Скачать fb2
Мой второй пилот - собака

Мой второй пилот - собака


Хабер Карен Мой второй пилот - собака

    КАРЕН ХАБЕР
    Мой второй пилот - собака
    Перевели с английского Владимир ГОЛЬДИЧ и Ирина ОГАНЕСОВА
    Ужас! - Чарли прикрыл глаза своими видоизмененными лапами. - Совсем рядом прошло, Фрэнк!
    Астероид, еще мгновение назад казавшийся огромным на переднем экране обзора, превратился в маленький камешек у нас за кормой, а вскоре и вовсе исчез из виду.
    - Послушай, дружище, - сказал я, - по документам именно я пилот этой колымаги. Так что оставь свои комментарии при себе - я сам разберусь с полем астероидов.
    - О, Господи... Господи, нет! Не сворачивай туда. Смотри! Ты пролетел слишком близко.
    - Сделай одолжение: заткнись и наслаждайся пейзажем.
    - О-о-о-о-о, какой кошмар! - бормотал Чарли, прикрывая лапами голову.
    - Знаешь, на кого ты сейчас похож? На охотничью собаку.
    - Только по материнской линии. А со стороны отца у меня имеются гены динозавра.
    - Еще чего скажешь?.. - Я провел корабль вдоль самого края летящей на нас скалы размером с Северную Дакоту и проводил ее взглядом. - Их там так мало, не сразу и заметишь.
    - Ты что, целое утро собираешься играть в пятнашки с астероидами или у тебя все-таки есть какой-нибудь завалящий планчик?
    - Не дрейфь. Мы уже почти на месте. Похоже на богатую рудой жилу. Если повезет, мы сможем пару месяцев наслаждаться бисквитами с шампанским.
    - Конечно. Я еще не забыл, как в прошлом месяце мы обнаружили месторождение алмазов, которые оказались смесью льда и углерода. Были еще залежи железной руды, успевшей заржаветь на обратном пути.
    Мне не понравился его сарказм.
    - Эй, послушай, ведь это не я забыл протереть резервуар.
    - Я уже говорил, что во всем виноваты глюки нашего компьютера.
    - Когда тебе все это надоест, скажи мне, не стесняйся - и я тебя поменяю на сиамского кота-мутанта.
    - Ха!
    Мы оба знали, что на самом деле я не сделаю ничего подобного. Я никогда не любил кошек. Да и Чарли, несмотря на склонность к истерикам, в целом был очень неплохим компаньоном. По профессии я космический шахтер, как и мой отец. У меня тоже темные волосы и карие глаза. А кроме того, от отца мне досталась любовь к хорошей шутке. В общем, я доволен своей жизнью. Впрочем, порой, оказавшись на краю галактики, начинаешь чувствовать себя одиноко. Когда слишком много времени проводишь наедине со своим кораблем, в голову начинают лезть всякие мысли... Кое-кто, например, включает автопилот, и корабль врезается в поверхность никому не известной планетки.
    Однако компания, на которую я работаю, довольно быстро выяснила, что команда, состоящая из мужчины и женщины, никуда не годится. Большую часть времени они занимаются любовью или ругаются. Добыча полезных ископаемых катастрофически падает.
    Компания пришла к выводу, что лучшим решением проблемы будет компаньон. Например, домашнее животное.
    Коты непредсказуемы. Ящерицы лучше, но
    они слишком много спят. А вот собаки всегда отличались любовью к перемене мест, не так ли? Собак подвергли генетической обработке, чтобы они без проблем переносили долгие космические полеты, продлили срок их жизни, снабдили способностью управляться с туалетом в условиях невесомости - и в результате получился хороший партнер.
    Нерешенной осталась только одна проблема. Тот самый ген, который позволяет им разговаривать! А еще собаки склонны переживать. Вслух.
    Чарли был терьером - по темпераменту, с небольшой примесью лабрадора - для стабильности. А еще он получил немного генов ящерицы - ради увеличения срока жизни и ловких эластичных пальцев с подушечками на кончиках; кроме того, благодаря этим генам он обладал способностью менять цвет. Сейчас мой партнер пребывал в утонченном настроении: "Называйте меня Чарлз". Черное на черном, с изящным белым пятном на морде. Аристократ.
    Когда он был "просто Чаком", его короткий мех становился темно-желтым, морда - коричневой, а уши - большими и треугольными. Однако мне больше всего нравился вариант "Чарли": улыбающаяся пасть, двухцветная шкура с преобладанием белого, рыжеватые уши и нос. Очень забористо. Да и сам пес казался счастливым, когда превращался в Чарли.
    Если мой компаньон огорчался, то был способен на поразительные изменения внешности: отращивал пурпурную гриву и жуткие красные рожки над глазами. Наверное, в стрессовых ситуациях древние гены рептилий брали верх над остальными.
    К примеру, когда сегодня утром я поднял глаза от кофеварки, то увидел, что по всей спине у него пошли жутковатые розовые пятнышки.
    - Что тебя беспокоит?
    Чарли немного пожевал губами, прежде чем ответить.
    - У меня плохое предчувствие.
    Я уже научился прислушиваться к подобным заявлениям Чарли.
    - Ужасно-опасные? Или мелкие-неприятности-на-наши-задницы?
    - Первый вариант.
    - Оцени их по пятибалльной шкале.
    - Пять.
    - Понятно, - пробормотал я, усаживаясь в кресло пилота. - Ладно, я постараюсь быть внимательным.
    - Сделай одолжение.
    Корабль содрогнулся - и мне это совсем не понравилось.
    Пинг! Пинг, па-чинг!
    Что-то застучало по кокпиту.
    Заверещал сигнал тревоги. На индикаторе появился тревожный красный цвет.
    - Попадание? - закричал я. - Что случилось?
    - Микроастероиды, - ответил Чарли. В его голосе звучало отвращение. Защитное поле не сработало. Помнится, я тебя предупреждал, что нам необходимо установить более мощную систему! Сирена ревела, не переставая. Кабину начал заволакивать туман. Парочка маленьких поганцев пробила корпус.
    - О-о-о-о, я тебя предупреждал! - жалобы Чарли грозили перейти в настоящий вой. - Давление составляет восемьдесят семь процентов нормы и продолжает падать. О-о-о-о-о-о! Я знаю, мы погибнем!
    - Заткнись. Продолжай сообщать данные о давлении.
    Мне только кажется, что я слышу свист?
    Я ударил по кнопке аварийной герметизации. Она не сработала. Теперь придется ждать шестьдесят секунд, только после этого я смогу осуществить еще одну попытку. Между тем воздух быстро уходил из корабля.
    - Восемьдесят пять. Восемьдесят один.
    Мы могли выдержать до шестидесяти.
    - Семьдесят пять.
    Секунды тянулись еле-еле.
    - Семьдесят.
    Ну, давай!
    - Шестьдесят восемь. Шестьдесят четыре.
    Я снова ударил по кнопке, чуть не сломав панель.
    - Шестьдесят... - Чарли выдержал драматическую паузу. - Остановились на шестидесяти четырех.
    Один за другим красные индикаторы погасли.
    - Давление стабилизировалось.
    - Ну, все в порядке. Надеюсь, твое предчувствие имело в виду именно это.
    Чарли кивнул.
    - Угу. Я думал, будет хуже.
    - Ты всегда так думаешь... Ненавижу этих маленьких ублюдков. Сканер никогда их вовремя не замечает.
    Мы даже не успели расслабиться, как раздался легкий звон - мы приблизились к цели нашего путешествия, нужный астероид оказался совсем рядом.
    - Через пять минут можно запускать зонды, - сказал Чарли.
    - Постарайся на сей раз сделать это аккуратно, - проворчал я.
    Вскоре Чарли доложил:
    - Зонды стартовали. Будут на месте через тридцать секунд.
    Я начал изучать данные с поверхности астероида. Действительность превзошла все ожидания. - Что я говорил? Главная жила содержит руду девяностопятипроцентной чистоты! Наше новое оборудование окупит себя до последнего цента. На сей раз интуиция тебя обманула.
    После того, как мы вырезали лазером и подняли руду в наш главный грузовой отсек, я зарегистрировал находку в Центральной базе данных. Мне не терпелось увидеть новые цифры на нашем счету. Они должны были появиться с минуты на минуту.
    Я вызвал наш файл - и не поверил собственным глазам.
    - Чарли!
    Он сидел в своем кресле, закрыв глаза лапами. Атавизм чистейшей воды. Инстинкт. А мой инстинкт подсказывал, что мне следует свернуть шею расточительному мерзавцу.
    - Ты опять изучал каталог "Снова волна?"
    В ответ он только виновато заскулил.
    - Ну, что ты купил на сей раз? Парящую кровать с запахом можжевельника и собственным генератором тяготения? Нет, это было во время твоего прошлого разгула. Ну значит, речь идет о галетах из печени? Я видел, как ты пускал на них слюни. А может, приобрел новое видео? Чарли лежал на спине и слабо болтал лапами в воздухе - ждал, когда самец-альфа перегрызет ему горло. Или дарует жизнь.
    Понятно, я не стал его убивать. Но чтобы он не испытывал избыточной благодарности за мой красивый жест, я напомнил ему, сколько раз в прошлом его непомерные расходы ставили нас в тяжелое положение. Получилась целая лекция.
    - Мы никогда не сможем купить себе корабль побольше.
    Он по-прежнему лежал на спине и тихонько скулил.
    Я начинал чувствовать себя настоящим злодеем.
    - Вставай.
    - Тебе следовало давно от меня избавиться, Фрэнк... Завести сенбернара... Они ненавидят делать покупки.
    - Не будь дураком. У них нет чувства юмора.
    - Зато на них всегда можно положиться.
    - Я не хочу сенбернара.
    - Ну тогда выбери себе кого-нибудь другого.
    - Да, замечательная идея. Какого-нибудь болвана, который будет лаять на каждый пролетающий грузовой корабль? Или того хуже - помнишь, что произошло с Джо Мартином?
    - С Джо и Хьюго?
    - Именно.
    Чарли закатил глаза. Он знал эту историю не хуже меня: Джо был шахтером, который имел несчастье связаться с Хьюго - помесью шарпея и Джека Рассела. Через шесть месяцев совместных полетов Хьюго взбунтовался, высадил Джо на одной из лун Плутона и украл корабль. Нет, Хьюго не собирался убивать Джо. Просто хотел от него избавиться. Он даже оставил Джо аварийный маяк и кое-какие запасы продовольствия.
    Джо нашли через неделю, но он так и не пережил предательства. Кажется, бросил наш бизнес. Теперь, наверное, сидит за письменным столом где-нибудь в Хонсубиши.
    Нет, в мои планы не входило менять напарника. Впрочем, от этого наше положение не становилось менее тяжелым.
    - Ты знаешь, что нас ждет, - со вздохом сказал я. - Двойные смены и урезанный рацион.
    Это был уже третий вылет за последний месяц, глаза у нас покраснели от недосыпа, а руки дрожали от усталости. Нам достался паршивый груз: запасные части для орбитальной станции, поврежденной сбежавшим грузовым кораблем. Долгие часы тяжелой, грязной работы в костюмах для нулевой гравитации. И никакой гарантии, что мы надежно защищены от радиации.
    Не знаю, кто из нас потерял бдительность. Теперь уже не важно. Мы лишились своего корабля. Он от нас улетел. В буквальном смысле. Мы остались висеть в пустоте - две жалкие марионетки в холодной и бесконечной ночи. Кто знает, сколько мы протянем? Подача кислорода работала безупречно. Системы защиты скафандров пока держались. Если мы не умрем от голода или с нами не покончит случайный астероид, мы проболтаемся здесь довольно долго.
    Связь тоже пока работала - уж не знаю, к лучшему ли...
    - Знаешь, - заметил Чарли, - мы попали в трудное положение.
    - Догадываюсь, - проворчал я, вспомнив, что всегда ненавидел невесомость.
    - Честное слово, не знаю, какой вариант хуже: если нас спасут или если мы погибнем. Я знал, за что проголосовать. И побыстрее, пожалуйста, Господи.
    - Если мы умрем, нам не придется выслушивать бесконечные насмешки, сообщил я.
    - Да, будет тише.
    - Наступит покой, - согласился я. - Никто в потустороннем мире не засовывает свой ужин в скафандр.
    Вдруг мы увидели, что к нам стремительно приближается звезда. Вскоре она превратилась в серебристый корабль.
    - Плохая новость, - сказал я. - Мы спасены. - Затем я прочитал индекс на корпусе корабля. USFSPX9742.
    - Ох, ты, - пробормотал я, чувствуя, как по спине побежали мурашки.
    - Это в каком смысле?
    - Чарли, ты помнишь номер старого корабля Джо Мартина?
    - Того, что Хьюго... - Он замолчал - видимо, до него дошло. - Ты думаешь?
    - Я бы с удовольствием решил, что ошибаюсь.
    Но, как и следовало ожидать, я был прав.
    Нас подобрал спасательный модуль и переместил внутрь корабля, похожего на наш, только в гораздо худшем состоянии. Здесь уже довольно давно никто не производил уборки, и все покрылось собачьей шерстью. Позвольте вас заверить, что собачья шерсть в воздухе, да еще при нулевом тяготении, штука паршивая. Не дай вам Бог ее вдохнуть. Ну и пахло здесь... псиной. Хьюго выглядел малость шелудивым в районе ушей и в нижней части морды. Командование кораблем часто приводит к подобному результату. Гены шарпея доминировали, и он напоминал неуклюжего медведя. Маленькие блестящие глазки смотрели на меня без всякого выражения. Но когда он заговорил, его голос звучал тенором Джека Рассела, в котором легко читалось нетерпение.
    - Я взял ваш корабль под контроль.
    - Отлично, - сказал я. - Спасибо за спасение. Мы не станем тебя задерживать, и сразу же... Он меня игнорировал. Разговаривал он только с Чарли.
    - Хочешь выпить? - предложил Хьюго.
    - Нет. Спасибо.
    - Конечно, хочешь. Пошли. Расслабься. Нам нужно кое о чем поговорить. Хьюго повел Чарли в центральную часть корабля.
    Когда я попытался последовать за ними, люк спасательного модуля захлопнулся перед самым моим носом - я оказался пленником. Через бортовой иллюминатор я наблюдал за тем, как они переходят в кабину пилота. Дверь закрылась.
    В конце концов я заснул. Проснувшись, я увидел в иллюминаторе огромную голову, похожую на медвежью. Потом она исчезла.
    - Эй! - закричал я. - Хьюго, ты не собираешься выпустить меня отсюда?
    Заработали двигатели спасательного модуля.
    - Чарли? Где ты?
    Люк распахнулся, и модуль вылетел наружу; через мгновение меня уже окружала темнота. Один только Бог знает, куда меня несло.
    Я вам кое-что скажу относительно собак - когда у них появляются привычки, они им следуют неукоснительно. Меня бросили - в точности, как Джо Мартина. Оставалось надеяться, что Хьюго снова не поскупился на запасы.
    Плюх!
    Спасательный модуль ударился о землю, подскочил, перевернулся и замер на месте. Я взглянул на экран обзора. Перед моими глазами раскинулся сине-зеленый ландшафт. Я приземлился на какую-то планету. Замечательно, просто великолепно.
    Как Чарли мог меня оставить? Мы ведь приятели. Я немного повозмущался, но потом пришел к выводу, что Хьюго его просто заставил. Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, я принялся изучать свои припасы. Продовольствия хватит на несколько месяцев, правда, если я готов питаться синтетическим протеином со вкусом винограда.
    Сенсоры модуля показывали, что воздух на планете пригоден для дыхания, а гравитация даже немного ниже той, к которой я привык. Сняв шлем, я осторожно вдохнул воздух. Если не считать незнакомого запаха, все в порядке. Я сбросил перчатки и снял скафандр. Однако ремень от скафандра решил оставить на поясе. И еще раз выглянул наружу.
    На горизонте двигались какие-то странные вертикальные тени. Некоторое время я наблюдал, как они подпрыгивают - вверх и вниз. Что это? Образчики местной флоры, живые существа или галлюцинация?
    Прыгуны приближались. Я слышал звук приземления после каждого прыжка.
    Поинг! Поинг!
    Слишком громко для флоры, решил я. И для галлюцинации тоже.
    Мои сканеры показывали наличие нескольких различных форм жизни. Похоже, придется вступить в контакт.
    Когда они подошли поближе, я почувствовал запах: сладкий, как у шипучего напитка или сильных духов. Диковинные существа оказались гораздо более крупными, чем я подумал сначала; здоровенные бревна в перьях, а может, в чешуе, похожей на перья: в центре - желтые, ближе к краю - мерцающе-зеленые.
    - Привет, - сказал я. - У меня самые мирные намерения.
    Чешуя затрепетала и поднялась, словно жалюзи. Под ней я увидел оранжевые глаза, которые пристально смотрели на меня. Кожистая чешуя служила веками. Трубчатые чужаки были сплошь покрыты глазами. Я немедленно окрестил их Прыгоглазами. Они довольно долго изучали меня, неотрывно следя за каждым моим движением.
    Я решил немного помочь им. Повернулся, поднял руки вверх.
    - Видите? - Бросил я через плечо. - Вот вам спина землянина. - Я снова встал к ним лицом. - А это - вид спереди. Я очень дружелюбный. Правда.
    Мы обменялись долгими взглядами. Затем Прыгоглазы, постепенно приближаясь ко мне, принялись скакать вверх и вниз, все быстрее и быстрее. Я отступил, они последовали за мной. Некоторое время мы продолжали эту увлекательную игру. Вскоре я понял, что они попросту заставляют меня двигаться в нужном направлении. Но куда именно, я пока не представлял. Мне стало немного не по себе.
    Они вынудили меня выйти на прогалину, где росли серебристые деревья с шипами. В центре я увидел жилище - большую круглую хижину; они явно хотели, чтобы я туда вошел.
    А что внутри? Королева Прыгоглазов? А вдруг они лишь придатки какого-нибудь чудовищного гигантского хищника, который отправил свои ноги, чтобы те привели ему завтрак?
    Робкий голос моего разума пробормотал: "Глаза и ноги, которые охотятся независимо от остального тела?.."
    "Конечно, глаза с ногами, - парировал я. - Как еще они увидят и догонят свою жертву?" После чего робкий голос тут же замолчал.
    Я с опаской посмотрел на открытый вход в хижину. А что если это попросту маскировка? И меня подталкивают в пасть изголодавшегося чудовища?
    Я замер на месте. Два Прыгоглаза врезались в меня, один упал на землю.
    Я почувствовал угрызения совести.
    Однако падение нисколько ему не повредило. Он живо вскочил на ноги и опять принялся подпрыгивать, словно ничего не произошло. Эти типы казались весьма целеустремленными. Что ж, прекрасно. Иногда с групповым разумом очень трудно договориться.
    Меня снова начали потихоньку подталкивать. Но прежде чем я решился шагнуть вперед, из хижины послышался приглушенный звук, и на пороге появилось несколько существ. Рыжевато-коричневые и золотые с небольшими вкраплениями лилового. Каждое обладало парой лиловых, подернутых влагой глаз, посаженных посреди треугольной головы над лишенным губ ртом. Передвигались они на двух конечностях. Существ оказалось пять, все на голову выше меня. У одного были белые ноги. Визитеры выглядели такими же опасными, как котята.
    Обладатель белых ног негромко прощебетал нечто вопросительное. И через секунду получил ответ - мне показалось, мои новые знакомые согласились с предыдущим оратором. Похоже, я попал в семью.
    Прыгоглазы отступили. Затем я почувствовал слабое щекотание в мозгу ощущение было почти физическим. Короткое вопросительное прикосновение, которое тут же исчезло.
    Я невольно содрогнулся. Мне каким-то образом стало ясно, что чуждый разум попытался прочитать мои мысли и войти со мной в телепатический контакт. У меня осталось впечатление доброжелательности и любопытства. И никакого страха. Инопланетяне общаются посредством телепатии. И хотя я не различал отдельных слов, их чувства были мне понятны; как, очевидно, и мои для них. Я попытался проявить максимальное дружелюбие.
    Белоног снова защебетал, и остальные осторожно приблизились.
    - Я действительно очень мирный человек, - заявил я. - Честно. Меня зовут Фрэнк. Фрэнк Хоган. Друг.
    Услышав мой голос, они подпрыгнули, словно получили электрошок. Однако я не заметил у них ушей или еще какого-нибудь органа, служащего для восприятия звуков. Сохраняя порядок, двуногие отступили, продолжая, впрочем, изучать меня с безопасного расстояния.
    Я поднял руки, развернув их к туземцам открытыми ладонями.
    - Видите, я безоружен. Вам нечего бояться.
    Все пять пар лиловых глаз, не мигая, внимательно разглядывали мои руки.
    Самый маленький инопланетянин осторожно подошел ко мне и наклонил голову к моей правой ладони. Я пошевелил пальцами. Существо взвизгнуло, отскочило и прижалось к большому животному, которое могло быть его отцом, матерью - или и тем, и другим одновременно. Белоног приблизился ко мне и ткнулся головой в мою ладонь. Я осторожно положил руку ему на голову и медленно опустил ее на шею. Плоть оказалась теплой и шелковистой. Белоног закрыл глаза и тихонько защебетал.
    Остальные тут же окружили меня, подставляя свои шеи под мои ладони.
    Так началась наша чудесная дружба.
    Казалось, они ничего не едят - во всяком случае, когда я за ними наблюдал. Что касается моих проблем с питанием, то я довольно быстро при помощи анализатора, оказавшегося на поясе моего скафандра, выяснил: почти все, что росло на этой планете, токсично для человека. Мне оставалось лишь с тоской глотать свою пурпурную пасту и надеяться на аварийный маяк, который я активировал. Помощь должна прийти до того, как запасы продовольствия иссякнут - больше рассчитывать не на что.
    Дни проходили в мирных размышлениях. Периодически я замечал, как взрослые особи совершают какие-то повторяющиеся движения. Я предположил, что это некий ритуал. Они плели из сухой травы необычные ткани, изучали их, а потом неспешно разрывали. Возможно, играли. Иногда они бросали куски ткани через мою голову и громко при этом щебетали, затем поднимали ткань и куда-то ее утаскивали.
    Казалось, они общаются телепатически, сбиваясь в плотную группу. Изредка я ощущал осторожные прикосновения к своему мозгу - ничего агрессивного или опасного, - после которых на меня всегда накатывала волна приятных ощущений.
    Ночью мне разрешали спать вместе с ними в тепле хижины. Их дыхание имело легкий аромат меда. И никакого неприятного запаха изо рта по утрам. Нежные прикосновения их разумов помогали мне сохранять позитивный взгляд на жизнь.
    Чтобы отличать их друг от друга, я начал давать им имена. Белоног так и остался Белоногом. А еще: Большая Голова, Библ и Пип. Самого маленького я окрестил Джимми - в честь своего младшего брата.
    Вскоре я потерял счет дням. Практически вечная батарейка на моих часах вышла из строя, а вместе с ней и календарь. Я жил по двойным солнцам на небе, вставал с восходом, а ложился спать на закате.
    Хижина моих хозяев была довольно ветхой, и я помог им укрепить ее, покрыв двойным слоем плетеной травы. Стены стали почти непроницаемыми для ветра. Я даже установил посередине шест, чтобы сооружение лучше держалось. Мне нравилось работать вместе с ними.
    Лежа ночью в тепле, рядом с чудесными, шелковистыми существами, я почти не думал о родной планете. Даже воспоминания о Чарли постепенно потускнели. Но не до конца. Я беспокоился о нем. Что если Хьюго рассердился на него и вышвырнул в открытый космос? Что если мой второй пилот попал в беду?
    Впрочем, робкий голосок разума нередко напоминал мне, что это я попал в беду. Однако если так, то это самая приятная из всех бед, которые когда-либо со мной случались.
    Между тем Библ научил меня находить самую ароматную траву для постели. Пип просил, чтобы я гладил ему шею. Большая Голова отвел в изумительную рощу. Я насвистывал свои любимые старые мелодии двадцатого столетия, а он щебетал в контрапункте.
    Они пили только густую зеленую жидкость, которую собирали в глубоком пруду в конце длинной тропы. Жидкость не имела к воде ни малейшего отношения, и я всякий раз вежливо отказывался, когда мне предлагали напиться. Но охотно помогал своим новым друзьям носить ее в хижину. Довольно скоро я стал "водоносом", а Джимми часто меня сопровождал, с веселым щебетом убегая вперед по тропе. Иногда я разрешал ему нести ведро на голове.
    Дни проходили быстро. Из толстых прутьев я сделал маленький ткацкий станок, который приводился в движение при помощи ног. Если не считать виноградного концентрата, я вел вполне приятную жизнь. Солнца вставали, солнца садились.
    Однажды утром я проснулся и обнаружил, что вся семья находится в крайнем волнении. Я быстро пересчитал всех по головам - оказалось, что Джимми нет. Куда он мог подеваться ночью? Я подумал о незнакомых хищниках, и внутри у меня все похолодело, особенно когда представил себе, как в его мягкую шею вонзаются лапы какого-нибудь гигантского паука. Схватив свой станер, я быстро пристегнул пояс от скафандра и отправился на поиски. Я не нашел Джимми в тени деревьев с запахом корицы.
    Не оказалось его и на лугу рядом с моим спасательным модулем. Я уже начал терять надежду, когда направился к зеленому пруду. Там, на глубине, из зеленой жижи торчала его длинная шея. Он отчаянно пытался уцепиться за камень, но у него ничего не получалось. Джимми умудрился так далеко забраться в пруд, что мне было не достать до него с берега.
    Недолго думая, я вытащил стреляющий веревкой пистолет и нажал на спуск. Ничего не произошло.
    Проверив запас энергии, я убедился, что пистолет полностью разряжен.
    Мне требовалась помощь, чтобы освободить Джимми, и я добрался до хижины в рекордное время.
    - Пошли быстрее! - закричал я. - Джимми свалился в пруд.
    Они не обращали на меня ни малейшего внимания. Я кричал все громче и громче. Наконец, схватив Белонога за шею, я потащил его за собой. Тогда остальные последовали за нами. Увидев, что произошло, они стали возбужденно метаться вдоль берега, выдергивая длинные стебли травы. Через некоторое время им удалось сплести нечто вроде веревки. Я схватил ее, обвязал один конец вокруг пояса, а другой закрепил на стволе большого дерева.
    - Держись Джимми! Я иду к тебе на помощь.
    Возможно, он и не понимал слов, но сообразить, что происходит, было совсем нетрудно. Сделав глубокий вдох, я вошел в пруд. Очень скоро густая жидкость уже доходила мне до самой груди. Она была теплой и липкой. Я содрогнулся и заставил себя двигаться вперед.
    Идти было очень трудно, несколько раз я едва не потерял равновесие. Что-то скользнуло вдоль моих ног, и я постарался не думать о том, что это могло быть. Казалось, в любую секунду какая-нибудь тварь утащит меня на дно. Вскоре я почувствовал, как от усилий немеют ноги и руки.
    Когда мне удалось ухватиться за шкуру Джимми, руки практически потеряли чувствительность. Мне пришлось взять его так, как носят покойников: голова и шея Джимми оказались зажатыми в локтевом изгибе.
    С колоссальным трудом я выбрался на берег и без сил повалился на землю. Джимми оказался сверху.
    Пришел в себя я уже в хижине, когда Белоног осторожно тыкал мне в бок своей головой. В следующее мгновение меня окутало тепло и охватили невероятно приятные ощущения, почти оргазм. Постепенно они прошли, и я закрыл глаза самое время поспать. И тут до меня дошло. Белоног выдал мне награду.
    Совершенно потрясенный, я сел.
    Награда. Я был их собакой. Получалось, что они тренировали меня находить, охранять и спасать своих малышей? Хорошо, что Чарли этого не видит. Однако именно сейчас мне его ужасно не хватало.
    Я отвел глаза от Белонога и его родных и свернулся в клубок. Меня охватила тоска. У меня тоже была собака - где-то далеко, среди звезд.
    Той ночью я плохо спал, а проснулся очень рано, решив, что мне необходимо осмотреть спасательный модуль и аварийный маяк.
    Подойдя к модулю, я сразу понял: что-то не так. Модуль был погружен в темноту, лишь слабое зеленое мерцание исходило от системы аварийного освещения. Что случилось с генератором? Я забрался внутрь и начал проверять все системы. Энергии почти не осталось. Маяк испускал лишь совсем слабый сигнал.
    В чем же дело?
    Я стал вспоминать странные эпизоды, связанные с моими "хозяевами". Часы остановились, несмотря на практически вечную батарейку. Пистолет разрядился. А теперь еще и модуль. Я не мог поверить, что они сознательно его испортили, дабы закрыть мне путь к спасению. Нет, это произошло нечаянно.
    Можно проверить свои подозрения при помощи разряженной батарейки. В нынешнем состоянии она все равно ни на что не годилась, но в ней еще оставалось достаточно энергии для работы индикаторов. Я принес батарейку в хижину и положил ее на пол. Один за другим мои друзья собрались вокруг незнакомого предмета и принялись радостно щебетать. У меня на глазах стрелка индикатора стремительно опустилась на ноль. После этого - и ни на секунду раньше - компания занялась своими обычными делами.
    Стало ясно, почему мои хозяева ничего не едят. Они поглощают энергию. Из-за их аппетитов я буду вынужден навсегда остаться здесь.
    Той ночью мне так и не удалось заснуть. В конце концов я вылез из хижины, чтобы полюбоваться звездным небом. Я получал горькое удовлетворение, разглядывая мерцающие небеса, ведь еще совсем недавно я мог летать среди звезд. Над горизонтом пронеслась комета, а по моей щеке скользнула слеза. Однако мне не пришлось долго рыдать.
    С грохотом и ревом к хижине приближалось невероятное чудовище. На лбу у него был огромный глаз, а конечности - если это и в самом деле конечности колыхались вокруг головы, словно острые копья. К тому же мерзкое чудовище отвратительно воняло. Когда оно раскрыло пасть, усеянную острыми зубами, я решил, что пришло время отступить - и как можно быстрее. Я вернулся в хижину и попытался разбудить Белонога.
    Никакой реакции. Я встряхнул его. Он был без сознания - как и остальные.
    Мой пистолет разряжен. Я вытащил нож - даже такое жалкое оружие лучше, чем ничего - и попытался представить себе, с какой силой нужно ударить, чтобы пробить шкуру чудовища. Оно пыталось проникнуть в хижину. От его атак дрожали стены. К счастью, оно оказалось слишком большим, чтобы пролезть в дверной проем, но я сильно сомневался, что шаткая конструкция выдержит долгую осаду. Я ударил ножом по центральному столбу и завопил:
    - Опасность! Просыпайтесь! Опасность! Опасность!
    Я вопил и ругался, но безрезультатно. Только после того, как я засунул два пальца в рот и засвистел, Белоног пошевелился. Он неловко встал, огляделся по сторонам и громко заверещал. Вскоре вся компания собралась посреди хижины. На моих глазах их окружило зеленоватое свечение, которое постепенно расширялось во все стороны. Зверь снаружи замолчал. Потом отступил.
    Сияние быстро отогнало его в лес. С порога я наблюдал за визжащим чудовищем, которое обратилось в бегство и скрылось за стенами каньона.
    Я бросил ему вслед последний взгляд и собрался уже вернуться в хижину, как неожиданно заметил нечто странное. Мой спасательный модуль ожил. Теперь он ярко светился, а аварийный маяк посылал в космос сигналы бедствия.
    Небо стало понемногу светлеть. Приближался рассвет. Еще одна звезда упала за горизонт... нет, повернула и начала двигаться в мою сторону.
    Вот она уже парит у меня над головой!
    Я бросился бежать, крича и размахивая руками. Модуль приземлился. И я увидел улыбающегося Чарли, который только что не лаял от радости. Я метнулся к люку.
    - Быстрее, - сказал я. - Взлетай, пока у нас не кончилась энергия.
    - Есть, капитан! - Чарли забрался в кресло пилота и приготовился к взлету.
    Я пристегнулся. На экране внешнего обзора я видел хижину и маленькую голову, выглядывающую из дверей. Это был Джимми.
    Я надеялся, что ему удастся найти себе нового домашнего любимца.
    Час коктейля давно прошел. Корабль летел на автопилоте в сторону богатого рудой планетоида, до которого оставалась еще неделя пути.
    Мы отдыхали: Чарли пил воду, а я - виски.
    - Ты нашел меня благодаря маяку спасательного модуля?
    - Угу, - ответил Чарли. - Его сигналы были очень слабыми, но он продолжал их передавать. Я представлял себе, в каком направлении полетел модуль, но передача прекратилась до того, как я успел засечь точные координаты. К счастью, он снова заработал несколько часов назад. Я попытался воздержаться от следующего вопроса, но виски развязало язык.
    - Ты улетел вместе с Хьюго, потому что хотел этого? Или он тебя заставил?
    Чарли закатил глаза.
    - Он оказался еще худшим спутником, чем ты, - ответил мой верный напарник. - Не говоря уже о том, что у меня попросту не было выбора. Он сбросил твой модуль за борт, пока я находился в туалете. А когда я вышел, Хьюго навел на меня пистолет. Прошло довольно много времени, прежде чем мне удалось втереться к нему в доверие. Эта дворняга-параноик приковывала меня к креслу, когда шла спать.
    - А как же тебе удалось сбежать?
    - В конце концов я сумел его убедить, что от меня гораздо больше пользы, если мои лапы свободны. Когда он заснул, я запрограммировал автопилот на ближайшую Базу, забрался в спасательный модуль, перешел на наш корабль и улетел.
    - А Хьюго?
    - Его взяли под стражу. - Чарли вернулся к черному на черном, своей любимой расцветке: он явно был доволен собой. - А призовые деньги дадут нам возможность не только расплатиться с долгами, но еще и останется кое-что. Видишь, только собака сумела поймать собаку.
    - Аминь. Хьюго был настоящий безумец.
    - Да, но главное, он страдал от одиночества. Собаки не должны летать без напарника. Меня поразило, каким грустным и сочувствующим был его голос.
    - Ты ведь никогда не пойдешь против меня, Чарлз?
    - Я не сумасшедший.
    Я вздохнул с облегчением, но все равно продолжал задавать себе один и тот же вопрос. Видите, не только собаки склонны к излишним переживаниям.
Top.Mail.Ru