...Место для Вашей рекламы...
...Место для Вашей рекламы...
...Место для Вашей рекламы...
Скачать fb2
Трехдюймовые бифштексы

Трехдюймовые бифштексы


Чеховский Анджей Трехдюймовые бифштексы

    Анджей Чеховский
    Трехдюймовые бифштексы
    Старый Том Хиггинс исчезал нередко на несколько лет, но все знали, что рано или поздно он объявится в таверне "У трех пиратов". Так и на этот раз мы увидели его, заказывающим Чарли бочонок лимонада в порцию рыбы "а-ля кораблекрушение".
    - Что с тобой приключилось, Томми? - спросил я, заметив уныние на его лице.
    Том посмотрел на меня исподлобья. Так, наверно, я бы и не вытянул из него ни слова, если бы лимонад не развязал ему язык. После шестнадцатого глотка Том с отвращением показал на свою порцию рыбы и заметил:
    - Рыба - не еда для моряка, парень! Но запомни предостережение старого Тома: только рыбу сейчас можно есть без опаски!
    Проклятие, которое он добавил, было слишком сложным, чтобы я его запомнил. Я с изумлением воззрился на Тома - он начал рассказывать.
    - Завербовался я в команду низколета "Эмилия". В Сан-Франциско. Хотелось добраться до Сингапура, повидать старого Боба Динга... Сначала все шло неплохо: летим себе со скоростью двести узлов, погода блестящая, как на Флориде. Вдруг вызывает меня Джим Локкард из машинного отделения.
    - Боцман, - говорит, - что-то не в порядке с ураном. Сыпем и сыпем, а реактор гаснет!
    Том Хиггинс тяжко вздохнул.
    - Не хотел верить парию, - признался он хмуро. - Но в конце концов пришлось пойти к атомным котлам со счетчиком Гейгера. В бочках вместо урановой руды оказались серые камни, покрытые флюоресцирующей краской. Ну, пошел я на мостик, доложил капитану. Тот побледнел. Но не успел ответить, как слышим голос матроса с наблюдательного поста: "Эгей! Перископ в кильватере!" "Ну, - говорит капитан, - вам повезло. Сейчас разживемся парой бочек урановой руды, и не надо будет возвращаться в Сан-Франциско". Но вместо этого лодка всплыла, нацелив на нас все свои ракеты, торпеды и орудия. Смотрим - на перископ поднимают черный флаг с черепом и скрещенными костями, а динамик орет, чтобы мы не вздумали удирать.
    Боцман на минуту прервал рассказ, взял обеими руками бочонок и долго вливал в свое горло лимонад. Затем вытер ладонью рот я продолжал:
    - Но в тот раз старый Томми Хиггинс оказался самым хитрым. Как только увидел я, что это пираты, сбросил на воду спасательный плот с аварийным пайком и начал отгребать что было силы. Пираты были слишком заняты абордажем и даже не погнались за мной.
    Старый Том сделал глоток и недоверчиво уставился в пространство, как будто еще раз переживал то, о чем рассказывал.
    - Да, парень, много я перевидал на белом свете, но в тот раз не мог поверить собственным глазам. Проснулся - плот стоит, зацепившись за ветви, у берега реки, куда его, видно, подтащил прилив. Моря даже и не видно. Вокруг субтропический лес. "Везет тебе, старина!" - сказал я сам себе, взял рундучок с аварийным пайком и вышел на берег.
    Томми задумался на минуту, потом потянулся к бочонку.
    - Только я оказался на берегу, как вода заклокотала, будто там стая акул затеяла свалку с бравым боцманом. Я отошел на всякий случай подальше от берега и правильно сделал, потому что из воды высунулась огромная черная голова. Хочешь - верь, хочешь - не верь, но самая большая рыба не проглатывает так быстро моряка, как эта голова расправилась с моим плотом. Постояв полчаса с разинутым ртом, я сказал сам себе: "Смотри-ка, Томас Хиггинс! Было бы очень нехорошо, если бы этот урод сожрал и тебя в придачу".
    Внимание Тома явно рассеялось. Очевидно, он перебрал лимонада. Но я даже не намекнул ему об этом, так как не собирался оскорбить старого моряка самым обидным для него упреком.
    - Хотел бы я за всю жизнь выпить столько лимонада, сколько он проглатывал зараз, - проговорил Том мечтательно. - Страшилище вылезло из воды, как огромный подводный авианосец. Шея у него была примерно футов на сто двадцать, а хвост - еще длиннее. Поглядел я на него издалека, и вдруг какой-то голос внутри меня говорит: "Ты уже когда-то видел такого зверя, Томас".
    Примерно час я ломал голову, пока не почувствовал, будто после плавания по бурному океану угодил в тихую лагуну. Книжка! Я видел этого урода на картинке в книжке. Но в какой книжке? В жизни я читал только три книги: "Список судов всех флотов", затем потрясающий комикс "Лоо среди людоедов" и еще старинную повесть о Робинзоне Крузо. Но ни в одной из них не было картинки с таким драконом. И тут я, наконец, вспомнил.
    Том понизил голос, будто ему стало немного стыдно. Смущенно усмехаясь, он хлебнул из бочонка.
    - Не знаю, как ты, парень, а я когда-то, еще мальчонкой, ходил в школу. Тогда мне приходилось читать разные книжки, и в одной из них были картинки со зверями. Как раз перед уроком, на котором должны были рассказывать об этих драконах, я удрал из школы и завербовался юнгой на водолет "Шквал".
    После этого признания на лице Тома снова появилось выражение, достойное старого морского волка. Он заглянул в опустевший бочонок, отставил его в сторону, затем подозвал Чарли и заказал ему еще один.
    - Казалось мне, что я сплю, - говорил Том, откупоривая крышку. - Шел я через лес, потом по лугу, а вокруг лазили и ползали всяческие гады... Одни величиной с дом, другие не больше крыс, что водятся на японских судах. С деревьев падали ящерицы с перепончатыми крыльями, а какие-то черные дьяволы летали у меня над головой и скулили. Луг кончался у подножия горы. Я решил забраться на нее, чтобы осмотреть местность.
    Карабкался целый час, зато на вершине, братец ты мой, нашел такое... Вершина была углублена, как кратер вулкана, а внутри, на краю бетонной посадочной площадки для вертолетов, стояла деревянная постройка, вроде кухни на паруснике с командой из двух человек. В домике никого и ничего, кроме деревянного пола и открытого люка в нем. Заглянул вниз, вижу лестница. Стал спускаться. Извилистый ход привел меня в небольшой круглый зал. В стенах зала - семь дверей. За одной совершенно темный коридор. Вторая заперта, третья тоже, но когда я отворил четвертую, то почувствовал, что у меня вылезли глаза, как у вытащенной глубоководной рыбы. Вся гора внутри была пустой, стены забетонированы, а в зале, огромном, как "Эмилия" вместе с мачтами, стояла не похожая ни на что машина.
    Том тоскливо посмотрел на бочонок с лимонадом, но все-таки продолжал:
    - Я облазил весь зал, прежде чем нашел маленькую жестяную табличку, прикрепленную к выступающей части той машины. На ней были нарисованы череп в зигзаги вроде молний. "Тут пахнет пиратами, Томас Хиггинс!" - сообщил я сам себе и решил удирать, но вдруг заметил другую табличку.
    Том напряженно наморщил лоб, будто что-то никак не мог вспомнить. Но после пары глотков его лицо разгладилось.
    - Там было три слова, впрочем совершенно непонятных: "Генератор Тенсодеформации Третичных". Размышляя, что бы это значило, я вдруг услышал шаги. В зал вошли двое людей, одетых в форму ученых. Они страшно удивились, увидев меня, и попросили пойти с ними наверх, к вертолету. Когда я рассказал о своих приключениях, ученые переглянулись, и один из них, с докторскими знаками, сказал: "Господин боцман, вы находитесь там, где испытывается самое выдающееся открытие всех времен. Установка, которую вы видели, - это первая Машина Времени. Она может переносить предметы из прошлого в современность. Доисторические пресмыкающиеся появились на этом острове из так называемого Юрского периода. Они жили сто пятьдесят миллионов лет назад.
    Том Хиггинс с отрешенным видом поднял ко рту бочонок.
    - Тот доктор сказал мне: "Боцман, серьезной мировой проблемой является рост населения. Поэтому необходимо увеличивать производство продуктов питания, выводить новые сорта. Помните, как скрестили пшеницу со свеклой? Но нужно что-то более серьезное..." Должен тебе сказать, что я чуть снова не заснул, если бы не запах мяса, который доносился до меня через приоткрытое окно вертолета. Неподалеку горел большой костер, а над ним жарился огромнейший кусок мяса. Я был голоден, как потерпевший кораблекрушение, который неделю назад съел своего последнего товарища. Доктор же все говорил, не останавливаясь: "Японский ученый Иосеки Восида предложил использовать Машину Времени для увеличения запасов продуктов питания. Нужно, сказал он, проникнуть острием временной воронки в юрский период, чтобы перенести к нам доисторических пресмыкающихся и использовать их мясо для еды.
    Тут доктор шире открыл окно кабины и показал мне на костер. "Если переборешь свою сонливость, боцман, то примешь участие в первом банкете, на котором будет подано мясо юрского динозавра". Мы приземлились. Мясо шипело на огне, жир плавился и капал в костер. Мне подали здоровенный кусок, горячий, попахивающий дымком...
    Том Хиггинс с невыразимой яростью схватился за бочонок.
    - Как это было омерзительно! - заключил он. - Кто откусил хотя бы кусочек, тут же выплевывал его, а остальное бросал на землю. Потом наступила тишина. Все тоскливо смотрели на огонь. Самый главный, в мундире профессора, встал и сказал: "Ну что, хотя бы загасим костер?"
    И Том Хиггинс снова замолк. Он глядел куда-то отсутствующим взором. Но неожиданно лицо его посуровело, а глаза стали стальными. Проследив за его взглядом, я увидел рекламу: "Трехдюймовые бифштексы".
    - Вот что я тебе скажу, старый приятель. К этому мясу добавляют какие-то порошки. Они меняют вкус, делают его похожим не то на говядину, не то еще на что-то. Конечно, порошки помогают. Мало кто отличит вкус. Но я отличаю. Ты представляешь: мясо, которое продают в магазинах под названием "говядина", ничего общего не имеет с коровой!
Top.Mail.Ru