций среди мелких акционеров), в лучшем случае, процентов 50-60 от всех акций. Чей голос решающий? Государства. Кто голосует от имени государства (от нашего с вами имени) 35 процентами голосов всех акционеров за то, чтобы признать работу руководства “Газпрома” не какой-то там удовлетворительной, а просто совершенно замечательной? Правильно - тот же самый управляющий, деятельность которого обсуждается.
    И особенно замечательно, что за выполнение этой тяжелейшей работы по самоуправлению и самоконтролю государство обязано ещё и выплачивать “Газпрому” немалые деньги. Какие? Действительно немалые: сорок пять процентов от суммы причитающихся государству дивидендов - по договору от 1994 года; и два процента от причитающихся государству дивидендов -по договору от 1997 года!
    Конечно, два процента, по сравнению с сорока пятью - уже прогресс. Но и два процента - а это при нормальном контроле за работой “Газпрома” должны были бы быть сотни миллионов долларов - за что?
    Это, кажется, как раз Кириенко в бытность свою премьером говорил, что мы - бедная страна? Зато какое, оказывается, щедрое Правительство...
    И как иначе, если только не со смехом сквозь слезы, читать пункт уже нового Договора о том, что за убытки и упущенную выгоду государства, “ставшие результатом управления акциями без должной заботливости об интересах государства”, ответственность несёт Доверительный управляющий ... собственным имуществом? Если вы думаете, что подразумевается собственное имущество управляющего, то ошибаетесь - ни Вяхирев, ни Кириенко ни за что не отвечают. За ущерб, нанесённый “Газпрому” (и, соответственно, государству как его акционеру) ответственность своим имуществом несёт ... “Газпром”!
    Видел ли мир когда-нибудь подобный абсурд?

ПРОКУРАТУРА - НА СТРАЖЕ ПРОИЗВОЛА

    Стоит заметить, что я несколько раз упомянул фамилию управляющего, но её можно было бы использовать и как нарицательную - фамилия теперь уже иная, и не в ней дело. Управляющий “Газпромом” - он на госслужбе не состоял, значит, и о государстве больше других заботиться не обязан. Да и в записные либералы включить не просился. Герои здесь совсем другие - тогдашние Президент Б.Ельцин, Председатель Правительства В.Черномырдин, министр экономики Е.Гайдар, первый вице-премьер Б.Немцов и министр топлива и энергетики С.Кириенко. Последние двое - были главными действующими лицами при заключении второго договора.[3]
    В телепередаче НТВ “Свобода слова” 17 января 2003 года не кто иной, как нынешний лидер правых сил и он же - один из героев описываемой истории Б.Немцов, разъясняя позицию собственную и руководимого им движения, смело (несмотря на то, что выступает на газпромовском НТВ) воскликнул: “Нужен аудит “Газпрома” и РАО ЕЭС России!”. С учётом того, как Немцов с Кириенко от нашего имени уже поуправляли “Газпромом”, можно себе представить, какой “аудит” подразумевается... Но даже не только в этом дело.
    Вот ведь удивительная страна! Оказывается, того, что первыми руководителями всего экономического блока правительства и практически государства, включая Минфин, Минэкономраз-вития и Центробанк, являются сейчас их люди (из команды Чубайса), им для организации аудита “Газпрома” недостаточно. А чтобы организовать аудит РАО “ЕЭС России” - даже и “великого менеджера” Чубайса во главе мало... Вот ведь как крепко какие-то другие нехорошие бюрократы окопались!
    Вопрос для самопроверки: стоит ли руководителям “Газпрома” и РАО “ЕЭС России”, с учётом хотя бы лишь того, что читатель уже узнал, опасаться прихода этих отчаянных смельчаков - борцов с монополизмом к ещё более формализованной полноте реальной власти в нашей стране?
    По результатам анализа Договора доверительного управления 35 процентами акций РАО “Газпром”, заключённого 20 декабря 1997 года нашим Правительством с объектом управления - самим РАО “Газпром” (Текст Договора приводится в Приложении), -Счётная палата РФ подготовила Заключение, утверждённое Коллегией Счётной палаты 22 мая 1998 г. (также приводится в Приложении). А Председателю Правительства страны, которым к этому моменту как раз и оказался основной фигурант этой криминальной истории С.Кириенко, было направлено Представление, в котором мы предложили Правительству в месячный срок по согласованию с Газпромом” разорвать этот очевидно незаконный договор и, как это положено по Конституции, принять госпакет акций “Газпрома” к непосредственному управлению Правительством страны.
ДОКУМЕНТ: Представление Счётной палаты РФ Председателю Правительства РФ от 29.05.1998
    Счётная Палата РФ Исх. № 02-605/02 От 29 мая 1998 г.
    Председателю Правительства Российской Федерации С.В.Кириенко
    Уважаемый Сергей Владиленович!
    Направляю Вам Заключение Счётной палаты Российской Федерации по результатам анализа Договора доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённого Правительством Российской Федерации с РАО “Газпром” 20 декабря 1997 г.
    Счётная Палата предлагает Правительству Российской Федерации:
    1) Признать по согласованию с РАО “Газпром” Договор доверительного управления 35 процентами акций РАО “Газпром”, заключённый Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром” 20 декабря 1997 г., недействительным с момента заключения, как не соответствующий закону.
    2) Принять 35-процентный пакет акций РАО “Газпром”, находящихся в федеральной собственности, к непосредственному управлению Правительством Российской Федерации в соответствии с требованием пункта “г” статьи 114 Конституции Российской Федерации.
    В случае непринятия Правительством Российской Федерации по согласованию с РАО “Газпром” в течении календарного месяца решения о признании Договора доверительного управления 35 процентами акций РАО “Газпром”, заключённого Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром”, недействительным с момента заключения Договора, Счётная Палата будет вынуждена обратиться к Генеральному Прокурору Российской Федерации с предложением о предъявлении в судебном порядке иска о признании данного Договора доверительного управления недействительным с момента заключения Договора.
    Заместитель Председателя Ю.Ю.Болдырев
    Оцените ещё одну ситуацию, выявленную Счётной палатой ранее. “Газпром” - организация, более чем на треть государственная, то есть более чем на треть принадлежащая нам с вами. Кроме того, “Газпром” имел в 1996 году крупные долги перед федеральным бюджетом, по существу, перед нами - гражданами страны. И, наконец, по закону распределение прибыли акционерного общества - компетенция не управляющего, а общего собрания акционеров. Все это не помешало председателю правления “Газпрома” Р.Вяхиреву в 1996 году противозаконно принять решение о перечислении средств из прибыли концерна (в том числе наших с вами средств, уважаемый читатель) в избирательный фонд кандидата в президенты Б.Ельцина. Кандидата, являвшегося одновременно действовавшим Президентом, по существу (если отложить в сторону формальные юридические хитрости) - прямым вышестоящим руководителем. В благодарность за что, надо полагать, наше доброе Правительство, по существу (опять же, если отложить в сторону формальные юридические нюансы) непосредственно руководимое этим кандидатом-Президентом, предоставило “Газпрому” отсрочки по платежам в федеральный бюджет. И в благодарность, надо полагать, и за уже отмеченную “службу” (не столько Родине, сколько её конкретным правителям), и за многое другое, о чём мы даже и не догадываемся, Правительство затем заключило с таким надёжным и проверенным управляющим противозаконный договор о том, чтобы он взял госсобственность и дальше владел как хочет...
    Что это, если не самый что ни есть прямой и очевидный криминал?
    Разумеется, мы предложили Генеральному прокурору привлечь участников этих тесно между собой связанных преступных операций к уголовной ответственности.
ДОКУМЕНТ: Обращение Счётной палаты РФ в Генеральную прокуратуру РФ от 29.05.1998
    Счётная Палата РФ Исх. № 02-606/02 от 29 мая 1998 г.
    Генеральному прокурору Российской Федерации Ю.И.Скуратову
    Уважаемый Юрий Ильич!
    Направляю Вам Заключение Счётной палаты Российской Федерации по результатам анализа Договора доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённого Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром” 20 декабря 1997 г.
    Прошу Вас рассмотреть вопрос об ответственности лиц, занимающих (занимавших) государственные должности Российской Федерации, принявших незаконное решение о заключении данного Договора.
    При этом прошу Вас принять во внимание, что ранее председателем Правления РАО “Газпром” принимались решения о перечислении денежных средств РАО “Газпром” в избирательный фонд кандидата в Президенты Российской Федерации (являвшегося одновременно действующим Президентом Российской Федерации) Б.Н.Ельцина при наличии задолженности РАО “Газпром” перед федеральным бюджетом, с предоставлением РАО “Газпром” Правительством Российской Федерации отсрочек по платежам в федеральный бюджет. Указанные факты нашли отражение в отчётных материалах по результатам “Проверки законности использования средств федерального бюджета при финансировании расходов на проведение избирательной камлании по выборам Президента Российской Федерации”, утверждённых Коллегией Счётной Палаты 22 мая 1998 года, протокол №17(130), пункт 8.
    Заместитель Председателя Ю.Ю.Болдырев
    С учётом того, что в предложенный ему срок Председатель Правительства С.Кириенко не выполнил предложение Счётной палаты по добровольному расторжению Правительством совместно с “Газпромом” ранее подписанного ими незаконного и абсурдного договора, мы были вынуждены повторно обратиться к Генеральному прокурору. Мы предложили ему, дополнительно к расследованию уголовного дела, принять и предусмотренные законом меры по защите государственной собственности: выступить в суде с иском в защиту государственных интересов о расторжении противозаконной сделки.
ДОКУМЕНТ: Обращение Счётной палаты РФ в Генеральную прокуратуру РФ от 03.08.1998
    Счётная Палата РФ Исх. № 02-916/02 От 3 августа 1998 г.
    Генеральному прокурору Российской Федерации Скуратову Ю.И.
    Уважаемый Юрий Ильич!
    22 мая 1998 года Коллегия Счётной палаты Российской Федерации (протокол № 17 (130) п.15) утвердила Заключение на Договор доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённый Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром” 20 декабря 1997 года.
    Председателю Правительства Российской Федерации С.В.Кириенко было предложено в месячный срок признать по согласованию с РАО “Газпром” Договор доверительного управления 35 процентами акций РАО “Газпром” недействительным с момента заключения, как несоответствующий закону.
    Одновременно на Ваше имя было направлено письмо №02-606/02 от 29 мая 1998 года с предложением привлечь к ответственности лиц, принявших незаконное решение о заключении данного Договора.
    С учётом того, что до настоящего времени Правительство Российской Федерации не решило вопрос о признании Договора недействительным, прошу Вас выступить с судебным иском в защиту государственных интересов о признании Договора доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённого Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром”, недействительным с момента заключения Договора, как несоответствующего Гражданскому кодексу Российской Федерации.
    Заместитель Председателя Ю.Ю.Болдырев
    Как вы думаете, какова была реакция прокуратуры? В ответах Генеральной прокуратуры нам сначала сообщалось, что факты изучаются. А затем нас проинформировали о том, что проверка по фактам финансирования руководством РАО “Газпром” избирательной кампании по выборам Президента РФ поручена ... Председателю Центральной избирательной комиссии - как будто Председатель ЦИК может возбуждать и раследовать уголовные дела. А по вопросу о незаконном договоре доверительного управления госпакетом акций “Газпрома” нам сообщили, что решение “о рассмотрении вопроса о расторжении договора и проведении конкурса в соответствии с федеральным законодательством” предложено принять ... Президенту РФ. То есть тому самому лицу, в чьих, в том числе, интересах осуществлялись преступные действия. И это все - вместо надлежащего возбуждения уголовных дел и выступления в суде с иском о расторжении незаконной сделки...
ДОКУМЕНТ: Ответ Генеральной прокуратуры РФ на обращение Счётной палаты РФ
    Генеральная Прокуратура
    Российской Федерации
    23.10.98
    На №02-606/02 от 29.05.98
    Заместителю Председателя Счётной палаты Российской Федерации
    Болдыреву Ю.Ю.
    Уважаемый Юрий Юрьевич!
    Генеральной прокуратурой Российской Федерации рассмотрено Ваше обращение относительно договора доверительного управления 35 % пакета акций РАО “Газпром”.
    Проведение проверки по факту финансирования руководством РАО “Газпром” избирательной кампании по выборам Президента Российской Федерации поручено Председателю Центральной избирательной комиссии Российской Федерации, который сообщит Вам о принятом решении.
    По вопросу законности заключённого договора доверительного управления закреплёнными в федеральной собственности акциями РАО “Газпром” Генеральным прокурором России в адрес Президента Российской Федерации внесена информационная записка с предложением о рассмотрении вопроса о расторжении договора и проведении конкурса в соответствии с федеральным законодательством.
    Заместитель Генерального Прокурора Российской Федерации А.А.Розанов
    Вот так, круг замкнулся.
    Когда нам рассказывают о борьбе с организованной преступностью, с отмыванием преступно нажитых денег и их уводом за границу и т.п., у меня на все это убаюкивающее словоблудие остаются вопросы примерно одного типа. Например: по фигурантам вышеописанной просто кристально прозрачной и совершенно очевидно криминальной истории хотя бы уголовное дело наконец возбудили?

ЗАКОНОДАТЕЛЬ, ОБРАТИ ВНИМАНИЕ

    Думаю, уместно здесь же привести и письмо, направленное нами в палаты Парламента. Мы исходили из того, что мало просто проинформировать депутатов о происходящем (хотя понятно, что подобной информации в любой европейской стране было бы уже достаточно для немедленной с позором отставки правительства). Необходимо ещё и дать законодателю соответствующие предложения по совершенствованию законодательства. Тем более с учётом того, что, по нашей информации, готовился законопроект, позволявший узаконить право правительства передавать госсобственность в доверительное управление. И, разумеется, этот законопроект никак не предусматривал тех механизмов и ограничений, которые предлагали мы, а лишь освятил бы законом уже реализовывавшийся фактически вышеописанный криминал и абсурд.
ДОКУМЕНТ: Сопроводительное письмо к Заключению Счётной палаты Российской Федерации...
    Председателю Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Селезневу Г.Н.
    Уважаемый Геннадий Николаевич!
    Направляю Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации Заключение Счётной палаты Российской Федерации по результатам анализа Договора доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённого Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром” 20 декабря 1997 г.
    1. Заключение Счётной палаты содержит вывод о том, что, в соответствии с Конституцией Российской Федерации и Гражданским кодексом Российской Федерации, Правительство Российской Федерации должно осуществлять управление федеральной собственностью и не имеет права учреждать доверительное управление имуществом, находящимся в федеральной собственности.
    Постановление Правительства Российской Федерации от 19.12.97 № 1603 об учреждении Договора доверительного управления 35 процентами акций РАО “Газпром”, а также сам Договор доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённый Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром”, являются незаконными.
    2. Заключение Счётной палаты направлено Генеральному прокурору Российской Федерации Ю.И.Скуратову с предложением выступить с иском в защиту государственных интересов о признании недействительным Договора доверительного управления 35 процентами акций Российского акционерного общества “Газпром”, заключённого Правительством Российской Федерации с Российским акционерным обществом “Газпром” 20 декабря 1997 г., а также рассмотреть вопрос об ответственности должностных лиц Правительства Российской Федерации, принявших незаконное решение о заключении данного Договора.
    Заключение Счётной палаты направлено Председателю Правительства Российской Федерации С.В.Кириенко с предложением рассмотреть вопрос о принятии Правительством Российской Федерации 35 процентного пакета акций РАО “Газпром”, находящегося в федеральной собственности, к непосредственному управлению Правительством в соответствии с требованием пункта “г” статьи 114 Конституции Российской Федерации.
    3. Счётная палата обращается к Государственной Думе и Совету Федерации Федерального Собрания Российской Федерации с предложением: в случае введения федеральным законом права Правительства Российской Федерации или иного субъекта учреждать доверительное управление имуществом, находящимся в федеральной собственности, предусмотреть в законе следующие нормы:
    1) установить, что доверительное управление может учреждаться только в отношении того находящегося в федеральной собственности имущества, которое входит в специальный перечень, утверждаемый федеральным законом;
    2) для объектов федеральной собственности стоимостью свыше определённого уровня, а также для объектов по специальному перечню, установленному законом, установить, что доверительное управление этими объектами может учреждаться исключительно специальными федеральными законами по каждому объекту (что на сегодняшний день, при отсутствии общего закона, дающего право Правительству учреждать доверительное управление, должно распространяться на все имущество, находящееся в федеральной собственности);
    3) установить обязательность конкурсной процедуры определения доверительного управляющего имуществом, находящимся в федеральной собственности;
    4) предусмотреть недопустимость передачи имущества, находящегося в федеральной собственности, в доверительное управление тому юридическому лицу, в составе имущественного комплекса которого находится это федеральное имущество;
    5) предусмотреть недопустимость передачи акций, находящихся в федеральной собственности, в доверительное управление тому юридическому лицу, акции которого передаются в доверительное управление;
    6) установить обязательность точного определения целей управления (получение прибыли в бюджет, приращение государственной собственности, обеспечение бесперебойной подачи газа социальнозначимым потребителям и (или) иные экономически и социально-значимые цели;
    7) установить обязательность установления критериев оценки эффективности управления;
    8) предусмотреть обязательное определение обязательств доверительного управляющего, обеспеченных безотзывной банковской гарантией и (или) залогом, предметом которого могут являться имеющие высокую степень ликвидности и принадлежащие доверительному управляющему на праве собственности объекты недвижимого имущества, ценные бумаги или денежные средства;
    9) установить специальные требования и ограничения, связанные со спецификой федеральной собственности, а также объектов стратегического характера, предприятий, занимающих монопольное положение, и т.п.;
    10) предусмотреть обязанность управляющего незамедлительно информировать Правительство, Парламент и Счётную палату о принятых решениях по специальному перечню вопросов, устанавливаемому законом;
    11) предусмотреть обязанность управляющего предоставлять всю необходимую информацию Государственной Думе, Совету Федерации, Счётной палате в соответствии с их компетенцией;
    12) установить обязательность точного определения видов и объёмов ответственности доверительного управляющего;
    13) установить обязательность страхования ответственности доверительного управляющего, так как в определённых случаях размер нанесённого ущерба может превышать величину внесённого залога и объёма банковских гарантий.
    Заместитель Председателя Счётной палаты Российской Федерации Ю.Ю.Болдырев
    К сожалению, приходится констатировать, что и со стороны Государственной Думы адекватной реакции (то есть не просто выражения возмущения вскрытыми фактами, но ещё и хотя бы попытки законодательного пресечения возможности произвола в управлении госсобственностью) мы так и не получили.

ЩЕДРОСТЬ - ЗА НАШ СЧЁТ

    Фамилия управляющего “Газпромом” уже давно иная, но что изменилось? Мне, к сожалению, о каких-либо принципиальных изменениях в самом механизме управления “Газпромом”, кроме публично высказанных всего лишь намерений наконец-то взять под госконтроль его внутренние расходы и освободить от “непрофильных” активов (предприятий и производств, не имеющих отношения к основной деятельности по добыче, переработке и транспортировке газа) - ничего не известно. Если что-то принципиально изменилось, то я был бы искренне рад -значит, наши усилия не пропали даром.
    При этом, разумеется, не хватает средств на профильную деятельность и инвестиции. И потому предлагается повысить тарифы на газ для населения на 20 процентов, а для предприятий - на 40. Причём, важно понимать: эта льгота для населения (рост на 20 процентов меньше, чем для предприятий) само население слишком радовать не должна. Для нас - граждан - даже лучше было бы наоборот. Почему? Да потому, что указанный рост на сорок процентов для предприятий окажется заложен в цену практически всех товаров и услуг, которые мы с вами покупаем. И через этот механизм из наших карманов будет изъято средств несопоставимо больше, чем через прямой рост тарифа для населения...
    Но даже если рост тарифа и ограничат, для начала, например, двадцатью процентами для всех потребителей -что это меняет? Почему я должен не сам выбирать для себя объёмы и объекты благотворительности и спонсорства и не довольствоваться тем, что оплачиваю своими налогами социальную политику государства, а ещё и вынужден оплачивать “благотворительность” и “спонсорство” полугосударственной компании-монополиста?
    И почему: сначала рост тарифа на газ (а, значит, и цен на все без исключения товары и услуги), а лишь потом когда-нибудь - избавление от “непрофильных активов”, включая, например, телекомпанию НТВ? Почему не наоборот?
    Не менее существенно: “Газпром” предполагает в 2003 году потратить около 70 млн.долларов на рекламу (по сообщениям СМИ, почти столько же - около шестидесяти миллионов долларов - он потратил на рекламу в 2002 году). Кроме того, что это действительно астрономические суммы, важно и другое: что именно мы оплачиваем как “рекламу”, на которую расходуются такие колоссальные деньги?
    Газ - рекламировать не требуется. Видеоролики на НТВ с помпезным напоминанием “Газпром” - национальное достояние” - это не реклама и, тем более, не просвещение населения и акционеров, а, похоже, “внутрифирменная оптимизация финансовых потоков” со “сливом” из “национального достояния” части средств и тут же, без стеснения, их публичным отмыванием.
    Что же рекламируется? “Имидж” РАО “Газпром” и его управленцев. Это примерно то же самое, как если бы была повышена плата за квартиру для того, чтобы ЖЭК получил возможность по телевидению и в газетах рассказывать нам, как здорово они ремонтируют крыши и какая замечательная атмосфера у них в коллективе... Вы согласны за это платить?
    Но даже и это ещё не все. Не секрет, что так называемые “рекламные” бюджеты, как правило, расходуются не только на создание “имиджей”, но ещё и на так называемую “работу” со средствами массовой информации, депутатами и руководителями государства. Читай - чтобы никто не мешал “Газпрому” залезать в мой и ваш, уважаемый читатель, карман. И чтобы СМИ “учитывали реалии” - чтобы всё было шито-крыто. Чтобы публикация под громким названием “Открытие “Газпрома” в журнале “Итоги” (N20 (310) от 21 мая 2002 года) исчерпывалась лишь несколькими красивыми фотографиями руководителей и сотрудников на рабочих местах, а также зубоврачебного кабинета, столовой, бассейна, обувного магазина и картинной галереи с портретами руководителей. И неудивительно: ведь журнал “Итоги” - один из “непрофильных активов” “Газпрома”...
    Из своей личной практики могу привести множество примеров, когда руководители тех или иных изданий (как центральных, так и региональных), нуждаясь, например, в период подписной кампании в “остром” материале и запросив у меня интервью, затем просили исключить примеры с “Газпромом”: “Вы же понимаете -иначе это невозможно будет опубликовать”...
    Вот так: мы с вами сами же платим деньги за то, чтобы нас и дальше грабили и оболванивали...
    И это ведь все вопросы не только наших расходов на газ, не только состояния наших кошельков и счетов, но ещё и возможностей инвестиций в развитие “Газпрома”, а также конкурентоспособности всех товаров, в стоимость которых закладывается цена на энергоносители. А значит - вопросы конкурентоспособности всей нашей экономики.
    Подытожим. И попробуем сами себе ответить на вопрос: есть ли какие-либо основания считать, что при такой системе государственного управления своей собственностью руководители компаний действуют и будут действовать в интересах государства как главного сособствен-ника? А в интересах большинства иных акционеров?
    И, соответственно, кто из имеющих доступ к информации о реальных механизмах управления “Газпромом” и РАО “ЕЭС России”, находясь в здравом уме, станет вкладывать свои личные деньги в такие акционерные общества? И откуда тогда взяться развитию?
    В такой ситуации напрашивается, казалось бы, естественный вывод (во всяком случае, нам его регулярно и настойчиво подсказывают), что рассчитывать надо на уже приватизированную часть нашей экономики, а с тем, что ещё приватизировать не успели - надо разобраться в этом смысле побыстрее?

Часть 2. КАК ПОСТРОИТЬ ПРАВО НА ОСНОВЕ БЕЗЗАКОНИЯ? (стабильность прав собственности по-русски)

    Среди условий, необходимых для развития экономики, одним из ключевых называют обычно стабильность прав собственности. И это вполне обоснованно. Хотя, конечно, и на сиюминутных спекулятивных операциях можно быстро заработать, после чего есть все основания столь же быстро спрятать деньги за рубеж. И когда такие возможности есть, вопрос о стабильности прав собственности или отсутствии таковой в конкретной национальной экономике отходит далеко на второй план. Деньги и так зарабатываются., а значит - проблем нет. Но при господстве такого метода экономической деятельности рассчитывать на экономическое развитие не приходится: нет ни ресурсов и стимулов для развития, ни инфраструктуры экономики, ни науко- и капиталоёмких отраслей.
    Те, у кого есть доступ к внутренней (красиво называемой “инсайдерской”) правительственной информации, необходимой для осуществления валютно-финансовых спекулятивных сделок с реальным успехом, получают преимущественный доступ и к государственной собственности: сначала - к той, которую можно вывезти и продать, чтобы затем повторять этот бизнес вновь и вновь, а затем - и к той, которую вывезти невозможно, тем не менее, из которой можно в течение какого-то времени извлекать прибыль.
    Но для того, чтобы получать прибыль можно было на протяжении длительного времени, необходимо, во-первых, эффективное управление, и, во-вторых, инвестиции в развитие. А для обеспечения возможности последних, кроме прочего, необходима ещё и ясность, прозрачность отношений собственности, а также стабильность прав собственности. Говорится об этом у нас очень много. Что же в результате?

Глава 1. КАК СКУПИЛИ У НАС КУРОЧЕК, НЕСУЩИХ ЗОЛОТЫЕ ЯИЧКИ, ЗА НАШИ ЖЕ ДЕНЕЖКИ (залогово-кредитные аукционы)

ПРИТВОРНАЯ СДЕЛКА

    Для примера обратимся к знаменитым залогово-кредитным аукционам.
    1995 год. Год, в котором федеральный бюджет по доходам был существенно превышен за счёт инфляции. Но одновременно год, когда бюджету якобы настолько не хватало средств, что Правительством была запущена пирамида госзаимствований (государственных казначейских обязательств - ГКО). И в это же время у Правительства вдруг откуда ни возьмись появились “временно свободные” валютные средства.
    И Правительство, ну просто абсолютно не представляя себе, как бы толково, на пользу Родине, этими деньгами распорядиться, взяло и разместило около шестисот миллионов долларов этих средств на депозитах в частных банках. Причём, Правительство передало наши деньги в долг банкам под процент, существенно меньший, нежели процент, под который это же самое Правительство в это же время брало деньги в долг, в том числе размещая рублёвые (с учётом уровня инфляции) гособязательства. И практически сразу наше Правительство объявило, что в бюджете не хватает средств, а потому необходимо вновь взять денег в долг.
    Но просто так такому Правительству в кредит, разумеется, никто денег не даст - нужен залог. Причём стоит отметить, что это только наше доброе Правительство даёт банкам бюджетные деньги в долг без всякого залога, а затем берет у этих же “уполномоченных” банков - под залог. Во всём мире все - наоборот. Когда дают деньги в долг государству - никакой залог не требуется. Государство же, например, США, ни цента госсредств не может оставить даже на ночь в коммерческом банке, не получив от банка полноценный ликвидный залог.
    ... Правительство объявило, что в качестве залога оно готово использовать принадлежащие государству контрольные пакеты акций ключевых стратегических предприятий страны: “Норильского никеля”, “ЮКОСа”, “Сибнефти”. Причём оценило Правительство эти пакеты в совершенно смехотворные суммы по сравнению не только с реальной стоимостью предприятий, но даже и по сравнению с их годовой прибылью.
    При этом сразу же было понятно, что выкупать залог Правительство не собирается. Это явственно следовало в том числе из того, что в проект федерального бюджета на следующий 1996 год Правительством никакие суммы на выкуп залога изначально не закладывались. То есть, для всех потенциальных участников сделки и наблюдателей было очевидно, что речь идёт фактически об отчуждении госсобственности, о просто растянутой во времени процедуре продажи контрольных пакетов акций этих предприятий.
    Почему так сложно, зачем? Ответ ясен: чтобы передать государственную собственность “друзьям” нашего Правительства в обход закона о приватизации госсобственности и принимаемой как федеральный закон программы приватизации госсобственности. И кроме того, как мы уже заметили выше, передать по совсем смешным ценам.
    Вот тут уже от желающих спасти родное государство, которому не хватает денег, и дать ему кредит, естественно, отбоя нет. Но ведь и Правительство у нас щепетильное - не у каждого возьмет...
    Конечно, некоторая видимость минимальных приличий была соблюдена: даже организована некая пародия на конкурс среди желающих дать государству в долг под такой замечательный залог. Что конкурс был фикцией, несмотря на все судебные процессы, проигранные конкурентами, не допущенными до лакомого куска, позже, по существу, признали и сами его организаторы. Помните, уже в 1999 году, когда их обвиняли в недобросовестности действий при проведении конкурса по продаже пакета акций Связьинвеста, они сами же говорили прямо: первый раз организовали честный конкурса все недовольны...

ВЕРШКИ И КОРЕШКИ

    В результате, как теперь признается почти официально, допущенные до раздела пирога приближённые к власти олигархические группировки получили в управление (а затем и в собственность) контрольные пакеты акций указанных стратегических предприятий совершенно за бесценок.
    Например, что такое “Норильский никель”? Это - мировой монополист по производству целого ряда драгоценных металлов, поставщик более 40 процентов от объёма мирового рынка металлов платиновой группы (включая палладий, незаменимый при производстве катализаторов - дожигателей выхлопных газов в автомобилях), производящий более 90 процентов никеля и 60 процентов меди в России, а также золото и серебро; с обеспеченностью производства рудами на 95-100 лет (в том числе так называемыми “богатыми” рудами - не менее, чем на сорок лет); с годовой прибылью около полутора миллиардов долларов и рентабельностью производства более 70 (!) процентов; с общей численностью работающих более чем в сто пятьдесят тысяч человек. Так вот: контрольный пакет акций (38 процентов) “Норильского никеля” достался группе Потанина всего за сто восемьдесят миллионов долларов, причём не реальных, а, скажем мягко, весьма условных - как мы в этом убедимся далее. Но даже если бы это были и реальные сто восемьдесят миллионов долларов, согласитесь, по сравнению с подлинной ценностью приобретения - это просто крохи.
    Что получило Правительство? Достоверно, кто и что именно и в какой форме получил, мы не знаем. Расследовать это, наверное, было бы можно - при желании. Но кто и зачем будет что-нибудь рассказывать следствию? Не исключено, что подробности мы когда-нибудь узнаем, но только из мемуаров уже престарелых участников этой гигантской аферы. Тем не менее, информация о незначительной (как кожура у яблока по сравнению с самим плодом) видимой части “благодарности” просочилась.
    Например, помните знаменитый скандал “союза писателей” осенью 1997 года? Тогда группу деятелей, включая Чубайса, Коха, Казакова и кого-то ещё четвёртого, уличили в получении сумм около ста тысяч долларов на человека якобы в качестве гонораров за книгу о приватизации в России. Так вот, применительно к нашей теме, вопрос даже не в том, была ли эта книга к тому времени написана (предъявить её, как читатель, может быть, помнит, наши великие прозаики не могли), или же в силу возникшего скандала книгу пришлось написать потом. Важно, что фирма, оплатившая столь невиданные применительно к подобному труду “гонорары за книгу”, как сообщалось тогда в средствах массовой информации, оказалась связана с “ОНЭКСИМ Банком” и Потаниным.
    Кстати, это тот редкий случай, когда криминальный круг замкнулся абсолютно явно и публично. То есть налицо не только противозаконные действия высших должностных лиц государства и нанесённый ими государству колоссальный ущерб, но и некоторая полученная должностными лицами “благодарность”, исчерпывающе для любого суда в более или менее цивилизованном мире подтверждающая наличие у нарушивших закон должностных лиц корыстных мотивов. Но не зря же герой известной комедии утверждал, что наш суд - самый гуманный суд в мире. Во всяком случае, по отношению к высшим должностным лицам государства и сегодня более “гуманную” правоохранительную систему, чем наша - найти трудно...
    Хотя, повторю, приведённый пример - скорее всего, даже не тень подлинной “благодарности” и её масштабов в подобных случаях, а лишь тоненькая кожурка или шелушка. Малюсенькая такая обналичка - на карманные расходы. Кстати, для особо доверчивых: поинтерсуйтесь, воспитанниками не этой ли команды “прозаиков” являются нынешние руководители нашего Минфина и Минэкономразвития, которые нам сейчас бодро докладывают о том, как Россия делает успешные шаги по пресечению отмывания преступных капиталов?...
    Не приходится удивляться тому, что уходя с постов, подобные деятели оказываются на редкость удачливыми предпринимателями, абсолютно незаменимыми и сверхвысокооплачиваемыми специалистами, без услуг которых наши крупнейшие банки и компании просто жить не могут; а избирательные объединения, блоки и партии, которыми они открыто или закулисно руководят, не испытывают никаких финансовых проблем.
    Но актуален вопрос. По сути, наши же деньги с нашего молчаливого согласия они вкладывают в свой все новый и новый приход во власть. Для чего они идут во власть и приводят во власть своих единомышленников, а точнее говоря, подельников? Что они воспроизводят во власти? Мой ответ однозначен: они воспроизводят именно то, что я описываю в этой книге. И это - именно то, что и является ключевым препятствием для развития нашей экономики. Под лозунги о либерализме на самом деле вновь и вновь воспроизводятся модели использования власти для присвоения собственности и получения разнообразных преимуществ над конкурентами. То есть усилия направляются не на создание и поддержание конкурентного пространства, а на его разрушение. Впрочем, подробнее мы будем говорить об этом ниже (См. “Как украсть треть бюджета?”).
    Конечно, в более цивилизованной стране совокупности лишь описанного было бы исчерпывающе достаточно для того, чтобы ни один из упомянутых старателей на пользу торжества либерализма воздухом свободы больше уже не дышал. Но именно в этом смысле уж точно: Запад нам - не указ...
    А что же получило государство, то есть мы с вами? В результате с блеском проведённых залогово-кредитных аукционов государство получило те самые наши шестьсот миллионов долларов, которые только что само же положило на депозиты в наши частные банки. Таким образом, государство, то есть мы с вами, получили то же, что и всегда, а именно - дырку от бублика. Но не бесплатно, а за свои же стратегические заведомо рентабельные предприятия и плюс шестьсот миллионов долларов.
    Как, удивится читатель, ведь шестьсот миллионов долларов всё-таки вернулись государству?
    Формально - да. Фактически - далеко не сразу. Реально наши с вами шестьсот миллионов долларов были переведены с одних счетов в этих банках на другие в этих же частных банках, но называемые “бюджетными”: банки-то были не случайные, а те самые - “уполномоченные” на хранение бюджетных средств...

ДОСАДНЫЕ ПРЕПОНЫ НА ПУТИ ОКОНЧАТЕЛЬНОЙ ПОБЕДЫ ЛИБЕРАЛИЗМА

    Конечно, если бы обо всём этом никто не узнал, то можно было бы делать вид, что Потанин, Ходорковский, Абрамович и другие стали очень небедными просто потому, что в отличие от бездельников и балбесов много и упорно учились и трудились, изобрели новые способы извлечения из почти пустой породы платиноидов, внедрили эффективные методы управления и т.п. Но, во-первых, к тому времени они ещё не успели взять под полный монопольный контроль все средства массовой информации, хотя в большинстве своём СМИ были уже фактически ручными; во-вторых, пожадничали и не стали достаточно щедро откупаться от конкурентов -просто закрыли перед ними двери. Возник организованный конкурентами скандал. Да и то ещё не страшно -этим быстро заткнули рот нужными арбитражными решениями, а также скупкой газет и подачками журналистам.
    Но тут как на грех в это же время (в начале 1995 г.), несмотря на противодействие Президента (накладывавшего вето на соответствующий закон) и его команды, была создана Счётная палата Российской Федерации. Этот контрольный орган с весьма значительными полномочиями удалось сделать (по системе организации его деятельности) независимым от Президента и исполнительной власти, работающим по поручениям не только большинства, но даже и меньшинства (всего в двадцать процентов) депутатов любой из палат Парламента. И вот этот вредный для окончательной победы описываемого специфического “либерализма” в нашем государстве контрольный орган по поручению Государственной Думы осуществил проверку законности проведения залогово-кредитных аукционов. Было установлено главное: не просто отдельные нарушения закона, а принципиально притворный характер сделок.
    То есть, Счётная палата установила факты того, как Правительство сначала одолжило банкам наши с вами деньги под мизерный процент. И факты того, как Правительство у этих банков затем одолжило эти же деньги обратно, но уже под залог оценённой Правительством буквально в копейки по сравнению с истинной ценностью стратегической госсобственности. И факты даже невключения Правительством во вносимый им в Думу законопроект о федеральном бюджете на следующий 1996-й год предложения о выделении средств на выкуп заложенной госсобственности. Таким образом, налицо все необходимые доказательства притворности осуществлённой сделки, истинной целью которой являлось не получение в кредит средств для бюджета, а отчуждение госсобственности в обход закона о приватизации госсобственности и утверждаемой законом программы приватизации. А в соответствии с нашим Гражданским Кодексом притворная сделка является ничтожной, иначе говоря, недействительной.
    К сожалению, сам Отчёт по проверке залогово-кре-дитных аукционов не содержал всю приводимую мною информацию в совокупности (с учётом данных других проверок). Но зато эту совокупную информацию содержало письмо, направленное нами Генеральному прокурору РФ по результатам рассмотрения данного вопроса на заседании Коллегии. Привожу это письмо для того, чтобы читатель мог составить собственное представление о наших аргументах.
ДОКУМЕНТ: Обращение к Генеральному прокурору РФ по фактам притворных сделок с залогово-кредитными аукционами
    Счётная палата РФ Исх. № 02-402/04 от 26 августа 1996 г.
    Генеральному прокурору Российской Федерации Скуратову Ю.И.
    Уважаемый Юрий Ильич!
    В соответствии с поручением Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 20 октября 1995 года № 1239-1 ГД и решением Коллегии Счётной палаты Российской Федерации от 18 октября 1995 года № 21, Счётной палатой РФ проведена проверка деятельности федеральных органов власти в части обеспечения поступления в федеральный бюджет доходов от приватизации государственного имущества и доходов от федеральной собственности.
    В результате проверки аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и комиссий, проведённых на основании указа Президента РФ от 31 августа 1995 года № 889 “О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности”, установлено следующее:
    1. Согласно п.6 “Обязательных условий Договора кредита”, утверждённых указом Президента РФ от 31 августа 1995 года № 889, государство обязуется выплатить основной долг и начисленные проценты из выручки от реализации акций, переданных в залог; при этом Заёмщик (государство) вправе досрочно исполнить свои обязательства по Договору кредита из средств федерального бюджета. Но в нарушение п.6 “Обязательных условий Договора кредита”, во всех договорах кредита под залог акций, заключённых по результатам аукционов между Российской Федерацией в лице Министерства финансов РФ и победителями аукционов, полностью исключено право Заёмщика на погашение обязательств по договору кредита из средств федерального бюджета. Следовательно, инвестор не предоставляет кредит, а отчуждает денежные средства для приобретения акций с возможной их последующей реализацией.
    В федеральном бюджете на 1996 год Правительство РФ не предусмотрело средства для возврата денег, полученных государством на залоговых аукционах. Таким образом, произошло отчуждение государственного имущества. При этом был нарушен Гражданский кодекс РФ, поскольку законодательство о приватизации не предусматривает такого способа приватизации, как отчуждение заложенного государственного имущества в пользу кредитора.
    2. На период проведения залоговых аукционов в ноябре-декабре 1995 года Министерством финансов РФ на депозитных счетах в российских коммерческих банках было размещено 603,739 млн. долларов США “временно свободных средств федерального бюджета”, что практически эквивалентно общей сумме кредита, поступившей в федеральный бюджет в 1995 году от залоговых аукционов. Более половины этих средств (337,1 млн.долларов США) было размещено в трёх коммерческих банках, ставших победителями в пяти залоговых аукционах. По депозитному соглашению от 15 сентября 1995 года Министерством финансов РФ в нарушение установленного порядка по заниженной процентной ставке в коммерческом банке “Менатеп” было размещено 50 миллионов долларов США. Минимальный ущерб, нанесённых государству этой сделкой, оценивается суммой более 1 миллиона долларов США.
    3. В соответствии с п. 5 “Обязательных условий Договора кредита” предоставление кредита должно было производиться Кредитором одной суммой путём перевода всей суммы кредита на указанный Заёмщиком счёт в Центральном банке РФ. Однако в договорах кредита записано, что предоставление кредита производится на специальные блокированные счета Министерства финансов РФ в уполномоченных коммерческих банках. При этом за задержку платежей со специальных блокированных счетов в федеральный бюджет в соответствии порядком их обслуживания, утверждённым Министерством финансов РФ и соответствующим коммерческим банком, никаких штрафных санкций предусмотрено не было . В результате задержки платежей с блокированных счетов в федеральный бюджет по шести договорам кредита федеральному бюджету нанесён суммарный ущерб в 68,953 млрд. рублей.
    4. Госкомимущество РФ превысило свои полномочия, утвердив распоряжением от 25 сентября 1995 года № 1365-р перечень предприятий, акции которых были выставлены на залоговые аукционы. Пунктом 5 указа Президента РФ от 31 августа 1995 года № 889 Госкомимуществу РФ поручалось определить, но не утвердить перечень пакетов акций, выставляемых на данные аукционы. Принятие подобных решений относится к компетенции Правительства РФ (п.2.7 Основных положений государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий, утверждённых указом Президента РФ от 22 июля 1994 года № 1535).
    Распоряжения Госкомимущества РФ от 10 октября 1995 года № 1458-р и от 31 октября 1995 года № 1575-р, регламентирующие вопросы проведения залоговых аукционов, не были зарегистрированы в установленном порядке в Министерстве юстиции РФ.
    Вышеназванные аргументы позволяют утверждать, что договора кредита Правительства РФ под залог акций следует рассматривать как притворные сделки. В соответствии со ст.170 ГК РФ притворная сделка является ничтожной и подлежит расторжению в установленном законодательством порядке .
    5. Комиссия по проведению залоговых аукционов допустила нарушения, повлиявшие на их результаты.
    Так, в 8 из 12 аукционов стартовая цена передаваемого в залог пакета акций была превышена на символическую величину. При этом: или несколько участников имели одного и того же гаранта, или один из участников являлся гарантом остальных, или участники являлись гарантами друг друга. Тем самым подтверждается наличие предварительных договорённостей между участниками аукционов.
    Комиссия по проведению залоговых аукционов проигнорировала письма Центрального банка РФ от 16 ноября 1995 года № 1-10/1497 и Министерства финансов РФ от 15 ноября 1995 года № 5-304 и принимала заявки на участие в аукционах от компаний, использующих для этого средства, более чем в два раза превышающие их уставной капитал.
    Задаток за коммерческие фирмы, в нарушение правил проведения залоговых аукционов, вносили выступающие их гарантами коммерческие банки.
    Комиссия по проведению залоговых аукционов создала условия для фиктивного проведения аукционов. В результате федеральный бюджет недополучил значительную часть средств от кредитов Правительству РФ под залог пакетов акций, находящихся в федеральной собственности.
    Учитывая изложенное, прошу Генеральную прокуратуру РФ направить иски в Арбитражный суд о признании ничтожными и о расторжении в соответствии с действующим законодательством договоров кредита под залог пакетов акций, находящихся в федеральной собственности, заключённых Правительством РФ в 1995 году.
    Заместитель Председателя Счётной палаты РФ Ю.Ю.Болдырев
    Генеральный прокурор (тогда - в 1997 году - это был Ю.Скуратов), видимо, хорошо понимая, кто в доме хозяин, не рискнул сделать то, что надлежало ему по закону, а именно - выступить в суде с иском в защиту интересов государства о признании этих сделок недействительными с момента их заключения. Но и совсем молчать тоже, вроде бы, неприлично. И руководитель органа, надзирающего за законностью, вместо выполнения своих прямых должностных обязанностей ограничился письмом в адрес Государственной Думы и Совета Федерации. В этом письме, среди прочих ставших ему известными фактов нарушений закона, он привёл и выявленное Счётной палатой - то, что в Думе и Совете Федерации уже было известно непосредственно от Счётной палаты...
    Деятельность Счётной палаты по закону является гласной, публичной. Конечно, к 1997 году, как я уже обращал внимание выше, основные средства массовой информации были уже ручными, но, всё-таки, ещё не абсолютно. Вот эта неабсолютность контроля за СМИ и позволила интересующимся хотя бы что -то узнать. Но, естественно, публика получила не столько внятное описание ситуации, сколько комментарии нашей весьма щедро подкармливаемой новыми хозяевами “свободолюбивой” прессы типа: “пустые хлопоты Счётной палаты”, “абсолютно непрофессиональные суждения”, “прокоммунистическая Дума и управляемая ею Счётная палата” и т.п.

ТИХО - НЕ ЗНАЧИТ ГЛАДКО

    Что ж, информация о том, как нас с вами “умыли и обули”, не только к торжеству правосудия и возмездию преступникам, но даже и к более или менее внятному общественному возмущению не привела. Но нас сейчас интересует и другое - последствия такого метода получения прав собственности для нашего экономического развития.
    Ведь “Норильский никель” - предприятие, которое строили в невероятно суровых условиях не из чисто экономических соображений, а потому, что добываемые там руды и металлы нужно было получить (в том числе в интересах обороноспособности страны) любой ценой. И это - одно из тех предприятий, в которые сначала вся страна вкладывалась, а затем они всю страну кормили. Теперь у нас выжимают слезу рассказами о том, какие замечательные социальные программы осуществляют новые собственники по отношению к жителям Норильска, какие именные стипендии и премии ввёл лично добрый дядя Потанин для бедных студентов и какая помощь оказывается им Государственному Эрмитажу. При том, что вся страна - за бортом.
    Заткнуть рот журналистам и переориентировать их на описание копеечного (по сравнению с противозаконно отнятым у общества) меценатства потаниных и им подобных - с этим новые хозяева справились. А вот обмануть самих себя и потенциальных столь долгожданных инвесторов - это сложнее.
    Для поддержания и развития “Норильского никеля” нужны серьёзные инвестиции. А кто их вложит в условиях, когда собственность получена очевидно незаконным путём? Ведь, несмотря на многочисленные заявления о том, что арбитражные суды отвергли все претензии, надо помнить, что главного судебного процесса - о признании сделок ничтожными - просто до сих пор не было. И не было лишь потому, что иск в защиту интересов государства в такой ситуации может подать лишь прокуратура.
    Да, в прокуратуре по Конституции - единоначалие. И во главе пока - свои, послушные Президенту, якобы “равноудаляющему” олигархов. “Равноудаляющему”, но при этом не только сильно их не обижающему, но, похоже, и не слишком стремящемуся к торжеству им же провозглашённой “диктатуры закона”. Во всяком случае, пока - как это видно и на данном примере, и при наблюдении за последовавшим развитием событий, включая назначение Президентом в спорной ситуации соратника Потанина по операциям с Норильским никелем Хлопонина “исполняющим обязанности” губернатора Красноярского края... Значит, пока можно спать спокойно.
    Но всегда ли так будет? Всегда ли Президент будет благосклонен? Если речь идёт о вложениях небольших, краткосрочных, которые вернутся в ближайшие же годы - можно рискнуть. Но серьёзные долгосрочные инвестиции в такой ситуации, согласитесь, - невозможны.

КАК НАТЯНУТЬ ПЛЁНКУ НА КИСЕЛЬ?

    Летом-осенью 1999 года, в разгар думской избирательной кампании и в преддверие выборов Президента, вопрос о том, чтобы и при возможном изменении ситуации сохранить в собственности незаконно приобретённое, стал, естественно, самым актуальным для тех, кто уж очень не хотел возвращать милых сердцу дойных коров государству. В такой ситуации вряд ли стоит удивляться тому, что одним из инициаторов дискуссии на тему о том, как нам зафиксировать статус-кво и сделать незаконную собственность законной, стала команда журнала “Эксперт”, подпитываемого Потаниным и его компаньонами.
    Мне довелось участвовать в одной из таких дискуссий, проходившей, как водится, в одном из шикарней-ших отелей Москвы. И приходилось лишь поражаться милой “наивности” почти всех приглашённых специалистов, журналистов и депутатов, честно пытавшихся отработать свой хлеб с икрой. Несмотря на наличие некоторого разнообразия вносившихся предложений по спасению щедрых меценатов, главный смысл провозглашаемого сводился к тому, что на самом деле мы все не должны говорить о том, что такая проблема вообще есть - всё было законно, и не о чем здесь спорить... В какой-то момент мне, находившемуся по этому вопросу среди приглашённых в абсолютном меньшинстве, пришлось даже выразить недоумение: ведь если нет предмета и царит столь безусловное единодушие - ради чего же собирать занятых людей, да ещё и тратиться на такое помпезное мероприятие в столь дорогом месте?...

ВЫНУЖДЕННОЕ НАРУШЕНИЕ ЗАКОНА В УСЛОВИЯХ НЕОБХОДИМОСТИ?

    Если попытаться взглянуть на отсутствие необходимой стабильности прав собственности не с позиции отрабатывающих свой хлеб участников подобных совещаний по спасению кормильцев, а с точки зрения реальной проблемы для нашей экономики, то, видимо, имеет смысл проанализировать и такой её аспект, как исходная степень объективности и неизбежности возникновения самой проблемы. А были ли у власти иные пути? Не было ли какой-то вынужденности противозаконных действий со стороны тех, кто по своему должностному положению был обязан не разбазаривать, а беречь и преумножать государственную собственность?
    Ведь в ряде случаев, будучи, что называется, припёрты к стенке, сторонники не слишком щепетильного отношения к закону при распоряжении государственной собственностью аргументировали свою позицию примерно так: да, пусть “Норильский никель” и другие объекты (“ЮКОС”, “Сибнефть”) были приватизированы незаконно, но экономически-то ведь это было нужно и правильно! Ведь это именно новые собственники превратили ранее убыточное предприятие в высокорентабельное!
    Давайте обсудим.
    Есть ситуации, где для успешного ведения бизнеса требуются оригинальные, удачные решения. Скажем, выпуск “газелей” и “соболей” на “ГАЗе” - это удачное решение. Модели нашли свою потребительскую нишу, и появилась возможность развивать производство. Но не надо путать конкурентный бизнес, требующий творческих решений, с ситуацией, в которой находится монопольный поставщик абсолютно необходимого на мировом рынке сырья. Здесь требовалось одно - наведение элементарного порядка с бухгалтерией и взаиморасчётами, устранение излишних посредников и т.п. Государство оказалось на это неспособно? Или Президент и Правительство того не желали? Это тот случай, когда хорошо бы не путать неспособность и нежелание. Тем более, что представителями государства в прежде так плохо управлявшихся предприятиях были те же самые ребята, которые обосновывали принципиальную неспособность государства эффективно управлять своей собственностью, а затем и проворачивали сделки, подобные печально знаменитым залогово-кредитным аукционам.
    Так, в соответствии с распоряжением Правительства РФ от 5 мая 1994 года N 633-р, представление интересов государства в РАО “Норильский никель” было возложено, среди прочих, на таких небезызвестных граждан, как тогдашние первый заместитель министра финансов А.Вавилов и заместитель председателя Госкомимущества А.Кох. И в отчёте Счётной палаты[5] указывается, что А.Кох. сохранивший свои полномочия в Совете директоров и после передачи контрольного пакета акций РАО “Норильский никель” в залог, в 1996-м году из одиннадцати заседаний Совета директоров присутствовал лишь на ... пяти. Что же касается А.Вавилова, то из семи заседаний совета директоров РАО, проведённых в период представления им интересов государства в этой компании, он не присутствовал вообще ни на одном...
    Стоит ли удивляться тому, что только за 1994-95 гг. при выборочной проверке Комиссией по внешнеэкономической деятельности ряда экспортных контрактов была выявлена разница между фактической стоимостью отгружённой на экспорт металлопродукции и полученной “Норильским никелем” выручкой почти в сто пятьдесят миллионов долларов? Или тому, что на первое октября 1996 года, с одной стороны, более 225 млрд.руб-лей были вложены “Норильским никелем” в уставные капиталы “Ланта-банка”, “АвтоВазбанка”, “ОНЭКСИМ Банка” и т.п., а с другой стороны, на этот же момент “Норильским никелем” было привлечено кредитов на сумму более 4242 млрд.рублей, причём почти четыре пятых этих кредитов - валютные?
    Не приходится в этих условиях удивляться и тому, что за рубеж продавался не “резанный” катодный никель, который поставляется на биржу большинством зарубежных производителей, а так называемый “нерезанный” - стоящий на бирже на сорок долларов за тонну дешевле. Но даже и этот “нерезанный” никель про-двался “Норильским никелем” западным покупателям ещё на 20-30 долларов за тонну дешевле, чем такой же металл стоит на Лондонской бирже металлов.
    И тогда понятно, почему почти пять тысяч тонн российских никелевых порошков было продано в 1995 году в среднем по цене 7 800 долларов за тонну, то есть по цене не порошка, а более дешёвого “компактного” металла. При том, что на бирже цена никелевого порошка на 15-30 процентов выше, чем цена самого высококачественного никеля в компактной (непорошковой) форме... И, естественно, в том же 1995 году почти половина экспортных поставок никеля была осуществлена не напрямую РАО “Норильский никель”, а некими посредническими организациями, да к тому же ещё и рассчитывавшимися с “Норильским никелем” не валютой, и даже не рублями, а ... бартером...
    Помните действие первое из нашей маленькой пьесы “Вечный двигатель”, приведённой в предисловии? Так и здесь. То есть, конечно, на предприятии действительно был большой непорядок. Но только непорядок этот был в том числе и по прямой вине тех, кто затем наличие этого непорядка использовал и как идеологический аргумент, и как оправдание своих противозаконных, а по существу, и просто мошеннических действий.

О МУХАХ И КОТЛЕТАХ (что можно доверять такой власти)

    И другой аспект проблемы. Предположим, Президент и Правительство действительно стремились бы к наведению порядка, в том числе на нашем в данном случае показательном предприятии “Норильский никель”, но у них на самом деле, несмотря на прилагаемые усилия, ничего бы не получалось. Какой вывод был бы актуален тогда - срочно избавляться от предприятия? Неважно каким образом, но побыстрее?
    Известна концепция, проповедовавшаяся ранее нашими шустрыми ребятами, гордо именовавшими себя “либералами”. В соответствии с ней, государство вообще не способно эффективно управлять собственностью, а потому необходимо все как можно быстрее приватизировать и только тогда производство начнёт развиваться.
    Конечно, можно было бы сразу упрекнуть этих деятелей, мягко говоря, в непоследовательности. Их предводитель, видимо, в силу врождённого альтруизма, оказавшись перед возможностью выбора, ушёл, тем не менее, не в вожделенный частный сектор и тем более не на предприятие, созданное высвободившейся предпринимательской инициативой с нуля, а поспешил оседлать крупнейшее более чем наполовину государственное предприятие - РАО “ЕЭС России”. Но, конечно, не только в этом дело.
    Если государство неспособно навести элементарный порядок на одном конкретном предприятии, например, на “Норильском никеле”, находившемся в его полной собственности, и где, ещё раз подчёркиваю, никакие особенно творческие решения не требовались, то как такому государству мы доверяем наводить порядок в других вещах, существенно более сложных? Например, в организации железнодорожного сообщения, в регулировании денежного обращения, в распоряжении природными ресурсами, во внешнеэкономической деятельности, в учёте и обслуживании внешнего долга? В конце концов, вообще в каком-либо регулировании экономики страны? А в обеспечении накопления и сохранности средств государственного Пенсионного фонда и в социальной политике в целом? Кстати, на конкретном предприятии нет проблем с федерализмом и т.п., но если и здесь государство в принципе не может справиться, то как такому государству мы доверяем наводить “конституционный порядок” в Чечне? Строить армию, милицию и спецслужбы? Судить, а затем проводить амнистии и осуществлять помилования преступников? Вступать в те или иные соглашения и союзы во внешней политике? И, наконец, решать вопросы войны и мира, включая и такую новую форму войны, как “борьба с международным терроризмом”?
    Тут уж одно из двух. Либо мы, граждане, а соответственно и наше государство, неспособны ни на что - и тогда мы вообще будем просто сметены с лица земли. На нашу территорию придут другие - более дееспособные и организованные. Либо мы - способны. Но в таком случае не надо разбрасываться курицами, несущими золотые яйца. И тогда надо управлять, а не делать вид, что управлять невозможно...
    Вывод прост: никакой подлинно экономической необходимости, вынудившей наших великих реформаторов отчуждать стратегические объекты госсобственности в нарушение закона, но якобы ради повышения эффективности управления, не было. Применительно, в частности, к “Норильскому никелю” - напротив: были все основания и возможности для наведения на предприятии элементарного порядка в организации производства, сбыте готовой продукции, бухгалтерском учёте и отчётности. Но просто отнюдь не повышение экономической эффективности - и данного предприятия, и экономики в целом - было задачей тех, кто осуществлял подобные операции.

НАШЛА ЛИ СОБСТВЕННОСТЬ ЭФФЕКТИВНОГО СОБСТВЕННИКА?

    Вбрасывалась и до сих пор пропагандируется ещё одна замечательная идея: неважно, кому достанется собственность на первоначальном этапе - в конечном счёте она всё равно найдёт себе эффективного собственника.
    Так, если верить СМИ и соответствующему новому отчёту Счётной палаты (уже от 2000-го года), мы такого собственника, в частности у “Норильского никеля”, видим. Кроме предприятия этот собственник содержит ещё и бюджет целого региона. И плюс добровольно реализует социальные программы, на которые у государства не хватало ни денег, ни сил, ни заинтересованности... Здорово?
    Было бы странно, если бы новые собственники не пропагандировали себя через СМИ и не лоббировали бы как принятие нужных им решений, так и столь же нужную им экспертизу. В 2000-м году - в условиях отсутствия более или менее самостоятельного Парламента - всё это, в отличие от 1997-го года, стало более реальным. Была инициирована новая проверка “Норильского никеля” и возник новый отчёт, тут же поданный в СМИ как свидетельство полной реабилитации и зало-гово-кредитных аукционов, и, соответственно, новых собственников “Норильского никеля”.
    Но при детальном рассмотрении выяснилось, что этот новый отчёт Счётной палаты от 2000-го года, как бы несколько обеливший нынешних собственников “Норильского никеля” и организаторов махинаций, образно выражаясь, шит белыми нитками. Тем не менее, на заседании Коллегии Счётной палаты это никого не смутило и отчёт был утверждён. И тогда мне - как заместителю председателя Счётной палаты - пришлось использовать предусмотренную законом процедуру “особого мнения”.[6]
    В частности, в своём Особом мнении (полностью приводится в Приложении) мне пришлось акцентировать внимание на самом элементарном и основополагающем: выводы о “высокой эффективности” управления предприятием могут быть сделаны только на основании ревизии его финансово-хозяйственной деятельности, которой на самом деле никто не занимался. Таким образом, исходя из установленных Законом и Регламентом Счётной палаты требований, этот новый отчёт является просто сфальсифицированным: вместо изучения первичных документов использовались самоотчеты предприятия и отчётность администрации округа - тоже в данном случае субъекта заинтересованного.
    Кроме того, никто не потрудился произвести сравнение относительно копеечных затрат новых собственников “Норильского никеля” на социальную сферу с тем ущербом, который нанесён вышеописанными притворными сделками нашему государству. Очень удобно: ограбить всех на миллион, а затем раздать кому-то по пятнадцать копеек и на том основании считаться благодетелем и меценатом...
    Сколько мы должны были заплатить Парижскому клубу в начале 2001-го и неуклюже пытались отказаться ввиду якобы нехватки средств - пять миллиардов долларов? Так это реальная прибыль “Норильского никеля” всего за три-четыре года. И львиная доля этой прибыли - следствие не “ноу-хау” новых собственников, а исключительно природная рента и огромный вложенный труд предшествующих поколений.
    Интересно, что автором нового отчёта был тот же аудитор В.Соколов, который готовил и предыдущий отчёт. Что заставило этого в прошлом мною вполне уважаемого человека - бывшего ректора Красноярского университета и бывшего Председателя Совета Республики Верховного Совета РСФСР - радикально изменить даже не столько позицию (и формально об изменении позиции он не заявлял), сколько метод работы - фактически сфальсифицировать отчёт?
    Кстати, не правда ли, любопытное совпадение: практически сразу после этого аудитор был награждён орденом...
    Таким образом, применительно к “Норильскому никелю”, “Сибнефти”, “ЮКОСу” и ряду других подобных предприятий действительно есть основания говорить об эффективности их новых собственников, но пока, к сожалению, подтверждена она больше в области того, что определяется как лоббирование своих интересов во власти, а также в сфере рекламы и пропаганды...

ИНСТРУМЕНТАРИЙ ИДЕОЛОГИИ ИЛИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ?

    Есть и иной вопрос, который также стоит рассмотреть, прежде чем мы перейдём к анализу предлагавшихся разнообразных вариантов решения проблемы сомнительности прав собственности на жизненно важные для экономики страны стратегические объекты. Я имею в виду чрезвычайно заидеологизированный вопрос о соотношении госсобственности и собственности частной, приватизации и национализации.
    Бытует весьма упрощённое представление о том, что все передовое, чистое и прогрессивное в современном мире есть исключительно правое и либеральное. И, со-отвественно, это светлое и незапятнанное последовательно выступает за уменьшение объёма государственного в пользу частного, за приватизацию и против национализации. В то же время реакционные, невежественные и тёмные госпатерналистские силы, а в нашей российской ситуации и ещё более конкретно силы прокоммунистического партноменклатурного реванша -ночей не спят и вынашивают планы, как частный сектор удушить, все вернуть обратно государству под полный контроль безответственной бюрократии.
    Разумеется, считать так - это примерно то же самое, что современному Папе Римскому приписывать намерение организовать на нашей Святой Руси инквизицию
    Что же на самом деле?
    А на деле люди - везде люди. И, с одной стороны, у каждого фланга есть своя правота. С другой стороны, всякая идеология начинает стесняться и тушеваться перед искушением реальной властью и фактической возможностью бесконтрольно и безнаказанно распоряжаться чужим ради собственного блага. И в этом, к сожалению, самые-самые наши либералы при власти, как показывает практика, мало чем отличаются от стоих визави на левом фланге, а по масштабам и бесстыдству совершаемого -вряд ли вообще с кем-либо сравнимы. Если истории с кре-дитно-залоговыми аукционами и чудесным механизмом управления “Газпромом” недостаточно и нужны примеры ещё, можно обратиться к истории с Центробанком и ряду других примечательных историй занимательной экономики, которых мы ещё коснёмся ниже.
    Если же вернуться к вопросу о соотношении государственного и частного, приватизации и национализации, то надо констатировать, что в окружающем нас мире, включая мир западный, эти вопросы (для себя, а не в экспортном исполнении для слаборазвитых и особо наивных) давно рассматриваются и решаются далеко не столь упрощённо.
    Например, при обсуждении вопроса о снятии ограничений для введения в России частной собственности на землю безапелляционно заявлялось, что без этого современная экономика функционировать не может. Но как же тогда работает весьма эффективная экономика современного отнюдь не коммунистического Израиля, в котором частной собственности на землю нет в принципе?
    Ладно Израиль - не на него обращены наши либеральные взоры, а на Мекку современного капитализма - на США. Хорошо, но ведь и в США частная собственность на землю сложилась исторически, и только на те земли, которые в период становления государства стали частными естественным образом. Но с начала XX века даже либеральные США федеральные земли (а их ещё достаточно на северо-западе страны и на Аляске) не продают, а исключительно сдают в аренду.
    Другой пример. В США, как известно, существует множество частных компаний, осуществляющих автомобильные и авиаперевозки. Но вот по железной дороге во всей этой огромной стране пассажирские перевозки осуществляются лишь одной государственной компанией. Почему бы это, может быть, и там - “партноменклатурный реванш”?
    Это потому, - скажут наши радикал-либералы, которые святее Папы Римского, - что и США уже испорчены бюрократией и засильем государства, а вот в Польше сумели провести настоящую шоковую терапию... Верно, только шоковая терапия в Польше была совсем не такая, какую устроили у нас. В частности, за весь период реформ в Польше лишь один раз была задержана индексация заработной платы и пенсий, о задержке самих зарплат и пенсий - даже и речь не шла. И приватизировали в Польше в первую очередь мелкое и нерентабельное, а к приватизации крупных и инфраструктурных объектов подошли лишь к 1997-му году. Причём как приватизировали, например, такие объекты, как морские порты? Совсем не так, как у нас. В Польше три основных морских порта: Гданьск, Гдыня и Шецин. Два из них приватизировали по следующей схеме: 50 процентов акций плюс одна акция - государству, половина от оставшегося - местному самоуправлению, оставшаяся четвертушка была продана частным инвесторам - для дебю-рократизации управления. Третий порт с непринципиальными отличиями приватизировали так же.
    Да, Польша в этом смысле подвела, - согласятся наши, как выражается один из их кумиров Джордж Сорос, рыночные фундаменталисты, - слишком много демократии, а народ не готов, не понимает... Зато в Чили - образце истинно либеральных реформ - генерал Пиночет сумел железной рукой. ..
    Да, верно, железной рукой, но всё-таки не в противоречии с долгосрочными национальными интересами. И потому даже в Чили, где, казалось бы, приватизировано почти все, тем не менее, в отличие от России, дойную корову, дающую природную ренту, - медные рудники - приватизировать не стали и сохранили в руках государства.
    Подобные зарубежные примеры можно множить и далее, так же, как и обратные печальные факты нашей жизни. Но здесь важно ещё и другое.
    Что есть приватизация и национализация в современном мире - признаки диктатуры той или иной идеологии? Нет, отнюдь. В современном мире и приватизация, и национализация есть не что иное, как инструменты экономической политики государства, каждому из которых есть место и время, к применению которых есть свои определённые показания. И важно подчеркнуть, что оба эти инструмента экономической политики можно использовать на благо страны, а можно и во вред.

ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ (пьеса о правде нашей жизни, ранее уже приведённая в предисловии)

    Классический же мошеннический трюк заключается примерно в следующей последовательности действий.
    Действие первое. Дружно разворовываем заведомо рентабельное госпредприятие (пока лишь на уровне “слива” прибыли налево) - под предлогом того, что госсобственностью все-равно невозможно эффективно управлять (демонстрирование безнадёжной неэффективности изжившей себя госпатерналистской модели;
    веет свежим ветерком либеральных идей).
    Действие второе. Мошенническим образом (например, путём проведения притворных сделок с залогово-кредитными аукционами) отчуждаем у государства самые лакомые куски госсобственности и передаём их себе/своим друзьям (полное торжество абсолютно кристального либерализма по-русски).
    Действие третье. Путём несложных бухгалтерских махинаций демонстрируем воистину аховое положение на захваченном бывшем госпредприятии и требуем льгот и преимущественных прав, отсрочек по платежам в бюджет и социальные фонды, льготных кредитов и бюджетных ссуд (включая невозвратные) для того, чтобы поднять предприятие и спасти коллектив от увольнений, а стратегическое предприятие или отрасль - от полного разорения и уничтожения (действие парадоксальное: с одной стороны, добиваем поверженного гос-патерналистского врага - демонстрируем его экономические плоды; с другой стороны, с паршивой овцы хоть шерсти клок - чтобы выбраться из госпатерналистской ямы и расправить либеральные крылья, ну-ка, государство, подтолкни-ка...).
    Действие четвёртое. Продолжаем выкачивать прибыль и радоваться, что живём в стране хотя и плохих дорог, но все же, к счастью, не слишком умных людей (в комментариях не нуждается).
    Действие пятое. Когда без крупных инвестиций серьёзной прибыли получить уже невозможно, путём несложных бухгалтерских махинаций начинаем демонстрировать потрясающие успехи в повышении эффективности управления и выводе предприятия на высочайший уровень рентабельности. Остался лишь один рывок - и все зарубежные конкуренты далеко позади. ...Были бы далеко позади, если бы не “дискриминация России”, если бы не “подсу-живание нашим конкурентам”. А раз дело дошло до борьбы с зарубежьем - без государственной поддержки не обойтись. И те, кто вчера открыто сдавали позиции страны по всем направлениям, сегодня уже оказываются большими патриотами. Под этот патриотический шумок набираем у государства разнообразных льгот, кредитов, ссуд и т.п. Одновременно расставляем добившихся небывалых успехов чудо-менеджеров к непосредственным рычагам управления нелюбимым государством и заполняем ими должности губернаторов, министров и их заместителей. (слава либерализму, демонстрирующему свои успехи в виртуальном пространстве, да ещё и оказавшемуся как бы патриотическим; а чтобы крылья несли ещё лучше, ну-ка, вы там, снизу, не умеющие летать, подтолкните-ка еще...).
    Действие шестое. Как вы думаете, что ожидает нас в шестом действии? Правильно - частичная или полная национализация предприятия, а точнее - его долгов. Это возможно под любыми лозунгами.
    Например, возможен упрёк либералов в адрес предшественников по типу: что же это вы сделали, ведь в приличном обществе прежде чем приватизировать, собственность приводят в порядок, а вы нам что подсунули? Нет уж, возьмите обратно. Сначала подготовьте объект к приватизации, осуществите надлежащим образом предпродажную подготовку, и тогда уже мы у вас, может быть, что-то купим...
    Возможен и иной вариант - переход к “новому курсу” с акцентом на необходимости спасти страну от безответственных либералов, разжалованных и переведённых из формальной власти (администрации Президента и Правительства) в менее публичную (первые заместители и заместители ключевых министров) и плюс неформальную (на свет, тепло, СМИ и т.п.), и полном торжестве, таким образом, ответственного государственного подхода.
    Так или иначе, круг на этом замыкается. И всякий, за чей счёт вышеописанное происходит и будет происходить, должен трезво понимать, что к борьбе идеологий, к спору о более эффективном пути экономического и социального развития это отношения не имеет.
    И, кроме того, вопрос о законности собственности все это тоже не снимает, так как через какое-то время возможно ещё и действие седьмое. Оно же - новое действие первое, описанное выше.

Глава 2. СВОБОДА ВЫБОРА СО СВЯЗАННЫМИ РУКАМИ (решение проблемы незаконности собственности)

    Если мы осознаем, что сомнительность прав собственности на ключевые стратегические объекты прямо препятствует экономическому развитию, то логично предпринять усилия для выхода из этого не то что намечающегося, но в ряде случаев, похоже, уже завершающегося замкнутого круга.
    Рассмотрим некоторые варианты решения проблемы, причём, понимая, что разные варианты предлагаются для решения совершенно разных проблем: одних интересует возможность развития экономики, инвестиций в предприятия, являющиеся основой для всей экономики, других - спокойный сон с прихваченным под подушкой.
    Итак, какие варианты предлагаются?

ДИКТАТУРА ЗАКОНОДАТЕЛЯ

    Вариант первый. Вернуть государству незаконно отторгнутые у него предприятия путём принятия специального закона. Несмотря на кажущуюся многим сторонникам возвращения собственности в лоно государства привлекательность такого варианта (соответствующие законопроекты неоднократно вносились в Государственную Думу и даже рассматривались на пленарных заседаниях), его реализация, конечно, совершенно недопустима, так как прямо противоречит и нашей Конституции, и международному праву. И в условиях нашего декларируемого намерения привлекать инвестиции на основе свободного и добровольного направления капитала в наиболее привлекательные сферы такой вариант просто смерти подобен.
    Вместо такой лобовой попытки принятия на себя функций суда наш Парламент мог и должен был бы оказать давление на Генерального прокурора - с тем, чтобы тот просто выполнил свою обязанность: выступил в суде с иском в защиту государственных интересов о признании за-логово-кредитных аукционов и последовавших за ними операций сделками ничтожными на основании ярко выраженных признаков их притворного характера.
    Лобовой же вариант, как это ни парадоксально, при определённых условиях вполне может быть инициирован самими незаконными собственниками. Это возможно в ситуации, когда основные соки из бывшего госимущества уже будут выжаты. Зачем? Просматриваются два сценария.
    Сценарий первый: Парламент принимает закон и расторгает сделки, собственность изымается; но одновременно бывшим “собственникам” из нашего госбюджета выплачивается более чем щедрая компенсация -как пострадавшим от действий государства якобы “добросовестным приобретателям”. При вполне ручном парламенте подвести под это необходимую правовую основу, как вы понимаете, труда не составит.
    Сценарий второй, несколько более рискованный: сделки законом расторгаются, собственность изымается без всяких компенсаций; но спустя некоторое время Конституционный Суд признает соответствующий закон неконституционным - появляется возможность получения из государственного бюджета соответствующих компенсаций за нанесённый собственникам ущерб от неконституционных действий власти...

ДИКТАТУРА ЗАКОНА НЕ НА СЛОВАХ

    Вариант второй - строго соответствующий Конституции, закону и международному праву. Генеральной прокуратуре и подчинённой ей системе прокуратуры выступить с исками в защиту государственных интересов по всем случаям приватизации или отчуждения госсобственности, осуществлённым с явными и грубыми нарушениями закона и нанесением существенного ущерба обществу и государству. В первоочередном порядке по результатам судебных процессов привести в соответствие с законом права собственности, как минимум, на важнейшие стратегические предприятия.
    Такой вариант имеет смысл при одновременном соблюдении ряда условий.
    Первое: возвращение государству чего бы то ни было имеет смысл только в том случае, если одновременно в самом государстве, в том числе в управлении государственной собственностью, будет наводиться хотя бы элементарный порядок. И под таким порядком следует понимать не сопровождаемую грозной риторикой замену “чужих” на “своих”, а изменение самих процедур управления с исключением таких способов “управления”, как показаны выше на примере “Газпрома” и РАО “ЕЭС России”.
    И есть второе условие, при котором целесообразна реализация этого радикального варианта решения проблемы законности собственности на “Норильский никель”, “Сибнефть”, “ЮКОС” и другие: должностные лица органов государственной власти, прежде всего члены Правительства России, виновные в сговоре с целью осуществления притворных сделок с нанесением государству ущерба в особо крупных размерах, безусловно, должны понести соответствующее уголовное наказание.
    Самой возможности выполнения этого условия, естественно, вполне сознательно уже созданы серьёзные преграды. В частности, если вчитаться в список случаев, подпадающих под многочисленные уже осуществлённые амнистии, то легко убедиться, что должностных лиц, виновных в незаконном распоряжении федеральной собственностью, при желании вполне можно под эти случаи подвести. Плюс, на это стоит наложить ещё и списки лиц, удостоившихся государственных наград - и здесь добросовестный прокурор легко узнает своих потенциальных клиентов, но, опять же, подпадающих под многочисленные уже осуществлённые амнистии как орденоносцы...
    Тем не менее, если последовательно и целенаправленно не находить способы привлечения к уголовной ответственности должностных лиц, виновных в нарушении закона и нанесении государству ущерба, то есть если вместо явно отсутствующего страха божьего не создать какой-то земной заменитель, то тогда борьбой с незаконными сделками можно заниматься бесконечно - ведь за расторжением одних незаконных сделок немедленно последуют другие, новые, не менее противозаконные...
    В обоснование недопустимости рассматриваемого варианта решения проблемы всякий раз, как только опасность его реализации начинает восприниматься как реальная, например, перед очередными президентскими выборами, начинается запугивание населения, в основном, по двум направлениям.
    Во-первых, населению навязывается идея о том, что это у них - у простых людей - кто-то намеревается отобрать приватизированную квартиру, машину, гараж и дачные шесть или двенадцать соток. И одновременно, во-вторых, весьма навязчиво внушается мысль о том, что этого (восстановления законности в сфере собственности на крупнейшие стратегические предприятия) все-равно никто не допустит и в результате начнётся гражданская война...
    Есть ли такая опасность?
    Наверное, есть, но только в том случае, если население сумеют оболванить до такой степени, что оно действительно начнёт ассоциировать свои квартиры, гаражи и сотки с корпорациями и нефтяными промыслами, а себя - с потаниными, дьяченко и абрамовичами.
    В реальности же мы видим, что ни из-за Березовского, ни из-за Гусинского никакая гражданская война не началась. И это несмотря на то, что некоторые действия власти по отношению к этим ныне опальным олигархам были несопоставимо более сомнительными по своим правовым основаниям, нежели возвращение государству “Норильского никеля”, “Сибнефти” и “ЮКОСа”.
    Важнее здесь другое: для того, чтобы такой вариант был реализован в нашей государственной системе, необходима санкция главы государства - Президента. А для того, чтобы Президент подобную санкцию дал, он должен быть независим от тех, против кого эти действия обернутся. И опираться в своей политике он должен не на якобы равноудалённых олигархов и не на великих приватизаторов из так называемой “питерской команды”, прямо ответственных за противозаконные притворные сделки, а на большинство граждан страны, в чьих интересах восстановление законности прав собственности на важнейшие объекты национальной экономики. Возможно ли это? Похоже, большинство населения страны до сих пор на это надеется. Но столь же похоже, что для подобных надежд нет оснований.

ДИКТАТУРА ЗАКОНА С ЭЛЕМЕНТАМИ ГУМАНИЗМА

    Вариант третий - компромиссный по отношению к влиятельным счастливчикам. Генеральной прокуратуре свои обязанности добросовестно исполнить, в суды в защиту интересов государства иски предъявить. Но предварительно законодателю принять закон о специальном механизме компенсации ущерба, нанесённого государству незаконными действиями в период массовой приватизации госсобственности. Что это означает?
    На примере того же “Норильского никеля” это означает следующее.
    Во-первых, в силу притворности предшествующей сделки переуступка государством прав на свою собственность частным собственникам должна быть переоформлена в строгом соответствии с законом, и при этом новые собственники (пусть даже и те, что завладели предприятием в результате залогово-кредитных аукционов) должны компенсировать государству недополученную часть реальной стоимости госимущества.
    Во-вторых, должно быть зарезервировано право государства выкупить эти стратегические объекты (на случай, если необходимость и целесообразность этого возникнет) по цене, определяемой не свободным рынком, а лишь реально понесёнными этими не вполне законными собственниками документально подтверждёнными расходами. И это все-равно остаётся компромиссом, так как в этом случае выкупается лишь то, что государству действительно нужно из тех или иных стратегических соображений. Например, “Норильский никель”, вероятно, может быть выкуплен - как монополист, а “ЮКОС” - может быть и нет. И кроме того, в предыдущем рассмотренном варианте - при признании сделок ничтожными - нынешние собственники, скорее всего, не получат вообще ничего.
    В-третьих, следует учесть, что если новые собственники не будут своевременно инвестировать достаточно крупные суммы в развитие “Норильского никеля”, то бросить его все-равно нельзя, и государству в этом случае рано или поздно придётся оказывать предприятию помощь, вплоть до вынужденной когда-нибудь в будущем национализации нерентабельного предприятия со всеми накопленными долгами и проблемами. Отсюда, с учётом наличия ныне правовых оснований для пересмотра сделки, естественно вытекает необходимость и возможность установления государственного контроля за деятельностью предприятия (пусть даже и частного предприятия), включая контроль за сохранением и своевременным обновлением основных фондов, а также контроль за его рентабельностью. Это позволит государству эффективно изымать природную ренту: во-первых, регулируя рентабельность предприятия и, соответственно, цену на его продукцию на внутреннем рынке;
    во-вторых, истребуя в бюджет разницу между внутренней (регулируемой) и экспортной ценой цветных и драгоценных металлов. Подобный государственный контроль, включая регулирование рентабельности, - вовсе не есть что-то невиданное в цивилизованном даже и с либеральной точки зрения мире, и он может осуществляться, например, по типу того, как это делается в США по отношению к частным компаниям, поставляющим населению газ для обогрева домов.
    И в-четвёртых, в этом случае, компромиссном для новых собственников, тем не менее, недопустим никакой компромисс по отношению к должностным лицам, нарушившим закон и нанёсшим ущерб государству. То есть этот вариант имеет какой-то смысл и жизненную перспективу только в том случае, если более или менее добросовестный (действовавший пусть даже не вполне в рамках закона, но в рамках обычая тех времён) предприниматель будет решительно отделен от нарушившего закон должностного лица органа госвласти, предавшего интересы общества и государства.
    Может ли такой вариант быть осуществлён? Мог бы быть, и общество такой вариант безусловно приветствовало бы. Но осуществить его в нашей стране, как и вариант предыдущий, могут лишь Президент и Парламент, опирающиеся не на тех, кому в этом случае все же придётся немного подвинуться, и не на тех, кто кругом “на крючке” и потому готов выполнить любую команду...

СВЯТАЯ ПРОСТОТА: ОНИ БОЛЬШЕ НЕ БУДУТ (вариант подведения черты под прошлым)

    Вариант четвёртый - ещё более компромиссный. Это уже компромисс по отношению и к волкам (новым собственникам), и к овчаркам (должностным лицам Правительства), переметнувшимся в своё время на сторону волков и, соответственно, предавшим своих хозяев (своё государство и свой народ). Хотя кто-то может счесть его и за торжество гуманизма, а с учётом его вынужденности, - может быть, миролюбия и здравого смысла... Суть варианта в том, чтобы принятием соответствующего закона подвести некую черту под прошлым и считать всё, что было до “подведения черты” -законным; а вот если уже после кто-то будет шалить -тут уж по всей строгости закона. Вариант весьма популярный, но также имеющий ряд своих “но”.
    Во-первых, это же придётся когда-то остановиться. Ведь если сегодня всерьёз подвести черту, то завтра -будет уже нельзя? А ведь хочется ещё, и у государства ещё много всего осталось. Да вообще-то, у государства и всегда будет что взять...
    Во-вторых, суть официального подведения черты в том, чтобы грабители и ограбленные торжественно пожали друг другу руки и больше зла не держали. После этого абсолютно в дураках останутся лишь добропорядочные и законопослушные граждане. И самое главное:
    возникнет прецедент, который вполне можно повторить и в будущем - дорожка-то уже будет проторена...
    В-третьих, а где гарантии того, что завтра или послезавтра, после смены Президента и Парламента, может быть, после очередного какого-нибудь дефолта и существенных изменений в настроении и дееспособности общества, какой-нибудь новый состав Конституционного Суда не признает этот закон о “подведении черты” антиконституционным? И что тогда? Простой человек этот вариант может и не принимать в расчёт, а вот потенциальный инвестор, которому надо принять решение, вкладывать ли в такой стране свои серьёзные средства в долгосрочный проект, не учитывать подобный риск не может.
    И что тогда в результате? В результате мы получим законодательное подтверждение и освящение на будущее разложения общества, но никаких долгосрочных инвестиций и соответствующего нашим потребностям экономического развития ожидать не приходится.
    Но даже и этот почти толстовский вариант скорее всего реализован не будет. Ведь кто его может реализовать в нашей нынешней ситуации? Президент. А зачем ему это? Сейчас и Потанин, и Абрамович, и прочие хорошо понимают, на каком зыбком основании держится их сверхблагополучие. Их можно равноудалить, можно приблизить, можно вновь удалить, но уже не “равно-”, а можно и ещё что-нибудь. Похоже, логика такова: в целях обеспечения “государственной дисциплины” и торжества “вертикали власти” пусть уж лучше тоже остаются на крючке.

ОНИ И ДАЛЬШЕ БУДУТ (утереться и подставить другую щеку)

    Вариант пятый - уж совсем толстовский: всех простить, но черту не подводить - в том смысле, что можно всё то же самое продолжать и дальше. По существу, именно этот вариант предложили несколько депутатов Думы в форме законопроекта о том, чтобы срок исковой давности по имущественным претензиям (в том числе и в части возвращения государству незаконно отчуждённой собственности) сократить до трёх лет. Что ж, этот вариант в значительной степени решает проблему спокойного сна тех, кто не хотел бы лишаться неправедно добытого. Но, тем не менее, он абсолютно не приближает нас к решению проблемы экономической - к созданию благоприятных условий для инвестиций в развитие национальной экономики.
    Более того, если одна частная проблемка при этом решается - незаконно отторгнутая у государства собственность закрепляется за новыми владельцами, то с точки зрения экономики возникает уже другая, более крупная проблема. Сравните: например, во Франции срок исковой давности по имущественным отношениям -тридцать лет. Насколько же не в себе надо быть потенциальному инвестору, которого заманивают в Россию для участия в долгосрочном проекте со сроком окупаемости в пять или десять лет, чтобы согласиться участвовать? Ведь если его попытаются обмануть (а у нас попытаются обязательно) и он не сразу это заметит, то спустя всего три года что бы то ни было делать будет уже поздно - поезд ушел...

УТЕРЕТЬСЯ, НО ДЕЛАТЬ ВИД, ЧТО ЩЕКУ НЕ ПОДСТАВЛЯЛ

    И, наконец, вариант шестой, самый наш: ничего не делать и одновременно делать вид, что проблемы не существует. К этому все практически и сводится в периоды относительного спокойствия и уверенности, что нынешний Президент, несмотря на всю грозную риторику о “диктатуре закона”, тем не менее, “передела собственности” и пересмотра итогов приватизации не допустит. Вариант вполне жизненный, решающий, кроме всего прочего, важную политическую задачу - гарантирование искренних усилий и вложение максимальных средств самыми богатыми в нашей стране в переизбрание действующего Президента. Почему? Так ведь в этом нашем варианте он действительно (почти так, как и предписано ему Конституцией) является гарантом. Но только гарантом не соблюдения Конституции, а напротив, применительно к данной проблеме - её попрания и недопущения торжества закона.
    Этот действующий вариант, похоже, как мы видим, всех устраивает - раз ничего иного не происходит. Значит, он всем хорош?
    И действительно, согласитесь, неплохой вариант: и волки при своих, и овец убедили, что, во-первых, ничего не было, во-вторых, уж теперь-то точно больше не будет, а в-третьих, если и будет, то это совсем не больно. И волки сыты, и волки будут сыты, и овцы сами себя убеждают, что будут целы...
    Есть, правда, и у этого варианта один маленький недостаток. Всего один и совсем маленький. А именно:
    вложению действительно серьёзных средств в долгосрочные проекты модернизации собственности, полученной сомнительным путём, он не способствует. И тем самым прямо противоречит интересам большинства населения страны, интересам нашего экономического и социального развития.
    Но до таких ли нам мелочей?

ЕСЛИ РЕШЕНИЯ В ИНТЕРЕСАХ ОБЩЕСТВА НЕТ, ОНО НАХОДИТСЯ ВОПРЕКИ ИНТЕРЕСАМ ОБЩЕСТВА

    В этих условиях сами новые собственники, естественно, не желающие вечно быть в зависимости от переменчивой политической погоды и конъюнктуры во власти, находят свои, вполне разумные в их положении решения. Решения - в точности те же, что в нашей стране обычно используют в акционерных обществах управляющие для буквального выдёргивания собственности из-под реальных собственников - естественно, противозаконного, но у нас фактически ненаказуемого.
    Технология проста. Если нечто, называемое “НН” и имеющее вполне реальную стоимость, по тем или иным причинам завтра могут отнять, то вполне логично всё, что есть ценного в этом “НН”, перевести в некое другое образование “ПП”, а в “НН” оставить лишь долги. Это можно сделать впрямую, открыто и быстро, например, через какие-нибудь липовые контракты, невозвращаемые краткосрочные кредиты, взятые под залог ценного оборудования, и т.п. А можно и более скрытно, чуть растянув во времени - замыкая вход и выход предприятия на свои подставные структуры. И если регулярно закупать сырье, оборудование, материалы и всяческие (зачастую абсолютно ненужные) услуги по хотя бы чуть завышенной цене, а продавать свою продукцию оптом по цене чуть заниженной, то скоро от “НН” останется одна лишь торговая марка, которую, впрочем, если она представляет какую-то ценность, тоже можно заложить все тем же своим подставным структурам...
    Так и делают. Но если к объекту уже привлечено общественное внимание, то подобные манипуляции слишком заметны. Да и как в таком случае новым собственникам рапортовать о потрясающих успехах в управлении предприятием?
    Та же технология реализуется менее заметно, если начать постоянно проводить некие реорганизации, а упомянутые новые образования называть как-нибудь так, чтобы было легко спутать с исходным. И вот рядом с РАО “НН” появляются АО “НН”, ОАО “НН”, 000 “НН”, Горнообогатительная компания “НН”, какое-нибудь РАО “НН плюс” и т.п. Да ещё и со сложным переплетением в отношениях собственности между всеми этими возможными организациями. Здесь и фантазия, и реальная практика - беспредельны.
    И нужный результат таким образом достигается. Когда надо говорить о достигнутых невероятных успехах -можно привезти всех на РАО “НН” и показать, как идёт работа, а заодно и предъявить данные о состоянии дел в ... 000 “НН”. Когда же возникает вопрос расплаты по долгам или, тем более, возврата собственности государству -пожалуйста, забирайте своё РАО “НН”, в котором всё равно кроме долгов давно ничего нет. А машины, оборудование и прочее, что вы видели своими глазами на РАО “НН” - так это все уже давно принадлежит какому-нибудь ТОО “НН”, а РАО “НН” все это брало у ТОО лишь в аренду, да и то - за аренду не рассчиталось...
    Ну вот, - воскликнет обрадованный читатель, - значит решение всё-таки есть. Да, пусть государству ничего не вернётся, но ведь всем этим ООО, АО и другим новообразованиям на месте старого госпредприятия теперь-то уж точно ничего не грозит - можно спокойно работать? И то, что важно для экономики - стабильность отношений собственности - достигнуто? А значит, есть возможности инвестирования в развитие этих предприятий - это же решение проблемы?
    Решение. Но лишь до тех пор, пока не схватили за руку. И если кто-то думает, что за руку не хватают, потому что не могут - глубочайшее заблуждение.
    Да, действительно, в отличие от западных стран, у нас сами по себе сделки с аффиллированными (то есть, связанными) компаниями не являются нарушением закона, влекущим за собой серьёзные юридические последствия. И это (кроме прочего, о чём мы уже говорили, а также будем говорить ниже) открывает безграничные возможности для махинаций. Но уже за махинации, если доказать их мошенническую суть, наказание всё-таки предусмотрено.
    Что мы получаем в результате, если учесть, что применительно к наиболее интересующим нас ключевым стратегическим объектам провернуть вышеописанные махинации так, чтобы этого никто не видел, практически невозможно? Значит, все эти махинации могут осуществляться лишь постольку, поскольку высшая государственная власть готова смотреть на них сквозь пальцы и, при “правильном” поведении подопечных олигархов, до поры до времени их не трогать. И что получаем в итоге? В итоге всё то же самое, что и раньше: великие олигархи остаются на крючках, а вся их собственность, кроме той, что удалось вывезти за границу -на волоске. Значит, всё что можно - за границу...

БАРИН НАС РАССУДИТ (окончательное решение бесконечной проблемы)

    И вот уже Президент страны сам лично принимается за радикальное решение проблемы, а точнее - за спасение олигархов от преследований на Западе: мол, не вернёте деньги из оффшоров - будете пыль глотать в тамошних судах... Бурные и продолжительные аплодисменты. И вот уже - поручение срочно разработать и внести законодательную инициативу об амнистии нашим вывезенным за рубеж капиталам... Аплодисменты ещё более бурные и продолжительные. Какая же проблема при этом решается, и решается ли?
    Красиво звучит: если вывезенные деньги - не преступные в иных смыслах, а только лишь уведённые от налогообложения, - заплати тринадцать процентов подоходного налога и спи спокойно. Хорошо?
    Хорошо. Но подразумевается, что нужно доказать: средства действительно в иных смыслах - не преступные. Значит, надо показать весь круг операций уклонения от налогов, что называется, всю чёрную бухгалтерию? То есть, во-первых, надо фактически раскрыть и круг соучастников, в том числе из числа должностных лиц органов госвласти. Или им с полученных в различных формах взяток - тоже достаточно лишь заплатить тринадцатипроцентный налог? И во-вторых, как выделить из чёрной бухгалтерии лишь ту часть, которая покажет один вид преступлений, но скроет остальные? Например, фальсификация бухгалтерской и отчётной документации - это уже преступление иное, нежели лишь сам факт уклонения от налогов. Иным - более широким - оказывается и круг вовлечённых в преступление...
    Допустим, простить решат и соучастников, в том числе по всему кругу преступлений, связанных с основным - совершенных в обеспечение возможности уклонения от налогов. Но ситуация осложняется, если учесть, что в значительном числе случаев, если не в большинстве, хитрыми “проводками” и прямыми махинациями, в том числе и с конечными пунктами в офф-шорах, деньги скрывали не только от налогов, но одновременно и от сособственников-акционеров: как от государства, так и от частных физических и юридических лиц. А это уже иное преступление - мошенничество с присвоением чужой собственности. Или это тоже предполагается простить?
    Но даже если и это государство простит, граждане-то - не обязаны? И тем более обманутые иностранные
    партнёры и акционеры - уж им-то прощать наших “героев” явно никакого резона нет?
    Что ж, в такой ситуации сам собой напрашивается вариант, когда доказывать происхождение средств будет не нужно. То есть то, что деньги - не преступные, а лишь сокрытые от налогов, будут принимать на веру. Такой вариант будет означать юридическое закрепление статуса России как государства преступного - покровительствующего мировой наркоторговле, международному терроризму и т.п. Такое решение представляется маловероятным, так как кроме последствий моральных очевидны и предсказуемы последствия юридические и экономические: все двери, какие только можно для нас закрыть, закроют на абсолютно законных и по большому счету действительно справедливых основаниях.
    Конечно, о двойных стандартах Запада - хорошо известно. И через какое-то время двери вновь будут открыты, но не надо заблуждаться, - не просто так. В такой ситуации из нас выжмут всё, что только можно. В том числе и прежде всего - в смысле долгосрочных экономических уступок с нашей стороны. То есть как ни крути - в случае такого решения вполне предсказуем не предполагаемый ныне выигрыш, а прямой и долгосрочный экономический ущерб экономике всей страны, по сравнению с которым даже выигрыш отдельных олигархов от дополнительной частичной легализации капитала представляется весьма иллюзорным.
    Что же остаётся? Реально, похоже, будут пытаться найти такое решение: вроде что-то и проверять (чтобы деньги международного терроризма - ни-ни!), но как бы сквозь пальцы. То есть опять - все на усмотрение власти. А значит - только попробуй высунуться: сегодня - вроде бы как простят, а будешь себя плохо вести - привлекут завтра по вновь выявившимся обстоятельствам. Куда деваться бедному олигарху? И много ли найдётся желающих быть на таких условиях прощёнными матерью-родиной?
    Конечно, мы в данном случае рассуждаем не о судьбе наших “трудоголиков” и “меценатов” - как их любят представлять в наших глянцевых журналах для наивных.
    Нас больше интересует стабильность прав собственности на ключевые стратегические объекты и возможности инвестиций в долгосрочные проекты по насущно необходимой модернизации важнейших предприятий. Но к этому мы, похоже, - вовсе не приближаемся.

Глава 3. АУКЦИОН ПО “ПОНЯТИЯМ”, ИЛИ КАК У НАС НЕВИДИМАЯ РУКА ГОСУДАРСТВА ПОДПРАВЛЯЕТ НЕВИДИМУЮ РУКУ РЫНКА

    Почему всё, что я говорю в этой книге о прошлом, мне представляется актуальным и теперь? Потому, что, несмотря на частичную смену фигур во власти, все механизмы, обеспечивавшие возможности махинаций, сохраняются или даже совершенствуются (как мы увидим это ниже на примере нашего Центробанка). Поэтому было бы странно и противоестественно, если бы реальная практика стала соответствовать нынешней красивой риторике, а не этим механизмам. И новые примеры, буквально - у всех на глазах.
    18 декабря 2002 года. Эта книга - уже в издательстве. И тут - такое событие, что просто никак невозможно обойти вниманием.
    Итак: аукцион по продаже контрольного (почти 75-процентного) государственного пакета акций одной из крупнейших и перспективнейших по разведанным запасам полезных ископаемых нефтяной компании “Славнефть”. Стартовая цена - около 1 млрд. 700 млн. долларов США. Цена по результатам аукциона - 1 млрд. 860 млн.долларов США. Как и было предсказано заранее, “Славнефть” попала в руки компании “Сибнефть”, оказавшейся на этот раз в союзе с “Тюменской нефтяной компанией” (“ТНК”).
    Что интересно: сразу оплачивать приобретение вовсе нет никакой необходимости. Это вам не “утром -деньги, вечером - стулья”, а совсем даже наоборот: деньги вносить нужно будет лишь в первом квартале следующего финансового года. То есть по условиям аукциона компанию можно купить, не имея денег вообще: купил (взял) - неформально заложил или перепродал - заплатил...
    Эксперты называют фактическим собственником “Сибнефти”, так удачно преумножившей свои активы, “равноудалённого” олигарха Р.Абрамовича, ныне, как известно, по совместительству ещё и губернатора Чукотки. Соответственно, состояние гр-на Абрамовича считается преумноженным за 2002-й год примерно в два раза.
    Стоит заметить, что частная компания “Сибнефть”, -разумеется, не построена с нуля потом и трудом подобных абрамовичей. Из ряда крупных и перспективных предприятий, созданных в советский период, указом . Президента Б.Ельцина была сформирована эта суперкомпания для того, чтобы её практически тут же в обход закона о приватизации за бесценок заложить. Причём за государственные же деньги и даже без намерения выкупить залог - то есть практически подарить приближённым к Ельцину (см. выше про так называемые “залогово-кредитные аукционы”, проведённые Правительством в 1995 году).
    “Славнефть” - российско-белорусская компания, работавшая вполне успешно (почти на восемь процентов рост нефтедобычи за один лишь 2002 год). В чём была необходимость её продажи? Официально - чтобы частный бизнес обеспечил более эффективное управление ею. Что ж, если это и была главная задача, то проведение открытого аукциона вполне естественно: пусть тот, кто готов больше выложить за компанию на аукционе, затем развивает и совершенствует производство с тем, .чтобы окупить затраты и затем получать прибыль. Все логично.
    Но тут на нашем поле чудес начинают развиваться события, вполне типичные.
    Сначала переполох возникает в связи с намерением участвовать в аукционе китайской государственной нефтяной компании. Это же так можно нам всю “малину” испортить! V китайцев, естественно, под различными предлогами стали категорически отказываться принимать заявку. Раздались даже крики чуть ли не о китайской угрозе. “Государственники” абсолютно сомкнулись с самыми “правыми”: этакая либерально-патриотическая песня -все распродавать, но - не китайцам...
    И тут всякий, пытающийся усмотреть хоть какую-то логику в происходящем, совсем перестал что-либо понимать. Так мы что строим и чем занимаемся?
    Если мы строим либеральную экономику, как это декларируется, то радоваться надо: пожалуйста, “все флаги в гости к нам”. Если либеральную, но здесь исключение - стратегический объект, - то почему это не оговорено заранее? И главное: какие есть основания считать, что для российского государства какой-нибудь гр-н Абрамович в качестве собственника российского стратегического объекта чем-то лучше, чем Китай? Что помешает завтра гр-ну Абрамовичу взять да и сменить гражданство/подданство? Или его за это что - собственности лишат? По закону - нельзя. Ладно, у нас не по закону, а по “понятиям”... А если он сменит гражданство/подданство неформально? Тогда и по “понятиям” -не за что. Ведь у нас, скажем мягко, похоже, что у большинства так называемых “олигархов” неформально гражданство - не только российское...
    Более того, конечно, эксперты знают, кому на самом деле принадлежит “Сибнефть”. Поверим им и мы. Но невредно ведь знать и о том, кто. владеет этой компанией юридически? И те же эксперты нам отвечают: более шестидесяти процентов акций “Сибнефти” (во всяком случае такие данные приводились на лето 2001 года) принадлежит голландским и немецким банкам. ...Интересно: наши сплотившиеся левые и правые “патриоты”, так самоотверженно боровшиеся против китайского нашествия на нашу родную “нефтянку”, об этом знали? Или у нас патриотизм теперь новый, более широкий - европейский?
    И тут порадовало ещё одно заявление: китайцев, мол, нельзя пускать потому, что это не частные инвесторы, а государственные; а у нас - разгосударствление...
    Я, признаться, как-то до сих пор думал, что разгосударствление - это отказ нашего государства от монопольных прав на собственность и передача прав на собственность в обращение на свободный рынок. Свободный. То есть рынок, на котором всякий желающий, в том числе всякая компания, вправе купить товар независимо от формы собственности этой компании-покупателя. Более того, и в Конституции у нас написано, что все формы собственности равноправны. То есть дискриминировать какого-либо потенциального покупателя на том основании, что его форма собственности нас не устраивает, мы просто ещё и не вправе... Кстати, а если теперь “Сибнефть” продаст принадлежащую ей “Славнефть” китайцам, например, этой же самой китайской государственной компании, что тогда?
    Но ещё важнее для понимания сути происходящего в стране другое. Обратите внимание: Россия избавилась от “Славнефти” как от ненужного государству - от того, чем государство эффективно управлять неспособно. Китай же был намерен купить “Славнефть”, видимо, не без оснований полагая, что китайское государство, в отличие от российского, сумеет управлять этой своей собственностью достаточно эффективно. Интересно?
    Можно, конечно, не замечать этого парадокса или пытаться все списывать на якобы отсталую коммунистическую идеологию, которой руководствуются китайские лидеры. Но скажите, в какой из двух стран больше и стабильнее темпы экономического роста? Какая страна считается дальше продвинувшейся по пути именно рыночных реформ? Где, наконец, больше (да ещё и на два порядка!) объем иностранных инвестиций? Причём не спекулятивных, а прямых - производственных...
    И на этом фоне верх глупости (или цинизма?): корреспонденты разных телеканалов заливаются от счастья: “Государство заработало всего за пять минут почти два миллиарда долларов!”
    Во-первых, не заработало, а выручило. Несколько поколений наших людей все это создавали не пять минут и даже не пять лет...
    Во-вторых, ладно, не пустили китайцев - они, в конце концов, все и сами поняли. Осознали, что в этой стране с якобы рыночной экономикой работать им не дадут. Скорее всего, наши нашли способ им ещё и неформально что-то объяснить - те поняли и в последний момент свою заявку отозвали. Но были ведь и другие конкуренты - их тоже отсеяли. И какова цена “аукциону”, на который реальных конкурентов просто не допускают?
    Так, в программе “Сегодня” на НТВ привели фрагмент интервью вице-президента компании “Рос-нефть” Н.Борисенко, который перед самым аукционом получил уведомление о недопуске к участию в аукционе. Борисенко сказал буквально следующее:
    “...Потому, что конкурентов не было. Мы готовы... Я шёл с директивой предложить за этот пакет два с половиной миллиарда долларов.”
    Есть разница? Что лучше для государства - для нас с вами - получить 2,5 миллиарда долларов или только 1,86 миллиарда?
    По существу, это означает сговор, в результате которого у нас с вами украли более шестисот миллионов долларов. А может быть и существенно больше - если учесть, что фактически сначала не допустили, а затем и вынудили отказаться от участия в аукционе китайцев.
    Не менее важно и другое. У всех, кто более или менее наблюдал за ситуацией, сомнений в том, кому передадут “Славнефть”, не было и изначально. Во всяком случае после того, как ещё за полгода до аукциона на руководство этой компанией, тогда ещё полностью контролируемой государством, поставили нового управляющего - бывшего менеджера из команды Абрамовича. Это такой специфический отечественный вариант “предпродажной подготовки”. Но всё-таки интересно:
    один и тот же менеджер, пока компания государственная, - управлять не умеет, а как стала частной - сразу научится? Вот ведь воистину - чудеса либерализма. И, соответственно, сразу после аукциона озвучили решение: менеджеров менять не будут...
    Вопрос для самопроверки: на что теперь направят свои усилия собственники и управляющие “Сибнефти”, “ТНК” и “Славнефти”? На совершенствование производства, внедрение новейших технологий, повышение качества бензина и моторных масел? На снижение себестоимости продукции и её продажной цены на внутреннем рынке для стимулирования спроса на свою продукцию? Или на получение от власти испытанным и уже многократно проверенным методом все новых и новых разнообразных преимуществ перед конкурентами? А также на недопущение экспортных пошлин и иных ограничений на вывоз за рубеж сырой нефти и продуктов её переработки, что приведёт к дальнейшему росту цен на энергоносители на внутреннем рынке вплоть до европейского уровня (американцев мы уже почти догнали)?...
    Помните, был такой миф об одном из важнейших достижений нашей нынешней власти, в отличие от предыдущей, - “олигархов равноудалили”? А раз равно-удалили - конкуренция реальная возникнет, инвестиции пойдут, развитие начнётся. Красивый был миф...

Глава 4. КУСАЧАЯ СОБАЧКА БЕЗ ПОВОДКА (как наше корпоративное управление препятствует инвестициям в развитие)

    Если мы говорим о стабильности прав собственности, естественно коснуться и той части проблемы, которая проистекает не из обстоятельств приобретения собственности, а из действующих механизмов лишения собственников их законных прав. И первый из этих механизмов связан с особенностями регулирования корпоративного управления, а также степенью защищённости собственников, особенно так называемых миноритарных (мелких) акционеров, от деятельности управляющих и владельцев контрольного пакета акций предприятия.
    Наш рынок ценных бумаг, о котором подробнее мы будем говорить ниже, имеет некоторую специфику. Смысл имеют либо краткосрочные заведомо спекулятивные операции, либо захват контрольного пакета акций. Владение же просто пакетом акций объективно успешного и перспективного предприятия - нерационально. Во всяком случае, если не ставится цель захвата контроля над предприятием или перепродажи пакета тому, для кого этот пакет критически важен (опять же -для установления контроля над предприятием). Владение же пакетом акций предприятия с целью получения стабильного дохода от дивидендов и/или роста курсовой стоимости акций в долгосрочной перспективе - нерационально, если не бессмысленно. Почему?

УПРАВЛЕНИЕ - КАК МЕТОД ПРИСВОЕНИЯ

    Ответ известен: если предприятие не в ваших руках -пусть оно является даже трижды успешным и объективно высокорентабельным - никакого дохода в долгосрочной перспективе от владения его акциями вы не получите.
    Прежде всего, у нас вовсе не преследуются и тем более не караются действия, которые в западном корпоративном праве категорически пресекаются и за которые там всерьёз наказывают. Это касается как выше уже упоминавшихся сделок с аффиллированными компаниями, так и ряда иных типичных для нас весьма непрозрачных “схем”, включая разнообразные хитрые взаимозачёты и т.п. Это означает, что вполне легально и почти открыто можно осуществлять сделки по перекачиванию реальных ресурсов и собственности из одних предприятий в другие - принадлежащие заинтересованным в этих сделках лицам. Оспорить что-либо в гражданском процессе, опротестовать сделки, да ещё и взыскать с виновных управляющих нанесённый акционерам ущерб - практически нереально. При попытке же организации уголовного расследования и привлечения виновных к ответственности за мошенничество, даже если и выявляются явные нарушения закона, допущенные управляющими предприятием, тем не менее, в конечном счёте все упирается в фактическую недоказуемость корыстного мотива тех, кто нарушал закон.
    Кроме того, даже если бы у вас и были какие-то рычаги воздействия по пресечению этих сделок, вы не могли бы ими своевременно воспользоваться, так как не имеете доступа к объективной информации о состоянии предприятия и о реальных прибылях от его деятельности, а также о подозрительных или заведомо невыгодных для акционеров сделках.

АУДИТ: ДЛЯ ВСКРЫТИЯ ИЛИ СОКРЫТИЯ?

    Правда, существует ежегодный аудит предприятий. И, казалось бы, аудиторских фирм много, они конкурируют между собой - почему же нет информации? Верно, аудиторские фирмы конкурируют, но в борьбе за что? За заказы и их высокую оплату. А кто является заказчиком их услуг? Владельцы контрольных пакетов акций и контролируемый ими менеджмент - именно те, кто как раз и заинтересован в сокрытии объективной информации. Интересуется ли объективным аудитом наш рынок капитала? Практически нет - в силу преимущественно спекулятивного характера рынка и твёрдой уверенности большинства игроков в том, что кроме белой бухгалтерии, отражаемой в отчётности и анализируемой аудитом, в наших условиях, естественно, есть ещё и бухгалтерия чёрная, попытка выявления которой нашим аудитом была бы просто дурным тоном и свидетельством неадекватности аудиторов нашим реалиям...
    Логично, но как же тогда на Западе? Почему там институт независимого аудита работает, а конкуренция аудиторских фирм приводит не к поголовной круговой поруке, а напротив - к щепетильности и ответственности аудиторов?
    Сразу стоит заметить, что и на Западе не все в этом смысле абсолютно идеально. Крупнейшие мировые аудиторские компании периодически оказываются в центре скандалов, связанных с фактическим соучастием в фальсификации отчётности - как это было недавно при крушении крупнейшей энергетической компании США. Тем не менее, у них это скорее - исключение из правила. За счёт чего же формируется основное правило, принципиально отличное от нашего?
    На Западе, как и у нас, аудиторские компании нанимаются предприятиями для того, чтобы продемонстрировать порядок и соответствие отчётности реальному положению дел. Разница же состоит в том, кому и зачем они хотят этот порядок продемонстрировать.
    Если мы у себя хотим продемонстрировать якобы порядок своим же акционерам, то мы, естественно, нанимаем карманную или полукарманную компанию, которая без лишних придирок выдаст нужный результат. Кто может этот результат оспорить? Никто. И даже если у некоторого меньшинства акционеров есть серьёзные основания такому аудиту не доверять, тем не менее нанять аудит альтернативный - задачей которого будет не скрыть реальную ситуацию, а выявить её - такого права у меньшинства акционеров нет. Таким образом, формируется ясный основной мотив в деятельности аудиторов: кто платит им деньги, тот и заказывает музыку.
    В ряде западных стран, в отличие от нас, меньшинство акционеров в определённых случаях имеет право на проведение альтернативного аудита своей компании или назначение альтернативного аудита по требованию меньшинства акционеров судебными органами - отсюда возникает спрос на уже весьма придирчивый аудит.
    Кроме того, в стабильных западных условиях, когда основная прибыль собственников черпается не из спекулятивных операций, а из производственной деятельности, большинство предприятий обращены лицом к рынку капитала и кровно заинтересованы в доверии этого рынка к ним. Без этого невозможно получить сравнительно дешёвые деньги в долгосрочные инвестиции на своё ускоренное развитие. Чем обеспечить доверие к себе не нашего спекулятивного рынка, а рынка капитала долгосрочных инвестиций? Известно: ясной и прозрачной отчётностью, подтверждённой независимым весьма дотошным аудитом. То есть аудитом уже не тем карманным, который вполне достаточен в вышеописанном российском случае, а лишь тем, которому доверяет рынок капитала. И ситуация получается обратная нашей: платит за аудит (так же, как и у нас) предприятие, но музыку заказывает (в противоположность нам) не тот, кто платит, а тот, кому хотят продемонстрировать порядок в делах. Таким образом, на Западе права акционеров и рынок капитала формируют спрос на хорошо оплачиваемый весьма и весьма придирчивый аудит.

ЖЕРТВЫ - В СОЮЗЕ С ПРЕСТУПНИКАМИ

    Наша же ситуация отягощена ещё и тем, что наличие двойной бухгалтерии было и остаётся до сего момента не только типичным, но даже и морально оправдываемым в обществе - якобы абсолютно людоедской налоговой системой. Что ж, надо признать: наша налоговая система действительно - не подарок. Но парадокс в том, что, будучи в той или иной степени неформально согласны на махинации управляющих (обычно зависимых от владельцев контрольного пакета акций) с целью “минимизации налогов”, мелкие акционеры тем самым оказываются фактически согласны с махинациями, позволяющими управляющим скрывать прибыль и от акционеров. Более того, тем самым акционеры фактически становятся вынужденными пособниками управляющих даже и в тех махинациях, которые позволяют управляющим постепенно лишать акционеров приходящейся на их пакеты акций реальной доли собственности. Со временем, конечно, это проясняется, но лишь тогда, когда сделать что-либо уже поздно.
    И важно отметить, что это проблема не только институциональная - связанная с недостатками налоговой системы и т.п. (то есть с тем, что, при наличии определённого здравого смысла и воли, вполне можно сравнительно быстро скорректировать), но ещё и субъективно-психологическая. Причём проблема не сиюминутная, не связанная исключительно с нынешними временами, а затрагивающая глубинные и долгосрочные установки в поведении наших людей.
    В подтверждение этого приведу такую историю. Около пятнадцати лет назад на одном хорошо мне известном предприятии были организованы два садоводческих товарищества. Земельные участки выделили в двух разных районах: заслуженным, ветеранам и руководству - в престижном месте близко к городу, остальным - подальше и похуже, и даже в противоположном от города направлении. Но что в обоих случаях оказалось общим? В обоих случаях председателями выбрали явных и известных (на своём уровне - в соответствующем коллективе) ловкачей-пройдох, которым в иной ситуации ещё подумали бы, дать ли в долг сто рублей. Почему выбрали именно их, зачем? Логика поражала своей наивностью: “Этот Вася (или Петя) - такой шустрый, такой прохиндей - он и для нас что-нибудь сумеет схимичить”... То есть в том, что эти ребята будут “химичить” - сомнений не было. И более того - их сознательно для того и выбирали. Но откуда же взялась такая просто головокружительная в своей наивности надежда, быстро переросшая в уверенность, что они будут химичить для нас, а не для себя - нам в ущерб?
    Думаю, нет особой нужды детально пояснять, как развивались события в обоих садоводствах в дальнейшем - примерно так, как и во всей стране...

ПРАВА С ОГРАНИЧЕННЫМИ ГАРАНТИЯМИ

    А как вам такое: “Общество с ограниченной ответственностью “Первый независимый регистратор”? Это не я придумал. Это официальное название одной из многочисленных частных компаний, являющихся “реестродержателями” (держателями официальной документации о том, кому принадлежат какие доли собственности на предприятие) наших акционерных обществ.
    А ведь здорово придумано. Представьте себе - продолжим такую логику дальше - почему бы, если. развивать законодательство подобным образом, таким же ООО не регистрировать наши права собственности на квартиры, земельные участки, а затем и гражданство, выдавать паспорта и т.п.? А как приятно, когда небо над нами и государственную границу защищает тоже общество с ограниченной ответственностью? И приговоры убийцам, насильникам и ныне модным “международным террористам” - почему бы тоже не выносить, а затем и исполнять каким-нибудь ТОО? Кстати, тогда и списки лиц, осуждённых к уголовному наказанию, тоже логично хранить в каких-нибудь вторых или третьих “независимых реестродержателях”?
    Скажете, абсурд? Вовсе нет. И в ряде важнейших направлений деятельности органов государственной власти по этому пути уже пошли. Например, при внимательном прочтении закона о Центральном банке нашей страны (о чём мы ещё будем говорить ниже) нельзя не сделать вывод о том, что важнейшие функции государства в экономике у нас исполняет некое заурядное ТОО с уставным капиталом всего в три миллиона (с 2003 года - три миллиарда) рублей... Но вернёмся к правам собственности акционеров.
    Пусть вы - акционер какой-то компании. Чем защищены ваши права? Конечно, если реестродержатель начнёт сознательно фальсифицировать реестры собственников, будь это доказано, его теоретически ждёт тюрьма. Допустим, ждёт. А если он сознательно ничего не фальсифицирует, а просто в нужный момент реестр ... теряет? Или, чтобы претензии свести уже совсем к минимуму, даёт возможность реестр акционеров предприятия выкрасть? Это ведь - весьма типичная ситуация. И тогда - вообще ничего, кроме ограниченной ответственности, в лучшем случае - в пределах уставного капитала, как правило, мизерного... А у метро видели людей с яркими такими плакатами: “Ликвидация фирм, в т.ч. вместе с долгами”? Тоже очень удобно. Есть реестродержатель и соответствующий реестр - есть акционерное общество. Сдуло ветром соответствующее ООО, являвшееся реестродержателем - что с акционерным обществом? Как отделять законные права на собственность от сфальсифицированных - большой вопрос. И пока этот вопрос будет по судам решаться, причём с заранее неизвестным результатом - сколько всего интересного на предприятии с вашей собственностью может случиться и фактически в нашей стране случается?
    На это мне, конечно, скажут, что есть ведь ещё и государственная регистрация прав собственности, и потому подобное - невозможно.
    Да, государственная регистрация и контроль со стороны Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (ФКЦБ) вроде бы есть. Но только как все это работает? Вернёмся к вышеописанному примеру с РАО “ЕЭС России” (см. “Свой среди тупых. Или продажных?”). Если не в каком-то малоизвестном АО где-нибудь в Драниш-никах, а в этой крупнейшей федерального значения корпорации-монополисте (да ещё и более чем наполовину государственной) будущего главу компании ввели в Совет директоров некие иностранные юридические лица, по российским законам вообще не имевшие права участвовать в собрании акционеров, и все регистрирующие и контролирующие государственные органы вместе взятые, включая ФКЦБ, восстановить законность не захотели или не смогли, то можно себе представить, что происходит с правами собственности в разбросанных на наших необъятных просторах бесчисленных мелких акционерных обществах...

УДУШЕНИЕ ПО ЗАКАЗУ

    Если не останавливаться на случаях прямого бандитизма, когда собственность просто отнимается силой, что в нашей стране до сих пор тоже случается, а рассматривать лишь сравнительно законные по своей хотя бы внешней форме действия, то вторым в ряду реально действующих в нашей стране механизмов лишения прав собственности (а может быть, и первым по значимости) является процедура банкротства предприятий.
    Фактически действующее в нашей стране законодательство о банкротстве и судебная практика позволяют, имея соответствующую поддержку власти, с лёгкостью отнять собственность при задержке какого-либо платежа на весьма и весьма незначительную сумму. Особенно опасно в этом смысле работать по выполнению каких бы то ни было заказов государства, которое, как правило, не спешит рассчитываться со своими поставщиками и тем самым порождает длинные и запутанные цепочки неплатежей. Соответственно, рискуют не только те, кто взаимодействует с государством напрямую, но и те, кто так или иначе попадает в цепочку неплатежей. При этом государство ни к какой ответственности за задержки платежей привлечь невозможно, но, в то же время, частное предприятие, задерживающее платежи из-за недопоступления средств за выполненные работы, в том числе из-за недопоступления средств от государства, можно без каких-либо препятствий обанкротить.
    Сама процедура банкротства тоже весьма изящна.
    Во-первых, если процедура возбуждена, то расплатиться даже со сравнительно пустяковой просроченной задолженностью предприятие уже не может. Сначала -из-за непринятия платежа тем субъектом, которому задолжали. То есть хочу и готов заплатить, но не могу, так как некуда перечислять средства - для создания такой ситуации предусмотрен целый ряд лазеек. А затем -в силу ареста счетов и невозможности осуществления расчётов, даже если средств, например, наконец-то поступивших от должников, более чем достаточно.
    Во-вторых, оспорить решение низшей арбитражной инстанции в вышестоящем суде - практически невозможно. Добавьте к этому специфическую судебную процедуру в арбитражных судах, значительно менее формализованную, нежели в судах общей юрисдикции.
    И в-третьих, назначаемый арбитражным судом временный управляющий, как правило, оказывается человеком далеко не случайным, не чужим для тех, кто является заказчиком банкротства данного предприятия. Добавьте к этому уже упоминавшееся выше отсутствие в нашей стране запрета на сделки с аффиллированными компаниями. И, плюс к тому, отсутствие реальной ответственности временного управляющего, в том числе и в случае, если в результате его действий ранее вполне благополучное предприятие (а у нас банкротят прежде всего предприятия именно вполне благополучные и перспективные) действительно будет доведено до полного краха.
    Есть ещё и четвёртый и, наверное, главный фактор, благоприятствующий возможности запуска процедуры банкротства почти на любом предприятии - даже на таком, где дела идут прекрасно и никаких долгов нет. Это -моральное состояние общества, специфическая деловая этика. В частности - отсутствие презрения и неприятия в каком-либо виде измены, предательства, торжество в самых широких слоях общества совершенно антисоциальной идеологии допустимости любого обмана ради сиюминутного личного преуспевания.
    Что ж, это вполне естественно в обществе, в котором практически на всех ключевых позициях (не только во власти, но и в экономике, и в сфере культуры, и в средствах массовой информации) находятся люди, либо сами хорошо погревшие руки на развращении общества и разрушении государства, либо их ставленники. Но каковы экономические последствия такого морального состояния общества, в частности, с точки зрения возможностей необоснованного отчуждения собственности через процедуру банкротства?
    Экономические последствия таковы: отсутствие общественного неприятия и механизмов пресечения всяческого предательства открывает практически неограниченные возможности для подкупа руководителей той компании, которую намереваются поглотить через процедуру банкротства.
    Невозможно или затруднительно это лишь в двух случаях. Во-первых, там, где руководителем является непосредственно собственник, да ещё и умудряющийся лично держать под контролем все платежи - его нечем подкупить. И во-вторых, там, где предприятие находится в руках людей, предпочитающих при решении возникающих проблем правовым методам бандитские. То есть в ситуации, когда управляющий твёрдо знает, что если о его сговоре с кем-либо станет известно, то даже если исходные собственники предприятия будут физически уничтожены, в любом случае рано или поздно его всё равно “из под земли достанут” - его уничтожение на случай предательства оплачено заранее...
    Во всех же прочих случаях, то есть когда речь идёт о предприятиях, собственники которых пытаются строить на нашей земле более или менее цивилизованный бизнес, все сравнительно просто: достаточно договориться с управляющим, чтобы он на протяжении необходимого времени под различными предлогами или просто “по забывчивости” не осуществлял некоторый вполне пустяковый платёж фирме, связанной с заказчиком банкротства. После же запуска процедуры банкротства доказывать кому-либо что-либо - уже поздно...
    Согласитесь, было бы странно, если бы таким замечательным инструментом не пользовались те, кому понравилось то или иное предприятие, кому доступен механизм запуска процедуры банкротства, кто имеет возможность шантажировать тем или иным способом руководителей предприятий и заставлять их действовать вопреки интересам собственников.
    В целом же важно, что в результате механизм банкротства в нашей стране фактически является не способом прекращения безуспешной либо недобросовестной экономической деятельности и взыскания долгов в максимально возможном объёме, а методом перераспределения собственности. Причём перераспределения, вовсе не обоснованного реально негативными результатами экономической деятельности. И более того, перераспределения от добросовестных собственников в пользу недобросовестных - близких к власти и имеющих возможность использовать подкуп, шантаж и судебную машину для присвоения чужого.

ДОГОНИМ И ПЕРЕГОНИМ АМЕРИКУ?

    Суммируя изложенное, приходится констатировать, что на пути экономического развития мы имеем серьёзное препятствие - отсутствие стабильности и необходимых для долгосрочного инвестирования гарантий прав собственности. И проистекает это как из предыстории становления в нашей стране крупной частной собственности, так и из ныне действующих правовых механизмов, делающих добросовестного собственника весьма уязвимым, а также из состояния самого общества, его морали.
    Означает ли сказанное, что никакие иностранцы со своими деньгами к нам не придут? Нет, вовсе не означает.
    Первое. Пока у нас ещё сохранились какие-то остатки прежнего научно-технологического потенциала, естественно, будет продолжаться взятие его под контроль. Разумеется, не с целью развития и конкурирования с западными корпорациями, но с целью поглощения или постепенного удушения. Хотя этот процесс уже, естественно, на исходе.
    Третье. Крупнейшие мировые корпорации в течение какого-то времени на всякий случай ещё могут содержать и у нас свои “разведроты” - относительно небольшие подразделения и предприятия, пусть даже зачастую дающие и небольшие убытки, но позволяющие держать руку на пульсе ситуации.
    Четвёртое. Ничто не мешает реализации проектов по захвату зарубежными компаниями наших рынков для сбыта собственной (произведённой за рубежом) продукции, пусть даже и с небольшой долей вложенного в конечный продукт российского труда (расфасовка и упаковка готового продукта, конечная сборка предварительно разобранных автомобилей и т.п.)
    Пятое. Также ничто не мешает созданию новых мощностей и модернизации старых - по производству товаров широкого потребления, бытовой химии, пищевой промышленности и т.п. Но лишь при определённых условиях. Во-первых, проект должен быть быстроокупаемым (3-5 лет). И во-вторых, держателем не только контрольного пакета акций, но и всех технологических приёмов, лицензий, “ноу-хау” и т.п. должна быть зарубежная корпорация.
    И шестое. Сложившаяся ситуация способствует приходу на наш рынок весьма специфического зарубежного капитала, этика которого (если не полное отсутствие таковой) вполне соответствует нашим условиям. Приходят те, кто привык работать в “третьих” странах, ладить с любыми, в том числе и самыми в прямом смысле людоедскими режимами. И заниматься при этом, по большому счету, не честным конкурентным бизнесом, а оказанием скрытых услуг властям и получением за это жирных кусков национальной экономики. Это, прежде всего, участие (при наличии доступа к правительственной информации) в разнообразных валютно-финансо-вых махинациях, а также скупка сырьевого сектора экономики. Параллельно возможно и что-то другое.
    В принципе все это тоже может работать, давать продукцию и даже создавать какие-то рабочие места. Но - и это самое главное - сам характер и направленность бизнеса и мотивации деятельности такого капитала никоим образом не содействуют становлению и возрождению национальной экономики, её выводу на конкурентоспособный уровень. Напротив, в этих условиях будет лишь усугубляться наше отставание от уровня мирового развития и подчинённое положение на-' циональной экономики транснациональным корпорациям и наиболее развитым зарубежным государствам.
    А ведь из всего набора условий, необходимых для экономического развития, мы пока рассмотрели лишь одно. И если здесь все уже настолько очевидно не в нашу пользу, то, может быть, другие и рассматривать не стоит?
    Думаю, рассматривать все же стоит. В том числе для того, чтобы иметь общую более системную картину происходящего. А также убедиться: то, что мы не удовлетворяем одному условию - вовсе не исключение из правила.

Часть 3. КРОВЕНОСНАЯ СИСТЕМА ЭКОНОМИКИ

Глава 1. РУБЛЬ ИЛИ ДОЛЛАР? ИЛИ НЕМНОГО ОТ ПЕЧКИ

    Для того, чтобы экономика могла развиваться, кроме отсутствующих у нас ясности и стабильности прав собственности, а также механизмов эффективного управления собственностью, как известно, нужны и иные условия. В частности - единые эквиваленты стоимости товаров и услуг, средства взаиморасчётов и накопления - денежные единицы.
    В принципе, денежные единицы могут использоваться любые: как свои собственные, так и чужие. И даже не государственные, а частные. Но главное - они должны быть надёжными. Согласитесь: кому интересно работать, недосыпать, может быть, рисковать, чтобы в один прекрасный день все заработанное и накопленное обесценилось или пропало вовсе?
    А зачем нужна своя денежная единица? Чем плохо использовать чужую, особенно, если она достаточно надёжна? Казалось бы, одной проблемой меньше?

НЕБЕЗОБИДНАЯ НЕДЕЕСПОСОБНОСТЬ

    То, что люди бывают дееспособны, а бывают и нет -хорошо известно. В гуманных обществах недееспособным или ограниченно дееспособным принято даже за счёт всего общества помогать. А общества и образуемые ими государства сами - всегда ли полностью дееспособны? Как выясняется, общества и государства тоже бывают не вполне дееспособны. И им в этом случае в реальном мире, зачастую, не только нет помощи, но и напротив - приходится за ограниченность своей дееспособности дополнительно расплачиваться, причём весьма недёшево.
    Упрощённо ситуацию можно прояснить на таком примере. Представим себе две группы людей, члены каждой из которых договорились в своём кругу для учёта труда и потребления использовать некие фантики.
    Члены первой группы верят в себя, свои силы и свои способности организовать дело. Соответственно, они выпускают столько фантиков для обеспечения своей экономической деятельности, сколько им необходимо. И эти фантики выполняют у них роль единицы стоимости товаров и услуг, а также средства взаиморасчётов и накопления.
    Члены второй группы по тем или иным причинам не умеют или не верят в свою способность организовать дело. Соответственно, они не доверяют своим фантикам, которые могут обесцениться и похоронить все накопления. И тогда что они делают?
    Тогда члены второй группы для своих торгово-фи-нансовых операций начинают пользоваться фантиками чужими, например, выпускаемыми первой группой. И эти чужие фантики, так же как и в первой группе, выполняют у них роль единицы стоимости товаров и услуг, а также средства взаиморасчётов и накопления.
    Значит, в конечном счёте, у обеих групп все одинаково?
    Да, почти одинаково. С той лишь существенной разницей, что первая группа для обслуживания своей экономики фантики просто нарисовала, а вторая группа для обслуживания своей экономики вынуждена у первой группы эти фантики в необходимом объёме купить. Купить, то есть отдать первой группе свои уже произведённые товары и услуги, не получив взамен никаких товаров. Получив лишь то, на что первая группа не тратила своих ресурсов вовсе, за исключением, может быть, стоимости рисования или печатания этих фантиков.
    Вопрос для самопроверки: при прочих равных условиях у какой группы стартовые условия лучше?
    Но дальше - ещё интереснее. А что если, несмотря на худшие стартовые условия, тем не менее, вторая группа свою экономику развивает? Если она увеличивает объёмы производства и, соответственно, востребует для обслуживания экономики всё больше денежных средств, но при этом сохраняет чужие фантики в качестве своей основной фактической денежной единицы - что при этом будет происходить? В частности, объем практически безвозмездной помощи товарами и услугами (на сумму используемых в экономике фантиков) со стороны второй группы в пользу первой будет уменьшаться или возрастать? Ответ очевиден - возрастать. То есть:
    слабый, ограниченно дееспособный - всё более и более помогает сильнейшему, платит ему своеобразный налог за свою недееспособность...
    Любопытно и сравнить: что происходит в этих двух группах, если возникает необходимость в концентрации ресурсов и проведении каких-то срочных масштабных необходимых всему обществу работ?
    В первой группе логика проста: начинаем работать, а на выполненную работу мы нарисуем дополнительные фантики и их выдадим тем, кто вложил в эту работу какие-то свои ресурсы, включая труд. Условие одно:
    чтобы работы привели к созданию нового продукта, который будет затем покупаться и оплачиваться дополнительно нарисованными фантиками. В противном случае - фантики обесценятся. Этого допустить никак нельзя, так как следствие - переход в фактическое положение второй группы: недоверие к своим фантикам и расплата за это - расходование средств на закупку фантиков чужих...
    Во второй группе и изначальная логика совсем иная: где взять дополнительные фантики, чтобы оплатить дополнительную работу? И приходится брать фантики в долг у первой группы, но не просто так, а под проценты, то есть вынужденно создавая ещё один механизм перетекания реальных плодов труда от менее дееспособных и, соответственно, более бедных к дееспособным и потому богатым.
    И здесь ещё раз важно подчеркнуть: вопрос не в том, имеет ли каждая группа формально свои фантики, а в том, какие фантики в каждой группе пользуются реальным доверием и, соответственно, являются фактически предпочтительным средством взаиморасчётов и накопления.
    Вернёмся от наших условных групп с фантиками к государствам и их экономикам.
    Помните нашего известного государственного деятеля, настойчиво предлагавшего в своё время воспользоваться опытом Аргентины по введению "кэренси-боард" - жёсткой привязки своей валюты к зарубежной, в частности к американскому доллару? Суть предлагавшейся системы: в стране используется своя валюта, но надёжность её обеспечивается тем, что своих денег может быть выпущено исключительно столько, сколько валютных запасов есть у Центробанка. Теперь эта идея считается посрамлённой, и соответствующий бывший министр экономики Аргентины - где-то в бегах. Что, правда, не мешает российскому беззаветному проводнику этой идеи продолжать представлять миноритар-ных акционеров (держателей незначительного количества акций) в наших крупнейших полугосударственных монополиях. Но не в нём дело, а совсем в другом.
    Могла ли сама по себе лишь реализация этой идеи стать причиной развала государственной финансовой системы Аргентины и крушения национальной экономики, как это зачастую постфактум подавалось в нашей прессе? Разумеется, нет. А вот создавала ли эта система стимулы для экономики, или же, наоборот, являлась в определённой степени тормозом для экономического развития - это можно понять, если, вникнуть в её суть и сравнить с нашими вышеприведёнными упрощёнными моделями. И мы видим, что эта система фактически эквивалентна использованию чужой валюты. Какая разница, пользуетесь ли вы во всех взаиморасчётах долларами, или же положили их на хранение и выпустили вместо них местный эрзац-эквивалент? Заплатить доброму заокеанскому дяде своими реально произведёнными товарами и услугами за весь объем денежных средств, обслуживающих вашу экономику, вы всё равно обязаны...
    Таким образом, если мы говорим не об экзотических вариантах типа упомянутой несработавшей аргентинской "волшебной палочки", а о реальном обеспечении использования на своей территории собственной валюты, то это имеет ряд существенных смыслов не только для государства, как образования, интересы которого, зачастую, могут вступать и в противоречие с интересами его граждан, но и для самого общества, для всей его экономики.
    Во-первых, своя денежная единица даёт возможность государству проводить некую осознанную денежную политику в интересах своей, а не чужой экономики. И проведение собственной денежно-кредитной политики зафиксировано у нас, в том числе и в Конституции, как функция государства и его конкретных органов власти. Какой является и какой может и должна быть такая политика - отдельный вопрос.
    Во-вторых, не нужно зря расходовать национальные ресурсы на закупку чужой валюты; не лишним является и эмиссионный доход (от выпуска в обращение собственных "фантиков"), который при этом извлекается в пользу государства, и в нормальном государстве, естественно, должен расходоваться на общегосударственные, то есть общественные нужды.
    В-третьих, использование чужой валюты ставит в зависимость от состояния дел в той стране, чья валюта используется. Причём без какой-либо возможности в случае чего повлиять на развитие ситуации.
    И в-четвёртых, в отличие от практически полностью обезличенных наличных (прошу прощения за каламбур), применительно к деньгам безналичным, местонахождение и пути движения которых более наблюдаемы, в некоторых критических конфликтных ситуациях возможно и попадание в зависимость от отношений со страной, валюта которой используется для обслуживания своей экономики.
    В случае, если общество и построенное им государство признают себя сами заведомо недееспособными, для них естественно отказаться от выпуска собственной валюты и официально пользоваться зо всех расчётах и товарно-денежных операциях какой-либо чужой валютой. Но большинство обществ и государств, как известно, так не делают.
    Причём, как это ни покажется парадоксальным, так не делают, зачастую, может быть, и потому, что для подобного шага тоже необходимо известное мужество. От общества для этого требуется и способность осознать свою на каком-то этапе ограниченную дееспособность, но одновременно и быть дееспособным настолько, чтобы суметь обуздать своих же правителей. Сами посудите: ведь в случае слабости общества и его неспособности жёстко держать в руках своё государство, его правителям и чиновникам вряд ли интересно добровольно отказаться от возможности присваивать себе, как минимум, вышеупомянутый эмиссионный доход?
    Таким образом, большинство обществ и государств от государственной монополии на регулирование денежного обращения на своей территории не отказываются. И вполне справедливо в этом случае считают денежную эмиссию и регулирование денежного обращения одной из важнейших функций государства.
    Не исключение здесь и Россия, имеющая собственную денежную единицу - рубль. Но является ли рубль в России действительно единым эквивалентом стоимости товаров и услуг и единым средством взаиморасчётов и накопления?

КАК РОССИЯ ПОМОГАЕТ АМЕРИКЕ

    О проблеме "дедолларизации" экономики России на протяжении последнего десятилетия не говорил только немой - об этом можно прочитать чуть ли не во всех экономических программах этого периода. И что же? Достаточно раскрыть популярную газету бесплатных объявлений "Из рук в руки", чтобы убедиться: в большинстве объявлений о продаже автомобилей, квартир и т.п. используются либо долларовые цены, либо так называемые "условные единицы" - те же доллары. Некоторые указывают стоимость в евро, но это пока нетипично.
    И разнообразные ущербы для России от такой ситуации - далеко не копеечные. По одному только эмиссионному доходу то, что недобирает Россия (оказывая таким образом безвозмездную помощь экономике США - из-за вынужденной закупки американской валюты) - это не какая-то минимальная прибавка к бюджету, а значительно больше. Сами судите: по оценкам различных экспертов только в "чулках" у наших граждан, то есть вне банковской сферы, в виде накоплений хранится американской валюты на сумму от двадцати пяти до девяноста миллиардов долларов. Если ориентироваться на верхнюю границу - это существенно больше, чем весь годовой федеральный бюджет России. А прибавьте к этому ещё валютные средства наших банков и корпораций. И плюс золотовалютные резервы Центробанка почти в пятьдесят миллиардов долларов, значительная (если не подавляющая) часть которых хранится в американской валюте в зарубежных банках... Оцените хотя бы лишь прямые и очевидные материальные потери. Ведь все это вместе - не что иное, как уже произведённые Россией товары и услуги на сумму в несколько годовых бюджетов России, которые США получили в обмен лишь на обязательства предоставлять свои товары и услуги в будущем.
    За что же США получают столь щедрый и - надо признать - весьма обременительный для нас бессрочный кредит, причём даже не беспроцентный, а, напротив, с "отрицательным процентом" (за счёт инфляции американской валюты в среднем на пару процентов в год)? Казалось бы, исключительно за то, что США сумели сделать свою валюту самой надёжной и высоколиквидной в мире? И это верно. Но это далеко не вся правда.
    Для того, чтобы возникла ситуация, аналогичная нашей, мало того, чтобы доллар был (или, как минимум, казался) самой надёжной валютой в мире. Надо ещё и чтобы наш рубль оказался валютой, скажем мягко, недостаточно надёжной.
    Осознавали ли те, кто раздувал инфляцию ещё при Горбачеве, а затем и уже при Ельцине сознательно пропускал страну через тысячепроцентную инфляцию национальной валюты без каких-либо мер, компенсирующих обесценивание сбережений и сохраняющих покупательную способность населения, что это повлечёт за собой столь далеко идущие последствия - фактическое ограничение экономического суверенитета России?

В ОЖИДАНИИ ПАТРИОТИЧЕСКОЙ ПЕСНИ

    Кто-то, может быть, ожидает, что после такого анализа наших с вами общих потерь от недоверия к своему рублю и использования в стране параллельной заокеанской валюты я призову запретить хождение доллара, как это неоднократно предлагали многие? Или стану убеждать читателей хранить накопления в рублях и не дома, а желательно в нашем родном Сбербанке, вклады граждан в котором якобы гарантируются государством.
    Что ж, скажу честно: я хотел бы дожить до момента, когда с лёгкой душой смогу призвать сограждан доверять рублю и нашей банковской системе. Но, немотря на всю очевидность потерь, которые мы несём от сложившейся ситуации, тем не менее, к сожалению, пока я этого сделать не могу, так как ситуация-то ведь - двойственная.
    С одной стороны, огромная часть реального оборота товаров и услуг обеспечивается не рублём, а долларом (или со временем, может быть, начнёт обеспечиваться евро). Значит, и мы все вместе взятые теряем на более высокой инфляции (на тот же суммарный объем рублей приходится меньше товаров), а также на недополучении государством эмиссионного дохода (на тот же объем товаров требуется меньше рублей).
    С другой стороны, возможность для граждан хранить средства в более надёжной валюте, нежели наш нынешний рубль, а также осуществлять в ней взаиморасчёты создаёт стимулы к труду и накоплению, никем точно не подсчитанные, но не исключено, что и перекрывающие ущерб от параллельного хождения зарубежной валюты.
    Тем не менее, наши потери от такой ситуации очевидны. Естественно возникает вопрос: как нам, сохранив мотивы к труду и сбережению, в то же время избежать этих потерь или хотя бы их уменьшить?

И ДЕДОЛЛАРИЗАЦИЯ НАЧИНАЕТСЯ С... НАВЕДЕНИЯ ПОРЯДКА

    Избавление от чужой валюты в обеспечении собственной экономической жизни целесообразно, но только в случае, если доллар нашему гражданину будет чем реально заменить. То есть если рубль превратится действительно в твёрдую и надёжную валюту. Возможно ли это? Возможно, но...
    Во-первых, это не может произойти быстро. Ведь в жизни во всём, что касается представлений о надёжности, важна предыстория, предшествующий опыт. И если в предыстории России, Советского Союза и затем снова России было достаточное количество случаев (а в таких делах, строго говоря, достаточным количеством является даже и один случай) прямого и весьма наглого ограбления государством держателей его денежной единицы, то для восстановления утраченного доверия нужны и какие-то чрезвычайно веские аргументы, и продолжительный по времени период.
    Во-вторых, не бывает надёжной валюты в странах с неэффективной экономикой. То есть, с одной стороны, надёжность и стабильность национальной валюты - одно из важнейших условий развития экономики. Но, с другой стороны, отсутствие иных необходимых условий для развития экономики и её эффективности (в том числе рассмотренное выше отсутствие стабильности прав собственности и адекватных механизмов управления ею) - прямое препятствие созданию действительно долгосрочно надёжной и стабильной национальной валюты.
    И в-третьих, необходимы институциональные гарантии невозможности все новых и новых "игр" с рублём. Это законодательные нормы и правила организации и деятельности Центробанка, которые бы обеспечили его работу в интересах общества и экономики, а не в интересах близких к руководству страны и Центробанка групп финансовых спекулянтов, минимизировали бы возможности злоупотребления руководством Центробанка своим должностным положением. С учётом же предыстории и относительной слабости общества и общественного контроля за властью, а также общего фона безнаказанности руководства страны, логично, чтобы эти нормы правил, ограничений и публичности в деятельности высше 'о органа финансовой власти были ещё более жёсткими, нежели в государствах с устойчивыми традициями привлечения высших должностных лиц к ответственности за злоупотребления, нанёсшие ущерб обществу и государству.
    И, наконец, в-четвёртых, важен фактор и субъективный. Есть Великая Россия. А есть очень конкретные Ивановы, петровы и Сидоровы, прямо причастные к предшествующим случаям, когда из нашего кармана изымались тем или иным способом наши деньги или каким-то иным образом подрывалось наше доверие к своей национальной валюте. И по любой здравой логике, если вечное "больше не буду" на этот раз государство говорит всерьёз, то, как минимум, оно должно исключить этих деятелей из числа имеющих какое-либо отношение к денежной политике и её проведению. Исключить, независимо от уровня их квалификации и иных возможных замечательных качеств. Можно, конечно, этого и не делать, но тогда какие основания верить в проводимую денежную политику и надёжность рубля?

"ПРОФЕССИОНАЛЫ С ТЕХ ЕЩЁ ВРЕМЁН"

    Как мы видим, из четырёх перечисленных факторов, как минимум, два - предыстория и уровень нынешней эффективности экономики - явно против рубля. Но, может быть, что-то могут скомпенсировать два оставшихся?
    Именно субъективному фактору в деятельности нашей финансовой системы последнее время в пропаганде уделялось значительное внимание. Вспомните многочисленные восторженные статьи и телепередачи о высочайшем профессионализме бывших председателей Центробанка - Дубинина и затем Геращенко. Применительно к последнему даже публично озвучили весьма неслучайное и удачное с пропагандистской точки зрения прозвище - "Геракл": мол, уж ему-то - все по плечу.
    Что ж, можно с большим или меньшим уважением относиться к "профессионалу с тех ещё времён" Председателю нашего Центробанка с 1998 по 2002 гг. В. Геращенко. Можно согласиться и с тем, что предшествовавший ему С.Дубинин по целому ряду своих качеств и свершений был человеком весьма неподходящим для того, чтобы ему можно было доверять денежное регулирование в государстве. Ведь именно к периоду его правления относится целый ряд чудес, в том числе с хитрыми проводками колоссальных объёмов наших государственных ресурсов через оффшорные компании с уставным капиталом лишь в тысячи долларов, с щедрыми подарками отдельным частным банкам из средств кредита МВФ, за что нам с вами ещё придётся расплачиваться, и т.п. К этому мы ещё вернёмся ниже. Но мог ли реальный или потенциальный держатель рублей в период с 1998 г. по начало 2002 г. забыть и о другом - о произведённом всего лишь десятью годами ранее "павловском" обмене денежных купюр, к которому Председатель Центробанка России В.Геращенко имел самое прямое отношение, будучи в период "павловского" обмена главой Госбанка СССР? Вы только вспомните: специальные комиссии рассматривали обращения граждан и принимали решения, сколько им рублей обменять сверх установленного норматива, а сколько - нет... Это ли не абсурд?
    Мне говорят: после безответственной финансовой политики, проводившейся предшественниками, Павлов был вынужден на это пойти. Нужно было во что бы то ни стало срезать пик необоснованных сверхдоходов, полученных в предшествующий период теми, кто был допущен к прямому переводу безналичных в наличные. Что ж, не стану спорить. С точки зрения социальной - за что отвечал Павлов - это могло быть и вполне обоснованно. Но как можно было допустить подобное с точки зрения того, за что отвечал Геращенко - с точки зрения ответственности за финансовую систему и доверие к ней? Мы ведь сейчас обсуждаем вопрос не о том, какую социальную политику надо проводить, но о том, как и чем должно быть обеспечено полное и безусловное доверие к рублю.
    Если доверие к национальной валюте - приоритет, а для любого Центробанка это - приоритет, то наличие необоснованных сверхдоходов, полученных формально законным путём, никоим образом не может быть основанием для конфискаций. Временное связывание излишков средств, введение механизмов контроля за финансовыми потоками - другое дело. В ходе денежной реформы при необходимости возможно ведь и принудительное размещение частных средств свыше определённого уровня накоплений на банковских счетах, и даже обложение налогом сверхкрупной собственности (включая сверхкрупные банковские вклады), а также наложение временных ограничений на снятие крупных объёмов средств со счетов при предоставлении неограниченных возможностей инвестирования средств в безналичной форме в экономику... С точки зрения доверия к национальной валюте и это все, конечно, - не идеал. Но, согласитесь, это вовсе ещё не подрыв доверия к национальной валюте? По крайней мере - не такой абсолютный подрыв, как "реввоенкомиссии", принимающие решения: что вам обменять, а что - нет...
    Мне говорят: он все понимал, но сделать ничего не мог - сами знаете, в советской системе что было бы, если бы он воспротивился...
    Что ж, знаю. На рубеже девяностых - не было бы уже ничего, кроме, может быть, потери поста.
    Мне опять говорят: да вы не понимаете - они ведь все тогда просто вообще прикрыли выполнять указания руководства и - коль есть решение "сверху" - иначе поступить не могли...
    Что ж, такую логику я понимаю. Более того, весьма и весьма подозреваю, что и теперь при наличии указания со стороны Президента и его администрации - исполнят, несмотря ни на какую "независимость" Центробанка. Но только тогда либо не надо вообще играть в эту "независимость", либо не надо ставить послушных исполнителей на должности, требующие независимости реальной. В первом случае - будем хотя бы точно знать, с кого за все спрашивать. Во втором - есть надежда на получение страной действительно надёжной собственной финансовой системы...
    Конечно, с учётом того, что в период написания этой книги Председатель Центробанка сменился, данный пример и фигуру Геращенко как знаковую можно было бы уже из книги и исключить. Если бы не одно "но": если бы были основания считать, что В.Геращенко заменён на С.Игнатьева хотя бы в какой-то степни из тех соображений, которые изложены мною выше, а не просто с целью заменить относительно чужого, да ещё и пенсионного возраста, на более своего, на человека - как с гордостью говорит А.Чубайс - из "их команды" (Московские Новости N28 (1146) 2002 год). Ведь в иных сферах, будь то управление госсобственностью и естественными монополиями, средствами массовой информации и т.п., люди, дискредитировавшие себя своими действиями, тем не менее, продолжают вос-требоваться и работать весьма и весьма "творчески"... И потому нет оснований полагать, что после очередного дефолта Геращенко, или Дубинин, или кто-то подобный не могут быть вновь востребованы...
    Соответственно, этот пример я оставил в книге вовсе не из желания кинуть камень вслед теперь уже бывшему Председателю Центробанка, имени которого мы ещё вынуждены будем коснуться в дальнейшем повествовании. Просто приведённый пример очень показателен. И если мы хотим, чтобы нашей валюте доверяли, необходимо, чтобы персоны, замешанные в операциях типа упомянутого обмена денежных купюр, в дальнейшем, независимо от их профессиональных и душевных качеств, тем не менее, к управлению именно финансовой сферой государства больше уже никогда не допускались. И более того, чтобы все знали, что тому или иному фигуранту серьёзного финансового скандала именно по этой причине, образно говоря, все дороги в системе госуправления закрыты.
    Ещё раз хочу подчеркнуть, в данном случае речь идёт не о наказании виновных в чём-либо из соображений мести и справедливости (хотя соображений вполне оправданных для любого нормального общества), а о чисто экономической стороне вопроса: как сделать рубль надёжным и доверие к нему - весомым.

* * *

    А что же с институциональными гарантиями - с тем, с чего логично было бы начинать, и с тем, что можно и нужно было бы сделать сравнительно быстро - есть ли хотя бы они?
    Если верить нашим СМИ, можно составить о Центральном банке России некоторое весьма обнадёживающее представление: благодаря принятому в 1995 году закону о Центробанке наш главный банк страны стал современным, на мировом уровне Центробанком, независимым от правительства, соответствующим всем международным стандартам в организации своей деятельности; и работают в нём просто удивительно высокие профессионалы, истинные реформаторы, с лёгкостью отбивающие любые атаки и претензии неквалифицированных депутатов и других врагов финансового либерализма и экономических реформ...
    Так ли это? И если так, то откуда же тогда берутся изредка пробивающиеся сквозь эти гимны и оды сведения об очередных финансовых скандалах и манипуляциях с участием ЦБ (история с "ФИМАКО" и прочее)? И главное: почему возникают "чёрные вторники" и "дефолты"? Есть ли гарантии, что подобное не повторится?

Глава 2 НЕ МЫШОНОК, НЕ ЛЯГУШКА, А НЕВЕДОМА ЗВЕРУШКА (что такое наш Центральный банк?)

    "Жить - хорошо! А хорошо жить - ещё лучше!". Эти слова героев замечательной комедии Гайдая стали не только народной поговоркой, но и истинным девизом жизни целой плеяды наших государственных деятелей. Причём, именно в том, героев гайдаевской комедии понимании, чтобы именно нам было хорошо. И пустились наши борцы за лучшую жизнь в строительство не домиков в деревне, а целых бастионов жизни хорошей. Разумеется, за государственный счёт и, столь же разумеется, по возможности неприступных для всех прочих, до лучшей жизни ещё не доросших. Это, конечно, не вполне справедливо. Но если бы только несправедливостью в распределении благ дело ограничивалось - не столь страшно. Но ситуация хуже. Насколько хуже?
    Попробуем разобраться, что же такое Центробанк России на самом деле - не с точки зрения хорошо оплачиваемой рекламы (красиво называемой PR), а с точки зрения буквы закона. Заодно, может быть, и увидим, откуда берутся средства на PR?

ЧУВСТВУЙТЕ СЕБЯ, КАК ХОЗЯИН

    Начнём с простого и основополагающего. Центральный банк страны - это власть, или нет?
    По сути, по праву издавать общеобязательные нормативные документы, по праву устанавливать правила и нормы, разрешать или запрещать - разумеется, власть. По Конституции денежная эмиссия осуществляются исключительно Центробанком (ст.75). А денежная эмиссия ведь - важнейшая функция государства. И далее: "Защита и обеспечение устойчивости рубля - основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от ДРУГИХ органов государственной власти." То есть, и из текста Конституции (раз не просто органы, а именно ДРУГИЕ органы госвласти не могут вмешиваться в его деятельность) следует, что ЦБ - не что иное, как орган государственной власти.
    Но в законе о Центральном банке сумели провести хитрую формулировку о нём как о неком внятно не классифицированном юридическом лице с особым статусом, которое не отвечает по долгам государства, а государство, соответственно, не отвечает по долгам своего ЦБ! Формулировку об "особом статусе" затем изъяли, но ничем более внятным не заменили.
    Казалось бы, какая разница, если председателя ЦБ и назначает и снимает всё равно Государственная Дума по представлению Президента - ведь в этом случае он не сможет действовать вопреки их совокупной воле? Но на деле эта невнятность открыла необозримые возможности как для махинаций, так и для сокрытия информации о них.
    Так в 1999-2000 гг. Счётная палата России (в том числе в связи с информацией об операциях Центробанка по переводу миллиардов долларов государственных средств через оффшорную компанию "Фимако" с уставным капиталом в несколько тысяч долларов) обратилась к ряду зарубежных стран с просьбой предоставить информацию об активах и операциях так называемых бывших "совзагранбанков" - коммерческих организаций, находившихся в собственности СССР, управление которыми было передано затем Центробанку России. И были получены разнообразные ответы, смысл которых в совокупности сводился к тому, что такая информация может предоставляться только собственнику, каковым является не Россия, а Центробанк России...
    Помните из школьного курса истории средних веков: "Вассал моего вассала - не мой вассал". Так и здесь: по существу собственность - безусловно принадлежит России, а по хитрой норме закона - Центробанку. И без его согласия, получается, Россия получить какую-либо информацию о своей собственности не может.
    Согласитесь, удобно: управлять чужим (государственным), да так, чтобы собственник ещё и был не вправе проконтролировать, что же там делается с его собственностью...

СЧАСТЬЕ В ЖИЗНИ - ЕСТЬ!

    Дальше - больше. Если Центробанк - не орган госвласти, то вполне естественно ему и не быть подконтрольным и подотчётным обществу. Именно это и зафиксировано в законе. Конечно, так прямо не записано, записано наоборот - что подотчётен Думе. Но как подотчётен?
    Центробанк обязан предоставлять Думе ежегодный отчёт. Но что делает с отчётом Дума? Лишь принимает к сведению. А что же ей ещё делать, если этот отчёт уже одобрен и утверждён в полном соответствии с законом ... самим Центробанком?
    А что написано в этом отчёте - наверное, то, что интересует общество и его представителей-депутатов? Возможно, но зачем? Ведь структуру отчёта (точнее, структуру баланса банка - важнейшую составляющую отчёта) определяет не тот, перед кем отчитываются, а сам отчитывающийся - все тот же Центробанк. То есть: "Я вам покажу в отчёте все, но все - это лишь то, что сам захочу".
    Ну ладно - скажет кто-нибудь уж совсем смиренный -пусть будет хотя бы что-то, но на понятном мне языке. Вот здесь, пожалуйста, язык действительно с виду кажется понятным - вроде бы все те же термины, что известны из принципов бухгалтерского учёта (введённых^ стране специальным законом) и правил бухгалтерского учёта (также введённых специальным законом). Только вот цифры почему-то, как говорят в бухгалтерии, "не пляшут". Почему же они "не пляшут"? Вам ответят: да потому, что вы читать не умеете! И верно, где же уметь, если правила бухгалтерского учёта в Центральном банке (читай - язык, на котором написан отчёт) - иные, нежели во всей стране? И устанавливаются эти правила бухгалтерского учёта в Центробанке (строго в соответствии с законом), как читатель, думаю, уже догадался - правильно - самим Центробанком.
    Поговорите с хорошим бухгалтером. Он вам скажет, что ему ничего больше не надо, дайте только право самому себе устанавливать правила бухгалтерского учёта. И богаче человека не будет.

ЦИФРЫ "НЕ ПЛЯШУТ" И НЕ БУДУТ "ПЛЯСАТЬ"

    А не через край ли это - разве можно равнять Центральный банк страны с какой-нибудь коммерческой организацией? Да и в законе о ЦБ ведь ясно сказано, что прибыль не является целью его деятельности. Разве этого недостаточно?
    К сожалению, недостаточно. С таким же успехом можно ещё дописать, что ЦБ должен работать хорошо, а не плохо, и все его сотрудники должны быть внимательными, умными, чуткими, неустанно думать о нуждах страны и судьбах её народа... Правового смысла и юридических последствий у таких формулировок будет примерно столько же.
    Чем же тогда определяется реальная цель и истинные смыслы деятельности ЦБ и его руководителей? Совсем другим - теми механизмами мотивации деятельности, которые могут быть заложены или не заложены в законах. Плохо, если необходимые обществу реально мотивирующие нормы не заложены в законы. Но ещё хуже, если заложены иные, формирующие паразитную, антиобщественную мотивацию.
    Итак, о мотивах. Наряду с конституционными функциями наш ЦБ имеет ещё целый ряд полномочий, в том числе осуществляемых монопольно. В частности - регулирование деятельности коммерческих банков. При этом, как вы догадываетесь, вопрос о кредитовании коммерческих банков и предоставлении им помощи не регламентирован на уровне "если ты удовлетворяешь определённым формализованным требованиям, то имеешь право получить". Напротив - всё полностью отдано на откуп ЦБ, да ещё и с возможностью хранить в полной тайне информацию о том, кому и каким образом в условиях банковской конкуренции отдано предпочтение. Кто таким образом поставлен в привилегированное положение, кто получил (получает и получит завтра) внеэкономическим методом преимущество в конкуренции - мы даже не узнаем.
    Согласитесь, в условиях экономики, объявляющей себя рыночной и конкурентной, наличие у одного, да к тому же ещё и толком не государственного (по своему установленному законом статусу) властного органа столь необъятных и никому не подконтрольных полномочий и прав на произвол - не может не давать сопоставимых личных дивидендов его руководителям?
    Хотя нет, наверное, может. Но только в одном случае если в руководстве Центробанка находятся необыкновенные, не подверженные никаким искушениям, совершенно небесной чистоты люди.[8] Есть у нас в стране такие люди? Возможно, есть. А вот могут ли они оказаться у руля Центробанка? Да разве для того эти необъятные возможности в закон о Центральном банке закладывались...
    Не правда ли, милая "наивность"? Это мне напоминает историю про часового, который вместо того, чтобы охранять особо важный объект, поставил автомат в угол и улёгся спать. На суде же на вопрос о том, как можно было на посту выпустить из рук оружие, он ответил: "Вера в людей - главное наше оружие"...
    Но нам с вами в данном случае наиболее интересно даже не то, злоупотребляют ли вообще руководители ЦБ своими бесконтрольными полномочиями - об этом мы ещё будем говорить ниже. Нас больше интересует другое: сказывается ли наличие таких полномочий и возможность произвольного их использования на всей мотивации деятельности руководителей Центробанка? На что в этих условиях в первую очередь направляются их усилия? А значит, в конечном счёте, как работает этот важнейший орган государственного регулирования и какой климат создаётся им в экономике и финансовой сфере?
    Причём, особо подчёркиваю, мы говорим не о том, что проистекает из человеческих качеств того или иного руководителя, но о том, что прямо следует из норм закона.
    А из закона следует, что ЦБ вправе осуществлять разнообразные, по существу, торгово-финансовые операции, в том числе с драгоценными металлами и ценными бумагами. Надо полагать, как это следует опять же из закона, не с целью извлечения прибыли, а с какой-то иной. Например, с целью накопления золотовалютных запасов и последующего их использования для поддержания устойчивости рубля. Но гарантировано ли использование указанного права исключительно для реализации продекларированных целей? Или продекларированные цели - отдельно, а право, его реализация и возникающие из этого фактические цели - отдельно?
    Чтобы ответить на этот вопрос, зайдём с другой стороны: может ли руководству Центробанка, независимо от провозглашённых в законе целей его деятельности, быть выгодно извлекать прибыль? Зависит ли доход руководителей Центробанка от наличия или отсутствия прибыли, и есть ли возможность часть этой прибыли присваивать?
    По закону Центробанк самостоятельно формирует из своей прибыли фонды заработной платы, а также дополнительного социального и пенсионного обеспечения своих сотрудников. Причём ни объёмы этих фондов, ни размеры индивидуальных выплат по дополнительному социальному и пенсионному страхованию ничем не ограничены. Так же, как, впрочем, ничем не ограничены и уровни зарплат, которые руководители Центробанка устанавливают себе сами...
    Многие, наверное, обращали внимание на шикарные особняки отделений Центробанка в регионах, медицинские центры, пансионаты, коттеджные городки, резко контрастирующие со всей окружающей обстановкой и жизнью (за исключением таких же особняков, городков, медцентров и пансионатов Пенсионного фонда, "Газпрома", РАО "ЕЭС России", "ЛУКОЙЛа", "Сбербанка" и т.п.). Это может казаться непосвящённым просто личным произволом и следствием, мягко говоря, нескромности "отдельных" руководителей. Но, как мы видим, это отражение одной из составляющих в целом весьма продуманной системы присвоения государственных ресурсов, вполне сознательно заранее заложенной в закон.
    О реальных масштабах такого присвоения можно судить по следующим цифрам: в одном 1997 году наш Центральный банк только лишь официально израсходовал на себя государственных средств столько же, сколько было истрачено из федерального бюджета на все остальное государственное управление вместе взятое! И только официальные доходы в Центробанке (зарплаты плюс иные выплаты), полученные главой Центробанка (тогда - С.Дубининым), а также его заместителями в упомянутом 1997 году, составили суммы, примерно в двадцать раз большие, нежели соответствующие суммарные выплаты из бюджета Председателю Правительства страны и, соответственно, его заместителям...

ЗАТО КАК ПРИТАНЦОВЫВАЕТ "РЕСПЕКТАБЕЛЬНАЯ" ПРЕССА!

    Впечатляет? Конечно. Не случайно именно эти данные на протяжении ряда лет руководители Центробанка всеми возможными способами упорно скрывали, в том числе прибегая к явно незаконным методам. И, разумеется, не без помощи наших "независимых" средств массовой информации, угодливо предоставлявших свои страницы Центробанку, но категорически отказывавшихся публиковать опровержения на распространённую даже заведомо недостоверную информацию.
    Что могли бы узнать читатели, например, газеты "Известия", но не узнали? И, соответственно, что "узнали" -противоположное истине - из целой серии публикаций, выданных, буквально, залпом? В качестве иллюстрации приведу текст опровержения, направленного мною в газету "Известия" летом 1999 года, но, естественно (хотя естественно это только в нашей стране), не опубликованного. Причём, обратите внимание: это опровержение - со стороны официального должностного лица конституционного государственного органа, подкреплённое ссылками на документы. Можно представить, каким должно быть "прикрытие" у издания и, соответственно, уверенность в безнаказанности у главного редактора, чтобы, получив это опровержение, тем не менее его не опубликовать.
    Что же именно приходилось опровергать (какие именно несоответствующие действительности утверждения официальных представителей нашего Центробанка) и чем документально подтверждается лживость этих заявлений - всё это, надеюсь, будет ясно читателю и без дополнительных комментариев из приводимого ниже текста опровержения.
ДОКУМЕНТ: Текст опровержения, направленного в газету "Известия" 18.08.1999.
    Счётная палата РФ Исх. № 02-1070.02 от 18 августа 1999 г.
    Главному редактору газеты
    "Известия"
    М.М.Кожокину
    Копия: Информационное агентство "Интерфакс"
    Уважаемый Михаил Михайлович!
    Прошу Вас опубликовать прилагаемое опровержение.
    Заместитель Председателя Ю.Ю.Болдырев
    ОПРОВЕРЖЕНИЕ
    1. В газете "Известия" за 04.08.99 опубликована информация о том, что Банк России опроверг и назвал несоответствующими действительности утверждения о размере заработной платы сотрудников ЦБ РФ и его председателя, обнародованные мною. Сообщалось также, что "далеки от действительности утверждения относительно кредитования себя под произвольный процент сотрудниками Центрального банка". В исходном информационном сообщении Центробанка говорилось также о моих "клеветнических измышлениях" и "вольном и бесцеремонном обращении с фактами".
    Привожу данные из официальных документов Счётной палаты РФ. Годовой доход С.К.Дубинина от работы в Центробанке в 1997 году составил 1 258 113 деномини-рованных рублей, что в пересчёте по тогдашнему курсу соответствовало примерно 210 тысячам долларов США. Даже если вычесть 442 тысячи рублей за бронирование окон в личной квартире (хотя вычитать нет оснований), остаётся около 136 тысяч долларов США. Двое первых заместителей Дубинина получили за год соответственно: 845 493 рубля и 685 429 рублей, что эквивалентно годовому доходу в 141 и 114 тысяч долларов США.
    Из материалов Счётной палаты следует также, что Положением об условиях оплаты труда и социальных льготах работников системы Центрального банка Российской Федерации от 11.04.97 № 434, утверждённым Советом Директоров Центрального банка (протокол № 10 от 4.04.97), установлены льготная процентная ставка целевых льготных кредитов в размере 3% годовых и льготная процентная ставка целевых займов в размере 2% годовых, при том, что минимальная ставка рефинансирования в 1997 году составляла 21 % годовых (телеграмма ЦБ от 1.10.97 № 83-97).
    Для примера привожу данные из отчёта об использовании средств, выделенных на строительство в Главном управлении Центрального банка РФ по Рязанской области:
    с декабря 1994 г. по июнь 1995 г. руководящие работники Главного управления ЦБ по Рязанской области (16 человек) получили ссуды на общую сумму 1 844,5 млн.рублей (в том числе начальник ГУ Т.А.Пигилова - 56 млн. рублей, заместитель начальника В.В.Панкратов - 50 млн. рублей). Условия: под 5 % годовых со сроком погашения до 15 лет.
    Из изложенного, надеюсь, ясно, что "клеветническими измышлениями" и "вольным и бесцеремонным обращением с фактами" занимается не заместитель Председателя Счётной палаты, а руководители Центробанка, скрывающиеся за безликим "Департаментом внешних и общественных связей".
    2. В газете "Известия" за 05.08.99 опубликована статья Д.Черкасова "Банк России решил сделать себе рекламу", в которой говорится, что "ЦБ категорически опроверг многочисленные заявления заместителя Председателя Счётной палаты Юрия Болдырева о нарушениях, якобы обнаруженных палатой при проверке Банка России. Речь шла о превышении фонда заработной платы, выдаче ссуд и кредитов сотрудникам Центробанка под заниженный процент..." И далее: "Доказав лживость утверждений зампреда Счётной палаты, ЦБ получит своего рода моральный иммунитет..."
    В приложении "Финансовые известия" от 17.08.99 тот же Денис Черкасов опять говорит о "значительном превышении фонда заработной платы", ссылаясь на "доклад" Счётной палаты, но якобы с моих слов. И далее: "Когда же доклад рассекретили, то выяснилось, что... о фонде заработной платы вообще не было сказано ни слова". Оставляя на совести автора статей также намёки то на "лавры правдоруба", то на заинтересованность неких коммерческих банков (нет внятных утверждений - нечего и опровергать), замечу, что ни в одном моем выступлении не содержалось приписываемых мне обвинений в адрес Центробанка в "превышении фонда заработной платы". Я обращал и обращаю внимание на другое - необоснованное установление в 1995 году законом о ЦБ права его должностных лиц произвольно устанавливать себе любые зарплаты и расходовать на самообеспечение неограниченные госресурсы. Результат: в 1997 году расходы на содержание аппарата управления ЦБ составили около 7,5 млрд. деноминир. рублей. Это почти столько, сколько было потрачено из федерального бюджета на все остальное госуправление вместе взятое, или 0,28 процента от валового внутреннего продукта страны! Что же касается информации о конкретных размерах заработной платы и о самокредитовании из госсредств - исчерпывающие данные приведены выше.
    Незаконно засекреченные уже нынешним Председателем ЦБ акты Счётной палаты, на которые, можно предположить, ссылается автор статей, до сих пор не рассекречены.
    Иск Счётной палаты к Председателю ЦБ находится в суде. Исчерпывающую информацию по этим вопросам и по содержанию целого ряда отчётов о результатах проверок Центробанка (в которых приводятся сведения о незаконном или нерациональном расходовании госресурсов), а также о наших предложениях Парламенту по изменению закона о Центробанке газета могла бы получить в Счётной палате. Но, к сожалению, ни "Известия", ни автор статей ко мне или в мой секретариат ни с какими вопросами не обращались.
    Ю.Ю.Болдырев,
    заместитель Председателя
    Счётной палаты Российской Федерации

МЕЛОЧЬ, А ПРИЯТНО

    Небольшое отступление. Описанное выше, включая отказ редакции "Известий" опубликовать данное опровержение, разумеется, - далеко не единственный пример, характеризующий истинную позицию подобных СМИ и отстаиваемые ими "ценности", а также роль, которую наши "независимые" средства массовой информации играют в обществе. "Присвоивший себе государственные ресурсы и щедро делящийся крохами со своего стола с редакторами и журналистами - всегда прав'" И понятно, как ненавистны те, кто этой идилии мешает.
    Зато как отлегло от сердца у этих приверженцев "журналистского долга", когда я ушёл из Счётной палаты - как трудно им было скрыть радость, а заодно и как было не попытаться и здесь читателей хотя бы немножко, но все же ввести в заблуждение?
    Сравните две формулировки. Агентство "Интерфакс" сообщило: "Совет Федерации на вчерашнем заседании освободил Юрия Болдырева от должности заместителя председателя Счётной палаты РФ в связи с истечением срока его пребывания в должности". Все совершенно точно. И как это подали "Известия" от 1 февраля 2001 года' " был наконец снят с должности заместитель председателя палаты Юрий Болдырев"
    Конечно, не во мне лично дело, а в другом: как беспокоит всякий, кто их правил не принимает. И как, видимо, хотелось бывшему заместителю Потанина в "ОНЭКСИМ Банке" (см. выше в главе "Как скупили у нас курочек, несущих золотые яички, за наши же денежки" про историю увода у нас с вами "Норильского никеля") главному редактору "Известий" М.Кожокину, чтобы этот вредный зампред был "наконец" именно "снят" кем-нибудь из ставленников Потанина во власти. И тогда, вроде бы как, появляется негативный шлейф: то ли не справился, а то ли и ещё что... Мелкая, конечно, пакость, но зато как, наверное, ребята порадовались своей изобретательности?

ГЛАВНЫЕ СЕКРЕТЫ - НЕ ОТ ЦРУ

    Таким образом, понятно: руководству Центробанка было и есть что скрывать. При том, что действуя в отношении Центробанка буквально "со связанными руками" (почему "со связанными руками" - станет яснее из излагаемого ниже), Счётная палата могла вскрыть лишь малую часть фактов о реальной деятельности этого учреждения. Но даже то, что уже выявлено - поражает.
    Выше я отмечал, что, пытаясь скрывать информацию, наш Центробанк прибегал и к явно незаконным методам. Один из этих методов уже ясен из вышеописанного - дискредитация тех, кто пытался обратить внимание общества на эту замечательную кормушку для ограниченного круга лиц. Причём кормушку - не просто за государственный счёт, но, что ещё важнее -за счёт уничтожения национальной экономики.
    Но, разумеется, дискредитацией противников дело не исчерпывалось. Какие же ещё незаконные методы шли в ход?

КАК УТАИВАЛИ ШИЛО В МЕШКЕ (история засекречивания Центробанком актов Счётной палаты)

    Государственные органы решениями их руководителей вправе и даже обязаны засекречивать те или иные документы. Это практика общераспространённая как в нашей стране, так и за рубежом. В то же время и в большинстве более или менее развитых стран мира, и у нас предусмотрены ограничения на произвольное засекречивание информации и тем самым сокрытие её от общества. В частности, наш действующий закон о гостайне устанавливает: с одной стороны - основания для засекречивания, с другой стороны - недопустимость засекречивания информации по ряду направлений, прежде всего касающейся использования бюджетных средств и иных госресурсов, а также выявляемых нарушений.
    Если власть работает в интересах общества, то ей, в общем-то, и нечего скрывать, кроме того, что положено засекречивать. А если иначе? Ведь в данных, формально юридически открытых для общества, тем не менее, зачастую может содержаться информация, проливающая свет на весьма неблаговидные действия власти. В этих случаях такую информацию стараются просто скрывать, незаконно ограничивать к ней доступ. Причём за подобное застенчивое сокрытие данных от общества никакого серьёзного наказания наше законодательство не устанавливает.
    Иное дело - сокрытие информации от государственных контрольных органов. За отказ предоставить им информацию в большинстве стран мира предусмотрено уголовное наказание. Удалось добиться этого - введения в Уголовный Кодекс соответствующей нормы - и нам. Причём, чтобы наше предложение стало в Парламенте более "проходным", мне пришлось передавать его депутатам "в одном пакете" с нормой об ответственности за непредоставление информации палатам Парламента. В результате в Уголовный кодекс была введена единая статья об ответственности должностных лиц за непредоставление положенной информации Думе, Совету Федерации и Счётной палате, а также за предоставление информации недостоверной.
    Но даже и с учётом уже имевшейся в законе нормы об ответственности за отказ представить информацию Счётной палате, тем не менее, за саму возможность проведения полноценной проверки работы Центробанка нам пришлось бороться не один год. Нам был навязан некий "спор" о компетенции - в связи с вышеописанным весьма размытым и невнятным описанием в законе статуса Центробанка. И когда после безуспешных попыток осуществить проверку финансово-хозяйственной деятельности Центробанка на протяжении 1997-98 гг. Счётная палата потребовала от Генеральной прокуратуры привлечь руководителей Центробанка во главе с С.Дубининым к уголовной ответственности за отказ предоставить информацию по вопросам, относящимся к компетенции Счётной палаты, Генеральная прокуратура предложила ... рассматривать "спор" в Арбитражном суде.
    После августовского 1998 года дефолта, когда в головах хотя бы у какой-то части населения наступило пусть даже и временное, но все же просветление, Президент почувствовал себя весьма уязвимым. В такой ситуации ему пришлось под давлением Думы и Совета Федерации санкционировать согласие нового Председателя Центробанка В.Геращенко на проведение проверки. И Геращенко, при рассмотрении его кандидатуры на пост председателя ЦБ, вынужден был публично пообещать Думе предоставить Счётной палате всю необходимую информацию (хотя на деле затем важнейшую информацию - о кредитах, выданных Центробанком в 1997-98 гг. - предоставить отказался).
    И вот осенью 1998 года Счётная палата России всё-таки провела проверку финансово-хозяйственной деятельности нашего Центробанка. Был выявлен целый ряд серьёзных нарушений закона, в том числе нарушение принципов бухгалтерского учёта (как мы уже знаем, правила учёта Центробанк устанавливает себе сам законно, хотя такой закон и абсолютно абсурден; но нарушать при этом установленные законом общие принципы бухгалтерского учёта - права у него нет). Были зафиксированы незаконные операции с цветными металлами, нарушение правил переоценки стоимости драгметаллов, что привело к искажению суммы прибыли, которая должна идти в федеральный бюджет. Кроме того, несмотря на то, что по закону от налогообложения освобождается только сам Центробанк и его подразделения, было выявлено незаконное уклонение от налогообложения и средств дополнительно создаваемых ЦБ для себя страховых и иных фондов, а также предприятий, не имеющих отношения к конституционным функциям Центробанка.
    Были выявлены также факты действий руководителей Центробанка, не противоречившие закону, но весьма небезынтересные для общества и потому тщательно скрывавшиеся. В частности данные, подтверждавшие обоснованность аргументов, ранее (ещё в 1995 году) высказывавшихся Советом Федерации против принятия действующего закона о Центробанке. Так, мы (автор этих строк был в тот период членом Совета Федерации от Санкт-Петербурга) предупреждали о том, что закон, принятый вопреки позиции Совета Федерации, заложил противоположную интересам страны мотивацию деятельности руководителей Центробанка, позволив им в тайне от общества тратить на своё самообеспечение неограниченные госресурсы.
    И действительно: выяснился выше уже упомянутый масштаб расходов Центробанка на своё самообеспечение - около семи с половиной миллиардов деноминиро-ванных рублей, что соответствовало почти полутора миллиардам долларов. Это в три раза больше, чем вся прибыль, которую Центробанк перечислил в федеральный бюджет. На что ушли такие колоссальные деньги? В том числе на зарплаты руководителей, на порядок более высокие, чем, например, у руководителей Правительства страны. Добавьте не облагаемые налогами "представительские" расходы: пятнадцать тысяч долларов в месяц для Дубинина, десять тысяч долларов для Алексашенко и других заместителей, по 7,5 тысяч - начальникам департаментов (из чего и сложились суммарные доходы - более чем в двадцать раз превышающие доходы руководителей Правительства страны)...
    Но и это ещё сравнительные мелочи. Ведь прямое, легальное самообеспечение - не единственное, на что, скажем мягко, не вполне обоснованно уходили колоссальные средства. Например, выяснилось, что в так называемые "евробанки" (бывшие "совзагранбанки") Центробанк переправил наших государственных ресурсов (валютных средств) более чем на три миллиарда долларов... Зачем, если прибыли от их работы - лишь десятки миллионов долларов?
    По результатам проверки Счётной палатой были составлены акты: "Акт проверки деятельности Центрального банка Российской Федерации по отдельным вопросам формирования, размещения (управления) и использования золотовалютных резервов Российской Федерации в 1997-1998 годах" от 19 ноября 1998 года и "Акт о результатах проверки отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности Центрального банка Российской Федерации за 1997-1998 годы" от 24 ноября 1998 года.
    Такие акты затем по установленной процедуре передаются для ознакомления руководителям проверявшейся организации. Последние вправе просто подписаться, что они с актом ознакомлены, или указать, что у них есть возражения и замечания, которые в этом случае должны быть оформлены письменно и приложены к акту.
    Каково же было удивление наших сотрудников, когда они получили из Центробанка ранее переданные туда для ознакомления акты - Председатель Центробанка В.Гера-щенко установил на обоих документах гриф "секретно"...
    Конечно, это был попросту абсурд. Ведь несмотря на то, что Председатель Центробанка вправе самостоятельно принимать решения о засекречивании документов, это касается лишь его документов, но никак не любых чужих (в данном случае - Счётной палаты), переданных ему лишь для ознакомления. Чужие же документы он засекречивать вправе лишь с согласия того лица , которое является собственником документа и содержащихся в нём сведений - такого согласия Счётная палата ему, разумеется, не давала. Кроме того, для засекречивания в данном случае не только не было абсолютно никаких законных оснований (все акты были составлены сотрудниками Счётной палаты на основании изучения несекретных документов Центробанка), но и, более того, было засекречено то, что закон о гостайне прямо запрещает засекречивать, в том числе сведения о выявленных нарушениях закона при распоряжении государственными ресурсами. То есть закон был нарушен кругом.
    Но если документ уже засекречен, пусть даже и со сплошными и грубейшими нарушениями закона, рассекретить его, тем не менее, по нашему закону можно либо решением засекретившего документ должностного лица, либо через суд.
    Несмотря на очевидность беззакония, мы понимали, что вероятность успеха невелика - прецедентов рассекречивания документов через суд в отечественной судебной практике наши юристы (Счётной палаты) найти не смогли. Но, с другой стороны, - какая альтернатива? Предположим, мы не воспрепятствуем использованию этого изобретённого тогдашним Председателем Центробанка В.Геращенко замечательно эффективного способа борьбы с независимым контролем. Тогда завтра по результатам любой другой проверки, выявившей злоупотребления высшей власти. Председатель Правительства или иное уполномоченное лицо без всяких сомнений станет просто засекречивать акты с результатами выявленных нарушений. И этим будет нейтрализована принципиально важная норма закона о Счётной палате, предусматривающая гласность в её работе. После чего и саму Счётную палату уже вполне обоснованно можно будет закрыть - за отсутствием какой-либо пользы для общества.

СЛУШАЕТСЯ ДЕЛО: СЧЁТНАЯ ПАЛАТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРОТИВ ЦЕНТРАЛЬНОГО БАНКА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

    Судебные заседания проходили 20 и 30 сентября, 6 и 18 октября 1999 года (6 октября дело, по сути, не рассматривалось в связи с неявкой представителей ответчика).
    18 октября 1999 года было принято решение Коллегии по гражданским делам Московского городского суда, в соответствии с которым иск Счётной палаты был удовлетворён в полном объёме, засекречивание актов Счётной палаты Российской Федерации было признано необоснованным. Банк России обязали снять гриф секретности с актов Счётной палаты Российской Федерации.

МОЖЕТ БЫТЬ - ИШАК УМРЁТ, А МОЖЕТ-ЭМИР...

    Несмотря на очевидность ситуации и однозначность судебного решения, Центробанк оспорил это решение в Верховном Суде, как потом стало ясно - преимущественно уже не столько в расчёте на победу, сколько для затягивания времени в условиях тогдашней неопределённости политической ситуации перед парламентскими и президентскими выборами.
    Расчёт оказался верным: Верховный Суд отменил решение Московского городского суда, направив дело на повторное рассмотрение. С моей и наших юристов точки зрения, это было сделано по совершенно надуманным основаниям. Это мнение подтвердилось и последующим развитием событий. Ведь что делать руководителям Центробанка (и шире - нашей власти) дальше: при новом рассмотрении дела надавить на суд с тем, чтобы он открыто признал нормальным и допустимым явное грубейшее нарушение закона? Как-то всё-таки некрасиво, тем более, что к тому времени этой истории, в том числе моими стараниями, уже удалось придать определённую огласку. Но и позволить Счётной палате победить в споре - тоже, видимо, не хотелось.
    И решение было найдено. Председатель Центробанка В.Геращенко в период, когда я находился в отпуске, направил новому Председателю Счётной палаты С.Степашину письмо с выражением мнения, что подобные высшие государственные органы должны разрешать конфликтные ситуации не через суд, и предложением компромисса: Центробанк рассекречивает один из актов, в ответ на что Счётная палата отзывает свой иск. Степашин с этим предложением согласился, о чём я узнал по возвращении из отпуска.
    Конечно, не в полномочиях Председателя Счётной палаты идти на подобные компромиссы, фактически отменяющие предшествующие решения Коллегии Счётной палаты. И случись подобное года на два-три раньше, можно было бы, опираясь на поддержку Совета Федерации, а может быть даже и Думы, такое решение Председателя оспорить и вести судебный процесс к его логическому окончанию - полной отмене судом незаконных решений Председателя Центробанка. Но времена изменились. Радикально послушной стала Дума. И от прежнего весьма самостоятельного Совета Федерации мало уже что осталось. Опереться - не на что. И в самой Коллегии Счётной палаты с приходом нового Председателя, регулярно рассказывающего о своих докладах "самому", чувствовалось неумолимое приближение всеохватывающей и всеобъемлющей "вертикали". Опереться - не на кого. Соответственно, мне оставалось в беседе с Председателем Счётной палаты настоять лишь на соблюдении формальностей - рассмотрении этого вопроса на Коллегии Счётной палаты и принятии именно Коллегией окончательного решения. Коллегия Счётной палаты, разумеется, компромиссное решение утвердила. И это был действительно максимум того, чего в изменившихся условиях можно было добиться...

ЦЕНА КОМПРОМИССА: СТАКАН ХОТЯ И НАПОЛОВИНУ ПУСТ, НО НАПОЛОВИНУ ВСЁ-ТАКИ ПОЛОН

    Итак, что же мы получили в результате?
    С одной стороны, полноценно "дать по рукам" алхимикам, изобретшим новый способ сокрытия от общества данных о своих неблаговидных делах, не удалось. Но на том этапе это было и невозможно, так как даже если бы суд и трижды признал полную и абсолютную незаконность действий Председателя ЦБ, это, тем не менее, не повлекло бы за собой лично для него никаких последствий -за незаконное засекречивание информации наш закон не предусматривает вообще никакого наказания. Более того, даже если бы документы и были рассекречены решением суда, ничто не помешало бы при желании их снова столь же незаконно засекретить. Конечно, это было бы совершенно возмутительное безобразие, достойное всяческого осуждения. Но рассекречивание - опять только через суд. И так сколько угодно раз до тех пор, пока в законе не появится норма об ответственности за подобные действия...
    Не удалось, к сожалению, и другое - создать прецедент рассекречивания судебным решением документов, незаконно засекреченных одним из высших руководителей государства. Согласитесь, такой прецедент был бы полезен.
    Но, с другой стороны, попытки сокрытия информации от общества посредством засекречивания результатов проверки полным успехом тоже не увенчались. Потенциальные последователи могут попытаться их продолжить (если, конечно, в наших новых условиях всеобщей управляемости из единого центра для этого вообще будет какая-либо необходимость). Но, тем не менее, гладкий путь для них всё-таки проложен не был. И более того, пример вынужденного рассекречивания документа, незаконно засекреченного одним из высших руководителей государства, причём не просто так, а в ходе судебной процедуры и под угрозой судебного решения, всё-таки есть.

РАДИ ЧЕГО ЩЕПКИ ЛЕТЯТ? (Конституция и филология)

    Но, может быть, все издержки - неизбежная плата за качественную реализацию Центробанком своих полномочий и функций? Неизбежная ли это плата - отдельный вопрос. Ответ на него станет яснее ниже, когда мы будем говорить о побочных, а затем и о прямых последствиях такой организации работы нашего Центрального банка. Сейчас же остановимся на другом -это плата за что, за движение к какой цели, за выполнение какой задачи?
    Начнём с того, что хотя бы просто продекларирова-но в Конституции как цели деятельности ЦБ. Оказывается - ничего. Зато обозначены "функции", в которых частично скрыты и цели: "защита и обеспечение устойчивости рубля - основная функция Центрального банка Российской Федерации" (ст.75 ч.2) и осуществление денежной эмиссии (ст.75 ч. 1).
    Понятно ли, что это означает? Что понимать под осуществлением денежной эмиссии - вроде ясно. А вот как понимать защиту и обеспечение устойчивости рубля? То есть что требовать от ЦБ: чтобы не было инфляции, то есть чтобы не росли рублёвые цены на товары? Или чтобы курс рубля к доллару оставался неизменным? Или чтобы рубль рос по отношению к доллару? Или чтобы падал, но не быстро? Или чтобы не было одномоментной девальвации? За что спрашивать с руководителей ЦБ?
    Может быть, цели деятельности Центробанка, в том числе разъяснения по вопросу о том, что понимать под "защитой и обеспечением устойчивости рубля", более чётко определены в законе? И там же даны какие-то критерии оценки деятельности руководителей ЦБ? Читаем закон, ищем ответ, но не находим.
    Ну, уж профессионалы-то точно знают, что имеется в виду, - скажет кто-то из читателей, настроенных особенно оптимистично, может быть даже до сих пор преисполненных безусловной веры в некую мудрость всех, кто находится где-то наверху и потому знает...
    Чтобы и здесь не оставалось излишних иллюзий, обращу внимание читателей на эпизод из деятельности одной из многочисленных рабочих групп и согласительных комиссий палат нашего Парламента по корректировке этого по-своему замечательного закона.
    В 1999 году один из членов такой комиссии предложил внести в закон формулировку, как-то всё-таки определяющую цели деятельности ЦБ. В частности, предлагалось вменить ЦБ в обязанность поддерживать такой курс рубля к основным зарубежным валютам, который обеспечивает наилучшие условия для функционирования национальной экономики. Конечно, формулировка не идеальная в силу сложности определения, какие же именно условия являются наилучшими, а также противоречивости интересов импортёров и экспортёров, но все же дающая хотя бы какие-то ориентиры. И в аналогичном законе США, действующем уже почти сто лет, именно создание наилучших условий для собственной экономики провозглашено основной целью деятельности Федеральной резервной системы... Так вот: мало того, что присутствовавшие представители руководства нашего Центробанка выступили категорически против, они в обоснование своей позиции ещё и ссылались на Конституцию, где, как они утверждали, все цели и задачи ясно прописаны: "поддержание стабильности рубля".
    Поначалу, честно говоря, я даже подумал, что ослышался. Но когда термин "стабильность" вместо конституционного "устойчивость" прозвучал несколько раз подряд, тут уж и я (как член комиссии от Счётной палаты) вынужден был вмешаться. Мне пришлось обратить внимание на то, что "стабильность" и "устойчивость" - понятия абсолютно разные по своему смыслу. И если руководство ЦБ действительно вместо поддержания устойчивости рубля все это время поддерживало его стабильность, то ясно, откуда взялся дефолт. Понятно: вместо мер по поддержанию устойчивости и недопущению опрокидывания рубля, то есть вместо необходимого в определённых ситуациях плавного снижения курса рубля к доллару, до последнего держали "стабильность", а как ресурсы и возможности кончились - грохнули...
    Это, конечно, была шутка - причины дефолта 1998 года куда серьёзнее, но в этой шутке и доля правды тоже была.
    Согласитесь, удобно: получить в руки такую замечательную, практически никому реально не подотчётную организацию, с колоссальным объёмом бесконтрольных государственных ресурсов, которыми можно распоряжаться по своему усмотрению, да ещё и без каких-либо внятно сформулированных требований к деятельности и критериев оценки её результатов !

БИНАРНОЕ ОРУЖИЕ ЦЕНТРОБАНКА ИЛИ ДЛЯ ЧЕГО В РОССИИ ПРИНИМАЮТСЯ ЗАКОНЫ

    Итак, руководители Центробанка, имея законные каналы присвоения существенной части прибыли, реально заинтересованы в её извлечении. И никакие цели перед ними ясно и однозначно (как даны возможности присваивать прибыль) - не поставлены.
    Вопроса лишь два. Первый - каковы масштабы присвоения госресурсов. И второй - каковы последствия этого для экономики страны?
    Полного ответа на первый вопрос, к сожалению, до сего дня нет. Но верхушка айсберга видна - попробуем её рассмотреть. Для этого зададимся наивным вопросом: если руководители ЦБ вправе присваивать себе ничем не ограниченные суммы госсредств в виде зарплат, страховых и пенсионных выплат, то почему же так "скромно"? Почему зарплата руководителей (суммарно во всех формах) только в двадцать раз больше, чем у руководителей Правительства страны, а не в двести или в две тысячи раз? Может быть, есть ещё какие-то иные, параллельные механизмы присвоения госресурсов? Попробуем вновь вчитаться в закон.
    В нашем законе о Центробанке есть две замечательные записи, которые умеющий читать поймёт. Первая, казалось бы, устанавливает некое ограничение: сотрудники ЦБ не могут получать кредиты нигде, кроме самого ЦБ. Вот это "кроме ЦБ" - понятно? То есть истинный смысл нормы - не в ограничении, а в том, что в ЦБ -можно. И вторая запись, совсем в другом месте, но существенно дополняющая первую - дающая право совету директоров ЦБ устанавливать процентные ставки по различного вида операциям. Обратите внимание: не единая для всех ставка рефинансирования, а именно ставки (во множественном числе), да ещё и по различного вида операциям. Хорошо сформулировано?
    В вооружении применяются боеприпасы с так называемыми бинарными зарядами. Суть проста: каждое из двух применяемых в заряде веществ само по себе не опасно, но при их соединении возникает чрезвычайно опасная смесь.
    Так и здесь. Объедините две вышеприведённые нормы - что получаем? Получаем очень неслабенький бинарный заряд - мощное оружие Центробанка в борьбе за лучшую жизнь для ограниченного круга лиц.
    Охотники знают: иногда всего зайца не видно, но уши - торчат. Так и с самокредитованием Центробанком своих руководителей и сотрудников. Полной и достоверной информации о кредитах, выдававшихся нашим Центробанком различным юридическим и физическим лицам за прошедшие годы, насколько мне известно, за стенами ЦБ нет. Но, например, при проверке Счётной палатой финансово-хозяйственной деятельности отделения ЦБ по Рязанской области среди прочего выяснилось, что полтора 'десятка руководителей этого отделения ЦБ кредитовали себя крупными суммами государственных средств на пятнадцатилетний срок под ... пять процентов годовых (на информацию об этом уважаемый читатель мог обратить внимание выше - в тексте моего опровержения в газету "Известия"). При том, что инфляция в это время достигала уровня в шестьдесят процентов в год... И это ведь - далеко не весь наш "зайчик", а только лишь его "ушки", которые почему-то вовремя не Спрятали...
    Да, приведённый пример относится к периоду ещё до принятия нынешнего закона о Центробанке. Но что изменилось после 1995-го года - после принятия закона? Или среди нас есть настолько наивные, чтобы предположить, что, юридически закрепив своё право на льготное самокредитование, руководство Центробанка затем откажется от его использования?
    Впрочем, что изменилось - известно. Снизилась инфляция. И при десяти-двадцатипроцентном её уровне получать кредиты под пять процентов годовых для руководителей и сотрудников Центробанка стало уже, согласитесь, просто разорительно. Соответственно, были снижены ставки самокредитования.
    В вышеприведённом тексте опровержения есть ссылка на документ - "Положение об условиях оплаты труда и социальных льготах работников системы Центрального банка Российской Федерации" от 11.04.97 № 434, утверждённое Советом Директоров Центрального банка (протокол № 10 от 4.04.97), которым установлены льготная процентная ставка целевых льготных кредитов в размере 3% годовых и льготная процентная ставка целевых займов в размере 2% годовых (при том, что минимальная ставка рефинансирования в 1997 году составляла 21 % годовых)...
    Нужны ли комментарии? Понятно ли, что создана система неограниченного перевода государственных ресурсов в личные карманы? И главное, что надо понимать: все это - вовсе не нарушение какого-либо российского закона, а практически ничем не ограниченное присвоение наших с вами государственных ресурсов строго в соответствии с законом о Центробанке. А ещё говорят, что в России законы не действуют!

ПОБОЧНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

    Каков же урон, наносимый таким Центробанком государству и его финансам? Причём нас интересует урон, наносимый не в силу тех или иных личных качеств руководителей Центробанка, а по определению, по заложенной в закон логике.
    Подсчитать его за весь прошедший период мы не можем - в силу отсутствия (и, более того, тщательного сокрытия) информации. Но оценить этот урон - можно. Обратимся сначала к логике, а затем попробуем сверить её с известными фактами.
    Если есть возможность произвольно раздавать государственные деньги банкам, не неся никакой ответственности за то, что с ними будет дальше, то естественно деньги раздавать "своим", а убытки либо списывать, либо компенсировать прибылями от игры на спекулятивных рынках. Это - логика.
    А вот факты - в дополнение к уже приведённым выше. Летом 1998 года, когда уже надвигалась финансовая катастрофа, Россия получила кредит Международного валютного фонда (МВФ) в 4,8 млрд.долларов США на поддержание рубля. Споры о том, куда же всё-таки делся этот кредит, идут до сих пор. Так куда же он делся?
    Гадать не надо - известно. По требованию МВФ кредит был передан Центробанку России, который по закону, как мы помним, не отвечает по долгам России. При том, что 4,8 млрд.долларов повисли долгом именно на России.
    Что же сделал с этими деньгами Центробанк? Ничего. Или, может быть, что-то. Достоверно установить, что сделал Центробанк именно с этими деньгами, невозможно, так как в ЦБ, так же, как и в Минфине страны, система "котловая" - деньги обезличиваются.
    Значит, концы в воду? Не совсем. Ведь, согласитесь: нам важно не столько то, что Центробанк сделал именно с этими деньгами, сколько то, что Центробанк делал в это время с деньгами вообще. При таком подходе можно кое-что прояснить.
    Так, достоверно известно: в это же время наш ЦБ передал 3,5 млрд.долларов группе частных коммерческих банков (разумеется, не всем подряд, а лишь особо приближённым) за рубли по старой цене - по курсу примерно 1/6. Сделано это было, якобы, для того, чтобы эти неслучайные банки продали доллары за рубли на свободном рынке и тем самым поддержали курс рубля. Эксперты, анализировавшие состояние рынка в этот период, авторитетно утверждали, что дешёвые доллары на рынке в таком объёме не появились. И это понятно:
    что же, в частных банках совсем уж дураки работают, чтобы продавать доллар населению по шесть рублей, если завтра за него можно будет получить 25? Да и руководители Центробанка явно переводили валюту в приближённые банки совсем с другими целями и, скорее всего, на каких-то неформальных иных условиях, о которых мы достоверно ничего не знаем, но с высокой степенью вероятности об их сути догадываемся. Ведь и в Центробанке - тоже не дураки работают?
    Но ещё интереснее и показательнее другое: далеко не все банки вообще рассчитались с Центробанком за полученные доллары, хотя бы даже и рублями по курсу 1/6. Например, небезызвестный "Империал" за более чем 300 млн.долларов рассчитаться вообще не смог:
    "Извините - говорит - у нас тяжёлое материальное положение, буквально лежим на боку..." И это при том, что самым информированным о положении дел в "Империале" - главным контролёром за деятельностью банков и их состоянием - у нас является кто? Правильно, тот же Центробанк. А ведь ни закон, ни ситуация не требовали сначала щедро выдавать валюту, а потом ждать у моря погоды - когда же за неё вернут рубли -вполне достаточно было желающих и заплатить вперёд.
    Теперь вопрос для наивных: с кого в ЦБ и каким образом взыскали для возвращения зарубежным кредиторам хотя бы эти триста миллионов долларов? Не говоря уже в целом о впустую для государства (но явно не впустую для руководства Центробанка и ряда приближённых комбанков) потерянных и повисших на нас с вами долгом 3,5 миллиардах долларов? Или, может быть, хотя бы, кого-то наказали за то, что нам с вами приходится впустую платить высокие налоги, недополучать социальные выплаты, ездить по плохим дорогам и т.п., чтобы эти долги возвращать?
    Конечно же нет - никто не наказан. Криминал очевиден, но самое замечательное, что формально-то закон никто не нарушал. Такой вот удобный, просто замечательный закон. А значит, и привлекать к уголовной ответственности некого - во всяком случае до тех пор, пока не будет доказан личный корыстный мотив в этих действиях руководителей нашего Центробанка. Мотив, который почти наверняка не будет доказан никогда...
    Это - лишь один пример, а сколько в целом средств было вот так раздарено друзьям и близким за прошедшие годы - остаётся только догадываться.
    Но даже и этот совершенно прямой, легко доказываемый и рассчитываемый (разумеется, при обеспечении доступа к информации) прямой урон, нанесённый нам с вами - далеко не главное, а лишь некое побочное последствие. Что же главное?

ЕСЛИ ЗВЕРУШКА - НЕ В КЛЕТКЕ, ТО В КЛЕТКЕ - ВСЯ ЭКОНОМИКА

    Если бы всё исчерпывалось только лишь прямым материальным ущербом от подобных системных (то есть естественных, вытекающих из логики системы) махинаций! Но ситуация значительно хуже. Сами посудите.
    Если есть возможность произвольно устанавливать разные процентные ставки по различного рода операциям и ни перед кем за это не отчитываться, если никакие требования в части обеспечения деятельности финансово-кредитной системы в интересах национальной экономики и её реального сектора ни в одном законе не сформулированы, то почему бы не держать ставку рефинансирования на уровне выше рентабельности сельского хозяйства, промышленности и транспорта, направляя тем самым весь поток денежных ресурсов исключительно в финансово-спекулятивный сектор? Вы можете спросить, зачем им это делать. Ответ прост.
    Во-первых, правила игры в этом секторе устанавливает ЦБ. А во-вторых, и самым крупным игроком на этом рынке является кто? Правильно, все тот же всемогущий ЦБ. Наш Центробанк - игрок, устанавливающий правила игры, контролирующий игроков, да ещё и имеющий право лишать конкурентов лицензий, то есть права участвовать в игре. Значит, Центробанк - игрок, заведомо не знающий поражений. А если так, то чем крупнее игра, чем больше средств вовлечено в игру, тем больше и его выигрыш.
    Конечно, по закону целью деятельности ЦБ не является извлечение прибыли. Но руководство-то его хорошо мотивировано этим же законом на извлечение прибыли и её присвоение в самых разнообразных формах, о которых мы говорили выше.
    И в совокупности из этого следует, что руководители нашего Центробанка оказываются реально мотивированы на одно - на поощрение и развитие финансово-спекулятивных рынков и удушение реальной, производящей товары и услуги экономики. Правда, это лишь логика. А что же факты?
    Факты, как это ни печально, подтверждают нашу логику: на протяжении всех последних перед дефолтом 1998 года лет ставка рефинансирования Центробанка России держалась на уровне, существенно более высоком, нежели средняя рентабельность промышленности. А прибыльность ГКО и ОФЗ (государственных долговых обязательств) зашкаливала за десяток этих уровней. Куда же шли с таким трудом и так тщательно, буквально с фонариком в руке разыскиваемые инвестиции? На финансово-спекулятивный рынок.
    Правда, стоит заметить, что Центробанк в этих делах был не одинок - ГКО и ОФЗ выпускало Правительство (как и ради чего - об этом мы будем говорить ниже). И в целом ограничением спекулятивных рынков -как важнейшим условием перенаправления финансовых ресурсов в реальный сектор экономики - должен заниматься не только Центробанк, но и Правительство, и законодатель (Дума, Совет Федерации и Президент). Но сейчас для нас важна роль Центробанка - того самого, который, как это утверждает в своей книге бывший Генпрокурор Ю.Скуратов, сам играл на рынке ГКО и ОФЗ государственными ресурсами.
    Что это означает? Что наш Центробанк не ограничивал, а интенсивно развивал спекулятивный рынок. Да ещё и играя беспроигрышно - перекачивая финансовые ресурсы из нашего госбюджета в свои практически никому не подконтрольные разнообразные резервы и фонды.
    Как оценить - уже не в миллиардах, а в триллионах долларов, или в сотнях тысяч человеческих жизней -ущерб, нанесённый стране долгими годами прямого и целенаправленного удушения национальной экономики?

* * *

    Естественно возникает вопрос: как такое вообще возможно в обществе (и государстве), считающем себя цивилизованным? И кто, по большому счёту, должен отвечать за уже известные описанные выше последствия? Только ли те, кто руководил созданной таким образом заведомо криминальной системой, наживался на ней в ущерб всем нам? Или же ещё и те, кто эту систему создавал? Те, кто принимал и, несмотря на все предостережения и сопротивление предвидевших последствия, тем не менее, буквально проталкивал семь лет назад нынешний закон о Центральном банке страны? Как такой закон депутаты могли принять? Кто это делал и в чьих интересах? И почему, когда стало ясно, к чему такой закон ведёт, его незамедлительно не исправили и вышеописанные даже не изъяны, а заведомо криминальные механизмы - не устранили?

Глава 3. ИСКУССТВО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДИВЕРСИИ (история принятия закона о нашем Центральном банке)

    В начале февраля 1995 года в верхнюю палату российского Парламента - Совет Федерации - поступил принятый Государственной Думой 27 января того же года закон "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке РСФСР (Банке России)". Ещё на этапе рассмотрения закона в Комитете по бюджету СФ стали очевидны ярко выраженные дефекты закона, а точнее - дефекты в механизме регулирования деятельности главного банка страны. Те самые, о которых мы подробно говорили выше.
    Стоит заметить, что в тот первый, выборный состав Совета Федерации (1994-1995 гг.) входили разные люди: и по своим политическим взглядам, и по квалификации, и по жизненному опыту. Но в целом это был состав весьма высокого уровня: как правило, с опытом руководства крупными предприятиями, регионами, органами государственной власти, общественными организациями. И этот уровень видения и понимания проблем - не упрощённо книжного, но и реального, на своём собственном опыте - позволял не спорить о том, что для депутатов нижней палаты Парламента было вопросами ещё весьма дискуссионными.
    Разумеется, закон о Центробанке, который мы подробно анализировали выше, тот Совет Федерации пропустить не мог. 8 февраля 1995 года закон был Советом Федерации отклонён, и Думе было предложено создать согласительную комиссию между палатами Парламента для преодоления спорных вопросов и необходимой корректировки закона. В силу того, что мне пришлось тогда заниматься этим законом и готовить замечания Совета Федерации, в число членов согласительной комиссии от Совета Федерации была включена и моя кандидатура.
    Не оставалось сомнений в том, что мы имели дело со случаем прямого и весьма циничного лоббирования интересов группы руководителей Центробанка. Но кто именно это делал в Думе, а главное, с каким сопротивлением нам предстояло столкнуться в дальнейшем -этого мы, конечно, не представляли.

КТО ТАСКАЛ КАШТАНЫ ИЗ ОГНЯ

    Нам в Совете Федерации вопрос казался вполне ясным: достаточно просто внятно донести до депутатов Думы, что именно они приняли, видимо, толком не вчитавшись в закон, поверив очередным "профессионалам". И, мы были уверены, большинство депутатов согласится с нашей позицией и закон будет скорректирован.
    Именно поэтому для меня оказалась удивительной позиция моего коллеги по движению "Яблоко"[12] председателя бюджетного комитета Госдумы М.Задорнова, который на им же инициированной предварительной встрече (со стороны комитета по бюджету Думы присутствовал также бывший руководитель аппарата гайдаровского правительства А.Головков, со стороны Совета Федерации - депутат М.Бесхмельницын и я) сказал примерно следующее: если вы настаиваете на своих поправках, то никакой согласительной комиссии просто не будет...
    Ситуация для меня лично была, согласитесь, просто парадоксальной: мне - одному из основателей и вице-председателю "Яблока" - приходилось в верхней палате Парламента бороться против того, что проводили в нижней палате мои же коллеги по движению.
    Подробности борьбы внутри "Яблока" не являются предметом данной книги. Здесь отмечу лишь, что для меня было логично тут же обратиться к Председателю движения Г Явлинскому с предложением собрать руководящий орган движения (бюро Центрального совета), разобраться в вопросе и выработать единую позицию. Именно это я, естественно, и сделал. Но в ответ - тишина. Новое обращение, подробный разговор, обещание разобраться - и опять тишина. А время идет...
    Для авторов закона и для его лоббистов, видимо, не было секретом, что замечания и аргументы Совета Федерации, вскрывающие вульгарно лоббистскую и крайне опасную для экономики страны суть этого закона - ясны и доказательны при любой открытой дискуссии. Значит, главное для них - не допустить публичного обсуждения: ни в Государственной Думе, ни в моём же родном движении, которое я соучреж-дал всего два года назад (сразу же после переворота в сентябре-октябре 1993 года), разумеется, с совершенно иными целями. Именно этим, очевидно, объясняется всяческое затягивание рассмотрения вопроса в движении с одновременной кулуарной работой по подготовке нужного голосования (преодоления вето Совета Федерации) на пленарном заседании Государственной Думы.

МЕТОД РАССКАЖЕТ ОБ ИСТИННЫХ ЦЕЛЯХ

    И им удалось протащить закон втихую, без создания согласительной комиссии и рассмотрения аргументов Совета Федерации. Но важно не только то, что было сделано, но и как это было сделано!
    Столь значимый вопрос, как преодоление разногласий между двумя палатами российского Парламента (даже если и забыть о существе - о рассмотрении статуса и механизма деятельности главного органа финансовой власти страны), вбрасывается Председателем Думы И.Рыбкиным за несколько минут до окончания вечернего заседания' Это уже само по себе способствует тому, чтобы к нему не отнеслись достаточно внимательно. Причём никому из присутствовавших представителей Совета Федерации слово не даётся и существо разногласий, даже в пересказе третьих лиц, до депутатов не доводится. И после быстрого и для всего уже собирающегося домой зала невнятного обмена репликами расставленные по залу люди (сколько депутатов реально присутствует обычно в зале заседаний в конце рабочего дня, известно - видеокамеры неоднократно фиксировали не то что наполовину, а не менее чем на четыре пятых пустой зал, и это неоднократно демонстрировалось по телевидению) без промедления обеспечивают нужное голосование - принятие закона подтверждается повторным голосованием двух третей депутатов Думы.
    Ещё раз подчёркиваю, присутствовавшие в зале представители Совета Федерации не успели даже подойти к трибуне, чтобы хотя бы попытаться остановить этот фарс...

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС

    Что было делать нам в Совете Федерации9 Естественно, попытаться использовать последний, хотя и слабый, шанс - официально обратиться к Президенту с предложением наложить на закон вето и вернуть его в Государственную Думу Честно говоря, хорошо зная по предшествовавшей работе Президента Б.Ельцина и представляя себе его администрацию и советников, я, предлагая на заседании Совета Федерации такой метод действия, не слишком рассчитывал на успех. Но не использовать шанс, согласитесь, тоже было нельзя. И вместе с коллегами мы внесли на рассмотрение Совета Федерации приводимый ниже проект обращения.
    Почему мне кажется целесообразным привести его здесь? Документ позволяет читателю убедиться в том, что все случившееся позднее было отнюдь не случайным и вполне прогнозировавшимся. И ключевые изъяны закона были видны и тогда - семь лет назад.
ДОКУМЕНТ проект обращения Совета Федерации к Президенту Б.Ельцину.
    Проект внесён депутатом Совета Федерации
    Ю.Ю.Болдыревым, округ 78
    А.В.Головатовым, округ 8
    Г.А.Антоновым, округ 79
    01 марта 1995г.
    ОБРАЩЕНИЕ
    Совета Федерации
    к Президенту Российской Федерации
    О ЗАКОНЕ "О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ И ДОПОЛНЕНИЙ В ЗАКОН РСФСР "О ЦЕНТРАЛЬНОМ БАНКЕ РСФСР (БАНКЕ РОССИИ)"
    Уважаемый Борис Николаевич!
    Совет Федерации Федерального Собрания постановлением от 08 февраля 1995 года N 348-1 отклонил Федеральный закон "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке РСФСР (Банке России)", принятый Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации 27 января 1995 года, и предложил создать согласительную комиссию для доработки закона.
    Государственная Дума 24 февраля 1995 года провела повторное голосование по указанному закону и приняла его двумя третями голосов от общего числа депутатов.
    К числу важнейших положений принятого Государственной Думой закона, вызвавших его отклонение Советом Федерации, относятся следующие:
    1. Статья 2 рассматриваемого закона определяет, что Центральный банк Российской Федерации (Банк России) не отвечает по обязательствам государства и государство не отвечает по обязательствам Банка России.
    Действительно, задачи и полномочия Банка России таковы, что нецелесообразно возлагать на него ответственность по обязательствам государства. Но это не должно снимать с государства ответственности по обязательствам Банка России.
    В соответствии с пунктом "Ж" статьи 71 Конституции Российской Федерации, в ведении Российской Федерации находится "...финансовое, валютное-регулирование, денежная эмиссия..." Эти важнейшие полномочия государства отнесены статьёй 4 рассматриваемого закона к компетенции Банка России. Таким образом, положение закона о том, что государство не отвечает по обязательствам Банка России, по существу, означает, что в законе предпринята попытка освободить государство от ответственности за реализацию полномочий, прямо отнесённых статьёй 71 Конституции Российской Федерации к вопросам ведения Российской Федерации. Очевидно, что государство, передавая Банку России свои важнейшие монопольные функции, обязано принимать на себя и ответственность за его действия. Формулировку "государство не несёт ответственности по обязательствам Банка России" необходимо исключить.
    2. В целом нуждается в уточнении статус Банка России, который определяется статьёй 2 рассматриваемого закона как "юридическое лицо с особым статусом"[13], без указания на то, что Банк России является государственным учреждением. В то же время, в соответствии с частью 2 статьи 75 Конституции Российской Федерации, "Защита и обеспечение устойчивости рубля - основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти." Таким образом. Конституция относит Банк России к числу органов государственной власти. И определение рассматриваемым законом статуса Банка России как особого, отличного от статуса органов государственной власти, вступает в противоречие с Конституцией. Необходимо в соответствии с Конституцией Российской Федерации чётко определить статус Банка России именно как государственного учреждения, пусть даже и с особым в чём-то статусом.
    3. Банк России, в соответствии со статьёй 3 рассматриваемого закона, - неприбыльная организация, не являющаяся, в соответствии со статьями 2 и 26 этого закона, плательщиком налогов. В то же время, в соответствии с этим же законом (статьи 16, 26, 90, 91), из своих доходов Банк России произвольно устанавливает объем средств, расходуемых на заработную плату своих сотрудников, а также уровень этой заработной платы, вправе создавать из своих доходов фонды для дополнительного пенсионного обеспечения своих сотрудников, выделять кредиты своим сотрудникам на личные нужды (статья 93). При этом не оговорён лимит ни части доходов Банка России, расходуемых на самообеспечение, ни размер средств, расходуемых таким образом на одного сотрудника Банка России.
    Необходимо чётко определить правила распределения доходов Банка России, и в частности порядок определения уровня заработной платы работников Банка России, а также абсолютные и (или) относительные (в процентах от доходов Банка России) ограничения на объем средств, выделяемых из доходов Банка России на социальное и иное обеспечение сотрудников Банка России.
    4. Имеются также серьёзные замечания по вопросу о полномочиях Банка России по управлению собственностью, находящейся на его балансе, а также по иным положениям статей 2,3,6,18,19,20,26,82 и по другим статьям.
    На основании изложенного обращаемся к Вам с предложением в целях недопущения введения в действие недоработанного закона, ряд положений которого вступает в противоречие с Конституцией, воспользоваться Вашим правом, в соответствии со статьёй 107 Конституции, не подписывать закон "О Внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке РСФСР (Банке России)" и предложить Государственной Думе и Совету Федерации создать согласительную комиссию по доработке закона.
    Это обращение к Президенту Б.Ельцину было Советом Федерации принято и немедленно направлено. И Президент вето на закон наложил. Хотя, судя по дальнейшему развитию событий, сделал он это по каким-то иным соображениям.

ВТОРОЙ КРУГ - ПО ПРЕЖНЕМУ СЦЕНАРИЮ

    Казалось бы, ну теперь-то уж все можно исправить. Есть время, можно создать совместную трёхстороннюю (Государственная Дума, Совет Федерации и Президент) согласительную комиссию, обсудить вопрос публично и выработать взаимоприемлемый вариант.
    Но не тут-то было. Вновь начались кулуарные игры. Нам говорили, что официальных документов от Президента ещё нет, а вот когда они будут, тогда мы создадим совместную группу по доработке закона... И вдруг мы узнаем, что законопроект с минимальными, чисто косметическими поправками вносится на рассмотрение Думы и 12 апреля принимается.
    И вновь рассмотрение на Совете Федерации. И вновь отклонение и предложение создать согласительную комиссию.
    Надо отметить, что руководство Совета Федерации вовсе не было в подобных вопросах нашим союзником. И после первого отклонения закона в какой-то момент мы обнаружили, что самые ключевые замечания "случайно" не попали в приложение к нашему решению об отклонении закона. Конечно, мы их передали сразу же напрямую в соответствующий комитет Думы, но, как уже было отмечено выше, рассматривать их публично никто не стал.
    Наученные горьким опытом, во второй раз мы уже все тщательно проконтролировали и знали точно, что наши предложения по корректировке закона, значительная часть которых была сформулирована непосредственно мною, в Думу официально направлены.
    Тем не менее, в Думе прежний сценарий был разыгран вновь. Опять, только уже без всяких предварительных консультаций, мы буквально случайно узнаем, что на Думе собираются преодолевать вето Совета Федерации повторным голосованием. И вновь та же картина: вопрос опять вносится председательствующим И.Рыбкиным неожиданно, только уже не за несколько минут до окончания вечернего заседания, а во время обеденного перерыва - между сугубо внутренними думскими или формальными вопросами. Короткое выступление Задорнова, представителям Совета Федерации - слово не предоставляется. И опять под руководством людей, уже расставленных по залу, голосование неизвестно за что, якобы за "защиту мелких вкладчиков"... И дело сделано - закон принят повторно двумя третями голосов.
    Этот случай интересен и показателен как иллюстрация некоторых нюансов технологии. Поэтому я счёл необходимым привести здесь выдержки из стенограммы заседания Думы, на котором преодолевалось наше (Совета Федерации) вето, а в ряде случаев и сопроводил текст своими комментариями. Вчитайтесь в эту стенограмму, здесь, как говорят, что ни слово, то - песня...
ДОКУМЕНТ: Из стенограммы заседания Государственной Думы
    Федерального Собрания Российской Федерации
    Здание Государственной Думы. Большой зал. 21 апреля 1995 года...
    Председательствует Председатель Государственной Думы И.П.Рыбкин.
    <...>
    13 час. 54 мин. 14 сек. (1)
    [(1) ПРИМЕЧАНИЕ: Обеденный перерыв по распорядку работы Думы - с 14-00 до 16-00; указываемое в стенограмме время - на момент голосования по предыдущему рассматривавшемуся вопросу.]
    Уважаемые коллеги! Перед перерывом позвольте поставить на голосование несколько постановлений, которые включены в резерв (2).
    [(2) ПРИМЕЧАНИЕ: Обратите внимание на эти очень не случайные слова Председателя: "перед перерывом" - напоминает, что пора на обед (то есть, все серьёзные вопросы будут рассмотрены потом, а сейчас только то, что можно быстренько...); "несколько постановлений" - то есть законы сейчас уже рассматриваться не будут, и все, кто пришёл ради рассмотрения законов - могут идти обедать и вернуться на интересующие их вопросы уже после перерыва; "включены в резерв" - опять недвусмысленное указание на рассмотрение до перерыва лишь второстепенных вопросов из "резерва"...]
    О создании согласительной комиссии по Федеральному закону "О сельскохозяйственной кооперации" в связи с отклонением Советом Федерации. Проект постановления о создании согласительной комиссии по Федеральному закону "О сельскохозяйственной кооперации" имеется у вас на руках. (3) Прошу проголосовать, коллеги. Идёт голосование. Будьте внимательны.
    [(3) ПРИМЕЧАНИЕ: Как, видимо, догадывается уважаемый читатель, закон о сельскохозяйственной кооперации - несопоставимо более значимый и ответственный для судеб экономики нашей страны, нежели закон о Центральном банке. И потому по этому закону, в отличие от закона о Центральном банке, ни у кого не вызывает сомнения необходимость создания согласительной комиссии между Государственной Думой и Советом Федерации для урегулирования всех спорных вопросов.]
    <...>
    Позвольте поставить на голосование постановление Государственной Думы об избрании на должность заместителя председателя Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам Репкина Виктора Павловича. Прошу голосовать, коллеги. Идёт голосование. (4)
    [(4) ПРИМЕЧАНИЕ: Рассматриваются уже сугубо внутренние вопросы организации работы Думы - теперь-то уж точно все посторонние, включая и прессу, и нежелательных представителей Совета Федерации, могут бежать обедать - чтобы потом не опоздать на рассмотрение важных вопросов...]
    <...>
    14 час. 01 мин. 08 сек. (5)
    [(5) ПРИМЕЧАНИЕ: По расписанию - уже обеденный перерыв.]
    <...>
    О Федеральном законе "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке РСФСР (Банке России)" (в связи с отклонением Советом Федерации). Преодоление вето. Прошу вас, Михаил Михайлович Задорное. Внимание, коллеги.
    Задорное М.М., председатель Комитета Государственной Думы по бюджету, налогам, банкам и финансам, фракция "ЯБЛОКО": Уважаемые депутаты! Уважаемый председательствующий! Я не буду надолго задерживать ваше внимание. Материалы вам розданы. Канва коротко такова. Десять дней назад мы приняли Федеральный закон "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке РСФСР (Банке России)", согласованный с президентской стороной. Согласование было непростое, но достигнут компромисс, который по заверению президентской стороны чётко гарантирует подписание этого закона Президентом. Через два дня после этого Совет Федерации рассмотрел закон и отклонил его, сославшись на своё постановление от 8 февраля (оно у вас имеется), в котором не было конкретных замечаний по этому законопроекту, были только общие замечания.
    В рабочем порядке комитет Совета Федерации дал нам свои замечания, предложения по этому закону. Мы их рассмотрели, и Комитет по бюджету, налогам, банкам и финансам единогласно на своём заседании рекомендовал преодолеть вето Совета Федерации. Почему? Потому что те замечания, которые даны (некоторые из них, по нескольким статьям), полностью делают Центральный банк подконтрольным Счётной палате, в чём нет необходимости, поскольку в Законе "О Счётной палате" такие функции уже предусмотрены. (6)
    [(6) ПРИМЕЧАНИЕ: Обратите внимание на последнюю формулировку. Когда происходит очередной дефолт или все вдруг начинают оглядываться и искать, ну куда же эти МВФ-овские почти пять миллиардов долларов запропастились, кажется, что это все происходит само собой, в крайнем случае - что в исполнительной власти вдруг кто-то "отдельный" нехороший проворовался..., но специально и сознательно к возможности подобных катаклизмов нас уж точно никто не подводил? Что ж, блажен, кто верует... Но стоит при этом иметь в виду, что одно только это "нет необходимости" (как будто бы Задорнов по наивности не понимал, что создаётся юридическая коллизия - конфликт норм двух законов) обошлось нашей стране в несколько миллиардов долларов. Во всяком случае, именно отсутствие чёткого указания на подконтрольность Центрального банка страны Счётной палате или иному независимому от Президента, Правительства и самого Центробанка контролирующему органу, вкупе с отсутствием внятного указания на то, что ЦБ является органом госвласти, так и не позволило выяснить, в какую бездну канули три с лишним миллиарда долларов, направленных Центробанком в бывшие "совзагранбанки"; не позволила полностью разобраться с операциями, проводившимися через "Фимако"; пресекла возможность получения нами с вами, уважаемый читатель, информации о кредитах, выдававшихся Центробанком хотя бы лишь в 1997-98 гг., в частности в преддефолтовский период... А это, в свою очередь, не позволило нам хотя бы даже попытаться пресечь многое и многое другое, не менее интересное, что наверняка происходит, но о чём, в отсутствие информации (из-за гарантированной таким образом бесконтрольности Центробанка), мы даже и не догадываемся...]
    Целый ряд других замечаний просто не может быть принят по самой концепции закона.
    Мы считаем, что закон, принятый нами, так сказать, . впервые ещё в январе, крайне необходим. Он крайне необходим, поскольку большинство обращений к Центральному банку по борьбе с теми банками, которые не выплачивают средства вкладчикам, по защите интересов мелких вкладчиков сталкивается с тем, что у Центрального банка нет законодательной базы для этой работы.
    Председательствующий; Михаил Михайлович, покороче, прошу вас. Закон ведь известен нам.
    Задорное М.М.: Этот закон даёт такую базу. Поэтому комитет предлагает (это было, повторю, единогласное решение) преодолеть вето Совета Федерации и направить закон на подпись Президенту.
    Председательствующий: Уважаемые коллеги! Буквально несколько слов по мотивам голосования имеет начальник финансово-бюджетного управления Администрации Президента Игорь Дмитриевич Московский. Прошу включить микрофон. Нет его?
    Задорное М.М.: Он, наверное, уже ушёл.
    Председательствующий: С целью преодоления вето Совета Федерации ставится на голосование проект постановления: принять законопроект в прежней редакции. Кворум для принятия решения - 300 голосов. Прошу голосовать. Будьте внимательны, коллеги. Идёт голосование. Кто без карточек, коллеги, либо не успел проголосовать? Депутат Третяк -за. Кто ещё не проголосовал, коллеги? Депутат Марычев, вы проголосовали? "За".
    Прошу, покажите результаты.
    Результаты голосования (14 час. 04 мин. 33 сек.)
    Проголосовало за 358 чел. 79,6%
    Проголосовало против 1 чел. 0,2%
    Воздержалось 0 чел. 0,0%
    Голосовало 359 чел.
    Не голосовало 91 чел.
    Результат: принято
    358 плюс 1. (Аплодисменты.)
    Преодолено вето. Депутат Марычев карточкой голосовал. Уважаемые коллеги! Если бы вы не возражали, то тотчас после перерыва мы могли бы проголосовать все законы, представленные в третьем чтении. А потом уже "правительственный час".
    (Шум в зале.) Или сейчас проголосуем? Ну, давайте, раз настаиваете (7).
    [(7) ПРИМЕЧАНИЕ: Голосование "в третьем чтении" - чисто техническое - после исключительно редакционной правки фактически уже принятого закона; никакие поправки и изменения в закон в третьем чтении не рассматриваются, и потому это голосование практически формальное. То есть, как читатель может убедиться, ни непосредственно до, ни после преодоления вето Совета Федерации по закону о Центробанке депутатами не рассматривалось ни одного не то что сопоставимого по важности, но и просто серьёзного вопроса...]
    <...>
    Объявляется перерыв до 16 часов. Приятного аппетита, коллеги.
    Любопытная деталь: если пытаться оценивать все исключительно по тексту стенограммы, то, несмотря на все очевидные хитрости, может сложиться впечатление о некоторой, вроде бы, даже и неторопливости рассмотрения вопроса. Но обманчивость подобного впечатления станет очевидной, если обратить внимание ещё и на время, фиксируемое при голосовании. Так вот: попробуйте по стенограмме сами рассчитать, сколько прошло времени между высвечиванием на табло результатов голосований по вопросу о Центробанке и по предыдущему вопросу - о назначении на аграрный комитет гр-на Репкина. И вы увидите, что на все рассмотрение вопроса о преодолении вето Совета Федерации по закону, регулирующему деятельность безусловно одного из самых ключевых государственных институтов, ушло меньше трёх с половиной минут! Вычтите время на подход к трибуне, само голосование... Можно себе представить, какой скороговоркой всё произносилось и в какой неслучайной суете всё происходило?
    И для довершения картины этого триумфа в борьбе за "защиту интересов мелких вкладчиков" (ради такого святого дела не жалко даже и от обеда время оторвать) стоит, наверное, посмотреть, а что же это за такой "целый ряд других замечании", который "просто не может быть принят по самой концепции закона" и потому был отвергнут без обсуждения? Для этого мне придётся привести здесь ещё один документ - сухой и потому скучный - предложения Совета Федерации по изменениям в закон о Центробанке. Юристам и финансистам, привыкшим работать с подобными документами, возможно, будет интересно самим сравнить его с текстом действующего закона о Центробанке и составить обо всём собственное представление. Тем не менее, я привожу этот документ мелким шрифтом как необязательный, но к нескольким важным поправкам сразу дам необходимые пояснения.
ДОКУМЕНТ: предложения Совета Федерации по изменениям в закон о Центробанке.
    ПОСТАТЕЙНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ Совета Федерации Федерального Собрания к Федеральному закону
    "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О Центральном банке РСФСР (Банке России)", принятому Государственной Думой 12 апреля 1995 года, отклонённому Советом Федерации 13 апреля 1995 года.
    1. Часть вторую статьи 2 Федерального закона изложить в следующей редакции:
    "Банк России осуществляет свои расходы за счёт собственных доходов в пределах средств, предусмотренных в федеральном бюджете на содержание Банка России." (1)
    [(1) ПРИМЕЧАНИЕ: Это предлагалось вместо введённой законом нормы, позволяющей руководству Банка произвольно тратить на самообеспечение ничем не ограниченные объёмы государственных ресурсов. Отсутствие в законе предложенной Советом Федерации нормы (или иной подобной), регулирующей собственные расходы ЦБ, полностью нейтрализовало прекраснодушную норму о том, что прибыль не является целью его деятельности, и превратило ЦБ в то, что мы имеем сегодня реально - в фактически коммерческую организацию-супермонополиста.]
    2. Часть третью статьи 2, устанавливающую, что Банк России не регистрируется в налоговых органах, из закона исключить, поскольку это положение является предметом регулирования налогового законодательства.
    Части четвёртую и пятую Федерального закона считать соответственно частями третьей и четвёртой.
    3. Часть пятую статьи 2 Федерального закона изложить в следующей редакции:
    "Банк России не отвечает по обязательствам иных органов государственной власти.". (2)
    [(2) ПРИМЕЧАНИЕ: Этим исключалась бы другая составляющая ныне действующей нормы - о том, что наше государство не отвечает по обязательствам своего Центробанка, выполняющего от имени государства целый ряд его важнейших полномочий. Кстати, как тут не напомнить и о том, что контрольный пакет акций нашего Сбербанка управляется именно Центробанком... И кто же и что же нам здесь на самом деле гарантирует?]
    4. Абзац четвёртый части первой статьи 5 Федерального закона изложить в следующей редакции:
    "...утверждение Государственной Думой представленного Банком России аудиторского заключения и годового отчёта.".
    5. Статью 5 Фе